Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Сборник стихов (Избранное)

Дата публикации: 27.01.2019
Тип: Текстовые документы DOCX
Размер: 52 Кбайт
Идентификатор документа: -177083307_489047930
Файлы этого типа можно открыть с помощью программы:
Microsoft Word из пакета Microsoft Office
Для скачивания файла Вам необходимо подтвердить, что Вы не робот


Не то что нужно?


Вернуться к поиску


Детство

Далеко я не ангел, далеко и не бес.

Не изгнан из ада, не свержен с небес.

Бывало порою и плохо, и жутко.

Бывало порою и разум был смутным.

Бывало и так, что в кромешном мраке,

Я, вытянув руку, нащупывал путь.

Бывало и солнце светило так ярко,

Что снова хотелось то время вернуть.

То время, когда беззаботным,

Носился я по двору с утра до темна.

То время, когда еще сонным,

Разглядывал улицу с родного окна.

Тогда мы не знали ни грусти, ни боли,

Той боли, что душу грызет по сей день.

И мы всегда были довольны собою,

Нам не было грустно. Нам не было лень.

То время ушло, то время пропало.

Его не вернуть уже нам назад.

Печально, что детство уходит куда-то,

Но детство останется в наших сердцах.

Героям ВОВ.

Не нарушив обет, не нарушив законы,

Они убивали, чтоб выжить самим.

И трудности жизни, что посланы богом,

Одолевали, сжигая Берлин!

За Родину-мать! За землю родную!

За светлое будущее наших людей!

Они умирали… Ложились под пули…

Они закрывали собою друзей.

Их было немало, осталось немного,

Они вечно останутся в наших сердцах!

Падал солдат, раненый в ногу,

Но поднимался, и шел на Рейхстаг!

В безоблачном небе, на суше и море,

Всех подвигов не перечесть.

Они защищали столицу родную,

Они защищали народную честь!

О любви.

Любовь, не знавшая пощады,

Что в сердце бьет, словно стрела.

Всегда коротка и напрасна,

Ведь безнадежная она.

А та любовь, что безответна,

Она лишь душу нам гнетет.

Вот любишь ты, но нет ответа.

И это все-таки пройдет.

И пусть не веришь ты в такое,

Пускай ты ждешь любви в ответ,

Но знай, не может любить сердце,

Любви в котором просто нет.

Не купишь ты любовь за деньги,

И не возьмешь на кассе чек,

Где крупным шрифтом выделяют,

Что ты – любимый человек!

Сказав «люблю», ты не полюбишь,

А раз не любишь, то не лги.

Словами душу ты поранишь,

Тому, кто верил, и любил.

И если ты вселил надежду,

Тогда будь добр – оправдай.

А с чувствами играть небрежно,

Не твой удел уже, прощай.

Ты можешь быть другому ближе,

Чем просто годный собеседник,

Чем просто друг или подруга,

Чем просто разговорный пленник.

И если чувствуешь, что кто-то,

К тебе неравнодушным стал,

Не поленись, ответь, попробуй…

Возможно тот, кого ты ждал,

Сейчас стоит перед тобою,

И слезно молит об одном.

Не поленись, ответь, попробуй…

Ведь он так верил, так мечтал…

Бывают чувства ненадежны,

Порою больно бьет любовь,

И вот ты, корчаясь от боли,

Сквозь слезы повторяешь вновь.

Ну где же ты? Моя отрада.

Ну где тот светлый человек?

Тот, кто пройдет через преграды,

И кто со мной разделит век?

А есть еще любовь такая,

Та, что взаимна и чиста.

Такую часто не встречаешь,

Такая раз, и навсегда.

О смерти.

Умру я когда-то, и все мы умрем,

Останется только надежда.

На то, что память будет хранится о том,

Как я провел это лето.

О том, как любил, о том, как страдал,

О том, что сказал, умирая.

И пусть я не каждому слову вникал,

И пусть я чего-то не знаю.

Отвергнув доверие, страх и любовь,

Теперь для меня это чуждо.

Умру я, и сразу остынет кровь.

Останется только надежда.

На то, что не зря я прожил свою жизнь,

На то, что я сделал хоть что-то,

Что стало угодным друзьям и родным,

Что стало полезно народу.

Не знаю я…



Не знаю я, что будет завтра,

Что ждать от следующего дня?

Возможно, встречу свое счастье,

А может и убьют меня…

Возможно жизнь изменит смысл,

И стану я совсем другим,

Увижу то, чего не видел,

Останусь цел и невредим.

И понесется скоростью безумной,

Чреда событий, дел, хлопот…

И станет наша жизнь разумней!

Мудрее станет наш народ!

Большая часть покрыта тайной,

И не смотря на все труды,

Мы многого еще не знаем,

До правды нам идти, идти…

Кто мы есть? И где мы были?

Когда земля не знала нас?

Сей вопрос, и многие другие,

Я задавал себе не раз.

Не знаю я, что будет дальше,

Что ждать от завтрашнего дня?

Возможно, встречу свое счастье,

А может и убьют меня…

Весна.

Весна! Как много в этом слове!

И талый снег, и пение птиц…

И слякоть, лужи на дорогах,

И потеплевшее сиянье лиц.

Народ, уставший от морозов,

От бесконечной белой мглы,

От снегопадов и сугробов,

Вкушает радости весны.

И стали лица их счастливей,

На улицы пошел народ.

Гулять под солнцем без причины,

Вдыхая свежий кислород.

А больше всех ей рады дети,

Гляжу я, радость не тая,

Бегут скорее лужи мерить,

И вспомнить хочется себя.

Ведь все мы были на их месте,

И все мы помним ту пору,

Когда корабликов наделав,

Бежали к ближнему пруду.

Не пройдет весна бесследно,

И все-равно оставит след,

В сердце каждого поэта,

Да и в каждом, из сердец.

Два мая.

Он, уходя, сказал на прощанье,

«Не стану тебя, родная просить,

Чтоб дождалась меня через два мая,

Знаю, что будешь мне верность хранить!»

И взгляд напоследок уверенный бросил,

Любовь настоящая не знает преград!

Она его любит, и верно не бросит,

Надо всего лишь чуть-чуть подождать.

И вот с перрона ушел его поезд,

Покинула девушка унылый вокзал.

Парень лишь взял ее фото на память,

Пункт назначения – Афганистан.

Дорога была долга и печальна,

И лишь когда берцы коснулись земли,

Отбросил он мысли, что ехать мешали,

Теперь впереди лишь два года войны.

Время стрелою несется безумной,

И вот за плечами уже целый год,

Пишет он письма своей ненаглядной,

Пишет она, что и любит, и ждет.

Бьется солдат, как подобает,

Метко врагу в голову бьет,

И координаты своим сообщает,

Когда в одиночку в разведку идет.

Временем тем, его ненаглядная,

Гуляет с парнями дни напролет,

И лишь иногда про него вспоминает,

Когда за столом письма лживые шлет.

А парень ей верит, и бьется отважно,

За счастье ее он кровь свою льет,

Он знает, воюет он не напрасно,

Он знает одно – она его ждет!

Проходит полгода, и пишет ей парень,

«Здравствуй родная! Ты как без меня?

Осталось полгода, и я возвращаюсь,

Я выживу только ради тебя!

И будешь ты счастлива вместе со мною,

Согреются вместе наши сердца.

Так же и я буду счастлив с тобою,

И будем мы вместе с тобой на века!»

Отправив письмо, он сел, улыбнулся.

Осталось полгода – всего ничего.

Мысленно домой уже он вернулся,

Представил он дом и родное крыльцо.

Но вдруг – разрыв справа,

Еще две секунды – и слева разрыв.

Парня отбросило взрывом в канаву,

И не понять, то ли мертв, то ли жив.

Девушка вдруг решила признаться,

Не может больше она ему врать,

Найдя в себе силы, решилась сознаться,

И пусть не простит! Но должен понять…

«Здравствуй родимый! Хотя хватит обмана,

За время остыли все чувства мои.

Честно скажу, врать я устала.

Не люблю я тебя, если сможешь, прости.

Конечно, ты можешь меня ненавидеть,

В смертных грехах меня обвини.

Если от этого легче не станет,

Найди в себе силы – забудь и прости.»

Не знала она, что он уже рядом.

В больнице ближайшей бедняга лежит.

Осколками мышцы его разорвало,

Контуженный сильно, но все-таки жив.

Очнулся он вскоре, в чувства пришел,

Кругом все бело, врачи при халатах.

Письмо откровенное рядом нашел,

Хоть и солдат, но невольно заплакал.

Вспомнил, как говорил на прощанье,

«Не стану тебя, родная просить,

Чтоб дождалась меня через два мая,

Знаю, что будешь мне верность хранить!»

Что же, выходит не правым он был,

Не ожидал он такого ответа,

Если тогда за нее выживал,

Смысла бороться за жизнь уже нету.

И вдох свой последний он ей посвятил,

Закрыл он глаза, и сердце застыло.

Все это время любовью он жил,

Та же любовь его погубила…

Одиночка.

Я принципу буду верность хранить,

И никогда его не нарушу.

Буду проблемы не замечать,

Чтоб сохранить в спокойствии душу.

Буду как прежде, жить и стремится,

По жизни идти лишь с одною мечтою.

Стремясь к совершенству о камни разбиться.

Но поднимаясь, остаться собою.

Гордыня великая мне не нужна,

Я не хочу ни богатства, ни власти.

Корысти нету во взгляде моем,

Нету ни зла, ни обиды, ни страсти.

Хожу я уверенно сам по себе,

Стремительный взгляд досаду скрывает,

И не ищите родного во мне,

Вы мне чужие, я вас не знаю.

Серые тучи над головой,

Грома раскаты соло играют.

Кто-то идет бок о бок со мной,

Идите быстрее, я вас не знаю.

Мне не нужна ваша лютая жалость,

И уж тем более ваши советы,

Да и в друзьях я не сильно нуждаюсь,

Товарищ мой – разум, подруга – надежда.

Нет! Я не пытаюсь до вас достучаться!

Я про сто брожу средь заброшенных мест.

Со многими в жизни пришлось мне расстаться.

Я – одиночка! И это мой крест!

Корабль-призрак.

В большом океане дрейфует корабль,

Сам по себе, капитана не надо.

Был капитан, была и команда,

Но остались они посреди океана.

И на радарах его не найдут,

Корабль тот призраком кличут.

И сотни посудин на дно упадут,

И много матросов погибнет.

В пучинах морских скрыто не мало,

Загадки и тайны среди глубин,

Сам по себе дрейфует корабль,

Сражаясь с штормами один на один.

И подобных посудин не мало,

Печали их нету конца,

Плохо им без капитана,

Словно сыну без отца.

Искателю.

Нам жизнь дана не просто так,

И смысл есть такой глубокий,

Что не понять его ни как,

Будь ты поэт ил ученый.

Ты все равно не знаешь сути,

Не знаешь ты, зачем пришел,

В убогий мир, где демон лютый,

Себе пристанище нашел.

Ищи, ищи! Найдешь ты много.

Найдешь ты правду, так же ложь.

Познаешь горести утраты,

И может все-таки поймешь.

Искатель! Ты живешь мечтою!

И ты стремишься доказать.

Вселить надежду в сердца многих,

И им всю правду показать.

Движет тобою не злость и не корысть.

Добрые помыслы движут тобой.

Пообещай, что путь свой закончив,

Ты правдою всей поделишься со мной.

Как много среди нас чужих.

Как много снов, хороших и плохих,

Как много слов, что душу согревают,

Как много среди нас чужих,

Как много тех, кто нас не понимает.

Как хочется порою нам тепла.

Устав от дел, забот и обещаний,

И душу рвут ушедшие года,

А с ними череда воспоминаний.

И роясь в временах былых,

Ты вдруг поймешь, всю горесть осозная,

Как много среди нас чужих,

Как много тех, кто нас не понимает.

И пусть сие прозрение,

Не принесет тебе тепла,

И снова, в вечер воскресения,

Луна покажется мила.

А утром, бодростью своею,

Ты снова отречешь все то,

Что вечером так сильно ело,

Неугомонное нутро.

И так всегда проходит время,

Не зная, что там, впереди,

Нам в лучшее охота верить,

А горе будет позади.



И ты, десятки лет прожив,

Шепнешь кому-то, понимая,

Как много среди нас чужих,

Как много тех, кто нас не понимает.

Путь.

Я снова отправляюсь в путь,

Куда иду, я сам не знаю.

Но знаю точно – я вернусь,

Ведь дом родной милее рая.

В пути я странник, дома свой.

В пути не знаю утешенья,

Но знаю, я вернусь домой,

И принесу с собой творение.

И старым ритмом заживу,

Работа дома бесконечна,

В пути от дома отдохну,

Но все-таки вернусь, конечно.

И как бы ни был далеко,

В памяти всегда хранится,

Родное, милое окно,

Мне ночами будет сниться.

В пути намного легче думать,

И так легко дается мне,

Понять суть дел людских, безумных,

И все их тяготы к войне.

Ну где же тот конец пути желанный?

Смотрю повсюду – не видать,

И понимаю, то, что просто,

Не каждому дано понять.

В пути, не чувствуя усталость,

Иду к одной, желанной цели,

Отвергнув страх, любовь и жалость,

Они мне просто надоели…

Мой век.

Мой век открытиями славен,

Стремясь построить новый мир,

Мы в корень разрушаем старый,

Который всеми был любим.

И в мире том – пускай не сказка,

И пусть не манит красотой,

А вместо небоскребов ясных,

Советский, равноправный строй!

Но что ушло – то позабыто,

И память не вернет времен.

Мой век богатствами науки,

Как хмельным пивом опьянен.

И я хожу прогулкою неспешной,

Я наблюдаю и дивлюсь,

Как просто выбрать путь бандита!

Не в этом же людская суть!

Не для того земле приданы,

Все наши прадеды, деды,

Что с честь русского солдата,

Не предали родной земли!

Не для того в плену немецком,

С иглой, блестящей под ногтем,

Герой Советского Союза,

Измучен был, потом казнен…

Но что же я могу поделать?

Я только слабое звено.

Изречье мыслей на тетради,

Не сотворят переворот.

Ну что дадут слова пустые?

То буквы, просто ни о чем.

Что сделают в «безгрешном» мире,

С «безгрешным», добрым, палачом?

Мой век, ты все-таки прекрасен,

И пусть безграмотность растет,

И пусть порою ты опасен,

Ты миссию свою изрек…

Шрамы.

Мои шрамы – словно память,

О неудачных временах.

Когда-то мог я сопоставить,

Пыль и порох, пух и прах.

Когда пройдут года лихие,

Я посмотрю и ухмыльнусь,

Как было трудно в этом мире!

Каким тяжелым был мой путь!

Шрамы мне напомнят лето,

Труды и битвы на полях,

Всегда темно перед рассветом,

И так прошла вся жизнь моя.

Не сказать, что было плохо,

Не сказать, что хорошо,

Я не знаю просто больше,

Что могу сказать еще?

Осенний дождь.

Осенний дождь стучал по крышам,

Слезами лился по окну,

И на машинах, дворники, стараясь,

Скребли по мокрому стеклу.

Ненастны дни, ненастны ночи,

Ненастна жизнь и все вокруг,

Однообразные будни,

Однообразный досуг.

Все наскучило и надоело,

Одно и то же, как всегда,

В печали ты мечтаешь смело,

Исчезнуть раз и навсегда.

Пустые мысли ни о чем.

И по страницам жизнь листая,

Ты, молча вспоминаешь то,

Что так тревожило, терзая.

Осенний дождь идет жаре на зло,

Ему не важен местный климат,

Не утаишься под зонтом,

От серых капелек игривых.

Небеса.

О, небеса! Вы так далеки!

Не дотянуться мне до вас.

Вы принимаете упреки,

И плачете, в ненастный час.

Затянут тучи небо снова

И скроют вас от наших глаз,

Потом гроза и ливень мрачный,

Обрушат весь свой гнев на нас.

Невозмутимы вы ко всем,

К всему относитесь спокойно,

Что вам гроза? Что ливень вам?

Вы им не цель, а мы покорны.

Так не вините небеса!

Во всех своих земных проколах.

Живут под ними города,

Ну а с тобою только слово.

Вы вечно жить обречены,

Весь шар земной взяв под крыло.

А люди знают, что они –

Всего лишь слабое звено.

Вы выше нас, но ниже бога,

Приют для ангелов земных,

По вам скучают, кто в неволе,

Грезя в просторах голубых.

Людские души принимая,

Трудясь, не покладая рук,

Стоят за вами врата рая,

А перед вами земной круг.

Смертны люди, смертны звери,

Смертен даже Сатана.

И что бы мне не говорили,

Бессмертны только небеса!

Обычный случай.

Обычный случай, тихий вечер,

На небе звездочки горят.

«Любимый мой, заметь же!»

Она молила про себя.

Который вечер так проходит,

Она уж потеряла счет,

Ее любимый мимо ходит,

Но к ней лица не повернет.

«Ну дай хоть малую зацепку!

Ну заговори со мной!

Ия скажу тебе, родному,

Что вместе быть хочу с тобой!»

Но все мольбы напрасны, тщетны,

И снова вечером следит,

За ним одним, за ним любимым

И этим наполняет жизнь.

«Когда же, глупенький, поймешь?

Как достучаться до тебя?

Либо ты ко мне придешь,

Либо я умру, любя.»

И снова мысли, мысли, мысли…

Ни словечка ни сронив,

Она старается быть ближе,

А он по-прежнему молчит.

Но как-то раз, ее заметив,

К ней подошел, за ручку взял,

«Я посмотрю, ты каждый вечер,

Не отводишь взгляд с меня?

Так, может погуляем вместе?

Ведь я, как ты, совсем один.

По больше о тебе узнаю,

И расскажу, чем раньше жил.

Ну вот, удача улыбнулась,

Она не верит до сих пор,

Хотя они неделю вместе,

Она все думает, что сон.

Обычный случай, два влюбленных,

По парку за ручку идут,

И чтоб друг с другом познакомить,

Родители их дома ждут.

Прошло еще немного время,

Но не меняют их года,

Она так ждет, она так верит,

Что свадьба их недалека.

И день за днем, гуляя вместе,

Сжигая вместе ночи, дни,

Она все ждет, когда любимый,

Попросит сердца и руки.

Обычный случай, по проспекту,

Она с возлюбленным идет,

А он не знает, как сказать ей,

Что он давно другую ждет.

Уже давно скрывал измены,

Не отвечая на звонки,

Лишь отписавшись смс-кой,

«Я очень занят, зай, прости.»

Она скучала, ожидая,

Когда любимы к ней придет,

А он тем временем с другою,

По парку за ручку идет.

Обычный случай, тихий ветер,

Она сидит и ждет его,

На месте том, где каждый вечер,

С работы возвращался он.

А вот любимый показался,

Ну, наконец-то дождалась!

Но что же это? Показалось?

К нему другая прижалась…

Их поцелуй она узрела,

«Не может быть! Не верю я!

Ну чем тебе не угодила?

За что ты променял меня?»

И вот они проходят мимо,

Заметил он ее тогда,

«Прошу, чтоб ты меня простила,

Но мы с тобою – не семья.

Я знаю, ты не хочешь верить,

Но наш огонь любви погас.»

И он ушел, и не заметил,

Наполненных слезами глаз.

И полетели дни и ночи,

И слезы льет не уставая,

Любовь все так и не уходит,

А вот надежда покидает.

Обычный случай приключился,

Под крышею собралась кучка,

Холодный ветер сильно злился,

Безудержно гоняя тучи.

А на краю стоит девчонка,

Уже давно она не плачет.

«Прости, отец, прости сестренка!

Я просто не могу иначе!»

И пробил час! Она шагнула,

Навстречу смерти роковой,

Со страшной силой вниз тянуло,

И встреча близилась с землей.

И тут внезапно поняла,

Что все решаемы проблемы,

И пусть не любит – не беда!

Другой полюбит непременно!

Но что поделать? Смерть близка.

Пути обратно уже нету,

Ее судьба предрешена,

Не жить ей больше в этом свете.

С тех пор прошло немало лет,

На кладбище мужик сидит.

У той оградки, где в земле,

Его любимая лежит.

«Прошу, прости меня родная,

Что не успел тебя сберечь.

В тот день одна ты умирала,

А я тебе готовил речь.

Я просто понял, что не нужен,

Никому, кроме тебя.

Ни с кем я не встречаюсь больше,

И я умру, тебя любя.»

И каждый день с такою речью,

Сидит и плачет мужичек,

У той оградки, где схоронен,

Любви последний огонек.

Обычный случай, их немало,

Обыкновенная судьба,

Обычная любовь взыграла,

И смерть обычная пришла…

Пройдут года.

Пройдут года, пройдут печали,

Забудется былое зло.

То, что раньше было с нами,

Прошло, давно уже прошло.

Воспоминанья, тихий вечер.

Один я здесь, среди теней.

Слова мои развеет ветер,

И не услышат их теперь.

Что будет дальше, я не знаю,

Могу лишь планы строить я.

А выполню, иль прогадаю,

Пускай покажет мне судьба.

Я вижу мир, какой он есть,

А не таким, как бы хотелось.

Как хочется костями лечь,

Под эту сумрачную прелесть.

Как хочется уйти туда,

Где никто меня не знает.

Начать всю жизнь свою с нуля,

И цели ставить, понимая.

И вот опять мечты и грезы,

Не верит в это реалист.

Мечтатель проливает слезы,

Очередной судьбы каприз.

В это время.

Смотрю я в окно на мрачное небо.

Буря играет, ливень идет,

А кто-то сейчас на улице где-то,

Мокрый до нитки погоду клянет.

Где-то сейчас светит солнце, жара,

Люди на пляжах лежат, загорают,

А где-нибудь, с криком «Умри, сволота!»

Один человек по другому стреляет.

Где-то жизнь сегодня возродилась,

Где-то умер дряхлый старичок,

Кому-то солнце яркое приснилось,

Кому-то света маленький пучок.

Где-то могут быть проблемы,

Где-то все уже решили.

Где-то бедные сиротки,

Одни скитаются по миру.

Кому-то сейчас по лучше, чем нам,

Кому-то намного по хуже.

Кто-то заброшен в Афганистан,

Кто-то на праздничный ужин.

Кто-то не славен, кто-то богат,

Где-то забыли про лето,

Кто-то прославлен, но не богат,

И не жалеет об этом.

Каждый из нас в своем уникален,

Кто-то не знает и слова о чести,

Где-то все вещи сгорают в пожаре,

Где-то холодом ломятся кости.

Много по жизни соблазнов больших,

Многое в жизни презренья достойно,

Кому-то по нраву строить других,

А кто-то и сам под конвоем.

Вопросы.

Что тешит нас в безгрешном мире?

Что движет нами на войне?

Вопросы, может быть, простые,

Понять не удается мне.

Вопросы задают не люди,

Вопросы задает нам жизнь.

И что бы правильно ответить,

Придется много достичь.

И наша жизнь – сплошной экзамен.

Проверка чести чистоты,

И прежде чем винить кого-то,

Подумай сам – а сдашь ли ты?

Судьба подвохов много строит,

И жизнь подножки ставит нам,

Инструментом служат люди,

А что решеньем – думай сам.

Зачем вы воюете?

Зачем вы воюете, люди, зачем?

Зачем вы друг другу вредите?

Согласен, нет мира на нашей земле.

Вы разве его не хотите?

Что вы пытаетесь кому доказать?

Или вы власти хотите?

Может быть, любите вы убивать?

Зачем вы друг другу вредите?

Не уж то не ясно, что все мы равны,

Что все подвластны лишь Богу.

Единый творец он, единой страны.

А также творец и людского народа.

Но нету управы на ваши грехи,

И не поможет здесь Бога опека.

Есть все же мир без грехов и войны,

Это, тот мир, где нет человека.

Когда поймешь.

Когда поймешь и осознаешь,

Всю боль и грусть в себе сомкнешь.

Сейчас народ ты осуждаешь,

За ненависть, за боль, за ложь.

Ты думаешь, ты послан свыше?

Ты думаешь, тебе видней?

Но ты сейчас подобен мыши,

Что прячется среди теней.

А ты попробуй доказать,

Свою любовь, свою опеку.

Попробуй так ты все сказать,

Чтоб слышали с другого века.

И ты не думай, что никто,

Не удостоин чести большей,

Ну добр ты, и что с того?

Не ценится добро здесь больше…

Когда поймешь ты, что не нужен,

Не нужен им незваный вождь.

Не нужен мир и жизнь не нужна,

Нужны насилие и кровь.

Тогда ты станешь им подобным,

И злом твой разум побежден,

Но ты когда-нибудь вернешься,

В свой старый, философский сон.

Когда поймешь, что нет управы,

Что ты мир грешный не спасешь,

Ты вдруг проснешься утром рано,

И поздно вечером уснешь.

В тебе и нету больше страсти,

И нет желания идти,

Давно забыты все напасти,

Давно ты должен был уйти…

Я так устал.

Я так устал, не жажду боле,

Твоих объятий, нежных слов.

Свободным соколом на волю!

Из клеток лжи, совместных снов…

Лишь скинуть бы осадок боли,

Тот, что оставила любовь,

Почувствовать душой раздолье,

Но не ошибаться вновь.

Вернутся к прежней, старой жизни,

И наконец, тебя забыть,

Стереть из памяти утрату,

И жизнь свою преобразить.

Ну, вот и все, пожалуй, хватит.

Ты не достойна больших слов.

А я бороться буду дальше,

Бороться за свою любовь!

У нас до свадьбы не дошло,

Ты слово верности забыла,

Не плачу я, что все прошло,

Я улыбнусь, что это было!

Одиночество.

Сигаретный дым клубится тихо,

Приглушен свет, играет джаз…

Со мной лишь пепел серебристый,

Разделит всю тоску сейчас.

Я здесь один, сижу, вникаю,

Никто не вспомнит обо мне.

С тоской и грустью понимаю,

Что больше я не нужен ей.

Но эта мелочь – только капля,

Из океана всех страданий,

По сердцу рубит, словно саблей,

Вся чреда воспоминаний.

Ведь было время, когда мог,

Исполнить то, о чем мечтаю.

Но я тогда был слеп и глуп,

Теперь лишь только понимаю.

Упущен шанс, пропал второй,

Еще два шанса потерялись,

За ними пятый и шестой,

В прошедшем времени остались.

Возможность не вернуть назад,

Ее судьба дает на время,

Сжигал мосты я в пух и прах.

Теперь лишь только сожалею.

О, как приятно по мечтать,

Построить жизнь свою по новой,

Все мысленно переменять,

Расставить так, как мне угодно.

Из грез, вернувший назад,

Пойму, что это невозможно,

И засмотревшись на закат,

Стряхну я пепел осторожно…

Сон.

Закрыв глаза, я вижу сон,

Для всех покажется обычным,

Но так запомнился мне он,

Проснулся с чувством непривычным.

Ведь видел я, как наяву,

Девчонка милая явилась,

Я сразу понял, что люблю,

Но как все это получилось?

Запал мне в душу образ тот,

И кровь, бурлящая игриво,

Текла по венам, словно ток,

По проводам неутомимым.

Мы с ней на лавочке сидели,

Она была мне так мила,

Часы минутами летели,

Когда тонул в ее глазах.

Я проводил ее до дома,

Когда уже взошла луна,

Нисколько не был удивленным,

Когда с собою позвала.

Что было дальше, смутно помню,

Одни картинки предо мной.

Наверно, был я ослепленный.

Ее бесспорной красотой.

Проснувшись утром на рассвете,

С тоскою понял – просто сон.

Но нет прекраснее на свете.

Всего того, что было в нем.

Такое дело, господа,

Кому расскажешь – не поверят.

Влюбился в девочку из сна,

Что снилась третьего апреля.

Бытие.

Мы все живем в мире,

Но сеем войну,

О, люди, лихие,

Я вас не пойму.

Я вас осуждаю,

Имею я право,

На ваши грехи,

Не найдется управы.

Чем старше наш мир,

Тем больше в нем боли,

И нет на вас сил,

Осталась лишь воля

Найдется ли тот,

Кто решится восстать?

Найдутся ли те,

Кто пойдет в его рать?

Найдется ли смелость?

У добрых людей.

И будет ли мир?

У наших детей.

Печаль.

Печалью снова душу кроет,

Конца и края не видать.

Волною берег не омоет,

А лишь намочит, метров пять.

А те нелепые сравненья,

Глубочайшим смыслом полны,

Они помогут без сомненья,

И в нужный путь погонят волны.

И теплый бриз, играя тихо,

Обволочет мое лицо,

Вы говорили, я двуликий?

Смотрите, вот оно – одно!

О, провокация, родная,

Мой дикий раш в игре теней.

Ты как привычка, ты плохая,

Но больно ты по нраву мне.

Печаль – лишь маленький осадок,

От дикой боли роковой,

Ты навсегда во мне осталась,

Бессонной ношею ночной.

Алгоритм жизни.

Распорядок моей жизни,

Уж много лет не изменим,

И с ним я, как солдат с отчизной,

Смирен и предан, и любим.

За утром день, а после вечер,

Вся жизнь моя как алгоритм,

И, если, повезет, конечно,

Уйду я на ночь в новый мир.

Где можно все, где нет закона,

Где нету корысти и зла,

Но вот, я возвращаюсь снова,

Туда, где жизнь уже не та.

Начался снова новый день.

Как по сценарию играя,

Иду куда-то на весь день,

Работать рук не покладая.

А вечером, упав на плаху,

И снова слыша чей-то плач,

Все так же жду, когда из мрака,

Придет невидимый палач.

Музыка.

Приятного ноты греют душу,

Как никогда и никого.

И блага нового не нужно,

Ведь ты уже достиг его.

О, музыка! Душевный врач,

Сердечный друг и мой помощник,

Мне птицей хочется летать,

Забыв, что это невозможно.

И множество людей великих,

Во всем обязаны тебе.

Игру гитары, арфы, скрипки,

Забыть не удается мне.

Когда я буду с сожаленьем,

Листать ушедшие года,

Включу альбом без промедления,

Который слушали тогда.

И словно гид по моей жизни,

Ты проведешь с конца в конец,

Ко мне несется окрик птичий,

Как будто маленький гонец.

Что сладкий звон, что жесткий рок,

Что соло барда на гитаре,

Что скрипки тоненький смычок,

Что хор солдат в начале мая.

Все это радует нас всех,

На празднике, где громкий смех,

Укроет душу словно плащ,

На поминках, где тихий плач.

Список добра.

Список добра, а есть ли такой?

Вспомнится ли, что позабыто?

Культура уносится быстрой рекой,

Моральные принципы ею размыты.

Наука с религией борется страстно,

Держа превосходство в неравной борьбе.

И то, что разуму было подвластно,

Сейчас утопает в физической тьме.

Сам человек изменился по сути.

Культуру и честь из жизни прогнав.

К чему мы идем, одумайтесь, люди?

Законы нечистые смело приняв.

Но все же, останется честный народ,

Его благородство других удивит,

Осмелюсь пойти на отчаянный ход,

Призвать добровольцев и в наши ряды.

Ведь хочется верить, что через века,

Найдется последователь доброму делу,

И несколько пунктов из списка добра,

В нем сохранят превосходную веру.

Палач моих кровей.

Не скачет конь среди полей,

И не помашет гривой,

И палачу моих кровей,

Дарю я смерть долины.

Пусть торжествует, глядя вдаль,

Своей коварной славы,

И пусть несет ему медаль,

Его король лукавый.

Его возносят в высоту,

Великого почета,

В его поверят правоту,

Хотя она далека.

Ему накроют все столы,

И пир ему устроят,

Уверуя, что кровь родных,

Не на его ладонях.

Его полюбит не одна,

Красивая девица,

И всем им ночью не до сна,

И только им не спится.

О нем и ночью из окна,

Польется девчий плач,

Его полюбит не одна,

Забыв, что он палач.

А он тем временем, лукаво,

Окинет хищным взглядом.

Уже другие города,

Где он еще не правил.

Он соберет свою орду,

Ему деревни мало,

Поедет покорять страну,

Глядя вперед упрямо.

Вожак! Бесспорно, самый смелый,

Но в строе позади,

Чтоб не попали в него стрелы,

Доспехи повредив.

Мы все встречаемся когда-то,

С нечестною судьбой

И вот его ведет на плаху,

Его отец родной.

Он захоронен под крестом,

Среди родных полей,

Убитый собственным мечом,

Палач моих кровей.

Муза.

Танцуй, моя муза, в безудержной пляске,

Несись вдоль проспектов под свет фонарей,

И чистою ночью, и утром ненастным,

Ты мне приноси больше новых идей.

Стекай водопадом с утесистых скал.

И мне подари вдохновенье,

Подай на секунду мне творческий дар,

А я подхвачу за мгновенье.

Готов я работать в отлаженном ритме,

С тобою я снова и снова.

Разложены краски в огромной палитре,

И блага не надо иного.

Окутанный разум, погруженный в мир,

Нирваны иного мышленья.

Становится чистым, словно сапфир,

Пройдя курсовое леченье.

Лети над страной, поглощенной туманом,

Пройди по забытым квартирам.

И выгони прочь все былые дурманы,

Оставшись дурманом единым.

Останься во мне нерушимой стеной,

Возьми под контроль мои нервы,

Пол сотни стихов уже за спиной,

Тебе посвящу 51-ый.

Ненастная ночь.

Небо грозится жестокой расправой.

Отчетливо молния в небе видна,

Ненастная ночь окутана мраком,

И гневом богов ее чаша полна.

Ливень ужасный рушился с неба,

Пустынные улицы рекой заполнял.

Прятались люди от злого набега,

Который им бог в наказанье послал.

Случайный прохожий, идет, проклиная,

Ненастную, злую погоду.

А я, как и прежде, о чем-то метаю,

Куда мне до вас, недотроги?

Прочтите, поймите, и прочь отойдите,

Оставив мне место для шага.

В ненастную ночь вы себя берегите,

За грозной, но хлипкой преградой.

Укрывшись зонтом от лютого града,

Наивно вы верите что,

Укроетесь вы и от ливня когда-то,

Уже под дырявым зонтом.

Что вам будет верить рабочий народ,

И он не заметит позора,

Когда вас природа возьмет в оборот,

Оставив без пищи и крова.

Что будут вам рады в любой стороне,

Упав пред величием вашим,

Что вас не оставит рабочий в беде,

Достаток, которого вами потрачен.

Ну что же, вы верьте, продавшие душу,

За власть и высокие ставки,

А он в то не верит, отдавший здоровье,

За то, чтобы жить при достатке.

Врата прошлого.

Приоктрыв ворота прошлого,

И вглядевшись вдаль,

Понимаешь, что все лучшее,

Сохранит та даль.

Как же было хорошо,

Во дворе родном.

Как кружился коршун,

За родным окном.

Как порой блестели,

Глаза у детворы,

Стоило метели,

Покачать столбы.

Как мы были рады,

Всяким мелочам,

И зимою граду,

И весной грачам.

Летом проливному,

Ливню за окном,

Осенью тому, что

В первый класс идем.

Будут дни веселые,

Где-то позади,

Люди, в них бывавшие,

Многие ушли…

Но порою кажется,

Было то вчера.

И закат румянется,

В эти вечера.

Тонкою полоскою,

На вершинах гор.

Солнечные отблески,

Покидают взор.

В этот миг задумайся.

Будут времена,

Где ты вдруг соскучишься,

По своим вчера.

По нынешним заботам,

Заскучаешь вновь,

Только спустя годы,

Где седая бровь.

Приоткроешь прошлое,

Дряблою рукой,

И поймешь, что лучшее,

Навсегда с тобой.

Забытая гавань.

Покинута гавань, заброшены доки.

Пустые причалы, пустая душа.

Забытый корабль все по морю ходит,

И за душой не осталась гроша.

Море глубокое било волнами,

Шел мой корабль на всех парусах.

Ветер попутный мне крылья расправил,

И песенки пел о далеких морях.

Юнгой неопытным вышел я в море,

Разум – наставник, меня обучил,

Покинула сердце наивность былая,

И капитана в морях получил.

Омоется берег пеною белой,

Ах, берег далекий, тебя не видать!

Счастливые люди на острове где-то,

А я так и буду в штиле стоять.

Но все же, я верю – появится бриз,

Поднимет мой парус, хотя бы немножко.

Закончится скоро природный каприз,

Не опустело бы только лукошко.

Забытая гавань все ждет кораблей,

Проходят года, а флота все нету.

Застывшие в штиле коварных морей,

Безмолвно стоят, ожидая ответа.

Я любил ее.

Я любил ее, не знав о законах,

Написанных чей-то скупою слезой,

Я любил ее, круша уговоры,

Что некогда я заключал сам с собой.

Любил я ее, не зная печали,

Не зная, что ждет меня там, впереди.

Мы вместе с ней были в той сказочной дали,

И сне пробегали счастливые дни.

Любил я ее, несмотря на проблемы,

Границы, которых не знали конца.

И странствовал вечно по миру богемы.

Согретый душой от ее очага.

Любил я ее, смирен был и кроток,

Ко всем недостаткам прекрасной души,

Не нужен мне был космический рокот,

Где самый далекий предел красоты.

Любил я ее, и никого кроме,

Зачем же нужна мне замена ее?

Когда через край сердце хлещет любовью,

Сильней согревая все телом мое.

Я любил ее даже в то время,

Когда сердце пронзила измены стрела.

Страдая, любил, неся свое бремя.

Из сил выбиваясь, неся до конца.

Любил я ее, когда за стрелою,

Мне в спину воткнула предательства нож.

И скулы сжав сильно от дикой той боли,

С тоской понимал, что цена мене – грош!

Любил я ее, через боль наблюдая,

Как птицею пела она о другом.

Любил я ее, всю надежду теряя,

Что счастье когда-то вернется в мой дом.

Любил я ее, он все звонила,

Узнать, как живет одинокий поэт.

«Ты любишь меня?», она вдруг спросила,

Я выдавил тихо, короткое «нет»…Любовь – слово.

Ты сказал, что не забудешь?

Ты сказал, что не уйдешь?

Чью ты голову морочишь?

И кого ты проведешь?

Ты скажи, а сам-то веришь?

В эти клятвы о любви.

Многие клялись тебе лишь,

Только где теперь они?

Где витал ты, обещая,

Что до гроба сбережёшь,

Верность через все печали,

Ты сквозь годы пронесешь.

Чем ты думал, когда верил,

В те банальные слова?

Что исчезли за мгновенье,

И пропала их цена.

В наше время, к сожаленью,

Потеряв всю красоту,

Слово кануло в забвенье,

На большую глубину.

В недрах нынешней морали,

Любовь томится снова.

Ах, любовь! А вы не знали?

Ведь это просто слово…

Ушедшее детство.

Как жалко порою тех самых времен,

Где были мы счастливы вечно.

Сейчас, к сожаленью, лишь призрачный сон,

Напомнит ушедшее детство.

Счастливое время маня за собой,

Носились по улице вечно,

С полыни пыльцу мы сбивали рукой,

Не зная, что жизнь скоротечна.

Взобравшись на гору, окрест оглядев,

Восторг заполнял наше сердце,

И хором веселую песню запев,

Бежали к забытому месту.

О, детство, подумай, ты – только строка,

Из всей нашей жизненной песни.

Но столько прекрасного ты сберегла,

Судьбе бросив вызов по чести.

Ведь так же, как люди, живешь ты весной,

И умираешь, со старясь.

А после уходишь в свой мир иной,

Оставив нам вечную память.

И в эти моменты, охота кричать,

О, детство, постой, ну куда ты?

Но стоит ли попусту силы терять?

К чему те пустые затраты?

На прощанье нам детство помашет рукой,

И не взирая на крики,

Захлопнет массивную дверь за собой,

Погаснут недавние блики.

Настанет то время – вернется в мой дом,

Счастливое детство облавой,

Но только не я уже буду хозяином в нем,

Хотя мне и это по нраву.

А новый хозяин напротив сидит,

Одно вновь и вновь повторяет,

На женщину рядом со мною глядит,

И мамой ее называет.

Чиновникам.

Как чин великий веселел,

Так работяга грустью крылся.

Ну, что сказать? Таков удел,

Всех тех, кто с честью не простился.

Он не торопится домой,

Его работа держит строго.

И с обнаженною рукой,

Без сил он рухнет у порога.

Ну а начальник-то его,

В бриллиантах весь, да при параде.

Живет, не делав ничего.

И в сотни жизней нагло гадит!

Карман его забит деньгами,

Богатством тем, что он украл.

Магнитом мощным к себе тянет,

Вкушая радостный дурман.

Как наркоман с потухшими глазами,

Стремится по скорее опиум принять,

Вы так же одурманены деньгами,

И хлебом не корми – лишь дай украсть.

Ну и за что вас уважать?

За чин высокий? За зарплату?

Как хочется порой вам все сказать,

Исчерпав весь запас благого мата.

Ах, говорите, с вами сила,

Что не позволит нам восстать?

Да мы народ непокоримый!

Нас не пугает ваша власть!

И пусть костюмы дорогие,

На вас сшивают на заказ.

На пальцах персти золотые,

И будет все – лишь дай указ.

Чиновником назвались вы,

Но всем известно уж давно,

Как ты дерьмо не назови,

Оно останется дерьмом!

Монолог лентяя.

Искал бы я, да нету страсти,

Пошел бы я, да нету сил.

Я б властвовал, да нету власти.

Я б помнил все, да вот забыл.

Я б изменил все кардинально!

Да только поздно все менять.

Я б жизнь прожил оригинально!

Я б начал повести писать!

Я бы учился на пятерки,

Но это трудно для меня.

Я бы устроился на стройку,

Но эта жизнь не для меня.

Ведь суждено мне нечто больше,

Я не обычный человек!

Еще вот подождать по дольше,

И некий шанс явится мне.

Тогда, конечно, я воспряну!

Возьмусь за дело сей же час!

Ну, а пока, пойду прилягу,

И буду ждать свой звездный час…

Я твердо верю, что подует,

Когда-то ветер перемен.

И благом он мой дом наполнит,

И не возьмет ничто взамен.

Да, я увижу свою долю.

Но только с крайнего ряда.

К чему мне важные те роли?

Когда и жизнь-то – не моя…

Ну наконец-то я дождался!

Тот самый ветер перемен.

Он сединою завенчался,

На этой старой голове.

Ах, как же глуп я был когда-то!

Лишь старость в дверь мою вошла,

Да, я б всю жизнь вернул обратно!

Да только жизнь уже прошла…

Я помню…

Я помню множество событий,

Из множества прошедших лет.

И удивительным открытьем,

Я помню первый свой куплет.

Я помню улицы туманом,

Стелило серой пеленой,

И будучи немного пьяным,

Я тихо ковылял домой.

Я помню часто вечерами,

В своей каморке у окна,

В раздумьях наблюдал часами,

Как возвышается луна.

Я помню первый кабинет свой,

Звонок услышал в первый раз,

И долгие года за партой,

Сидел, вот точно, как сейчас.

Я помню первое признанье,

Младого разума сон час.

А после разочарованье,

Что позже чувствовал не раз.

Я помню землю покрывалом,

Скрывали ночи предо мной.

И перед сном, под одеялом,

Мечтал о жизни, не такой…