Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Югорские мотивы: Сборник рассказов, стихов, публицистических статей

Югорские мотивы: Сборник рассказов, стихов, публицистических статей
Автор: Иван Цуприков Жанр: Cтихи и поэзия, публицистика, современная русская литература Тип: Книга Издательство: Газоил Пресс Год издания: 2010 Цена: 100.00 руб. Просмотры: 20 ОТСУТСТВУЕТ В ПРОДАЖЕ ЧТО КАЧАТЬ и КАК ЧИТАТЬ
Югорские мотивы: Сборник рассказов, стихов, публицистических статей Иван Цуприков В книгу вошли произведения авторов, живущих на северной Югорской земле и работающих в ООО «Газпром трансгаз Югорск». Для большинства из них публикация их произведений в сборнике – литературный дебют… Предприятие «Газпром трансгаз Югорск» празднует свое 45-летие. Более сотни тысяч людей трудились здесь, начиная со строительства в непроходимых условиях тундры и тайги газопроводов и компрессорных станций, поселков и городов. У каждого человека своя судьба. Но всех их объединяла и объединяет интересная работа, которую многие выбрали еще в начале своего жизненного пути. И самое главное – они гордятся своим выбором, прекрасно осознавая, что каждый из них вносит посильный вклад в развитие газовой промышленности. В ООО «Газпром трансгаз Югорск» работают прекрасные специалисты, многие из которых в свободное время увлекаются спортом, художественной самодеятельностью, литературным творчеством, И сегодня у вас, дорогие читатели, есть возможность познакомиться с некоторыми из наших работников через призму их художественных произведений – поэзию, прозу, философские размышления… Иван Цуприков Югорские мотивы: Сборник рассказов, стихов, публицистических статей Дорогие читатели! Предприятие «Газпром трансгаз Югорск» празднует свое 45-летие. Более сотни тысяч людей трудились здесь, начиная со строительства в непроходимых условиях тундры и тайги газопроводов и компрессорных станций, поселков и городов. У каждого человека своя судьба. Но всех их объединяла и объединяет интересная работа, которую многие выбрали еще в начале своего жизненного пути. И самое главное – они гордятся своим выбором, прекрасно осознавая, что каждый из них вносит посильный вклад в развитие газовой промышленности. В ООО «Газпром трансгаз Югорск» работают прекрасные специалисты, многие из которых в свободное время увлекаются спортом, художественной самодеятельностью, литературным творчеством. И сегодня у вас, дорогие читатели, есть возможность познакомиться с некоторыми из наших работников через призму их художественных произведений – поэзию, прозу, философские размышления… Александр Корчагин, председатель Объединенной профсоюзной организации ООО «Газпром трансгаз Югорск» Иван ЦУПРИКОВ Герои нашего времени Общество с ограниченной ответственностью «Газпром трансгаз Югорск» является головным предприятием по транспортировке газа ОАО «Газпром». По многониточной системе газопроводов с северных месторождений Тюменской области – Медвежьего, Уренгойского, Ямбургского, Юбилейного и Ямсовейского до Урала он перекачивает до 80 % российского газа. Ежесуточно через магистральные газопроводы 26 линейно-производственных управлений транспортируют более одного миллиарда кубометров газа. Такой громадной и сложнейшей системой газопроводов могут управлять только высококвалифицированные и любящие свое дело люди. Они эксплуатируют компрессорные станции с мощнейшими автоматизированными газотурбинными агрегатами, электростанциями, системами очистки и охлаждения газа. В условиях Севера, в болотистой или горной местности специалисты-газовики в любую минуту готовы произвести ремонт этого оборудования и самого газопровода. Невзирая на лютую стужу, они ремонтируют линии электропередач и электрохимзащиты, садятся за рычаги экскаватора, трубоукладчика и производят сложнейшие операции по монтажу труб и их сварке, за тысячи километров доставляют грузы вертолетом или автомобилем на компрессорные станции. Это они настраивают технологическую автоматику, контрольно-измерительные приборы, производят расчеты и проектирование того или иного объекта. Это наша с тобой биография Обществу «Газпром транс газ Югорск» 17 января 2011 года исполнится 45 лет – 45 лет успешной производственной деятельности. Трассовые города и поселки, в которых живут газовики, расположены в тундровой и таежной зонах. Они далеки от цивилизации, потому что не везде еще даже построены дороги, которые соединяют их с Большой Землей, но, несмотря на это, в них продолжают жить газовики-ветераны и новые поколения тружеников «Газпром трансгаз Югорск». Не вся молодежь бежит в тот цивилизованный мир. Для многих молодых притягательной силой остается земля, где они родились, работа, которой многие годы отдали их деды и отцы. А суровость климата?.. Так они же в нем выросли и окрепли. Да и для нормальной жизни здесь делается очень много: есть жилье, школа и детский сад, физкультурно-оздоровительный комплекс, дом культуры, музыкальная школа, библиотека, магазины и кафе. Правда, было здесь так не всегда. Эти города и поселки моложе предприятия, строились они вместе с компрессорными станциями, в местах, где не ступала нога человека, в таежной глуши и тундре, с сильными морозами зимой и мириадами комаров и мошек коротким летом. В 60-е годы прошлого века в нашей стране запускались газопроводы большой протяженности: Бухара – Урал, Средняя Азия – Центр, первая нитка газопровода из Тюменской области и наш – Игрим – Серов – Нижний Тагил – Свердловск. А весточкой о том, что в Западной Сибири обнаружены крупнейшие месторождения газа, в 1953 году стал мощный газовый фонтан с суточным дебитом один миллион кубометров вблизи поселка Березово. И 1 марта 1961 года здесь был создан первый газодобывающий участок. В 1963 году началось строительство первого газопровода Игрим – Серов. Дирекцию строящихся газопроводов (ДСГ) тогда возглавлял Д.А. Дерновой, главным инженером был Н.Л. Гинзбург. Люди неисчерпаемой жизненной энергии, прекраснейшие специалисты, они, как и весь коллектив ДСГ, стремились к одной главной цели: в краткие сроки построить газопровод и дать стране газ. В феврале 1964 года в связи с развертыванием строительства на северном участке дирекция из города Ивделя переезжает в поселок Эсс (позже переименованный в поселок Комсомольский, а ныне – город Югорск). К концу того года было построено уже 253 километра линейной части трубы, начато обустройство Пунгинского месторождения. Работник ДСГ А. Сметанин рассказывает об этом в стихах. Начиналась с болот Пунга, Начиналась с гнуса Пунга. Люди шли… мошкары облака, Не пускала людей тайга. Здесь в болотах трактор тонул, Здесь монтажник песню тянул. Знал одно – впереди Пунга… И вот 4 февраля 1966 года первые тысячи кубометров газа пришли в город Серов Свердловской области. 17 января 1966 года созданное тогда Северо-Уральское управление магистральных газопроводов (потом оно стало называться ООО «Тюментрансгаз», а ныне – «Газпром трансгаз Югорск») приняло в эксплуатацию 500-километровый участок газопровода Игрим – Пунга – Серов. Возглавил СУУМГ Павел Терентьевич Буряк, переведенный сюда из Ташкентского управления магистральных газопроводов (УМГ). В том же 1966 году в городах Ивделе, Краснотурьинске и Нижняя Тура подразделениями треста № 1 «Союзгазпромстоя» начато строительство компрессорных станций с турбоагрегатами ГТ-700-5. Принятые в районные управления СУУМГ специалисты, работавшие до этого на других газопроводах, помогали монтажникам устанавливать агрегаты, проводили их ревизию и наладку, сокращая сроки сдачи объектов в эксплуатацию. Так, к примеру, в Краснотурьинском районном управлении (ныне ЛПУ) благодаря расчетам инженеров-эксплуатационников В.Д. Будовского, К.Ф. Отта, А.Н. Штро, В.М. Мещерягина все пять стационарных газоперекачивающих агрегатов ГТ-700-5 были выставлены на фундаментах без разборки всего за одни сутки вместо планируемого месяца. «Комплектование Северо-Уральского управления шло в большей степени за счет москвичей и ленинградцев, – вспоминает бывший главный инженер предприятия Владимир Федорович Усенко. – С ними заключались контракты на два с половиной года. По этому поводу у нас в то время сложилась поговорка: „Приехали на три года. Первый год – привыкание, второй год – работа, последние полгода – ожидание окончания контракта“. Что и говорить, ребята два с половиной года работали без отпусков, жили, как и мы, в стесненных условиях, в вагончиках, землянках. И только в 1973 году, когда в поселках начали строить жилье – деревянное, позже – кирпичное: школы, детские сады, люди начали оставаться, произошел перелом в сознании людей в их отношении к работе, да и к жизни на Севере». Вот что рассказывает по этому поводу работница Пунгинского ЛПУ Евгения Александровна Бурда: «Мы приехали в Пунгу в 1965 году и жили первое время в поселке буровиков. Сначала – в вагончике, где одна кровать была нашей с мужем, вторая – наших знакомых, которые приняли нас. Потом мы вырыли себе отдельную землянку. Зимой в ней еще можно было жить, а вот весной-летом она наполнялась водой. Прибавьте сюда комаров да мошку, а еще работу, зачастую в две смены… Трудно было. Но мы этого не боялись, были молодыми, сильными, здоровыми. Да и гордились тем, что мы, газовики, даем Родине газ». «Зима 1968-69 годов выдалась очень суровой. Морозы достигали 52–63 градусов. Оборудование на Пунгу возили тягачами на специально изготовленных санях по очень сложным „зимникам“, полозья „горели“, – вспоминает бывший главный бухгалтер „Тюментрансгаза“ В.И. Войцеховский. – И только весной удалось перебросить часть оборудования баржой. Люди трудились днем и ночью…» К несчастью, в 1970 году тяжело заболел и вскоре ушел из жизни руководитель СУУМГ Павел Терентьевич Буряк. В 1972 году прошла реорганизация СУУМГа в Тюменское управление магистральных газопроводов. Началось новое широкомасштабное продвижение системы газопроводов предприятия к месторождениям севера Тюменской области – Надым-Пур-Тазовскому региону. И 9 мая 1972 года, в День Победы, газ Медвежьего месторождения по газопроводу Медвежье – Надым – Пунга влился в общий поток «голубого золота» Сибири потребителям Урала. «Гвозди бы делать из этих людей…» «…Уже полным ходом шло строительство газопроводов Медвежье – Надым – Пунга, главной в нашей отрасли стройки. Решался вопрос начала эксплуатации газового месторождения Медвежье, – вспоминает бывший генеральный директор „Тюментрансгаза“ Евгений Николаевич Яковлев. – На всем 500-километровом отрезке трассы от нашего управления работала небольшая аварийно-ремонтная бригада во главе с начальником ЛЭС Казымского районного управления В.В Леневым. Сложная была обстановка: и начавшаяся рано весна, и почти полное отсутствие связи, и спешка строителей под давлением погоды и начальства. Все было». Наступило 9 мая 1972 года. В пять часов утра я дал команду Леневу открыть кран на 377-м километре трассы. Этот день можно считать началом рождения системы магистральных газопроводов с месторождений севера Тюменской области (СРТО – Урал). Не все, конечно, делалось абсолютно правильно, и сейчас, оглядываясь назад, видны эти просчеты. Но это было время, когда накапливался опыт прокладки газопроводов большого диаметра в районах многолетнемерзлых грунтов, в условиях бездорожья, сезонности строительства и высочайших объемов приема газа от промыслов и его транспорта в места потребления. В 1974 году тюменский газ поступил к потребителям центральных районов Европейской части страны. И в начале этого пути стоял коллектив «Газпром трансгаз Югорск». По словам главного инженера В.Ф. Усенко: «В то время в Нижней Туре, Краснотурьинске и Ивделе работало по одному цеху с пятерочными агрегатами (ГТ-700-5), в Пелыме, Комсомольском и Пунге – с шестерочными (ГТ-6-750). На северном регионе в Белом Яре, Лонг-Югане и Надыме на первых двух нитках цехов еще не было, их только начинали строить. И при этом любая аварийная ситуация была связана с отключением газопровода, что автоматически приводило к сокращению подачи газа потребителям на 15–20 миллионов кубометров в сутки. Вопрос ликвидации аварии в кратчайшие сроки был огромной важности и находился под контролем министра. День 20 января 1973 года мне запомнился навсегда. В это время работал только один газопровод – Медвежье – Надым – Пунга-1 – и шло строительство второй нитки. На отрезке Белый Яр – Пунга уже работало по одному компрессорному цеху, в Комсомольском подходило к завершению строительство второго цеха. И вот 20 января произошел разрыв труб газопровода между поселками Белым Яром и Пунга. А в это время в течение суток температура воздуха опустилась с двадцати до шестидесяти градусов мороза. Мы вместе с начальниками отделов В.В. Овсиенко и Н.С. Юнусовым вылетели на место аварии. Задача нашей аварийно-ремонтной бригады состояла в том, чтобы вырезать разорванные трубы и смонтировать новые. Мы тогда впервые столкнулись с проблемой, что при таком морозе газообразный пропан из баллонов не выходил, а еле-еле тек, и эти баллоны постоянно приходилось согревать в кабине машины. Потом их быстро выносили и подключали. Удавалось произвести рез в пять-десять сантиметров, и снова надо было нести баллоны в машину. Все шесть трубоукладчиков не выдержали работы при такой температуре – остановились, а люди работали. На пятый день монтаж аварийного участка был закончен. Но в этот день произошла новая авария в районе Лонг-Югана. И только закончили там работы по монтажу, на следующий день пришло потепление, температура с минус шестидесяти поднялась до минус сорока пяти. Люди вздохнули, расстегнулись, а замминистра Щепкин, который руководил этими работами вместе со мной и Яковлевым, смеется: мол, весной запахло. Но в ту ночь мы чуть не потеряли В.В. Ленева, начальника ЛЭС Казымского ЛПУ МГ. По окончании работ ему была поставлена задача: выехать на 225-й километр и открыть кран. Они с водителем были до такой степени уставшие, что, выполнив эту работу, уснули в кабине. Их спас вовремя прибывший туда инженер Николай Федорович Федоров: растолкал их, привел в чувство и доставил к нам. Были случаи, когда люди боялись идти на выполнение тех или иных работ, связанных с опасностью. И наше дело – дело руководства – в таких случаях заключалось не только в организации работ, но и в том, чтобы самим показывать пример. Помнится случай, когда на линии магистрального газопровода в Пелыме разорвало газопровод. Он находился в заболоченной местности, гусеничной техникой работать там было невозможно. Нам удалось установить один из трубоукладчиков на „Формост“, верхняя часть гусениц которого тут же покрылась болотной жижей, и он начал тонуть. Приняли решение использовать вместо трубоукладчика вертолет Ми-6. Он на станции Кершаль с вагона брал трубу, „привозил“ ее на трассу, опускал в траншею, и наши работники благодаря высокому опыту летчиков производили ее монтаж и сварку. Не каждый был готов работать, когда над его головой в трех-пяти метрах висела ревущая махина с пятитонной трубой. Тем не менее нашлись люди, которые перебороли страх и справились с поставленной задачей, На этом участке было уложено и сварено более 20 единиц труб, это около 280 метров трубы. Были и другие случаи, когда под давлением на газопроводе укладывали пригруза, когда работали по восстановлению линейной части газопровода и рядом взрывалась другая нитка, – вспоминает В.Ф. Усенко. – Никто не гарантировал нам, что эти работы будут безопасными. Но мне везло, на тех аварийных работах, в которых участвовал я, потерь не было. С 1972 года началось большое строительство новых компрессорных станций и газопроводов. Первая нитка газопровода Медвежье – Надым, впервые в мире сооруженная из труб диаметром 1420 мм на 75 атмосфер, разветвлялась на две нитки диаметром 1220 мм с давлением 55 атмосфер на нулевом километре Надымского участка. Затем началось широкомасштабное строительство газопроводов диаметром 1420 мм на давление 75 атмосфер, которые шли от Уренгойского месторождения: Уренгой – Надым-1, Уренгой – Грязовец, Уренгой – Петровск, Уренгой – Новопсков. Специалисты „Тюментрансгаза“ принимали самое активное участие в их строительстве, в технадзоре и пуско-наладке». Пунга, Белый Яр, Лонг-Юган… «В 1975 году, – продолжает свой рассказ В.Ф. Усенко, – мы впервые в мире в декабре при сорокаградусном морозе провели испытание второго цеха на Пунгинской компрессорной станции водой. Строительство этого цеха было уникальным. Первого сентября меня назначили председателем госкомиссии по его пуску и вводу в эксплуатацию. На месте цеха в тот момент были забиты только сваи, часть оборудования еще не была доставлена в Пунгу. А станцию нужно было сдать и пустить через три месяца, к Новому году. Вместе со мной этими работами руководили главный технолог производственного отдела по компрессорным станциям Карл Фридрихович Отт, по КИПиА – начальник отдела Шаукат Хуснулович Сальманов. Работали со строителями круглосуточно, на износ. И 25 декабря мы все-таки вышли на испытания технологии цеха. Вначале подали газ с давлением до 10 атмосфер и проверили технологическую обвязку КС на плотность. Выявленные утечки устранили после стравливания газа. Потом закачали воду и начали подъем давления прессовочным агрегатом. И произошла буквально парадоксальная ситуация. Под давлением воды, оставшейся после стравливания, газ в трубах начал выходить через неплотности „свечей“, и они загорелись. Было впечатление, что горит вся станция. У людей – испуг, начинают метаться. Но через пять-десять минут все успокоилось, вода затушила огонь. Испытание цеха прошло без сучка без задоринки. И 29 декабря его подключили к магистральному газопроводу и начали осуществлять пуск турбин в трассу. Люди не выдерживали таких изнурительных испытаний. Помню, Отт тогда после запуска турбин вышел из цеха и упал без сознания…» «Было столько первых пусков цехов в объединении: Надым, Лонг-Юган, Сорум, Белый Яр, Пунга, Сосьва, Пелым, Ивдель, Нижняя Тура, – рассказывает бывший начальник производственно-технического отдела Карл Фридрихович Отт, – что даже не помню того первого дня по пуску турбин в Краснотурьинском ЛПУМГ. Все пуски турбин, как рок, проходили только ночью. Целый день готовим станцию, проверяем турбоагрегаты, еще пять минут, не забыли ли то-то, потом еще пять минут, и так до ночи. Хотя ночью работать намного легче, лишних людей на станции нет, уже никто не отвлекает специалистов, все работают целеустремленно и четко. Сменными инженерами у нас работали Н.П. Пырегов, А.А. Вязьмитинов, В.А. Ряжских, машинистами – Е.И. Никулин, В.А. Редькин, слесарями-ремонтниками – В.Е. Мерзлов, Б.В. Кочкин, А.Я. Шваб. Это был узкий круг очень надежных специалистов, которым в будущем пришлось поработать на пуске и наладке многих новых компрессорных станций. Когда меня перевели в управление СУУМГ на должность главного технолога отдела по компрессорным станциям, то, честно скажу, в своем кабинете бывал редко. Главная моя работа заключалась в пусках цехов. К 31 декабря 1973 года мы должны были запустить цех в Лонг-Югане по первой нитке газопровода Надым – Пунга – Нижняя Тура. Две недели оставалось до пуска, строители не успевали, было очень много недоделок, и мы подключились к монтажу и наладке оборудования вместе с ними. В ЛПУМГ для размещения эксплуатационного персонала было всего десять вагончиков. В них спали по очереди по три-четыре часа, остальное время проводили на работе. И добились своего: 31 декабря цех был подключен к газопроводу». Лонг-Юганская компрессорная станция (находится в Надымском районе) около года после своего пуска эксплуатировалась за счет командировочных. На месте были только ее руководитель Борис Иванович Климов и небольшой костяк специалистов, прибывших с ним из Нижнетуринского ЛПУМГ. И лишь после ввода в этом поселке первого деревянного двухэтажного дома здесь начал формироваться постоянный трудовой коллектив. Кадры воспитывала жизнь Да, люди тогда жили в очень трудных условиях, но они были энтузиастами своего дела. Работали день и ночь. Зарплата у эксплуатационников была в 5–7 раз ниже, чем у строителей. И если энтузиазм строителей удерживался на высокой зарплате, то у эксплуатационников, как сейчас говорят ветераны, – на чистом романтизме, патриотизме и желании участвовать в крупномасштабной стройке страны, в освоении новейших технологий по транспорту газа. Это работа на газопроводах большего диаметра – 1420 мм с давлением 75 атмосфер (на ранее построенных газопроводах Бухара – Урал и Средняя Азия – Центр был диаметр трубы 1020–1220 мм с давлением 55 атмосфер). Это работа на новейших импортных и первых советских агрегатах большой единичной мощности – 10, 16 и 25 мегаватт. В то время в один сезон строилось до полутора ниток газопроводов, и компрессорные станции росли на них как грибы. Это величайшая стройка века трансконтинентальных магистральных газопроводов, подающих сегодня природный газ потребителям России, Украины, Белоруссии, Турции, странам Европы. С 1972 по 1980-е годы было построено и введено в «Газпром трансгаз Югорске» семь ниток газопроводов, десять новых многоцеховых компрессорных станций с трассовыми поселками. Набрать для работы в них готовых специалистов было очень сложно. Краснотурьинское и Нижнетуринское ЛПУМГ в то время стали кузницами кадров «Газпром трансгаз Югорска». За счет них в аппарате управления начали формироваться производственные отделы. Большую работу начали проводить и по комплектации кадрами компрессорных станций. В Лонг-Юганское ЛПУ руководителем назначили Б.И. Климова, до этого времени работавшего в Нижней Туре начальником газокомпрессорной службы (ГКС), главного инженера Ивдельского ЛПУ Е.С. Беляева назначили начальником Казымского ЛПУ. Сорумскую промплощадку возглавил В.И. Кожан, В.Г. Муравлев стал начальником Уральского ЛПУ, Н.П. Коровин работал вначале начальником ЛЭС Надымского ЛПУ, а после возглавил Таежное ЛПУ. Молодежь посылали учиться в Семилукское училище, которое готовило машинистов, слесарей КИПиА. Много молодых специалистов приходило после окончания институтов. Некоторая часть профессионалов перешла из других управлений магистральных газопроводов. Сюда шли работать в основном те, кто был смел и уверен в своем профессионализме, у кого были энтузиазм и честолюбие. Север сам отбраковывал недостойных, а закрепившиеся кадры набирались опыта в суровых буднях. Как раз на таких людях сегодня и держится «Газпром трансгаз Югорск». Д?обыли триллионный кубометр «Начиная с 1981 по 1990 год объемы строительных работ составляли порядка четырех миллиардов рублей – огромную по тем временам сумму, – вспоминает В.И. Войцеховский. – За 10 лет было построено и введено в эксплуатацию 11 ниток магистральных газопроводов протяженностью 16 800 километров. В 1981 году было закуплено 16 комплектов финских жилых городков на 400 жителей каждый, с оборудованием коммунального и бытового хозяйства». Эти годы для объединения «Газпром трансгаз Югорск» отмечены знаменательными событиями: 1981 год – за досрочное выполнение плана X пятилетки, ускоренный ввод в действие мощностей по транспортировке газа Указом Президиума Верховного Совета СССР объединение награждено орденом «Знак Почета»; 1982 год – из тюменских недр добыт триллионный кубометр газа. Дважды объединение награждено переходящим Красным знаменем Мингазпрома и ЦК профсоюза отрасли; 1983 год – объединение награждено Дипломом ВЦСПС «За досрочное достижение по транспорту одного миллиарда кубометров газа в сутки» по Тюменской области; 1984 год, 21 апреля – системой газопроводов объединения принят от промыслов триллионный кубометр газа с начала эксплуатации. Высоких правительственных наград были удостоены и работники Объединения «Газпром трансгаз Югорск». Одной из важных вех в развитии предприятия «Газпром трансгаз Югорск» стало образование в 1978 году ремонтно-строительного треста «Комсомольскстройгаз» (ныне – ООО «Югорскремстройгаз»). Его создание было одним из необходимейших шагов для строительства поселков и городов с благоустроенным жильем, школами, детскими садиками, домами культуры… Это дало возможность закреплять высококвалифицированных специалистов на местах. В песне, сочиненной В. Костиным и посвященной «Газпром трансгаз Югорску», поется: Веет с Ямбурга северной стужей, Но богом никто не обижен. Мы хотим, чтоб здесь жили не хуже, Чем в Нью-Йорке, в Москве и Париже. Только Лувры, Бродвеи, Таганки За Уралом не вырастут сами… Жить нормально – значит хорошо С 1972 по 1996 год предприятием руководили генеральные директора Евгений Николаевич Яковлев и Григорий Николаевич Поляков. В 1996 году Павел Николаевич Завальный, прошедший их школу и назначенный генеральным директором Общества, продолжает и развивает их традиции. «Газпром трансгаз Югорск» становится и социальной по своему характеру компанией: заключает договоры с администрациями муниципальных образований, на долевых условиях с ними развивает социальную базу поселков, строит ипотечное современное жилье не только в регионах своей деятельности, но и за их пределами. Кроме того, в «Газпром трансгаз Югорске» создана медицинская служба, которой руководит И.А. Столяров, сформирована медицинская программа комплексного медико-санитарного обеспечения работников Общества, разработана единая комплексная программа по сохранению здоровья, восстановлению работоспособности, продлению биологического и профессионального долголетия работников и членов их семей. В Югорске с самым современнейшим медицинским оборудованием работает лечебно-диагностический центр, его филиал в Краснотурьинске, а также в курортных комплексах «Надежда», «Молния-Ямал», расположенных на Черноморском побережье. «Нам многое удалось, но и очень многое еще предстоит сделать, – говорит генеральный директор ООО „Газпром трансгаз Югорск“ Павел Николаевич Завальный. – Потенциал нашего прекрасного высокопрофессионального коллектива велик. Стратегические задачи по бесперебойной подаче газа потребителям, сохранению хрупкой природы Сибири и Урала нами успешно решаются. При этом мы не забываем и о создании нормальных условий жизни для работников предприятия, от слаженной, четкой работы которого в решающей степени зависит надежность Единой системы газоснабжения России». «Каждый человек, отработавший и работающий сегодня на нашем предприятии, заслуживает уважения и признания, – говорит председатель объединенной профсоюзной организации Общества Александр Викторович Корчагин. – Главное в их характере – это сплетение таких качеств, как ответственность и жизнелюбие, благодаря которым и формируются наши общие успехи». Владимир ГУЧЕНКО Севера Собирали чемоданы, были молоды, упрямы, Провожали нас родные и друзья. На одном энтузиазме, так подсказывал нам разум, Уезжали покорять мы севера. Добирались – кто из Львова, кто с Донбасса, из Ростова, Очень скромно провожала нас страна. Не слыхали гром оркестров, не было цветов и песен — Настороженно встречали севера. Зарывались в землю прочно, основательно и точно, Магистраль стране большой была нужна. Уренгой – Ужгород – стройка, комсомольцы – народ стойкий, Раньше сроков всех была завершена. Раздавали нам медали, а кому-то не давали, Разве было в том значение тогда? Каждый ехал по призванью, комсомольскому заданью — Всей страной мы покоряли севера. Сто дорог ушло на север. Кто в безумие не верил? Были скептики, не верили тогда, Что на Севере на Крайнем газ найдут и что буквально Будет Севером согрета вся страна. Но трудом рабочих гвардий, без наград и без регалий Положившим жизнь и молодость своя, Вопреки безумным спорам да досужим разговорам Газ нашли и покорили севера. Сибирь Мне знакомы таежные тропы Бесконечной Ямальской земли. Елей звонких росток невысокий, Из которых не сшить корабли. Мне знакома речная протока, По которой, стремясь и бурля, Убегает Хетта одиноко Вдаль, за тысячу верст от меня. Разливается песней знакомой Над просторами трель соловья. А вдогонку из рощи ольховой Нам кукушка считает года. И звучит залихватская песня Под размеренный ток глухаря. С этой песней нам жить интересней. Я, Сибирь, обожаю тебя! Запрошу я у бога погоду, Закружит золотая метель. На лазурном ковре небосвода Гуси-лебеди будут лететь. Залюбуюсь на них, залюбуюсь, Вспоминая родные края. Вы летите в родные широты, Передайте привет от меня. Полуостров Ямал В том краю, где короткое лето, Над губой Обской тих небосвод, До лазурности синего цвета Утопает в бескрайности вод, Там, где смелые белые чайки Над пустынной волною кружат, — Там над точкою северной дальней Нашей юности годы летят. Солнце всходит за тихой зарею Облаков, приподняв паруса. Стая чаек, касаясь прибоя, Безрассудно парит в небесах. Ввысь взмывая над стужею моря, То ли плача, а то ли смеясь, Нам расскажут, как за горизонтом Наших судеб звезда родилась. Воспоминания Дней золотых волшебная пора… Ночь, август, свежая прохлада. Нам девятнадцать, вместе ты и я, В вечернем небе ищем звезды взглядом. Ты, прижимаясь к моему плечу, Следила с нескрываемым восторгом, Как сотни звезд иглой пронзают тьму, Вздыхала и молчала как-то горько. О чем ты думала?.. Не знаю до сих пор. О будущем, о прошлом, но с тоскою. И видел я в глазах твоих мечту — Наверно, ты хотела стать звездою… Я не сказал тебе тех первых важных слов. Жалею, были в юности сомнения. А может, просто увидав звезду, Был поражен тем сказочным видением. Не суждено! Давно та ночь, растаяв без следа, В глубинах времени куда-то вдаль несется. Нас разбросала жизнь, летят года. Да!.. Мы не молоды, но память не сдается. И час от часа, словно, как вчера, Мгновенной искоркой взорвется где-то рядом Дней золотых волшебная пора Осенней ночи, свежая прохлада. …Нам девятнадцать, вместе ты и я. Одни под звездами ночного звездопада… Весна Сомкнув дней круг, закончилась зима. Закончилась негаданно-нежданно. Недавно вьюги выли и стояли холода, Земля была мертва и бездыханна. Да я и сам, как старый воробей, Нахохлившись на матушку природу, Сидел под крышей, позабыв друзей. Знал лишь одно – с работы на работу. Какая радость? Скука да печаль. Длинна безмерно ночь, а день до жути хмурый. И редко на небе ночном взойдет луна. Да, что там говорить., не до амуров. Но все проходит, леность и хандра, Привычки возвращая понемногу, Вдруг замечаешь: ярче на небе луна Да солнце пригревает, слава богу. И отлегло. Мне новый день милей. Жить каждую минуту сладко, в радость. Я снова видеть рад своих друзей, А в сердце непонятная мне сладость. Вот тает снег, а там поют ручьи, Сплетаясь голосами до оркестра. И лед качнулся в берегах реки. Качнулся, вздыбился – да как рванется с места! Май ледоходом пробуждает сонный мир. И дерзким громом, обновив лицо погоды, Весна пришла, скворцы, как сотни лир, Поют хвалебную в час торжества природы. Сергей РОСЛЯКОВ Ностальгия Пришла? Садись! Я ждал тебя, о Муза! Давай споем сегодня мы с тобой! Вчерашний сын Советского Союза, Я начинаю, ну а ты подпой! Родился в мае, в День Победы я. Отец Иван и мать моя Раиса — Дружнейшая рабочая семья, Вели по жизни – я не оступился. В шестнадцать лет штурвал комбайна крепко Держал в руках и хлебороба честь Я нес, о Муза, словно флаг заветный; В боях за хлеб мой вклад весомый есть! Рассвет труда, величие любви! Пою года прекрасные мои! Пою простор донских полей – и вновь Играет в жилах молодая кровь. Мальчишка сельский с улицы Грушовой, Спешу я к ней – красивой и веселой! Я знаю – ждет! Она меня ждала! В груди не сердце бьет – звенят колокола! Давно уж чувства яркие сгорели, И мы с девчонкой поседеть успели; Воспоминания в вечерней тишине Ложатся звездами на душу мне. Я вижу: мать, такая молодая, В косыночке, хлопочет у стола; Отец заходит, ясно улыбаясь, Она – в ответ. И комната светла. Пою! Ты слушай, друг мой дорогой: На славу хлеб в семидесятых уродился! Мне счастье было: сам Герой Труда Со мной вживую запросто общался! В село он прибыл к нам перед уборкой, Держал беседу с молодыми – видит бог, Бригаде нашей он поведал столько! От всей души и разума помог. Я помню всех: Сережку Капитана, Васятку Малика и друга Кирюшка… Поклон нижайший мой, любезные крестьяне, Здоровья вам и хлеба на века! Люблю я вас за то, что вы трудяги, Пахали, сеяли и берегли Святую Землю, Родину, Россию… За то, что сделали все, что смогли! Как хищный зверь, сожрал ребят Афган; Найди, кто прав и кто виновен там… Поставим в Храме в память им по свечке И помолчим. Не к месту речи. Лютует ненасытная война. Вчера – Афган, еще кровоточит Чечня… За горем – горе, и за болью – боль, Помянем всех молитвою святой. Восстанут образы живей живых, И пусть они войдут в мой стих! Крепитесь в горе, старенькие мамы, И павшими гордитесь сыновьями! В стихах и песнях детям нашим С печалью сердца мы о них расскажем. Поем! Споем, подруга моя Муза, О дальнем и былом из дней Союза. Когда мой срок стране служить настал, Гаврил Антоныч сам тальянку в руки взял. Мой славный дядя! Виртуоз, мастак, В народе просто – дедушка Росляк. Ахтубинск-город, дорогой, я – твой солдат, Родным тут для меня стал автобат. Два года срочной и еще три – сверх, Служил, ребята, я не хуже всех! Был ротным Руднев, мой привет ему! Михалыч, а ты помнишь старшину? Привет, друзья, суровых дней и лет, Я ваш навеки друг, солдат, поэт! Глаза закрою – вот они стоят: Пахомов Толик, Пашка Калмыков… Щемит в груди. Я за таких ребят И кровь, и жизнь отдать готов! Ложится снег чистейшим серебром На улицы таежного поселка; Пройдемся, Муза, медленно вдвоем, Как в двадцать шел с тобою по Лозовке! Шинель на мне с погонами сержанта Была тогда. В скрипучих сапогах Шагал домой и силою таланта Слагал стихи о любящих сердцах. Я так любил, как никого на свете, Девчонку ту с зелеными глазами. Воистину поэты – словно дети… Мы узелок с девчонкой развязали. Блестит снежок, под месяцем искрится, Сосновка спит, а северная ночь Морозом дышит, леденит ресницы, И дарит мысли, и уносит прочь… Мне было двадцать. Я тогда не думал, Что будет завтра или через год, Любил Россию и всем сердцем юным В советский верил, в свой родной народ! Заветы Ленина, идеи Сталина Мы с молоком всосали маминым. В большом колхозе нашего села Бурлила жизнь, ясна и весела. Плакаты красные под синим небом: «Хвала рукам, что пахнут хлебом!» Открою сердце я тебе, о Муза; Жилось мне легче в те года Союза. Дышалось чище, пелось звонче, Любилось крепче и дружилось проще! Душою русскою замечу о таком: Я не был барином и не был батраком. Мне кто-то скажет: «Да не лги, поэт! Народу не было и нет». Нет правды подлинной в твоей картине, Как не было достойной жизни и вчера, и нет поныне. Вчера – «товарищи», сегодня – «господа», Снуем и крутимся туда-сюда… Хитрим, ловчим и сытно жить хотим, Про честь и совесть только говорим… Хотелось, Муза, спеть мне о хорошем, Раздумья тяжкие пришли на ум, И с ними стал я жалок и ничтожен, Тяжел мой шаг, и взгляд угрюм… Россия, Русь! Страна моя сурова, Сподоблюсь ли при жизни увидать Тебя великой сильною державой, Где божья бы царила благодать! Скорей, весна, иди на Север к нам, Светлее сердцу будет и теплей! Мать из деревни пишет. Там, На дальней малой родине моей, Пора сажать картофель, сеять рожь; Земля тоскует по рукам крестьянским, Но в города стремится молодежь; Для стариков хозяйство стало тяжким… Поеду в отпуск, навещу отца, Его могиле низко поклонюсь; Он говорил, я помню: «Хочется В глазах детей не видеть грусть…» Прости, отец. Надеюсь, как и ты: Осядет муть сегодняшних волнений И дети наши, божии цветы, Счастливей будут бывших поколений. «Не грех сегодня нам испить…» Не грех сегодня нам испить Вина шампанского, друзья, За службу нашу! Будем жить, Тепло Энергии храня! Стихом коротким не объять Труда упорного значенье; Наш высший долг – оберегать Энерговодное снабженье! В морозы лютые и в зной Работы нам невпроворот; Но знает Север дорогой, Что ЭВС не подведет! К юбилею Сосновки Я шел по Ростову. Весна на заказ! Споткнулся мой взгляд на знакомом лице. – Привет, Николаич! – Сергей? Вот те раз! Приятно здесь встретить сосновца! Каштаны цвели! В старом сквере под вечер Сидели с товарищем, шел разговор О жизни, о детях… Воистину встреча Сердца волновала, тревожила вновь! «А помнишь?.. А слышал?.. Он был ветераном… Суровый романтик… Какой газовик!.. Характером крут! Ну а кто без изъяна? А в целом – серьезный, надежный мужик!» Поведал он мне, как в тайге, средь болот, Титаны в простом человечьем обличье КС возводили, и труд их и пот Москва увенчала оценкой: отлично! Рассказывал он – предо мною вставали Тяжелые будни далеких тех лет. Морозы, метели и топь не пугали Отважных ребят, их нам памятен след! Сегодня я вспомнил приятную встречу, Родному поселку сейчас – 25! Гуляют ребята! Наш праздничный вечер Салютом торжественным будет сиять! Ода службе ЭВС «Мороз и солнце, день чудесный!» — Писал великий наш пиит. Приметил верно. Интересно, Куда в лихой мороз бежит Почтенный слесарь Коновалов? Откроем сразу сей секрет: Трубу морозом разорвало, И в доме девять счастья нет! «Мороз и солнце, день чудесный», К тому ж законный выходной. Собрались слесари – и вместе Колдуют дружно над трубой! Ребята эти – где беда: Такая служба, господа! Бывает хуже: каналюга Забьется вдруг. И смрад, и вонь… И нет страдальцам лучше друга. Чем слесарь наш! Такой простой, Надежный парень с ЭВС. К примеру: свет у вас погас Иль, скажем, газ пропал у вас; Не ждем от жизни мы чудес, Сигналим службе ЭВС! В ней много классных работяг, Профессий разных здесь соцветье! Они живут! И гордый флаг «Газпрома» виден всей планете. Чтоб дело шло и лад в нем был, Толковый нужен командир. Мы помним Никонова, он Душой был светел и умен. Ушел орел на повышенье! Всех благ ему и достижений! А нам досадовать негоже: Павленко молод, но хороший, Достойный службы командир. Сегодня праздник наш! На пир Сошлись друзья. В сиянье глаз Скажу я коротко: за нас Поднимем звонкие бокалы! Здоровья всем! Пусть будет мало Авралов разных и тревог По будням трудовых дорог! «Здравствуй, сорок восьмое лето…» Труженикам службы ЭВС посвящаю. Здравствуй, сорок восьмое лето! Я представить себе не мог, Что в таежном поселке где-то, Поднимать стану пыль тех дорог. Что на тракторе ярко-красном, Поседевший, но бодрый Поэт, Буду мчаться и петь о прекрасном, Невзирая на шелест лет! Разве думал вчерашний южанин Обрести здесь надежных друзей И под северным чудным сияньем Прогуляться с любимой своей! Иван-чай и простые ромашки Мне июль щедро дарит в пути. Я спешу, ведь Прожерин наш Сашка Ожидает запчасть к девяти… Коновалов, Куранов, Криничный, Коля Коршунов, Сусликов Игорь, На поселок! Трудягам отличным Я доставлю что надо, и вскоре Увлечет их работа. Теперь: Здравствуй, Сидоров и Рафаэль! По регламенту в десять утра Начинается служба с чайка. Пообщались, за руль мне пора. Жму на дроссель, лечу с ветерком Дню навстречу! Средь массы забот Есть одна, вот она и зовет. Я знаю точно: память навсегда Запечатлит здесь проведенные года, Сосновку нашу и всю службу ЭВС, Людей прекрасных и свод северных небес, Тайгу и топь, мороз, метель, жару, Грибы, рыбалку, клюкву, мошкару… На этом, други, свой вершу рассказ: Удачи вам сто тысяч раз! Качаем газ Писать стихи – не просто рифмы сеять, Проникнуть сердцем надо в каждый слог И часть себя читателю доверить, Чтоб он прочувствовать поэта смог. Замечу здесь – сугубо для меня Стиха лиричного присущи звуки, Но быт, работу и реальность дня На лист вместить, чтоб знали дети, внуки, Чем жил, дышал и верил я во что… Мне снова солнце шлет приветный луч, С утра прохладцей веет северное лето, В глуши таежной гул турбин могуч, В душе стиха рождаются сюжеты. День добрый вам, друзья мои, трудяги! Всеобщий кризис ныне, но живой «Трансгаз»! Знавали мы похлеще передряги, Осилим беды и на этот раз! Богаты недра матери землицы; Помощник нам – технический прогресс! Качаем газ себе и за границу; Оплот труда – народный интерес! Сосновка, Сорум, Правая Хетта… Поют турбины русского «Газпрома», Державной мощью песня та Колышет дали небосклона! Анна КУЗНЕЦОВА Под счастливой звездой – Привет, малыш. Не бойся, все хорошо. Тебе повезло, ты родился под счастливой звездой. Я буду оберегать тебя всегда, всю твою жизнь. Но и после ты можешь не бояться, я присмотрю за тобой. Не беспокойся. Засыпай. Расти, – ласково проговорил ангел-хранитель, глядя на маленький розовенький комочек, только что появившийся на свет. Он нежно провел рукой по лбу малыша, и тот закрыл глаза, погружаясь в мир красочных снов… – Куда ж ты лезешь?! Туда нельзя! Ты свалишься, неугомонный! А ну стоять! Слава богу… – выдохнул ангел. – Юный парашютист… Сомневаюсь, что твои памперсы обеспечили бы тебе мягкую посадку. Вот так, играй малыш, играй… – Не плачь, маленький, все пройдет. Все будет хорошо, ты только не плачь, не надо… – ангел смотрел на бледного мальчика, лежащего на больничной койке в свой восьмой день рождения. Он перенесся в кабинет врача, где снежнобледная мать малыша разговаривала с доктором. «…Состояние очень тяжелое… Что же делать?.. Мальчик сильный… Он справится… Будем надеяться…» – Ты сильный, я знаю. Ты справишься, – ангел стоял у изголовья кровати. – Не бойся, я рядом… – он положил ладонь на лоб мальчика… – Не расстраивайся, малыш. У тебя будут друзья, просто среди твоих одноклассников нет достойных. Не переживай, тебя не должны все любить. Будь собой, оставайся верным себе. Вот увидишь: найдутся люди, которые будут дорожить твоей дружбой. Не беспокойся, у тебя все будет… – Что ты делаешь, малыш? Зачем? Зачем тебе это?! Чтобы быть, как все? Чтобы быть веселее? Нравиться другим, быть шутом?! Малыш… – ангел стоял возле деревянной беседки, где сидела компания молодых людей. – Не надо, не уродуй себя. Ты смешон. Те, вокруг тебя, не твои друзья, они смеются над тобой, потешаются. Как же ты этого не видишь?!. – Что ты наделал? Ты пьян?! – ангел смотрел на шатающегося подростка, весело орущего вместе со своими приятелями. – Нет! Тебе нельзя! – хранитель провел рукой по рулю мотоцикла, и тот заглох, дыхнув на прощание облаком выхлопов. Он смотрел в глаза парню и не узнавал того милого мальчика, которым он был еще год назад. – Зачем же ты ТАК изменился, малыш?.. – Что ты с собой сделал?! Но… зачем? Я… я не понимаю… – ангел присел возле парня. – Твоя жизнь только началась… Что же ты делаешь… – Стой! Нет! – ангел проследил взглядом за падающим юношей. Хранитель появился возле кустов, куда так удачно упал парень. – Ты снова пьян… – проговорил ангел, но ни презрения, ни ненависти не было в его голосе и взгляде. Он провел рукой по молодому лицу: – Зачем же ты это сделал? Ты даже не понимаешь, что ждало бы тебя там… Ты меня пугаешь, малыш… – Не делай этого! Хватит! Ты убиваешь себя! – ангел стоял возле парня, не зная, что делать. Он резко обернулся, увидев идущего в этот поздний час человека. – Помоги, – шепнул ангел человеку, который поднимался по лестнице, и тот, услышав какие-то звуки, поднялся на последний этаж, где, привалившись спиной к стене и закрыв глаза, сидел бледный парень. …Вой сирен… Запах больницы… Белый свет… Холод… Темнота… – Мы его откачали… Состояние нестабильное… – сквозь тьму раздавались голоса. …Когда он открыл глаза, то долго не мог понять, где находится. Потом до него дошло, что он в больнице. Возле него стоял юноша, одетый во все белое, и не отрываясь смотрел на него. Приглядевшись, он, к своему ужасу, заметил, что от юноши исходит свет, а потом увидел и белоснежные крылья за его спиной. Он мотнул головой, считая это галлюцинацией, но ангел и не думал пропадать. – Ты жить-то хочешь? – неожиданно спросил ангел. Этот вопрос испугал юношу. Страх холодными иглами впился в сердце и сжал его в ледяной комок. – Хочу… – проговорил он, резко охрипнув. – Зачем же ты себя убиваешь? – спросил ангел, смотря ему прямо в глаза. – Я… – в горле пересохло, он облизнул потрескавшиеся губы. – Я больше не буду… – как в детстве прося прощения у мамы, проговорил он. Ангел долго смотрел ему в глаза. И парень не знал, куда деваться от этого взгляда: отвернулся, глядя на серое тяжелое небо в окне, а когда повернулся – ангела уже не было… …Он сидел на грязном полу в каком-то старом здании. Руки дрожали. Он не мог полностью открыть глаза, да и не очень-то хотел. Сейчас все казалось расплывчатым, мутным. Но он был даже рад, он не хотел смотреть на все то, что его окружало. – Я что-то делал не так? – услышал смутно знакомый голос. Медленно повернув голову направо, увидел что-то белое, размытое, похожее на человека. – Я не сберег тебя. Просто не смог. Я не хочу смотреть, как ты опускаешься все ниже и ниже. Я не хочу смотреть, как ты себя убиваешь. Я не хочу видеть твою смерть. Я ошибся и беру свои слова обратно, я не смогу за тобой присматривать. Никогда… – белый свет начал медленно меркнуть. Зато слева появилось что-то черное, тоже напоминающее человека. – Ты не справился, ангел, не получилось?! – раздался грубый, будто насквозь прокуренный голос. – Обидно? Из-за тебя ведь погиб Человек… Судьба? Так плохо мне не было еще никогда. Наверное, все когда-то бывает впервые… Белый свет фар вырывает бесконечную дорогу кусками. По радио тихо шуршит какая-то грустная песня. Прислушавшись, я вспоминаю – это моя любимая песня, под нее мы всегда танцевали. Медленно. Он всегда смотрел мне в глаза. Его взгляд был добрым, вначале он мне казался пугающе-нежным. Но потом я привыкла и стала замечать, что такой взгляд был только у него. Влюбленный. Никто больше так на меня не смотрел. От слез помутнело в глазах. Быстро стерев их рукой, я вновь погрузилась в темноту ночной дороги. Черные деревья тянулись по обе ее стороны, как стражники, они нависали и подавляли. Деревья были огромными и закрывали звезды, которых и так было немного. Да, такое бывает. В конце концов, ничто не вечно, но… Я только начала верить в сказку, как вдруг она исчезла. Лопнула, как мыльный пузырь. Я научилась мечтать, и сейчас, слушая рык двигателя и тихое звучание радио, я сожалею об этом. Люди устают, такое бывает… Я научилась любить, я смогла полюбить – разве этого мало? Я должна быть благодарна ему, судьбе за этот шанс. Но… если бы я знала, что будет так больно, я… предпочла бы ничего этого не испытывать. Оставаться холодной, равнодушной, эгоистичной… оставаться собой. Меня бы вполне устроила игра в чувства, змеиные улыбки друзей, ножи в спину и колкие шуточки подруг… В конце всегда вспоминаешь про начало… Так странно… Неужели именно сегодня крутят все песни, под которые мы когда-либо танцевали? Меня всегда пугала ночная дорога. И почему я поехала именно за город, я не могла себе объяснить. Темные сосны подметали облака, может, задевали звезды. Кривой заборчик, мелькавший на опасных поворотах, был единственным, что делало дорогу… не такой жуткой. Вдруг радио зашуршало громче, именно зашуршало – я уже не слышала музыку, только странный шорох. Я его выключила. Наступила тишина. Рычание двигателя теперь казалось громоподобным. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/ivan-cuprikov/ugorskie-motivy-sbornik-rasskazov-stihov-publicisticheskih-statey/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
ОТСУТСТВУЕТ В ПРОДАЖЕ