Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Тайна пиратской бухты Тайна лесного дерева Виктор Александрович Авдеев Книга повествует о приключениях детективной троицы. Первый из них, непревзойденный лидер компании – Марк Ларкин, и его главный инструмент – острый ум. Вторая – его сестра Памела или попросту Пэм, обладает первоклассной внимательностью. Третьим является Тим Вайз, и его низкий рост компенсирует львиная доля смелости. В этот раз они бьются над разгадкой дурной славы одной строительной компании и случайно попадают в переделку, отдыхая у лесного озера. Виктор Авдеев Тайна пиратской бухты Тайна лесного дерева Тайна пиратской бухты Предисловие Неторопливо прогуливаясь вдоль побережья самого прекрасного моря, существующего в природе, я наблюдал за чайками. Их беззаботные крики, доносящиеся с высоты бескрайнего лазурного неба, согревали меня наравне с теплыми лучами весеннего солнца. Легкий свежий бриз игрался рукавами моей рубашки, щекотал руки и лицо. Я часто бываю здесь, оставляя свои следы на песке. Этот песок такой же, как и четверть века назад. Он помнит меня и моих друзей – Марка, его сестру Пэм и, конечно, добродушного Тима. Трех юных сыщиков, что когда-то в очередной раз помогли раскрыть одно из самых запутанных преступлений, произошедшее здесь, в этой бухте. Подтверждением тому является копия завершенного расследования, хранящаяся в моем кабинете, и безусловно, никто не оспорит тот факт, что вся эта история случилась на самом деле. Умиротворенность природы совершенно не мешает нарастающему потоку воспоминаний, даже наоборот, только усиливает его, и я не смею сопротивляться этому чувству. Я слишком давно не виделся с ребятами, чтобы перестать думать о прошлом. Именно поэтому мне предстоит незамедлительно вернуться на много лет назад и поведать Вам о приключениях детективной троицы. С большим удовольствием я приступаю к новому рассказу, хранящему свои тайны… Сергей Лунский Знакомство с художником Конец апреля выдался довольно-таки сырым и зачастую туманным, особенно ранним утром. Но настойчивые потуги солнечных лучей все чаще брали верх у бледной воздушной пелены, разливаясь золотом на влажном асфальте. Температура, уверенно набирая темп, тянулась вверх серой ртутной полосой на градуснике. Повсюду распускались магнолии и акации, наполняя улицы первыми душистыми запахами молодых цветков. Прохладные ветра утихли, и им на смену пришли теплые весенние дуновения. Все вокруг оживало, будто сама весна – это такой радужный медвежонок, очнувшийся от спячки. Вот он вылез из берлоги и, стряхивая с себя остатки долгого сна, маленькими уверенными шажками побрел навстречу новой жизни. В один из таких маревых субботних вечеров Семен Георгиевич аккуратно вел свой автомобиль по шоссе, которое огибало Пиратскую бухту и устремлялось в город, где становилось самой обыкновенной дорогой для машин. На заднем сиденье тихонько посапывал Тим, утомленный воскресной поездкой по различным нужным магазинам соседнего городка, в которых отец искал кое-какие детали в мастерскую для очередного сданного ему в ремонт авто. А Тим согласился составить ему компанию, правда не один. На его шее, словно бесформенный длинный шарфик, распластался спящий пушистый хорек по имени Шикс – подарок тети Лины на Новый Год. Он был почти весь пепельно-серый, и лишь область вокруг носа была светло-бежевой, но только в те моменты, когда он еще не успел залезть любопытной мордой в мышиные норки или мусорный пакет, где обязательно умудрялся вымазаться. Шерсть у его любознательных глаз была отмечена ровной черной полосой, будто начерчена углем, и придавала ему вид одевшего на себя повязку разбойника. Как и волосы на голове Тима, Шикс постоянно пребывал в растрепанном состоянии. Мальчик поначалу расчесывал своего маленького питомца старым деревянным гребешком, но вскоре понял, что это бессмысленно. Буквально через пару минут каким-то волшебным образом хорек вновь принимал вид старой обувной щетки, и Тим бросил эту затею. Однако наперекор внешней неаккуратности, Шикс был очень умным зверьком, и даже понимал некоторые команды, которым научил его Тим. Как только мальчик познакомил его с Ларкиными, Пэм влюбилась в животное без памяти и при случае сразу брала его на руки. Шикс был не против, он любил растянуться на чьих-нибудь плечах, словно раздувшая меха гармошка. Но в отличие от своей сестры, Марк был более сдержан к новому другу и старался держаться на расстоянии, объясняя это тем, что игры с животными не для него. Тим открыл глаза и прищурившись уставился в окно, пытаясь сообразить, где они едут. Побережье внизу шоссе было устлано туманной дымкой, поднимающейся все выше и выше к небу. Звезд уже было почти не разглядеть, хотя одна еще все-таки блистала в десятке метров над уровнем моря. Вот она погасла, и снова зажглась, только немного левее. И вновь угасла. Тим видел ее – неяркая такая, но настоящая. – Летящая звезда, гляди, пап! – пробормотал Тим и попытался прогнать остатки дремоты, мотая головой из стороны в сторону, отчего спящий Шикс сполз на колени. – Там, над горными холмами. Отец мельком бросил взгляд на мглистые каменистые склоны, но сияние уже потухло. – Что бы там ни падало, оно исчезло, – кратко констатировал он и снова уставился на дорогу. А Тим все глядел на море. В один момент ему показалось, что и там появилось неясное размытое пятнышко бледно-голубого цвета. Но оно быстро растворилось в непроглядном сумраке. «Странные дела, – подумал он. – Одна упавшая звезда – это нормально, но две – явный перебор. Нужно рассказать об этом Марку. Может здесь кроется какая-то тайна?» Марк являлся главой детективной троицы и имел аналитический склад ума. Если кто и решал значимость того или иного события для их сыскной деятельности, то только он. Шикс засопел, выдавливая из носа круглые блестящие пузырьки. Тим блаженно прижал к себе хорька и тихонько сказал: – Наверное, ему, как всегда, снятся полевые мыши… Созвонившись утром по телефону с Ларкиными, Тим все им рассказал. – Как считаете, нам стоит сходить в бухту сегодня после обеда? – спросил он. – Природные явления сами по себе удивительны, – изрек Марк после недолгого молчания. – Уверен, в том, что ты видел вчерашним вечером, нет ничего из ряда вон выходящего. – Погода прекрасная, Марк! – Тим услышал приглушенный голос Пэм. – Давай устроим прогулку к морю? – Я не сказал, что против, – успокоил ее брат, – просто утвердил свою точку зрения на данный счет. – Значит, решено! – обрадовался Тим. – Встречаемся в два часа и идем на пляж. – Ура! – раздался радостный крик Пэм. Затем Тиму пришлось повесить трубку и вернуться в мастерскую, где он помогал отцу с очередным ремонтом автомобилей. А во второй половине дня, наскоро расправившись с едой, Ларкины поджидали друга на светлой улочке у своего дома, подставив лица под теплые лучики весеннего солнца. Воздух был свеж, а небо лазурным в тех местах, где не было затянуто молочными облаками. Пэм надела легкую курточку поверх футболки и короткие джинсы, а Марк неизменную жилетку, накинутую на свитер и свободные брюки. Топтаться у калитки пришлось недолго. Совсем скоро Тим, улыбаясь до ушей, уже шел рядом с ними к бухте, а Шикс ловил розоватым носом запахи моря, гонимые ветром, и ластился о щеки Пэм. – Эй, ты скоро оставишь на мне всю свою шерсть, если не перестанешь так тереться! – фыркала от восторга девочка, то и дело вздрагивая от щекотки. – И перестань ткаться в меня мокрым носом! Шикс тут же все понял, потому как сразу успокоился и, устроившись на ее плече, свесил вниз длинный хвост. Марка не сильно забавляли эти игры. Устремив взгляд перед собой, он выглядел по обыкновению серьезным. – Глядите, – Тим указал рукой куда-то, – это тот самый холм, где я видел огонек. И, кажется, на вершине кто-то есть. Ребята взглянули вдаль. На горном склоне действительно виднелась неясная фигура на фоне природного пейзажа, похожая на очертания человека. Только какое-то громоздкое, издали до конца не различимое. – Может этот человек и светил вчерашним вечером фонариком? – предположил мальчик. – Искал что-то, потеряв в темноте? – Ума не приложу, – вставила Пэм, – зачем туда ходить в такое время? Может, конечно, здесь и скрывается какая-то тайна, но я бы не стала слишком уж рассчитывать, – добавила она. – В этом мы и должны разобраться, – ответил Марк. – Возможно, этому действительно есть простое объяснение. Миновав крутой спуск вдоль летних домиков для туристов, ребята ступили на желтый песок. Кое-где виднелись маленькие ракушки, белые и коричневые, вынесенные на берег морским приливом вместе с обрывками водорослей. Ветер здесь дул сильнее, чем наверху, но не был холодным. Все же Шикс спрятался за воротник Пэм и прижал к голове крохотные ушки. Через пару минут они шагали по вытоптанной тропинке, ведущей на пик горного холма. Поднявшись на его вершину, ребята наконец поняли, что поначалу им виделось неясным. Перед незаконченной картиной, установленной на мольберте, восседал на стульчике вполне обычного роста зрелый мужчина и держал в одной руке палитру, а в другой кисть. И из-за ширины полотна издалека казалось, что человек большой с несуразной фигурой. – Добрый день! – вежливо поздоровался с ним Марк. Увлеченный своей работой, художник вздрогнул от неожиданности и совершил мазок кистью гораздо жирнее, чем было нужно. – Ай, яй, – с досадой проговорил он и обернулся к новоприбывшим. – Простите, что напугали, это вышло не специально, – извинилась Пэм. – Мы прогуливались неподалеку и никак не думали встретить здесь кого-то еще. – Все в порядке, ребятня, – ответил тот, пожевывая в зубах вторую кисточку, поменьше. – Я легко исправлю то, что вымазал. А вообще, я часто бываю на побережье, но вас тоже вижу впервые. Гуляете, говоришь? – Совершенно верно, – кивнул Марк. – После нескольких часов, проведенных за домашними хлопотами, неплохо было бы проветрить головы. Да и погода с каждым днем радует все больше. – Что верно, то верно, молодые люди, – согласился мужчина и аккуратно промокнул кляксу на полотне тряпицей. – Местные стало быть? – Конечно, – ответил Тим. – Туристы еще не скоро приезжать начнут. Через месяц или больше. – А что вы рисуете? – полюбопытствовала Пэм и подошла поближе к мольберту. – Погляди, это море, такое, каким оно выглядит сейчас, – с гордостью представил он ей свое творение и поглядел вдаль. – Точь-в-точь, да. – Ой, как красиво! – воскликнула девочка. – А вы все-все на свете нарисовать можете? – На все жизни не хватит, моя дорогая, – интерес Пэм ему был явно приятен. – Но кое-что действительно могу. А ну, вставайте все трое вместе вон там, – он указал на невысокий земляной бугорок в нескольких шагах перед собой. – Нас четверо, – с улыбкой поправил его Тим. – Шикс, поднимайся! Пригревшись за пазухой у Пэм, хорек неспешно показал всем заспанные маленькие глазки. Затем привстал на лапках и перемахнул на плечи хозяина. Мальчик выудил из кармана одну изюминку, которую тот с удовольствием сразу же проглотил. – Ну, дела, – с восхищением протянул художник. – Это ж не собака, но команды-то как выполняет! – За это он получает лакомство, – объяснил Тим. – Так я его и приучил к нескольким простеньким трюкам. – А что он еще умеет? – спросил мужчина и отложил в сторону принадлежности для рисования. – Не то, чтобы очень много. Ну, может, например, принести какой-то предмет или замереть на месте. – А еще он умеет хорошо прятаться, – задорно добавила Пэм. – Однажды мы даже играли в прятки все вместе. Шикс затаился в шкафу, но тут же уснул, уткнувшись в одежду. Мы его полдня найти не могли! – и девочка весело расхохоталась. – Это у него получается лучше всего! – подтвердил Тим и потрепал за шерстку своего хорька, который уже успел снова закопаться в ворот его куртки. Художник выдержал небольшую паузу. – Мое имя, ээ… – мужчина поскреб пятерней жидкую рыжую щетину, – зовите меня Джорини. Ребята в ответ тоже представились, и мальчики пожали его мягкую, будто вылепленную из теста руку. – Ваш творческий псевдоним, я так полагаю? – уточнил Марк. – Все верно, молодой человек. Мы – художники, утонченные люди, и привыкли к красоте и изяществу. А теперь, встаньте поближе друг к другу. Он сменил холст с изображением моря на большой чистый лист. – Кто-нибудь из вас знает, что такое карикатура? – он выжидающе поглядел на ребят через стекла очков в роговой оправе. – Это смешное изображение человека, кажется, – предположила Пэм. – Я угадала? – Да, можно и так выразиться, – ответил Джорини. – А пока я буду работать карандашом, постарайтесь поменьше двигаться. Я быстро справлюсь с этим, – и он широко улыбнулся. Улыбка вышла не идеальной, даже в некоторой мере неловкой, но определенно была очень доброй. В то время, когда мужчина колдовал над бумагой, Пэм сгорала от любопытства и нетерпения. У нее даже загорелись глаза и заблестели, как два маленьких изумруда. Мальчики же вели себя вполне спокойно. Что касаемо Шикса, он просто повис на шее у Тима, словно раненый солдат, доставленный в военный лазарет. Мальчику пришлось его растормошить, чтобы на рисунке получился именно хорек, а не меховая тряпочка. Наконец художник сделал последний завершающий штрих и продемонстрировал детективам вполне удачную и забавную карикатуру. Пэм пришла в неописуемый восторг, разглядывая шуточные изображения себя и остальных, запечатленных в черно-белой картинке. – Неплохо, неплохо, – удовлетворенно проговорил Джорини и отдал рисунок девочке. – Спасибо большое! – Пэм бережно прижала к груди лист бумаги. – Сколько мы вам должны за него? – спросил Марк и полез уже в карман, но мужчина жестом остановил его. – Какие деньги, молодой человек, ну что вы, – деликатно возразил он. – Мы ведь с сегодняшнего дня друзья, не так ли? – Да, наверное, вы правы, – согласился Марк и, отдернув руку от жилетки, вдруг поглядел ввысь. В небе над их головами пролетал самолет. Вытянутый, с распахнутыми по диагонали крылами, и оставлял за собой белый кучевой след, похожий на полоску пушистого снега. Вскоре он пропал из виду, скрывшись вдалеке за острыми пиками гор. – Похож на пассажирский Ил-62, – изрек Марк, чем в который раз удивил остальных детективов своей осведомленностью. – Длинный корпус и немного отклоненные назад крылья. – Откуда такие познания в сфере авиации? – обратился к нему Джорини и вновь закрепил на мольберте недописанный пейзаж. – Чтение научных журналов о морских и воздушных суднах, только и всего, – коротко ответил тот. – Тим, а ведь ты мог вчера вечером наблюдать навигационные огни проблесковых маячков самолета, – обратился он к другу. – Вовсе нет, – мальчик и сейчас твердо стоял на своем. – Огонек вспыхивал довольно низко и, как я уже говорил, именно в районе этого холма. Но никак не в небе. – О каких вспышках вы говорите? – спросил художник. – Они были похожи как бы на падающую звезду, – попытался объяснить ему Тим. – То зажигались, то угасали. Мигали и отклонялись. – А если это был всего лишь свет от фонарика? – предположил Джорини и поправил на остром носу свои очки. – У нас была такая мысль, – признался Тим. – Честно говоря, мы решили, что это вы искали здесь что-то, – он украдкой посмотрел на художника. – Я? Вовсе нет! – возразил Джорини. – У меня и фонарика-то не имеется, одни кисти да краски. Однако вчера я действительно был здесь. Присматривался к теме будущей картины. И, уверяю вас, не видел ни единого огонька. Ни в небе, ни на земле, ни в море! – А во сколько вы покинули этот склон? – спросил Марк, теребя пальцами свой подбородок. – Примерно в семь вечера, – тут же ответил Джорини. Глава детективов выжидающе взглянул на Тима. – Нет, это было гораздо позднее, – на мгновение задумался тот. – Около девяти или чуть позже. – В таком случае, нет ничего удивительного в том, что вы, Джорини, ничего не заметили, – вердикт Марка был не оспорим. В этот момент Шикс сполз с Тима. Мальчик не успел его поймать, и тот, отчаянно цепляясь за одежду острыми коготками, мягко шлепнулся на сухую траву. Выглядело это забавно, и все рассмеялись. Кроме Марка, конечно. Хорек не сразу понял, куда в один момент подевалось нагретое местечко на шее хозяина, и теперь удивленно глядел по сторонам. Потом задрал кверху морду и засеменил к отвесной скале, подножье которой укрывали поникшие сорняки и небольшие кустарники. – Шикс, назад! – скомандовал Тим, но тот и ухом не повел. – Кому говорю, вернись! – Шикс, куда ты? – Пэм бросилась за ним. – Ты же потеряешься в этой траве, дурень! Хорек обернулся на шорох шагов девочки и замер на месте, все так же ловя воздух розовым носом. Пэм взяла его на руки. Марк вскинул руку и поглядел на часы. – Нам пора возвращаться, иначе не успеем выучить все заданные уроки, – твердо проговорил он. – Почему на прогулках так быстро летит время, – с грустью добавила Пэм, – а в школе тянется так медленно… – Это вечная философия, ребята, – улыбнулся художник. – Что ж, рад был нашему знакомству. Уверен, мы еще найдем время, чтобы поболтать. А сейчас я продолжу свою работу. Детективы вежливо попрощались и, спустившись со склона, снова зашаркали по песку. – И вправду, никакой тайны здесь нет, – с грустью вздохнул Тим. – Может мне все попросту померещилось? Ларкины ничего не ответили. Да и что тут скажешь, не имея никаких соображений на данный счет. Если бы они только знали, какой финал их поджидает в конце этой истории… Капсула На следующий день после школы, наскоро пообедав, Ларкины расположились в комнате Марка с кружками, наполненными сладким какао. Сквозь распахнутые занавески окна в помещение проникал золотистый весенний свет теплого дружелюбного солнца. По небу медленно плыли редкие барашки облаков. Воздух снаружи пропитался легким ароматом нарциссов и тюльпанов, высаженных на клумбах у дома, и медовым запахом растущих в саду абрикосовых деревьев, а на душе Пэм искрилось сладостное чувство приближающегося лета. Оставалось всего лишь четыре недели нудных уроков, а за ними целых три месяца безмятежной свободы и отдыха от школьных парт и жёстких стульев. – Чем мы займемся сегодня? – спросила девочка, отпивая вкусный напиток. – Ой, горячо то как! – Повторением правил по геометрии, – скептически ответил Марк. – Кажется, маму не сильно впечатлила твоя тройка с плюсом за контрольную работу, написанную в пятницу. – Ну, не будь занудой! – нахохлилась девочка. – Всего-то две малюсенькие ошибочки в задачах. Если бы наш учитель Глеб Афанасьевич не заболел, у меня была бы твердая четверка. Он никогда меня не обижает, в отличие от этой замещающей его серой мыши. Кажется, она совсем никого не любит, кроме себя. Мы так и зовем ее – Мышь Львовна. – Для наших родителей все вышесказанное не послужит оправданием. Ты знаешь, как они относятся к образованию, – строго гнул свое Марк. – И если один из нас сбавит обороты, то второй обязательно должен будет подтягивать первого. А это говорит о том, что страдать придется обоим. Как мы тогда будем проводить все наши расследования, погрузившись с головой в учебники и тетради? – Ты как всегда прав, – согласно закивала Пэм. – Впредь я стану лучше готовиться ко всем школьным зачетам. Ты сегодня виделся с Тимом на перемене? – Да, он зайдет за нами уже совсем скоро, – более дружелюбно ответил Марк, взглянув на циферблат настольного будильника. – Мы решили еще раз сходить в бухту. – Как замечательно! – захлопала в ладоши Пэм. – А уроки я обязательно выучу после, честно – честно! – радостно пообещала девочка. Прогулка на свежем воздухе вдоль берега моря всей компанией, что может быть лучше? – Я на минутку сбегаю вниз, – добавила она и юркнула из комнаты. Марк отставил в сторону пустую кружку и подошел к окну. Отодвинув тюль в сторону, он открыл настежь створки окна, впуская в комнату душистую уличную прохладу. Облокотившись на подоконник обеими руками, мальчик обвел глазами округу, и в замешательстве остановил зоркий взгляд за забором соседского участка. Точнее, на молодом мужчине, отчаянно дергавшем ручку входной двери одноэтажного кирпичного коттеджа. – Добрый день! – спокойным тоном окликнул он неизвестного. – Чем это вы там заняты? Вероятно, его голос, застал мужчину врасплох. Тот перестал копошиться в дверном замке и озадаченно огляделся по сторонам. Затем поднял глаза и заметил серьезное лицо Марка. – Судя по всему, не такой уж он и добрый, – приветливо улыбнулся незнакомец, отчего небольшие черные усики как-то не синхронно поползли в стороны вместе с линией тонких губ, и он их тут же пригладил быстрым движением руки. – Никак не справлюсь с замочной скважиной, – объяснил он. – Дядюшка оставил мне вот этот ключ, что бы я присмотрел за порядком в доме, пока они с тетушкой в отъезде, но ситуация совсем не располагает нашим планам. Мальчик стал оглядывать его внимательнее. У того были короткостриженые волосы угольного цвета, худощавое лицо с четко-выраженными острыми скулами и прямой длинный нос. Одет классически – брюки, жилет поверх рубашки, лакированные ботинки и широкополая фетровая шляпа. – Никогда не видел вас прежде, – задумчиво проговорил глава детективной троицы. – Меня зовут Марк, а как ваше имя? – Альфред! – представился тот, и тут же раздался щелчок ключа. – Ну вот, получилось! Требуется срочно поменять запорный механизм. Старики, наверное, уже привыкли, а вот мне две недели с ним мучиться ни к чему. Стало быть, мы на некоторое время теперь соседи? – Выходит, что так. Вы только что прибыли? – поинтересовался Марк, взглянув на чемодан, стоящий у ног Альфреда. – Четверть часа назад, не больше. И все это время провозился, пытаясь войти внутрь. К счастью, эта маленькая неприятность осталась позади. – А далеко ли решили отправиться ваши дядя и тетя? – Марк, как и всегда, был настойчив в расспросах до самого конца. – Насколько я помню, они редко покидали свой дом. – Конечно же, погостить у родственников, повидать любимых внуков, – развел руками мужчина. –Я единственный, у кого хватает свободного времени, поэтому любезно побуду здесь, пока они не вернутся. А сейчас я вынужден отдохнуть с дороги. Увидимся! Он по-джентельменски приподнял рукой головной убор и исчез за дверью. В этот момент в комнату вошла Пэм. Брат обернулся к ней и, серьезно взглянув ей в глаза, задал вопрос: – Ты когда-нибудь видела по соседству детей примерно нашего возраста или чуть младше? Девочка на секунду задумалась. – Пожалуй, ни разу. А почему ты спрашиваешь? – Я тоже не припомню. И это очень странно, – он закусил губу. – Говори, что случилось в мое отсутствие? – допытывалась Пэм. – Что за странные вопросы с бухты-барахты? Марк не успел ответить. С улицы тихонько донесся знакомый веселый свист. – Это Тим! – радостно воскликнула девочка, сразу же позабыв об интересовавшем ее мгновение назад поведении Марка. Мигом выскочив на лестницу второго этажа, девочка промчалась по ступенькам вниз к выходу. Мальчик был сегодня один, без Шикса, что, конечно же, немного разочаровало Пэм. – Мы играли с ним в мячик, вы знаете, он любит катать всякие кругляки по полу. Чем громче, тем веселее, – объяснял Тим. – Так вот, он закатил мяч в самый дальний угол под папиной кроватью. Шикс целых десять минут скреб там лапами, а звал его, но тот так и не вылез. Пришлось оставить его дома. – Жаль, – ответила девочка, – мне так нравится, когда он спит на шее. – Он всегда спит, и не важно, где, – буркнул Марк. Тим, наконец, заметил удрученное выражение на лице друга. – Неприятности в школе? – с сочувствием спросил он главу их троицы. – Вовсе нет, – кратко бросил тот в ответ и больше ничего не добавил. – Чего это он? – тихим шепотом поинтересовался Тим у Пэм. – Сама не знаю, он часто так себя ведет. Пора уже привыкнуть, – пожала она плечами и раздраженно посмотрела на Марка. Поймав на себе проницательный взгляд сестры, мальчик сказал: – Я все равно собирался рассказать вам об этом. Просто, хотел немного пораскинуть мозгами прежде, чем делиться скоропалительными выводами. Марк поведал о своей беседе с Альфредом и теперь ожидал реакции остальных. – И что здесь странного? – наконец произнесла сестра. – А то, что, вероятнее всего он соврал. Соседей ни разу в жизни не навещал никто, кроме почтальона. Не говоря уже о счастливом семействе, радующемся встречи со своими близкими. Гостить две недели – слишком долгий срок для стариков. Обычно от них устают гораздо быстрее, поэтому их визит продлился бы не дольше, чем одни выходные. И к слову, сегодня вторник. – Мм, думаю, здесь ничего такого нет, – задумчиво высказался Тим. – Тем более, никакого преступления не произошло, в чем можно было бы заподозрить этого Альфреда, а заодно поймать его на вранье. Наверное, он просто присматривает за домом, только и всего. – Марк, тебе везде мерещатся тайны, – добавила Пэм. – И тебе, Тим, кстати, тоже. Ведь вы мальчишки! Все эти огни и прочее когда-нибудь вас просто сведут с ума. Давайте сегодня просто прогуляемся вдоль побережья! Навестим Джорини, посмотрим, закончил ли он свою картину? Но вопреки желаемым планам Пэм, художника в этот день на холме не оказалось. Вершина выглядела пустынно, как и все вокруг. Лишь где-то вдалеке на пляже виднелись две пестрые движущиеся точки. Кто-то прогуливался вдоль берега моря, что выбрасывало на сушу барашки белых пенистых волн. В небесах кружились чайки, оглашая пространство пронзительными криками, которые тут же смешались с гулким сигналом парохода, рассекающего морские воды совсем близко от Пиратской бухты. Детективы в молчании ступали по золотистому песку, наслаждаясь теплым весенним днем. Подставляли солнцу свои слегка побледневшие за зиму лица и щурились от яркого света. Тим лениво пинал ракушки и мелкие камни носком ботинка, заставляя песчаную пыль клубиться возле его ног. Марк без всякого выражения глядел на полоску горизонта, туда, где темно-синие волны бились о бескрайнее голубое небо. А Пэм просто была счастлива. Из всех времен года она больше всего любила весну с ее волшебными ароматами оживающих после зимы деревьев и растений. Они остановились в нескольких метрах от соленых брызг, падающих на песчаный ковер. – Здесь так красиво, – блаженно прошептала девочка, с наслаждением вдохнув полной грудью свежий воздух. – Как бы я хотела уплыть далеко-далеко навстречу ветру! Глядеть на жемчужный серпантин, отраженного на поверхности безграничного океана ласкового солнца! – как по книжке говорила она красивыми словами. – Ощущать на себе прохладу легкого бриза, а спустя месяц пути, увидев впереди зеленое пятнышко суши, закричать: «Земля! Земля!» – Ты говоришь об этом так, будто уже выбралась на капитанский мостик! – засмеялся Тим. Затем губы его застыли в мечтательной улыбке, а через мгновение он продолжил ее мысли. – И каждый день новое приключение, пусть даже самое маленькое! Например, увидеть впереди судна стаю плывущих дельфинов с блестящими плавниками? На полном ходу плыть за ними и наблюдать, как они играючи по очереди выпрыгивают из воды и плюхаются обратно, щебеча на своем непонятном человеку языке! – Что скажешь, Марк? – спросила Пэм, горящими глазами глядя на притихшего брата. – У меня не выходит из головы встреча с Альфредом, – в отличие от остальных, Марк на сто процентов пребывал в реальности. – В его поведении было что-то неестественное. Может быть какой-то жест или интонация фраз, пока не могу осмыслить. Думаю, озарение придет позднее. – Божечки мои! – театрально всплеснула руками девочка. – Неужели ты даже мечтать не умеешь? Ведь это так здорово представлять различные события, происходящие с тобой! – К чему выдумывать то, что само просится к тебе в руки? – Марк был не согласен с ней. – Ты неисправим, – вздохнула сестра, надув губы. – Что это? – вдруг спросил Тим и нагнулся к самой воде. Рядом с тем местом, где стояли ребята, покачивалась на прибрежных легких волнах и билась о серые камни маленькая стеклянная капсула вытянутой формы. Мальчик выудил ее и показал остальным на своей ладони. – Это просто пробирка, – сказала Пэм. – Разве ты не видел такие на уроке химии? И вообще, неизвестно, где она была. Выбрось ее и вымой руки! – Где она была как раз известно, – скептически заметил Марк, – в море. А вот как она туда попала, это вопрос. – Я думаю, какие-то школьники стащили ее просто-напросто из кабинета, – ответила Пэмв – А когда надоела – выкинули. Вот и вся тайна! Ты еще в карман положи эту штуковину, – девочка с возмущением посмотрела на Марка. – Школьные пробирки гораздо длиннее, – брат пропустил ее порицание мимо ушей, – а в этой – сантиметров пять, не больше. И герметичная стеклянная пробка, – глава троицы внимательно оглядел предмет со всех сторон. – Почти под самой крышкой имеется тонкая риска бардового цвета, теперь уже почти смытая водой. А внутри виднеется белый подтек, похожий на развод от морской соли. – А почему похожий? – поинтересовался Тим. – Вполне возможно, это она и есть. Море то соленое. – Я же сказал, пробка герметична, – ответил Марк и, к ужасу Пэм, убрал пробирку в карман брюк. «Хорошо, что хоть нюхать не стал, – с отвращением подумала девочка. – С него станется…» Оставшееся время до конца прогулки прошло в обыденных разговорах обо всем на свете. О школьных заданиях, о книгах и фильмах, о забавном поведении Шикса, о погоде и планах на летние каникулы. – В июне мы с папой хотим отправиться в лесной поход на пару недель, – рассказывал Тим. – Отец решил устроить себе небольшой отпуск от работы и отдохнуть на природе. Мы можем поехать все вместе, если хотите? – Было бы неплохо сменить обстановку, – похвалил идею Марк. – Ради разнообразия выбраться из городского зноя в прохладу тени лесных деревьев. Неожиданно Пэм обняла обоих мальчиков и искрясь от радости воскликнула: – Мы отправимся в настоящее приключение! Будем днем исследовать местность, а вечером сидеть у костра, пить чай из металлических кружек и рассказывать разные истории друг другу! – затем с волнительным сожалением обратилась к Тиму. – Зачем ты заговорил о походе так рано, я теперь места себе находить не буду! – Ничего, потерпишь, – улыбнулся тот. Марк привычным движением руки взглянул на свои часы. – Ну все, возвращаемся по домам, – коротко объявил он, и детективы нехотя поплелись прочь от моря. Впереди виднелись те самые одноэтажные домики для туристов, огороженные невысокими заборчиками из крашеного штакетника, мимо которых тянулась дорожка от пляжа до асфальтированной дороги. Некоторые из этих домов сейчас приводились в порядок и подготавливались для купального сезона. Рабочий день еще не был окончен, и на территории как грачи на дереве разместились строители. Кто-то штукатурил стену, размашистыми мазками сглаживая все неровности, кто-то латал черепицу, усевшись на пологий скат крыши. Еще один человек в каске, по-видимому, самый главный, стоял и размахивал руками. Солнце готовилось клониться к закату и становилось оранжевым, словно апельсин. Высоко в небе снова пронеслись чайки и скрылись за верхушками горных холмов. В тот момент, когда ребята проходили мимо, послышался сдавленный крик, затем глухой удар и металлический звон. Рабочие как по команде повернули головы, устремив взгляд куда-то за угол одного из коттеджей. На мгновение все вокруг затихло, и даже само время, словно остановилось. Расследование начинается – Скульптор, он не двигается! – крикнул кто-то, после чего, всполошенные этим заявлением, все побросали свои инструменты и стали собираться в кучку возле виднеющегося у заднего забора большого бассейна. Детективы замедлили ход и навострили уши. – Произошло что-то серьезное, – с волнением объявил Марк и нырнул в распахнутую калитку. Тим и Пэм не думая последовали за ним. Ребята прошмыгнули по каменной дорожке мимо клумб со срезанными под зиму хризантемами, теперь нелепо торчащими из земли, будто старые веники. По пути тут и там попадался строительный мусор, виднелись пустые мешки из-под штукатурки и полные, уложенные в стопки. Длинные доски, коробки с гвоздями, пластиковые ящики, лестницы, пилы, топоры и кровля, занимали большую площадь земли, укрывая собой совсем еще молодую весеннюю травку, только-только набирающую силы для будущего роста. Детективы замерли позади рабочих, тесно облепивших край бассейна. Марк выглянул из-за спины одного из строителей и впился глазами в открывшуюся ему печальную картину. На холодном бетонном дне резервуара, не до конца выложенном разноцветной керамической мозаикой, распластался в нелепой позе молодой светловолосый мужчина с бледным лицом. Он не шевелился, застыв, словно манекен. Рядом с ним валялись два пустых железных ведра, и вокруг была разлита вода. Монотонно хлюпая, она также капала со ступеней в образовавшуюся внизу лужу, в которой отражалось голубым цветом вечернее небо. – Он жив? Дышит? Может, проверить его пульс? Нужен доктор! – выкрикивали строители, не решаясь спуститься вниз. Наконец один из них, тот, что был в каске, проследовал к пострадавшему и склонился над ним, слушая дыхание. – Все в порядке, он просто потерял сознание, – зычным недружелюбным голосом рявкнул он. – Однако, нужно позвонить в больницу. Пусть пришлют автомобиль и врачей, и никакой полиции! – один из мужчин тотчас рванул к калитке, чуть не сбив с ног Тима, и скрылся из виду. – Это всего лишь несчастный случай. Парень по неаккуратности поскользнулся, это всем ясно? – он обвел всех таким яростным взглядом узких восточных глаз, что рабочие сразу же смиренно закивали головами. – А что это за мелюзга у нас здесь объявилась? Кажется, любопытных юнцов я сюда не приглашал! Строители расступились в сторону, отделившись от ребят, и теперь вместе с главным подозрительно разглядывали внезапных гостей. Пэм стало как-то не по себе от многочисленного взора, обращенного к ним. Тим тоже слегка съежился, ему был неприятен тон человека в каске. Но Марка это абсолютно не беспокоило. Он выдержал паузу, затем кашлянул и сказал: – Мы неслучайно оказались здесь, – в своей деликатной манере начал он изъясняться. – Услышав крики и шум, я и мои друзья сочли своим долгом откликнуться на ситуацию. И теперь, когда… – А теперь, проваливайте отсюда, – грубо перебил его мужчина и стал подниматься по ступенькам, буравя мальчика злобным взглядом. – И что бы я вашего духу здесь больше не видел! Иначе передумаю и вызову полицейских! – Не думаю, что вы станете портить себе репутацию из-за нас, – небрежно ответил Марк. – А ты еще и наглец, оказывается! – вскипел главный, и его щеки налились багрянцем. – Или может ты считаешь себя всезнайкой? – Успокойся, Ким, – попытались успокоить его рабочие. – Это же всего лишь мальчишка! – Видал я таких умников, – процедил тот сквозь зубы. Лицо Пэм уже было похоже на кусок белого мела. Даже смелость Тима ушла куда-то в пятки, и он стоял не шелохнувшись. Марка же этот разговор, казалось, напротив, забавлял. – Вы так и оставите несчастного лежать на дне бассейна? – нахмурился глава троицы, продолжая искушать судьбу, как подумала в этот момент Пэм. – А паренек прав, давай хотя бы вытащим его наверх, – выкрикнул один из толпы. – Глядишь, очухается. – Делайте, что хотите, но что бы к концу рабочего дня, черт бы вас побрал… – внезапно он замолчал. По его лицу пробежала мимолетная растерянность, и он, ускорив шаг, скрылся за дверью внутри одного из коттеджей. Остальные пожали плечами и вытащили наконец пострадавшего на траву. Тот лишь слегка постанывал, все еще находясь без сознания. В то время, как рабочие хлопотали рядом с несчастным, Марк жадно оглядывал строительную площадку, анализируя окружение. Особый взгляд, конечно же, был прикован к бассейну, однако ничего подозрительного пока в глаза не бросалось. Пролитая жидкость да пара мешков извести в углу, вот и все, что находилось внутри резервуара. В действительности, все выглядело как несчастный случай. – Ребята, вам и правда лучше уйти, – обратился к детективам мужчина, который ремонтировал черепицу. – Строго по секрету, наш главный – человек скверного характера, а тут еще такое… – Позвольте еще один вопрос, – глава троицы хотел выжать из ситуации по максимуму. – Вы должны были видеть, как все случилось. Вы ведь работали на крыше. – Мы с напарником находились спиной к бассейну, – с сожалением произнес он. – Поэтому мне нечего вам сказать. А теперь, давайте отсюда. – Он прав, нам пора идти, – тихонько произнесла Пэм с дрожью в голосе и добавила, шепнув брату на ухо. – Не хочу снова встретиться с тем, в каске… – Хорошо, – согласился Марк, понимая испуг Пэм, и они направились к выходу. Тим сделал было шаг вслед за ними, но чуть не упал. Развязанный шнурок на левом ботинке попал под правый, не дав поднять ему ногу. Он наклонился перевязать шнуровку и заметил рядом на земле какой-то небольшой блестящий предмет. Им оказался маленький латунный ключик. Мальчик мимолетом обвел взглядом присутствующих, но никто не глядел в его сторону, и Тим незаметно сунул ключ себе в карман. – Наверное, выпал из рубашки несчастного, – показал он находку Ларкиным, когда догнал их за забором. – Что ж, теперь у нас есть предлог для того, чтобы навестить больного, – довольно проговорил Марк. – Уверен, в ближайшее время его не допустят к работе. – А зачем нам его посещать? – удивленно округлила свои глаза Пэм. – Нужно узнать, как все произошло, – настойчиво отвечал брат. – Это и так ясно, – вскинула ладони к небу Пэм. – Он просто поскользнулся, вот и вся тайна! – Может и так, а может и нет, – гнул свое глава их троицы. – В любом случае, мы проверим это. Невдалеке зашуршали колеса приближающегося бежевого автомобиля с красными полосами сбоку. Один из штукатуров, что был потолще и пониже ростом, встрепенулся и выскочил на дорожку встречать докторов. Он так вспотел, что, не переставая тер мокрую шею и круглое, как блин, лицо просоленной тряпицей, которая служила ему вместо платка. – Сюда, скорее! – выкрикивал он высоким срывающимся голосом. Машина затормозила прямо напротив калитки. Двое санитаров подхватили руками носилки и через какое-то время уже втаскивали на них пострадавшего в кабину. Им помогали еще двое строителей, среди которых суетился и толстый штукатур. Когда врачи уехали, он обратил внимание на детективов, топтавшихся неподалеку. – Всего лишь несчастный случай, – быстро проговорил он, как будто должен был что-то сказать. Глаза его рассеянно бегали. – Доктор сказал, что он поправится. – Да уж, такое не часто бывает, – протянул Тим. Штукатур довольно странно покосился на мальчика. В этот момент совсем рядом прогремел голос прораба: – Феликс! Заканчивай работу, где тебя носит нелегкая? – Несчастный случай, – почти шепотом повторил рабочий и покинул компанию ребят. Марк молча кивнул в сторону шоссе, призывая остальных следовать за собой. Когда Ларкины расставались с Тимом возле их дома, глава троицы сказал: – На завтра сбор придется отменить. В среду контрольная по геометрии, поэтому вынужден буду провести весь день за учебниками. Но я обязательно позвоню после обеда, Тим. Что-то в этой истории мне не нравится. Возникает ощущение, что строители изрядно напуганы, но с чем это связано… – Вынуждена признать, что я теперь тоже так считаю, – вздохнула Пэм, позабыв о своей недавней гордости. – Твои подозрения могут быть отнюдь не напрасными. Этот толстяк выглядел очень вызывающе. Все время трясся, как осенний лист под холодным порывом ветра. – Вот еще что, Марк, – Тим полез в карман. – Возьми ключ себе. Если я его случайно потеряю в папиной мастерской или он попадет в лапы Шиксу, то вряд ли мы когда-нибудь найдем этот ключик. – Ты почему так долго трубку не брал, Тим? – послышался озадаченный голос Пэм в телефонной трубке на следующий день. – Сегодня мы с Шиксом помогаем папе в мастерской с ремонтом одного очень интересного автомобиля, поэтому поспел не сразу на звонок, прости, – ответил мальчик. – Точнее, я помогаю, а Шикс разбрасывает детали по всем темным уголкам, – хихикнул он. – Один раз его папа даже выставил за дверь. Но он все равно нашел лазейку внутрь, – с достоинством произнес Тим, одобряя смекалку своего маленького друга. – Он такой милый, – восторженно воскликнула Пэм. – А чем Шикс занят теперь? Подает инструмент Семену Георгиевичу вместо тебя? – пошутила девочка. – Нет, конечно! Когда он прокрался к нам снова, то выглядел жутко потрепанным и весьма усталым. А спустя всего каких-то несколько минут он уже тихонько сопел, свесившись с верстака, как старая банная мочалка! Ребята залились веселым смехом. Изо дня в день пушистый хорек радовал их своими нелепыми выходками, которые заканчивались всегда одним и тем же. Шикс просто засыпал, раскинув свое вытянутое тело в любых пригодных и непригодных для этого занятия местах. Когда приступ веселья закончился, Пэм проговорила: – Марк звонил сегодня в городскую больницу. К сожалению, посетить больного разрешили не раньше, чем через пару дней. Ему требуется полный покой, пока не будет готов снимок рентгена, и врач не назначит ему должного лечения. Так вот и сказали. – А что мы будем делать все это время? – разочарованно спросил Тим. – Пока не знаю, Марк не посвящал меня в свои планы. А сейчас он ушел в магазин. У него закончились чернила для перьевой ручки. В школе, конечно, никому не разрешают пользоваться ею, но ты же знаешь моего упертого брата. Ладно, до встречи! – попрощалась девочка и положила трубку. Глава детективной троицы в глубокой задумчивости приближался к калитке своего дома, когда его окликнул мужской голос: – Привет, Марк! Уроки уже закончились? Мальчик обернулся и увидел Альфреда. Тот неспешным размеренным шагом приближался к нему. Одет сегодня он был так же, как и в день их знакомства, только жилет сменила легкая куртка соломенного цвета, а ботинки изрядно покрыла дорожная пыль. Шляпу он держал в руке. – Пожалуй, что закончились, – вежливо ответил Марк и выжидающе поглядел на мужчину. – Сегодня чудесный день для прогулки. Захотелось посмотреть на ваш город, я впервые здесь. Честно признаюсь, я приятно удивлен чистоте улиц и избытку насаждений. Почти у каждого дома растут кустовые розы, альбиции и шиповник. Там, где я живу, могут только позавидовать безупречности и трудолюбию Варлицких жителей. А какой чистый воздух, просто благодать! – и он блаженно вдохнул полной грудью. – Так откуда вы прибыли? – с интересом спросил Марк, – И чем занимаетесь? – Я родился в Таларске, это около ста километров к западу отсюда. Шумный город с высокими зданиями и занятыми людьми. В юности я окончил летное училище, а потом ушел на службу в армию. Вернувшись домой, долгое время работал мойщиком окон. Несколько лет назад нашел местечко в офисе, перекладывать бумаги с места на место. Не бог весть что, но всяко лучше, чем ведро с мокрой тряпкой. И вот, сегодня я здесь. Не слишком длинная история, правда? – Не каждый может позволить себе удивительные приключения, – деловитым тоном проговорил мальчик, – Боюсь, мне тоже похвастать особо нечем. Школьные уроки, чтение различных книг и купание в море. Вы уже видели нашу бухту и море? – К великому разочарованию приходится откладывать встречу с песчаными берегами, – с досадой произнес тот, – Но обязательно устрою себе экскурсию завтрашним днем. Не составишь мне компанию? – Я обязательно приду, если буду располагать свободным временем, – уклончиво ответил глава троицы. – Вот и славно, – довольно потер руки Альфред, – Тогда до завтра! Мужчина красиво развернулся на каблуках, и, автоматически проследив за этим движением, Марк обратил внимание на его брюки. На правой штанине Альфреда виднелось сухое желтое пятнышко. Это были песчинки, точно такие же, какими был выстелен весь пляж. – Можно один вопрос? – в глазах Марка загорелись еле заметные искорки, знакомые только остальным членам детективной троицы. – Конечно, Марк, спрашивай! – тот остановился у соседней калитки. – Недавно в небе я наблюдал пассажирский самолет. У него вытянутая форма корпуса и отклоненные назад крылья. Хотелось бы узнать его название, разрешив тем самым наш с товарищем спор. – Ил-18, скорее всего, – не впадая в размышления бросил тот. – Мне тоже так показалось. А благодаря вашим летным знаниям я только укрепил свою победу в пари, – сказал Марк, после чего на лице Альфреда пробежала краткая растерянность. «Ну, вот ты и попался, – подумал Марк, поднимаясь по ступеням к себе в дом. – Но какую тайну ты скрываешь на самом деле?» Зайдя внутрь, мальчик первым делом набрал номер Тима. – Алло, – спустя несколько гудков раздался голос друга. – Завтра в три часа дня общий сбор в «Карамельке», не опаздывай, – коротко объявил глава троицы. – И захвати с собой бинокль. На том конце провода Тим в полном недоумении застыл с трубкой в руках, машинально считая гудки в телефоне. Планы Марка На следующий день в назначенный час Тим толкнул дверь в помещение кондитерской «Карамелька», где неизменно пахло сдобной выпечкой и какао. Последний раз мальчик был здесь пару месяцев назад, и с тех пор внутри кое-что изменилось. Стены, некогда небесно-синего цвета, были перекрашены в нежно-изумрудный, а прежние бежевые шторы с ламбрекенами заменили австрийскими, имеющие мятный оттенок, с пышными фестонами по нижнему краю. Столики, как обычно, были расставлены по периметру зала. За одним из таких столов в дальнем углу и пристроились Ларкины, листая меню. Тим поприветствовал своих друзей и плюхнулся рядом. – Тебе не жарко будет с шарфом на шее? – с улыбкой поинтересовалась подошедшая к ним официантка. – Это вовсе не шарф, – объяснил мальчик и растормошил пригревшегося Шикса. – Это мой хорек. Шикс приподнял заспанную морду и пошевелил розовым носом, стараясь разобрать, что это за сладковатые запахи наполняли заведение, в котором он оказался. Затем он увидел Пэм и перескочил к ней на руки. – Вообще-то с животными у нас нельзя, – осуждающе заметила девушка, – но, если он будет себя хорошо вести, так и быть. – Он очень воспитанный, – заступилась за любимца Пэм. – Честно-честно! – Ну, тогда ладно, – успокоилась официантка. – Что будете заказывать? Ответ на этот вопрос всегда давался детективам с трудом. В любой день сладости в кондитерской оставались на высоте и попробовать хотелось все без исключения. Наконец они сделали свой нелегкий выбор, нацелившись на тарелку творожных булочек, кусок шоколадного пирога и клубничный кисель. Пока девушка в переднике собирала заказ, Пэм гладила Шикса, развалившегося у нее на коленях, а Марк монотонно отбивал ритм костяшками пальцев по столешнице. Тим же сгорал от любопытства, но не решался спрашивать раньше времени о решении главы детективной троицы. Через несколько минут большой поднос с угощением был поставлен перед ребятами, и Марк, сделав большой глоток из кружки, сказал: – Пэм я уже ввел в курс дела, осталось посвятить тебя… – Ты не представляешь, какими усилиями мне удалось выпытать у Марка все заранее, – перебила его девочка, обращаясь к Тиму. – Но я просто сгорала от любопытства и ничего не могла с собой поделать! – затем она поймала строгий взгляд брата. – Прости, Марк, продолжай… – Итак, я с уверенностью могу заявлять, что наш новый знакомый – Альфред, совсем не тот, за кого себя выдает! – Я не совсем понимаю, о чем ты, – от этих слов Тим чуть не поперхнулся киселем. – Как я уже говорил, в первый день знакомства с ним мне бросилось в глаза нечто странное. И только вчера, встретившись с ним у дома, я понял, что. Его внешность фальшивая, потому что усы, судя по всему, накладные. В первый раз, когда он улыбнулся, один из них слегка съехал книзу. Любой другой мог этого и не заметить на расстоянии, но я слишком пристально разглядывал Альфреда. Ларкины с огоньком в глазах следили за реакцией Тима, а тот в свою очередь чесал пятерней и без того растрепанную шевелюру. – Но зачем ему этот маскарад? – выдохнул он. – Пока не знаю, но выясню обязательно, – нахмурился Марк и посмотрел на висящий на груди друга оптический прибор. – Именно поэтому я и попросил тебя одолжить мне на время свой бинокль. – Ты станешь следить за ним? – ужаснулся Тим. – А вдруг он тебя застукает за этим занятием? Или, что еще хуже, твои родители узнают, что ты подглядываешь! Тебя накажут до конца школьной четверти, это как дважды два! – В любом деле есть свой риск, – спокойно ответил Марк. – Но я не стал бы этого делать, если бы не подловил его на вранье. Из разговора с Альфредом выяснилось, что он окончил летное училище, но совсем не разбирается в самолетах – это первое. И второе – он сказал, что не был ни разу в бухте, хотя его брючина, вымазанная песком, доказывала обратное. И туфли. Сначала я подумал, что это городская пыль осела на лакированных носах, но теперь я уверен на все сто, что это была именно песочная пыль! Из всего этого я делаю вывод – его биография и цель визита ни что иное, как выдуманная история для простаков. Марк победно взирал на остальных, зажав в руках кусок торта. Он был так увлечен ходом своей дедукции, что совсем про него забыл, пока шоколадный крем не начал капать в тарелку, а Шикс не измазал половину своей мордочки, пытаясь лизнуть густую сладость. – Эй, тебе нельзя это есть! – всполошилась Пэм и поспешила оттащить со стола Шикса. – И как ты только умудряешься незаметно оказываться там, где тебе быть не положено, маленький пройдоха! – Постой, у меня где-то завалялся изюм, – Тим пошарил по карманам. – А вот, нашел. Угостившись лакомством, Шикс снова умиротворенно свернулся змеей на коленях Пэм. – Прости его, Марк, – девочка состроила невинный взгляд. – Продолжай, пожалуйста. Глава детективов молча допил кисель, затем украдкой взглянул на притихшего хорька и, удостоверившись в том, что Шикс больше не помешает их разговору, продолжил: – Нам нужно опросить рабочих. Кто что видел, слышал, и были ли уже когда-либо несчастные случаи. Так же узнать, как можно больше о прорабе, уж очень рьяно он противился сообщать в полицию об инциденте. Я не отрицаю возможность печальных стечений обстоятельств, но, если это не так, возможно, прорабу что-то об этом известно. – Пока это всего лишь предположения, – заметил Тим. – Ты прав, и поэтому стоит поторопиться. Заканчиваем с полдником и отправляемся в бухту, пока строители не разошлись по домам после смены. – А если с нами и говорить никто не захочет? Или, что еще хуже, этот в каске нас снова прогонит? – Пэм испуганно поглядела на мальчиков. – Говорить буду я, – твёрдо заявил Марк, поставив жирную точку в дискуссии. Ребята мигом расправились с остатками еды и, расплатившись по счету, покинули гостеприимное заведение. На удачу по пути они поймали автобус, следовавший в нужном направлении, а так как ехать было совсем не много, любезный водитель взял с них всего половину стоимости за билеты. Спустя каких-то десять минут, детективы оказали на месте. Их встречал гонимый издали ветром монотонный ритм стука молотка. Он будто оживал где-то рядом и тут же растворялся эхом в пространстве, нарушая привычную тишину Пиратской бухты. Ребята гуськом прошагали ко входу на территорию. – Пэм, если не хочешь идти, никто тебя винить за это не станет, – шепнул девочке на ухо Тим. – Нет, все в порядке, – ответила та и гордо последовала вслед за братом. Тим с Шиксом за пазухой замыкал процессию. Марк аккуратно заглянул в калитку. Прораба нигде видно не было, зато все остальные были заняты своими делами. Правда, сегодня строителей было совсем немного. В этот момент скрипнула дверь домика. Детективы приготовились к самому худшему, ожидая увидеть хмурые брови человека в каске, но, к счастью, из оттуда вышел тот самый кровельщик, с которым Марку уже довелось пообщаться. Мужчина заметил ребят и направился прямо к ним, однако, выражение его лица не сулило радушного приема, скорее, оно было рассерженным. В руках он держал железную кружку, и из нее поднимался горячий пар. – Опять вы, – он сделал маленький глоток. – Я ведь уже говорил, вам здесь делать нечего. – Видите ли, мы рассчитываем на определенную помощь в некоторых вопросах, а в свою очередь обязуемся хранить молчание и не заявлять о произошедшем инциденте в полицию, как того требует ваш главный, – сразу выложил суть дела Марк. Пэм была ошарашена внезапным заявлением брата. Она украдкой одернула его за рукав, но тот не обратил на ее действия никакого внимания. Зато мужчина удивленно поднял вверх брови. – Мне не понятен ваш настрой, молодой человек, – сухо ответил он. – Если вы хотите выступить свидетелем несчастного случая официально, это ваше личное право. Мне все равно. – Я так не думаю, – поднял вверх указательный палец глава детективной троицы. – Когда в бухту нагрянут полицейские с расспросами, прораб начнет искать, от кого произошла утечка информации. И смею заметить, вряд ли это здесь будет кому-то выгодно, учитывая его явный авторитет среди строителей. – Делайте, что хотите, – повторил мужчина, но было слышно, как его голос слегка дрогнул. – Мне ничего не известно. Все, что здесь произошло, вы и сами наблюдали. А если вы хотите узнать больше, попытайте счастья, поговорив с прорабом, он здесь решает. Но, сдается мне, Ким просто вышвырнет вас отсюда, как котят. – Заманчивое предложение, но исход беседы уже заранее известен, – сразу отказался Марк и тут же добавил. – Могу я поговорить с Феликсом? Так, кажется, зовут одного из ваших рабочих? – Нет, он второй день подряд не появляется на рабочем месте, – сказал мужчина. – Стучали к нему в дом – не открывает. Может, и с ним что-то случилось… – он осекся, но тут же взял себя в руки, – то есть, если очень нужно, можете сами попробовать найти его. Зеленая улица, коттедж номер восемь. Но лучше идите домой и поиграйте в какую-нибудь увлекательную игру. А мне пора возвращаться к своей работе, всего доброго. И он, ускоряя шаг, направился прочь, резким движением руки выплеснув содержимое кружки на землю. Марк глядел ему вслед, пока тот не скрылся из виду, и задумчиво теребил нижнюю губу, а две пары глаз, принадлежащие Тиму и Пэм, глядели на мальчика ошарашенным, и в то же время, восхищенным взглядом. Наконец к Пэм первой вернулся дар речи. – Марк, ты никогда в жизни еще не вел себя так нагло и невоспитанно! – принялась отчитывать его сестра. – Какое право ты имел так наседать на человека? Да он гораздо старше нас! Я чуть со стыда не умерла на этом самом месте! – Она права, – поддержал ее Тим, – и нам повезло, что он вообще стал с нами разговаривать в таком тоне. Все это могло закончиться гораздо хуже… – Мы детективы, и нашим главным инструментом является мозг, а не чувства, – Марк стал объяснять свое поведение. – Для достижения поставленной цели всегда придется искать различные средства, и не все они будут опираться на правила общепринятого этикета. Иногда мы будем вынуждены схватить за горло человека, занимающего положительную сторону в той или иной истории, и ослабить хватку на негодяе. Расследование преступления – это театр неиссякаемой импровизации. И самое главное в этой постановке – достойная кульминация, приносящая желаемый результат и подчеркивающая мастерство выбранной нами профессии. Ребята, раскрыв рты, выслушали главу их троицы, даже Шикс перестал копошиться на шее Тима и смиренно замер. Бесспорно, интеллект Марка работал на двести процентов, но иногда он выдавал такие вещи, что, хоть стой, хоть падай. – А теперь вернемся к насущным делам, – более скромно продолжал тот. – Сегодня мы уже не успеем наведаться в гости к штукатуру, поэтому предлагаю перенести визит на завтра. Чуть позже, прощаясь по привычке у калитки Ларкиных, Марк сказал: – Завтра после школы я отправлюсь к Феликсу, попытаюсь узнать, почему он пропал. А вы должны навестить пострадавшего и расспросить его о случившемся. Может быть, он незадолго до этого ссорился с кем-нибудь. И забери обратно ключ, Тим. Уверен, он обрадуется пропаже и более открыто пойдет на контакт. После, собираемся у нас в детской для отчета. А сегодня я немного понаблюдаю за нашим соседом. Марка вернул ключик Тиму, а тот, в свою очередь, сунул Марку в руки бинокль. – Будь осторожен, – напутствовал на прощание Тим и, махнув рукой друзьям, отправился на автобусную остановку, прижимая к себе несносного хорька. Сразу после ужина Марк отправился в свою комнату. Пэм настойчиво вызывалась составить ему компанию, но мальчик сказал, что «маячить возле окна вдвоем небезопасно, ибо возможные излишние действия с нашей стороны имеют больше шансов привлечь к себе внимание, нежели наблюдение в одиночку». Конечно, она поняла не все из сказанного им, но спорить с главой их троицы было бессмысленно. Если он сказал свое слово, значит так и будет. Пэм отправилась к себе, обиженно задрав нос, и в гордой разобщенности улеглась на кровать с детективным романом в руках. «Был бы моим братом Тим, он бы обязательно разрешил мне присутствовать», – подумала она и, поджав губы, углубилась в чтение. На улице почти стемнело, однако коттедж по соседству упрямо оставался без освещения. По-видимому, Альфреда еще не было дома. Марк предусмотрительно не стал зажигать свет и у себя. Он даже сдвинул шторы вместе, оставив лишь небольшую щелку для тайного обзора, и уселся напротив у окна. Бинокль Тима он держал под рукой. Просидев в вечернем сумраке комнаты с полчаса, мальчик все-таки зажег настольную лампу и без интереса стал листать различные журналы до той поры, пока не начал клевать носом. Чтобы не терять оставшейся бодрости, он неспешно принялся вытряхивать карманы своей бездонной жилетки и складывать все обратно. Коробок спичек, небольшой моток стальной тонкой проволоки, кусок мела, пара канцелярских скрепок, пухлый блокнот для записей, карандаш, старый выпуск свернутой газеты Варлицких новостей, найденная на берегу моря капсула, катушка ниток и еще много всякой мелкой всячины. Когда с этим занятием было покончено, Марк вновь выглянул за штору, но в доме все еще было темно. Тогда мальчик устроился на диване, уставившись в желто-серый потолок, но вскоре его веки сомкнулись, и он провалился в сон. Возможно, он так и проспал бы до утра, а очнувшись утром, корил бы себя за беспечность, но его гораздо раньше разбудил какой-то стук за окном. Марк разлепил глаза. Стрелки будильника показывали начало двенадцатого. Сморщившись, будто от зубной боли, и раздосадованный тем, что умудрился проворонить два драгоценных часа слежки, он резко поднялся на ноги и мигом выключил светильник. Стопка журналов, лежащая рядом, соскользнула и с глухим стуком ударилась об пол. Марк выглянул через щелку в окно. Небо затянули облака, укрыв за собой сияние лунного шара, и бледное расплывчатое пятно было не способно как следует осветить землю. Мальчик раздвинул шторы чуть больше и стал таращить глаза в темноту через линзы бинокля, пытаясь уловить любое движение в соседском саду. Но, кроме колыхания ветвей на легком ветру, все пребывало в застывшем спокойствии. Вдруг на лестнице послышались шаги, и дверь в комнату Марка распахнулась, демонстрируя в свете коридорных ламп силуэт рассерженной мамы на фоне дверного проема. Казалось, даже ее спальный халат не предвещал ничего хорошего. Марк отпрянул от окна и повернулся к ней лицом, стараясь сохранять невозмутимость характера. – В это время ты уже должен быть в постели, – сухо проговорила она, – а ты даже не готов ко сну. И почему у тебя в комнате такой бардак? – она ткнула пальцем в разбросанную по полу литературу. – Мне захотелось почитать перед сном некоторые научные статьи для расширения кругозора, – спокойным голосом объяснил Марк. – Однако не рассчитал свои силы и уснул до той поры, пока журналы не свалились вниз. – Как раз от этого грохота я и проснулась. А что ты делал у окна? – допытывалась старшая Ларкина, уперев руки в бока. Марк лихорадочно соображал, что лучше ответить. Сказать правду или придумать стороннюю причину. Решив не фантазировать, он ответил: – Я услышал шорох на улице и выглянул убедиться, что это не грабители, но я никого не увидел. Наверное, мне просто показалось. Напряженное молчание со стороны мамы длилось несколько секунд. – Укладывайся спать, – наконец сказала она, – и чтобы больше никакого шума. Мне нужно хорошенько выспаться. Когда она удалилась, Марк снова выглянул наружу. Сад оставался непотревоженным, но взглянув в сторону дома, мальчику показалось, что в одном из окон промелькнуло слабое оранжевое свечение, но тут же угасло, оставив в глубоком замешательстве главу детективной троицы. Марк узнает много нового Зелёная улица была расположена в центре города, в нескольких кварталах от дома Ларкиных. Она и правда была зеленая – почти у каждого дома росли низкие малахитовые пихты, оливковые и темно – салатовые туи, и на их фоне привычные глазу альбиции и розы, еще не набравшие свой цвет, казались бледными и хилыми. Даже крыши коттеджей и металлические заборы были выкрашены в различные похожие оттенки, так упрямо соответствуя названию улицы, как будто бы она на самом деле была Изумрудным городом из сказки. Но прохожие, конечно, не носили никаких зеленых очков и шляп с бубенчиками. Марк довольно-таки скоро добрался по нужному адресу, оставив Пэм дома дожидаться встречи с Тимом. Глава детективной троицы остановился у почтового ящика с номером восемь и огляделся вокруг. Территория у коттеджа Феликса не имела забора, если не считать хлипкую невысокую ограду из штакетника по двум сторонам сада, которая к тому же была наполовину завалена внутрь. Сад тоже не блистал чистотой. Вялая прошлогодняя трава тут и там гнездилась неравномерными клочьями вперемешку с другими сорняками – высохшим репейником и молодым весенним пыреем. Несколько стареньких сухих яблонь и груш дополняли унылую атмосферу неухоженного участка. Кроме дома построек никаких не было, однако, он был не так уж и плох на первый взгляд, по сравнению с пришедшим в запустение садом. Красный кирпич, из которого был выстроен первый этаж, не выделялся новизной, но деревянная мансарда над ним и оконные рамы по периметру стен, казалось, совсем недавно были перекрашены свежей краской бежевого цвета, а стекла тщательно вымыты. Примыкающее к лицевой стороне здания небольшое деревянное крыльцо имело различные узоры, составленные из деревянных планок, а под его крышей на металлическом крючке повис небольшой железный колокольчик, тихонько позвякивающий на теплом апрельском ветру. Марк поднялся по ступеням и замер у двери, прислушиваясь к звукам, идущим из коттеджа. Но оттуда не доносилось ничего – ни стука, ни шума, ни даже диктора, вещающего по радио новости дня. Царило абсолютное спокойствие, и даже шторы на окнах были плотно задернуты. Мальчик нажал на кнопку звонка. Раздался певучий сигнал, похожий на трель соловья, пронесшийся по всему дому и застывший где-то в одном из его дальних углов. И опять тишина. Марк настойчиво позвонил еще раз и снова напряг слух. На мгновение ему показалось, что совсем рядом за входной дверью, разделявшей его и Феликса от важного разговора, половая доска издала еле слышный жалобный скрип, и в душе главы детективов вспыхнул огонек надежды. Вот еще один всхлип уставшего дерева, только уже ближе. Еще мгновение, и ключ робко повернулся в замке. Дверь слегка приоткрылась, и мальчик увидел испуганное лицо штукатура, глядящего на него поверх дверной цепочки. – Т-тебе че-его? – взволнованно спросил он, искоса поглядывая по сторонам от Марка через образовавшуюся щелку в проеме. – С тобой еще кто-нибудь есть? – Не волнуйтесь, за мной нет «хвоста», – деловито ответил Марк. – Но у меня имеются некоторые вопросы, ответив на которые, возможно, вы сможете помочь себе и остальным вашим товарищам. В противном случае, я вынужден буду обратиться в полицию как свидетель произошедшего. И я уверен, когда они копнут поглубже, на свет вылезут более жуткие дела, чем попытка избавиться от свидетеля, если вы понимаете, о чем я? – глава троицы проговорил эти слова с таким тоном, будто уже успел многое выяснить, рассчитывая таким образом завладеть ситуацией и взять Феликса на «абордаж». В ответ на это у штукатура поползли вверх брови, а редкие волосы на почти лысой круглой макушке словно зашевелились, как иголки у ежа. Он не смог проронить ни слова, только глаза бегали по Марку, как будто следили за ломанными линиями полета бабочки. – Я могу войти? – предпринял еще одну попытку мальчик и сделал полшага вперед. – Разговор не займет много времени и останется строго между нами. Было заметно, что Феликс колебался, пытаясь принять верное решение. Его щеки раскраснелись, а лоб залоснился испариной. – Ладно, – наконец сдавленно проговорил он. – Все равно мне больше не с кем поделиться своими страхами. Заходи в дом. Он провел Марка в просторную гостиную. Она была очень уютной, но несколько темной – сквозь занавески внутрь не проникал солнечный свет. У дальней стены рядом с окном стоял высокий диван, заправленный зеленым покрывалом с изображением кораблей. Посреди комнаты небольшой круглый стол, приютивший графин с водой на металлическом подносе и стакан. Рядом со столом находились два продавленных стареньких кресла. В одном углу гостиной возвышался деревянный сервант с керамической посудой, а в другом – комод, на столешнице которого пристроился черно-белый телевизор марки «Рубин». А вот воздух в помещении был непроветренным и затхлым, пропитанным отвратительным запахом сигарет и алкоголя. Глава троицы сморщился, словно наступил на ноющую мозоль. Феликс заметил гримасу мальчика и смущенно задвинул ногой недопитую бутыль с вином за комод. Затем предложил Марку кресло и, усевшись во второе напротив, сказал: – Поверь, я никогда бы не стал делиться с незнакомым мальчишкой своими тайнами, но у меня просто не осталось сил, – его голос слегка срывался, как звуки гитарных струн в руках неопытного музыканта. – Я напуган и несколько дней не выходил на работу. – Я знаю об этом. А также я осведомлен в том, что к вам приходили товарищи, но вы им не открыли, притворившись, будто вас нет дома. Кого же из них вы так боитесь? – спросил Марк спокойным тоном. – Понимаешь, я уже несколько лет работаю на человека по фамилии Доган, и он является директором нашей компании. Страшный человек, провалиться мне на этом самом месте! Хоть я и видел его всего раз, но сразу понял это. Холодный алчный взгляд черных глаз на узком каменном лице, волевая осанка, а трость держит так, словно в руках и не трость вовсе, а самая настоящая сабля! – И вы сделали свои выводы ссылаясь лишь на внешний вид этого господина? – уточнил Марк. – Поговаривают, на фирме даже пропадали люди, – продолжал он, понизив голос. – Вот так в один момент, как будто и не было. – И вам, вероятно, известны все подробные детали исчезновений? – глава детективов достал из кармана блокнот и приготовился записывать. – Нет, что ты! Конечно же нет! – запротестовал Феликс. – Просто я слышал об этом от одного из кровельщиков, а уж он в своих рассказах бывает очень убедителен. Четыре года назад пропал управляющий, что работал на складах фирмы Догана. Вот как сквозь землю провалился. А двумя годами позднее, весной, нашли без сознания прошлого скульптора на улице возле своего дома. Кто-то ему хорошенько врезал по голове. После того инцидента бедолага уволился из компании. Были и еще случаи нападений, да. А скульпторами мы называем тех, кто занимается бассейнами, – объяснил он и, сглотнув слюну, покосился в сторону комода. – Что еще вы слышали? – Марк шуршал карандашом, фиксируя все самое важное на бумажных листках. – Прости, мне нужно на минуту отлучиться в кухню, – штукатур торопливо поднялся из кресла и прошел в соседнюю комнату. Когда он вернулся, от него разило спиртным. Марк сделал вид, что не заметил этого. – Итак, на чем мы остановились? – голос Феликса звучал бодрее. – Ах, да! За день до той жуткой истории, участниками которой стали и вы, я случайно подслушал один разговор между прорабом Кимом и вторым хромым штукатуром – моим напарником. Имя его Руслан, и он жутко не общительный. Я бы даже охарактеризовал его, как довольно нестабильный субъект с переменчивым настроением. То злится без повода, то смотрит на тебя, а взгляд будто блуждает где-то далеко. Но это не главное. В тот понедельник я припоздал к обеду, – Феликс с тяжелым вздохом расстегнул ворот рубахи. – Почти все уже давно закончили с едой и принялись за работу, а я зашел с заднего входа и вдруг услышал шепот, доносившийся из раздевалки. Мне это показалось странным, ведь мы никогда не шепчемся друг с другом. Привычка профессии, знаешь ли, говорить громко. Тогда я затаился у порога и, прислушиваясь, кое-что все-таки разобрал: «Зачем ты притащил ее в раздевалку, да еще положил в свой шкаф? Ты его даже не закрыл, олух! – голос прораба звучал гневно. – Я пошел тебе навстречу не для того, чтобы ты меня подставил. – Так уж вышло, но тебе ведь нужны деньги, – робко ответил Руслан. – Замолчи сейчас же, иначе мне придется заткнуть тебя навсегда, – угрожающе оскалился Ким. – Если кто-нибудь из рабочих прознает о наших делах, и сюда нагрянет полиция, тебе конец, слышишь меня? Избавься от этой стекляшки, что бы я ее больше здесь не видел. И запомни, это был последний раз, когда помогал тебе. – Нет, ты не можешь так поступить, – взмолился Руслан. – Этот порошок нужен мне, как воздух! – Тише ты, болван, – зашипел прораб. – Заглуши тон и прибери за собой. А я пока решу, как быть с тобой дальше. – Этого больше не повторится, Ким, обещаю, – страх неопределенности выплескивался изнутри дрожью в голосе, и было ясно, что оправдания штукатура становились все более безразличны Киму». – В этот момент у меня слегка закружилась голова, и я невольно прислонился к двери, в связи с чем, конечно, выдал свое присутствие, – продолжал рассказ Феликс. – Мне пришлось поспешно бежать оттуда, но я слышал, как прораб бросил вслед: «Скульптор? Феликс? Кто здесь?». После этого я вернулся к своей работе, и остаток дня прошел спокойно. – Возможно, я догадываюсь, что вас так напугало, – сказал Марк. – Став невольным слушателем определенно значимого диалога, вы подписали себе приговор. И поняли вы это только после того, как скульптор без сознания оказался на дне бассейна. Вы не стали дожидаться своей очереди и поэтому заперлись здесь? – Да, я дал себе зарок не выходить за пределы своего дома, пока все не прояснится, – усердно закивал Феликс. – Мне совершенно ни к чему подвергать себя опасности. – Но почему прораб назвал только ваши имена? – поинтересовался мальчик. – Кажется, помимо вас двоих работают еще парочка мужчин, если я не ошибаюсь в своих наблюдениях. – Все верно, но кровельщики редко спускаются в течении дня вниз. Они стараются держаться подальше от прораба и реже попадаться ему на глаза. А работа на крыше как раз-таки помогает избегать этих встреч. Скажу по секрету, мне кажется, что Ким крутит какие-то дела с Доганом, – снова понизил голос Феликс. – Ты только представь, каждую неделю привозят мешок с известкой, а стенки бассейна практически не ремонтируются. А куда она исчезает, я просто ума не приложу. – Не уверен, что этому стоило бы придавать значение, – с сомнением поглядел на него Марк. – Я заметил, ваш сад совсем запущен, однако, мансарда выглядит довольно свежо. Уверен, если бы вы работали в павильоне растений, все вышло бы в точности да наоборот. – Каюсь, есть такой грешок, – штукатур был вынужден согласиться с замечанием мальчика. – Иной раз и краской разжиться можно, а то и доской… – Стало быть, и известь легко может идти мимо кассы на чьи-то нужды, – констатировал Марк, но записал и об этом в блокнот. – А вот неясные обстоятельства, в которых оказываются ваши люди из года в год, это очень серьезно. – Помяни мое слово, произошедшее со скульптором коварно подстроено, – назидательно проговорил Феликс. – В этом придется тщательно разобраться, – уклончиво ответил Марк. – А где находится офис этого вашего Догана? – Склад и офис находятся в черте города, рядом с вокзалом. Это небольшое двухэтажное здание, синяя крыша которого высится за бетонным забором. Ты его не пропустишь. Но надо быть сумасшедшим, чтобы вынюхивать там. Зачем тебе все это нужно, парень? – Об этом стоило спросить сразу, как только вы пустили меня на порог. Мы – детективы, и расследуем всякие запутанные истории, вроде вашей, – деловито сказал он и тут же уловил недоверие во взгляде собеседника. Но уже спустя каких-то несколько секунд сомнения Феликса сменились неким озарением, и он спросил: – Постой, постой! Не о вас ли год назад трубили Варлицкие газеты, дескать, трое ребят вывели на чистую воду грабителей ювелирной лавки? – Совершенно верно, – Марк подбоченился в кресле. – И наше преимущество перед взрослыми сыщиками – наш возраст. Никто просто не заподозрит угрозы в детском любопытстве и примет наше любознательное поведение за простую игру. Ведь для всех мы лишь слоняющиеся тут и там от безделья подростки. – Да, в этом что-то есть, – на мгновение задумался Феликс. – Знаешь, а я рад, что рассказал обо всем этом тебе. И все же будьте осторожны, не шутите с огнем. – Да, конечно, – заверил его Марк. – Если вы не против, я хотел бы уточнить номер вашего телефона на крайний случай. Мальчик сделал еще одну запись в своем блокноте, затем убрал его в карман брюк и встал из кресла. – Вы так и будете прятаться за этими стенами? – напоследок спросил он. – Не думаю, что это выход из положения, – вдруг сказал Феликс и отчаянно махнул рукой. – Пожалуй, завтра я все-таки вернусь на стройку, и будь, что будет. Выйдя за дверь, глава детективов стал прокручивать разговор в голове снова и снова, стараясь разложить по нужным местам все, что он смог разузнать. В полной задумчивости Марк размеренно шагал вниз по улице, направляясь к собственному дому. «Интересно, вернулись ли уже Тим и Пэм? Или до сих пор пребывают в компании пострадавшего, пытаясь выяснить детали происшествия?» – размышлял он. Мальчик был настолько глубоко погружен в свои мысли, что послужило возникновению неловкой ситуации. Марк случайно столкнулся с прохожей молодой девушкой, прижимающей к груди внушительную сумку. От удара она выпала из рук, и лежащие внутри фрукты оказались разбросанными прямо на асфальте. Мандарины и яблоки, как бильярдные шары, раскатывались в стороны, словно изо всех сил желали поскорее покинуть тряпичную тюрьму. – Прошу меня простить, – смущенно проговорил Марк и присел на корточки, чтобы помочь собрать все, что рассыпалось. Пока они вдвоем возились с продуктами, мальчик краем глаза заметил нечто, в один миг его крайне заинтересовавшее. В пределах видимости, у ближайшего перекрестка Марк узнал знакомую фигуру в шляпе с широкими полями. «Только его здесь не хватало, – подумал глава троицы с досадой. – Если Альфред следит за мной и нагрянет с вопросами к Феликсу – кто знает, что из этого выйдет? Нет, – успокоил Марк сам себя, – Феликс ему уж точно не откроет. Но вдруг я прав, и он затевает что-то недоброе? Подтвердить догадки можно лишь одним способом – пустить моего загадочного соседа по ложному пути! Что ж, попытка не пытка!» Закончив со сбором фруктов, Марк незаметно вырвал пустую страничку из блокнота и торопливо нацарапал на ней несколько слов. Затем демонстративно выронил бумажку, якобы, из кармана брюк и, как ни в чем не бывало, пошагал вперед. Ветра не было, и можно было не переживать, что бумажный клочок в один миг вспорхнет в воздух и исчезнет в чьем-то саду или застрянет в переплетении веток какого-нибудь дерева. Мальчик решил не оборачиваться. И только завернув за первый угол, позволил себе аккуратно из-за него выглянуть. Он увидел, как Альфред торопливо шел в его сторону. Поравнявшись с тем местом, где глава троицы оставил свой маленький подарок, тот быстрым движением руки подобрал листок и убрал его во внутренний кармашек пиджака. «Итак, дело сделано, – победно объявил себе Марк. – Осталось лишь дождаться вечера и поставить жирную точку на сомнениях…» Детектив юркнул в ближайший проулок, затем в другой. Сделав несколько таких запутывающих след маневров, он наконец смог себе позволить замедлить шаг. Альфреда поблизости видно не было. Наручные часы показывали начало пятого, а это значит, что еще есть время обменяться информацией с остальными. Только бы Тим и Пэм не задержались у скульптора. Отчеты и наблюдения Марк был уверен, что вернется первым и успеет подкорректировать некоторые записи в своем блокноте, но, к его удивлению, друзья уже были на месте. Они пили ароматный чай в детской Пэм, по очереди кидая маленький разноцветный мячик Шиксу, который тот гонял по всей комнате с глухим стуком и явным интересом. – У вас готов доклад? – кратко спросил Марк и облюбовал ковер на полу, прислонившись спиной к кровати. – К сожалению, мы узнали очень мало, – печально ответил Тим, в очередной раз закидывая игрушку хорька в дальний угол. – Но хоть что-то вам удалось выяснить? – озадаченно переспросил глава троицы. – Этот пострадавший такой неразговорчивый, просто жуть! – принялась объяснять Пэм. – У меня создается впечатление, что все без исключения строители из бухты странные и нелюдимые. Мы к нему со всей вежливостью, а он буркнет пару слов и замолкает. Приходилось из него «клещами» все вытягивать. – Как язык проглотил, – подтвердил Тим. – И вдобавок к этой его необщительности, есть в нем что-то отталкивающее… – Глаза! – подхватила девочка. – У него такой неприветливый взгляд! Этот человек мне совсем не понравился. – Вы замечательно составили словесный портрет, – похвалил Марк ребят, отчего у Пэм тут же порозовели щеки. – Так мне легче воспринимать информацию и картину в целом. Продолжайте. – Нам позволили побыть у него всего четверть часа, – пояснил Тим, – Он еще находится под наблюдением врачей, и ему нужно много отдыхать, чтобы не возникло никаких осложнений. – А теперь о главном, – сказала девочка и подхватила на руки уставшего от головокружительной игры Шикса. – Этот скульптор не отрицает, что все произошло по обыкновенной неосторожности. Он обмолвился, что в тот день набрал слишком много воды в ведро и, спускаясь по ступенькам в бассейн, пролил ее и поскользнулся. – Слово в слово? – уточнил Марк. – Конечно, не так подробно, – протянул Тим, вспомнив безразличие к разговору со стороны мужчины, – но смысл сказанного примерно такой. Получается, никакого преступления не было. В комнате повисло краткое молчание. – Это все? – спросил Марк, нахмурив брови. – Да, больше ничего, – пожал плечами Тим. – И не найди мы в тот день его ключ, который послужил отличным предлогом для визита, информации было бы еще меньше. – Да уж, не густо, – вздохнула Пэм. – Надеюсь, ты преуспел больше нас. – Что ж, действительно, мне несказанно повезло сегодня, и в нашем деле появилось много нового, – к любопытству остальных, заявил Марк. Он поднялся с пола и, скрестив руки за спиной, встал у окна, заслонив собой частицу дневного света. Комната слегка потускнела, что добавило еще больше таинственности напыщенному выражению лица главы детективов. Выдержав солидную паузу, он достал свой блокнот, чтобы не упустить ни единой мелочи, к которым он относился со всей ответственностью. Тщательно сверяясь с каждой записью, оставленной на исчерканном листе, мальчик поведал все детали беседы с Феликсом, не упуская возможности прибегнуть к привычным речевым оборотам повышенной сложности. В те минуты, когда Марк рассказывал что-то важное, Тим и Пэм старались не перебивать его. Со стороны казалось, даже Шикс усвоил это правило и замер на груди у Пэм, внимая вместе со всеми речам главы троицы. На самом деле, как выяснилось позже, он попросту уснул. Наконец Марк с треском захлопнул свой блокнот, чем явно растревожил задремавшего хорька. Оповестив тем самым остальных об окончании рассказа, он в ожидании вопросов поглядел на ребят. – Это что же получается? – почесал растрепанную макушку Тим. – Мы начали с загадочных огней, которые никто кроме меня не видел. Потом стали свидетелями преступления, оказавшегося на самом деле несчастным случаем. И в довесок получили целую неразбериху с рабочими в компании, ссылаясь лишь на слова одного из строителей? Должен признать, очень уж все предвзято выходит… – Настоящий сыщик обязан видеть то, что не видно простому глазу. Возможно, за закрытой дверью сокрыто нечто более важное, чем просто пустая комната, – многозначительно изрек тот, подняв вверх указательный палец. – Нутром чувствую, нам предстоит серьезно поработать извилинами. А что касаемо исповеди скульптора, железного подтверждения сказанных им слов у нас нет. Поэтому, будем считать инцидент, как еще одну спланированную и весьма неприятную историю в копилке фирмы. В это время задумчивый взгляд Пэм блуждал от Марка к Тиму и обратно, хотя она изо всех сил старалась скрыть от них недопонимание некоторых мудреных выражений своего брата. – Что мы будем делать дальше? – невинно спросила она. – Нужно составить план наших следующих действий, – ответил Марк, – И чтобы это сделать, сперва предстоит разобраться с тем, что нам уже известно. А именно, привести в порядок полученную в ходе расследования информацию, сложив ее в правильном порядке, словно мозаику. Итак, начнем с того самого вечера, когда Тим увидел в бухте мерцающие огоньки, – глава детективов важно расхаживал взад-вперед у окна. – Да, пока мы еще не прояснили, кто их подавал, кому и зачем, но рано или поздно детали по этому вопросу обязательно появятся… Пэм хотела вслух напомнить, что вспышки света могли быть чем угодно, но решила не перебивать брата, искренне надеясь на его правоту в суждениях и чуткую интуицию. Все-таки она тоже была детективом, и желание раскрывать преступления переполняло ее не меньше, чем остальных. – Следующее, что мы обнаружили в бухте, это странная стеклянная капсула. Возможно, она не представляет для нас ничего важного, однако я бы не стал сбрасывать ее со счетов. Очень уж интересная у нее форма отлива, – пояснил Марк. – На данный момент для нас остается загадкой, каким образом огни в бухте и эта капсула связаны между собой, поэтому на некоторое время вынесем это за скобки. Далее выяснилось, что на протяжении нескольких лет кто-то выводит из строя работающих в компании людей, но причина этому пока нам так же не понятна. Зато мы стали невольными свидетелями одного из таких весьма прискорбных событий, происходящих на фирме господина Догана, портрет которого к тому же не блещет кристальной белизной. Кстати, хотелось бы познакомиться с ним лично. – Ты планируешь наведаться к нему в офис? – в испуге вздрогнула Пэм. – Да, и очень скоро, – серьезно ответил Марк. – Но, если мы туда заявимся всей гурьбой, это может вызвать подозрения, поэтому я буду вынужден отправиться туда в одиночку. – Я нисколечко не против, – с облегчением ответила на это сестра, подумав о встрече с директором компании, который по рассказам Феликса был еще ужаснее прораба. Она явно себе представила этого Догана, нависшего над ними и сверлящего их взглядом, словно буравчиком. А его почему-то приторно-сладкий голос заиграл в ее ушах протяжным металлическим скрежетом. – Прекрасно, – удовлетворенно произнес глава троицы. – Но этот вопрос мы обсудим чуть позже. А сейчас наша задача заключается в том, чтобы как можно больше выяснить о прорабе и втором штукатуре. Но с нами разговаривать они не станут, это ясно, как дважды два. Какие будут идеи? – Может быть проследить за ними? – предложил Тим. – Этот метод подойдет, если знать наверняка, в чем они замешаны, – возразил Марк. – Вот только цели поиска пока не определены. – Мы могли бы подслушать разговоры, узнать с кем они встречаются и где бывают, – пояснил Тим. – Все верно, но время совсем не располагает для того, чтобы ходить за ними по пятам. Таким образом, рано или поздно мы выдадим себя, и они станут более осторожны, что отнюдь не на руку. Оставим эту затею в резерве. Пэм, ты что думаешь? – глава детективов переключил внимание на сестру, поглаживающую разнежившегося хорька по растрепанной шерстке. Тим слегка насупился, а Пэм в задумчивости на секунду закусила губу. – Мы не успели пообщаться с одним из тех двух рабочих, которые работают на крыше, – наконец сказала она и в ожидании вердикта посмотрела на Марка. – Уверен, в этом не будет никакого толка, – снова отбросил он и эту мысль. – Один из кровельщиков сразу отмахнулся от нас. Учитывая то, что они работают в паре, их мнения вряд ли будут отличаться. Скорее всего, второй тоже будет молчать, а мне бы не хотелось мелькать лишний раз среди них. Мы должны оставаться в тени, но при этом видеть гораздо дальше, чем это возможно, чтобы решить нашу головоломку. – И как нам это сделать? – пожал плечами Тим. Марк выдержал интригующую паузу. – Я предлагаю пошарить в их раздевалке, – объявил он с блеском в глазах, – Определенный риск в этом есть, но быть может нам удастся найти там что-нибудь интересное? – Рыться в личных вещах? – ужаснулась Пэм. – Ты с ума сошел! Послушал бы тебя наш папа, да он… он…, – от возмущения девочка не могла подобрать нужных слов. – Он не узнает, – продолжил за нее Марк. – И, поверь, мне тоже не очень хочется копаться в их скарбе. Но нам нужна любая зацепка, любая улика, которая сможет пролить немного света на происходящее. Кстати, чтобы добраться до искомого, придется влезть в домик. Кто откажется от этого замысла – я пойму. Марк выжидающе обвел взглядом ребят. – Я с тобой, – сразу вызвался Тим. Пришел черед Пэм. – Ну, конечно, я согласна. За мальчиками нужен глаз да глаз, – ответила она, а затем так крепко обняла хорька, что тот даже закряхтел. – И Шикса возьмем с собой! – Значит, решено, идем все вместе, – удовлетворенно кивнул Марк. – Завтра родители гостят у знакомых до позднего вечера, поэтому у нас есть шанс незаметно провернуть наше дело, не опасаясь за взбучку. Тим, ты сможешь незаметно улизнуть из дома? – Что-нибудь придумаю, – заверил его тот, – Вы же знаете, папа часто до ночи возится в мастерской с машинами. – Завтра после ужина я позвоню Феликсу для уточнения кое-каких деталей. Надеюсь, он уже вернется домой с работы, – добавил Марк. – Будь у телефона, Тим, для уточнения времени и места нашей встречи. А теперь перейдем к очень занимательной теме нашего собрания, – объявил он, чем, несомненно, заинтриговал остальных. – Какой такой теме? – в два голоса спросили Тим и Пэм. – Когда я вышел из дома Феликса, то был неприятно удивлен, обнаружив неподалеку Альфреда. Он как ни в чем не бывало медленно прогуливался вверх по улице, делая вид, что не замечает меня. Зато я прекрасно разглядел его шляпу. – Он что, следит за нами? – выдохнула Пэм, широко раскрыла свои зеленые глазки. – Я почти уверен, что так оно и есть, – важно ответил Марк. – Сегодняшним вечером я смогу точно ответить на этот вопрос. – А что должно произойти вечером? – Тим удивился еще больше, чем была удивлена Пэм. Марк в красках поведал историю с бумажным листком, который он бросил на тротуар, и как Альфред подобрал его. – И что же было в этой записке? – ребята в четыре глаза выжидающе глядели на главу их троицы. Марк выдержал любимую паузу. – Я написал: «Сегодня в 10, бухта», и поставил несколько жирных вопросительных знаков, – гордо сообщил он. – За три часа до полуночи я и Пэм выключим свет в своих комнатах и будем ждать момент истины. Если Альфред клюнул на мою уловку, он отправится в бухту. Из этого станет ясно, что он наблюдает за нами так же, как и мы за ним! Ребята в который раз смотрели на Марка с восхищением, пораженные его смекалкой. Несомненно, он придумал замечательный способ, чтобы вывести Альфреда на чистую воду. При этом ничего не нужно будет делать, и даже из дома выходить не придется. Всего лишь поглядывать через щелку в оконных занавесках, но только очень осторожно, чтобы их самих не заметил таинственный сосед. – Пришло время прощаться, – Марк с досадой взглянул на стрелки часов. – Жди моего звонка, – повторил он, когда Ларкины прощались с Тимом на пороге своего дома. Вечернее небо было ясным темно-синим, как бескрайний шелковый ковер, усыпанный тысячами ярких звезд, а большая полная луна, словно далекий уличный фонарь, заливала всю округу серебряным светом и освещала землю. Деревья еле заметно шевелили коричневыми ветвями, в сонной истоме повинуясь крохотным порывам легкого ветра, приносившего свежесть в комнату Марка сквозь приоткрытую форточку окна. В нужное время Ларкины уже находились у своего наблюдательного пункта. Как и в прошлый раз, глава троицы оставил небольшую щелку между шторами, и ребята по очереди выглядывали через нее в соседский сад. – Как ты думаешь, Альфред спит или делает вид, что спит? – тихим шепотом спросила Пэм. – Свет в коттедже погашен. Что еще можно делать в кромешной темноте? – Не готов заявить прямо о его предпочтениях, помогающих скоротать досуг, но в одном я уверен совершенно точно, – отчеканил Марк, – он внутри. Примерно час назад я видел, как его силуэт промелькнул за окном первого этажа, и все это время я не сводил глаз с парадного входа. Альфред не покидал пределы дома. – Интересно все-таки, выйдет ли он за порог? – продолжала рассуждать Пэм. – Или мы зря так накинулись на него с подозрениями? – Просто внимательно смотри через стекло, – напутствовал ее Марк, и Пэм послушно умолкла, глядя на улицу через узкую полоску между штор. Настольные часы отщелкнули девять. Затем прошло еще минут двадцать тихого наблюдения. Ларкины слышали, как родители ушли к себе в спальню готовиться ко сну и захлопнули дверь. Как прошелестела крыльями какая-то птица над их черепичной крышей и устремилась вдаль беспокойным черным пятном. Как залаяла где-то далеко собака. И как проехала недалеко машина, шурша колесами по сухому асфальту. Наконец они услышали, как в доме напротив шлепнула дверь. Ребята невольно подались вперед и чувствовали трепет оконных занавесок на своих лицах. Сомнений не оставалось – Альфред вышел на прогулку! В этот раз он был одет во все темное. Мужчина быстро прошел через сад и тенью выскользнул за калитку. – Марк, ты просто гений! – в восторге зашептала ему на ухо Пэм. – Теперь мы знаем точно, что он отправился в бухту. – Да, и там его ждет еще один сюрприз, – победно заявил брат. – Голый пляж и прохладный ветер. Зато вдоволь надышится морской свежестью. Пэм тихонько хихикнула. – Так ему и надо, нечего было врать, – с гордостью сказала она. – Врал – значит есть что скрывать от нас, – изрек Марк. – А теперь пора ложиться спать. Если мама снова застанет меня глазеющим в окно, спуску она мне уже не даст. – Спокойной ночи, Марк! – Пэм зевнула и на цыпочках отправилась к себе в детскую. «Кто же ты на самом деле? – подумал глава детективов, укладываясь в кровать. – И что замышляешь?» Бледный свет луны проникал в комнату и мешал уснуть, но занавески плотнее Марк задергивать не решился, иначе это может выдать его перед Альфредом, когда тот будет возвращаться обратно. Он просто влез под одеяло с головой и через несколько минут уже крепко спал. Рискованная затея Глава детективов уже в третий раз терпеливо набирал номер Феликса, но аппарат передавал лишь монотонные размеренные гудки. Внутри Марка постепенно росла тревога. Пэм в это находилась рядом с ним и тоже испытывала чувство волнения. Наконец в трубке послышался треск и на том конце провода раздался высокий голос Феликса: – Я вас слушаю, говорите. – Это Марк. Вы долго не подходите к телефону, у вас все в порядке? – Ах, Марк, добрый вечер! Да, рабочий день прошел вполне сносно, если не считать того, что прораб отчитал меня за прогул. Знал бы ты, как я испугался, когда он окликнул меня. – Могу себе представить, – поддержал его мальчик. – Кстати, не появились ли какие-нибудь подробности о падении скульптора в бассейн? Может, кто обмолвился парой слов? – Нет, абсолютно никаких новых слухов. Самый обыкновенный день, будто ничего и не происходило вовсе, – уверенно ответил Феликс. – Каждый целиком отдавался своему делу. – Охотно верю, – вежливо ответил Марк. – У меня к вам есть один щепетильный вопрос, если вы не против. – Отнюдь, я постараюсь ответить. – Насколько я помню из нашей беседы, у каждого из вас имеются личные шкафчики для переодевания, так? – Совершенно верно, и все они закрыты на ключ. А почему ты спрашиваешь об этом? – Мне нужно знать номера ящичков прораба Кима и Руслана. В трубке повисла пауза. – Не хочешь ли ты сказать, – медленно проговорил Феликс, – что решил залезть к нам в раздевалку? Но зачем? – Есть одна необходимость проверить личные вещи этих двух людей, чтобы узнать о них больше, – серьезно ответил Марк. – Вы против такого метода? – Конечно, я против! – воскликнул мужчина. – Ким может прибыть в коттедж в любое время! Он даже раз или два в неделю остается внутри на целую ночь. Я уж не знаю, чем он там занимается, это не мое дело, но… – И тем не менее, я прошу вас ответить на мой вопрос. – стоял на своем Марк. – Ящики расставлены в один ряд, – мгновение спустя со вздохом ответил Феликс. – Первый слева Кима, а пятый Руслана. Еще имеется письменный стол с выдвижным отделением. Там хранятся кое-какие бумаги, планы и отчеты. И запомни, не впутывай меня в это, если попадетесь. Феликс повесил трубку. Марк сделал тоже самое. – Хорошо, что родители уже ушли в гости, – хихикнула Пэм, – иначе мама упала бы в обморок, услышав, о чем ты здесь говорил. – Факт, не требующий доказательств, – согласно кивнул брат. – Нам пора звонить Тиму. Уже почти стемнело, и все вокруг стало терять свои привычные глазу краски. Первые вечерние звезды высыпали в небе. Они сияли и иногда перемигивались между собой, будто играли в гляделки. Серебристая луна спряталась за легкими облачками, что, несомненно, было только на руку трем детективам, торопливо шагающим вниз дорожке к домикам для туристов. Ветер, несущий прохладу и запах соли с моря, щекотал ребятам лицо и трепал волосы. Шикс привычно дремал у Тима на плече. Ему было все равно, куда и когда его берут с собой, лишь бы рядом был хозяин и его друзья – милая рыжеволосая девчушка, готовая гладить его сутки напролет и странный мальчик, который никогда не демонстрировал ему дружеских чувств. Но если Тим выбрал его своим товарищем, что ж, Шикс готов разделить с хозяином мнение. В противном случае, можно ведь остаться без изюма? Итак, детективная троица гуськом проследовала к нужному коттеджу, тому, что уже был приведен в порядок. Ребята осторожно обогнули его по кругу, заглядывая в окна. Сумрак комнат не позволял внимательно рассмотреть все, что было скрыто внутри, но абсолютно точно в доме никого в этот момент не было. – Смотрите, – шепнул Тим, – это тот самый задний вход, о котором обмолвился Феликс. Ты же взял у него ключи? – он обратился к Марку. – Нет, это было бы уже вымогательством, – покачал головой тот. – Он и так не одобрил нашу идею. – Как же мы откроем дверь? – с досадой проговорила Пэм. – Вспомните, чем мы занимались на новогодних каникулах? – многозначительно изрек Марк. Остальные на мгновение задумались. – Правильно, ничем, – не дожидаясь ответа, рассудительно сказал мальчик. – Поэтому, я даром время не терял и развивался. Тим, посвети на замочную скважину. Тот послушно включил блеклый желтоватый свет карманного фонаря. Марк опустился на одно колено, пошарил в карманах и выудил из них два блестящих предмета. Ими оказались канцелярские скрепки среднего размера. Одна была согнута углом и имела теперь форму рычага, а вторая наполовину развернута, превратившись в жесткую прямую проволочку. – Это бюджетный инструмент взломщика, – деловито объяснил он. – Я долго тренировался и приобрел кое-какой опыт в этом деле. Сейчас я вставлю рычажок в отверстие и буду давить в сторону, а прямой скрепкой попытаюсь ослабить металлические стопоры. Ребята с интересом склонились за спиной Марка и терпеливо наблюдали, как он возится с замком. Послышались тихие бряцающие звуки сопротивляющегося механизма. Наконец раздался щелчок, и дверь подалась. Марк победно обвел взглядом остальных. – Потрясно! – воскликнули Тим и Пэм хором, а девочка добавила. – Нам всем не помешало бы научиться этим приемам. Ведь имея при себе две простых канцелярских скрепочки, можно запросто выбраться из любой запертой комнаты! Это так интересно! – Главное, чтобы нас не поймали за этим занятием, – скептически заметил Марк. – Не стоит забывать, что взлом замка – это преступление, преследуемое законом. Ладно, все за мной. Детективы шагнули в полумрак дома, не забыв прикрыть за собой дверь. Подсвечивая себе путь фонариком, чтобы ничего не уронить и не наделать лишнего шума, ребята прошли через кухню и попали в гостиную. Интерьер для туристов был простоват. Небольшой диванчик, застекленный буфет, журнальный столик и гардероб. Только теперь ко всему этому добавился еще и ряд шкафчиков для переодевания. А вот письменного стола, о котором говорил Феликс здесь не было. – Наверное, он в другой комнате, – смекнул Марк и подошел к ящичкам. – Нас интересуют крайний и пятый слева. Конечно, они все заперты, – он подергал за ручки, чтобы удостовериться, – Значит, продолжим скрепочную практику. Когда и с этими замками было покончено на раз, он отворил створки первого шкафа. Тим исправно светил фонариком, пока Марк тщательно проверял и осматривал содержимое. – Коробок спичек, пустая пачка из-под сигарет, – объявлял он каждый предмет, как на аукционе. – Тетрадь в клетку тоже пустая, без записей. Несколько гвоздей, расческа и огрызок карандаша. В карманах пусто, – пошарив руками в спецодежде, подвел он итог. – Теперь проверим инвентарь Руслана. – Не нравится мне все это, – прошептала Пэм тихонько, как будто помимо них внутри был кто-то еще. – И мне как-то не по себе, – согласился с ней Тим, – Эй, Шикс, ты куда? Маленький зверек уже успел проснуться и теперь ему захотелось поиграть. Он соскочил с плеча хозяина и запрыгнул на полку шкафчика, спрятавшись за строительной каской. В этот момент на улице раздался гул мотора приближающейся машины. От этого звука у ребят сердце ушло в пятки. Пэм почувствовала, как противные мурашки высыпали по всему телу, а Тим второпях пытался выудить руками хорька наружу. Один лишь Марк оставался спокоен, хотя и в его напряженной позе чувствовалась тревога. К счастью, автомобиль, не сбавляя хода, пронесся мимо и затих вдали у пляжа. – Фух, – выдохнул Тим. – Наверное, кто-то решил на ночь глядя полюбоваться морем, – затем он снова занялся Шиксом. – Вылезай же оттуда, несносное ты животное. Спустя минуту ему все же удалось вытащить юркого хорька. Тот каким-то чудным образом умудрился растрепать всю свою шёрстку, и был похож на длинного ежа. Тим попытался пригладить его и, коснувшись спины, нащупал пятнышко грязи. – Ну вот, – приглядевшись протянул он, – еще и вымазался в чем-то белом. Ну, что с тобой делать, а? Прости, Марк, – он поймал на себе осуждающий взгляд главы Марка. – Давай продолжим. Осмотрев и этот шкаф, глава детективов пришел к выводу, что ничего подозрительного они не нашли. – Нужно проверить письменный стол, – сказал он. – Поищем его в соседней комнате. Пэм, будь у окна и, если увидишь огни фар или силуэты шагающих по дорожке людей, предупреди нас об этом. Прошмыгнув за тоненькую межкомнатную дверь, мальчики попали в небольшую спальню. Как и предполагал Марк, громоздкий письменный стол, укрытый матерчатой скатертью, был обнаружен в углу. На столешнице лежали какие-то бумаги. – Документы, инструкции, – глава троицы внимательно просматривал каждую бумажку. – Ничего интересного. Откроем выдвижной ящик. Внутри была накидана всякая всячина. По большей части лишь мусор, обертки от конфет, колода карт, сломанная шариковая ручка, капроновые чулки, лупа, резинки для стягивания чего-либо, пустая стеклянная бутылка из-под лимонада и потрепанный календарь. – Тоже самое, что и везде, – с досадой констатировал Тим. – Одна рухлядь. Если не считать женских чулок, конечно, – он тихо хихикнул. – Хм, да уж, странно, – нахмурил брови Марк, затем выудил какой-то предмет. – Ну-ка, посвети поближе. Тим направил луч фонарика на руки Марка, который сжимал картонный календарь. – Здесь кружками отмечены дни марта и апреля, вплоть до середины мая. Погляди, каждую неделю одна отметка. Завтрашний день тоже обозначен кругом, а прошлая дата выпадала на минувшую субботу. – В тот вечер я видел мигающие огоньки над бухтой, – задумчиво проговорил Тим. – Как думаешь, кто-то из рабочих их зажигал? – Наперед сказать трудно, – глава детективов достал из кармана куртки блокнот. – Я перепишу эти числа на случай, если они окажутся важной уликой. Может тогда… Его перебил тихий испуганный возглас Пэм: – Я вижу свет фар вверх по дороге, кто-то приближается к домикам! – Без паники, – невозмутимо ответил Марк. – Возможно, это еще одни ночные гуляки. – Машина сбавила ход, – продолжала анализировать ситуацию Пэм. – Кажется, останавливается рядом со входом, – теперь в ее голосе отчетливо слышался страх. – Быстрее, Марк, – поторапливал мальчика Тим, глядя, как тот орудовал карандашом на бумаге под тусклым лучом фонарика. – Готово, – наконец прошептал глава троицы и ловко отправил в ящик стола календарь. – Все к заднему входу, и затаились, как мыши, – скомандовал он. – А ты, Тим, крепче держи Шикса, чтобы он не выкинул какой-нибудь номер. И погаси свет. Ребята замерли у двери и даже задержали дыхание. На какое-то время дом погрузился в полную тишину, если не считать взволнованного биения сердец. Снаружи хлопнула автомобильная дверь. Затем раздались шаги у парадной двери и звяканье ключей. Кто-то открывал замок, бряцая целой связкой. – А теперь на корточках очень тихо выходим из отсюда, – еле слышно проговорил Марк. – И не мелькаем под окнами, иначе нас застукают. Детективы один за другим выбрались на улицу. В этот момент в коридоре дома зажегся свет. Тим, крадущийся впереди, осторожно выглянул за угол. У забора был припаркован старенький темный пикап. Пассажиров внутри не было, а значит путь к спасению был открыт. Мальчик махнул остальным рукой, чтобы те не останавливались, а сам решился на отчаянный шаг. Когда Марк и Пэм прокрались мимо него, Тим прислонился спиной к стене коттеджа. Затем глубоко вдохнул свежий вечерний воздух и, медленно ступая по сырой росистой траве, пробрался к переднему окну. Ларкины уже были возле забора, готовые перемахнуть через него и пуститься наутек, когда Пэм обернулась и обнаружила, что Тим остался позади. В безмолвном ужасе она толкнула Марка в бок и указала пальцем в сторону друга. Тот махнул рукой, призывая Тима сейчас же покинуть территорию домиков, но тот отрицательно помотал головой. И Ларкины в оцепенении наблюдали, как мальчик осторожно заглядывает внутрь коттеджа. – Что он там еще задумал? – всплеснула руками Пэм. – Ты же знаешь его отчаянный характер, – шепотом ответил Марк, не отводя глаз с мальчика. – Вспомни, Феликс утверждал, что прораб бывает здесь после смены. Уверен, Тим проверяет, так ли это. – Я бы никогда не отважилась на такой шаг, – призналась Пэм. – И что у вас, мальчишек, на уме. Ведь его могут схватить! Пока они обсуждали лихой поступок Тима, тот пригнулся к земле и, так быстро, насколько ему позволяла идти неудобная походка, уже направлялся к друзьям. Спустя пару минут в окне коттеджа замаячил силуэт человека, а потом скрипнула входная дверь. Но ребята уже ничего не угрожало, они были далеко от этого места. Бодро шагая по тихим вечерним улочкам, детективы добрались до дома Ларкиных. Внутри не было света, а значит, родители еще не вернулись. Марк забежал в прихожую и вызвал по телефону такси для Тима. В ожидании автомобиля у ребят оставалось еще несколько минут, чтобы поболтать. Пэм все еще дула губы на Тима из-за его беспечности. – Итак, пикап принадлежит прорабу, – подвел итог глава троицы. – Тим видел, как он прошел в гостиную и выложил на столик продукты. Видимо, Ким будет там до утра. Подозреваю, что он не просто так наведывается туда. – А что мы теперь будем делать с календарными числами? – поинтересовалась Пэм. – Они ведь могут означать все что угодно, правда? – Могут, – многозначительно сказал Марк. – Но завтрашним вечером мы вновь отправимся в бухту и проверим нашу версию. Только без тебя, Пэм, поскольку ожидание огней возможно затянется до самой ночи. Не девчачье это дело в сумерках да на ветру ждать неизвестно чего. – Хорошо, я останусь в детской и буду ждать вашего возвращения, – девочка не стала спорить. Если уж Марк сказал нет, значит нет. – Тим, попросись у папы остаться завтрашней ночью у нас в гостях, – обратился он к другу. – Так будет проще реализовать наш план. У нас есть дома раскладушка, так что без спального места не останешься. – Конечно, я с радостью приду к вам! – пообещал тот. – А наши родители разрешат? – всполошилась Пэм. – Я что-нибудь придумаю, – твердо сказал глава их троицы. – Скоро мы обязательно выясним, связаны ли огни с несчастными случаями, происходящими в компании Догана в течении долгого времени, или нет. – Звучит довольно-таки странно, вроде загадки: «что общего у телефона и сороки»? – таинственно улыбнулся Тим. – И что же? – спросила Пэм. – Буква «О», – заливисто рассмеялся мальчик, и Пэм тоже хихикнула в ответ. От мимолетной обиды не осталось и следа. Марк серьезно посмотрел на них и добавил: – Согласен, пока трудно сложить в единую цепочку все, что мы видели и слышали. Но тем не менее, нужно довести начатое до конца. Запутанное дело – это прекрасная тренировка для наших извилин. Мы и так просидели полгода, расследуя разве что детективные книжные романы. Все тут же с ним согласились. А уже через мгновение возле ребят затормозила машина такси, и Тим махнул на прощание рукой. В ожидании огней Время, оставшееся до вечера, Марк решил зря не терять. Сразу же после уборки в своей комнате, наскоро пообедав, он отправился на фирму Догана, что находилась в центре города. Пэм с собой он брать не стал, как уже говорил об этом ранее. Настроение у главы троицы было на высоте. Впереди оставалось еще целых полтора свободных от школьных занятий дня, и можно было всецело сосредоточиться на расследовании, не думая об уроках. Тем более, что домашних заданий в этот раз задали совсем немного, и Марк их сразу же отложил на воскресный вечер. Добираясь на автобусе до вокзала, он ломал голову над вопросом, с которым пожалует в офис строительной компании. Но, так как он был далек от этой сферы деятельности, то решил оставить тщетные потуги выдумать предлог и сориентироваться на месте. Выскочив на остановке у вокзала, Марк огляделся в поисках нужного бетонного забора, о котором упоминал Феликс. – Да вот же он, – хлопнул себя по лбу мальчик, наткнувшись взглядом в искомое на той стороне улицы. Торопливо перейдя через широкою дорогу, Марк вошел через широкие металлические ворота на территорию фирмы. Это была не слишком большая асфальтированная площадка с линией складов вдоль заграждения, в которых хранились материалы. У самого входа возвышалось двухэтажное здание, а рядом с ним, поблескивая на солнце зеркалами и молдингами, стояли два больших автомобиля. Вокруг не было ни души, если не считать мимолетного движения в одном из окон первого этажа. Марк заметил мелькание чьей-то головы за бежевыми кружевными занавесками. «Торгаш или бухгалтер, слоняющийся без дела, – подумал Марк. – Скорее всего Догана здесь нет. Вряд ли он ездит на грузовой машине…» Глава детективов еще немного потоптался на месте и собирался уже войти в дверь офиса, когда разглядел в одном из складов паренька в темно-зеленом рабочем костюме. Уставившись взглядом куда-то вглубь помещения, тот стоял практически неподвижно, отчего Марк не заметил его сразу. С виду тот казался всего на несколько лет старше него, а значит, проблем в общении возникнуть не должно. Глава детективов решительно направился к складу. – Привет! – махнул он рукой юноше. – У тебя не найдется пары свободных минут? – Найдется, – удивленно ответил парень, обернувшись к Марку. – Хм, нечасто сюда заходят мальчишки твоего возраста! Меня зовут Алекс, – он дружески протянул пятерню. – Слушай, тут такое дело, – Марк старался говорить попроще, не вызывая лишних подозрений. – Я бы хотел увидеться с господином Доганом, но его, кажется, сейчас нет на месте? – Точно, нету. Он недавно уехал на своем новеньком «Ровере». А зачем он тебе понадобился? – Алекс поглядел на Марка с явным интересом. – Вот, например, я стараюсь с ним лишний раз не встречаться. Скажу по секрету – очень скверный человек, – он перешел на шепот, будто боялся, что его кто-нибудь услышит. – Понимаешь, мы с мамой недавно переехали в ваш город, – глава троицы на ходу сочинял подходящую историю для визита. – В том доме, который мама приобрела, худая крыша. Ее нужно отремонтировать, поэтому я и пришел в вашу компанию. – А почему этим вопросом не занимаются твои родители? – удивился Алекс. – Папа с нами давно не живет, и маме приходится много работать. У нее просто нет времени, чтобы заказать новую черепицу. Поможешь? – Ну для этого у нас есть управляющий, он в своем кабинете на втором этаже, – с улыбкой пояснил юноша, кивнув на здание. – Совершенно незачем ждать господина Догана. Да и вряд ли он стал бы общаться с подростком, вроде тебя. – Значит, так и сделаю, – небрежно бросил Марк. – А ты подрабатываешь здесь? – В основном слежу за порядком на складах, убираюсь внутри и иногда мою машину господина Догана. Только это неблагодарное занятие. Он всегда недоволен, как выглядит его автомобиль после мойки. Ни разу лишней монеты не накинул за труд. Хотя, знаешь, гораздо приятнее чистить новый «Ровер» Догана, чем его старый пикап. «Форд», кажется. – Пикап? – насторожился Марк. – Выходит, у него несколько машин? – Не-а, теперь одна, – протянул Алекс. – «Форд» я уже давно не видел. Он его продал, наверное, или отправил на свалку, куда ему самое место. Ржавый ведь совсем, как ведро! Марк достал из кармана кулек с леденцами и предложил юноше. Тот с удовольствием запустил руку внутрь и выудил сразу горстку конфет. По-видимому, угощение пришлось очень кстати, и парень расплылся в довольной улыбке. Однако не успел он поднести леденец ко рту, как со стороны второго этажа офиса раздался женский визгливый окрик: – Алекс! А ну, хватит филонить, лентяй ты этакий! – голос принадлежал полнотелой кучерявой даме, которая в этот момент всем весом навалилась на подоконник и наполовину свесилась за окно. – Если ты сейчас же не возьмешься за работу, я приму вынужденные меры! И нечего мне тут улыбаться! – Мне действительно пора заниматься делами, – извинился он, обращаясь к Марку, – иначе она опять пожалуется Догану, и в этот раз он меня точно уволит. – Да, конечно, я как раз собирался уходить, – понимающе ответил Марк, хоть и с досадой. – А в офис я, пожалуй, зайду в следующий раз, – добавил он на прощание. – А вы, молодой человек, – не унималась женщина в окне, – покиньте территорию! Не нужно шнырять тут от безделья и отвлекать людей от работы! Ишь! – сердито выдохнула она и с шумом захлопнула свой наблюдательный пункт. Да так, что зазвенело стекло. Глава детективной троицы оставил Алекса в одиночестве и выскользнул за ворота. Оказавшись на безопасном расстоянии от чуть было не назревшего конфликта, он вернулся на остановку и стал дожидаться автобуса. «Я не успел расспросить Алекса о новом управляющем, пришедшем на смену тому, который в один день просто взял и пропал без следа, – размышлял Марк, присев на деревянную лавочку. – С другой стороны, Алекс должно быть совсем недавно закончил школу и работает здесь не так давно. Вряд ли он осведомлен о былых происшествиях в этой темной компании. А что господин Доган? Если верить услышанному, то беседа с ним скорее всего не получилась, разве что только насторожила бы. Единственное, что я смог выяснить, Ким и Доган находятся в довольно-таки тесных отношениях, раз прораб теперь пользуется его автомобилем, пусть и старым. Возможно, Феликс прав, и их объединяет какое-то общее дело. Что ж, немного нового я смогу рассказать Тиму и Пэм…» Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/viktor-aleksandrovich-avdeev/tayna-piratskoy-buhty-tayna-lesnogo-dereva/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО