Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Самые остроумные афоризмы и цитаты

Самые остроумные афоризмы и цитаты
Самые остроумные афоризмы и цитаты Омар Хайям Омар Хайям построил классификацию кубических уравнений, создал более точный по сравнению с европейским календарь, который официально используется с XI века в Иране, однако больше всего во всем мире знамениты его четверостишия – рубаи! Они полны юмора, лукавства, здорового цинизма и дерзости! Читайте и поднимайте себе настроение. Омар Хайям Самые остроумные афоризмы и цитаты * * * Без хмеля и улыбок – что за жизнь? Без сладких звуков флейты – что за жизнь? Все, что на солнце видишь, – стоит мало. Но на пиру в огнях светла и жизнь! * * * Один припев у Мудрости моей: «Жизнь коротка, – так дай же волю ей! Умно бывает подстригать деревья, Но обкорнать себя – куда глупей!» * * * Живи, безумец!.. Трать, пока богат! Ведь ты же сам – не драгоценный клад. И не мечтай – не сговорятся воры Тебя из гроба вытащить назад! * * * Ты обойден наградой? Позабудь. Дни вереницей мчатся? Позабудь. Небрежен Ветер: в вечной Книге Жизни Мог и не той страницей шевельнуть… * * * Что там, за ветхой занавеской Тьмы В гаданиях запутались умы. Когда же с треском рухнет занавеска, Увидим все, как ошибались мы. * * * Мир я сравнил бы с шахматной доской: То день, то ночь… А пешки? – мы с тобой. Подвигают, притиснут – и побили. И в темный ящик сунут на покой. * * * Мир с пегой клячей можно бы сравнить, А этот всадник, – кем он может быть? «Ни в день, ни в ночь, – он ни во что не верит!» – А где же силы он берет, чтоб жить? * * * Умчалась Юность – беглая весна — К подземным царствам в ореоле сна, Как чудо-птица, с ласковым коварством, Вилась, сияла здесь – и не видна… * * * Мечтанья прах! Им места в мире нет. А если б даже сбылся юный бред? Что, если б выпал снег в пустыне знойной? Час или два лучей – и снега нет! * * * «Мир громоздит такие горы зол! Их вечный гнет над сердцем так тяжел!» Но если б ты разрыл их! Сколько чудных, Сияющих алмазов ты б нашел! * * * Проходит жизнь – летучий караван. Привал недолог… Полон ли стакан? Красавица, ко мне! Опустит полог Над сонным счастьем дремлющий туман. * * * В одном соблазне юном – чувствуй все! В одном напеве струнном – слушай все! Не уходи в темнеющие дали: Живи в короткой яркой полосе. * * * Добро и зло враждуют: мир в огне. А что же небо? Небо – в стороне. Проклятия и яростные гимны Не долетают к синей вышине. * * * На блестку дней, зажатую в руке, Не купишь Тайны где-то вдалеке. А тут – и ложь на волосок от Правды, И жизнь твоя – сама на волоске. * * * Мгновеньями Он виден, чаще скрыт. За нашей жизнью пристально следит. Бог нашей драмой коротает вечность! Сам сочиняет, ставит и глядит. * * * Хотя стройнее тополя мой стан, Хотя и щеки – огненный тюльпан, Но для чего художник своенравный Ввел тень мою в свой пестрый балаган? * * * Подвижники изнемогли от дум. А тайны те же сушат мудрый ум. Нам, неучам, – сок винограда свежий, А им, великим, – высохший изюм! * * * Что мне блаженства райские – «потом»? Прошу сейчас, наличными, вином… В кредит – не верю! И на что мне Слава: Под самым ухом – барабанный гром?! * * * Вино не только друг. Вино – мудрец: С ним разнотолкам, ересям – конец! Вино – алхимик: превращает разом В пыль золотую жизненный свинец. * * * Как перед светлым, царственным вождем, Как перед алым, огненным мечом — Теней и страхов черная зараза — Орда врагов, бежит перед вином! * * * Вина! – Другого я и не прошу. Любви! – Другого я и не прошу. «А небеса дадут тебе прощенье?» Не предлагают, – я и не прошу. * * * Ты опьянел – и радуйся, Хайям! Ты победил – и радуйся. Хайям! Придет Ничто – прикончит эти бредни… Еще ты жив – и радуйся, Хайям. * * * В словах Корана многое умно, Но учит той же мудрости вино. На каждом кубке – жизненная пропись: «Прильни устами – и увидишь дно!» * * * Я у вина – что ива у ручья: Поит мой корень пенная струя. Так Бог судил! О чем-нибудь он думал? И брось я пить, – его подвел бы я! * * * Блеск диадемы, шелковый тюрбан, Я все отдам, – и власть твою, султан, Отдам святошу с четками в придачу За звуки флейты и… еще стакан! * * * В учености – ни смысла, ни границ. Откроет больше тайный взмах ресниц. Пей! Книга Жизни кончится печально. Укрась вином мелькание границ! * * * Все царства мира – за стакан вина! Всю мудрость книг – за остроту вина! Все почести – за блеск и бархат винный! Всю музыку – за бульканье вина! * * * Прах мудрецов – уныл, мой юный друг. Развеяна их жизнь, мой юный друг. «Но нам звучат их гордые уроки!» А это ветер слов, мой юный друг. * * * Все ароматы жадно я вдыхал, Пил все лучи. А женщин всех желал. Что жизнь? – Ручей земной блеснул на солнце И где-то в черной трещине пропал. * * * Для раненой любви вина готовь! Мускатного и алого, как кровь. Залей пожар, бессонный, затаенный, И в струнный шелк запутай душу вновь. * * * В том не любовь, кто буйством не томим, В том хворостинок отсырелых дым. Любовь – костер, пылающий, бессонный… Влюбленный ранен. Он – неисцелим! * * * До щек ее добраться – нежных роз? Сначала в сердце тысячи заноз! Так гребень: в зубья мелкие изрежут, Чтоб слаще плавал в роскоши волос! * * * Пока хоть искры ветер не унес, — Воспламеняй ее весельем лоз! Пока хоть тень осталась прежней силы, — Распутывай узлы душистых кос! * * * Ты – воин с сетью: уловляй сердца! Кувшин вина – и в тень у деревца. Ручей поет: «Умрешь и станешь глиной. Дан ненадолго лунный блеск лица». * * * «Не пей, Хайям!» Ну, как им объяснить, Что в темноте я не согласен жить! А блеск вина и взор лукавый милой — Вот два блестящих повода, чтоб пить! * * * Мне говорят: «Хайям, не пей вина!» А как же быть? Лишь пьяному слышна Речь гиацинта нежная тюльпану, Которой мне не говорит она! * * * Развеселись!.. В плен не поймать ручья? Зато ласкает беглая струя! Нет в женщинах и в жизни постоянства? Зато бывает очередь твоя! * * * Любовь вначале – ласкова всегда. В воспоминаньях – ласкова всегда. А любишь – боль! И с жадностью друг друга Терзаем мы и мучаем – всегда. * * * Шиповник алый нежен? Ты – нежней. Китайский идол пышен? Ты – пышней. Слаб шахматный король пред королевой? Но я, глупец, перед тобой слабей! * * * Любви несем мы жизнь – последний дар? Над сердцем близко занесен удар. Но и за миг до гибели – дай губы, О, сладостная чаша нежных чар! * * * «Наш мир – аллея молодая роз, Хор соловьев и болтовня стрекоз». А осенью? «Безмолвие и звезды, И мрак твоих распушенных волос…» * * * «Стихий – четыре. Чувств как будто пять, И сто загадок». Стоит ли считать? Сыграй на лютне, – говор лютни сладок: В нем ветер жизни – мастер опьянять… * * * В небесном кубке – хмель воздушных роз. Разбей стекло тщеславно-мелких грез! К чему тревоги, почести, мечтанья? Звон тихий струн… и нежный шелк волос… * * * Не ты один несчастлив. Не гневи Упорством Неба. Силы обнови На молодой груди, упруго нежной… Найдешь восторг. И не ищи любви. * * * Я снова молод. Алое вино, Дай радости душе! А заодно Дай горечи и терпкой, и душистой… Жизнь – горькое и пьяное вино! * * * Сегодня оргия, – c моей женой, Бесплодной дочкой Мудрости пустой, Я развожусь! Друзья, и я в восторге, И я женюсь на дочке лоз простой… * * * Не видели Венера и Луна Земного блеска сладостней вина. Продать вино? Хоть золото и веско, — Ошибка бедных продавцов ясна. * * * Рубин огромный солнца засиял В моем вине: заря! Возьми сандал: Один кусок – певучей лютней сделай, Другой – зажги, чтоб мир благоухал. * * * «Слаб человек – судьбы неверный раб, Изобличенный я бесстыдный раб!» Особенно в любви. Я сам, я первый Всегда неверен и ко многим слаб. * * * Сковал нам руки темный обруч дней — Дней без вина, без помыслов о ней… Скупое время и за них взимает Всю цену полных, настоящих дней! * * * На тайну жизни – где б хотя намек? В ночных скитаньях – где хоть огонек? Под колесом, в неугасимой пытке Сгорают души. Где же хоть дымок? * * * Как мир хорош, как свеж огонь денниц! И нет Творца, пред кем упасть бы ниц. Но розы льнут, восторгом манят губы… Не трогай лютни: будем слушать птиц. * * * Пируй! Опять настроишься на лад. Что забегать вперед или назад! — На празднике свободы тесен разум: Он – наш тюремный будничный халат. * * * Пустое счастье – выскочка, не друг! Вот с молодым вином – я старый друг! Люблю погладить благородный кубок: В нем кровь кипит. В нем чувствуется друг. * * * Жил пьяница. Вина кувшинов семь В него влезало. Так казалось всем. И сам он был – пустой кувшин из глины… На днях разбился… Вдребезги! Совсем! * * * Дни – волны рек в минутном серебре, Песка пустыни в тающей игре. Живи Сегодня. А Вчера и Завтра Не так нужны в земном календаре. * * * Как жутко звездной ночью! Сам не свой. Дрожишь, затерян в бездне мировой. А звезды в буйном головокруженье Несутся мимо, в вечность, по кривой… * * * Осенний дождь посеял капли в сад. Взошли цветы. Пестреют и горят. Но в чашу лилий брызни алым хмелем — Как синий дым магнолий аромат… * * * Я стар. Любовь моя к тебе – дурман. С утра вином из фиников я пьян. Где роза дней? Ощипана жестоко. Унижен я любовью, жизнью пьян! * * * Что жизнь? Базар… Там друга не ищи. Что жизнь? Ушиб… Лекарства не ищи. Сам не меняйся. Людям улыбайся. Но у людей улыбок – не ищи. * * * Из горлышка кувшина на столе Льет кровь вина. И все в ее тепле: Правдивость, ласка, преданная дружба — Единственная дружба на земле! * * * Друзей поменьше! Сам день ото дня Туши пустые искорки огня. А руку жмешь, – всегда подумай молча: «Ох, замахнутся ею на меня!..» * * * «В честь солнца – кубок, алый наш тюльпан! В честь алых губ – и он любовью пьян!» Пируй, веселый! Жизнь – кулак тяжелый: Всех опрокинет замертво в туман. * * * Смеялась роза: «Милый ветерок Сорвал мой шелк, раскрыл мой кошелек, И всю казну тычинок золотую, Смотрите, – вольно кинул на песок». * * * Гнев розы: «Как, меня – царицу роз — Возьмет торгаш и жар душистых слез Из сердца выжжет злою болью?!» Тайна!.. Пой, соловей! «День смеха – годы слез». * * * Завел я грядку Мудрости в саду. Ее лелеял, поливал – и жду… Подходит жатва, а из грядки голос: «Дождем пришла и ветерком уйду». * * * Я спрашиваю: «Чем я обладал? Что впереди?.. Метался, бушевал… А станешь прахом, и промолвят люди: «Пожар короткий где-то отпылал». * * * – Что песня, кубки, ласки без тепла? — – Игрушки, мусор детского угла. – А что молитвы, подвиги и жертвы? – Сожженная и дряхлая зола. * * * Ночь. Ночь кругом. Изрой ее, взволнуй! Тюрьма!.. Все он, ваш первый поцелуй, Адам и Ева: дал нам жизнь и горечь, Злой это был и хищный поцелуй. * * * – Как надрывался на заре петух! – Он видел ясно: звезд огонь потух. И ночь, как жизнь твоя, прошла напрасно. А ты проспал. И знать не знаешь – глух. * * * Сказала рыба: «Скоро ль поплывем? В арыке жутко – тесный водоем». – Вот как зажарят нас, – сказала утка, — Так все равно: хоть море будь кругом!» * * * «Из края в край мы к смерти держим путь. Из края смерти нам не повернуть». Смотри же: в здешнем караван-сарае Своей любви случайно не забудь! * * * «Я побывал на самом дне глубин. Взлетал к Сатурну. Нет таких кручин, Таких сетей, чтоб я не мог распутать…» Есть! Темный узел смерти. Он один! * * * «Предстанет Смерть и скосит наяву, Безмолвных дней увядшую траву…» Кувшин из праха моего слепите: Я освежусь вином – и оживу. * * * Гончар. Кругом в базарный день шумят… Он топчет глину, целый день подряд. А та угасшим голосом лепечет: «Брат, пожалей, опомнись – ты мой брат!..» * * * Сосуд из глины влагой разволнуй: Услышишь лепет губ, не только струй. Чей это прах? Целую край – и вздрогнул: Почудилось – мне отдан поцелуй. * * * Нет гончара. Один я в мастерской. Две тысячи кувшинов предо мной. И шепчутся: «Предстанем незнакомцу На миг толпой разряженной людской». * * * Кем эта ваза нежная была? Вздыхателем! Печальна и светла. А ручки вазы? Гибкою рукою Она, как прежде, шею обвила. * * * Что алый мак? Кровь брызнула струей Из ран султана, взятого землей. А в гиацинте – из земли пробился И вновь завился локон молодой. * * * Над зеркалом ручья дрожит цветок; В нем женский прах: знакомый стебелек. Не мни тюльпанов зелени прибрежной: И в них – румянец нежный и упрек… * * * Сияли зори людям – и до нас! Текли дугою звезды – и до нас! В комочке праха сером, под ногою Ты раздавил сиявший юный глаз. * * * Светает. Гаснут поздние огни. Зажглись надежды. Так всегда, все дни! А свечереет – вновь зажгутся свечи, И гаснут в сердце поздние огни. * * * Вовлечь бы в тайный заговор Любовь! Обнять весь мир, поднять к тебе Любовь, Чтоб, с высоты упавший, мир разбился, Чтоб из обломков лучшим встал он вновь! * * * Бог – в жилах дней. Вся жизнь – Его игра. Из ртути он – живого серебра. Блеснет луной, засеребрится рыбкой… Он – гибкий весь, и смерть – Его игра. * * * Прощалась капля с морем – вся в слезах! Смеялось вольно Море – все в лучах! «Взлетай на небо, упадай на землю, — Конец один: опять – в моих волнах». * * * Сомненье, вера, пыл живых страстей — Игра воздушных мыльных пузырей: Тот радугой блеснул, а этот – серый… И разлетятся все! Вот жизнь людей. * * * Один – бегущим доверяет дням, Другой – туманным завтрашним мечтам, А муэдзин вещает с башни мрака: «Глупцы! Не здесь награда, и не там!» * * * Вообрази себя столпом наук, Старайся вбить, чтоб зацепиться, крюк В провалы двух пучин – Вчера и Завтра… А лучше – пей! Не трать пустых потуг. * * * Влек и меня ученых ореол. Я смолоду их слушал, споры вел, Сидел у них… Но той же самой дверью Я выходил, которой и вошел. * * * Таинственное чудо: «Ты во мне». Оно во тьме дано, как светоч, мне. Брожу за ним и вечно спотыкаюсь: Само слепое наше «Ты во мне». * * * Как будто был к дверям подобран ключ. Как будто был в тумане яркий луч. Про «Я» и «Ты» звучало откровенье… Мгновенье – мрак! И в бездну канул ключ! * * * Как! Золотом заслуг платить за сор — За эту жизнь? Навязан договор, Должник обманут, слаб… А в суд потянут Без разговоров. Ловкий кредитор! * * * Чужой стряпни вдыхать всемирный чад?! Класть на прорехи жизни сто заплат?! Платить убытки по счетам Вселенной?! – Нет! Я не так усерден и богат! * * * Во-первых, жизнь мне дали, не спросясь. Потом – невязка в чувствах началась. Теперь же гонят вон… Уйду! Согласен! Но замысел неясен: где же связь? * * * Ловушки, ямы на моем пути. Их Бог расставил. И велел идти. И все предвидел. И меня оставил. И судит тот, кто не хотел спасти! * * * Наполнив жизнь соблазном ярких дней, Наполнив душу пламенем страстей, Бог отреченья требует: вот чаша — Она полна: нагни – и не пролей! * * * Ты наше сердце в грязный ком вложил. Ты в рай змею коварную впустил. И человеку – Ты же обвинитель? Скорей проси, чтоб он Тебя простил! * * * Ты налетел, Господь, как ураган: Мне в рот горсть пыли бросил, мой стакан Перевернул и хмель бесценный пролил… Да кто из нас двоих сегодня пьян? * * * Я суеверно идолов любил. Но лгут они. Ничьих не хватит сил… Я продал имя доброе за песню, И в мелкой кружке славу утопил. * * * Казнись, и душу Вечности готовь, Давай зароки, отвергай любовь. А там весна! Придет и вынет розы. И покаянья плащ разорван вновь! * * * Все радости желанные – срывай! Пошире кубок Счастью подставляй! Твоих лишений Небо не оценит. Так лейтесь, вина, песни, через край! * * * Монастырей, мечетей, синагог И в них трусишек много видел Бог. Но нет в сердцах, освобожденных солнцем, Дурных семян: невольничьих тревог. * * * Вхожу в мечеть. Час поздний и глухой. Не в жажде чуда я и не с мольбой: Когда-то коврик я стянул отсюда, А он истерся. Надо бы другой… * * * Будь вольнодумцем! Помни наш зарок: «Святоша – узок, лицемер – жесток». Звучит упрямо проповедь Хайяма: «Разбойничай, но сердцем будь широк!» * * * Душа вином легка! Неси ей дань: Кувшин округло-звонкий. И чекань С любовью кубок: чтобы в нем сияла И отражалась золотая грань. * * * В вине я вижу алый дух огня И блеск иголок. Чаша для меня Хрустальная – живой осколок неба. «А что же Ночь? А Ночь – ресницы Дня…» * * * Умей всегда быть в духе, больше пей, Не верь убогой мудрости людей, И говори: «Жизнь – бедная невеста! Приданое – в веселости моей». * * * Да, виноградная лоза к пятам Моим пристала, на смех дервишам. Но из души моей, как из металла, Куется ключ, быть может, – к небесам. * * * От алых губ – тянись к иной любви. Христа, Венеру – всех на пир зови! Вином любви смягчай неправды жизни. И дни, как кисти ласковые, рви. * * * Прекрасно – зерен набросать полям! Прекрасней – в душу солнце бросить нам! И подчинить Добру людей свободных Прекраснее, чем волю дать рабам. * * * Будь мягче к людям! Хочешь быть мудрей? — Не делай больно мудростью своей. С обидчицей-Судьбой воюй, будь дерзок. Но сам клянись не обижать людей! * * * Просило сердце: «Поучи хоть раз!» Я начал с азбуки: «Запомни – «Аз». И слышу: «Хватит! Все в начальном слоге, А дальше – беглый, вечный пересказ». * * * Ты плачешь? Полно. Кончится гроза. Блеснет алмазом каждая слеза. «Пусть Ночь потушит мир и солнце мира!» Как?! Все тушить? И детские глаза? * * * Закрой Коран. Свободно оглянись И думай сам. Добром – всегда делись. Зла – никогда не помни. А чтоб сердцем Возвыситься – к упавшему нагнись. * * * Подстреленная птица – грусть моя, Запряталась, глухую боль тая. Скорей вина! Певучих звуков флейты! Огней, цветов, – шучу и весел я! * * * Не изменить, что нам готовят дни! Не накликай тревоги, не темни Лазурных дней сияющий остаток. Твой краток миг! Блаженствуй и цени! * * * Мяч брошенный не скажет: «Нет!» и «Да!» Игрок метнул, – стремглав лети туда! У нас не спросят: в мир возьмут и бросят. Решает Небо – каждого куда. * * * Рука упрямо чертит приговор. Начертан он? Конец! И с этих пор Не сдвинут строчки и не смоют слова Все наши слезы, мудрость и укор. * * * Поймал, накрыл нас миской небосклон, Напуган мудрый. Счастлив, кто влюблен. Льнет к милой жизни! К ней прильнул устами Кувшин над чашей – так над нею он! * * * Кому легко? Неопытным сердцам. И на словах – глубоким мудрецам. А я глядел в глаза жестоким тайнам И в тень ушел, завидуя слепцам. * * * Храни, как тайну. Говори не всем: Был рай, был блеск, не тронутый ничем А для Адама сразу неприятность: Вогнали в грусть и выгнали совсем! * * * В полях – межа. Ручей, Весна кругом. И девушка идет ко мне с вином, Прекрасен Миг! А стань о вечном думать — И кончено: поджал ты хвост щенком! * * * Вселенная? – взор мимолетный мой! Озера слез? – все от нее одной! Что ад? – Ожог моей душевной муки. И рай – лишь отблеск радости земной! * * * Наполнить камешками океан Хотят святоши. Безнадежный план! Пугают адом, соблазняют раем… А где гонцы из этих дальних стран? * * * Не правда ль, странно? – сколько до сих пор Ушло людей в неведомый простор И ни один оттуда не вернулся. Все б рассказал я – кончен был бы спор! * * * «Вперед! Там солнца яркие снопы!» «А где дорога?» – слышно из толпы. «Нашел… найду…» – Но прозвучит тревогой Последний крик: «Темно, и ни тропы!» * * * Ты нагрешил, запутался, Хайям? Не докучай слезами Небесам. Будь искренним! А смерти жди спокойно: Там – или Бездна, или Жалость к нам! * * * О, если бы в пустыне просиял Живой родник и влагой засверкал! Как смятая трава, приподнимаясь, Упавший путник ожил бы, привстал. * * * Где цвет деревьев? Блеск весенних роз? Дней семицветный кубок кто унес?.. Но у воды, в садах, еще есть зелень… Прожгли рубины одеянья лоз… * * * Каких я только губ не целовал! Каких я только радостей не знал! И все ушло… Какой-то сон бесплотный Все то, что я так жадно осязал! * * * Кому он нужен, твой унылый вздох? Нельзя, чтоб пир растерянно заглох! Обещан рай тебе? Так здесь устройся, А то расчет на будущее плох! * * * Вниманье, странник! Ненадежна даль. Из рук змеится огненная сталь. И сладостью обманно-горькой манит Из-за ограды ласковый миндаль. * * * Среди лужайки – тень, как островок, Под деревцом. Он манит, недалек!.. Стой, два шага туда с дороги пыльной! А если бездна ляжет поперек? * * * Не евши яблок с дерева в раю, Слепой щенок забился в щель свою. А съевшим видно: первый день творенья Завел в веках пустую толчею. * * * На самый край засеянных полей! Туда, где в ветре тишина степей! Там, перед троном золотой пустыни, Рабам, султану – всем дышать вольней! * * * Встань! Бросил камень в чашу тьмы Восток! В путь, караваны звезд! Мрак изнемог… И ловит башню гордую султана Охотник-Солнце в огненный силок. * * * Гончар лепил, а около стоял Кувшин из глины: ручка и овал… И я узнал султана череп голый, И руку, руку нищего узнал! * * * «Не в золоте сокровище, – в уме!» Не бедный жалок в жизненной тюрьме! Взгляни: поникли головы фиалок, И розы блекнут в пышной бахроме. * * * Султан! При блеске звездного огня В века седлали твоего коня. И там, где землю тронет он копытом, Пыль золотая выбьется звеня. * * * «Немного хлеба, свежая вода И тень…» Скажи, но для чего тогда Блистательные, гордые султаны? Зачем рабы и нищие тогда? * * * Вчера на кровлю шахского дворца Сел ворон. Череп шаха-гордеца Держал в когтях и спрашивал: «Где трубы? Трубите шаху славу без конца!» * * * Жил во дворцах великий царь Байрам. Там ящерицы. Лев ночует там. А где же царь? Ловец онагров диких Навеки пойман – злейшею из ям. * * * Нас вразумить? Да легче море сжечь! Везде, где счастье, – трещина и течь! Кувшин наполнен? Тронешь – и прольется. Бери пустой! Спокойнее беречь. * * * Земная жизнь – на миг звенящий стон. Где прах героев? Ветром разметен, Клубится пылью розовой на солнце… Земная жизнь – в лучах плывущий сон. * * * Расшил Хайям для Мудрости шатер, — И брошен Смертью в огненный костер. Шатер Хайяма Ангелом порублен. На песни продан золотой узор. * * * Огней не нужно, слуги! Сколько тел! Переплелись, а лица – точно мел. В неясной тьме… А там, где Тьма навеки? Огней не нужно: праздник отшумел! * * * Конь белый Дня, конь Ночи вороной, Летят сквозь мир в дворец мечты земной: Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/omar-hayyam/samye-ostroumnye-aforizmy-i-citaty/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 79.00 руб.