Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Когда умершие приходят во сне

Когда умершие приходят во сне
Когда умершие приходят во сне Алексей В. Фомин О том, что происходит с человеком после того, как он умирает, и о том, как нужны ему наши молитвы. Когда умершие приходят во сне Составитель Алексей Фомин «Знаем и веруем, что Всеведущий и Милосердный Господь всегда пресекает земную жизнь человека в момент, наилучший для его спасения…»     Протоиерей Валентин Свенцицкий КОГДА УМЕРШИЕ ПРИХОДЯТ ВО СНЕ РАССКАЗЫ О ЯВЛЕНИЯХ УСОПШИХ СВОИМ РОДНЫМ И БЛИЗКИМ О том, что происходит с человеком после того, как он умирает, и о том, как нужны ему наши молитвы Рекомендовано к публикации Издательским Советом Русской Православной Церкви Полное или частичное воспроизведение настоящего издания каким-либо способом, включая электронные, механические или магнитные носители, в т.ч. фотокопирование, допускается только с письменного разрешения ООО «ИЗДАТЕЛЬСТВО «НОВАЯ МЫСЛЬ». Все права защищены. Все права на издание и название защищены. Переиздание возможно только с письменного разрешения ООО «ИЗДАТЕЛЬСТВО «НОВАЯ МЫСЛЬ». Интернет-сайт издательства «НОВАЯ МЫСЛЬ» www.novm.ru (http://www.novm.ru/) Глава 1 Вести от усопших близких Сны об усопших Очень многим людям снятся сны о близких или родственниках, покинувших уже этот мир. Во сне и те, и другие о чем-то говорят, обнимаются, как в реальной жизни. Затем, пробудившись, тот, кто видел такой сон, долго пребывает в раздумьях: что бы это значило? Пытается усмотреть в этом какой-то знак или предзнаменование. Есть ли смысл во всем этом? В феврале 2003 года больному раком владыке Антонию Сурожскому приснилась его бабушка и, перелистав календарь, указала дату: 4 августа. Владыка вопреки оптимизму лечащего врача сказал, что это день его смерти. Что и сбылось.[1 - www.pravmir.ru (http://www.pravmir.ru/).] Приведем еще один рассказ: «У меня знакомого убили в возрасте 20 лет. Где-то через месяц-другой после похорон он мне приснился. Будто стоит у меня под балконом, ждёт меня. Я удивилась, так как при жизни с ним общалась крайне редко. А он мне во сне начал жаловаться, что его быстро забыли и на могилку никто не приходит помянуть. Попросил, чтобы девушка его пришла к нему на могилку. Я так удивилась, потому что девушку его вообще не знала. После такого сна сходила в церковь, постоянно о нем молилась (и за всех умерших родственников и знакомых, которых вспоминала), нашла его друга и передала, что Славик просил»[2 - www.forum.materinstvo.ru/lofiversion/index.php/t894162.html (http://www.forum.materinstvo.ru/lofiversion/index.php/t894162.html).]. Митрополит Филарет Московский в одном из поучений говорит: «Явления из духовного мира неизъяснимы, но неопровержимы», – и сам он не только не усомнился, когда во сне ему явился умерший родитель, который открыл ему день смерти, но стал готовиться к отшествию в загробный мир. Московскому митрополиту Филарету, почившему 19 ноября 1867 года, за два месяца до его кончины было необычное извещение из другого мира о близком отшествии его в вечность. Это было 17 сентября. Владыка в это время находился в Троице-Сергиевой Лавре. 18 сентября поутру, пробудившись, митрополит призывает к себе наместника Лавры, архимандрита Антония, которого он любил и уважал и которому он особенно доверял. «Ныне ночью, – сказал ему Филарет, – мне явился родитель мой и сказал: береги девятнадцатое число». Наместник позволил себе заметить: «Владыко, святый! Разве можно верить сновидениям и искать в них какого-нибудь значения? Притом как же можно обращать внимание на такое неопределенное указание? Ведь девятнадцатых чисел в каждом году бывает двенадцать». Но владыка ему с уверенностью сказал на это: «Не сон я видел и потому думаю с этого времени девятнадцатого числа причащаться Святых Таин». И действительно, он причащался 19 сентября, 19 октября и 19 ноября. 19 же ноября он тихо скончался. Знаменателен также сон великого русского ученого Михаила Ломоносова. На пути из Голландии в Россию на корабле Михаил Васильевич Ломоносов видит сон: вот отец его, рыбак, плывет на лодке по Ледовитому морю, поднялся ветер, шумят волны и готовы поглотить пловца; сын хочет кинуться к нему на помощь, но руки и ноги его онемели; лодка, ударившись о берег близлежащего острова, разбивается в щепы: отец борется с волнами, вынырнул было, вскрикнул: «Михаиле!» и исчез, а потом выкинут на берег. По прибытии в Петербург, не имея покоя в душе при неотступной мысли, что отец его лежит не погребенный, Ломоносов отыскал в столице своих земляков. Спрашивал их, что сталось с его отцом; те ответили, что в начале весны он с товарищами отправился в море, но вот уже четыре месяца о них ничего не слышно. Не имея покоя в душе, Ломоносов сам хочет ехать на виденный во сне остров, знакомый ему с детства, но отпуска из Петербурга не получил. Тогда он упросил местных рыбаков побывать на том острове и, если найдут тело отца его, предать его честному погребению. Тело отца было найдено и погребено. С людьми сомневающимися спорить не станем; а по нашей вере, тут дух отца сказал духу единственного сына о своем предсмертном томлении и посмертной туге вследствие того, что тело остается без погребения и молитв. Так по крайней мере смотрел на дело сам Ломоносов. Другой случай. «Два приятеля умерли один за другим зимой, их похоронили рядом. Обе вдовы почти каждый день встречались на кладбище. И вот однажды, в ночь под воскресенье, одной из них снится муж и говорит ей, чтобы она завтра пришла на кладбище обязательно рано утром. Проснувшись, она удивилась и усомнилась: она собиралась идти в храм возле кладбища на литургию, как обычно, к десяти часам, а тут вдруг – рано утром. Но почему-то ей захотелось исполнить услышанную во сне просьбу. Она поехала на кладбище и увидела, что случилась беда: могила друга провалилась на полметра – зрелище было ужасающее. Видимо, в землю, которой засыпали могилу, попало много снега: ночью шел дождь, снег растаял, и земля осела. Если бы вдова друга, которая вообще была на грани психического срыва от горя, пришла и увидела этот кошмар, дело кончилось бы психбольницей. Женщина быстро вынула из ямы венки, натаскала с помойки старых венков и букетов, заполнила ими яму, а сверху прикрыла «собственными» венками покойного. И только она закончила эту работу, как явилась вторая вдова; они мирно поплакали вместе и разошлись. А что было бы, если бы она пренебрегла просьбой покойного мужа?»[3 - www.cirota.ru (http://www.cirota.ru/).] Никанор, архиепископ Херсонский и Одесский, говоря в одном из своих поучений о загробной жизни, утверждает: «Таких фактов можно было бы насчитать немало, которые имеют полное значение достоверности для лиц, совершенно достопочтенных и заслуживающих веры… факты достоверны, действительны, возможны, но нельзя сказать, что согласны с установленным волей Божией обычным порядком вещей»[4 - Архимандрит Пантелеимон. Тайны загробного мира. Киев, 2001.]. Чем отличаются сновидения от Бога и сны от бесов? Сновидения, которые человек видит, могут порождаться не только его психикой. Святитель Феофан Затворник пишет: «Исторически подтверждается, что бывают сновидения от Бога, бывают свои, бывают от врага»[5 - Феофан Затворник, святитель. Письма. VII. 1163.]. Что касается снов от Бога, то преподобный Никита Стифат указывает, что они бывают разных видов. Грешные люди, не интересующиеся духовной жизнью, как правило, вообще не видят снов от Бога. Христиане, которые уже встали на путь духовной жизни, могут видеть сны-«зрения», через которые Господь помогает им постигнуть Его волю и стремиться к исправлению себя и духовному росту. Наконец, люди святые, исполненные Духа Святого, получают прямые откровения в снах, им бывают подлинные явления святых, Ангелов, Богородицы и Самого Господа. Святитель Николай Сербский называет сны-«зрения» снами-«сигналами» и подтверждает, что они могут посылаться и обычным людям: «нередко Господь Бог во сне дает людям сигнал не делать того, что они задумали… Некоторым богобоязненным женам, страдающим от бесплодия, которые усердно молили Бога даровать им дитя, были даны во сне сигналы, что молитвы их услышаны… Не так уж редко случается, что кому-то во сне дается знак, что смерть близка»[6 - Николай (Велимирович), святитель. Символы и сигналы, II.10.8–10.]. Известно, что через сон Господь может открыть Свою волю человеку – как, например, открывал Иакову (Быт. 28, 12), Соломону (3 Цар. 3, 5), Иосифу Обручнику (Мф. 2, 22) и многим другим, но известно и то, что бесы нередко используют сновидения как оружие против верующих. Святые отцы объясняют, для чего они это делают. Так, святитель Игнатий (Брянчанинов) пишет: «Демоны, имея доступ к душам нашим во время бодрствования нашего, имеют его и во время сна. И во время сна они искушают нас грехом, примешивая к нашему мечтанию свое мечтание. Также, усмотрев в нас внимание ко снам, они стараются придать нашим снам занимательность, а в нас возбудить к этим бредням большее внимание, ввести нас мало-помалу в доверие к ним»[7 - Святитель Игнатий. Полное собрание сочинений. Т. 5. М., 2001. С. 347.]. То же читаем и у преподобного Исаака Сирина: «Иногда враг, под видом откровений от Бога, изводит на среду прелесть свою и в сновидениях показывает что-либо человеку… и делает все, чтобы прийти в возможность мало-помалу убедить человека и хотя бы несколько привести в согласие с собою, чтобы человек предан был в руки его»[8 - Исаак Сирин, преподобный. Слова подвижнические, 60.]. Каковы же эти сны от бесов? Иногда в сновидениях явно могут являться сами бесы и пытаться через это устрашить христианина, но самую большую опасность представляют такие сновидения, которые изображаются в виде божественных. Преподобный Петр Дамаскин говорит о том, как бесы имитируют «духовные» сновидения: «Видя, что Христос по крайней благости Своей снисходит к святым мученикам и преподобным отцам, являясь им или Сам, или чрез Ангелов, или иным неизъяснимым образом, как Он сказал (Ин. 14, 21), начал и диавол представлять некоторым многие обольщения в погибель. Потому и написали рассудительные отцы, что ничего такого не должно принимать: ни каких-либо изображений, ни света, ни огня, ни иного какого-либо обольщения. Ибо диавол пытается хотя бы этим обольстить нас в сновидениях или чувственно»[9 - Петр Дамаскин, преподобный. Творения, I. 2.]. Можно ли отличить сны Божии от снов бесовских? Святитель Игнатий говорит, что «сновидения, посылаемые Богом, носят в самих себе неотразимое убеждение. Это убеждение понятно для святых Божиих и непостижимо для находящихся еще в борьбе со страстями»[10 - Игнатий (Брянчанинов), святитель. О сновидениях / О прелести.]. Итак, лишь святые люди могут безошибочно и точно отличать откровение Божие от бесовской подделки. А значит, для людей, в духовном отношении несовершенных, отличить эти сны от диавольских наваждений крайне трудно и даже невозможно. Поэтому святые отцы единогласно и категорично призывают не верить снам вообще. Вих творениях нередко приводятся примеры того, как иногда даже опытные подвижники попадали в бесовские ловушки из-за доверия к снам. Блаженный Диадох Фотикийский посвятил целый раздел своего творения «добродетели неверования никаким снам». Называя это «великой добродетелью», он определяет ее суть в следующем правиле: «Совершенно не верить никакому сонному мечтанию. Ибо сны наибольшей частью бывают не что иное, как идолы помыслов, игра воображения или бесовские над нами надругания и забавы. Если, держась этого правила, мы иногда не примем такого сновидения, которое послано будет нам от Бога, то не погневается за это на нас любвеобильный Господь Иисус, зная, что мы дерзаем на это из опасения бесовских козней»[11 - Диадох Фотикийский, блаженный. Подвижническое слово, 38.]. Преподобный Ефрем Сирин призывает: «Не верь обманчивым снам, возлюбленный; «сновидения ввели многих в заблуждение, и надеявшиеся на них подверглись падению» (Сир. 35, 7). Ибо какой меры совершенств достигли мы, чтоб видать нам видения Ангелов?»[12 - Ефрем Сирин, преподобный. В подражание притчам.] Преподобный Макарий Оптинский пишет: «Когда будешь верить снам, то точно немудрено впасть в прелесть. Святые отцы совсем отвергают и велят не верить снам, нам страстным и самомнительным. Вместо того чтобы смущаться о пустой мечте, надобно смотреть свои грехи и всегда себя укорять за неисправление и смиряться, чем привлечешь на себя помощь Божию»[13 - Макарий Оптинский, преподобный. Письма, 397.]. Особенно опасны так называемые «вещие сны», когда человеку снятся какие-то события, а затем они происходят в реальной жизни. Когда такое случается многократно, очень большой соблазн для неподготовленного человека поверить, что эти сны – от Бога, и начать относиться к ним с полным доверием. Преподобный Иоанн Лествичник сообщает, что такие сны внушают бесы, которые «специализируются» на том, чтобы губить людей через страсть тщеславия. Он пишет: «Бесы тщеславия – пророки в снах; будучи пронырливы, они заключают о будущем из обстоятельств и возвещают нам оное, чтобы мы, по исполнении сих видений, удивились и, как будто уже близкие к дарованию прозрения, вознеслись мыслию. Кто верит бесу, для тех он часто бывает пророком; а кто презирает его, пред теми всегда оказывается лжецом. Как дух он видит случающееся в воздушном пространстве и, заметив, например, что кто-нибудь умирает, он предсказывает это легковерным чрез сновидение. Бесы о будущем ничего не знают по предведению; но известно, что и врачи могут нам предсказывать смерть»[14 - Иоанн Лествичник, преподобный. Лествица, 3. 27.]. Один лишь Бог, как Творец мира, движущегося во времени, пребывает вне времени и знает в совершенстве то, что для нас является прошлым, настоящим и будущим. А все остальные существа, будучи частью тварного мира, пребывают во времени, в том числе и бесы, и они также не знают будущего, как и мы. Но они могут строить прогнозы и могут использовать более полное, чем у нас, знание о настоящем, чтобы создать иллюзию предсказания будущего и через это соблазнить неопытных и склонных к тщеславию людей. Именно эту ловушку и объяснил преподобный Иоанн. Грешному человеку крайне сложно и почти невозможно самому распознать все ловушки диавола в отношении снов, но святые отцы указали некоторые критерии, по которым можно отличить бесовские подделки от настоящих сновидений, приходящих от Бога. Преподобный Иоанн Лествичник пишет: «Бесы многократно преобразуются в ангелов света и в образ мучеников и представляют нам в сновидении, будто мы к ним приходим; а когда пробуждаемся, то исполняют нас радостию и возношением. Сие да будет тебе знаком прелести; ибо ангелы показывают нам муки, Страшный Суд и разлучения, а пробудившихся исполняют страха и сетования. Если станем покоряться бесам в сновидениях, то и во время бодрствования они будут ругаться над нами. Кто верит снам, тот вовсе не искусен; а кто не имеет к ним никакой веры, тот любомудр. Итак, верь только тем сновидениям, которые возвещают тебе муку и суд; а если приводят тебя в отчаяние, то и они от бесов»[15 - Иоанн Лествичник, преподобный. Лествица, 3. 28.]. Блаженный Диадох Фотикийский говорит: «Сны, являющиеся по любви Божией… не изменяются из одного образа в другой, не наводят страха, не возбуждают смеха или внезапной печали, но приступают к душе со всею тихостью и наполняют ее духовной радостью; почему душа, и по пробуждении тела, со всем вожделением ищет этой испытанной во сне радости. У бесовских мечтаний все бывает противно сему: не пребывают они в одном и том же образе и вида своего не показывают долго не смятенным… при этом они много говорят и обещают великое, а еще больше угрозами стращают, принимая на себя нередко род воинов; иногда припевают душе и что-нибудь льстивое с шумным криком… Бывает, впрочем, что и добрые сны не радость приносят душе, а печаль некую сладостную и слезу неболезненную»[16 - Диадох Фотикийский, блаженный. Подвижническое слово, 37.]. Преподобный Амвросий Оптинский в одном из своих писем указывает еще один критерий: «Эти сны, может быть, не истинные, а с шуией стороны, потому что от истинных видений бывает мир и польза душевная, а от этих снов последовало общее смущение. Поэтому советую тебе не доверять этим снам, а оставлять их без решения и молиться, чтобы Господь и Царица Небесная устроили о тебе полезное, якоже Им угодно»[17 - Амвросий Оптинский, преподобный. Письма к монашествующим, 422.]. Преподобный Варсонофий Великий объясняет, что диавол, создавая свои псевдоблагочестивые сны, «ни Самого Владыку Христа, ни Святого Причастия показать он не может, но лжет и представляет образ какого-либо человека и простого хлеба; но Святого креста показать не может, ибо не находит средства изобразить его другим образом… диавол не смеет употребить его (к прельщению нашему), ибо на кресте разрушена сила его и крестом нанесена ему смертоносная язва… Итак, когда увидишь во сне образ креста, знай, что этот сон истинен и от Бога; но постарайся от святых получить истолкование значения его и не верь своему помыслу»[18 - Варсонофий Великий и Иоанн Пророк, преподобные. Руководство к духовной жизни, 413.]. Святые отцы категорически запрещают испытывать повышенный интерес к снам, пытаться разгадывать случающиеся сновидения, желать и искать духовных откровений в снах – все эти признаки ставят человека в «группу риска» и влекут к тем ловушкам, которые расставляют посредством снов злые духи. Вообще следует к снам проявлять как можно меньше интереса, не обдумывать их и не иметь привычки вспоминать явившиеся во сне картины, особенно соблазнительные или смутительные. Преподобный Иоанн Лествичник наставляет: «Никто в продолжение дня не представляй себе в уме случающихся во сне мечтаний; ибо и то есть в намерении бесов, чтобы сновидениями осквернять нас бодрствующих»[19 - Иоанн Лествичник, преподобный. Лествица, 15. 55.]. Но если, при всей нашей осторожности к снам, вдруг появляется сновидение, которое дает серьезное основание полагать, что это знак от Бога, и которое соответствует приведенным выше святоотеческим критериям, все равно не следует толковать его самому, но предлагать это духовно опытному человеку, как советует преподобный Варсонофий Великий. Таким образом мы, с Божьей помощью, сможем благополучно избежать ловушек диавола, расставляемых через сновидения. Диакон Георгий Максимов Как не подобает веровать снам Многие из христиан привыкли давать веру снам. Как встанут с постели, сейчас и начнут рассуждать, что вот они видели то-то и то-то и что это значит. Что им предстоит такое-то дело, случится такая-то радость или беда, придет – не придет такой-то, – и так далее. Подобным рассуждениям часто не бывает конца. И вот, вместо того чтобы начать день молитвою и приняться за какое-либо доброе дело, они начинают его грехом. В разгадывании снов проводят утро, гадают, смущают и заражают суеверием домашних, отнимают покой у себя и у других. Им предстоит опасность попасть в сети дьявола, если они не оставят своей безрассудной веры в сны. В горе Синайской жил старец, многие годы проведший в затворе, великий молитвенник и подвижник. При такой жизни его, конечно, все верили, что он угоден Богу и спасется. Никто не думал, что он погибнет. Однако с ним, к несчастью, случилось именно последнее. И единственно вследствие его безрассудной веры в сны. Дьявол, узнав эту слабую сторону старца, сначала стал то и дело являть ему сны, которые на самом деле сбывались. А затем уже и такие, которые единственно изобретены были его дьявольским коварством для погибели людей. Так, однажды во сне он представил старцу будущую жизнь и в ней всех христиан и мучеников во тьме и посрамлении, а иудеев – светом озаряемых и радости исполненных. Бедный монах, проснувшись, тотчас оставил Синайскую гору, ушел в Палестину, там принял иудейскую веру и обрезание, женился, сделался врагом христиан и, наконец, не раскаявшись, заживо был изъеден червями и умер лютою смертью. Вот вам урок, любители и толкователи снов! Не забывайте, что и вас общий враг наш так же легко может запутать, как запутал упомянутого старца. Он ведь не дремлет и случаев погубить кого бы то ни было не пропускает. Но скажите: сны бывают ведь и от Бога? Не спорю. Но когда Бог посылает кому-либо сны, через них открывая ему Свою волю, Он дает с тем и возможность убедиться в том, что это не простые сны. Сам посылает сны и Сам же сообщает толкование их каким-нибудь чрезвычайным путем. Но если этого не случилось – грешно и опасно верить снам. Аминь. (Из слова св. Антиоха, яко не подобает веровати снам). Прот. Виктор Гурьев. Пролог в поучениях. М., 1912 Связь между умершими и живыми При потере близких, дорогих лиц всегда нужно помнить, что разлука с ними лишь временная, и если мы их не видим, то это не значит, что они нас не видят, не слышат. При общем воскресении люди вступят в третью, и последнюю, стадию жизни – соединят ее с обновленными телами (такое тело имел Спаситель по воскресении Своем из мертвых), и жизнь людей никогда не прекратится, как мы исповедуем в Символе Веры, но для одних она будет вечным блаженством, а для других – нераскаявшихся грешников – вечным мучением. В этой новой жизни, после смерти, без тела, человек должен приспосабливаться. Он растет духовно, как родившись телесно, он растет и развивается умственно и физически, узнает новую среду, которая его теперь окружает, – мир бесплотных духов. Узнает и постигает те стороны, особенности и свойства космоса, которые от него, когда он был в теле, были закрыты, так как он постигал мир эмпирически, при содействии только своих пяти чувств. Занимаясь на земле наукой, он изучал лишь явления (феномены), открывал постоянство этих явлений при одинаковых причинах, их вызывающих, и выводил, таким образом, законы природы, но он не мог постигнуть сущности вещей. Все ему на земле показывало, что человеческому познанию есть предел. Он не мог, если не имел веры, при жизни объяснить себе и вполне осознать некоторых явлений в жизни людей, ясно показывающих, что есть Рука, направляющая эту жизнь, что на земле царствует не слепой рок, а судьбой человека управляет Великий Разум, Великая Любовь, Великая Правда, Великая Справедливость. Только вера, давая на земле человеку ведение, облегчает ему понимание многого, что с ним и близкими его происходило и происходит в жизни, только лишь вера дает ему если не ключ к разумению, то необходимое успокоение, когда, оперируя своими пятью чувствами, он убеждается, что их недостаточно для того, чтобы понять и объяснить себе целый ряд явлений в природе и особенно в душевной жизни человека… Сущность жизни, несомненно, переходит границы человеческого понимания, как сила человеческого духа даже у неверующего человека покоряет его тело и может не только излечивать вначале целый ряд болезней, но и отдалять неизбежный конец (у верующего же человека она может прямо делать чудеса). Души веровавших умерших, постигая еще более, чем они сознали при жизни, всю благость и величие Творца, не могут не желать своим близким, которых они любили и оставили на земле, не только спасения, но и совершенствования, согласно словам Спасителя: «Будьте совершенны, как Отец ваш Небесный совершенен», – вот почему они всегда молятся за нас, но и сами в то же время требуют постоянной молитвы за себя. Эти взаимные молитвы и память друг о друге служат великим утешением и, пожалуй, единственным полным утешением и для живых, и для усопших близких людей. Художественно прекрасные формы нашла себе мысль о глубоком действии на наше религиозное настроение разлуки с дорогими сердцу людьми у Байрона: О, если там, за небесами, Душа хранит свою любовь И если с милыми сердцами За гробом встретимся мы вновь, То как манит тот мир безвестный, Как сладко смерти сном заснуть, Оставить горе в поднебесной И в вечном свете потонуть. Неверующий человек не в состоянии понять ни этого настроения, ни этих чувств. Скованный тесными узами грубого материализма, он на смерть смотрит лишь как на простое физиологическое явление – прекращение жизненных процессов в человеческом организме и свертывание белка в его клетках, последствием чего является распадение веществ, входящих в состав организма, в химическое превращение одних элементов в другие. Из человека «лопух расти будет», как говорил Базаров в романе «Отцы и дети» Тургенева. Все просто и понятно, и не может быть никакого вопроса «о тайне смерти». Но пока одни люди, возлагая всю надежду исключительно на человеческий разум и науку, успокаиваются в надежде, что если не им, то их детям скоро все в космосе будет ясно и понятно, другие изнывают от безнадежности миросозерцания, пессимизма, что так верно схвачено Байроном: На грани двух миров средь тьмы и света Мерцает жизни тусклая звезда. Зачем на свете люди? – Нет ответа. Грядущее темно. Бегут года. Безжалостно нас вдаль уносит Лета, В ее волнах мы гибнем без следа. Века проходят длинной вереницей, Наследье их – лишь павших царств гробницы…     (Дон Жуан) Для этих лиц большим утешением и исцелением от безнадежного пессимизма могут служить вести из потустороннего мира, которые убеждают нас, что есть какая-то связь между живыми и умершими дорогими нам лицами, и притом более близкая, чем думают даже очень верующие люди. Протоиерей Константин Ровинский. Беседы старого священника. М., 1995 Глава 2 Места пребывания душ в загробном мире Четыре часа на том свете Рассказ протоиерея Бориса Филипповского Чудесных, сверхъестественных явлений, фактов и «случаев» в истории человечества известно великое множество. И даже скажу от себя: в моей личной жизни, начиная от моего детства и до последних дней старости, их, чудес, было так много, что если бы, к несчастью моему, я и пожелал бы стать неверующим материалистом, то не мог бы при всем желании! Потому что моя личная жизнь, так сказать, насыщена чудесами, а ведь против фактов, как сказал один писатель, не пойдешь. Итак, их, чудесных фактов, подтверждающих нашу веру, множество, тысячи! Но здесь я пишу для таких читателей, которые могут отнестись со строгою придирчивостью, потребовать указаний: «Когда? Где и с кем случилось это событие или чудо?» 14 сентября по старому стилю (27 сентября по новому) 1940 года, то есть в самый праздник Воздвижения Честнаго и Животворящего Креста Господня, я, в то время (с 1939 года) уже заштатный протоиерей, был приглашен в Суконную слободу города Казани на Лаврентьевскую улицу в дом № 30 хозяйкой этого дома, некоей Ксенией Ивановной, на поминовенный обед по своему мужу Феодору, так как исполнилось полтора года со дня его кончины. Вместе со мной были приглашены еще несколько человек штатного и заштатного духовенства: священников, диаконов, и человек 20 мирских граждан. В числе последних, то есть мирских, мы и увидели за столом некую гражданку Анну Алексеевну, мне лично до сих пор не знакомую. И вот эта Анна Алексеевна чрезвычайно заинтересовала нас, духовенство и мирян, неожиданным рассказом о чудесном видении загробного мира и мытарств, которое было неделю тому назад, 8 сентября, то есть под праздник Рождества Богородицы. И продолжалось ровно 4 часа, с 11 ночи до 3 часов утра. Люди могут по-разному отнестись к этому рассказу в зависимости от личных взглядов и верований. Люди, скептически и недоверчиво относящиеся ко всему чудесному, люди мало верующие или даже прямо не верующие в невидимый загробный мир, назовут рассказ, помещенный ниже, «фантазией души во сне» или еще хуже – намеренной выдумкой со стороны Анны Алексеевны. А некоторые, хотя и верующие христиане, но осмотрительные в подобных случаях, напомнят, что Святая Православная Церковь устами своих учителей и отцов строго и настойчиво приказывает осторожно относиться ко всем снам и явлениям. Ибо бывают сны от Бога, бывают сны и видения и от врага – сатаны, и, наконец, чаще всего сны являются результатом дневной душевной и телесной деятельности человека. Святыми отцами даны и подробные указания к различению святых снов от пагубных. Вражий сон, или видение, всегда имеет окончательную цель – довести человека до греха или до духовной прелести – гордости и самомнения. Сны и видения от Бога – наоборот! Они известны нам по первым страницам Евангелия, повествующим о явлении Ангела Божия Иосифу Обручнику и волхвам. А потом, в продолжение всех лет существования христианства на земле, история знает бесчисленное множество хорошо проверенных фактов Божественных явлений и откровений, чаще всего во сне, «тонком сне», по выражению святых отцов. Цель их всегда противоположна цели вражьих «откровений»: польза душевная, помощь в спасении, вразумление, предостережение и подкрепление в болезнях и страданиях, напоминание о покойниках, которых забыли поминать родные, благодарность покойников за поминовение о них. Наконец, воля Господня, чтобы христиане имели, насколько это возможно и полезно, познание и представление о посмертной участи и загробном мире. Вот всегда цель и действия посылаемых от Бога вещих сновидений! Я всегда помнил и помню эту необходимость осторожного подхода и к чужим рассказам, и к своим собственным сновидениям. Никогда я не осмелюсь верить всякому сну, как бы заманчиво ни было ему поверить! И тем не менее, когда я слушал чрезвычайно интересный и подробный рассказ гражданки Анны Алексеевны о четырехчасовом видении «иного мира», я старался приложить этому рассказу мерку: Божий ли это сон, или вражий, или фантазия – выдумка самой Анны Алексеевны с целью подурачить нас, слушателей, и посмеяться потом над нами? Или это простой сон, когда душа во сне фантазирует? Положа руку на сердце, искренно и убежденно ответил сам себе, что в данном случае это не простой сон и не выдумка Анны Алексеевны. И не от врага-сатаны это видение, а сон – особенный, даже не сон в точном смысле, а видение, посланное от Бога для благих целей Благого Спасительного Промысла Божия. Многое меня убедило в этом! Не могла необразованная и неначитанная женщина выдумать такие выражения, которые ей ранее были неизвестны: «в тонком сне» или «состояние души по выходе из тела»! Не было у нее и цели дурачить нас выдумками-фантазиями, да и не сумела бы она составить такой рассказ. Не мог и враг послать такой сон, результатом которого после рассказа явилось доброе дело – поминовение Мани. Не могла Анна Алексеевна, когда сидела за столом, знать и предвидеть, что через две недели она совершенно внезапно скончается, а этот сон, как видно из ее последних слов: «Вся жизнь отошла от меня, и я от жизни», очень много содействовал подготовке Анны Алексеевны к загробной жизни. А нам, верующим христианам, дал, кроме того, еще много неизвестных до сего времени, но чрезвычайно интересных подробностей о загробной нашей участи и о жизни отшедших от нас душ, например, о Пасхальной Неделе в райских обителях Отца Небесного. Вот почему я лично (да и другие, сидящие за столом) затаив дыхание с величайшим вниманием слушал рассказ Анны Алексеевны, стараясь не пропустить ни одного слова! Я хорошо запомнил его и, придя домой, постарался буквально записать от слова до слова, чтобы рассказать родным и знакомым. Вот он. – Что я скажу вам, отцы, братия. Что со мной случилось! Это было неделю тому назад, под самый праздник Пресвятой Богородицы! До сих пор не могу прийти в себя. Бог весть, в теле или без тела, во сне или наяву, скорее в «тонком сне», а только я четыре часа была в загробном мире! Легла я с вечера и заснула. Только бьют часы 11, как я вижу, что выхожу из тела! Тело лежит на кровати, а я стою среди комнаты и дивлюсь: как же это так? Я смотрю на самое себя, как все равно на скинутую одежду?! Хотела ощупать саму себя рукою, рука моя прошла насквозь через тело (то есть саму себя)! И вдруг около меня появился Ангел. Взял меня за руку и прямо через стену вынес на улицу, и мы стали подниматься все выше и выше вверх… Долго ли мы поднимались? Не знаю… и вдруг… остановились, и в руках Ангела я увидела две грамотки: на одной из них написаны добрые мои дела, а на другой бумаге – грехи мои! И Ангел стал проверять их. Против каждого греха он старался найти доброе дело, чтобы загладить грех. А я заплакала и спрашиваю: – Ангел Божий, куда ты меня ведешь? Он спокойно отвечает: – По мытарствам. А я все плачу и опять спрашиваю: – Ангел Божий, а если я не оправдаюсь на мытарствах? Он ласково улыбнулся и отвечает мне: – Пойдешь в ад. – Значит, я тогда погибну? – Нет, это не значит, что обязательно погибнешь, если и пойдешь в ад. По милости Церкви можешь быть спасена и избавлена от ада. А я от последних слов еще больше заплакала. Ангел же Божий ласково улыбнулся и говорит: – Раба Божия Анна, чего же ты плачешь? Надо было плакать о своих грехах, пока была на земле! Там каждая капля слез на пользу… А здесь сколько ни плачь – бесполезно. Сколько времени стояли мы в воздухе с проверкой моих дел – не знаю. И опять Ангел взял меня за руку, и опять стали подниматься, и снова остановка и проверка грехов и добрых дел! Сколько было таких остановок – не знаю и не помню! И вдруг вижу: идет навстречу мне, как бы плывет по воздуху, моя подруга детства Маня, умершая давно, оставив дочь, которая сейчас на гражданской службе. Поравнявшись со мною, Маня говорит: – Анна Алексеевна! Когда ты вернешься на землю, спроси у моей дочери, почему она никогда не поминает меня, свою родную мать? Я поэтому до сих пор еще не дошла до Чертогов Божиих, хотя понемногу приближаюсь к Ним. А я спрашиваю: – Почему же ты все-таки понемногу приближаешься к Чертогам? Ведь тебя никто не поминает? – А у вас, на земле, каждый день бывает литургия. Как только помянут в церквах: «Всех православных христиан», и меня это касается, и я в числе всех, и я делаю один шаг к Чертогам Божиим. На один шаг приближаюсь к Ним! А в Родительские поминовенные дни на пять шагов. А в Троицкую Родительскую субботу на десять шагов, а все еще не дошла! Сказала и уплыла, как бы растаяла в воздухе! И вдруг вслед за Манею идет навстречу мне по воздуху совершенно незнакомый мне старик, держит в руках большое деревянное блюдо, на котором лежит огромная просфора, величиной с большой каравай хлеба, и так весело говорит: – А меня вот на земле поминали 40 дней, и я поэтому живу в Чертогах Божиих!.. – А что вы там делаете? – А мы поем Пасху! А когда у вас на земле бывает Пасхальная Заутреня, у нас здесь литургию совершает Сам Господь Иисус Христос! И на этой Пасхальной службе мы все видим Господа, во всей Его Славе! Один раз в год видим Его, а с мучениками Он всегда в раю. Мученики Его всегда видят. А мы, обыкновенные души, – раз в году, и то потом всю Пасхальную неделю отдыхаем, как все равно дремлем, от видения Славы Божией. Так трудно, ослепительно обыкновенной душе видеть Господа во всей Его славе! У нас и райские яблоки поспевают ко дню вашей земной Пасхи. Кто подавал милостыню и не скупился, для тех очень сладкие. А кто хоть во время своей земной жизни и подавал милостыню, но в душе жалел, скупился, для тех менее сладкие… Сказал и проплыл мимо меня – скрылся! И вдруг вижу опять своего Ангела-спутника, ведет какого-то молодого человека. Ангел положил ему свою руку на темя, нажал, и молодой человек куда-то провалился, как в овраг какой-то, как сквозь землю… Там где-то крики и плач… Ангел говорит мне: – Это – отрекшийся от Бога. На этом видение мое и кончилось. За перегородкой пробило три часа, и от боя часов я вся в слезах пришла в себя, проснулась. Следовательно, сон мой продолжался ровно четыре часа, с одиннадцати до трех. Прошел месяц после этого поминовенного обеда, за которым мы услышали этот замечательный рассказ. Все время мне хотелось снова встретиться с Анной Алексеевной и попросить ее повторить свое повествование, но адреса ее я не знал, а сходить к Ксении Ивановне, которая устраивала тогда обед-поминовение по мужу, все как-то не собрался, времени не было. И вот прошел месяц. Еду утром в Кладбищенскую церковь к литургии и вдруг вижу – идет Ксения Ивановна. Я обрадовался ей: – Ксения Ивановна! У меня к вам просьба: скажите адрес Анны Алексеевны, сведите меня с ней, я хочу, чтобы она снова еще раз мне лично повторила свой сон. А Ксения Ивановна вдруг, к моему великому удивлению, отвечает: – Да что вы, батюшка! Разве не знаете, что она две недели тому назад умерла в одночасье?! Мы ее и хоронили здесь. У меня от ужаса связался язык! Как же? Совершенно здоровая женщина за две недели до своей кончины видит во сне, как проходит мытарства, видит подробности загробного мира, рассказывает нам всем, а через нас еще многие-многие христиане могут узнать до сих пор неведомое, важные подробности, и потом вдруг умирает!.. Разве это не чудо?! Разве не доказательство правдивости и искренности Анны Алексеевны и что это ей было дано от Бога с благою целью Промысла Божия для нее и для всего христианского мира?! Что этот сон был полезен для самой Анны Алексеевны, для ее душевного, вечного спасения – это доказывают ее слова. Когда за поминальным обедом она закончила свой рассказ, то прибавила: – Теперь, отцы духовные, когда я побыла на том свете, когда сподобилась увидеть все эти страхи, мне теперь ничего на земле не страшно и ничего не нужно! Ничего не боюсь и ни в чем, кроме слез, не нуждаюсь. Хоть меня к стенке сейчас, хоть в тюрьму сажай – ничего не боюсь! Вся земная жизнь отошла сразу от меня, и я от нее… Она говорила, что Ангел, проверяя ее грехи на мытарствах, напомнил ей и такие грехи, которые она почему-либо забыла!.. Вот польза сновидения для самой Анны Алексеевны! А для всех верующих христиан рассказ Анны Алексеевны дает очень много до сих пор неизвестных сведений и подробностей о загробном мире, о пользе покаянных слез и поминовения, о том, как наш праздник праздников – ПАСХА – отмечается в Обителях Отца Небесного… На земле, во время нашей земной жизни, каждая капля слез покаянных на пользу и во спасение, по словам Ангела. Пример этому – платок, намоченный слезами умирающего разбойника. Там же хоть целые века проливай море слез – бесполезно! Как полезна для спасения души христианской литургия, Божественная литургия на земле! И не только для тех, кого на ней по имени поминают! Но даже одна фраза: «И всех православных христиан, да помянет Господь Бог во Царствии Своем…», которой мы мало придаем значения, мало в нее вслушиваемся, эта фраза приносит огромную пользу душам, и они каждый день понемногу приближаются к Обители Отца Небесного. А от родительской службы еще сильнее польза! Из всех родительских самая сильная и самая полезная для душ человеческих – это Троицкая Суббота! Господь Иисус Христос сказал: «В дому Отца Моего обители многи суть», указывая на чрезвычайное разнообразие селений оправданных душ. И здесь, в рассказе Анны Алексеевны, старик отличает «чертоги», в которых пребывают оправданные души, от рая, где мученики и все святые видят Господа. Ослепительное действие видения Славы Божией на обыкновенные души во время Небесной Пасхальной службы, после которой души отдыхают от этого видения всю неделю, психологически вполне понятно. Ведь не можем же мы на земле смотреть прямо на солнце? А во всех святых книгах неизменно говорится, что Свет Сияния Славы Божией во много раз превосходит солнечный! Можем ли мы вообразить эту Небесную Пасхальную службу, когда Сам Воскресший Христос совершает литургию?!! Миллионы Ангелов поют неизъяснимо сладостно! Миллионы Ангелов прислуживают, миллиарды Ангелов присутствуют! Миллионы святых угодников и умерших душ христианских в изумлении и восторге молятся и восхваляют Спасителя! Это великолепие не вообразить!!! Не описать слабой душе человеческой! Цветы и яблоки райские, о которых говорил старик Анне Алексеевне. Скажи об этих райских яблоках кому-либо неверующему, он только посмеется, спросит: «А где они растут?» А мы, верующие, хорошо и твердо знаем, что и цветы, и яблоки эти существуют, хотя и не можем, пока мы живем на земле, ответить, где эти Обители Отца Небесного. Святые отцы на этот вопрос дают только один ответ: «Вне пределов этого мира!» Но и цветы, и яблоки райские люди видят не только в сновидении, но и наяву. Вот, например, исторический факт: неверующие не могут его отвергнуть, сказать, что это «фантазия»! Так как указано время, место, личности, и, главное, на основании этого факта злой мучитель христиан сам сделался христианином. Взято из жизни и мученической кончины святой Дорофеи (день памяти 6/19 февраля). Около 302 года в городе Риме, когда мучили святую деву Дорофею, мучитель, язычник Феофил, с насмешкой сказал ей: – Ты уж, пожалуйста, пришли мне цветов и райских яблок из рая Жениха твоего… Святая мученица ответила: – Непременно пришлю! И вдруг сейчас же явился Ангел, держа в руках три цветка и три яблока, и вручил их святой деве. Она отдает их мучителю. Тот с изумлением озирается кругом. Откуда взялись эти цветы и яблоки? В это раннее время весны, в феврале, не было в Риме ни того, ни другого! Признав здесь чудо Божие, Феофил уверовал во Христа и был тут же обезглавлен (день памяти 6 февраля вместе со святой мученицей Дорофеей). И святой Ангел (Архангел Гавриил) являлся Деве Марии с райской ветвью в руках. Слова Анны Алексеевны: «Когда я побыла на том свете, вся земная жизнь отошла от меня, и я от жизни» – психологически вполне понятны. Говорят, что люди, увидевшие жизнь загробного мира, делались молчаливыми и задумчивыми. Святой праведный Лазарь трое суток пробыл в аду, пока его не воскресил Господь, потом он 30 лет был епископом на острове Крите, к нему приезжала Богородица и подарила вышитый Ее Пречистыми руками омофор. Согласно Преданию, Лазарь всю остальную жизнь во время прохождения епископского служения ничего не говорил, кроме необходимого и того, что связано со служением и молитвами. И это вполне понятно. Попробуй пробыть трое суток среди злых духов и грешников!.. Записки казанского протоиерея Бориса Филипповского (1885 – 7.12.1957). www.kds.eparhia.ru Сновидение архиепископа Нила о посмертной судьбе певчего Блаженный памяти Нил, архиепископ Ярославский, рассказывает бывшее ему следующее замечательное сновидение. «В 1871 году состоявший в певческом хоре А.Я., прожив не более 24 лет, умер от эпидемии холеры. Через девять дней после смерти, а именно утром 16 июля, явился он мне во сне. На нем был знакомый мне сюртук, только удлинившийся до пят. В момент его явления ко мне я восседал у стола своей гостиной, а он вошел из залы довольно скорым шагом, как это и всегда бывало. Показав знаки уважения ко мне, он приблизился к столу и, не сказав ни слова, начал высыпать на стол из-под жилета медные деньги с малой примесью серебряной, очень истертой монеты. С изумлением я спросил: «Что это значит?» Он отвечал: «На уплату долга». (Надобно заметить, что накануне приходили от фотографа и объявили, что по книгам техника за А.Я. значится четыре рубля долга.) Это меня очень поразило, и я неоднократно повторил: «Нет, нет, не нужны твои деньги, сам заплачу твой долг». При словах этих А.Я. с осторожностью сказал мне: «Говорите потише, чтобы не слыхали другие». На выраженную же мною готовность уплатить за него долг он не возражал, а деньги не преминул сгрести рукою со стола. Но куда он их положил, мне не удалось заметить, а кажется, они тут же исчезли. Затем, встав со стула, я обратился к А.Я. с вопросом: – Где находишься ты, отшедши от нас? – Как бы в заключенном замке. – Имеете ли вы какое-либо сближение с Ангелами? – Для Ангелов мы чужды. – А к Богу какое имеете отношение? – Об этом после когда-нибудь скажу. – Не в одном ли месте с тобою Миша? (Малый певчий, живший в одной комнате с А.Я. и скончавшийся года за четыре перед тем.) – Не в одном. – Кто же с тобою? – Всякий сброд. – Имеете ли вы какое развлечение? – Никакого. У нас даже звуки не слышатся никогда; ибо духи не говорят между собою. – А пища какая-либо есть у духов? – Ни-ни… (Звуки эти произнесены были с явным неудовольствием и, конечно, по причине неуместности вопроса.) – Ты же как чувствуешь себя? – Я тоскую. – Чем же этому помочь? – Молитесь за меня: вот доныне не совершаются заупокойные обо мне литургии. При словах сих душа моя возмутилась, и я стал пред покойником извиняться, что не заказал сорокоуста; но что непременно сделаю. Последние слова, видимо, успокоили собеседника. Затем он просил благословения, чтоб идти в путь свой. При этом я спросил его: «Нужно ли испрашивать у кого-либо дозволение на отлучку?» Ответ заключался в одном слове: «Да». И слово это произнесено было протяжно, уныло и как бы по принуждению. Тут он вторично попросил благословения, и я благословил его, знаменуя большим крестом, с произнесением следующих слов: «Благословит тя Господь от Сиона, живый во Иерусалиме, отныне и до века». Надобно заметить, что слова сии вовсе необычны для меня, и только во сне уста произнесли их. Однако же А.Я. не удовольствовался таким благословением, ибо оно произносилось в тот момент, когда он занят был застегиванием пуговиц и вообще поправкою одежды, чтобы идти в путь. И так просьба благословения, со сложением рук для его принятия, еще раз повторена была, и в последний раз благословил его, произнося: «Буди благословен во веки, во имя Отца и Сына и Святого Духа». А.Я. сильно прижал руку мою к устам своим; ему не хотелось выпускать ее. Сочувствуя ему, я облобызал его отеческим лобзанием, вполне сознавая, что он есть гость, пришедший ко мне из другого мира. И тут стал я вглядываться в него и, вглядевшись пристально, увидел неизменные знакомые мне черты. Только белизна и утонченность изменяли прежний тип. К тому же пот в виде росы покрывал лицо, а глаза при яркости своей выражали утомление и упадок сил душевных. Вышел он от меня дверью, обращенной к Туговой горе, на которой покоится прах его. За ним следил я с чувством глубокой скорби и с пламенным желанием видеть след его. И что же? Сверх всякого чаяния очутился я на горном хребте, разделенном надвое. С высоты хребта, в глубине расселины, увидел я тот самый замок, о котором вспоминал А.Я. Замок имел форму параллелограмма. Из четырех стен его только в одной, к югу обращенной, замечен мною малый просвет, да и тот с железною решеткою. Кроме этого единственного просвета, стены представляли сплошную каменную массу без окон, дверей и даже без кровли. Последнее обстоятельство дало мне возможность видеть, хотя сквозь полумрак, внутренность замка и совершающееся в нем. Особенно благоприятствовало мне положение мое на окраине горы, поднимавшейся гораздо выше стен. Казалось, что взор мой достигал до самого дна. Но, вглядываясь пристально, я замечал в глубине только мрак, движущийся наподобие черных облаков или волн; но проявления жизни и определенных форм тут не было ни следа. Наконец душа моя возмутилась: я увидел А.Я., за несколько пред этим минут посетившего меня. Местом же для него служил угол здания, обращенный к северо-востоку. Он сидел с поникшей головой и поджатыми ногами, а руки сложены были накрест. Одежда же его заключалась в сорочке, проявлявшей белизну даже сквозь мрак. Белизна эта, среди господствующего всюду хаоса, показалась мне чрезвычайным явлением, и у меня родилась мысль, что положение А.Я. не безотрадно, и он имеет некий почет сравнительно с прочими темницы сей заключенными. Недвижимость же А.Я. дала мне такой вопрос: Неужели душам умерших воспрещено всякое движение и всякая перемена позиций? И когда, таким образом, мысль моя и взор будто магнитом влеклись к А.Я., какой-то почтенной наружности человек, неведомо как и откуда очутившийся позади меня и стоявший на некотором возвышении, обратил мое внимание в противоположную сторону. Я заметил, что южная стена, на небольшом протяжении, в части, примыкающей к просвету, медлительно и грозно приподнимается. Вслед за тем в основании стены, на месте подъема или, точнее зева показался на мгновение свет; а внутри вертепа произошло колебание мрака с ощутительным движением воздуха. А еще минута – и все пришло в прежний порядок. Как ни велико было в эту пору смущение мое, но все-таки я старался разгадать причину совершившегося предо мною явления. Благодаря таинственному незнакомцу томился я недолго. Со стороны его донеслись ко мне ответные на мою мысль слова. «Это знак прихода новой пресельницы». Обратясь спешно в ту сторону, внимательным взором искал я человека, который рисовался уже в воображении моем Ангелом, свыше посланным; но поиск не привел меня ни к чему. Я видел пред собою лишь безжизненную и страшную пустыню. Картина эта, с рядом предшествующих явлений, до глубины возмутила душу мою, и я проснулся. И тут же взялся за перо, чтобы письменно передать виденное с возможной верностью». Сергиевский Н.Ф. Тайны загробной жизни, открытые в видениях и творениях свв. отцов. М., 1903 Видение адских мук монахиней Марией В письме к епископу Игнатию Брянчанинову одна его ученица-инокиня монахиня Мария Шахова сообщает своему духовному руководителю следующее достопримечательное свое сновидение (вскоре после смерти одного из современных «сильных земли»). «Без всякого предварительного во сне представления я увидела вдруг перед собою как бы просторную палату, совершенно пустую и без кровли. Посреди нее стоял как вкопанный N, весь нагой, исключая голову, покрытую шлемом из тусклого металла, с полуощипанными перьями. Хотя я признала N по чертам лица и хотя он сохранил свой исполинский рост – это не был человек во плоти, а дух, ищущий какую-то видимую оболочку, какого-то бледного тончайшего тела, подобно тому, как видела в 1849 году, во время тяжкой болезни, душу свою, обнаженную, вышедшею из тела, на которое оглянулась и увидела его лежащим на столе неподвижно, как одежду. А я сама, т. е. мыслящее и чувствующее существо мое было тонко, летуче, неописано легко, но во всем подобие тела. Мне были тогда так же показаны мучения грешных душ, которые я видела, с одной стороны, в темном хаосе, а с другой – в бездне огненной. Странно было явившееся мне привидение! Ноги его были вкопаны выше колен в ледяную прозрачную твердыню и скользили чрез нее. Я стала понимать лютость этой муки: оцепеняющий, мертвящий холод точно отдавался в моем теле. Изнутри утробы его исходило багровидное, неописанного цвета и жара огнегорящее пламя, испепеленно прожигающее насквозь весь состав, устремляющееся с неимоверною силою, все умножаясь и раздуваясь и не ослабевая, испепеляя неподвижную и несокрушимую жертву свою. От порывов пламени раздувались перья на шлеме. Опущенные руки, казалось, были терзаемы вкупе снизу лютостью холода и около плеч – силою пламени, потому что каждая мука была отдельна: ни холод не разогревался огнем, ни жар не утолялся студеностью. Трепеща всем существом моим (и ныне содрогаюсь в воспоминании), смотрела в ужасе на привидение, и душа моя как бы вступала в общение с его духом. Я начала разуметь и слышать умственно, неисповедимо, как видела и ощущала. Привидение громовым голосом испускало стоны или, вернее, рыканья из глубины утробы: звуки эти невозможно не только выразить, но и уподобить чему-либо… Ах-а-ах!.. Какие муки!.. А-ах! А-а-ах! Страна моя!.. Ты спасай меня! Терзаюсь! Утроба моя горит… горит! А-а-ах! Леденею, цепенею! Сердце мое точит червь неусыпающий! А-ах! Эти муки лютее всех! Затем раздавались вопли и рыканья без слов, страшные, оглушительные. Но к большему моему ужасу мне стало открываться умно, за что такая мука терзает мучимого: «блуд ненасытный заковал пол существа моего в тартаре». Раздирающее утробу пламя – это приговоры мои – казни и убийства. Вопли потрясающие – за вопли от неправедных судов моих. Мука от червя ненасытного, точащего непрестанно сердце мое – за оскорбление святыни, за поругание законов церкви! Я не в состоянии была вынести далее одолевающего меня ужаса от совершенного сознания духом моим, что это не мечта, не сон, но истинное видение того, что не ведано нам, смертным, в обыкновенном нашем состоянии. Как бы страшась уничтожиться, простерлась душа моя в трепете пред величием Страшного Судии живых и мертвых и начала вопить невыразимо: «Господи Боже! Возьми от меня это нестерпимое видение! Недомогаю к нему! Исчезает дух от ужасного созерцания! Страшусь, страшусь уничтожиться! Господи! Господи, помилуй!» Все скрылось. Осталось одно неизгладимое впечатление ужаса от которого, при воспоминании, стынет кровь в жилах, и не дает оно придать забвению страшное видение. Я пришла в себя в состоянии крайнего истощения всех сил, вся облитая холодным потом». В ответ на это видение святитель писал между прочим: «Скончавшийся имел против себя одного из сильных исполинов рати супротивной – неведение. При кончине своей он не только не заботился о покаянии, но еще дерзновенно обещал окружающим его смертный одр молиться за всех! Явно уверенный в благоволении к себе Божием, несмотря на жизнь, проведенную в совершенном нерадении о мире с Богом и совестью, среди земного величия и громкой славы. Так способна душа человеческая усвоить в себе ложное мнение о своей праведности, прельщенная почестями и суетною славою при благоденствии земной жизни! Так пагубно самомнение, ослепляющее человека до последних минут существования!» В заключение своего отзыва богопросвещенный наставник, утверждая писавшую в смирении и покаянии, напомнил своей ученице евангельское изречение: «Иисус сказал им на это: думаете ли вы, что эти Галилеяне были грешнее всех Галилеян, что так пострадали? Нет, говорю вам, но, если не покаетесь, все так же погибнете. Или думаете ли, что те восемнадцать человек, на которых упала башня Силоамская и побила их, виновнее были всех, живущих в Иерусалиме?» (Лк. 13, 2–4). И завещал ей присоединить свои моления к молитвам Церкви об упокоении преставившегося. Загробное состояние самоубийцы Один благочестивый старец на духу сообщил своему отцу духовному, что он долго скорбел о преждевременной и нехристианской кончине своего отца, в его малолетстве порешившего с собою, повесившегося и похороненного в лесу без отпевания. «Крепко жаль мне было отца, – поведал старик священнику, – и часто думал я о нем. А как вырос, женили меня, и стал я жить да работать, отец не выходил у меня из головы». И начал я по ночам молиться Богу, чтобы узнать, где теперь отец мой. Вот однажды и вижу во сне: кто-то спросил меня, ровно такой же мужичок, как и я: «Ты хочешь знать, где твой отец?» – «Да, говорю, желал бы увидеть его». – «Пойдем, – говорит, – со мной». Долго мы шли, и не смогу сказать где, точно в темном лесу каком; только чем дальше мы шли, тем земля под ногами становилась горячее, так что ноги жгло. Наконец дошли мы до такого места, где из земли выбрасывается сильный огонь на большой долине; слышу шум, треск. Незнакомый подводит меня ближе и ближе; даже против моей воли, мне уже и страшно, и больно было от жару. В пламени том постоянно показывались люди; их выбрасывало из пропасти как будто вместе с огнем, а потом они опять низвергались в огненную бездну, лица их и все тело были черны как уголь. Стоны и вопли их были ужасны! «О Господи! Здесь-то, видно, мучаются грешники?» – сказал я. «Тут и твой отец», – сказал мне вожатый. Но отца я не видел. После такого ужасного сновидения я решительно не знал, что делать, как помочь отцу, а помочь хотелось. В таком раздумье я однажды и заснул… Заснул с мыслью о горькой участи отца и опять вижу во сне: великое пламя выходит из земли, чувствую отвратительный, смрадный запах и слышу страшные вопли и стоны человеческие. Всматриваюсь, подошел ближе, думаю, не увижу ли здесь отца. Вдруг он показался на поверхности; да такой черный, как в смоле обмакнут. Я едва узнал его. «О! Ваня, голубчик! Выкупи ты меня отсюда… там у вас копейка – здесь за рубль ценится…» И опять не стало его. Я в испуге-то и слова не успел вымолвить с ним. И опять думаю: что я не спросил, чем можно помочь ему? Ведь он, поди, знает. А сам стою и гляжу на страшный огонь – не увижу ли еще отца. Между тем мне показалось, что сверху откуда-то как роса и мелкий дождь падает что-то на огонь и несколько ослабляет его силу. Думаю опять: что же это значит? И слышу голос: «Это милостыня и молитвы святых за тех, которые здесь мучаются, падают росою на огонь гееннский». С тех пор я еще чаще стал подавать милостыню за душу Феодора – отца моего, и понял его слова «у вас копейка – здесь за рубль ценится» Только дело-то мое не богатое – подавал бы и щедро, да нечего. Так закончил старик свой замечательный рассказ. Сергиевский Н.Ф. Тайны загробной жизни, открытые в видениях творениях свв. отцов. М., 1903 Рассказ старицы о загробной участи своего отца-праведника и матери-грешницы Загробная участь человека находится в прямой зависимости от дел земной его жизни и по большей части бывает противоположна сравнительно с настоящим его состоянием. Узкий и прискорбный путь земной жизни легко приводит к блаженству за гробом, тогда как широкий и пространный путь, исполненный земных наслаждений и неизбежного при них греха, легко приводит беспечных к жестоким мучениям и погибели в будущей загробной жизни. Вот что повествуется в отеческих сказаниях об одном видении, грозно подтверждающем эту истину. Некий старец поведал о девице очень преклонных лет, преуспевшей в страхе Божием. Он спросил, что привело ее к монашескому жительству? Она, прерывая слова воздыханиями, рассказала следующее: «Мои родители, достоуважаемый муж, скончались, когда я была в детском возрасте. Отец был скромного и тихого нрава, но слабый и болезненный. Он жил настолько погруженный в заботу о своем спасении, что едва кто из жителей одного с нами села изредка видел его. Если иногда он чувствовал себя получше, то приносил в дом плоды своих трудов. Большую же часть времени он проводил в посте и страданиях. Молчаливость его была такова, что не знавшие могли принять его за немого. Напротив того, мать моя вела жизнь рассеянную в высшей степени и столь развратную, что подобной ей женщину трудно было сыскать. Она была так говорлива, что казалось, все ее существо составлял один язык. Беспрестанно она затевала ссоры со всеми, проводила время в пьянстве с самыми невоздержанными мужчинами. Она расточила все, что нам принадлежало, а ей отец передал распоряжение домом. Она так злоупотребляла своим телом, оскверняя его нечистотами, что немногие из нашего селения избежали блудного с ней совокупления. Она никогда не подвергалась и болезни, со дня рождения и до старости у нее было совершенное здоровье. Так текла жизнь моих родителей. Отец, истомленный продолжительной болезнью, скончался. Едва он умер, как небо потемнело, пошел дождь, засверкала молния, загремел гром, в течение трех дней и трех ночей непрерывно продолжался ливень. По причине такой непогоды задержалось его погребение, так что жители села покачивали головами и, удивляясь, говорили: «Этот человек настолько был неприятен Богу, что даже земля не принимает». Но чтобы тело его не начало разлагаться в самом доме, похоронили его кое-как: непогода и дождь все продолжались. Мать моя, получив еще большую свободу по смерти отца, с большим исступлением предалась блуду. Сделав наш дом домом разврата, она проводила жизнь в величайшей роскоши и увеселениях. Когда настала ее смерть, то она сподобилась великолепного погребения. Сама природа, казалось, приняла участие в похоронах. По ее кончине я осталась в отроческих летах, и уже телесные вожделения начали во мне проявляться. Однажды вечером я начала размышлять, чью жизнь избрать мне образцом для подражания: отца ли, который жил скромно, тихо и воздержно, но во всю свою жизнь не видел ничего доброго, провел ее в болезнях и печали, а когда скончался, то земля даже не принимала его тела. Если такое житье благоприятно Богу, то по какой причине отец мой, избравший его, подвергся стольким бедствиям? «Лучше жить, как жила мать, – сказало мне мое помышление, – предаться вожделению, роскоши, плотскому сладострастию. Ведь мать не упустила ни одного скверного дела! Она провела всю жизнь в пьянстве, была здоровой и счастливой. Конечно, мне следует жить так, как жила мать! Лучше верить собственным глазам и тому, что очевидно, лучше наслаждаться всем, чем верить невидимому и отказываться от всего». Когда я, окаянная, согласилась в душе избрать жизнь, подобную жизни моей матери, настала ночь, я уснула. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/aleksey-fomin-2/kogda-umershie-prihodyat-vo-sne/?lfrom=390579938) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом. notes Примечания 1 www.pravmir.ru (http://www.pravmir.ru/). 2 www.forum.materinstvo.ru/lofiversion/index.php/t894162.html (http://www.forum.materinstvo.ru/lofiversion/index.php/t894162.html). 3 www.cirota.ru (http://www.cirota.ru/). 4 Архимандрит Пантелеимон. Тайны загробного мира. Киев, 2001. 5 Феофан Затворник, святитель. Письма. VII. 1163. 6 Николай (Велимирович), святитель. Символы и сигналы, II.10.8–10. 7 Святитель Игнатий. Полное собрание сочинений. Т. 5. М., 2001. С. 347. 8 Исаак Сирин, преподобный. Слова подвижнические, 60. 9 Петр Дамаскин, преподобный. Творения, I. 2. 10 Игнатий (Брянчанинов), святитель. О сновидениях / О прелести. 11 Диадох Фотикийский, блаженный. Подвижническое слово, 38. 12 Ефрем Сирин, преподобный. В подражание притчам. 13 Макарий Оптинский, преподобный. Письма, 397. 14 Иоанн Лествичник, преподобный. Лествица, 3. 27. 15 Иоанн Лествичник, преподобный. Лествица, 3. 28. 16 Диадох Фотикийский, блаженный. Подвижническое слово, 37. 17 Амвросий Оптинский, преподобный. Письма к монашествующим, 422. 18 Варсонофий Великий и Иоанн Пророк, преподобные. Руководство к духовной жизни, 413. 19 Иоанн Лествичник, преподобный. Лествица, 15. 55.