Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Варио. Последний демонолог Ксения Владимировна Кочешкова Более трехсот лет назад между людьми и демонологами разгорелась Великая война, и только благодаря семи героям, паладинам, победу удалось одержать людям. Оставшихся же в живых демонологов начали зверски истреблять, так что вскоре весь их род исчез. Ризар хорошо знает эту историю, а потому тщательно скрывает то, что сам является тем самым монстром из детских сказок. Когда же о нем прознают демоны и «Отдел семи паладинов», некогда основанный паладинами, оказывается, что обе стороны хотят использовать его в личных целях. Вместе с новой знакомой, демонессой Ниджи, Ризару предстоит узнать правду о Братстве – таинственном культе, чьи действия могут привести к повторению трагедии, а также разобраться в той войне и найти ту правду, которой нет ни в одном учебнике истории. Ксения Кочешкова Варио. Последний демонолог Одно из неотправленных писем Нани Эристави к подруге Дрине 357 г. Музей магии г. Лоэриаля Дорогая Дрина! Ах, как давно я не получала от тебя писем. Последнему уж месяц давно минул. Я слышала, недруги наступали с севера. Если это так, то, надеюсь, до вас они еще не добрались. А ежели уж к неудаче добрались они до твоего города, я молю Богиню, чтобы ты и твоя семья остались невредимы. Люди говорят, что демонологи уничтожили столицу, но я верю, что это неправда, ведь даже наш город они оставили. Уже недели две как Висторию захватили демонологи. Со мной все хорошо. Ты представляешь, они просто явились рано утром и начали обходить все дома. Искали магов, чтобы их в крепости запереть. Нам повезло, что в нашей семье магии отродясь не было, а потому нас они не тронули. Теперь всем заправляет демонолог. По его указу из города никто выйти не смеет, а кто посмеет – на того натравят полчище демонов. Ты знаешь, я видела одного! Случайно. Тогда ночь была. Я как шум услышала, так сразу к окну метнулась, а там дозор улицу обходил. И было с ними чудище огромное. Помнишь, как за нами погнался пес, когда мы за яблоками в чужой сад влезли? Мы его тогда так испугались, покуда он по грудь нам был. А демон тот, клянусь, больше пса того в несколько раз! Мохнатый и темный. Темнее мрака. И так он еще в мою сторону посмотрел, что я тут же на пол без чувств упала. А на днях к нам и вовсе явились демонологи с проверкой, мол, металла давно нет, а мы все жжем и жжем огонь. Запасов и вправду не осталось, да взял отец привычку ходить по городу и искать, кому с чем помощь нужна, а потому за бесценок, а то и вовсе бесплатно кому меч заточит, кому кинжал. Люди боятся, и каждый хочет при себе хоть какое-то оружие иметь. Я не собиралась их в кузницу пускать, но и прогнать не могла, так что стала так громко говорить, что отец с братом услышали и все поняли. А когда они все-таки вошли, в тот самый миг отец вытащил из печи кубок и поставил его на стол. А ведь кубок этот был его первой работой! Он его ради памяти сохранил и всячески оберегал, но все равно сунул в огонь, чтобы их обмануть. И они поверили. Демонологи еще посмеялись и отметили добрым словом его верность делу. Обмолвились, что, может, вернутся, но уже с металлом, да только пока никакого металла не было. И как же мне сейчас грустно от того, что не могу переправить тебе даже весточку одну. Потому пишу письмо и плачу. Демонолог тот, правда, обещал, что письмо доставят получателю, если оно не принесет смуту в умы прочитавших, до только сомневаюсь я в словах его. Готова отдать свой любимый гребень, если они вывезут из города хотя бы одно послание! Так что ждать я буду момента, когда город наш освободят. И как только случится это, тут же все-все письма, которые написала за это время, отправлю. И да хранит тебя свет Богини. Твоя вечная подруга. Глава 1 Ризар в очередной раз пересчитал вещи: пара комплектов одежды, коробка с проводами и инструментами, баллончик с краской, электронный блокнот и прочая мелочь, вроде зубной щетки. Теперь, когда все его имущество лежало в одном месте, он криво ухмыльнулся. К пятнадцати годам у нормального человека собирается целый шкаф футболок и брюк, которые ему еще в пору, и из которых он давно вырос. Возможно, будет стеллаж с книгами, альбомами, разными коллекциями. И, конечно, у него обязательно будут какие-то памятные вещи. Ризар же постарался сделать все, только бы забыть об этом проклятом месте. Он даже явился в магазин в паре кварталов от детского дома, чтобы купить новую одежду и не брать в новую жизнь то, что ему когда-то всучили «заботливые» воспитатели. Одежда передается среди детей от поколения к поколению до тех пор, пока ее можно носить. Кто знает, сколько человек до него надевало, скажем, эту зеленую футболку с выцветшей мордой кота, которую он оставил в углу кровати вместе с остальным тряпьем. – Да садись ты! Он еще не скоро вернется, а мы тебя не сдадим. Со стороны окон послышался гогот, шумно заскрипели пружины. Ризар смотрел на собранную спортивную сумку и отсчитывал время до автобуса, который должен был забрать его отсюда раз и навсегда. – А чего так? – пропищал Марк. – Кит же никогда не разрешал на его кровати сидеть. – Сам как думаешь? – вызывающе заржал Урий. – Загребли, – хмуро перебил соседа Алем. – Охрана подловила его у самого выхода. Он звонко перебрал карты, проверил, нет ли меченных, и принялся мешать. Алем был самым старшим (второй год в последнем классе, как никак), а потому все негласно выбрали его постоянным дилером. – Не может быть! Так вы ж, вроде, вместе сегодня ходили. Марк – невинная душа в этом прогнившем гадюшнике. Его не испортили только потому, что попал он сюда меньше года назад. – Вместе! – отозвался Урий. – Да только нам-то смыться удалось, а его повязали. – И че с ним теперь будет? – Что будет, что будет… Посадят, небось, на год или типа того! Идиоты. Если бы чаще новости смотрели, знали бы, что с наибольшей вероятностью суд даст Киту пару недель исправительных работ и отправит обратно в любимый детский дом, где он явно не обрадуется тому, что Марку разрешали сидеть на его кровати. Ризар безразлично пожал плечами. Но когда это произойдет, его здесь уже не будет. – Раздаю, – объявил Алем, и парни в предвкушении завыли, как стая бешеных волков. Ризар не смотрел в их сторону, потому что и без того знал, что происходит: они придвинули кровати из последнего ряда друг к другу и сидели на такой импровизированной площадке, играли в карты. Это была первая партия, так что пока в качестве ставок принимались конфеты, но где-то через полчаса им это надоест и в ход пойдут деньги – сначала монеты, а потом, возможно, и купюры. В конце концов, деньги тут можно заработать только тремя путями: получить их, как положено, в конце месяца, выиграть в карты или украсть. Вот почему он никогда не обналичивал свой счет. Дверь вздрогнула и широко распахнулась. Единственным, что помешало ей врезаться в кровать Ризара, был маленький брусок, который он года три назад прибил к полу. Кое-как, конечно, но зато ему не приходилось каждый раз уворачиваться от косяка, когда кто-то из воспитателей пытался возыметь хоть какой-то эффект над детьми за счет неожиданного появления. – Чтоб я вас всех видела в столовой через двадцать минут… Алем! Ризар наконец поднял голову и застал Алема в тот момент, когда он невозмутимо выпустил изо рта облачко темного дыма. – В комнатах запрещено курить, – строго сказала женщина. – Может сработать пожарная сигнализация. – Не переживайте, – оскалился парень и указал рукой с сигаретой, зажатой между пальцами, на потолок. – Мы ее давно скрутили. Лоб воспитательницы покраснел. Это происходило всегда, когда она злилась, но поделать что-либо не могла. На выпускников никто во всем детском доме повлиять не мог. Чего не скажешь о младших: воспитатели нередко звали старших, чтобы те научили их уму разуму, и повезет тому ребенку, кого поучать пойдет парень, знающий иные воспитательные методы, кроме тяжелого кулака. Она пересекла комнату и легко отобрала сигарету у Алема. Тот только побеждено поднял теперь пустые руки, но ухмыляться не переставал. Все знали, что у него припрятана еще не одна пачка. – Никакого. Курения. В помещениях, – процедила воспитательница, на каждом слове взмахивая еще дымящимся окурком, и спешно развернулась, чтобы выйти. Всего на секунду ее взгляд упал на Ризара, но она спешно сделала вид, что смотрит ему за спину и тут же выскочила в коридор. И дверью, разумеется, хлопнуть не забыла. Все в детском доме старательно делали вид, что его не существует, и Ризара такое положение дел устраивало. Так появлялось хотя б призрачное ощущение личного пространства. А вообще, о каком личном пространстве можно говорить в помещении, в котором ежедневно ночуют двадцать парней? И это еще, если никто не додумается затащить к себе девчонку. Пятнадцать минут и пять секунд – вот сколько времени ему осталось сидеть на этой кровати в углу комнаты. Игра возобновилась. Кто-то взвизгнул, другой охнул. Ризар же устало прикрыл глаза и крепче прижал к груди сумку. Ровно через пятнадцать минут он навсегда покинет эту комнату. И никогда больше не вернется. * * * – Вор! Это был сигнал, что пора смываться. Послышались тяжелые шаги, от которых земля задрожала. Она осторожно выглянула из-за камня – вперед толпы вылез внушительных размеров демон с медной шерстью. Шесть лапы: две, чтобы бежать, и две, чтобы хватать. В целом, у нее неплохие шансы на побег. Потом взгляд упал на мощные мышцы, и она украдкой сглотнула. Да уж, такому лучше не попадаться, а то переломит каждую косточку и не заметит. Демон приближался. Он растопырил лапы так, чтобы было удобнее поймать воришку. Все три глаза были направлены точно на камень с выложенным на нем в беспорядке мясом. В уголке пасти появились первые пузырьки белой пены. Она замахнулась сумкой и напоследок решила для себя, что в следующий раз пойдет воровать в другое место. – Ты?! – раздался рев над головой. – Привет, – бросил она и резво взлетела на камень. Демон уставился на сумку в ее руках и заревел в яростном приступе. Стоило ему протянуть лапы, как она хорошим броском перебросила ее через все помещение в сторону выхода. Это зрелище привлекло внимание. Даже демон непроизвольно обернулся. В тот же миг она запрыгнула ему на плечи и сменила форму на привычную. Теперь разница в их размерах не казалась такой уж внушительной. Она опустилась на демона всеми четырьмя лапами. Тот с хриплом рухнул на камень, и гора мяса повалилась на землю. Воришка же за два прыжка оказалась у выхода. «И пока», – посмеялась она про себя, подхватила сумку и гордо помчалась по улице. – Опять эта проклятая девчонка! – донеслось из-за спины. Если бы пасть не была занята добычей, она бы обязательно посмеялась им в морды. А так только обернулась, чтобы ехидно хмыкнуть, а вместо этого выругалась. Сатан! За ней гнались двое. И одним из них был тот самый чудик, которого она об камень ударила да так, что из пятака у него кровь пошла. Надо было его еще разок приложить, чтобы он уж наверняка отрубился. Демон оттолкнул с пути прохожих и припал животом к земле. На секунду его окутало черное облако, из которого сначала показалась вытянутая морда с пастью от уха до уха. Он прыгнул и приземлился уже на четыре лапы. Похоже, теперь он будет бежать куда быстрее. «Только бы не догнал», – попросила она неизвестно кого и попыталась ускориться. Свернула за угол и едва не взвыла. Улицу наводняли десятки демонов! Чего им всем приспичило именно сейчас из домов своих вывалиться? Она обогнула парочку копытных, перепрыгнула через кучку детей, катающихся по земле, запнулась о длинного чудика с тучей бесполезных лапок, а под конец и вовсе врезалась в бок какого-то огромного и очень пушистого демона. Он реально был размером со вход в убежище! И вся эта толпа только тормозила ее. Выход был один – форма поменьше. Она обернулась в демона немногим больше сумки, что тащила, обхватила ее перепончатыми лапками и засеменила дальше. Уворачиваться от прохожих стало проще. Можно было ловко обогнуть их или незаметно прошмыгнуть под пузом. Через какое-то время количество демонов значительно уменьшилось. Только она хотела с облегчением выдохнуть, как над с визгом что-то пролетело. Оно рухнуло в нескольких прыжках от нее. Мелкий демон с хрюканьем подскочил и бросилось бежать. Должно быть, его так напугал тот, кто и отправил его в этот короткий полет. Она обернулась. Ага, это был тот самый демон, что преследовал ее. Он упрямо расталкивал толпу перед собой, а кого-то и просто рогами отбрасывал прочь. Некоторые даже пискнуть не успевали. «Если он меня поймает, одним полетом не ограничится». Бежать на двух коротких лапках и кое-как тащить сумку было бессмысленно. Бросать же ее она не собиралась, ведь ради провизии эта вылазка и затевалась. Еще один демон промелькнул в воздухе. Она замерла, и тяжелая туша грохнулась перед самым носом. Чтобы следующий снаряд не раздавил ее, она приняла прошлую форму. Теперь между ней и демоном осталось от силы десять прыжков. Он такое расстояние в пару секунд пересечет, а ей времени разогнаться не хватит. Она подняла голову и ухмыльнулась. А это идея. – Стой, тварь! – рявкнул демон, и шипящая пена брызнула с его клыков. Наверняка он уже представил, как вопьется ей в шею. Она метнулась вправо. Сбоку лязгнула пасть и оторвала клочок шерсти с плеча. Ей уже так много раз шкуру драли, что на пару волосков и вовсе внимания обращать не стоило. Когти зацепились точно за выступ, и она повисла на стене. Лихорадочно заскребла задними лапами, подтянулась и ухватилась за следующий выступ. Еще раз. И еще. Демон попытался схватить за хвост, но она этим же хвостом огрела его по морде. Тот взвыл. «Так тебе и надо!» На всякий случай она еще и камень на него скинула, который так удачно оказался на выступе, а сама взгромоздилась на крышу. Отсюда было видно все поселение: каждый неровный домик, кое-как собранный из камней, каждая улочка. А еще горы, окружающий уголок низших. Она сделала шаг – загривок полоснули чьи-то когти. Машинально пригнулась, но было поздно: первые капли крови упали на крышу. Макушку точно огнем прижгло, хотя рана, похоже, несерьезная. Новый противник пошел в новую атаку, но в этот раз она откатилась в сторону и ответно ударила его лапой. Демон попытался увернуться, так что когти полоснули по крылу. В воздух взметнулись перья. Демон повалился на раненое крыло. Оно глухо хрустнуло, и демон отчаянно взвыл. Похоже, это был второй преследователь, о котором она успела забыть. Но теперь он уже никакой опасности ей не представлял. Зато представлял все тот же первый: он настойчиво карабкался по стене. Когда его багровая морда показалась над крышей, глаза безумно закрутили при виде хрипящего собрата. – Я тебе убью! – заревел он. – Убью! Клянусь! На этом же месте! Она безразлично опустила сумку и приняла форму с крыльями. Не похоже, что кто-то из них способен гнаться за ней дальше, так что можно спокойно возвращаться в убежище. – Ага, – ухмыльнулась она. – Вот прям так и убьешь. У тебя небось и форм-то только две. Подхватила сумку и взмыла в сторону гор. * * * Автобус пришел точно по расписанию. И пусть это был самый обычный автобус, который ничем не отличался от своих коллег, при виде его Ризар возликовал. Грудь сдавило от предвкушения. Ему вдруг захотелось оглянуться, посмотреть напоследок на то место, где он провел все свои пятнадцать лет, но как только голова начала поворачиваться, Ризар запрыгнул в салон. Он оказался не единственным пассажиром: в самом конце салона вальяжно раскинулись два парня и без капли стеснения хохотали над чем-то. Ризар легко узнал их белую форму – форму академии. В народе ее прослыла признаком причастия к элите, поскольку только лучшие из лучших или самый богатые из богатых могли попасть туда. Эти, скорей всего, относились ко вторым. Удивительно, и как им только родители до сих пор машины не купили. Все остальные места были свободны, так что Ризар занял ближайшее к выходу. Сам сел к окну, а сумку поставил на соседнее. Чтобы как-то скоротать время поездки, он вытащил из кармана МИК (Мини Интерактивный Компьютер). С виду устройство напоминало фонарик-флешку с одной единственной кнопкой включения. Стоило ее нажать, как из лампочки вырвался свет и перед ним зависло изображение экрана с панелью управления. Камера, встроенная в прибор, реагировала на движения, но ее чувствительности хватало только для каких-то простых команд: листни вверх, вниз, нажми. Когда дело доходило до печати, Ризар доставал перчатки, в которых между двух тонких слоев прозрачной резины проглядывали тончайшие платины и провода. Они безошибочно определяли предполагаемую клавишу. И МИК и перчатки Ризар выиграл на одной из последних олимпиад. Ну разумеется, ведь он никак не мог позволить себе их купить, денег бы никогда не хватило. Стоило его включить, как перед глазами всплыл текст брошюры «Академии семи паладинов», но вместо того, чтобы свернуть ее, Ризар принялся перелистывать голографические страницы. «Академия семи паладинов – самая известная школа Анрока… тяжелые экзамены… до пятнадцати человек на место… лучшие учителя… великолепные условия проживания»… Что бы там за условия не были, определенно это будет получше «Детского дома №13». И хотя Ризар знал текст брошюры наизусть, ему нравилось чувство гордости за самого себя: наконец-то вырвался из того затхлого местечка. А уж что будет, когда он закончит эту самую академию! Директора университетов готовы друг другу глотки перегрызть даже за одного ее выпускника. Да и для резюме на работу это станет хорошим плюсиком. Он оперся головой о прохладное стекло и скривил губы в подобии улыбки. Вот теперь жизнь у него наладится. Остальное время поездки Ризар читал последние новости из мира науки. В какой-то момент он даже обнаружил себя на сайте одного из ортонского научного центра, благо местный язык он знал не хуже родного. Но вот автобус затормозил у кованого забора, и пришло время выходить. Ризар какое-то время простоял на тротуаре, глядя на отполированные до блеска ажурные ворота. Среди узоров то и дело мелькал символ отдела – четырехконечная звезда, окруженная лепестками цветов, в кругу. Чем-то он напоминала щит. Возможно, другие ученики не вглядываются в рисунок ворот, а потому и не замечают его, но Ризар, как назло, не мог его упустить. И каждый символ был ему напоминанием того, чем раньше была эта Академия. Инстинктивно он схватился за левую ладонь и с напускной храбростью, будто кто-то наблюдал за ним, ступил на гранитную дорожку. Однако вся уверенность испарилась, стоило ему подняться к столовой, где проводилось собрание. В здании было два зала: в одном детей кормили, во втором развлекали. Еще в коридоре Ризар столкнулся с волной громких учеников и их родителей, которые никак не могли нагордиться своим одаренным ребенком. И вновь по всемирной несправедливости места первокурсников оказались едва ли не у самой сцены, так что к ним пришлось пробиваться сквозь толпу. Если бы в руках не было сумки, он бы обязательно закрыл уши руками. Кто-то врезался в бок. Кто-то вскочил со своего места и промелькнул перед ним настолько быстро, что Ризар на миг опешил. А кто-то при виде его присвистнул и зашептался. Для местных богачей он еще месяц будет темой номер один для всех сплетников, это точно. Из динамиков орали раздражающие песни, которые часто включают на линейках. И нельзя было сказать, кто громче: музыка или же… – Ризар! Он резко оглянулся и только за счет отточенных инстинктов успел увернуться от Аргез. – Почему ты посторонился? – обиженно спросила она. – Когда в тебя что-то летит, грех не увернутся, – растерянно ответил Ризар. – Ты… Неужели ты тоже поступила сюда? Она широко улыбнулась и сложила руки на груди с таким видом, будто никто не знал жизнь лучше нее: – Не могла же я тебя бросить. Ты бы наверняка загнулся тут! Аргез лукаво подмигнула, а Ризар никак не изменился в лице. Оцепенение спало, и на место удивления пришла раздраженность. Эта девчонка всегда так себя вела – чересчур вызывающе. И почему-то всегда улыбалась. Почему она вообще с ним все еще общается? Они ведь абсолютные противоположности! Если Аргез человек активный, творческий, жизнерадостный, то он, напротив, вечно занят собой, погружен в книги и ворчит на всех с поводом и без. Его все считают скучным и сторонятся, а Аргез слывет душой компании. Конечно, так было не всегда, но именно последние пять лет стали его «всегда». Ризар окинул ее придирчивым взглядом: серая юбка и кружевная блузка, оставшиеся еще с прошлого года. Аргез, как обычно, заплела медно-рыжие волосы в два хвостика и подняла почти на макушку. Так она больше походила на ребенка, чем на ученицу престижной школы. – Ты почти опоздал, – упрекнула его Аргез. – Вот-вот начнется открытие! Как можно быть таким безрассудным?! Ризар с безразличием продолжил пробираться к своему месту. Осталось-то всего два ряда пройти. – Ты же знаешь, что я никогда не опаздываю. В отличие от многих, я разумно оцениваю свои способности. – Да знаю! – бросилась она следом. – Но это не значит, что ты должен приходить в последний момент! Вдруг ударили часы с башни главного корпуса. Ученики сначала затихли, а после лихорадочно принялись рассаживаться. Теперь толпе и ему было по пути. Ризар воспользовался моментом и скоро занял свободное место среди новичков. Стоило песням смениться на торжественную мелодию, как ученики прекратили шептаться. Под оглушающие аплодисменты на сцену вышли директор, его заместитель и все учителя. Ризар видел их на фотографиях в брошюрах и мог назвать доктором или кандидатом каких наук был тот или иной человек. – Вновь я рад приветствовать вас в нашей «Академии семи паладинов»! – провозгласил директор, мистер Линдхолм. Его речь заглушили новые аплодисменты. Ризар скривил усталую мину. И откуда только столько энергии у всех этих людей? – Надеюсь, этот год будет таким же продуктивным и прекрасным, как и предыдущие! Да, прекрасным. Ризар уже видел это по заместителю директора. Казалось, эту женщину когда-то придавили сверху, а в ширину растянули. Ее тонкие бледно-русые волосы едва прикрывали расплывшуюся шею, а глаза так и веяли ледяной злобой. Ей следовало бы играть ведьму в дешевом спектакле, а не представлять элитную школу. В третий раз зал взорвался восхищенными возгласами. Женщине, похоже, показалось, что начали трястись стены ее премилой академии, потому что она перехватила инициативу и рявкнула: – Тишина!!! Громкоговорители по периметру стен готовы были рассыпаться на части от ее рыка, но после недолгого жужжания вернулись на привычную частоту. В зале повисло неловкое молчание. Ризар зевнул, достал из сумки электронный блокнот и погрузился в расчеты. С недавних пор его заинтересовала теория Тадао Цудзи, который предположил, что незначительная часть староцитов, выпускаемая магом для преобразования окружающего мира, не разлагается и остается в воздухе, так что маги могут по собственной воле извлекать эти частицы. Так как этот процесс должен сопровождаться эффектом обратным силе, реализовать его может только материальный маг.   Известных тому случаев еще не было зафиксировано, но это только пока. В конце концов, теория не противоречила закону сохранения энергии, так что когда-нибудь все должно было получится. Сквозь цифры и формулы до него доносились голоса учителей, директора, песни ребят из старших классов, стихи детишек, что ходили летом в лагерь для вундеркиндов и тех, чьи родители могли оплатить смену. Все номера были направлены на журналистов, которые и сейчас скакали между рядов с операторами и камерами и совали каждому под нос микрофон. Только один раз Ризар поднял глаза – на сцену выбежали девять девочек в платьях радужного цвета. Среди них была Аргез (надо же, а он и не заметил, как она пропала). Под громогласную мелодию они стали исполнять замысловатые движения. Как только останавливалась одна, тут же начала танцевать другая, и зал восторженно взвывал. Девочки мелькали настолько стремительно, что их яркие платья слились в единый гипнотический водоворот, и Ризара замутило. Он постарался незаметно отвести взгляд: Аргез сто процентов поглядывает на него со сцены. Наконец музыка начала замедляться, девочки замерли в нелепых позах, а ученики завопили громче. Ризар снова уткнулся в блокнот. А через несколько номеров, на сцене остались только ведущие, и из динамиков полилась торжественная музыка. По телу пробежали мурашки, и Ризар ощутил приступ духоты. Гимн школы. Все в зале начали подниматься, так что пришлось последовать общему примеру. Вот ведь, обычно в такие моменты включают гимн страны, а тут – школы. Он никогда ему не нравился, ни музыкой, ни словами. Это была этакая веселая песенка про семерых паладинов (кто вообще додумался так их назвать?), героев, спасших мир от жутких демонологов и зла. Ее переполняли восхваления паладинов, описания их (немногочисленных) подвигов. Песня была неестественно приторной. Одна радость – вечно это продолжаться не могло и через минуты две все закончилось. Ризар благодарно выдохнул. – Теперь хотелось бы отметить первокурсников, которые уже успели отличиться, – весело объявила какая-то учительница, которой передали микрофон ведущие. На слове «отличиться» Ризара пробрал озноб. Он искоса глянул на тыльные стороны рук, а потом испуганно, будто ладони были поражены позорной болезнью, сунул их в карманы. На сцене к этому моменту выстроились ребята, что принимали участие в линейке. Естественно, Аргез оказалась в их числе. – Также мы бы хотели отметить учеников, написавших экзамен с наивысшим баллом, – сказала учительница и заглянула в список. – Ризарий Скайлез. Он поднялся на ноги и, не вынимая из карманов рук, взобрался на сцену, мысленно проклиная свое имя, похожее на название цветка. И это еще полбеды: отчего-то в краткой форме имени все ставили ударение на второй слог – приходилось поправлять. Каждый шаг давался все с большим трудом. Спину прожигали десятки глаз, когда он шел. Сотни, когда поднимался. Сейчас же на него, казалось, уставилась многотысячная толпа. Чтобы как-то успокоиться, Ризар принялся мысленно перечислять причины, по которым он оказался здесь. Во-первых, окончив его, он обеспечит себе хорошее образование. Во-вторых, здесь находится самая большая библиотека во всей столице. И самое главное – «Отдел семи паладинов» не будет доставать его здесь. Эти мысли вернули покой душе Ризара. Не надо обращать на толпу внимание. Он все равно не собирается вступать в близкие отношения со всеми этими людьми. – Ризарий написал экзамен лучше всех и набрал максимальное количество баллов по всем предметам. Это можно назвать подвигом! Зал изумленно выдохнул. Но был в этом изумлении не восторг, а скорее страх. Ризар же потупил взор и натянул жалкое подобие улыбки, которое быстро исчезло. Все же это было выше его сил. Его раздражало быть в центре внимания. Особенно бесили статьи в газетах: «Пятнадцатилетний гений!», «Столичный вундеркинд!», «Лучший из лучших!». Благо, о нем перестали писать еще года два назад. Все новости когда-то надоедают. Даже новости о мальчике-сироте, умело пользующимся своей уникальной памятью. – Следующей по результатам оказалась Лиора Мартерия! Девчонка точно ждала этого момента: как только учительница объявила ее имя, она взлетела на сцену. В то время, как большинство парней оценивающе разглядывали ее хрупкую фигуру, светлые волосы, аккуратно лежащие на узких плечах, она смотрела только на Ризара. Он слегка нахмурился: ее холодные карие глаза прожигали насквозь. Лиора встала рядом. Больше она на него не смотрела, но Ризар продолжал ощущать острую неприязнь. Неужели она так сильно ненавидит его? Они нередко пересекались на олимпиадах, и каждый раз он был первым, а она – вторая. Вечная мисс всегда-второе-место. – Лиора набрала девяносто баллов и более по всем предметам. Учительница отметила еще пять-шесть человек, и после нескольких минут похвал Ризар и прочие вернулись в зал. – И по устоявшейся традиции мы предлагаем вам посмотреть короткий фильм об основании нашей академии. Учительница достала знакомый пульт: такие, обычно, управляли проекторами. Наибольшей интерес вызывала эмблема на дне пульта: золотая птица. Видимо, платное обучение влетало в неплохую копеечку, раз школа могла позволить себе дорогое оборудование компании «Сирин». Свет померк, и на сцене в воздухе появился белоснежный знак – тот самый символ с звездой и лепестками. Ризар сдержанно хмыкнул. А ведь он даже не заметил на сцене стекло. Интересно, оно там всегда было? Проектор-то он сразу нашел: свет бил с противоположной стены на высоте второго этажа. – «Академия семи паладинов» была основана в триста сорок третьем году Сейлуром Краузе на десятилетний юбилей победы. Голос диктора звучал тихо, но за счет своей глубины казался настолько мощным, что никто из учеников не посмел лишнего звука издать. Знак исчез, а на его месте появилось изображение семи человек в полный рост. Рядом с каждым проступили имена и годы жизни. Ризар резко изменился в лице: доброжелательная ухмылка исчезла, а взгляд наполнился непоколебимой твердостью. – Семь паладинов, в число которых входил Сейлур Краузе, – продолжал голос, – стали героями в Великой войне против демонологов, состоявшейся в триста пятьдесят седьмом году. Их историю прославляют до сих пор и будут прославлять еще не один век, потому что их подвиг – подвиг всего человеческого рода. В зале снова потемнело, и на сцене загорелась карта мира трехсотлетней давности. Это сейчас государств официально пять, а раньше их было куда больше: воинственные ордена и изысканные кланы Имши, строгие империи Сатора, гордые Арианские страны и необузданные земли Коахеалского архипелага. И пусть война унесла треть жизней, но именно она положила конец эпохи раздора. – Яндреу Эристави и Дарнир Шеро стали первыми, кто отважился противостоять, как тогда считалось, непобедимому врагу. Битва в городе Вистория стала их отправной точкой на нелегком пути. Вместо карты показались два силуэта: мужчины в белой форме с оружием в руках шли из тьмы к краю сцены. Казалось, позади них встает солнце, и его свет очерчивает вокруг их голос полупрозрачные нимбы. При виде подобной безвкусицы у Ризара веко задергалось. – Позднее к ним присоединились маг стихий Маримиама Грант, – справа от Яндреу высветилась женщина в саване до пят, – великий стратег Сейлур Краузе, – рядом с ней тощий юноша с дерзким взглядом, – маг жизни Кортимер Мартерия, – слева от Дарнира показался светлый юноша, – восточная воительница Чжен Сима, – после него девушка с угольными волосами и темной, как кора дерева, кожей. – Последним был копьеносец Вартерий Нурис, – статный мужчина по соседству с Сейлуром. Ризар бросил на «героев» скупой взгляд и отвернулся. Но до него все равно продолжал доноситься голос диктора. – Паладины объединили людей и возглавили их на пути борьбы с врагом.Только благодаря им люди смогли отвоевать свою свободу, а в последней битве при городе Ориде люди победили. Ризар покачал головой. Какой же это бред, все-таки. Все только и твердят о том, что паладины совершили невозможное, что они просто появились и победили. Но так быть не может! И считал так не только он: раньше существовали десятки форумов, на которых обсуждали «истинные» причины победы людей, люди выводили сотни теорий, одна безумнее других. Но со временем теории заговоров утратили былую популярность и форумы стихли. Ризар однажды наткнулся на одну такую страницу. Ощущение было такое, словно идешь по молчаливому кладбищу, куда не заглядывают даже родственники умерших. Ученики же как завороженные продолжали смотреть на голографическое шоу, рот раскрыв. – После окончания войны ими была создана организация, объединившая всех людей мира, – «Отдел семи паладинов». Начиная с пятого апреля триста пятьдесят восьмого года ее деятельность была направлена на истребление оставшихся в живых демонологов. Только спустя две сотни лет был уничтожен последний из них. Ризар тяжело втянул в грудь воздух и отважился взглянуть на сцену: там герои, окруженные «святым сиянием», пронзали уродливых темных созданий. Те падали им под ноги и замирали. Это было отвратительное зрелище, так что он тихо порадовался, что не завтракал сегодня. Вскоре вместо сцены жестокой расправы появилась Академия, та самая, где он находился сейчас. Заиграла легкая жизнеутверждающая мелодия, и Ризар поморщился. – Изначально «Академия семи паладинов» являлась спецучреждением, где обучали работников отдела. Только в пятьсот девяносто шестом году ее перевели в число старших школ. Именно тогда впервые ворота открылись для обычных ребят. Ризар прикрыл рот рукой, как будто собирался чихнуть, а сам ехидно хмыкнул. А что еще они могли поделать с этой академией? Раз уж всех демонологов отловили. Видео словно поставили на перемотку: ворота академии то открывались, то закрывались, туда забегали дети, уходили уже взрослые, стремительно сменяли дни, ночи, сезоны, года. Внезапно диктор принялся зачитывать тот же текст, что был использован в брошюрах. Ризар даже бровь вскинул от подобного невежества. Кто бы мог подумать, что Академия, при всем своем бюджете, решит сэкономить на одном копирайтере. Замелькали диаграммы, таблицы, схемы. Красиво, конечно, но у всех них была одна цель: показать ученикам насколько они особенные. И судя по гордящимся лицам, цель была выполнена. Музыка стала громче, картинка потемнело. Напоследок высветилась надпись: «Фильм был снят по заказу «АСП» в шестьсот шестьдесят пятом году». Выходит, ему и года нет. Старшеклассники зааплодировали, засвистели. Первогодки смущенно вторили им. Открытие наконец закончилось, теперь можно было и жилой корпус наведаться. В целом территория академии напоминала холм, на вершине которого располагался главный корпус, где проходили занятия. Остальные здания были ниже: столовая, спортзал, обширная площадь с фонтаном. Жилой корпус – светлое пятиэтажное здание – оказался дальше всех. По сути, это было обычное общежитие, где проживали ребята, чьи дома были за пределами столицы. Таких было большинство, процентов восемьдесят. Редко тут можно было встретиться с учениками со столичной пропиской, но это зависело от их финансового положения и свободных мест (существовало предположение, что решающим фактором было все же первое условие). Академия отличалась еще и тем, что частично выступала в роли школы-интерната. Именно по этой программе поступил Ризар, сменив один детский дом на другой. Каждому году обучения соответствовал свой этаж, а условия проживания и количество соседей зависели от успеваемости. Если ты отличник, то живешь в отдельной комнате. Таких выделялось по четыре на каждый год. Остальным приходилось ютиться с двумя или четырьмя сожителями. Девочек направили в правое крыло, мальчиков – в левое. Комната Ризара оказалась в конце коридора. Без каких-либо мыслей он ввел пароль на электронном замке, да так и замер на пороге. Комната была самой обычной: маленькой, такой, чтобы туда помещалась, кровать, два шкафа да письменный стол. Но при виде нетронутых покрывал на кровати, чистой поверхности стола без единой непристойной надписи, у него неожиданно задрожали ноги. Эта комната его, только его. Никто не будет бегать ночью каждые десять минут в туалет, не включит спозаранку на полной громкости тупую передачу, не станет прятать его вещи по чужим сумкам. Теперь он волен сам организовывать свой день, не считаясь с режимом, установленным воспитателем. И что важнее, больше ему не придется притворяться, что он не видит косых взглядом в спину и не слышит лживых слухов о самом себе. Голова закружилась, и он, шатаясь, кротко опустился на кровать. Ни одна пружина не заскрипела, и матрас не прогнулся до пола. Ризар прикрыл рот рукой, борясь с приступом. Казалось, он вот-вот заплачет. – Все ученики, которые обладают магией, – послышался из коридора звонкий голос учительницы, – пожалуйста, подойдите ко мне. По правилам академии перед началом учебы каждый из вас обязан пройти общий медицинский осмотр. Ризар покачал головой и глубоко вдохнул. Дыхание постепенно выровнялось. Он не плакал вот уже пять лет и сейчас тоже не заплачет. Но перед тем, как покинуть комнату, он бережно коснулся пушистого пледа на кровати. * * * Она отважилась снова принять человеческий облик, только когда удостоверилась, что за ней и в самом деле никто не идет. А потом принялась спускаться по спутанным горным тропам. Изредка по дороге встречались низенькие сущие деревья без единого листа. Сейчас самый сезон увядания, вот когда температура немного спадет, тогда, возможно, и фрукты будут. До ее чуткого уха донесся вкрадчивый шепот. Она значительно замедлилась и начала продвигаться бесшумно, точно хищник, крадущийся к добыче. Ага! Чуть ниже трое демонят копались в камнях и временами украдкой поглядывали на поселение. Кто-то был перепуган настолько, что сам не замечал, что вот уже несколько минут стучит по одному и тому же камню. Уж этого трусишку он хорошо знала – Демир. А тот, что посмелее, Иблис, пытался шепотом его заверить, что уж сюда никто не заберется. И только девчонка, Мара, шустро раскапывала ямки и то и дело подгоняла мальчишек. Когда Демир очухался, он нервно отошел на несколько шагов, выискивая новую трещину. И оказался рядом с камнем, за которым она пряталась. – Ага! – закричала она и схватила его в охапку. – Поймала! Мальчик завизжал, замахал ногами. А она торжественно скакала вокруг камня, помахивая им, как трофеем. При виде нее остальные демонята рассмеялись. – Ниджи! – Мара бросилась к ней и крепко ухватила за ногу. Та пошатнулась, но вместо упрека только рассмеялась. – А я сделала такой же хвостик, – радостно объявила девочка и демонстративно тряхнула головой. Волосы Мары были настолько короткими, что хвостик напоминал пучок коротких веточек. Несколько прядей и вовсе торчали в разные стороны. И все же она даже постаралась отыскать красную ленту, похожую на нее. Так что Ниджи одобрительно кивнула. – Выглядишь просто отлично. – Ниджи? – захныкал Демир у нее на руках. Она подняла его над головой и заглянула в лицо. – А кто еще это мог быть? Большой голодный демон? Мальчик кротко кивнул. У него дрожали губы, а лицо покраснело от слез. Ниджи покачала головой и аккуратно поставила его на земле. Чуть подумала и на всякий случай еще нежно потрепала по колючим волосам. – Ох, Демир, – вкрадчиво сказала она. – Тебе нужно быть храбрее. – Я знаю… – Знаешь, насколько важна храбрость? – строго перебила она его. – Здесь только так: или ты, или тебя. Плакать можно только когда ты точно знаешь, что никто не нападет со спины. Она оглянулась на остальных и прищурилась. – А что вы, малышня, тут вообще делаете? – Собираем корешки! – торжественно объявил Иблис и указал на горку пухлых белых комочков с отростками. Ниджи хлопнула в ладоши и с восторгом посмотрела на ребят. – Ого, так вы, значит помогаете пополнять наши запасы? Те гордо закивали, и даже Демир плакать перестал. Ниджи тем временем сунула руку в сумку и нащупала пару ягод. – Ну что ж, для таких помощников у меня есть кое-какая награда. Та-дам! Она протянула ладонь, и демонята хором воскликнули: – Раскаленные ягоды! – Они самые, – закивала Ниджи. – Для вас я самые сладкие выбрала. Каждая ягода была не больше ногтя, но даже одну такую крошку раздобыть было сложно. Кусты с ними росли только среди рек лавы. Нередко те, кто отправлялся за ними, не возвращались. Зато не было на вкус ничего их лучше, и все дети только и мечтали о такой вкуснятине. Каждому она раздала по три штуки, а остальные убрала. – А ты не будешь? – пробормотал Демир. Ниджи смущено улыбнулась. – Я же их вам принесла, так что… Но дети слушать ее не стали и каждый тут же протянул одну ягодку из своих. Ниджи переводила удивленный взгляд с одного демоненка на другого, а потом до слез рассмеялась, но с благодарностью приняла от каждого подарок. – Давайте я помогу вам собрать корешки, – предложила она, – а потом все вместе пойдем в убежище. Дети закивали. Перед тем как вернуться к работе, каждый из них закинул за щеку по ягодке. Демир чуть снова не расплакался, Мара нетерпеливо подпрыгивала на месте, и даже Иблис смягчился в лице. Все они наслаждались этой сладкой минутой, и вместе с этой мыслью на Ниджи обрушилась головокружительная сладость, хотя все раскаленные ягоды так и остались у нее в руке. * * * Ризар стоял, прислонившись к стене. В коридоре медицинского корпуса они остались вдвоем, что ему категорически не нравилось. Лиора не просто его не любила: будь ее воля, она бы его выгнала из академии с позором. И чем он только ей так не угодил? Тем, что постоянно занимал первые места? Это уже ее проблемы, что она его победить собственными силами не могла. К тому же у него было правило: только олимпиады. Он никогда не участвовал в конференциях, так что она могла бы отличиться там. Но вместо этого, Лиора смотрела на него через зеркало, висевшее напротив, и одним взглядом демонстрировала высшую степень отвращения. Даже не знаешь, что в такой ситуации хуже: если бы она смотрела на него без каких-либо посредников, ему было бы так же неуютно? – Следующий! – раздался голос медсестры, и из кабинета выполз тощий парень в круглых очках – зубрила, каких в академии пруд пруди. Лиора гордо вздернула голову, еще раз посмотрела на Ризара карими глазами, но на этот раз не через зеркало (ему от этого лучше не стало), повернулась на длинных ногах и вошла. Он же смог наконец выдохнуть с облегчением. Лиора вышла через несколько минут, и Ризар покинул свое место. Ему не нужно было смотреть, чтобы понять, – она оглянулась. – Фамилия. Имя, – буркнула медсестра. Стул стоял сбоку от стола, так что Ризар мог разглядеть экран компьютера, куда она заносила медицинские карты учеников. – Ризарий Скайлез. – Форма магии? – Материальная. Могу значительно замедлить скорость движения молекул воды. Следующие пять-шесть минут его подробно расспрашивали о магии, задали пару вопросов, связанных с психикой. Больше всего Ризар ненавидел угадывать, что он видит на картинке. Года три назад он прочел целую книгу, посвященную этому тесту, а потому отвечал ровно то, что ожидал услышать врач от здорового человека. – И последний вопрос. – Медсестра хмуро посмотрела на него. – Какое-то время вы стояли на учете в отделе по контролю несовершеннолетних магов, но четыре месяца назад вас с него сняли. Вы можете рассказать об этом подробнее? Ризар вежливо кивнул. – После некоторого инцидента меня в самом деле поставили на учет, но с того времени прошло уже пять лет и за примерное поведение мое дело было закрыто. Психолог, который со мной работал, заявил, что на меня повлияло перенапряжение. Усталость мешала правильно контролировать эмоции, это и стало причиной того случая. – Он постарался изобразить искреннее раскаяние. – Должен сказать, я и в самом деле жалею о том, что тогда случилось. Последнее было чистейшей правдой, но жалел он только о том, что не сделал этого тише. Теперь ему регулярно приходилось сталкиваться с подобными вопросами от людей, которым посчастливилось прочитать его дело. Женщина недоверчиво осмотрела его с ног до головы. В ее глазах явственно читался вопрос: и как только ребенка из детского дома с подобным пунктиком в биографии допустили до обучения в столь престижной академии? Но Ризар выглядел, как самый порядочный подросток, которого только можно найти, да и его оценки за экзамен говорили сами за себя, так что она сдалась. – Хорошо. Медсестра придвинула к него прибор, похожий на тонометр. Только измерял он не давление. Она любезно помогла Ризару зафиксировать манжет на сгибе локтя и включила прибор. Манжета наполнилась воздухом и настолько крепко пережала руку, что в глазах потемнело. Когда воздух начал выходить, женщина объявила: – Используй магию. Наколдуй… – она безразлично махнула рукой, – что хочешь. Ледышку там. Будет ей ледышка. Ризар направил поток староцитов в руку, к которой крепилась манжета. Блокираторы по периметру здания не позволят использовать больше пятнадцати процентов силы. Что ж, ему хватит и шести. Он прикинул количество молекул влаги в воздухе, и быстро сжал-разжал руку, словно хотел выпустить из ладони сноп стрел. Медсестра тихо охнула. Вокруг Ризара образовалось облако мелких ледяных кристаллов, которые нетерпеливо подрагивали в воздухе. Свет разбивался о них и осыпался на пол, стены десятком солнечных зайчиков. Подобные заклинания требовали немалой концентрации, но оно того стоило: пока женщина отвлеклась на очаровательную картину, Ризар еще одним кристаллом нажал на клавиатуре необходимые кнопки и открыл карту Лиоры Мартерии. Его интересовали только характеристики ее маги. Так, значит, она может взаимодействовать с животным. Достаточно бесполезная сила для столицы, если только ты не планируешь устроить шоу с голубями и крысами. Но следующий пункт заставил Ризара изменить свое мнение: у Лиоры был четвертый уровень магии. Такой же, как и у него. * * * Дорогу преградили парень с девушкой. Они даже не шли: ползли, как будто им ступни порезали. Ниджи поначалу замедлилась, а потом с громким вздохом протиснулась между ними. Парочка настолько опешила от ее невоспитанности, что и слова сказать не успела, как она уже исчезла за поворотом. Территория среднеранговых настолько сильно отличалась от земель низших, что каждый раз дыхание перехватывало, когда она видела аккуратно отесанные домики, выровненные дороги и демонов в облике людей. Здесь считалось плохими тоном разгуливать в иной форме, зато никто не запрещал оставлять те или иные фрагменты. Вроде, сегодня ей чаще всего встречались рога: изогнутые, завивающиеся, короткие и длинные. И ведь ни одни из них в реальном бою тебе не помогут! «Посмотрела бы я, что эти неженки сделали бы, когда столкнулись бы с настоящим демоном». И все же ей нравился этот другой мир. Он был изящный и такой хрупкий. Она видела женщин, которые украшали лица блестящей пыльцой, в то время как она старалась челкой скрыть выступающие скулы. Они носили блузы на тонких веревочках и короткие юбки, а у нее все тело пестрело синяками и царапинами, поэтому у нее были только широкие кофты и длинные штаны. Они кротко смеялись и хитро вертелись вокруг мужчин, а она постоянно ругалась и каждый день думала о том, где в следующий раз можно раздобыть еще немного еды. Ниджи замерла у окна, за которым виднелся росток цветка. Бутон еще не раскрылся, но уже налился темно-алым. А ведь у них, там, никогда цветы не росли. И эти два мира разделяло одно ущелье, через которое никого не пропускали. Там всегда стояли демоны и когтями да клыками прогоняли всех, кто пытался проскочить мимо. Когда-то даже она пыталась через них пройти. Кажется, ей тогда было тринадцать, и закончилось все сломанной рукой. Машинально Ниджи сжала ту самую руку в кулак, кивнула и сунула в карман. Хорошо, что все зажило. А позже она нашла в туннелях в горе трещину, через которую прекрасно мог пролезть маленький жучок. С тех пор она частенько наведывалась в этот город у подножия горы, обходила улицы, разглядывала других демонов и мечтала однажды оказаться среди них. Это же так несправедливо, что она вынуждена выживать с той стороны, хотя в отличие от остальных у нее была и магия, и больше двух форм. Она скептично оглядела компанию подростков на другой стороне улицы. «Я определенно сильнее всех». И все же она не слышала ни о ком, кому бы удалось из низшего стать средним. Сегодня в городе чувствовалось особое напряжение. Демоны шныряли туда-сюда, собирались в группы, что-то яростно обсуждали. Пару раз ей наступили на ноги, так что в конце она не выдержала, остановила мужика с заплывшей мордой и попросила извинений. А когда тот под ноги ей плюнул, ударила точно в челюсть. Даже клык один выбила. К ее удивлению, демон даже не попытался как-то отомстить ей, только растерянно смотрел то на кровь на своем костюме, то на несчастный клык. А Ниджи довольно продолжила путь. Но уже на следующей улице на нее из толпы выскочили демоны в черных плащах. Один из них врезался точно в нее. Ниджи инстинктивно заглянула под капюшон, но лицо прохожего скрывала белая маска. «Это какая-то новая мода?» Он молча обошел ее и поспешил за товарищами. Ниджи равнодушно глянула ему вслед и пожала плечами. Главное, что ей удалось стащить у него мешочек, висевший на поясе. Она украдкой заглянула внутрь и застонала. «А я еще надеялась, что это деньги». Среднеранговые были странными и обменивали еду не на другую еду, а на отполированные камушки с забавными буковками. В мешочке же лежали круглые пластинки с какими-то линиями и кружочками. А еще сверху была сделана дырочка. Ниджи повертела одну такую, понюхала и на всякий случай осторожно лизнула. «Нет, это точно не камень. Он какой-то кислый и холодный». Но не выбрасывать же теперь, так что она сунула мешочек в карман и резво нырнула за угол. Определить, закрыт ли книжный можно было по окнам и дверям: если их закрывают каменные пласты, то следует приходить в другой день. Еще на подходе она заметила, что никаких пластов не было: свет беспрепятственно проникал в просторное помещение, так что некоторые корешки книг заманчиво блестели. У нее руки зачесались от предвкушения. Как только Ниджи ступила за порог, послышался голос хозяина: – Добрый день. – Здрасте, – машинально брякнула она и уверенно направилась к дальнему шкафу. «Откуда он знает, что я пришла? Я же совсем тихо хожу». Она украдкой глянула в сторону стола в центре зала, за которым сидел пожилой демон и увлеченно читал книгу. Он даже не посмотрел на нее. Кажется, книга полностью захватила его, так что он не заметил бы даже извержения вулкана по соседству. Вскоре интерес к хозяину пропал, и Ниджи стянула с полки каменного шкафа толстую книгу в пестрой обложке. Повертела ее в руках, провела по вдавленным буквам пальцами. «Здесь наверняка будет много картинок». Ниджи улыбнулась и аккуратно перевернула первую страницу. Предсказание сбылось: картинки были почти на каждой странице. Небрежные черные и багровые линии складывались в изумительные формы. В одном углу с гор бежали светлые ручьи драгоценной воды, на другой демон крался через поля высокой травы, на третьей к верхнем строчкам тянулся цветок с кучей лепестков, сложившихся в воздушный пучок. Ничего из этого она в жизни не видела, но все равно верила, что все это существует. Возможно, не здесь, не в этом городе и даже не в этом мире. Ниджи на секунду затаила дыхание и вновь перевернула страницу. Нахмурилась. Эта картинка показалась ей знакомой: несколько петель, наложенных друг на друга. Она взялась за конец ленты, вплетенной в волосы, и сложила из нее небольшую петлю, которая едва охватывала палец. Получилось похоже, но предмет на картинке казался прочнее и тоньше. Тогда Ниджи вытянула руку. Яркая мысль мелькнула в голове: предмет лежит у нее на ладони. Ей показалось, что стало теплее. Мышцы закололо… А как только она моргнула, таинственный предмет и в самом деле оказался у нее в руке. Конечно, он был ненастоящий – всего лишь иллюзия. Но иллюзия столь прекрасная, что она невольно улыбнулась. – Милое колечко. Иллюзия рассеялась. Ниджи инстинктивно захлопнула книгу, но не успела вернуть ее обратно на полку, как за окном появилась сияющая Сарид. Она упала на подоконник, подперла руками голову и лукаво улыбнулась. – Давно не виделись. В горле ком встал, точно Ниджи проглотила целиком шмат мяса. Она, конечно, любила друзей, но были вещи, о которых рассказывать им не хотелось. Например, о том, что она с территории низших. И еще о том, что она ходит в этот книжный. – А ты совсем не изменилась, – протянула Сарид и сочувствующе прикрыла глаза. Ниджи в ужасе уставилась на красные глаза подруги. Да они даже под веками светились! «Такое чудовище и в кошмарах присниться может!» – А-ага, – согласилась она. – Зато ты просто чудо… чудесно выглядишь! – Ой, ты заметила, что я сменила прическу? Сарид демонстративно провела рукой по зеленым вьющимся волосам. Помнится, в прошлую их встречу они были красные и длинные, а теперь едва до плеч достают. – А вот эти двое мне вообще ничего не сказали, – проворчала Сарид и указала за спину. Пентр покраснел, что добавило его и без того невинной внешности еще больше простоты. В их компашке он был такой единственный: слегка полноватый, с детским личиком и вздыбленными светлыми волосами. Сарид часто приводила в их компашку новых демонов и так же часто прогоняла. А все они как на подбор были красавцы и стиляги, которые держали себя в форме (и все же любого из них Ниджи могла влегкую уложить на землю). Возможно, дело было в том, что он готов был за Сарид жизнь отдать, и, увы, это были не просто слова. Как-то раз он за нее подрался с какими-то демонами и остался жив только потому, что с ними еще и Ниджи была. Варо тем временем снисходительно покачала головой. Вот она соответствовала всем критериям Сарид, но отличал ее хладный ум. Если кто-то и пытался их отговорить от очередного безумия, то это всегда была именно она. Ниджи посмотрела на них с долей восхищения. Конечно, ей было приятно, что Сарид, первая красотка города, общается с ней, но иногда выслушивать ее бесконечные разговоры было попросту невыносимо. – Что читаешь? – внезапно спросила Сарид. – Интересно? Ниджи неловко хмыкнула. – Да так, – она нехотя вернула книгу на полку. – Просто что-то о магии… – Разве? – подал голос Пентр. Он приблизился к окну ближе. Разумеется, не для того чтобы полку с книгами разглядеть, а чтобы оказаться рядом с Сарид. – По-моему, это сборник сказок для детей. – Да какая разница, – отмахнулась Ниджи и как можно громче фыркнула. И тут же сцепила зубы. «Только бы они не поняли, что я читать не умею!» Вдруг на помощь ей пришла Сарад. Она оживленно подскочила. – Слушай, а ты была на собрании? Я тебя там что-то не видела. Ниджи замерла. «Собрание? Какое еще собрание?» – Конечно она была, – рассмеялся Пентр. – Эти чудики в плащах весь город обошли. К нам они заявились рано утром и еще долго в дверь били, пока отец к ним не вышел. – Ага, – кивнула Варо. – Они по городу уже второй день шатаются, и все только для того, чтобы рассказать всем про это глупое собрание. Ни о каком собрание Ниджи не знала, но признать этого вслух не могла. «Вдруг они догадаются, что я на самом деле здесь не живу». – Отчего же глупое, – протянула она и деловито сложила руки на груди. В глазах Сарид мелькнули хитрые искорки. – Так ты тоже считаешь, что это прекрасный шанс? «Какой еще шанс?» – Д-да, – как можно увереннее кивнула она. – Вот, – Сарид искоса оглянулась на Пентра и Варо, – Ниджи тоже понимает, насколько это серьезно. Варо поморщилась. – Ну не знаю, – пробормотала она. – Ты серьезно веришь, что они сегодня откроют проход в мир людей? «Мир людей?!» Закричать Ниджи помешала слепая удача: она вовремя подавилась. – Я тоже как-то сомневаюсь. – Пентр почесал затылок рукой. – Ты же сама знаешь, что демонологи давно вымерли… Откуда бы еще одному взяться? – И с чего вдруг они явились именно сейчас? – напоследок добавила Варо. У Ниджи голова кругом пошла. Она оперлась на шкаф и глубоко вдохнула. Как это демонологи еще живы? Откроют проход? То есть туда можно будет попасть? Она оглянулась на полку с той самой книжкой, где были поля, цветы, ручьи и такие прекрасные вещи, как то кольцо (так его назвала Сарид). И если все это существовало, то только в том таинственном мире людей. «Я должна туда попасть». Ниджи покачала головой и поджала губы. «Нет, это глупая идея». – Ну так что? Сарид смотрела на нее снизу-вверх. Она уже без стеснения лежала на окне и тянула руки в ее сторону. – Пожалуйста, скажи, что ты тоже придешь. Ниджи уставилась на нее. «Куда приду? К порталу? Ну нет…» Разумеется, вслух она это не сказала. Пауза затянулась, и Сарид завыла. – Ты должна пойти! Ну не будет там ничего, и что? Ничего мы не потеряем, а если проход и в самом деле откроют? Мигом из ее голоса исчезли все плаксивые нотки. Она вскочила и вскинула руки вверх. – Только представь! Если кто-то из нас найдет этого демонолога, это же слава на всю жизнь. Такому герою сразу ранг повысят. Возможно, даже сразу высший ранг дадут. По телу пробежали колкие мурашки. Ниджи обхватила себя рукой, но теплей ей не стало. – Высший ранг? – отрешенно прошептала она. Сарид неопределенно пожала плечами. – Ну да, никто этого прям не обещал, но должны же как-то героя наградить. – Внезапно ее лицо ожесточилось. – Если мы поймаем хотя бы одного демонолога, сможем открывать порталы, когда угодно и сколько угодно. Больше не придется торчать в этой вонючей дыре. Она покачала головой и вновь улыбнулась. – Так что, ты со мной? Ниджи до сих пор стояла, опираясь на каменный шкаф. Она вновь посмотрела на столько уверенную подругу, потом на колеблющихся Пентра и Варо. Не существует ни одного правила, которое бы позволяло демону сменить ранг. Но и запрещающих нет: низшим демонам просто не давали шанса. Оставалось только жить день за днем, прятаться в пещерах, бороться за еду и беспомощно наблюдать за смертью знакомых и чужих. Она была везде: как-то раз в город за едой выбрались несколько демонов, а вернулся только один. В другой раз кто-то принес в убежище страшную болезнь. Тогда его и всех, кого он успел заразить, заперли в дальней комнате и оставили умирать. Порой ей до сих пор слышатся их приглушенные вопли и плач в пещерах. Она даже видела посреди улицы тело демона, который умер от голода. И никто не смел его трогать. Так он и лежал, покрываясь слоем из букашек, пока в один из дней просто не пропал. Между низшими и средними – один шаг, если верить рангам. Но если посмотреть со стороны жизни – то этот шаг обращается в бесконечную бездну. Ниджи гордо выпрямилась и вышла на улицу. Свет тепло коснулся ее кожи, и она улыбнулась: – А знаешь, я с тобой. «Потому что я сделаю все, чтобы не стать одной из жертв этой бездны». * * * Ризар вышел из кабинета и тихо закрыл дверь. Корпус пустовал: большая часть помещений была отведена под изолятор, но так как это был первый день учебы, никто еще не успел заболеть. Возможно, на втором этаже у них даже есть операционные. Ему нравилось размышлять о том, что могло быть в этом здании, пока он шел по коридору к выходу. Но не дойдя до него метров десять, Ризар остановился. – Почему ты еще здесь? – спросил он и обернулся. За спиной стояла Лиора все с тем же брезгливым взглядом. Внезапно Ризар подумал, что ему может быть так холодно не из-за плохого отопления, а из-за ее присутствия. Девчонка приблизилась к нему и пристально глянула в лицо. – Твоя левая рука, – отчеканила Лиора. – Она холодная. Ризар невозмутимо пожал плечами. – Замерз? Она перевела взгляд на его руку, и Ризар внезапно ощутил приступ чесотки. Он непроизвольно посмотрел вниз: жучок размером с ноготь прополз вниз по тыльной стороне ладони, расправил крылья и улетел в сторону Лиоры. В кои-то веки Ризар готов был поблагодарить школу жизни детского дома: за последние годы он отлично научился скрывать эмоции. И пусть ему сейчас хотелось от злости сжать кулаки или содрать ногтями кожу с руки, голос его прозвучал все так же спокойно, когда он сказал: – Магия животных. – Ризар словно зачитывал вердикт. – Связала свои чувства с чувствами жука. Хороший трюк. Как раз для твоего уровня. – Почему твоя рука холодная? – терпеливо повторила Лиора. – А почему ты за мной следишь? Они еще долго могли стоять друг напротив друга, глядя в глаза и ожидая капитуляции соперника, но Ризару хотелось как можно скорее вернуться в свою комнату, так что первым сдался он. – Вижу, мы нашли общий язык, – хмыкнул Ризар и гордо направился к входу. Руку он спрятал в карман. Разумеется, она холодная, ведь поверх нее только мертвая оболочка, скрывающая страшную тайну. * * * Хотя никого по пути в свою комнату Ниджи не встретила, пещеры были заполнены разношерстными голосами. Где-то кричали младшие, в другой стороне хлопотали взрослые, в третьей – добытчики рассказывали об очередной вылазке за припасами. В убежище она хотела вернуться намного раньше, но ее задержала Сарид. Каждый раз, когда Ниджи уже думала попрощаться, та оживлялась и предлагала еще какое-то занимательное дельце. Только под вечер ей удалось вырваться из компании друзей. А в голове крутились одни и те же мысли. Проход откроют этой ночью в здании на окраине города. Ниджи закусила губу. «Может, все же не стоило обещать, что я приду?» Теперь неизведанный мир ее пугал. Она же никогда не видела его, а только слышала, что там живут люди, которые выглядят вот так: две руки, две ноги, одна голова и все остальное. И что будет, если у нее ничего не выйдет? С позором вернуться? Лучше уж тогда вообще никуда не ходить. Так или иначе, сначала надо спрятать мешочек, который она стащила у чудака в плаще. Ниджи свернула в свою комнату, но замерла на пороге. – Главный?! – не удержалась она. Демон, похоже, поджидал ее. Он стоял посреди комнаты, опираясь на клюку, и раздраженно перебирал по ней пальцами. Его морщинистое лицо, казалось, сморщилось еще сильнее, а глаза напоминали две узкие щели. Ниджи поморщилась. Помнится, он не выглядел настолько сердитым даже тогда, когда Син не усмотрел за припасами, и дикие звери немного утащили. Сколько раз Главный огрел несчастного клюкой? «Только бы мне меньше досталось». – Если вы хотели меня видеть, – Ниджи попыталась разрядить атмосферу, – то могли бы просто позвать. Не обязательно было меня дожидаться… – Ты опять ходила на территорию средних? И как только он умудрился так точно угадать? – Нет? – неуверенно протянула Ниджи. Главный в отчаяние выдохнул и потер пальцами висок. Между пушистыми бровями пролегла глубокая черная тень. – Сколько раз мне повторять, чтобы ты не пересекала границу? – тихо, но властно спросил он. Ниджи закатила глаза. Спорить с Главным было бессмысленно, да и зачем? Он все равно никак не мог помешать ее побегам. Она прошла к шкафу с вещами и сделала вид, что поправляет книги, а сама сунула за них украденный мешочек. – И зачем ты сегодня обокрала ту лавку? – донесся из-за спины голос Главного. – Говорите так, будто я у них всю еду вынесла, – буркнула Ниджи и обернулась. Глаза демона сверкали от ярости. Он намертво вцепился в клюку и едва сдерживался, чтобы не ударить ее сейчас же. Все его тело дрожало так, будто земля под ногами пришла в движение. – Дело не в том, сколько ты унесла, а в том, что они едва тебя не поймали! – Но не поймали же. Ниджи шарахнулась в сторону, и клюка просвистела у нее перед носом. – Тебе просто повезло! А что будет в следующий раз?! Мы ведь поэтому и ходим командой, чтобы можно было друг другу помочь! – Ага, – зло фыркнула она. – Командой, в которую меня не берут. – Ниджи раздраженно уперла руки в боки. – А если бы меня взяли, я бы, может, и не ходила никуда. – Тебя не берут как раз из-за твоего отвратного поведения! – взвизгнул Главный и вновь попытался опустить клюку ей на голову. Ниджи играючи проскользнула под ней. – Так может оно такое, потому что меня никто никогда не слушает?! – взвизгнула она и сжала кулаки. Кровь вскипела. В этот момент Ниджи чувствовала, что внутри нее плескается настоящая лава, которая готова в любой момент вырваться в мир. То были слова, что она давно хотела сказать, но никак не могла найти для этого решимости. – Тебя не слушают, потому что ты еще ребенок! – заявил Главный и вдобавок ударил по полу клюкой. Это был знак: слышать он от нее большей ничего не хочет. Ниджи громко вздохнула и закусила губу – в рот попало несколько капель крови. В голову точно дым ударил и смутил все мысли. Главный пристально вглядывался в ее лицо. – Хватит строить из себя героя, – настойчиво продолжал он. – Выше головы ты никогда не прыгнешь, как не пытайся. Вырастешь – поймешь. Лицо его просветлело. Теперь, когда он миссию с наставлением очередного подростка «на пусть истинный», Главный спокойно двинулся к выходу. Перед тем, как вернуться к своим, наверняка, важным делам, он добавил: – Прекращай уже в каждую трещину нос совать. Однажды тебе понадобится помощь, а рядом никого не будет. Ниджи покачнулась. Так он что, жалеет ее? Думает, что она слабая и не сможет за себя постоять? А потому лучше отсиживаться в укромном уголке и покорно ждать смерти? – Да чтоб вы все в лаве сгинули! – завопила она и в ярости пнула уложенные на полу лоскуты меха. – Сатан! Сбила гору ткани с камня. – Сатан!! Скинула с полки все книги. – Сатан!!! И рухнула на колени перед бассейном с водой. Ниджи в исступлении уставилась на собственное отражение. Белый силуэт размывали редкие слезы, срывающиеся с глаз. Капли пронзали ее подобно тем обидным словам, которые преследовали всю жизнь. Ниджи опустила голову почти к самой воде и увидела бледное лицо и мечущиеся глаза. Они всегда так скакали, когда она сильно нервничала. Стоило кому-то это увидеть, как они тут же начинали переживать за нее, жалеть или и вовсе сторонились, как будто это было заразным. Нет. Она не жалкая. Не слабая. Да, она выглядит по-другому. Но зато у нее есть магия. Она сильнее всех этих демонов. Уверена, даже сильнее Главного. Но из-за ее хрупкой внешности… Ниджи с воплем обрушила кулаки в воду. Потом еще раз и еще, как будто могла разорвать отражение. Вода забурлила, подняли волны, и белый силуэт растворился среди них. А она подняла глаза и заметила на полке тот самый мешочек. «Проход откроют ночью». * * * Ниджи явилась в назначенное место, когда внутри не было ни одного свободного места. Часть демонов толпилась на улице в дверях, другие в нетерпении пытались пролезть в окна. Ниджи пробежала в одну сторону, в другую, рискнула пробиться сквозь толпу, но ее быстро вытолкнули обратно. – Братья! – раздался крик изнутри. Демоны взревели. Те, что были снаружи, взбесились, и вновь навалились на товарищей, стоящих впереди. У входа тут же образовалась потасовка. Кому-то прилетело в глаз, другому в колено. Ниджи наблюдала за этим с долей скептицизма. Забавно, что они боролись друг с другом в человеческих формах. Будь у них пасти побольше, да когти поострее, возможно, и внутрь смогли бы попасть. Но даже в такой ситуации, никто из средне ранговых не терял самообладания и оставался в приличном виде. У нее же был запасной план: Ниджи приняла форму жучка и ловко прошмыгнула внутрь. – Этот шанс наконец явился нам! Ниджи содрогнулась от оглушающего крика и спланировала на выступающий из стены угол камня. Демоны собрались вокруг черных ворот, что стояли в центре комнаты на небольшом возвышение. Рядом с воротами стояли те самые чудики в плащах. Лица их все также скрывали белые маски, и только у того, что говорил, у него маска была только наполовину белая, другая же половина оказалась черной. – Долгие годы мы сидели запертые в этом месте, а почему? Потому что мы демоны? Казалось бы, он не кричал и не пытался как-то заткнуть взволнованную толпу, но все равно каждое его слово звучало так отчетливо, как будто он стоял перед ней. Ниджи нервно зажужжала. Такие демоны ее пугали. Чаще всего ей встречались пустые хвастуны, которые на деле и половины своих слов оправдать не могли. Страшнее было повстречаться со спокойным демоном: такие просчитывали свои действия наперед. Она же нутром чувствовала, когда и кого стоит опасаться. И сейчас ее нутро орало, что от этого в плаще стоит держаться подальше. – Нам достаточно захватить всего одного демонолога, чтобы раз и навсегда открыть проходы между мирами, – продолжала вещать половинчатая маска. – Давным-давно нас бросили тут умирать, но мы выжили. И сейчас мы идем, чтобы восстановить справедливость. Пришел черед людей склониться перед нами. Он вскинул в воздух кулак, и толпа взвыла. Ниджи заметила, как зашевелились остальные люди в плащах. Одного из них, того, что был помельче, вытолкнули вперед к черным воротам. – Пришло наше время!!! Она на секунду оглянулась на говорившего… В этот миг врата заблестели. Демоны смолкли. В тугой тишине свет с шипением пробежался по каменной арке, очертил квадрат и вспыхнул синим огнем. Ниджи едва с камня не свалилась. Лапки подкосились, и она в изумление осела. Хватит ли ей сил на самом деле шагнуть туда? Арку напомнила ей тот бассейн с водой: та же переливающаяся светлая поверхность. Единственное – она ничего не отражала. Это было просто синее полотно. Завораживающие красотой. Пугающее неизвестностью. Ниджи зажмурилась. Душа затрепетала в сомнении. Чудики в плащах затянули монотонную мелодию. У нее еще был шанс вернуться назад… «Не строй из себя героя». Нет, она не сдастся. Она первая найдет того самого последнего демонолога и докажет всем свою силу. Больше никто не назовет ее ребенком. Демоны по одному подходили к вратам. Чудаки в плащах что-то записывали, передавали им какой-то предмет и только после этого давали пройти через врата. У нее же на все эти церемонии времени были: если она хочет стать первой, то и надо лететь первой. Ниджи расправила крылья, вскочила… и к своему удивление только-только заметила Сарид. Подруга смотрела на нее из толпы и улыбалась. Ниджи моргнула – Сарид смотрела на блестящий проход. Должно быть, ей показалось. Не могла же та знать, где конкретно она находится. Ниджи встала на край и вздохнула еще раз. А потом сорвалась вниз и метнулась ко вратам как камень, пущенный с горы. Как невидимая песчинка, она проскочила мимо демонов, мимо этих чудаков в плащах. Вновь ее захватил ужас. Крылья свело. Ей вдруг захотелось упасть на землю, вернуться в убежище и забыть про эту ночь… Но она закрыла глаза и в последний раз махнула крыльями. Свет обступил ее. На секунду показалось, что закончился воздух. Она начала задыхаться. Страх ударил по голове, так что у нее в глазах заблестело, а мысли спутались. А потом мордочки коснулся прохладный ветер. Но даже тогда она продолжила лететь вслепую, все быстрее и быстрее размахивая крыльями. Просто летела вперед, пока не закончились все силы. Когда это произошло, Ниджи по привычке вернулась в человеческую форму. Крылья исчезли, и она упала. Одежда тут же пропиталась водой. Ниджи осторожно приоткрыла глаза: перед ней покачивались закрытые бутоны цветов. Она осторожно приподнялась на руках и шумно выдохнула. Вокруг было невероятно много цветов, выглядывающих из пушистой травы. Ниджи аккуратно потрогала один бутон. Тот был мягкий и в тоже время такой прочный. Ниджи покачала головой и внезапно громко рассмеялась. Ветер растрепал волосы и те прилипли к лицу. – Я… – Ниджи закашлялась и вымученно улыбнулась. – Я сделала это. Форум «Взгляд_со_стороны.ро» Вопрос от Kris-kis: Что такое «облако»? Еще одно название апасито? Masterok: Я слышал, что апасито раньше выписывали в аптеках и оно считалось за успокоительное. Потом выяснили, что оно вызывает привыкание, а при частом использовании может и вовсе привести к коме или смерти. После приема появляется ощущение спокойствия и безмятежности. Люди, которые его пробовали, говорили, что это похоже на полет. Возможно, поэтому его называют «облаком». Deo66: Хоть облако, хоть туча, а то, что апасито дурь знатная, это факт) Sirin02: Вы путаете апасито с силенсом. Они оба действительно получаются из семян одного растения – сонного кагона. Силенс был первым веществом, которое получили. По свойствам он напоминал скорее яд, чем наркотик. Первое время он никак не влиял на людей, но при большом скоплении в организме приводил к остановке сердца. Апасито, хоть и был произведен из этих же семян, но за счет другого способа изготовления, считался легким и даже безопасным наркотиком. Его и сейчас довольно просто отыскать. Кроме того, они оба являются порошками, только силенс ярко-белый и рассыпчатый, похожий на пыльцу, а апасито пепельный и часто собирается комочками. Ответ Sirin02 – DJulia: В каком это месте он безопасен?! Наркотики есть наркотики, они медленно убивают наше тело! Помните о заповедях камеанства! Те, кто травят свой организм, никогда не смогут жить в мире ни со своей душой, ни с другими людьми! Ответ DJuli – Astr: > наркотики убивают > это противоречит камеанству Ну-ну. На секундочку, это ваше камеанство вообще поощряет селфхарм. Не удивлюсь, если яро верующие специально себя ими травят, только чтобы испытать «истинные» страдания. Ответ Sirin02 – Istorik: А я читал, что силенс использовали во времена войны, потому что в отличие от людей он влиял на демонов. Порошок распыляли в воздухе, и демоны, надышавшись им, становились вялыми и сонными. Кто-то говорил, что у них даже начинались галлюцинации, а некоторые вообще умирали. Собственно, облаком силенс прозвали как раз за то, что его развеивали по ветру. Глава 2 Вопль сирены настолько резко ворвался в сон, что Ризар подскочил на кровати и с испугу начал задыхаться. Доигрался Ален с заначками табака и травки, небось, кто-то из малышни стащил и под пожарным датчиком закурил. Сейчас явятся воспитатели, будут кричат, выгонят всех на улицу, перетрясут матрасы… Он машинально опустил ноги на пол, но вместо холодного паркета ощутил едва теплый ворох ковра – все тут же прояснилось. Надрывался будильник, который он сам прошлым вечером завел. Ризар в исступлении еще несколько минут разглядывал экран МИКа, гадая, как он мог забыть об этом. Ответ был прост: он уже и не помнил, когда в последний раз просыпался под звон будильника. Бывало, случайно вставал на несколько минут раньше, или же заснуть банально не давали многочисленные соседи. А иногда Ризар и вовсе не ложился. Вместо этого он закидывал одеяло на изголовье кровати, отворачивался в угол, где смыкались две облезлые стены, и глядел в МИК, пока у того не заканчивался заряд или пока его организм не отключался самостоятельно. Ризар провел взглядом по пустой комнате. Может, сон был крепкий, потому что рядом никто не храпел? Кроме целой комнаты, у него в распоряжении была еще собственная ванная. Машинально Ризар оглядел душевую кабину, стены и пол: разумеется, тут тараканов быть не могло (комната вообще выглядела так, словно сюда после ремонта никто не заходил), но привычка есть привычка. Он оперся о раковину и посмотрел на свое бледное лицо. Один хороший сон не смог превратить его из ходячего мертвеца в нормального человека. Почти не глядя, он грубо сорвал искусственную кожу с левой руки: та сходила неохотно, словно на каждый ее квадратный миллиметр приходилась мелкая, но цепкая присоска, подобно тем, что есть на щупальцах у осьминога. Было больно, но, конечно, не больнее тех ран, которые в память о себе оставили шрамы. На секунду взгляд Ризара замер на белых рубцах на тыльной стороне ладони, пальцах, кисти… А в центре всего – символ демонолога. С гримасой отвращения он распылил из баллончика краску, которая легла поверх слоем чистой «кожи». Косметика из этой линейки стоила немалых денег, однако это был лучший вариант для таких, как он: кто пытался скрыть пятна, синяки или все те же пресловутые шрамы. Через несколько минут Ризар вернулся в комнату, достал из шкафа костюм и разложил на кровати. Из горла вырвался невольный смешок. Двубортный белый пиджак – почти что копия формы работников отдела. Сделан из искусственной шерсти с подкладкой из бемберга с одним шлицем – помнится, так они писали о нем на сайте. Застегивается на три позолоченные пуговицы с эмблемой академии – двумя скрещенными мечами. На рукавах – золотые ленты. Все безумно блестящее и дорогое. Он покачал головой. С белой одеждой одна морока: часто стирать надо. И с благодарностью посмотрел на темные брюки. Интересно, что заставило руководство сменить стандартный для сотрудников отдела белый на темно-коричневый? Испугались, что простой народ начнет путать их учеников с людьми на службе? Кроме этого, на форме учеников отсутствовали погоны и нашивки: в отделе по количеству звезд на них определяли уровень сотрудника, а на нашивках был указан отдел, к которому они были привязаны. Все опознавательные знаки Академия заменила на позолоченные цифры, обозначающие год обучения. Когда Ризар перед зеркалом поправил пиджак, на воротнике блеснула единица. * * * Ночь Ниджи провела в трещине какого-то тоннеля, а утром быстро отыскала выход. На всякий случай она отлетела как можно дальше и только там решилась сменить облик (не хотелось случайно столкнуться с ребятами в плащах). И только когда Ниджи встала на две ноги, на нее обрушился весь ужас и восторг от нового мира. Он был… по-знакомому иной… вернее, по-иному знакомый. «Аргх, Сатан!» – выругалась она про себя. Не то, чтобы она совсем мало слов знала, и все равно не могла подобрать подходящие, чтобы описать этот мир. Она протерла глаза и часто заморгала. И почему все такое яркое? Цвета агрессивно клубились вокруг: безумно синее небо, ужасающе пестрые листья на деревьях, чудовищно зеленая трава под ногами. Почему тут вообще так много зелени? Ниджи бросилась к ближайшему дереву и зачем-то постучала по стволу. Конечно, дерево не ответило. Она же сорвала лист и посмотрела сквозь него на солнце, все еще не до конца понимая, что ей это даст. «Нет, это точно не иллюзия». Ниджи раскрыла ладонь, и ветер, подхватив лист, отбросил его в сторону. «А может, все же иллюзия. Но тогда очень хорошая». Вдруг взгляд замер на белом пятнышке, раскачивающимся в траве. Секунда – и вот она уже держит его в руке, а в груди сердце скачет так, будто она отыскала главное сокровище всего этого мира. «Цветок!» Оказалось, что белыми были его лепестки. Тоненькие и длинные, они оплетали по кругу рыжую сердцевину. Ниджи торжественно подняла его над головой и рассмеялась. А после прижала к себе и закружилась, да так, что мир вокруг смешался в один мутный поток: чтобы не упасть, пришлось опереться о дерево. Только потом Ниджи заметила огромную стаю белых цветов. Так много их не видела даже за всю свою жизнь. Если собрать все цветы, что выращивали среднеранговые демоны в городе у гор, не набралось бы и половины. В горле запершило. Ниджи натянула рукав до кончиков пальцев и быстро смахнула с глаз слезы. * * * Стоило Ризару ступить в столовую, как Лиора тут же затерялась в толпе. Из общежития она вышла следом за ним и держалась на расстояние трех шагов. Ни больше, ни меньше. Конечно, не только они шли в столовую, но никто больше не пытался сохранить постоянную дистанцию, к слову, чуть больше двухсот метров. И все это время ее взгляд прожигал спину до костей. Кто бы мог подумать, что бывают настолько холодные карие глаза. Если бы не мелькающие на входе ученики, Ризар несколько минут простоял бы на пороге, размышляя над бессмысленной тратой денег. Столовая походила на картинную галерею: огромная и с белоснежными стенами, исписанными пейзажами. Складывалось впечатление, будто кто-то специально снес часть стены, открыв перед учениками вид на золотой лес, пушистые облака, уютные деревушки и реки. Зал был заставлен широкими обеденными столами из массивного темного дерева с львиными лапами и белоснежными скатертями. По центру – небольшой садик. Площадку квадратной формы забили диковинные растения, а гордостью являлась ксишианская пальма. Здешний климат дереву явно понравился, поэтому оно пустило ростки, которые немедля пришлось подарить ботаническому саду, потому что еще несколько таких вот пальм Академия бы не пережила. Ризар сразу направился в сторону прилавков. С системой обращения «оценок» он ознакомился задолго до того, как узнал, что прошел экзамен. В значок с годом обучения был встроен уникальный чип, который фиксировал присутствие ученика в корпусах и на территории школы, а также хранил информацию о баллах, начисляемых в зависимости от оценок. Баллы можно было потратить в столовой, на дополнительные занятия с репетиторами и, конечно, поменять на реальные деньги. Эта система готовила учеников к самостоятельной жизни и идеально подходила тем, у кого денег в принципе не водилось (или не должно было водиться), например, Ризару. Государство полностью оплачивало твое образование, если ты того стоил. Ризар расплатился за заказ полученными за экзамен баллами. Вскоре ему подали поднос с тарелками и едой. Он нетерпеливо занял свободный стол. Аромат еды сводил с ума: он так привык к тому переваренному месиву, что постоянно подавали в детском доме, что уже и забыл, что в мире еще существует что-то лучше холодной похлебки. А ведь на подносе была обычная яичница с беконом, который он, правда, никогда не пробовал. Стоило ему взять в руку вилку, как раздался истошный вопль: – Ризар! Он вздрогнул и уткнулся в тарелку сильнее. – Ты чего молчишь?! На стул напротив плюхнулась Аргез со своим подносом. Каким-то чудом ей удалось не рассыпать еду, и сейчас она не без удовольствия воткнула в нее вилку. Та прошла насквозь и ударилась зубчиками о посуду. Раздался звон – все с удивлением обернулись к ним. – Аргез, – не то прошипел, не то пробурчал Ризар, прикрываясь руками от посторонних глаз, – я же просил тебя не появляться вот так. – А что такого?! – возмутилась та, запивая большую порцию еды не менее большим глотком сока. Такое чувство, что ей было наплевать, смотрят на них или нет. – Жаль, что мы с тобой оказались в параллельных классах, – после недолгого молчания, добавила она. Через секунду Аргез снова заулыбалась. – Но мы ведь будем встречаться на переменках и в столовой! Правда же будем? Можно было не отвечать: Аргез могла оживленно болтать сама с собой, а если возникали какие-либо вопросы, хватало обычного «ага». Совсем редко она позволяла себе злиться, когда ее не слушали. Так что Ризар предпочел вернуться к завтраку. И все же ее назойливость порой надоедала настолько, что хотелось отдать половину жизни, только бы минут десять посидеть в полной тишине. – Ты меня слушаешь?! Ризар подскочил и встретился глазами с Аргез. Поджав губы, она сверлила его сердитым взглядом. Он вернулся к завтраку и промямлил: – Да слышал я все, слышал… Ризар опустил голову так, что та чуть в тарелку не упала, и продолжил активное ковыряние вилкой в еде. Их больше никто не слушал – всем уже наскучила нелепая драма, – но ему все равно было стыдно. Чего она вообще к нему прицепилась? Трудно было представить, чтобы всеми любимая Аргез до сих пор не обзавелась новыми друзьями. Тогда почему сейчас она не с ними? – Раз уж ты слушал, может, расскажешь, о чем я говорила? Ризар ощутил внезапный порыв просветить ее касательно ее же болтовни. Если ей так хочется, чтобы ее слушали, то, может, стоит поискать подходящего слушателя или сменить тему? Но вместо этого он промямлил: – Про школу, про что-то еще… – Вот! Вот!! Я так и знала, что ты совсем меня не слушал! Она вскочила и ударила кулаками по столу. Стул опрокинулся на пол. Сразу за этим последовала неловкая тишина, поглотившая столовую. Необходимо было срочно ее успокоить. – О чем же ты тогда говорила? – сладким голосом поинтересовался Ризар. Аргез замерла. Тараканы в ее голове собрались в кружок и стали агрессивно обсуждать, как реагировать на поставленный вопрос. Ризар на это и надеялся. – А что? – тихо спросила она. – Тебе и вправду интересно? Разумеется, нет, но Ризар кивнул с самым искренним видом, на который только был способен, и она, просияв, с новой силой принялась рассказывать о соседях, впечатлениях о школе и так далее, далее, далее… Даже когда они выходили из столовой, Аргез пересказывала свежие городские новости и сплетни. – Ой! Ризар снова подскочил и споткнулся о бордюр. Крики Аргез звучали не хуже полицейской сирены. – Что на этот раз? – почти что рявкнул он. В руках Аргез держала черно кота с белым пятном на полморды. Тот даже не пытался вырываться. – Ты только посмотри! Он такой милый! Ризар послушно бросил взгляд на кота, а потом равнодушно заявил: – Убери от меня это животное. Аргез замерла, но только на миг. – Погладь его, – приказала она. – Ну же! Кое-как Ризар увернулся, когда она ткнула котом ему в лицо. Аргез это нисколько не смутило, так что она опять попыталась подсунуть ему несчастное животное. Какое-то время он упрямо отмахивался, но в конце концов она своего добилась: Ризар почувствовал, как колкий мех впились ему в лицо, и отшатнулся. – Разве он не милый? – продолжала допытываться Аргез. Ее назойливость раздражала. Был лишь один способ прекратить эти мучения – смириться. Пусть она думает, что он и в самом деле согласен с ней. Вскоре пленника отпустили, но кот и не думал уходить, только отошел на несколько метров и уставился на них. По коже пробежали мурашки, и Ризар непроизвольно вздрогнул: у кота был осмысленный взгляд. Вот так и становятся параноиками. – Разве он не похож на того кота? – Что? – Ризар обернулся к Аргез. Та в задумчивости разглядывала виновника разговора. – Около нашей старой школы разгуливал кот, помнишь? – серьезно спросила она. В ее голосе не осталось ни намека на недавний показной энтузиазм, так что Ризар невольно прислушался к ней. Да, он хорошо помнил того кота. Младшеклашки часто гоняли его по детской площадке. Пару раз тот даже вскарабкался на дерево и садился на ветку напротив окна комнаты, в которой жил Ризар и другие мальчишки. – Наверно, они просто похожи, – заключила девочка и направилась в сторону главного корпуса. Инстинктивно Ризар последовал за ней. Ее версия не была лишена смысла: детский дом и академию разделили больше сорока километров. Обычный кот вряд ли смог бы добраться сюда, да и зачем? Но и двух абсолютно идентичных котов существовать не могло, в этом Ризар тоже был уверен. * * * Отыскать город оказалось проще, чем улизнуть от разъяренных демонов. Ниджи заприметила его, когда только поднялась над деревьями. Всю ее жизнь ей вбивали в голову, что свалиться с неба означало то же, что встать на извергающийся вулкан посреди толпы, другими слова, привлечь к себе внимание. Такое появление могло бы пригодиться, если бы она надумала нарочно отвлечь их, но сейчас важнее было затеряться среди людей, так что Ниджи обернулась в человека за несколько прыжков до первого строения, и только потом рискнула выйти на пустую дорогу. «Это и в самом деле город?» – опешила она при виде ровного ряда домиков, которые совсем не выглядели как настоящие. Без сомнений Ниджи начала продвигаться вглубь «города». В ее мире города были другими. Низшие демоны специально искали пещеры в горах или трещины в земле, где можно было укрыться хотя бы на время (конечно, если место нравилось, можно было и насовсем остаться), а некоторые специально сваливали валуны друг на друга, отгораживая свою территорию. Крышу сооружали из каменных плит или и вовсе забывали о ней. А зачем? Дожди бывали редко, а когда бывали, то демоны, наоборот, вываливались на улицы, чтобы собрать как можно больше воды. Средние демоны куда больше беспокоились о внешнем виде, а потому обтачивали стены, смягчали углы, вырезали окна. И, казалось, поголовно были обязаны соорудить крышу, причем сваливали ее не просто поверх, а обязательно облокачивали плиты друг о друга, так что те походили на миниатюрные горные вершины. Людские же дома Ниджи ну никак не могла назвать практичными. Она остановилась напротив одного из них и придирчиво оглядела. Эти стены вообще из камня? Даже если и так, похоже, что их все равно легко пробить! Еще ограда эта… Ниджи презрительно ткнула пальцем в тонкую полоску, чуть выше ее, и хмыкнула: тонкая стена заметно покачнулась. Ни от каких врагов такая «ограда» не спасет. «А впрочем, – пожала плечами Ниджи, – какое мне дело до их домов? Пусть как хотят, так и живут. Ясно одно: боятся им тут нечего». Она улыбнулась. Потому что даже если люди ничего не боятся, то что уж про нее говорить. Вряд ли здесь найдется хотя бы один мало-мальски сильный противник. Она шустро двинулась в сторону гула голосов и вскоре натолкнулась на первых людей… и с восторгом поняла, что внешне ничем от них не отличается. Но радость быстро обернулась раздражением, когда она заметила, что людей было очень много. Настоящая толпа. – Сатан, – буркнула она под нос. Фигуры мелькали перед ней, словно нарочно старались разозлить. Хотелось уследить сразу за всеми, но стоило ей попытаться сделать это, как в глазах тут же мутнело. Похоже, поиски займут куда больше времени, чем она рассчитывала. «Думай, – взмолилась про себя Ниджи. – Вспоминай, что ты знаешь о демонологах?» Да почти ничего. По какой-то причине Главный объявил эту тему запретной и, стоило кому-то ненароком сказать «демонолог», как он врывался в комнату с криками. Но среди жителей убежища был один демон… Как же его звали? Виргильд, вроде. Ниджи до сих пор помнила, как он украдкой, когда Главный уходил с отрядом за пропитанием, собирал вокруг себя любознательных демонят и рассказывал о людях и демонологах, которых теперь осталось совсем мало. Как-то раз он упомянул войну, но быстро одернул себя и нарочно не замечал вопросы о ней. Виргильд умер еще до того, как ей исполнилось десять, и после никто ни разу не вспоминал его историй, во всяком случае вслух. «Он говорил, что демонолога можно узнать с одного взгляда, – подумала Ниджи. – У них должна быть звезда, которую нельзя ничем скрыть». Она пристально посмотрела на девушку, что стояла поодаль, и нахмурилась. Да ведь на ней столько одежды, что там целый табун звезд спрятать можно! И все же Ниджи доверилась его словам. Почему? Да просто потому, что ей того хотелось. Она сделала несколько шагов по дороге, пристально разглядывая каждого прохожего. «Звезда, где же звезда…». Взрослые и дети, мужчины и женщины, старики и совсем младенцы – люди были всякие, но никто из них не являлся демонологом. Она пропустила мимо один десяток, потом второй. На пятом в голову пришла мысль, что, наверно, существуют числа после десяти, жаль, что она об этом раньше у Главного не спросила. Волнение нарастало. Ниджи, не замечая того, прикусила губу. Люди начинали раздражать. Если их вдруг станет еще больше, она… Из толпы показался мужчина, который шел ей навстречу. Он был таким огромным и плотным, что поначалу подумалось, что он тоже демон. Только его вальяжная походка говорила об обратном – у настоящего демона каждое действие было пропитано готовностью в любой момент ринуться в бой. Во всяком случае, напомнила себе Ниджи, так было у низших. Но привлек ее не его вид, а рисунок на руке – черные узоры от кисти и до локтя. Разглядеть их полностью мешал широкий рукав куртки, который то задирался, то опускался до ладони. «А! – раздраженно подумала она. – Будь что будет!» И бросилась к мужчине. Плечом оттолкнула с пути пару прохожих, другие сами догадались пропустить ее. Дорога опустела, так что Ниджи чуть ли не одним прыжком подскочила к человеку и вцепилась ему в руку, словно хотела ее вместе с плечом вырвать. Не нужно быть мастером в драках, чтобы по одному их внешнему виду определить, что находились они в совершенно разных весовых категория и, если бы человек захотел, легко отбросил бы ее в сторону. Вот только наглость Ниджи настолько поразила его, что он просто глядел на нее сверху-вниз да время от времени хлопал глазами. Она же поспешила воспользоваться удачной возможностью и задрала рукав. Рисунок покрывал его руку целиком, до самого плеча. Кажется, нарисованы были птицы (настоящих она никогда не видела, зато многие в убежище могли в них обернуться). Много маленьких птичек в окружении чудесных цветов. Красиво? Наверно. Интересно, а это он нарисовал или как-то магией наложил? Может ли она при смене формы такую же штуку себе сделать? «Не туда мыслишь», – зло прервала Ниджи поток бесполезных вопросов. Порой, когда она сильно переживала, легко теряла суть разговора или забывала, что хотела сделать. Ниджи еще раз внимательно оглядела рисунок от кончиков пальцев до плеча и разочарованно вздохнула. За все это время мужчина не предпринял ни одной попытки остановить ее. Да он словно окаменел! – А звезда где? – спросила Ниджи. – Нет никакой звезды, – с толикой смущения признался он. – А надо? Она печально покачала головой и наконец отцепилась от его руки. – Надо. Пришлось вернуться к первоначальному плану: рассматривать всех и каждого и надеяться, что демонолог отыщется сам. Подбегать и задирать рукава не вариант. Во-первых, ей очень повезло, что тот мужчина, несмотря на видок громилы, спокойно воспринял ее выходку. А во-вторых, вдруг звезда будет не на руке? Может, она на спине, на ноге, а то и вовсе… От последней мысли лицо исказила гримаса брезгливости. Ниджи взглядом скользила по людям, едва сдерживая зевоту (так скучно было!). Интересно, как там Сарид с ребятами? Они тоже собирались отправиться в мир людей. Эх, как было бы здорово ходить вместе с ними! Сарид бы точно придумала, как демонолога побыстрей найти. А еще она могла бы опросить прохожих, уж ей бы хватило обаяния завязать с ними беседу. Ниджи пыталась заговорить с несколькими, но те начинали махать руками и быстро убегали. «Единственным, кто сегодня со мной поговорил, был тот мужчина с рисунком», – с печалью осознала Ниджи. Примерно на этой мысли ей на глаза попался… попалось… да что бы это ни было, она его заметила и теперь крутилась вокруг. Почему-то вспомнилась чудесная телега, которую Ниджи пару раз видела у средних: перед ней повязывали одного или двух демонов. Говорили, что так перевозят вещи, когда их много. Вот только колес у телеги должно быть два, а она насчитала четыре. А еще это не было похоже ни на камень, ни на дерево, ни на грязь, из которой один умелец в убежище мастерил тарелочки и кувшины. Любопытство пересилило желание оставаться в безопасности, и Ниджи аккуратно коснулась пальцами стенки. Холодная. И гладкая. Если это и камень, то кто-то его долго стачивал. Она обошла нечто на колесах второй раз и заметила сбоку саму себя! Ниджи отшатнулась. Двойник тут же пропал. Может, ей показалось? Шаг вперед – нет, не показалось, вот же она! Смотрит на нее из маленькой коробочки. Ниджи заморгала, и копия повторила за ней. Ниджи нагнула голову – тоже самое. Она приблизила лицо к блестящей поверхности и оказалась нос к носу с собой же. «Магия какая-то», – покачала головой Ниджи и заставила себя отвернуться. Похоже, это всего лишь ее отражение, но почему такое четкое? Раньше Ниджи смотрела на себя только через воду и казалось, что она не сильно-то выделяется на фоне остальных демонов, а сейчас… «Неужели у меня действительно настолько белая кожа?» – Нравится? Ниджи обернулась, возможно, даже слишком резко: парень, стоящий рядом, усмехнулся. Первым делом она постаралась оценить его, как возможного соперника. Он держался стойко и уверенно, одним взглядом пытался показать, кто тут главный, явно из тех, кого легко на драку развести. Почему-то подумалось, что они с Сарид бы обязательно нашли, о чем поговорить, но Ниджи мигом отогнала эту мысль и указала на нечто, что все это время разглядывала. – Что это такое? Кажется, ее вопрос не то удивил, не то насмешил человека. Он попытался улыбнуться, но вместо этого только издевательски оскалился. – Серьезно? – он махнул в сторону серой пластинку с непонятными значками. – Там же написано, что это «Джахан». Ниджи молча сверлила взглядом «надпись», которую до этого не замечала. Надеялась, что, если будет долго на нее смотреть, сможет прочесть. Разумеется, чуда не случилось. – Неужели ты никогда не слыхала об этой марке? Последнее предложение она почти полностью пропустила мимо ушей, запомнила только еще одно новое слово «марка». – Значит, вот эта штука называется джахан, – протянула она. – А вот это что такое? Парень скривил губы, но все же проследил за ее взглядом. – Боковое зеркало… Да ты как будто из дикого леса вышла. Ниджи пожала плечами. С этим он, пожалуй, не ошибся. Парень немного приблизился: по привычке, она напряглась, но все равно не двинулась. Все же этот человек не выглядел опасным. Да, самодовольным. Да, гордым. «Позволю ему пока повыделываться, – решила Ниджи. – Ведь это его мир». Он замер. Смутила его перемена в ее поведении или нет, сказать было нельзя. Возможно, он остановился, потому что почувствовал, что ближе подойти она бы не позволила. – Чудная ты какая-то, – сказал он. – Не отсюда что ли? И как он только догадался? В мире демонов каждый жизнь готов был отдать за свой собственный угол, а потому чужаков старались при первой же возможности гнать. Она не стала одной из тех, кто с пеной у пасти защищал свою территорию только благодаря Главному. Тот всегда учил их делиться друг с другом. А что насчет людей? Парень безобидно улыбался. «А он довольно милый», – промелькнула в голове непрошенная мысль, с которой нельзя было не согласиться. – Да, – выдавила через ком в горле Ниджи. – Не отсюда. Издалека. – Интересно, откуда, – продолжал человек. – На иностранку ты не похожа, хотя акцент какой-то все же есть. Может, с севера? Он сложил руки на груди и слегка наклонил голову, чтобы получше ее разглядеть. Движение это было настолько нелепым, что Ниджи едва не рассмеялась. Скорей всего, он намеренно изображал из себя дурочка, чтобы она расслабилась. Почему бы тогда не подыграть? Кроме того, ему действительно удалось слегка очаровать ее, так что она готова была потерпеть его еще какое-то время. – Продолжай гадать, – пошутила Ниджи. Парень покачал головой. – Умеешь ты интриговать. Раз уж мне не суждено узнать, откуда ты явилась, может, расскажешь, куда идешь? – Никуда, – отстраненно бросила Ниджи. – Просто ищу кое-что… – О! – протянул он и хитро сверкнул глазами. – Неужели ты совсем ничего не расскажешь? Ниджи терпеливо наблюдала, как он приблизился еще на шаг. Кишки внутри точно свились в крепкий узел. Если человек протянет руку, то легко достанет ее. Но она заставила себя поднять голову (парень оказался выше ее) и без капли страха заглянула ему в лицо. – А зачем тебе знать? Пальцы подрагивали. Ниджи сжала их в кулаки, надеясь, что парень все же не рискнет коснуться ее, потому что иначе ей вряд ли удастся сдержать себя. – Вдруг я смог бы как-то помочь, – тихо сказал он. «Помочь? Просто так? Откуда такая доброта?» Ниджи скосила глаза на толпу вокруг: людей на улице меньше не стало. – Я искала город… – ухватилась она за мелькнувший шанс. – Город?! Парень переспросил это настолько громко, что она с испугу чуть не выпустила когти: оборвала процесс смены формы, когда ладонь уже начала обрастать шерстью. Ей никто не рассказывал о том, как люди относятся к демонам. Кто знает, а вдруг, если она как-то выдаст себя, они тут же явятся за ее головой. – Ты про столицу что ли? «Столицу?» – До Лоэриаля еще километров двадцать, если не больше, – продолжал парень. – Н-но, – Ниджи запнулась. – Разве это не город? – Это? Человек обвел презрительным взглядом улицу и хмыкнул. – Да это ж село обычное. Рядом с городом и близко не стоит Из толпы послышался возмущенный окрик. И хоть слов таких Ниджи не знала, ей отчего-то показалось, что это местное «сатан». Парень в долгу не остался и бросил какую-то короткую фразу. Ниджи попробовала ее мысленно повторить и почувствовала на языке кислый привкус. Да, это точно были ругательства. – Пешком ты до столицы точно не доберешься, – вернулся к разговору человек и вновь улыбнулся. – Зато я могу подбросить тебя до туда. Как раз туда еду. Ниджи опешила. Он действительно собирается «подбросить» ее до города? С этим она и сама справится. Можно же просто подпрыгнуть, зачем бросать-то… Не дожидаясь ответа, человек сунул руку в карман, и джахан за спиной у Ниджи запищал. Она с шипением отскочила. – Не боись, – подбодрил парень и легко оторвал от джахана боковую стенку. – Прошу. Она с непониманием уставилась на него. О чем он просит? – А, так ты самостоятельная девушка, – вдруг сообразил он. – Видел таких. Наверно, не стоило тебе дверь открывать, да? Ну ладно тогда. Парень поднял руки, как будто признавал поражение, и обошел джахан. Ниджи коснулась пальцем той самой стенки, что он вырвал: та висела над землей и держалась только за счет одной стороны. Судя по его словам, это было дверью. «А у нас дверь – это просто камни», – подумала Ниджи не то с грустью, не то с восторгом. – Садишься? Ниджи заглянула внутрь джахана: парень расположился с другой стороны и рукой указывал ей на место рядом. Немного помедлив, она забралась внутрь, но не успела нормально устроиться на мягком сиденье (чем бы это ни было, но уж точно получше камня с накинутой на него шкурой), как дверь закрылась. Они остались наедине друг с другом, и сердце заколотилось с такой силой, что она почувствовала, как оно ударяется о ребра. – Видишь, как я и говорил, я могу тебе помочь, – опять улыбнулся парень. Ниджи едва заметно кивнула. Еще поглядим, правильно ли она поступила, когда приняла эту помощь. * * * Вместо стандартного звонка об окончании первого урока сообщила короткая мелодия из гимна академии. Одни ребята обрадовались возможности отдохнуть, а других сильно огорчил тот факт, что придется на время оторваться от невероятно интересных занятий. Ризар не относился ни к тем, кто не любил учиться, ни к тем, кто боготворил школу. Что касается кислой мины на лице, то она была обращена к самой мелодии. Вспоминать о гимне академии по десять раз на дню хотелось меньше всего. Ризар смирился с учебой еще в третьем классе. Она должна присутствовать в жизни как одна из ступеней развития. Всегда нужно играть по правилам общества, поэтому он пошел на дополнительные занятия по магии, хотя прекрасно понимал, что ничего нового не узнает. Взглядом отыскал Лиору: она тоже расположилась на последней парте, но с противоположного конца. Судя по тому, с какой отстраненностью она глядела в окно, урок ее не интересовал. Вскоре появился учитель. Несколько минут он внимательно изучал список учеников, вероятно, пытался найти двух гениев – его и Лиору. Когда Ризар откликнулся на свое имя, непроизвольно усмехнулся. Взрослый человек не должен удивляться так, что глаза становятся больше очков, а рот непроизвольно открывается. Занятие оказалось скучным, как Ризар и предсказывал. За то время, что учитель объяснял правила безопасности при использовании магии, он решил все домашнее задание. Пару лет назад в обиход вошли планшеты, в которых были и учебники, и задачники, и тетради. Ученики скидывали все работы учителям на компьютеры и только в редких случае последние настаивали на том, дети обязаны записывать решения от руки. Ризар доделывал задачу по физике, которую почему-то отнесли повышенному уровню сложности, когда почувствовал нечто странное: голова вспыхнула болью, как будто о лоб взорвалась петарда. В глазах потемнело. Ученики, учитель, кабинет – все расплылось и исчезло во мраке. Руки отяжелели. Он слышал, как на парту упал стилус и оглушающе громко покатился к краю. Из-под кожи словно одной за другой вытягивали ниточки – это силы покидать его. Он потерял опору… И все закончилось. Ризар пришел в себя настолько внезапно, что вздрогнул и услышал хруст: там, где его пальцы касались стола, осталась ледяная корка. Однако никто во всем классе не заметил в нем никаких изменений: учитель выводил голограммы перед классом, а ученики внимательно его слушали. Ризар моргнул и уставился на свое перепуганное отражение в планшете. Подобные припадки случались и прежде, но ограничивались головной болью. Если так будет продолжаться и дальше, даже представить страшно, к чему это приведет. * * * В голове Ниджи спорили два голоса. Один, тот который отвечал за рассудительность, умолял ее молчать, ведь во время разговора можно случайно выдать, что она демон. А второй просто орал, что нужно спросить, как называется вот эта штука, а как та. Ниджи пыталась сосредоточить внимание на чем-то знакомом, чтобы успокоить возбужденное любопытство, но все внутри джахана для нее было новым! А еще перед ней мелькали разноцветные огоньки. Конечно, жучки, ползающие в убежище, тоже светили, но ведь это точно не насекомые были. Они даже в какие-то символы складывались. Узнать, что же это такое, можно было только одним способом – спросить. «Не рискованно ли это? – размышляла она, искоса разглядывая парня. – Он же может что-то заподозрить». – А в город тебе зачем? – человек заговорил первым. Он быстро оглянулся на нее, и взгляд этот показался Ниджи оценивающим. С точно таким же видом Сарид высматривала парней на улице. Вспомнив подругу, Ниджи вздохнула. Что касается парня – пусть смотрит. Ей дела нет. Главное, чтобы руки не распускал, потому что иначе она за себя не ручается. – За лучшей жизнью? Или это новый стиль путешествия – налегке? Совсем без вещей? – предполагал тем временем он. – Ага, вроде того. Она глядела на руки парня: они лежали поверх «колеса» с дыркой в центре. Иногда он немного поворачивал его, и тогда деревья за окном отдалялись или приближались. Похоже, это все-таки была телега. Но почему она ездит? В нее же никто не впряжен. Вопросов становилось все больше. Они копились, так что, кажется, иных мыслей совсем не осталось. – А что ты там делать будешь? Работу искать? – парень громко цокнул языком. – Жаль тебя расстраивать, но таких как ты, тут тысячи. И только тех, кто как-то регистрируется, а ведь есть еще и беженцы… Он вновь глянул на нее. Наверно, пытался определить, «беженец» она или нет. Знать бы еще, что это слово значит. То, что кто-то бегает? Ну, если надо, когда окажется на улице, и побежать сможет. – Или у тебя в столице есть родственники? – Нет, – коротко ответила она. – Никого. Не соврала. У нее и в самом деле не было родных даже в мире демонов. Разумеется, есть Главный и остальные… Но они все разной крови. – Совсем? – удивленно переспросил парень. Ниджи посмотрела на него с ухмылкой. – Совсем. Я тебе больше скажу, я там даже никого не знаю. «Последнее явно было лишним». Она тут же прикусила язык, но перестать улыбаться не могла. Ей хотелось как-то подколоть этого самоуверенного человека и, похоже, у нее получилось. Какое-то время он не решался что-либо сказать, только смотрел вперед с задумчивым лицом. – Тогда, – наконец заговорил парень и лукаво подмигнул ей, – я буду первым из города, с кем ты познакомишься. Я Берин. Неужели она действительно не ошиблась со своим решением? – Ниджи, – представилась она. – Так меня зовут. Среди деревьев начали проскакивать домики, а на дороге появилось больше джаханов. Вопросы у Берина, похоже, закончились, и все же сколько бы она не оглядывалась на него, каждый раз видел на его губах легкую ухмылку. Город все приближался, а Ниджи начала понемногу понимать, почему то место, где она была раньше, парень не хотел называть городом. Уже отсюда она видела силуэты домов на окраине. И были они невероятно огромными! «А за ними горы? В мире людей города тоже в скалах строятся?» От волнения картинка перед глазами начала расплываться. Ниджи накрыла веки ладонями и глубоко вдохнула. Хоть она и привыкла к тому, что ее глаза иногда «скачут», вряд ли Берин отнесется к этому спокойно. Когда же она убрала руки, увидела только стаю джаханов. Те окружали их со всех сторон. – Добро пожаловать в столицу, – рассмеялся парень. – Пробка на въезде как по расписанию. Минут десять точно постоим. – Оу, – выдавила Ниджи. Она уже успела забыть половину новых слов, которые за сегодня услышала, а они все прибавлялись и прибавлялись. – Так зачем ты в столицу подалась? – спросил Берин. – Может, все-таки расскажешь? Ниджи замешкалась. Да, она обещала себе никому ничего не рассказывать, но ведь этот парень… Он такой дружелюбный! К тому же он в самом деле помог ей добраться до города. Она глянула на тянущуюся вперед вереницу джаханов – ну, или поможет. «Что плохого может случиться?» – Я ищу одного человека, – неуверенно призналась она. Берин заинтересованно кивнул. Его расслабленный настрой передался ей, так что Ниджи тихо продолжила: – Но я не знаю о нем ничего, кроме того, что он демонолог… Берин резко изменился в лице: он все еще улыбался, но теперь натянуто, а взгляд его сквозил холодом. Вдруг парень захохотал. – А! Я понял! Это шутка такая, да? Веселье сменилось недоверием. – Ты же пошутила, да? Он нервно постучал пальцами по «колесу». – О Богиня, ты что, из секты какой-то? – Нет, – ответила Ниджи еще до того, как все хорошо обдумала. – И я не шучу! Берин шумно выдохнул и демонстративно отстранился. – Тогда у тебя с головой серьезные проблемы. – Все у меня в порядке! – разозлилась Ниджи. – Чего ты вообще переполошился? – А то сама не знаешь. Ниджи не выдержала: – В том-то и дело, что не знаю! – воскликнула она, скрестила руки на груди и насупилась. С чего он паниковать-то начал? Можно подумать, она предложила ему пройти через ущелье, которое средние демоны охраняют. И то, когда Ниджи в свое время предложила это паре демонов из убежища, те не устроил истерику, а спокойно пояснили, почему ее идея – говно. Неужели все люди такие неженки, готовые устроить скандал из-за одного неправильно слова? – Я просто ищу демонолога, – процедила Ниджи. – Что тут странного? – Ну не знаю, – раздраженно отмахнулся он. – Например, то, что все они уже лет сто как мертвы? Ниджи медленно повернула в его сторону голову. «Мертвы?» Джахан неспешно тронулся. Берин вновь смотрел вперед и держал руки поверх «колеса», вот только теперь они напряженно подрагивали. – Почему мертвы? – переспросила Ниджи. «Этого быть не может». Парень издевательски пожал плечами. – Потому что их всех убили. Ты что, историю не знаешь? «Но ведь нам сказали, что один демонолог точно есть. Я же слышала!» – Должен же еще кто-то быть, – настаивала она. – Демонология вне закона. Если кто-то из них действительно жив, в лучшем случае его ждет пожизненное заключение, – заявил Берин и безжалостно оскалился. – Хотя они того заслужили. Нечего было войну устраивать. Грудь сдавил холод. Дышать стало труднее. – Погоди. Война? Какая война? Джахан снова остановился. Но в этот раз вместо того, чтобы посмотреть на нее, парень упрямо продолжал глядеть вперед. Кажется, он избегал ее взгляда. – Я понял, у тебя память отшибло, – тихо заключил Берин. – Что за война?! – Да о ней же постоянно говорят. Триста лет назад демонологи вместе с армией демонов напали на людей. Они убили почти сто миллионов. Думаю, людям можно простить то, что они захотели уничтожить этих тварей. «Вот о какой войне говорил Виргильд», – осознала она. Взгляд помутнел. Ее начало трясти. Ниджи обхватила себя рукам, вжалась в сиденье и крепко зажмурилась. «Люди уничтожили демонологов? Но разве демонологи не такие же люди?» Она не помнила, чтобы когда-нибудь ее глаза настолько сильно болели. Они будто горели, и жар этот проник даже в голову. «Почему демонологи напали? Они использовали демонов?» Она закрыла глаза руками: против раскаленных век ладони казались ледяными. «Но я ни о чем таком не слышала!» В первую очередь нужно успокоиться. Что она поняла? Что люди не любят демонологов. Ей совсем не понравилось то, как отреагировал парень на ее слова. Стоило ли ожидать, что кто-то ответить по-другому? Нет. Так что и про демонолога, и про войну (в самом деле, что же это такое было?!) придется как-то узнать самой. Она приоткрыла один глаз и уставилась на свое отражение сбоку. Демона, скорей всего, никто терпеть тоже не будет. Получается, она вновь сама по себе. Ах, как же все-таки жаль, что никого из друзей рядом нет. Будь здесь Сарид, Варо или хотя бы Пентр ей бы уже было во много раз легче! «По крайней мере я добралась до города. Если демонолог существует, то он просто обязан быть здесь! Не может же у людей много городов быть…» Ниджи подняла взгляд… И едва не задохнулась от обрушившихся на нее эмоций. То, что она поначалу приняла за горы, было домом! Ну, то есть, наверно, домом. Но очень и очень высоким. И блестящим. Из-за одного показался второй дом-гора, потом еще и еще: они то появлялись на фоне темного неба, то снова исчезали. И пусть дома стояли вдали, она уже представила, сколько в такой махине может жить людей, и на голове волосы встали дыбом. Ниджи прильнула к холодному материалу (такому прозрачному, что в окне стоял). На улице было полно людей, джаханов и все мелькало, блестело. Какие-то яркие и разноцветные огни вдоль дороги, надписи, которые заманчиво мигали, когда на них попадали лучи света, бегущие вдоль стен домов вспышки… Город был настолько пестрым, что Ниджи никак не могла понять почему в глазах поплыло: из-за круговорота цветов или опять от волнения. А ведь она только-только успокоилась! – Так значит, планов на этот вечер у тебя нет? – подал голос Берин. Он тоже успел привести себя в чувство, и его лицо вновь приобрело милейшее выражение. Вот только Ниджи уже не хотела продолжать игру в заигрывающих дурочка и дурочку. – Я же сказала, что я ищу… – Да-да, это я понял, – оборвал он ее и украдкой поморщился. – Но так-то ты не занята. Она прищурилась. «На что это он намекает?» – Как насчет того, чтобы провести этот вечер со мной? Еще до того, как она вставила хотя бы слово, Берин продолжил: – Я, конечно, не настаиваю, но сама подумай. Я же помог тебе добраться да города. Поверь, далеко не каждый решился бы взять к себе такую попутчицу. Он хотел добавить еще что-то, но вовремя закрыл рот. Вот только Ниджи и без того все поняла: он намекает на ее странные вопросы и поведение. – Кроме того, я даже денег у тебя не взял. Знаешь ли, мало кто сейчас согласиться бесплатно подбросить кого-либо до города. Да и я же не один буду. Мы сегодня собираемся с одноклассниками. Это что-то вроде вечеринки. Ниджи напряженно разглядывала свои руки. А ведь в чем-то он прав. Пусть его недавняя реакция сильно подпортила впечатление о нем… Зато теперь она знает о людях куда больше и в будущем не допустит таких глупых ошибок. Нельзя отрицать и то, что он действительно привел ее в город. В другой ситуации она бы сразу ответила, что думает, но тон парня заставил ее поколебаться. Отчего-то стало совестно, хотя никакой вины за ней не было. Но Ниджи чувствовала, что расстроит его, если откажется. Примерно тоже она испытывала всякий раз, когда Сарид уговаривала ее погулять с ними еще немного, ведь даже если Ниджи опоздает, ничего плохого не случится … – Людей, конечно, много будет, – он бросил на нее многозначительный взгляд, – но я был бы крайне признателен, если бы тоже согласилась к нам присоединиться. – Ладно, – буркнула Ниджи и отвернулась. «Я согласилась, не потому что он упрашивал меня, – пыталась убедить она себя. – Просто там будет много людей. Может, среди них окажется демонолог. Да! Это было мое осознанное решение. Я просто хочу проверить…» Она могла бы сосредоточиться на городе, но в глазах поплыло настолько, что от домов остались одни силуэты да световые пятна. Тогда Ниджи принялась отсчитывать время, пока вдыхала и выдыхала. Вскоре зрение вернулось в норму, но к тому моменту джахан въехал в какую-то пещеру и остановился. – Приехали, – бросил Берин, нажал на какой-то огонек, и дверь со стороны Ниджи открылась. Ниджи вылезла наружу и напряженно замерла. Пещера была больше ее комнаты, что было заметно сразу, и это несмотря на то, что пустого пространства было совсем мало. Большинство вещей она видела впервые, но могла предположить, что вот там, у стены, стоял шкаф, а это был стол. Так значит, вот так выглядят дома людей? Интересно, а где он спит? Неужели на полу? Она бросил взгляд через плечо на джахан: а может внутри него? Наверно, это удобно. «А где же много народу, что он обещал?» – подумала она, и в тот же миг Берин распахнул дверь, которую она до этого не замечала, и закричал: – Надеюсь, вы не успели выдуть все запасы, пока меня не было! Он с усмешкой кивнул ей и прошел дальше. Ниджи крадучись последовала за ним и оказалась в коридоре. В первую секунду ей вспомнились родные проходы в скалах, но здесь было куда светлее, а еще стены ровненькие, как будто их специально прямыми делали. И освещали все длинные ленты над головой. Ниджи поежилась. Это был не ее мир. Даже запахи были другими – жесткими и очень холодными. Она хорошо знала, что так пахнет только мертвое. Берин распахнул очередную дверь, и воздух тут же заполнила целая смесь живых запахов. Она почувствовала теплоту движений, щиплющую нос кислоту пота и незнакомый сладковатый аромат. – Ребята, мы наконец-то дождались хозяина хаты, – послышался новый голос, а следом раздался хохот. – А мы уж думали, что ты не успеешь к главному блюду. Последняя фраза принадлежала девушке. Это мысль придала Ниджи немного уверенности. – Вы бы без меня к нему даже не приступили, – хмыкнул Берин и вытащил из кармана штанов какой-то мешочек. – Между прочим, я задержался только потому, что пришлось к одному знакомому заехать. Или вы планировали обычный табак покуривать? Ниджи аккуратно выглянула из-за его плеча и быстро прикинула обстановку. Людей и в самом деле было немало. Человек пять кружило вокруг стола, двое шли к Берину, еще несколько болтали в стороне. Возможно, были и другие. Сама комната была не меньше зала собраний в убежище. Вот только Главный специально оставил ее пустой, чтобы в случае чего, все жители могли там поместиться. Здесь же напротив, кто-то постарался и запихнул как можно больше вещей. Если ей придется бежать, она определенно что-то уронит или сама обо что-то запнется. Но куда больше вопросов вызвала прозрачная стена была. А может, ее и вовсе не было? Ниджи пригляделась: с потолка вниз свисала ткань и в конце комнаты она слегка раскачивалась и ее часть исчезала на улице. Выходит, там есть выход. Берин перекинул мешочек подошедшему парню и тут же указал за спину. – Ах да, поприветствуйте Ниджи. Я оказал ей небольшую услугу, подбросил до города, а она взамен вежливо согласилась провести с нами время. Послышался недружный хор, состоящий из «Привет» и неприятного свиста. Какая-то девчонка при виде ее демонстративно закатила глаза и что-то шепнула соседке. Но демон на то и демон, что легко расслышит, как в другом углу скребется жук, что уж говорить о человеческой речи. Другое дело, что Ниджи не совсем поняла, что означала фраза: «Его всегда тянуло на экзотику». Стоящий неподалеку парень налетел на Берина и локтем обхватил его за шею. Будь на его месте Ниджи, она бы, не раздумывая, давно ударила его в живот, чтобы в следующий раз неповадно было неожиданно нападать. – Колись, – зашипел он Берину на ухо, – где такую красотку подцепил. Тот расплылся в самодовольной улыбке. – Ну скажу, и дальше что? – А вдруг и мне что-то перепадет? – И не надейся! – закричал кто-то, стоящий у стола, и махнул рукой. – У него в отличие от тебя машина есть. Парень отпихнул Берина от себя и шутливо взвыл: – Вот вечно вы, богачи, лучших девчонок себе забираете. Хотя бы раз подумайте о простом народе! – Ты выхлебал остатки коньяка, а он тебя даже не послал, – встряла девчонка. – И после этого, говоришь, что он совсем о тебе не думает? Комната затряслась от смеха. Ниджи как стояла в дверном проеме, так и продолжала стоять. Она просто не знала, куда деться. Берин о ее существовании и вовсе забыл: он с несколькими парнями водружал на столе странную конструкцию, похожую на маленькую башенку. От нее тянулась веревка, конец которой держала в руках та самая девушка, что неодобрительно на нее тогда глянула. Она задорно подгоняла парней и через каждую фразу кричала, что обязана попробовать первой. «Я могу сейчас уйти, и никто этого не заметит», – подумала Ниджи. Но по какой-то причине не смогла сделать и шага. «Ладно. Сначала проверю, нет ли тут демонолога». Она двинулась в сторону от компании у стола, но на всякий случай по каждому из них пробежалась глазами. Звезды ни у кого не было. Стоило же ей отвернуться, как дорогу ей преградила неожиданно появившаяся девчушка. – Привет! Я Марго, а ты значит Ниджи? – затрещала она и смело сунула ей что-то в руку. Это отдаленно походило на те стаканы, что они использовали в убежище, только было прозрачным и совсем легким. Внутри плескалась золотистая жидкость. Ниджи опасливо принюхалась. Так вот откуда этот сладковатый аромат! – А ты откуда такая? У тебя одежда необычная. И обувь тоже. Ручная работа, да? «А что не так с одеждой?» На всякий случай Ниджи оглядела себя, но все было как обычно: широкая кофта, перетянутая поясом, штаны, кожаные ботинки… Так в убежище все одевались. Она слышала, что это Главный обучил пару демонов шитью, и те обеспечивали кофтами и штанами остальных жителей. Надо было только изредка приносить им шерсть или кожу. Где их доставали, она, честно говоря, не знала, да и знать не хотела. – О, ты должно быть одна из этих помешанных на экологии, да? – присоединилась к разговору еще одна девушка. Она была немногим выше Ниджи и в каждое свое движение вкладывала немало силы, что было заметно по напряженным мышцам. Ниджи по привычке сделала шаг назад. – Ну вот, зачем ты ей грубишь? – надулась Марго и слегка толкнула ее. – Ой, – опомнилась девушка и смущенно поджала губы. – Я действительно глупость сморозила. Но я же права, ты одна из хиппарей этих? – Керолайн! Ниджи молчала. А что тут скажешь, когда от силы понимаешь только половину речи. Но ей точно стало понятно, что эту Керолайн ничему жизнь не учит. А может, она специально так сказала, чтобы подразнить Марго: последняя была на целую голову ниже, но пыхтела не хуже маленького вулкана. Ниджи соврала бы, если бы не назвала это зрелище забавным. – Вот поэтому тебе тяжело заводить знакомых… – Время искупаться! Крик раздался из-за спины, и Ниджи инстинктивно отскочила в сторону. Стакан выпал из рук, а парень, который должен был ударить ей в спину, налетел на стоящее рядом сиденье и перекувырнулся через него. Пусть еще спасибо скажет, что она не пнула его напоследок. Между тем появился второй парень и легко подхватил Марго на руки. Она тут же завизжала. – Хей, – попыталась встрять Керолайн, но с пола поднялся первый парень и встал между ними. – Да брось, это же просто игра. – Очень тупая, – рявкнула девушка и отпихнула его с пути. Брыкающуюся Марго со смехом вытащили на улицу. Керолайн бросилась следом, а за ней и Ниджи (эти девушки нравились ей больше всех в этом доме, и уж если оставаться с кем-то, то лучше с ними). Территорию у дома от остальной улицы отделяла ограда. Ниджи постаралась прикинуть, сколько бы у нее ушло времени через нее перелезть: тут надо или прыгать, или перелетать. Так или иначе, придется сменить форму. Рядом с выходом была выложенная каменная дорожка, которая тянулась к озеру посреди участка. Вот только и озеро это было слишком правильным. Тут и лесенка была, и вода настолько чистая, что она дно видела, и на стенках ещё синие огоньки светились. Не то что подземное озеро, куда Главный их гнал мыться. А ведь как-то она забыла взять с собой светильник, так что пришлось купаться в темноте. Она тогда подвернула ногу, когда на берегу поскользнулась. – Нет, не надо! – закричала Марго. Ниджи ее поведение казалось странным. Девушка как будто боялась, но совсем немного, а вопила так громко только для вида. Если бы она действительно хотела вырваться, могла бы просто в глаза ему пальцами ткнуть, руки-то свободны. А вот Керолайн так не думала. Она серьезно попыталась догнать парня, но не успела: тот с разбегу прыгнул в озеро вместе с Марго. Всего лишь миг они погружались в обнимку под воду, а после парень разжал объятия, и они оба стали всплывать. Марго потребовалось какое-то время, чтобы сориентировать, поэтому к берегу первым подплыл парень. Однако, как только он приподнялся на руках о землю, над ним нависла Керолайн и с широкой ухмылкой столкнула обратно в воду. – Тебе полезно поплавать, – зло сказала она. – Может, хоть протрезвеешь, идиот. – Это было как-то некрасиво, – протянула Марго, подплыв к ней. – Ага, а то, что он тебя в бассейн кинул ну очень красиво. Керолайн подала ей руку и помогла выбраться. Ниджи настолько увлеклась происходящим, что напрочь позабыла о своих поисках. Она мельком оглядела девушек и плескающегося парня: звезд не было. «Скорей всего, его здесь нет, – здраво рассудила Ниджи и посмотрела на ограду. – Может мне сейчас…» На улицу вывалились еще несколько человек. Кто-то с разбегу прыгнул в озеро, другой повалился со смехом на землю. Девушка что-то кричала, но слова давались ей с трудом. Язык заплетался, так что фразы сливались в бессмысленный поток звуков. А она все продолжала болтать, не замечая, что парни не пытаются слушать ее. «Уж лучше я попробую выбраться тем же путем, что и пришла, – решила Ниджи, когда ребята начали по очереди оборачиваться к ней. – Дурные они какие-то». Кто знает, как они отреагируют, когда она сменит форму. Вдруг, набросятся? Перед тем, как вернуться в дом, она вновь посмотрела на людей и нахмурилась. «Они как-то странно себя ведут». Что именно было неправильным, Ниджи понять не могла. Возможно, то, что движения их были плавными и в то же время неповоротливые. Они как будто только что обнаружили у себя руки и ноги и пытались научиться ими пользоваться. Как только Ниджи сделала шаг внутрь комнаты, голова пошла кругом. Ноги обмякли, и она привалилась к стене. Инстинкты забили тревогу. «Что происходит?» Она попробовала покрепче ухватить за шкаф, но пальцы не двигались. Как бы она не пыталась согнуть их, те только редко подрагивали. «Это магия?» – О, Ниджи, ты как раз вовремя, – послышался голос Берина. Он сидел по центру, в окружении остальных людей, а перед ним на столе стояла прозрачная башенка, внутри которой была залита вода. Ниджи не обратила бы на это сооружение никакого внимания, если бы не дым, поднимающийся из конца веревки, тянущейся из нее. Даже смотреть на него было тяжело: глаза сами закрывались, и ее тянуло в сон. «Это все из-за дыма!» – осознала Ниджи. Комната насквозь пропиталась запахом паленой шерсти. Он забил нос, горло и вот уже жег ее изнутри. Каждый раз, как она вдыхала этот гадкий воздух, колени дрожали все сильнее, а мышцы расслаблялись. Но и заставить себя задержать дыхание было невозможно: тело задыхалось. Ее одолевала дремота. Из головы исчезли все мысли. Остались только инстинкты. Она должна немедленно выйти на улицу. Да, срочно. Если задержится тут хотя бы еще на миг… Ноги сами двинулись назад. Пусть медленно и нехотя, но по крайней мере она еще могла ходить. Для удержания равновесия пришлось упереться о стенку. Ниджи не могла глаз поднять, настолько тяжелыми они стали. Смотрела вниз, на свои же ботинки. Их силуэт то расплывался, да так, что она видела их больше двух, то внезапно все лишние накладывались поверх настоящих и все приходило в норму. Она не заметила, как оказалась на улице. Просто повалилась на колени. Поганый дым был настолько плотным, что напрочь засел внутри нее. Как бы ни пыталась Ниджи глубоко вдохнуть, чистый воздух никак не мог опуститься дальше горла: он натыкался на непроницаемую стену и возвращался обратно. Она уткнулась лбом в холодный камень и хрипло закашляла. Постепенно силы возвращались, и сознание очищалось. По подбородку стекла струйка слюны. Ниджи хотела стереть ее рукой, но не смогла поднять ее. Ниджи украдкой посмотрела на комнату: дым все еще был там. Как голодный хищник, он затаился внутри, готовый набросится сразу же, как она переступит порог. «Нужно бежать», – вторила она инстинктам. Как только у нее хватит сил на смену формы, так сразу же. – Кто бы мог подумать, что ты такая неженка. Это снова был он, Берин. Парень стоял на пороге и издевательски наблюдал, как она корчилась на земле. Ниджи тут же представила, как одним хорошим ударом разбивает ему нос. Он слегка покачивался, значит, на него дым тоже повлиял. Если ему было хотя бы вполовину так же плохо, как и ей, то он не успел бы поднять руку, чтобы защититься, не то, что увернуться. Повезло ему, что она сейчас даже на ноги встать не может. – Кто ж знал, что тебе от одного запаха дурно станет. Я-то думала, что вы, хиппи, и не такой фигней балуетесь. Он слегка растягивал слова, будто ему приходилось подолгу искать нужные. За его спиной раздался грохот, и кого-то вырвало. Взвизгнули девчонки, заржал какой-то парень. Берин с омерзением обернулся. – Инга! – рявкнул он. – Ты бы последила за своим дружком. Он мне сейчас всю хату облюет. – Ага, – послышался растерянный женский голосок. – Я… я уберу все. Сейчас только… Грохот повторился. С таким звуком обычно тела в стены врезаются. Берин неопределенно зарычал. Похоже, слова у него закончились. Тем временем Ниджи более-менее пришла в норму. Мышцы окрепли, так что, пусть немного пошатываясь, но она поднялась с земли и наконец вытерла рукавом лицо. – Что это за гадость такая, – прошипела она. Берин смерил ее недовольным взглядом. – Я за эту гадость так-то немало денег выложил. – И зря, – огрызнулась она. Чем бы эта штука не была – магией, простым дымом, – одно было ясно: оно вредило. «Опасность», – вот, что говорили ей инстинкты, а Ниджи редко перечила им. Она отступила на шаг от дома. Берин заметил это и мгновенно помрачнел. – Ты что, уже уходишь? Он внезапно подался вперед и схватил ее за руку. Пальцы впились в кисть с такой силой, что Ниджи обуял дикий страх. Ноги окаменели. – Отпусти меня, – тихо сказала она. Берин осклабился и потянул ее к себе. – Уже забыла? Я же помог тебе. Она немигающе глядела на его руку. В голове осталась одна единственная мысль. – Отпусти. – Ты же обещала провести этот вечер со мной, разве нет? – протянул парень. – Просто будь лапочкой… В голове Ниджи что-то отчетливо щелкнуло. Все демоны схожи в одном: ничего не заботит их сильнее, чем собственная безопасность. Загони демона в тупик, и он не забьется в угол, а бросится в последнюю отчаянную атаку. Или ты, или тебя. Таков закон. Возможно поэтому демоны стараются как можно быстрее прикончить врага, чтобы тот не открыл в себе новые силы, когда страх сведет его с ума. Ниджи всего лишь моргнула и уже была свободной. Правая рука покрылась шерстью, а вместо пальцев торчали длинные когти. Она сама не заметила, когда сменила форму. С кончика центрального когтя капала кровь. Ниджи в ужасе подняла глаза: Берин стоял напротив, прижимая к окровавленной щеке ладонь. В распахнутых глазах было только искреннее удивление. Он все еще плохо соображал, и просто не понял, что именно произошло. Вокруг начали собираться люди, но и в их взглядах осознания было маловато. С усилием Берин оторвал от лица руку и уставился на красные пятна на пальцах. Ниджи же разглядела у него на щеке две царапины. Совсем неглубокие, пара дней пройдет, и даже шрама не останется. И все же зрелище пугало: крови было много. Она стекала на подбородок, шею. Когда первая капля упала Берину под ноги, он наконец принял случившееся. Лицо его перекосилось. – Стерва… – прошипел он. – Ты сам… – выдохнула Ниджи и попятилась. – Я же говорила тебе… Ребята зашептались. – Это магия? – указал некто на ее руку. – Но как же… – Проклятая девка! – рявкнул Берин и неуклюже бросился на нее. Ниджи не пыталась увернуться: она полностью изменила форму и плюхнулась на землю в виде ящерки. Парень перелетел ее и рухнул на дорожку. – Део, – выдохнули в толпе. – Это чо, реально магия? – Держите ее! – заорал с земли Берин. К Ниджи потянули дрожащие руки. Она ловко проскользнула мимо них и помчалась к ограде. Толпа бросилась за ней. Вперед вырвался один парень. Он почти нагнал ее, когда до ограды остался всего один прыжок… Ниджи опять изменила форму. При виде зверя в два раза больше него, парень повалился на спину и с воплем отполз назад. Толпа застыла. А Ниджи легко перескочила препятствие и оказалась отрезана от них. «Надеюсь, люди не умеют по оградам лазить». * * * С наступлением темноты на улице заметно похолодало. Ниджи поежилась и натянула ворот кофты едва ли не до носа, но он тут же сполз вниз, потому что не был рассчитан на подобное. В мире демонов всегда одинаково тепло было. Почему же у людей все иначе? От истории с дымом осталась только ноющая боль в голове. Ничего страшного: все пройдет, когда она поспит. Надо только найти укромное место. Ниджи оглядывалась на людей, которых становилось все меньше. Она уже не высматривала у них звезды: просто разглядывала, сама не понимая зачем. Все ожидания о приключениях в мире людей рассыпались за один единственный день. Людей было много, очень и очень много, сможет ли она найти демонолога? Если, конечно, он вообще существует. Что если их всех обманули? Быть может, никакого демонолога нет, а их вытащили в мир людей только что с ними со всеми расправится? Ниджи остановилась посреди улицы и устало вздохнула. Что же ей делать? «Я хочу вернуться», – с печалью осознала она. А как ей вернуться? Отыскать людей в плащах? Даже если отыщет, согласятся ли они открыть проход для нее одной? «А что, если я уже никогда не вернусь?» Ниджи свернула в темный проход между двумя домами, затаилась за горой сваленных вещей и оперлась спиной о стену. Она могла бы заплакать, по крайней мере, сделать это было совсем нетрудно: слезы уже собиралась на глазах. Вот только никакие слезы ей сейчас не помогут, а потому она яростно растерла их по лицу. С другой стороны кучи раздался шорох. Ниджи встрепенулась. Если бы это был обычный человек, она бы давно услышала его шаги. Нет, кто-то намеренно подкрался к ней, просто неудачно наступил на что-то шуршащее. Она с вызовом вышла из укрытия. – Кто тут? В двух прыжках от нее стояла низенькая фигурка. Седые волосы, затянутые в хвост, тяжелая одежда, свисающая с опущенных плеч – да это же старушка! Но что-то в ее облике не давало ей покоя. Точно: женщина довольно улыбалась. – Не часто здесь встретишь демона, – тихо сказала она. Ниджи попятилась. «Меня раскрыли? Но как? Я же, вроде, все правильно делала». А может ее выдал тот парень? Неужели тут настолько быстро новости расходятся? Если она сейчас побежит, то старушка вряд ли ее догонит. Надо где-то затаиться и выждать немного времени… – Думаешь о том, чтобы убежать? – влез в размышления голос женщины. – Не стоит. Я не собираюсь тебя никому сдавать. Все же я и сама демон. – Вы?! – не удержался от возгласа Ниджи. Старушка неодобрительно покачала головой и зачем-то приставила палец к губам. – Будешь и дальше так орать, раскроешь нас обоих. Ниджи торопливо зажала рот рукой и только потом задумалась. А с чего бы ей вообще незнакомке верить? Вдруг она обманывает ее? – Недоверие – это хорошо, – кивнула старушка. Да она точно мысли ее читает! – А ты приглядись ко мне. Видишь, воздух вокруг дрожит? Так только с демонами бывает. Ниджи так и поступила. «Сатан, – мелькнуло в голове, – а ведь она права». Вот только заметить это было трудно. – Уяснила? – весело спросила старушка. – Вот и славно. Можешь пойти со мной, если, конечно, не планируешь в этой подворотне ночевать. С этими словами она развернулась и побрела проч. Но вскоре остановилась. – И не сверли взглядом мою спину, – через плечо бросила старушка. – Если не хочешь идти, можешь так и сказать, я не расстроюсь. Ниджи до крови закусила губу. Перед ней, вроде как, стоял демон, а демону довериться было проще, чем какому-то человеку. И ей действительно следовало поскорей найти место для ночевки. Глупо было бы отказаться от такого предложения. «Но…» – Почему вы хотите мне помочь? Ниджи помнила слова парня. В этом мире люди просят что-то взамен. Мало кто решит помогать просто так. Впрочем, обычные демоны тоже так считали. – Почему? – переспросила старушка и равнодушно пожала плечами. – Да мне просто скучно. Можно подумать, демоны тут каждый день встречаются. Скажем так, – она развернулась и наставила на нее палец, – я надеюсь, что ты расскажешь мне о том, что творится в нашем родном мире. Повеселишь меня на старости лет немного. Ну так как? Ниджи не сдержала легкой улыбки. Сделка была бессмысленной и нелепой… На всякий случай она сжала кулак: пальцы слушались ее, мышцы работали как надо. В крайнем случае, постоять за себя она сможет. Но все же ей хотелось верить, что в этот раз все будет хорошо. * * * Стопка проверенных документов давно обогнала нерассмотренные дела и теперь возвышалась над ними, подобно тому, как небоскреб с Солнечной улицы нависает над среднестатистической забегаловкой в два этажа. Забавно, что негласно они уже давно перешли на электронные отчеты, однако начальство день за днем продолжало требовать все на бумаге. Сотрудники обожали шутить что, когда формальная рутина в отделе полностью уйдет в компьютерную сферу, борцы за экологию вздохнут спокойно. Этот рабочий день Луэрида провела, сидя в кабинете и перебирая бумаги. Чем выше по карьерной лестнице поднимаешься, тем реже тебя вызывают на места происшествий. Вместо этого ты почти не покидаешь свое рабочее место и просто раздаешь всем указания. В этом был как минимум один плюс: можно было избежать косых взглядов в спину. Когда дверь распахнулась, впустив на секунду гомон собирающихся подчиненных, она даже не подняла голову. Был только один человек, который позволял себе без стука вламываться в кабинет капитана северного Отдела Семи Паладинов. – Я попрошу вас в следующий раз стучаться, сержант Джонс, – бесстрастно сказала она. – Вы уже вернулись с последнего вызова? – В этом-то и дело, – резко ответил Рафаэль и бесцеремонно бросил ей на стол планшет. Она отстранилась и слегка приподняла брови. – Сержант… – Да-да, – отмахнулся он и указал на экран. – Но вот это реально важно. Он запустил видео с камеры наблюдения, установленной на заднем участке частного дома. В кадре был бассейн, в котором купались люди, а еще парень и девушка. Они о чем-то спорили, пока вторая не «царапнула» его когтями. Луэрида нахмурилась. Она не помнила, чтобы ей когда-либо встречалась магия, позволяющая изменить только часть тела. Кроме того, ее поступок – явное нарушение закона. Хотя, зная того, кого она ударила… – Я правильно понимаю, что вызов поступил из дома сержанта Кокслиша? – уточнила Луэрида. Рафаэль закивал с такой скоростью, что у него волосы по плечам разметались. Он в спешке закинул их обратно за спину и опять указал на планшет. – Один из знакомых его сына сообщил нам, что на них было совершенно нападение странной девушкой. Так как там была замешана магия, мы обязаны были вмешаться… – И что же тут важного? – Луэрида нетерпеливо постучала ногтями по столу. – Я не сомневаюсь, что вы и сами способны с этим делом разобраться. Сержант всплеснул руками. – Если бы все было так просто. Он забрал планшет, что-то отыскал в нем и повернул экраном к ней. Там были какие-то графики и цифры. – И? – непонимающе спросила она. – Это данные с блокаторов магии. Они были установлены по всему дому единой сетью. И сегодня эти дети врубили их на полную мощность. Ни одному магу не хватило бы силы даже на одно заклинание. – Рафаэль вновь напряженно уставился в экран. – Готов поспорить, блокаторы еще пару метров вокруг дома зацепили. Кто ж только додумался такие параметры выставить… Рука Луэриды замерла над столом. – Ты хочешь сказать, что та девушка использовала не магию? – Она выдержала задумчивую паузу. – Может, видео подделано? Сержант беспечно развел руками и плюхнулся в кресло перед ее столом. Планшет он все еще держал в руках и то и дело оглядывалась на него. – Все, находившиеся в доме, подтвердили, что девушка выглядела вполне обычно. По крайней мере до того, как показала коготки. – Рафаэль украдкой хихикнул с собственной шутки. – Но, скажем так, все они находились в не совсем адекватном состояние, так что им и привидится что-то могло. – Отлично, то есть у нас и свидетелей толком нет, – тяжело вздохнула Луэрида. Если бы это была какая-то обычная семья, дело еще можно было бы замять, но ведь вызов поступил из дома ее коллеги, да еще и достаточно известного человека в столице. – Зато есть потерпевший, – продолжал Рафаэль. – Я, конечно, не врач, но раны у него были настоящие. Луэрида обхватила голову руками. Подери демон этого Берина Кокслиша, вечно он влезает в неприятные ситуации, из которых вытягивать его приходится отцу. – Ладно, – заявила она. – Зафиксируй для меня показания всех, кто был в том доме. Я надеюсь, вы опросили соседей? Проанализируй тщательно все показания блокаторов, может, они попросту были неисправны. И попытайся найти что-то на эту девушку. Если вот то, что она сделала, – Луэрида неопределенно махнула рукой, – было магией, она должна быть в базе. За день управишься? Рафаэль расплылся в довольной улыбке. – Так точно, – кивнул он, шутки ради отсалютовал и выскочил в коридор. А Луэрида вернулась к проверке документов, но отчего-то сосредоточится никак не получалась, так что каждый лист она перечитывала по два раза. * * * – Ризар! Он выронил ложку, и та со звоном упала на пол. За то время, что он мыл ее, Аргез успела выкрикнуть его имя еще четыре раза. Больше, чем ее неугомонность, Ризара беспокоил кот. Каждое утро это животное встречало его на выходе из столовой и провожало до основного корпуса. Больше ни к кому кот не оказывал столько внимания. – Ризар! Аргез нашла его, когда он вернулся за стол. – Что? Назло ей он произнес это с явным осуждением (что, к слову, было правдой), но, как всегда, она подвоха не заметила. – Ничто! – воскликнула Аргез и упала на стул напротив. – Ты слышал новость? – Какую? – Понятно, что ты ничего не слышал! –  теперь она его ругала. – Ты самый умный тут и ничего не знаешь! Это тоже относилось к ругани. – А что я должен знать? – А то! Слышал про Берина Коклиша? Разумеется, слышал. Вернее, читал его личное дело. Но, разумеется, вслух бы в этом никогда не признался. – Как? – спросил Ризар, будто слышал это имя в первый раз. – Никак! Он один из самых красивых студентов академии, к тому же умный и богатый! У него еще сестра, кажется, известная. Правда, не знаешь?! Ризар покачал головой, чем вызвал еще больше недовольства. Аргез взревела. – Ты глухая тетеря! Эта новость разлетелась по всей школе мгновенно! Третьеклашки только об этом и говорят! Ризар вздохнул. В большинстве своем, новости, «разлетающиеся мгновенно» – это сплетни, источник которых определить не получится, так сильно он затерялся среди надуманных фактов. Так стоит ли им доверять? – Как я понял, он просто кого-то бросил или что-то в этом духе, да? Он намеренно игрался с ней. – Да нет! – всерьез разозлилась Аргез. – Новость вообще отпад! Говорят, он видел демона! На этих словах внутри у Ризара что-то колыхнулось. Скорей всего, дурное предчувствие дало о себе знать, но он предпочел думать, что виной тому просроченные яйца в омлете (хотя, разумеется, со сроком годности у них все было отлично). – Не может быть, – прошептал он. – Это правда! – продолжала настаивать Аргез. – Сегодня он пришел в школу, а на щеке огромный шрам! Вот такой! – На эмоциях она провела пальцем по щеке, ойкнула, замахала рукой, как бы прогоняя показанное, и уже тише добавила: – Третьеклашки говорят, что там был настоящий монстр. И еще, что он мог колдовать несмотря на блокаторы магии. Ризар погрузился в мысли так глубоко, что, казалось, покинул реальность. Он не услышал, как Аргез попрощалась и убежала к подругам, не заметил, что инстинктивно встал и пошел на уроки, не помнил, что им рассказывали. Все происходило на автопилоте. Ризар думал о демоне. Со времен войны прошло триста лет. Казалось бы, давно пора забыть о них, как о детской страшилке. На всем свете не осталось никого, кто реально встречался бы с демоном или демонологом, и все равно люди продолжали каждый подозрительный шорох на них списывать. Что это было на самом деле? Страх, который передавался на генетическом уровне? Или банальное любопытство? Может, живущим сейчас хотелось узнать на собственном опыте, так ли страшны были чудища из историй предков? С завидной регулярностью, раз в год, а то и чаще всплывали новости, что кто-то где-то увидел демона, и от каждого нового сообщения Ризара парализовал ужас. Вдруг сегодня все окажется правдой? И хотя мозг мгновенно подсчитывал, что вероятность такого события была минимальной, у него не получалось объяснить это сердцу. Да, он боялся. Потому что лучше всех знал, что демонологи реальны. И если уж он, (ребенок!) умудрялся на протяжении пяти лет хранить это в секрете, то вполне возможно, вокруг бродит десятки этих существ. Просто они тоже умеют прятаться. Маги отличаются от обычных людей на физиологическом уровне: за долгие годы эволюции у них изменилась сердечная мышца, а в крови появились новые клетки – староциты. Из справочника по биологии за шестой класс под руководством Д. Конли Староциты – уникальные клетки, синтезируемые в нижнем желудочке, расположенном со стороны правого предсердия, из особых частиц, юнисов, циркулируемых в воздухе и преобразующихся в энергию, которой маги воздействуют на мир. Несмотря на то, что у магов с разным видом магии клетки различаются, это различие незначительно. Уровень магии – числовая характеристика мощности магии. Это условное значение, которое принято вычислять по схеме Дж. Эткинса, который ввел ее в 589 году. От уровня зависит количество староцитов, которое маг может вырабатывать, сохранять в теле, а также масштабность исполняемых заклинаний. Процесс реализации того или иного магического процесса сводится к следующему: 1) Тело мага поглощает юнисы, содержащиеся в воздухе; 2) Юнисы собираются в нижнем желудочке (источнике) и синтезируются в староциты; 3) Часть староцитов остается в источнике, в то время как другая попадает в правое предсердие и начинает циркулировать по крови; 4) Маг преобразует староциты в крови в энергию и направляет ее во внешний мир; 5) После полного завершения любого магического процесса задействованная энергия распадается на юнисы (данный пункт может занимать как несколько минут, так и несколько месяцев). Полное опустошение источника способно привести к летальному исходу. На протяжение всей жизни мага его тело поглощает и перерабатывает юнисы, чтобы получить староциты. Эти клетки сами по себе источают энергию, которая посылает импульсы в сердце и заставляет его биться. Если в источнике (нижнем желудочке) не останется староцитов, то сердце может остановиться. Такие случае были неоднократно зарегистрированы во времена Великой войны. В отличие от обычных людей иммунитет магов значительно слабее, кроме того существует некоторые болезни, которыми могут быть подвержены только последние. Например, состояние Эгьюста, названное в честь ученого, который в пятом веке выделил ее из списка остальных болезней. Это состояние, в которое входит маг, когда в его теле скапливается слишком много староцитов. Тело нельзя заставить прекратить поглощать юнисы, поэтому оно само старается освободить место для новых староцитов. Для этого состояния характерны следующие симптомы: ·  Усталость; ·  Головные боли; ·  Головокружение; ·  Проблемы со сном; ·  Защемление мышц; ·  Кратковременные потери сознания; ·  Неконтролируемые всплески магии. Глава 3 Солнце только поднялось над городом, а Ниджи уже была на ногах. Поиски демонолога продолжались. Изменились лишь методы: вместо того, чтобы бессмысленно бегать и рассматривать людей, она старалась сконцентрироваться на собственных ощущениях. Морти (так назвала себя старушка-демон) рассказывала ей, что магия демонолога сильно отличается от обычной, а потому ее легко можно почувствовать. «Это как запоминающийся запах», – рассуждала про себя Ниджи. Свободное от «поисков» время уходило на изучение мира людей. Например, она много гуляла и наблюдала издалека, но порой решалась проверить, на что они на самом деле были способны: Морти, конечно, делилась с ней едой, но все же привычка подворовывать никуда не делать. Благодаря ее наработанной за жизнь стратегии, еще никто даже близко подойти к ней не сумел. Ниджи бесшумно прокралась по коридору на кухню. Еда, как и обычно, ждала в холодильнике. Этому и другим новым словам ее научила Морти, а взамен, как и предупреждала, попросила рассказать о мире демонов. «Глупая плата», – вспомнила свои бессвязные истории об убежище Ниджи и поспешно сунула в рот кусок хлеба. Она решила есть стоя – хотелось поскорей разделаться с завтраком и отправиться на поиски. Отчего-то с самого утра ее преследовало ощущение, что сегодня должно случиться что-то ну очень важное. – Хоть бы чайник подогрела для приличия. Голос Морти раздался настолько внезапно, что она подавилась. Ниджи в это время как раз сделала глоток холодного чая, который еще с прошлого вечера остался. В горле запершило, и на глазах выступили слезы. Старушка смерила ее уставшим взглядом, прошла к плите и зажгла огонь. После чего указала на него рукой, как бы намекая, что именно это ей следовало сделать. – Я не хотела… – хрипло сказала Ниджи, – не хотела будить тебя. Это было правдой. За те ночи, что она провела в этой квартире, ей так и не удалось выяснить, по какому расписанию живет Морти. Она ложилась то раньше ее, то позже, а то и вовсе не спала. Ниджи хорошо помнила, какой скандал закатывал Главный, если кто-то нарушал установленный им режим и начинал шуметь раньше положенного, а потому постановила для себя, что в любое время будет лучше всего вести себя тихо. Не хотелось навлекать на себя гнев хозяйки. Кажется, Морти собралась ответить ей какой-то резкой фразой, но вместо этого вздохнула и принялась смешивать в кружке темный порошок с белым – готовила кофе. – Ты и сегодня будешь на крыше сидеть? – спросила она. – Конечно же! За время, проведенное здесь, Ниджи довелось несколько раз ощутить поток необычной магии. Он походил на холодный порыв ветра. Когда Ниджи оказывалась у него на пути, тело охватывала нетерпеливая дрожь. Разумеется, она пыталась найти источник этой магии, но попросту не успевала: в последний раз след исчез на границе города. Если это и был демонолог, то находился он не здесь. Не так давно Ниджи решила каждый день отсиживаться на крыше, в ожидании того самого порыва магии. Так ей не придется тратить драгоценные мгновения на сборы, когда он появится, – она броситься за ним сразу же. – Похвальная целеустремленность, – улыбнулась Морти. Чайник запищал. Ниджи инстинктивно отшатнулась – до сих пор к нему не привыкла, но по крайней мере уже не норовила выпустить когти. – Тогда я пойду, – буркнула она, пока старушка возилась у плиты. Была еще одна причина, по которой не хотелось будить Морти: при каждой их встрече та заставляла повторять… – Ну-ка постой. А ведь ей почти удалось смыться. До двери было меньше прыжка. Возможно, протяни она руку, даже за ручку смогла бы ухватиться. Но все равно остановилась. Морти удобно устроилась за столом и указала на стул напротив. – Мне лучше пойти, – начало было Ниджи. – Ну, знаете, я тут останусь, а там это, поток… – Сядь. Старушка не кричала, говорила спокойно. Разве что в голосе промелькнула естественная строгость. И все же Ниджи расслышала вместе с тем невероятную силу, подобную той, которой обладал Главный. Не было и мысли противиться, поэтому она послушно заняла указанное место. Но ей и в самом деле следовало торопиться! – Ты же помнишь все, что я тебе рассказывала? – размеренно помешивая ложкой кофе, спросил Морти. Ниджи вновь закатила глаза. Да она скорей свое имя забудет, чем эти истории. – Все я помню. Старушка махнула рукой, призывая говорить дальше. Ниджи нервно затрясла ногой. Какой вообще смысл раз за разом все повторять? Но сказать это вслух не посмела, и только глухо протараторила: – Когда-то была война. Люди обвинили в ней демонологов, хотя на самом деле виноваты были люди из некоего братства. А потом всех демонологов убили, но на самом деле как бы не всех. Теперь я должна найти демонолога, потому что ему угрожает опасность. Так? Ниджи подняла взгляд: старушка выглядела сонной. Интересно, она вообще ее слышала? Именно в этот момент Морти заморгала. – В принципе правильно, – протянула она и зевнула. – Я могу идти? Еще до того, как вопрос прозвучал полностью, Ниджи вскочила. Но ее остановил тихий стук ногтей о стол. – Ключи. – Да-да. – Она сунула руку в карман штанов и со звоном выудила оттуда связку. – Когда я найду демонолога, мне надо будет отдать их ему. А уж он укажет дорогу к дому. Ниджи демонстративно потрясла ими в воздухе. – Теперь все? Морти отрешенно глядела в кружку, из которой так и ни разу не отпила. – Все. «Наконец-то!» Ниджи сунула ключи обратно и вприпрыжку бросилась к двери. Морти просила не шуметь на лестничной площадке, так как в доме была «хорошая слышимость» (что бы это ни значило), а соседям не следовало знать о том, что у нее иногда Ниджи ночует. Пять пролетов вверх – и вот она стоит на чердаке. Среди знакомых гор из коробок, покрытых пылью чемоданов и завязанных пакетов затесались новые сумки, которые, наверно, недавно принесли сюда. У людей было так много вещей, что они часто что-то выбрасывали. Ниджи пробиралась к люку, не обращая внимания на шуршание грызунов. Помнится, когда она оказалась тут в первый раз, ей показалось, что за ней кто-то следит. А когда послышался топот о пол, сработали демонические инстинкты, и Ниджи легко поймала мышь, но тут же отпустила. С того дня зверек начал следовать за ней от входа до выхода, стоило ей появится наверху. – Чего вылупилась? – буркнула она в сторону мыши. Та сидела между двух коробок и с интересом наблюдала за тем, как Ниджи, кряхтя и проклиная невесть кого, пыталась открыть люк наружу. Для этого пришлось опереться о него спиной и руками. Когда тот наконец распахнулся, ей на лицо упали две холодные пушинки. Морти когда-то пыталась рассказывать ей о зиме и снеге, но Ниджи заявила, что это ерунда бессмысленная. Ну как может с неба сыпаться замерзшая вода? Она видела лед в холодильнике, но не могла представить, чтобы тот просто так лежал на улице. А теперь он сыпался ей на голову. Ниджи вытянула вперед ладони, поймала несколько хлопьев, но не успела их рассмотреть, как те уже растаяли. В руках остались только мелкие лужицы. «Это точно магия». Снег не задерживался на улице: стоило ему упасть на землю, как он вскоре таял. С крыши хорошо были видны люди. Кое-то из них указывал в небо, дети смеялись и пытались поймать хлопья ртом. Чему они так ему радуются? Можно подумать, это они, а не Ниджи, видели снег впервые в жизни. И все же зрелище завораживало. Казалось, город накрыл волшебный дождь. Капли не торопились достичь земли и разбиться – они парили. Ниджи наблюдала за полетом одной снежинки, а когда та спускалась к глазам, переключалась на новую. Потом еще и еще… Только грохот люка, который она забыла закрыть, заставил ее прийти в себя. Ниджи подскочила и в ужасе уставилась на дверь в крыше в надежде, что этот шум никого не побеспокоил, а то тут же «хорошая слышимость». Не хватало еще, чтобы кто-то со злости явился за ее головой. * * * На уроках Ризара перестали спрашивать уже после первой недели учебы. Академия славилась своими преподавателями с высокими учеными степенями, чью гордость, тем не менее, было легко задеть. Поэтому учителя не горели желанием вступать с ним в дискуссии, в которых вероятность их победы не равнялась абсолютной единице. Но надо отдать ему должное: с его появлением педагогический коллектив значительно сплотился. Если раньше их разговоры ограничивались вежливыми пожеланиями удачного дня, то теперь они собирались в конце каждой недели в учительской и жаловались друг другу на то, как этот невоспитанный вундеркинд чуть снова не сорвал занятие. Чаще всего его обвиняли в том, что он подрывал авторитет преподавателя (любой человек может допустить ошибку, но Ризарий словно видел в этом трагедию мирового масштаба, а потому достаточно саркастично поправлял учителя), не проявлял к занятиям должного внимания (нередко его можно было застать за каким-то сторонним делом, но при этом он безошибочно мог ответить на неожиданный вопрос), а также позволял себе резкие выражения (говоря точнее, Ризар имел на многие темы категоричное мнение, которое шло вразрез с программой академии). Порой учителя намеренно подолгу вычитывали его работы в попытке отыскать какую-либо неточность, к которой можно было придраться, но тщетно: он всегда и все делал идеально. Только один преподаватель не трепетал от его упоминания. – Может, голова у этого паренька и неплохо работает, – говорил тренер по физической подготовке, – но на деле-то он самый обычный ребенок, еще и хлюпик к тому же. Прочие учителя поглядывали на него с завистью, ведь их коллега так ни разу и не встретился с Ризарием во время проведения занятий. Причиной тому был сам Ризар, который намеренно прогуливал физкультуру и все то время, что его одноклассники наворачивали круги вокруг спортивного комплекса, проводил в библиотеке. За такое вопиющее нарушение было впору исключить, да только сам директор покрывал юного гения. Тот уже взял первенство в нескольких областных олимпиадах, на очереди были империальные. И никто не сомневался, что он пройдет еще дальше. – Опять пришел, Скайлез? В библиотеке, надо сказать, встречали его не слишком радушно. Каждый раз смотрительница бубнила что-то о том, что он многое себе позволяет, в то время как он искал себе место за компьютером. Большинство книг, хранившихся здесь, уже было перенесено в электронную базу, но часть из них все же приходилось искать на стеллажах, только чтобы потом понять, что ничего нужного в них не было. Так и сейчас ему пришлось смириться, что старые издания трудов Д. Конли, в отличие от его учебников, никто еще не успел оцифровать, а значит придется тащится за ними аж на второй этаж. Ну, надо, так надо. Изначально библиотека являлась обычным архивом, где были собраны все необходимые для будущих сотрудников Отдела данные, но незадолго до смены статуса академии здесь провели капитальный ремонт. Высокий потолок расписали древними сюжетами о вечном соперничестве ангелов и демонов – мистических существ, отличающихся только тем, что одни были красивыми, а другие – уродливыми. Изображения разделяла позолоченная лепнина – лозы виноградов, – а от пола до потолка тянулись толстые книжные шкафы из красного дерева, забитые тысячью старинных книг, фолиантов и рукописями, собранными со всей планеты. Настолько обширная библиотека являлась настоящим достоянием академии. Поступать сюда можно было только ради получения доступа к ней. Когда он возвращался к столу с книгами, взгляд невольно зацепился за еще одну гордость академии – уникальный портрет семи паладинов во всю стену. Их лидер, Яндреу Эристави, стоял на телах демонологов, походивших на свиней. По его правую руку расположился верный друг, вместе с которым они освободили Висторию, Дарнир Шеро. За ними по обе стороны расположились волшебница Ванесса Грант, маг Кортимер Мартерия, воительница Чжен Сима, стрелок Олган Казерес и стратег Седжен, который впоследствии взял имя Сейлур Краузре. Портреты выглядели настолько реалистичными, а позы естественными, что, казалось, художник писал картину с натуры. Возможно, кто-то действительно верил в это, но не Ризар: как и многие другие, он знал историю на отлично и помнил, что Дарнир Шеро и Ванесса Грант погибли в последний месяц военных действий. Статус паладинов им присвоили уже посмертно. Герои будто только что покинули поле боя. У каждого из них было не одно ранение, но все они с надеждой смотрели в светлое будущее. За их спинами развивались флаги стран и империй, которые они освобождали шаг за шагом. Батальная и торжественная картина поражала настолько сильно, что Ризар специально искал такое место, откуда ее видно не будет. Ему всегда казалось, что среди тел погибших демонологов был он сам. Почти оба занятия по физической подготовке, что стояли в расписании, Ризар провел за чтением трудов Д. Конли по биологии. Он надеялся отыскать способы справиться с одолевшей его болезнью. Все чаще появлялось головокружение, а несколько дней назад, когда он проснулся, обнаружил, что одеяло покрылось ледяной коркой. Все это являлось симптомами состояния Эгьюста. Вылечиться можно было лишь одним способом – избавиться от застоявшихся староцитов. В задумчивости Ризар провел по странице пальцами. Другими словами, ему необходимо было запустить масштабный магический процесс. Что бы такое придумать? Еще до окончания второго урока, Ризар покинул библиотеку. Однако стоило ему распахнуть дверь, как та с грохотом в кого-то врезалась. – Что ты творишь?! Ризар поднял раздраженный взгляд на парня, стоящего у входа. Думается, даже если бы тут висела табличка «Осторожно, дверь», он бы об нее еще и оперся. Четвероклассник (цифра на воротнике пиджака говорила сама за себя) был значительно выше его и глядел сверху-вниз со злостью, смешанной с омерзением. Внезапно он расплылся в ехидной улыбке. – А, так ты первогодка. Он выглядел точно так же, как на фотографии, которая была прикреплена к досье: прямоугольное лицо, глубоко посаженные глаза, придающие ему суровый вид, темные волосы, уложенные на правый бок. Типичный пример мальчика, которого у девочек принято возводить в культ, и, судя по репутации Берина Кокслиша, так и было. Его окружали шестеро таких же подтянутых и широкоплечих парней (разве что с лицами им повезло куда меньше), скорей всего, одноклассники. И каждый из них глядел на «предводителя» компашки с гордостью. – Ну что, – сказал Берин, – как будешь просить прощения, мелюзга? Он поправил воротник, так что луч света попал на цифру четыре и больно ударил по глазам Ризара. Тот поморщился. Друзья Берина заржали, скаля зубы, и демонстративно принялись хрустеть костяшками. На лице каждого было написано, что они ждут не дождутся шанса показать выпендрившемуся новичку его место. Все повторялось. При виде шрама на щеке Берина, Ризар невольно усмехнулся. Красиво нарисовано, но этого мало, чтобы обмануть его. Ризар слишком хорошо знал, как выглядят настоящие шрамы. – Чего молчишь? – ласково протянул Берин. – Боишься? Не бойся. Я мелких не бью, поэтому, если ты сейчас же попросишь прощения, я оставлю тебя в покое. Гогот ребят заглушил звонок. Довольно иронично было осознавать, что его могут побить под мелодию, прославляющую деяния людей. В коридоре появились первые зеваки. Совсем скоро вокруг них соберется большая толпа. – Я жду, – поторопил Берин. – Какое мне есть дело до человека, который так старается произвести на других впечатление, что рисует себе шрам? Ризар был абсолютно спокоен. В отличие от этого олуха, он обладал кое-чем ценным – головой с работающими мозгами. Берин заметно побагровел, а ученики вокруг зашептались. Они еще надолго запомнят первого красавца академии с красной от ярости физиономией. – Интересно, как я узнал? – продолжал Ризар. – Просто увидел. И если тебе никто об этом до сих пор не сказал, то, поздравляю, ты собрал вокруг себя людей, которым на самом деле плевать на тебя. Дружки Берина обменялись вопросительными взглядами, не зная, смеяться им над словами наглого мальчишки, или же плакать, так как тот вывел Берина из себя. Они как никто знали, что в таком состояние ему плевать, кто под горячую руку попадется. Некоторое время толпа разглядывала Берина. Его-то любой в академии узнал бы сразу, а вот Ризара в лицо не знал никто, кроме одноклассников (и тем пришлось бы еще минут пять вспоминать). Когда зеваки устремили на него сочувственные взгляды, стало ясно, что они прогнозируют его верную смерть. Посмотрим. К удивлению Ризара, Берин не сразу ринулся в бой. Вместо этого он глубоко вдохнул и рассмеялся. – Уж не тот ли это гений, что держит в страхе всех учителей? – Сам додумался? – с вызовом ответил Ризар. Он никогда не жаловался на свой низкий рост. Не повезло с набором генном и все. Правда, слишком часто люди повыше смотрели на него, как на противное насекомое. К такому, конечно, привыкаешь, но легкий налет обиды все равно остается. – Выходит, я прав. Ты тот самый Ризарий Скайлез. Ризар искоса оглядел азартные лица в толпе. Снаружи он никак не поменялся, но вот внутри… Стук сердца постепенно ускорялся. Может, эти люди и не знали его лица, но зато слышали имя, а еще были знакомы с его репутацией. И той самой историей. Ожидания от их с Берином потасовки мигом возросли: в голодных глазах читалась жажда зрелища. – Наш физрук говорит, что ты лишь болтать горазд, – протянул четвероклассник, его друзья одобрительно загалдели. – Правда? – без интереса уточнил Ризар и как бы невзначай отбросил сумку с плеча в сторону. – Точно, – угрожающе осклабился Берин. – А раз так, мне ничего не стоит побить тебя! Крик положил начало их драке. Толпа оглушающе взвыла. Однако, кулак, который должен был попасть в нос Ризару, разрезал воздух и едва не задел кого-то из зевак: Ризар успел отскочить в последний момент. Второй удар – опять промах. Шаг влево, вправо. Два назад. Ризар ловко избегал атаки, немного перенося тело в сторону. Удар вправо, влево. Он уклонился сначала в одну потом в другую сторону. В толпе повисло громкое «Ах!». Тот самый Берин Кокслиш проигрывал какой-то малявке! Хотя стоит ли засчитывать это за поражение, ведь сам мальчик ничем ему не ответил. Вперед зевак вылезли первогодки и начали с хохотом поддразнивать старшеклассника. – Предсказуемо, – без капли эмоций выдал Ризар и отклонил голову совсем чуть-чуть, позволяя кулаку пролететь в паре сантиметров. Берин замер с поднятыми руками. Ризар воспользовался этим моментом, чтобы восстановить сбившееся дыхание. Хоть он и старался не показывать этого, но с каждым скачком ему становилось все тяжелее. В свое время Ризар потратил немало усилий, чтобы разобраться в теории рукопашного боя. Он легко подмечал, как перед выпадом напрягаются мышцы, быстро представлял траекторию будущего удара, просчитывал возможные стратегии нападающего. И этого хватало, чтобы даже с его ловкостью, избежать пару тумаков. Но кроме знаний, у него еще был предел, после которого он уступит в скорости и проиграет. И предел этот стремительно приближался. – Только и умеешь, что убегать! – закричал Берин и вновь нанес удар. Ризар метнулся в сторону толпы за секунду до атаки, и только это его спасло. – По правилам академии драки запрещены, – снисходительно пояснил он. – В отличие от богача, вроде тебя, я за свое место держусь. Мне не нужны проблемы. Но так как я даже не пытался тебя ударить, выходит, дрался только ты. – Что ты несешь?! Берин бил – Ризар уклонялся. Казалось, это могло бы продолжаться вечность, но вскоре всем стало ясно, что силы Ризара постепенно сходят на нет. В какой-то момент он запнулся о собственную ногу и едва не налетел на первогодку. Део! Если бы это было настоящее сражение, в котором можно было использовать магию, он бы этого Берина уложил еще в первую минуту. Но сейчас они просто играли. Если он как-то навредит своему сопернику на глазах у такой толпы, его мигом поставят обратно на учет в Отделе. Кислород заканчивался слишком быстро, дышать стало почти нечем. Ризар скосил глаза на коридор, где, как штормовое море, бушевали зрители. Поскорее бы явилась заместитель директора. Движение справа! Ризар обратил внимание на напряженные мускулы. Собирается оттолкнуть его назад? Ага, ловушка. Он наклонил голову и присел, а Берин пролетел мимо и врезался в стену под гром аплодисментов. – Тебе конец, – рявкнул парень и бросил в толпу ненавистный взгляд. Ризар невольно усмехнулся. – Уверен? Что-то пока я не заметил ни намека на твою победу. – Хватайте его! – гаркнул Берин. Ризар почувствовал, как руки грубо скрутили за спиной. Ударили сзади по ногам – он рухнул на пол. Поморщился от резкой вспышки боли в коленях, но тут же опомнился и вернул лицу надменное выражение. То самое, за которое его так ненавидят. – Даю тебе последний шанс, – прошипел Берин и угрожающе навис над ним. Прямо как скала, которая вот-вот рухнет. – Если извинишься вот так, на коленях, я тебя пощажу. Что выбираешь? Если уж играть негодяя, то играть до последнего мгновения. – А сам-то как думаешь? – Ризар растянул губы в ехидном оскале. – Поднимите его на ноги. Не люблю бить лежачих. Его подняли настолько резко, что голова закружилась. Ризар тяжело задышал: рассмеяться сейчас было бы очень неуместно, и все же это было именно тем, что ему вдруг захотелось сделать. До чего поразительна жизнь! Все повторялось. Но сейчас Ризар был куда сильнее. Он обладал магией и хитростью. И не было в мире ничего, что могло бы переиграть это сочетание. Опытные маги способны высвобождать староциты не только через руки, но даже через ступни. В этом случае нет необходимости касаться земли, чтобы быстро провернуть какое-либо заклинание. Так и Ризар: он направил магию в пол, и плитка за ним покрылась льдом. Берин намеренно долго замахивался. Это было своего рода жертвоприношение в его честь. Он хотел продемонстрировать всем, что никто не смеет насмехаться над ним, даже первогодка. И наконец… Удар! Из последних сил Ризар подался в сторону. Парни пытались удержать его на месте, но поскользнулись. Все трое полетели на пол. Кто-то закричал. Показалось, словно плечо выскочило из сустава. Болезненный разряд прошелся по всей руке. На секунду он даже пальцы ощущать перестал. Ризар сцепил зубы, чтобы не застонать. Скорей всего, это просто неприятный ушиб, после которого останется синяк. Не страшно. Его все равно никто не увидит. Голову заполонил гул, сквозь которое не могло пробиться ни единое слово. Он попытался подняться, как вдруг воротник сжался вокруг горла. – Ты покойник, – все-таки расслышал Ризар слова Берина. Тот схватил его за пиджак и поднял так, что их лица оказались на одном уровне. Ризар висел в воздухе, чудом не задыхаясь в одежде, как в петле. Он осторожно оглянулся: там, где его держали еще секунду назад, по полу катался дружок старшеклассника. Парень обхватил руками лицо и истошно выл. При виде крови на пальцах, Ризара замутило, и он спешно отвернулся. Но все равно продолжал ухмыляться. – Я сотру это наглое выражение с твоей рожи! – заорал Берин и занес руку… – Это еще что такое?! Миг – и толпа растаяла в воздухе. Даже товарищи Берина исчезли, завидев заместителя директора на горизонте. Только смотрительница библиотеки застенчиво выглядывала из-за двери. – Ничего, – промямлил Берин, натянул вежливую улыбку и медленно поставил Ризара на пол. – Как я и думала, – грозно зарычала женщина, – драка. Опять ты, Берин Кокслиш, к маленьким пристаешь? – Что вы, – прошипел тот сквозь зубы, – мы просто вели светскую беседу, которая постепенно переросла в эмоциональный спор. Завуч с презрением осмотрела место происшествия (к тому моменту лед почти полностью растаял и был уже незаметен). С хмурой миной она подняла хнычущего четвероклассника, который продолжал прикрывать нос, словно боялся, что тот отвалится. Перед тем как отвести его в медпункт, она оглянулась: – Не ожидала, что увижу здесь Ризария Скайлеза. Тот пожал плечами и состроил невинное лицо. Заместительница поморщилась и крикнула: – Разошлись немедленно! Берин оскалился и потопал к лестнице на второй этаж. Ризар чувствовал его взгляд, когда поднимал с пола сумку, и тихо порадовался, что идти ему предстоит в другую сторону. На урок он опоздал. Без стука распахнул дверь в класс, бросил формальное «Извините» и занял уже родную парту в последнем ряду. Мистер Деметр, преподаватель основ магии, замялся при виде его, а когда в кабинет заявилась Лиора, выдохнул: – Вот все и собрались. Ризар наблюдал за дергающимся учителем с издевкой. Этот человек представлял из себя настоящие ничтожество. Чудо, что такого как он вообще приняли на работу в академию. – Сегодня мы поговорим об источнике магии и уровнях. Ризар его не слушал. Как обычно, он занялся упражнениями, предоставленными для самостоятельного решения. Когда с половиной было покончено, Ризар переключился на свежий выпуск научного журнала. Но как только он открыл первую статью, раздался тихий треск: от пальцев обеих рук по столу расползались ледяные змейки. Ризар отдернул их, и ощутил, как температура вокруг него начала падать. В глазах потемнело. В этот раз все происходило куда быстрее. Не было предупреждающей боли. – Мистер Скайлез? – послышался вдалеке голос учителя. – С вами все хорошо? Когда Ризар уже собрался ответить, сознание покинуло его. * * * Лиора едва сдерживалась, чтобы не уставиться на Ризария. Вместо этого она упрямо глядела в окно, хотя смотреть там, откровенно говоря, было не на что. Интересно, что творилось в его голове, что он решил сцепиться со старшеклассником? Захотел вернуть то время, когда с ним психологу приходилось работать? А впрочем, это не ее дело. Лиора кивнула собственным мыслям. Она всего лишь наблюдатель. Ее задача – проанализировать его поведение и выявить какие-либо подозрительные отклонения, если такие будут… Но как тут проанализируешь, когда ей даже смотреть на него противно. В этом заносчивом мальчишке раздражало буквально все! Его пустой взгляд, дворовые манеры, надменная ухмылочка и, конечно, ум, из-за которого он постоянно брал первые места. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=66184264&lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО