Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Государственник. Рассказ о советском человеке

Государственник. Рассказ о советском человеке
Автор: Алексей Кашпур Жанр: Биографии и мемуары, историческая литература Тип: Книга Издательство: Издательство ИТРК Год издания: 2017 Цена: 199.00 руб. Просмотры: 8 Скачать ознакомительный фрагмент FB2 EPUB RTF TXT КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 199.00 руб. ЧТО КАЧАТЬ и КАК ЧИТАТЬ
Государственник. Рассказ о советском человеке Алексей Николаевич Кашпур В книге показан жизненный путь обычного советского человека, родившегося в военные годы и ставшего свидетелем всех этапов роста и усиления Советского Союза, а затем и его распада. Воспитанный в духе советского патриотизма и на коммунистических идеях, он делает всё как кадровый офицер, работающий с иностранными военными специалистами, чтобы продвигать среди них прогрессивные идейно-политические взгляды и авторитет СССР. Главный герой автобиографического романа не изменил своим убеждениям и после развала СССР и старается в меру своих возможностей содействовать распространению в массах идеи необходимости возврата к социализму, одновременно занимаясь проблемами развития государственности новых республик, работая в международных организациях. Книга будет интересна читателям разных поколений. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн. Алексей Кашпур Государственник. Рассказ о советском человеке © Кашпур А. Н., 2017 © Издательство ИТРК, издание и оформление, 2017 * * * От автора Сегодня значительная часть интеллектуальной и политической элиты нашего общества называет Великую Октябрьскую социалистическую революцию трагедией, а весь советский период нашей истории – провалом с тоталитарным режимом, подавлявшим и репрессировавшим свой народ, душившим всякую свободную мысль, отгородившим страну от мировой цивилизации «железным занавесом» и вырвавшим страну из мирового цивилизационного потока. Мой личный жизненный опыт и опыт многих моих друзей убеждает, что все эти утверждения являются злобной клеветой политических конъюнктурщиков, большинство которых сделали свою культурную, научную и политическую карьеру в советское время, а теперь, быстро перелицевавшись, торопятся заработать большие «бабки» на официальном идеологическом и политическом мейнстриме. Это и дало толчок идее показать на примере судьбы одного из десятков миллионов советских людей, которые своим трудом укрепляли, защищали и отстаивали советское государство и его интересы не из мещанско-обывательских, приспособленческих и стяжательских устремлений, а по идейным мотивам, то, как они жили и действовали в советское время, и как отнеслись к ликвидации социализма в стране и ее возврату к капитализму. Эти люди представляют поколение, которое родилось во время Великой Отечественной войны или непосредственно после ее окончания, пережили все трудности послевоенного периода восстановления, получили советское образование и воспитание, вошли во взрослую жизнь специалистами в различных областях и внесли свой вклад во все успехи Советского Союза в науке, технике, промышленном, сельскохозяйственном и социальном развитии. Им пришлось пережить крутой системный перелом в экономической и политической структуре общества, откат почти на столетие назад в условия дикого капитализма, сопровождаемый разграблением народной экономики, падением уровня жизни подавляющей части населения, закрытием заводов и фабрик, кровавыми конфликтами на значительной части страны, разделением не только братских народов, но и семей по разные стороны возникших многочисленных границ. На место социалистического гуманизма с его лозунгом «Человек человеку – друг, товарищ и брат» пришли законы капиталистических джунглей с принципом «Человек человеку волк» и борьбой за выживание и обогащение любым способом в ожесточенной конкурентной борьбе друг с другом. Людей, которые сохранили прежние взгляды, мораль и убеждения, презрительно называли теперь «совками». Общество разделилось и атомизировалось. Судьба «совков», особенно тех из них, которые являлись советскими государственниками, т. е. работали в системе государственных органов, вооруженных силах, МВД и КГБ, сложилась по-разному. Большинство из них стало руководствоваться принципом, четко выраженным певцом Газмановым в его популярной песне: «Жить, жить, / Надо просто жить, / Жить и не тужить, / Никогда не ныть». Некоторые из них полностью приспособились к новой политико-экономической системе, перелицевались, как хамелеоны, но, даже став мэрами, губернаторами, они иногда признавались своим близким друзьям, что по-прежнему хранят в своих сейфах свои партийные билеты КПСС[1 - КПСС – Коммунистическая партия Советского Союза, правила в СССР (ныне – Россия) с ноября 1917 по август 1991 года. До 1917 г. называлась Российская социал-демократическая партия: РСДРП (большевиков). – Прим. ред.]. Другие, если они проявляют общественную активность, выступают в различных протестных акциях против политики правящего режима, работают в оппозиционных партиях и других организациях. В качестве героя нашего времени, представляющего указанный слой общества, был взят мною хорошо знакомый мне человек с активной жизненной позицией, мой бывший сослуживец и друг, с которым мы служили вместе в одной воинской части много лет. После увольнения в запас с разницей в один год, мы еще продолжали близко общаться в течение более десяти лет до его кончины в России. При его отъезде из Киргизии в Россию он оставил мне свою богатую библиотеку, в которой я обнаружил также несколько тетрадей его дневников. Именно на основе этих дневников и его рассказов о себе в наших беседах мной и был составлен предложенный рассказ о советском человеке, каким он был и остался до самой своей смерти. Таким образом, этот рассказ полностью построен на реальных фактах и событиях с минимумом творческого художественного вымысла. При этом фамилии основного персонажа и ряда других действующих лиц были изменены в случаях, когда это было целесообразно. Один известный писатель сказал, что жизнь любого человека может служить материалом для романа. Прочитав такой роман, многие люди делают для себя определенные жизненные выводы и извлекают уроки, которые служат им для выстраивания своих определенных форм поведения и отношений. Надеюсь, изложенный здесь рассказ тоже даст читателям материал для размышлений и оценок. Насколько это так, судить читателю. Вылет в колыбель демократии и воспоминания Таможенные процедуры, регистрация на рейс и вот посадка на самолет. По узкому проходу дошли до своих кресел. Забросили сумки ручной клади в отделения над головой пассажиров и захлопнули крышки этих отделений. Теперь разместились на своих местах. Спутники Николая Павловича Осокина оказались по другую сторону от прохода, а его место было у самого окна. Все пассажиры тоже расселись по своим местам и успокоились в ожидании окончания посадки. Ремни застегнуты, стюардесса провела наглядную инструкцию по безопасности. Закончился грохот загружаемого в самолет багажа, трап медленно отошел, и тягач оттащил самолет от места посадки на рулежную полосу. После выруливания и короткой остановки двигатели взревели, и самолет разбежался и взлетел, быстро набирая высоту. Николай Павлович откинулся на спинку сидения. Впереди четыре часа лета до Франкфурта, можно спокойно отдохнуть и подумать. Сейчас он фактически находился на вершине своей жизненной карьеры, возглавляя в качестве исполнительного директора программу ПРООН «Поддержка парламента Кыргызстана», рассчитанную на два года с объемом финансирования два с половиной миллиона долларов. Его спутниками сейчас были председатель одной из комиссий Законодательного собрания Жогорку Кенеша, киргизского парламента, и начальник отдела администрации Жогорку Кенеша. Все они летели на первую специализированную международную конференцию Международного института административных наук, посвященную вопросам ответственности в государственном управлении. Конференция должна была пройти в Саннигдейле, недалеко от Лондона, куда они сейчас и летели с пересадкой во Франкфурте. Фактически, Николай Павлович был единственным человеком из группы, который должен был выступить на ней со своим докладом, но для того, чтобы обеспечить финансирование поездки за счет возглавляемого им проекта, пришлось взять с собой двух человек из состава членов парламента и его администрации. Ну, а кто откажется проехаться на бесплатную экскурсию в Англию на целую неделю, – причем за эту поездку им будут еще начисляться командировочные? Самолет пробил облака и вышел на высоту 10 тысяч метров. Можно было расстегнуть ремни и расслабиться. Мысли, вначале занятые вопросами предстоящей конференции и построения его выступления на основе письменного текста, заранее представленного в Институт доклада, свернули к воспоминаниям об основных этапах его пути к сегодняшней позиции. Он никогда не думал о карьере и ничего не предпринимал специально для того, чтобы выдвинуться и занять какую-то должность. Он просто постоянно работал над собой, стараясь получить больше знаний и окрепнуть физически для того, чтобы быть способным принести пользу обществу. А продвижение по карьерной лестнице в различных условиях происходило как бы само собой. Его просто отбирали как наиболее подходящего для той или иной должности. Но он не был просто пешкой, которую двигали внешние игроки на шахматной доске. Он выбирал сам направление своего продвижения, исходя из образующихся возможностей. Ведь осознанный и принятый им с юности смысл его жизни давал различные варианты для выбора поля деятельности. Он вырос в Советском Союзе и сформировался как убежденный коммунист. И это означало, что он должен был всей своей целенаправленной общественной деятельностью способствовать укреплению советского государства, как государства трудящихся, и продвижению коммунистических идей. Так как в эпоху социализма именно государство было главным инструментом развития коммунистического общества, Николай Павлович чувствовал себя приверженцем этого государства, готовым работать на него в любой его структуре. Он отдал службе в его Вооруженных Силах 25 лет. Но СССР был ликвидирован, когда Николай Павлович был еще в расцвете своих интеллектуальных и физических сил. Значило ли это, что его жизнь прошла напрасно? Он так не думал. То, что произошло с его страной, заставило его вспомнить прочитанное им в одном из ранних произведений К. Маркса высказывание: «Вопреки претензиям “прогресса”, постоянно наблюдаются случаи регресса и кругового движения». Таким регрессом и явилась контрреволюция, продвинутая Горбачевым и завершенная Ельциным, выразившаяся в развале исторически сложившейся сверхдержавы, социалистического содружества и реставрации капитализма в этих странах. Размышления о глубинных причинах этой глобальной трагедии привели его к нескольким выводам. Во-первых, очевидно, что диктатура пролетариата должна существовать на всем этапе переходного периода до полной победы социализма во всемирном масштабе именно из-за угрозы реставрации капитализма извне и изнутри. Во-вторых, в СССР была допущена ошибка в провозглашении полной и окончательной победы социализма и перехода к общенародному государству. Фактически же сформировалась правящая номенклатурная элита («первый миллион»), класс, ставший над народом, который, в конечном счете, и привел к перерождению характера строя и реставрации капитализма. Эти подвижки начались после прихода к власти Хрущева и Брежнева. В-третьих, номенклатура в КПСС организовала подготовку свержения социализма в годы «перестройки», лишила КПСС руководящей роли, подорвав своими идеологическими действиями (последовательной и целенаправленной пропагандой антикоммунизма под руководством, как стало известно недавно, члена Политбюро ЦК КПСС А. Н. Яковлева) и практически создав экономический хаос «рыночными» мерами, парализуя плановое ведение хозяйства, создавая всеобщие дефициты и морально разлагая народ, доверие к КПСС со стороны народных масс и, в первую очередь, рабочего класса. Поэтому переворот не встретил сопротивления ни со стороны рядовых коммунистов, ни со стороны рабочих, ни тем более со стороны обывателей. В-четвертых, сегодня коммунистам придется вновь завоевывать доверие народа и, в первую очередь, рабочего класса, без чего революционный переход к социализму невозможен. КПРФ в России и компартии в республиках бывшего СССР стоят сегодня в основном на социал-демократических позициях (в западноевропейском смысле) и неспособны осуществить революционный переворот даже в случае возникновения революционной ситуации в стране. Мысли Николая Павловича снова вернулись к своей судьбе. Его происхождение было обычным и вполне соответствовало требованиям советской власти для подбора кадров и продвижения по социальным лифтам. Становление личности Отец Николая Павловича, украинец, родился в селе Туровка Згуровского района на Украине в крестьянской семье. Еще в годы коллективизации он был молодежным активистом, участвовал в раскулачивании, позже уехал на Дальний Восток (может, из-за боязни мести раскулаченных). Его братья погибли в войну. Сам он, будучи призван в армию, попал в охрану ГУЛага в Комсомольске, где и познакомился с матерью Николая Павловича, русской, отец которой работал на строительстве авиазавода мастером и жил там со своей семьей. Этот дед Николая Павловича потерял на авиазаводе ногу на мощном кране под потолком цеха, и как инвалид получал впоследствии от завода пожизненную пенсию. А его бабушка была из бедных крестьян (дед был из зажиточных крестьян или середняков, женился на ней по любви вопреки воле родителей), у них было 12 детей, выжило 4 – один сын Василий и три дочери, Мария, Валя и Женя по старшинству. Первоначально до революции они жили в деревне Мокруши, село Оськино, Парфеновского района, Ивановской области, вели хозяйство, пока дед сначала учился на мастера строителя и работал в городе строителем. Потом, во время Первой мировой войны, его деда мотало с семьей на Украине, а после революции и гражданской войны он работал на Днепрогэсе и других стройках, закончив работу на Дальстрое. Его слова, сказанные однажды Николаю Павловичу, когда он был подростком, врезались на всю жизнь: «За всю историю России Советская власть – это самая лучшая власть, которая в ней была». Итак, корни Николая Павловича первоначально были с обеих сторон крестьянские, потом отец и мать стали рабочими, побывав в различных должностях. Всплыли в памяти наиболее эмоционально яркие моменты из его детства и юности, которые закрепились на всю жизнь в голове. Вот ему около трех лет, и он медленно топает в своих валеночках, пальто и меховой шапочке по утоптанной в снегу тропинке вдоль канавы с бегущей теплой водой из небольшого здания бани неподалеку. Позже он узнал, что это было на Дальнем Востоке, в районе Комсомольска, откуда его родители впоследствии переехали на Украину. Потом память показала увиденные сквозь замызганное грязное стекло вагонного окна проплывающие мимо под стук колес на стыках рельсов бесконечные чащи таежного сибирского леса. А вот украинский город и небольшой двухкомнатный домик под соломенной крышей и глинобитным полом, который приобрели его родители, и где он прожил долгие годы до окончания средней школы и отъезда в Москву. Тяжелые послевоенные годы с 1947 до 1949 вспоминаются утренними очередями за черным развесным хлебом по норме, весенней нехваткой продовольствия и поиском ранней лебеды для супа, приобретением семьей сначала козы, потом коровы. Ему пять лет, и приехавшая из Николаева бабушка ведет его в церковь, где священник крестит его в тазу, поливая холодной водой. Но через несколько лет он уже чувствует себя воинствующим безбожником и снимает из угла в их доме и прячет на чердаке икону. Родители оба работают, отец на фабрике, а мать на почте телеграфисткой. Ему чуть больше пяти лет, бабушка с дедушкой уехали после недолгого визита, и он с сестрой оставались в доме одни, пока родители находились на работе. На это время родители запирали двери, чтобы дети куда-нибудь не ушли, и оставляли еду и воду для обеда. В один такой день Коля залез на табуретку, встал и попытался достать что-то с приступки на стене, но не удержался, свалился с табуретки и выбил себе два передних верхних зуба. Было много крови, плача и выглядывания в окна дома, чтобы позвать кого-нибудь на помощь. В четыре года он уже научился читать. Первые уроки ему дала мама, потом он читал вывески на магазинах и учреждениях, потом стал читать детские книжки, и заглядывать в те из немногих взрослых книг, которые попадались ему в доме. Ему шесть лет. Он сидит на завалинке дома, на южной стороне, и думает о диалектике, тоненькую книжку о которой он недавно прочитал. Ему хочется учиться и скорее поступить в школу. На следующее утро он идет знакомым ему маршрутом мимо оврага по дороге через окраинные дома и, свернув налево, через поле выходит на булыжное шоссе, ведущее вправо через мостик в пригородную часть города, где расположена начальная школа. Здесь он обращается к учительнице, имя которой – Ульяна Митрофановна – он запомнил на всю жизнь, и записывается в первый класс. Вечером, когда мама вернулась с работы, он сказал ей, что записался в школу номер 11. Мать затем оформила его поступление в первый класс, хотя ему еще не исполнилось семи лет. Школа была украинской, но он успешно осваивал все учебные предметы, регулярно получая похвальные грамоты и подарки по окончании очередного класса. В третьем классе начали изучать немецкий язык, ему хорошо запомнились картинки предметов с подписями на немецком языке в учебнике. Но в четвертом классе изучение иностранного языка было отменено. Еще во втором классе Коля записался в городскую детскую библиотеку и стал ее активным читателем. Для этого ему приходилось регулярно проходить пешком два километра в одну сторону через центр города, так как автобусное сообщение было начато по булыжному шоссе только через год после этого. Библиотекарь часто заставляла его пересказывать прочитанное им, хотя ему это и не нравилось. Он не понимал, что библиотекарь добивалась этим лучшего овладения им разговорным русским языком и умения сжато излагать содержание прочитанного. В этот период ему вспоминается только короткий летний перерыв городской жизни: переезд остальной семьи к отцу в колхоз, председателем которого он был назначен из рабочих его фабрики как коммунист. Коля несколько раз с родителями бывал на селе у бабушки по отцу, но никогда на все лето, как в этот раз. После возвращения осенью в город возобновилась его учеба в школе, но зимой они узнали, что отца сняли с должности председателя колхоза и осудили на год за какие-то нарушения. Мать считала, что это, скорее всего, было связано с пьянством отца, которое часто стало вызывать и семейные проблемы, ссоры в семье вплоть до побоев отцом матери. Это вызвало чувство его отчуждения к отцу, и сочувствие матери, а впоследствии и особое отношение к женщинам. Дни шли за днями, недели за неделями. Отец вернулся из тюрьмы, устроился на работу сначала прорабом по строительству, потом опять рабочим на фабрику. Вместе с тем он занялся пристройкой к дому двух комнат и заменой соломенной крыши шифером. Старая русская печь была выброшена и вместо нее выложена плита, которую топили дровами и углем. Запомнилось, как в конце 40-х – начале 50-х ежегодно весной несколько раз снижались цены на продукты и товары массового спроса. Исчезли утренние очереди за хлебом в магазинах, все можно было покупать без талонов, отмененных в 1947 году. В 1953 году, когда Коля был в 4-м классе, учительница в начале очередного занятия объявила детям о смерти Сталина. При этом Коля впервые увидел плачущей учительницу Ульяну Митрофановну. Окончание начальной школы означало, что надо было поступать в другую, теперь среднюю школу. Мать записала Колю в одну из двух русских школ в городе, которая располагалась в его центре. Коле она сказала, что записала его в 5«Б» класс, с преподаванием английского языка, потому что думает, что этот язык ему больше пригодится в дальнейшем. Оказалось, что этим она определила его дальнейшую судьбу. Как и в начальной школе, Коля показывал успехи по всем предметам и здесь. Ему нравилась учеба, кроме того он много читал художественных книг, в основном приключенческого характера, фантастику и, конечно, рекомендованные по школьной программе. Но особое внимание он обращал на изучение английского языка. Перейдя в 6-й класс, он однажды сел за стол и составил себе жизненную программу. На это повлияли прочитанные им книги «Как закалялась сталь» Н. Островского, «Овод» Э. Л. Войнич и «Что делать» Н. Чернышевского. Яркое впечатление от этих книг усиливалось жизнеутверждающими историями, описанными в произведениях Жюль Верна, Майн Рида, Даниэля Дефо, Джека Лондона. Поэтому Коля поставил себе жизненную цель: сделать максимально полезный вклад в развитие нашего общества. Но для этого надо было вначале усвоить максимум полезных для этой цели знаний, исходя из того, что знания – это сила. Дальше надо было применить полученные знания на практике, как в определенной специальности, так и в общественной деятельности. Большую роль в этом должно было сыграть хорошее владение языками, как родным, так и иностранными, в первую очередь английским. Теперь он оценивал эти решения как романтические и идеалистические взгляды молодого человека, но они сделали его дальнейшую деятельность организованной и целеустремленной. В школе уроки английского проходили один раз в неделю. Этого было явно мало. Коля стал регулярно слушать уроки английского по радиоприемнику, настроившись на радиостанцию «Би-би-си». В дальнейшем он старался в радиопередачах на английском языке уловить знакомые слова, чтобы понять смысл передачи. В книжном магазине приобрел пару тонких книжек сказок и рассказов на адаптированном английском языке, стал посещать кружок английского языка, организованный их молодой учительницей по английскому. В этот начальный период у него появилось еще одно увлечение – шахматы. Он научился играть в шахматы еще в начальной школе, когда ходил в гости к однокласснику. Сейчас у него появился другой партнер – отец. Они иногда часами по вечерам допоздна засиживались, играя по 10–20 партий. Вначале Коля чаще проигрывал отцу, потом постепенно соотношение выигранных партий к проигранным стало изменяться в его пользу. И через пару месяцев он уже выигрывал почти все партии у отца. Шахматы помогли сделать его мышление более организованным и целеустремленным. После окончания 7-го класса он продолжил обучение, чтобы получить полное среднее образование. Кроме продолжения интенсивных самостоятельных занятий по английскому, Коля записался в спортивную школу, которая находилась в левом крыле его средней школы. Там он посещал две секции – по легкой атлетике и спортивной гимнастике. По окончании этой школы он получил свидетельство по обоим видам спорта. В этот же период он заинтересовался физическим аспектом хатха-йоги, о котором узнал из выписываемого им журнала «Наука и жизнь». Он освоил некоторые из асан йоги и практиковал их затем, довольно нерегулярно, всю остальную жизнь. Пионерский и комсомольский школьный период не дает Николаю Павловичу материала для воспоминаний. Он не был заводилой и не проявлял лидерских качеств, только участвуя в собраниях и добросовестно выполняя поручения. Наиболее ярким осталось от пионерского периода у него воспоминание о двухдневном турпоходе по близлежащим селам. Руководителем группы был молодой парень – пионервожатый, который по вечерам рассказывал группе содержание некоторых интересных повестей. Для Коли пионервожатый стал первым живым образцом положительного молодежного лидера. Вспомнились еще практические занятия по труду. Они проходили на бетонном заводе, где старшеклассники его группы изучали специальность бетонщика-арматурщика. Арматура, проволока и крючки для закрепления арматуры на поперечных стыках, составление бетонной смеси, заливка форм и уплотнение вибраторами – все это усваивалось ребятами с интересом и даже с увлечением. По окончании их обучения и сдачи экзаменов с выдачей удостоверения бетонщика-арматурщика третьего разряда инженер – руководитель трудовой практики – пригласил всех ребят прийти на завод работать после окончания школы – он с удовольствием примет их всех. В памяти Николая Павловича отложился эпизод с получением им своего первого паспорта по достижении им 16-летнего возраста. Когда он раскрыл его в паспортном отделе, то увидел, что в графе национальность у него стояла запись «украинец». Он тотчас пошел к начальнику паспортного стола и заявил, что он при заполнении документов для паспорта писал себе национальность «русский», так как у него мать русская, а отец – украинец. Он хотел, чтобы его национальность числилась по матери. Начальник паспортного стола спросил его, настаивает ли он на изменении записи в паспорте, на что Николай ответил утвердительно. «Значит, ты – великоросс», – уточнил начальник. Николай кивнул головой. Так произошла его национальная самоидентификация. Здесь главную роль сыграло не столько его сознание, сколько эмоциональное отношение к отцу из-за его поведения в семье после выпивок. Десятилетнюю среднюю школу Коля окончил с серебряной медалью. В аттестате у него была только одна четверка – по русскому языку. Он уже определился, куда будет поступать после окончания школы – это должен был быть институт иностранных языков в Москве. Родственники из Николаева, где дядя был преподавателем в судостроительном институте, предлагали поступить туда с перспективой: в дальнейшем устроиться после выпуска из института на работу в калининградском судостроительном заводе, где другой дядя был главным инженером. Но эта перспектива Колю не привлекала, хотя, в крайнем случае, он мог ее принять. Поэтому он выслал заявление на поступление в 1-й Московский государственный педагогический институт иностранных языков. В положенное время его пригласили приехать для сдачи документов в приемную комиссию. На поезде до Москвы можно было доехать за сутки. Он прибыл утром в Москву на Киевский вокзал, узнал в справочном киоске, как доехать до Метростроевской улицы, и на метро проехал до ближайшей станции «Парк культуры имени Горького», откуда пешком дошел до института. Зашел в комнату приемной комиссии, представился сидевшему за канцелярским столом молодому человеку и стал сдавать документы. Запинка произошла, когда его попросили дать прикрепительный талон от военкомата. Его у Коли не было, так как ему еще было только 16 лет, и в этом возрасте он еще не был принят на учет в военкомате. Тогда молодой человек сказал, что ему придется подождать годик и поступать, когда он будет принят на военный учет. Это расстроило Колю, но делать было нечего, и он вернулся на Киевский вокзал, купил билет и приехал домой. Но дома через несколько дней он получил от дяди из Николаева письмо, в котором тот советовал ему вернуться в Москву и подать снова документы в институт. По словам дяди, требование представлять приписное свидетельство военкомата в приемную комиссию в этом году было отменено. И, кроме того, на собеседование после сдачи экзаменов являться было не обязательно. Коля сразу же последовал советам дяди и вновь поехал в Москву. На этот раз все прошло гладко: он сдал документы в приемную комиссию, получил направление в общежитие на время вступительных экзаменов, устроился там и стал знакомиться с Москвой. Из этого времени ему запомнилось случайное знакомство с другим абитуриентом, встреченным им на Красной площади. Из беседы с ним в памяти сохранилось высказывание нового знакомого, что Россия бы только выиграла в своем развитии, если бы в войне 1812 года победил Наполеон. Для Николая это прозвучало как совершенно дикая мысль, так как он считал, что ни одна колониальная держава не способствовала развитию своих колоний, а только стремилась выкачать из них максимум ресурсов для своего развития. И еще он посчитал, что такое высказывание было характерным для его нового знакомого из-за его еврейской национальности. Так как Николай был серебряным медалистом, ему пришлось сдавать все приемные экзамены, но он сдал их успешно, набрав проходной балл, причем экзамен по английскому языку он сдал на пятерку, а по двум другим получил четверки. На собеседование в комиссию он не пошел. Однако через день после сдачи экзаменов он увидел свою фамилию в списке поступивших в этот институт. После получения соответствующих документов у него еще оставалось некоторое время до начала занятий в институте, и он вернулся домой, чтобы собрать необходимые вещи и книги, которые ему понадобятся в осенне-зимний период учебы в институте. Родители дома сказали ему, что никто из соседей не поверил, что ему удалось поступить в престижный московский институт без взяток или чьей-то поддержки. Родственники по матери тоже не верили, что ему удастся поступить в этот институт. Поэтому его дядя из Калининграда, который гостил с семьей в Николаеве, возвращаясь на своей «Волге» в Калининград, изменил маршрут и заехал в Москву, чтобы захватить племянника, когда станет известно, что он не смог поступить. В Калининграде он устроил бы племянника работать на свой завод, и после отработки двухлетнего периода, необходимого для льготы при поступлении в институт, Николай мог бы поступать в выбранный им институт на льготных условиях за свой рабочий стаж. К первому сентября Николай снова был в Москве, устроился в общежитии в Алексеевском студенческом городке возле ВДНХ, ознакомился с расписанием занятий, которые для первокурсников проходили в учебном корпусе на Ростокинском проезде, и получил учебники в институтской библиотеке. Начались рутинные учебные занятия, которые называли «парами» – по полтора часа, каждое с десятиминутным перерывом между ними, обычно три пары в учебный день. В группе, в которую попал Николай, было 20 человек, большая часть из них девушки. Николай был самым младшим из них, остальным было от 19 до 25 лет, почти все ребята – их было всего четверо – либо отслужили в армии, либо проработали не менее двух лет на производстве. Иногородними было всего несколько человек, остальные все были москвичами. Для занятий по языковым предметам, где требовался индивидуальный подход преподавателя к каждому, группа делилась на две подгруппы, занимавшиеся в разных аудиториях. Николай был зачислен на английский педагогический факультет, деканом которого в то время была З. В. Зарубина, о которой было известно, что она принимала участие в Тегеранской конференции руководителей трех держав антигитлеровской коалиции как переводчик в составе советской делегации, а теперь была, кроме прочего, организатором и руководителем курсов переводчиков ООН. Ее имя вошло в «Википедию», где было сказано, что Зоя Васильевна Зарубина была переводчиком, сотрудницей советских органов государственной безопасности, разведчицей, профессором, преподавателем МГПИИЯ, а в свое время личным секретарем И. В. Сталина по иностранным делам. Николаю она запомнилась тем, что однажды, когда он был ответственным по поддержанию порядка на одном из студенческих институтских вечеров, она посоветовала ему быть тверже в предъявлении своих требований. Это было очень точное замечание, потому что Николай всегда предпочитал мягкое обращение с людьми, избегая создания конфликтных ситуаций. Николая избрали старостой группы, а впоследствии и членом комсомольского бюро первого курса, а позже и факультета. Первые полтора месяца шли интенсивные занятия по английской фонетике, преподаватели добивались чистого произношения звуков и правильной интонационной мелодики речи. Кроме аудиторских занятий, для этого широко использовалась самостоятельная работа в лингафонном кабинете после обеда. После этого пошли занятия по грамматике, лексике, стилистике, англоязычной литературе, латинскому языку, педагогике, методике и психологии. Кроме специальных дисциплин, читались также общие для всех вузов предметы – история КПСС, философия и политэкономия. Лекции проводились для всего курса в лекционном зале, семинары и практические занятия проходили в аудиториях. Иногда перед студентами и преподавателями всего факультета выступали гости – специалисты в области изучения языков из Англии, США, Канады и Австралии. Студентам рекомендовали также смотреть иностранные кинофильмы на английском языке, которые шли в кинотеатре возле гостиницы «Метрополь». Всё это позволяло более полно окунуться в английскую языковую атмосферу и быстрее овладеть английским языком. На первом и втором курсах в расписании занятий были также плановые часы физкультуры в спортивном зале института. Кроме того, Николай регулярно включался в институтскую команду по легкой атлетике и участвовал в межинститутских соревнованиях на различных московских стадионах. В первый год он также ходил на тренировки в крытом зале стадиона имени В. И. Ленина. Тренер считал Николая «середнячком», так как он бегал в соревнованиях на средние дистанции и обычно занимал места в середине списка. Он не показывал призовых результатов, но зато приносил команде зачетные баллы. В свободное от занятий время он ходил сам или с друзьями в театры, кино или в музеи. Часто посещал музей изобразительных искусств имени Пушкина, где записался в рисовальный кружок. Записался также в библиотеку иностранной литературы и историческую библиотеку, в читальных залах которых занимался регулярно. Свободного времени у него практически не оставалось. Так как поездки в Москве на занятия или к другим местам отнимали от 30 до 45 минут, Николай привык, как все москвичи, ходить быстрым шагом, что закрепилось у него на всю жизнь. Впоследствии жене часто приходилось придерживать его, когда они шли куда-нибудь вместе. «Я не успеваю за тобой, не беги», – говорила она. Стипендия на этом факультете была небольшая – на первом курсе всего 30 руб. На последующих курсах она повышалась, достигнув 45 руб. в месяц на последнем курсе. С учетом того, что за проживание в общежитии приходилось платить всего 1,5 руб. в месяц, стипендии с трудом хватало на питание и проезд. Родители присылали Николаю дополнительно по 30 руб. в месяц, что позволяло ему производить траты на культурные нужды и покупку некоторых предметов одежды и обуви, а также книг. После первого семестра у Николая произошла первая встреча с сотрудниками КГБ. Он получил приглашение зайти в одну из аудиторий института. Когда он пришел туда, там было два пожилых человека, мужчина и женщина, одетые в гражданское. Они представились как сотрудники КГБ Владимир Михайлович и Наталья Ивановна в звании подполковников, и Владимир Михайлович сказал Николаю, что они изучили документы по нему, знают, что он проявляет высокую общественную активность, хорошо знаком со всеми студентами его курса, и предлагают ему сотрудничать с КГБ. Николай сказал, что он не хочет быть «стукачом». Владимир Михайлович возразил, что им нужны будут объективные характеристики на некоторых студентов с учетом возможностей, которые открываются у них в связи с контактами с иностранными гражданами. Это требуется для обеспечения безопасности нашей страны. Тогда Николай спросил, знают ли они, что его отец был осужден и сидел в тюрьме. Этот вопрос застал их врасплох, они этого не знали, поэтому прервали разговор и сказали Николаю, что хотят встретиться с ним позже, через несколько дней. Через несколько дней встреча снова состоялась. На этот раз Владимир Михайлович был один, и после приветствия, он сказал Николаю, что ему не надо беспокоиться о том, что было с его отцом, так как судимость с отца была снята. После этого он спросил, согласен ли Николай сотрудничать с КГБ в предоставлении объективной информации о тех людях, которые будут интересовать КГБ. Николай дал согласие, после чего договорились о выборе им своего позывного, которым он будет подписывать свои описания тех людей, на которых КГБ понадобится получить информацию. Владимир Михайлович сказал, что их встречи будут происходить один раз в два-три месяца на квартире, которую использует КГБ. Договариваться о встрече будут по телефону. В последующем такие встречи происходили один-два раза в семестр. Так как при этом от Николая только требовалось дать объективную характеристику на некоторых студентов – их успеваемость, отношения с другими студентами, общественная активность, интересы – он не видел в этом ничего особенного. Иногда он не мог сразу дать такую характеристику из-за недостаточного знакомства с человеком, которым интересовался КГБ. Тогда его просили поближе познакомиться с ним, узнать о нем от других знакомых. Владимир Михайлович и Наталья Ивановна иногда делились с Николаем своим жизненным опытом, рассказывали о некоторых своих эпизодах. Так Николаю запомнился рассказ Владимира Михайловича о том, как он участвовал в начале 50-х годов в разгроме бандеровских банд на западе Украины. Бандеровцы вылезали из своих схронов по ночам и нападали на села, убивали членов сельсоветов, учителей, библиотекарей, сжигали склады с зерном. Чекисты выслеживали их, находили схроны, забрасывали их гранатами, устраивали засады на путях их переходов. Владимир Михайлович рассказал, как они однажды устроили засаду на большую банду бандеровцев, которые шли по глубокому оврагу. Чекисты расстреляли их всех из пулеметов. Если летом после первого курса Николай вначале с группой студентов был направлен на разборку старого здания в Москве, а затем на заготовку сена в подмосковном совхозе, где он научился косить траву косой и стал лучшим косцом их группы, то после второго курса, когда он уже достаточно хорошо овладел английским языком, летом он занимался языковой практикой с иностранцами. Вначале его использовали как волонтера. Впервые он приступил к работе с англичанами в начале мая 1961 года в субботу. Это были рабочие, устанавливающие английскую выставку в Сокольниках. Трудно было назвать это работой. Группа англичан села в автобусы и поехала на sightseeing (обзорную экскурсию) по Москве. Николай не знал с чего начать, что делать и поэтому сначала молчал. Но оказалось, что поездка в coaches (автобусах) быстро объединяет людей – и вскоре он разговорился, показывая направо и налево и объясняя, так же как и две другие студентки, ехавшие с этой группой. Когда они возвращались и сделали остановку на Красной площади, у студентов завязался спор с англичанами, нужно ли нам запускать спутники, и не лучше ли эти средства обратить на постройку домов и т. п. Потом стали перебирать вопросы заработной платы, стоимости товаров, условий жизни, экономического неравенства и т. д. Закончилась поездка поздно вечером. Рабочие подарили Николаю значок выставки. На следующий день, в воскресенье, была вторая встреча с этой группой. На этот раз группа уже не ездила в специальных автобусах, а пошла пешком. Группа разделилась на небольшие подгруппы по 3–4 человека. Николаю пришлось работать с Тони, Альфом и Гленом. Спорили. Задавали вопросы – в основном они Николаю. Тони отнес себя к среднему классу. Сказал, что антисоветские чувства, пожалуй, наиболее сильны в среднем классе. Сказал, что трудно узнать действительное положение вещей, когда много разных взглядов у них в Англии. Расстались дружески. Николай Павлович вспоминает, что у него постепенно развивалось знакомство со столяром из рабочих группы (позже он узнал его фамилию и адрес) Харри Бентоном. Он был социалистом, членом тред-юниона деревообделочников, сочувствовал России. Рассказал Николаю, что у него есть 17-летний сын – работает на «Энциклопедию Британику», филателист, уже, очевидно, влюбился в девушку, так как инструктировал папашу купить духи в Москве. Живут в коттедже недалеко от центра Лондона. Через два года коттедж запланировано снести. В коттедже есть все удобства. Платит 2–3 фунта в неделю. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/a-n-kashpur/gosudarstvennik-rasskaz-o-sovetskom-cheloveke/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом. notes Примечания 1 КПСС – Коммунистическая партия Советского Союза, правила в СССР (ныне – Россия) с ноября 1917 по август 1991 года. До 1917 г. называлась Российская социал-демократическая партия: РСДРП (большевиков). – Прим. ред.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 199.00 руб.