Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Держава. Власть в истории России Александр Радьевич Андреев Имперские славянские хроники «Державность и национальное величие России – предупреждение вооруженных конфликтов в мире, работа по достижению общеевропейского и мирового согласия, установление добрососедства и сотрудничества между странами и народами при четкой и сбалансированной национальной внешней политике. В начале Третьего тысячелетия русский мыслитель А.И. Солженицын писал о развитии России: «В такой необъятной стране, как наша, никогда не добиться процветания без сочетания действий централизованной власти и общественных сил». Принцип, который лежит в основе благополучия государств в XXI веке – активное внешнеэкономическое развитие с расширением своего геополитического влияния. Доминирование – с помощью военной мощи, сильной экономики, эффективной идеологии и развитой культуры – один из неписанных важнейших законов государственного существования в современном мире». Александр Радьевич Андреев Держава. Власть в истории России Тайна, чудо, авторитет – три кита, составляющие сакральное основание власти. Предисловие На дороге встречь Солнцу не может быть двоевластия «Ни один вопрос не запутан таким количеством традиций и таким количеством мистики, как вопрос о государственной власти» – так считали и считают многие ведущие историки человеческой цивилизации. Без власти нет государства. Отсутствие государства порождает анархию и хаос. Древнегреческие философы ставили форму государства в зависимость от формы власти и делили государства на монархии, олигархии и демократии. Они считали, что монархия превращается в тиранию, сменяющуюся на олигархию, которая вызывает недовольство, свергается и заменяется демократией, превращающейся в правление толпы и в итоге заменяющейся монархией. Французские мыслители во главе с Ж.-Ж. Руссо писали, что «нет ничего опаснее власти в неумелых руках. Источник верховной власти – народ, который не должен ее осуществлять. Государства, в которых правит толпа, отрекаются от законов так же легко, как от веры своих отцов». Наполеон Бонапарт заявлял, что «возвышение или упадок государств почти всегда зависит от смелости ума их правителей», подтвердив этот постулат всей своей деятельностью. За полвека до Наполеона М.В. Ломоносов писал в «закрепощенной» России: «Никто не уповай вовеки На тщетну власть князей земных: Их те ж родили человеки, И нет спасения от них». Через двести лет М.В. Ломоносова дополнил поэт и кумир интеллигенции Советского Союза второй половины XX века Б. Окуджава: «Власть – администрация, а не божество. Мы все воспитывались в поклоненьи власти. В этом был наш стимул, в этом было счастье. Вот мы и холопствуем все до одного». «Жить в обществе и быть свободным от общества нельзя» – писал создатель Советского Союза В.И. Ульянов-Ленин. Через пятьдесят лет его высказывание развил и дополнил президент Соединенных Штатов Дэкон Кеннеди: «Люди, которые цементируют власть, вносят неоценимый вклад в величие нации. Но не менее ценный вклад вносят и те, кто подвергают эту власть сомнению». Власть государства должна соответствовать переживаемому страной эпохе и ее национальным особенностям. Древние греки пришли к мудрецу Солону и спросили его: «Какая конституция самая лучшая?» «Для какого народа и времени?» – ответил Солон. В течение многих веков Россия осваивала пространство Евразии. Русские первопроходцы шли встречь Солнцу и дошли на востоке до Тихого океана, на юге – до Тянь-Шаня. Географические особенности во многом определили ход российской истории. Территория России – равнина в естественных границах – была предназначена самой природой для образования единого государства, соединяя Уральским хребтом европейские и азиатские земли. Выдающийся русский историк Н.Я. Данилевский писал в своем труде «Россия и Европа»: «Воздвигнутое русским народом государственное здание не основано на костях попранных народностей. Он или занимал пустыри, или соединял с собой путем исторической, нисколько не насильственной ассимиляции такие племена как чудь, весь, меря или зыряне, черемисы, мордва, не заключавших в себе ни зачатков исторической жизни, ни стремлений к ней, или принимая под свой кров и свою защиту такие народы, которые, будучи окружены врагами, уже потеряли свою национальную самостоятельность, или не могли более сохранять ее, как армяне и грузины. Завоевание играло во всем этом самую ничтожную роль. Никогда занятие народом предназначенного ему исторического пространства не стоило меньше крови и слез». Несмотря на тяжелые географические условия – «страшные зимние холода и свойственные только северному климату распутицы, незнакомые жителям умеренного Запада» – наша земля стала «землей тысячи городов» – Гардарикой, на которой жил работящий и талантливый народ. Российский историк Г.В. Вернадский писал: «Русский народ – не только народ-пахарь, он также лесопромышленник и скотовод, и народ-посредник между разными хозяйственно-природными областями, народ-торговец». Народ-пахарь и народ-торговец, живший на «великой и обильной земле» еще в IX веке создал геополитический центр силы – могущественное государство Средневековья, простиравшееся от Новгорода до Киева. И тогда на Русь, Россию, пошли бесконечные орды бесконечных завоевателей – татаро-монголы и тевтонские рыцари в XIII–XV веках, полчища Наполеона в Отечественную войну 1812 года, фашисты Гитлера в Великую Отечественную войну 1941–1945 годов. Громадные силы народа и государство уходили на защиту Отечества. «Где существует так называемое многовластие, там либо вовсе нет государственной власти, либо происходит революция» – правители России, часто находившейся в сложном геополитическом положении, хорошо понимали это, строя свою вертикаль власти. Великий русский мыслитель Н.А. Бердяев писал: «Россия – самая государственная и самая бюрократическая страна в мире; все в России превращается в орудие политики. Русский народ создал могущественнейшее в мире государство, величайшую империю. С Ивана Калиты последовательно и упорно собиралась Россия и достигла размеров, потрясающих воображение всех народов мира. Интересы созидания, поддержания и охранения огромного пространства занимают совершенно исключительное и подавляющее место в русской истории. Почти не оставалось сил у русского народа для свободной творческой жизни, вся кровь шла на укрепление и защиту государства». Свеча первых московских князей не погасла. После Куликовской битвы 1380 года Московское княжество, окруженное множеством уделов, превратилось в национальное великорусское государство. В конце XV века митрополит Зосима впервые назвал великого московского князя Ивана III «государем и самодержцем всея Руси». Москва стала центром православного мира. Идею о всемирном значении Москвы в послании великому московскому князю Василию Ивановичу высказал псковский монах Филофей: «Блюди и внемли, благочестивый царь, яко все христианские царства снидошася в твое едино, яко два Рима падоша, а третий стоит, а четвертому не быть». В стране действовала византийская система правления, основывавшаяся на сакральности Государя, принимавшего стратегические решения кулуарно. Теоретики власти считали, что сила государства основывается и на народном воображении, которому нравятся чудесные, невероятные, легендарные образы и примеры. Власть старалась не разочаровывать народ, на воображение которого действовали великие победы и надежды, чудесные и таинственные факты. Великие преступления, впрочем, тоже действовали. Народное воображение потрясали не только сами факты, а и их интерпретации – «тот, кто владеет искусством производить впечатление на воображение народа, тот и обладает искусством им управлять». В 1547 году великий московский князь официально принял титул «цезаря» – «царя». В стране утвердилась новая форма правления – самодержавная. С конца XV века государством управляли дьяки и подьячие, особенно усилившие свое влияние при Иване Грозном, противопоставившем приказную, дьяческую систему служилой элите России. Высшее управление государством осуществляли царь Иван IV Грозный и Боярская Дума – высший законодательный орган, в 1550 году утвердившая новый кодекс законов – Судебник, действие которого распространялось на всю территорию государства. Формально Боярской Думе подчинялись все приказы и все местное самоуправление царства, она руководила армией, вела все земельные дела, проводила переговоры с иноземными послами. Тогда же появилась и «Ближняя Дума», состоявшая из нескольких наиболее верных царю людей, вместе с ним решавшая важнейшие государственные дела. Периодически созывались Земские Соборы – всероссийские собрания, состоявшие из членов Боярской Думы, элиты духовенства, представителей дворянства и посадского населения, обсуждавшие и «приговаривавшие» важнейшие проблемы внутренней и внешней политики государства. Опустившийся на Россию опричный террор закончился крахом династии Рюриковичей и привел к ужасающей смуте 1600–1612 годов, чудом не уничтожившей само государство. К власти пришла династия Романовых. Московские цари не очень считались с московскими сводами законов, действующих на территории государства и постоянно нарушали законодательство своими сепаратными указами. На общие законы самодержавные правители смотрели не как на нормы, которые следует применять всегда и везде, а как на приблизительные образцы для своих решений. В царстве одновременно действовали и общие законы и государевы указы, противоречащие друг другу, половина приказных не исполняли ни того, ни другого законодательного акта. Выдающийся русский историк начала XX века С. Платонов писал о системе управления Россией в XVII веке: «Применяясь к удобствам чисто случайным и внешним, государи управляли Московским государством не на основании законодательства, а по так называемой «системе поручений». Они передавали какой-либо круг дел непосредственно в ведение доверенного лица. Степень их доверия определяла степень полномочий этого лица. Лицо могло совместить под своей властью несколько ведомств. Само ведомство создавалось случайно: в одном ведомстве сталкивались самые разнородные дела; с другой стороны, разные ведомства, друг другу не подчиненные, ведали один и тот же предмет управления». Приказная система, прогнившая и коррумпированная практически полностью, могла уничтожить все достижения Московского царства. Доходило до того, что «за взятки дьяки пытались «всучить» государям московским невест из государств, послы которых «отстегивали» необходимую сумму «приказной душе». Описание государственного устройства Московского царства XVI–XVII веков иностранцами, находившимися при царском дворе вызывают оторопь. Великий русский историк В.О. Ключевский писал: «Природа и судьба вели великоросса так, что приучили его выходить на прямую дорогу окольными путями. Великоросс мыслит и действует, как ходит. Кажется, что можно придумать кривее и извилистее великорусского проселка? Точно змея проползла. А попробуйте пройти прямее: только проплутаете и выйдите на ту же извилистую тропу». В частном письме он выразился резче: «Москва, как всегда: голова в …, а впереди живот. Необходимо было реформирование государства. Государство и общество, рвущее со своим прошлым, не может быть реформировано только с помощью логики, целесообразности и разума. Народ руководствуется многовековыми традициями и с трудом отказывается от привычек, укоренившихся в течение поколений. Глобальные реформы, проведенные без поддержки народа, часто приводят к анархии и развалу государства. Французский философ и психолог Г. Лебон писал в конце XIX века: «Идеал каждого народа состоит в сохранении учреждений прошлого и в постепенном и нечувствительном их изменении мало-помалу. Именно народ является самым стойким хранителем традиционных идей и упорнее всего противится их изменениям, особенно те его категории, которые именуются кастами. Не в храмах надо искать самых опасных идолов, и не во дворцах обитают наиболее деспотические из тиранов. И те и другие смогут быть разрушены в одну минуту. Но истинные, невидимые властелины, царящие в нашей душе, ускользают от всякой попытки к возмущению и уступают лишь медленному действию веков». Многие идеи и реформы безболезненно для государства могут быть осуществлены только в определенные исторические периоды. Расцвет идей и успех реформ возникает не случайно и не неожиданно и как правило готовится очень долго. «Идеи – это дочери прошлого и матери будущего и всегда – рабыни времени. Судьба народов определяется их характером, а не правительствами». Реформировать нереформируемое решил Петр Великий и смог это сделать, только «Россию вздернув на дыбы». Проблема проведения преобразований всегда волновала мыслящих людей России. Великие реформы Петра I, а также выяснение того, был ли Петр великим преобразователем или тираном, начались обсуждаться уже в саму эпоху преобразований. Споры о них продолжаются и в XXI веке. Петр I проводил реформирование России сверху, что поставило аппарат управления в особые условия – при отсутствии общественного контроля в России бюрократия, чиновничество превратилось в особую социальную касту. Вся последующая история России характеризуется резким ростом чиновничества и расширением сети государственных учреждений. В мировой истории известен единственный способ противостояния чиновническо-бюрократической организации власти – более рациональное ее устройство, которое охватывает самые разнообразные стороны жизни – социально-экономические отношения, политику, науку, культуру. Петр Великий, проводя европеизацию и перестройку России, стал первым монархом, осуществившим такие реформы, которые затем были использованы монархиями Пруссии, Австро-Венгрии, Турции и Японии. Административно-бюрократическая модернизация страны – основная цель реформ – становится одновременно их движущей силой. Чиновники и бюрократы превращаются в главную силу государства. Действия Петра Великого – создание новой армии и флота, победа в Северной войне и выход к Балтийскому морю, создание Санкт-Петербурга, строительство промышленных предприятий, изменения в культуре и образе жизни подданных, европеизация страны, – определили путь дальнейшего развития России. Прочности и запаса петровских реформ, поддержанных и укрепленных Екатериной Великой, хватило до начала XX века. Созданная Петром I и Екатериной II государственная бюрократическая машина заменила средневековую приказную систему, угрожавшую безопасности государства. Но уже в начале XX века чиновники практически перестали подчинятся высшей государственной власти. Перед Отечественной войной 1812 года государственный аппарат рос в три раза быстрее, чем население страны. В 1808 году «двуликий Янус» Александр I прекратил реформирование России по проекту статс-секретаря и крупнейшего государственного ума империи М.М. Сперанского, который едва не поплатился жизнью за желание видеть Россию супердержавой. Николая I не готовили в императоры. Свое правление он начал с того, что выдвинул требование дисциплины и порядка в стране, осуществляя это только настойчивым насаждением среди чиновников послушания и всеобщего страха. Выбранные средства привели к всеобщему отупению бюрократов. А.С. Пушкин с горечью высказался о правлении Николая I: «Хорош, хорош, только на тридцать лет дураков наготовил». Итог царствованию подвел поражение России в Крымской войне 1856 года. В 1861 году император Александр II отменил крепостное право в России, еще через десятилетие горожане получили право избирать гласных в городские думы, избиравшие и городского голову. В стране появились мировые судьи, были созданы земства, отменена 25-летняя служба в армии – теперь служили 6 лет. Была либерализирована система образования. Дворянство было теперь только первым из всех равноправных гражданских сословий. Современники назвали реформы великими. «Великие реформы» не дали земли крестьянам и политических прав подданным и стали началом конца Российской империи. Дворянство разорилось и потеряло массу своих земель, перешедших в крестьянские и купеческие руки. Те крестьяне, которые не смогли выкупить землю у помещиков по тройной цене, ушли в города, став люмпен-пролетариатом. Вместо дарования политических свобод правительство усилило полицейские меры. В стране началось глубокое брожение. «Народная воля» во главе с крестьянином А. Желябовым устроила охоту на императора, закончившуюся в марте 1881 года. Реформы привели к небывалой свободе личности, которая захотела равенства. Власти «закрутили гайки» и Россия вступила в период тяжелой Смуты. Надзору и преследованию подверглись все, казавшиеся подозрительными и неблагонадежными, но было уже поздно и российское общество быстро революционизировалось. В развитии чувства собственного достоинства народа и критике вырождавшейся бюрократической российской элиты главную роль сыграли великие писатели России. Н.В. Гоголь устами своего героя Собакевича утверждал, что «чиновники – все как один мошенники, а единственный порядочный человек из них – прокурор, да и тот, если сказать правду – свинья». Ф.М. Достоевский писал: «Назначение русского народа есть бесспорно всеевропейское и всемирное». Перед этим А.С. Пушкин в сердцах заявил: «Догадал меня черт родиться с умом и талантом в России». «Язвы современной жизни» бичевали почти все представители великой русской культуры XIX века. Александра III тоже не готовили к императорству, он стал наследником в 1865 году после смерти его старшего брата Николая. Революционный кошмар, очевидно, уже был неизбежен, но мог быть значительно смягчен более гибкой и выверенной внутренней политикой. «Хозяева земли русской» в период двух последних царствований Романовых не считали «глас народа» «гласом Божьим» и потеряли династию и империю. Спасти державу попытались реформаторы и председатели правительства С.Ю. Витте, получивший за свои труды прозвище «Полусахалинского», и П.А. Столыпин, попросту застреленный после блокирования его реформаторской деятельности. Выдающийся российский писатель-мыслитель А.И. Солженицын писал: «Главные враги Столыпина – петербургские сферы и высшее чиновничество. Эта среда не отличается стальной упругостью, но – болотной вязкостью». После гибели П.А. Столыпина император Николай II приказал забрать его архив, который до сих пор не обнаружен. Через несколько лет российские солдаты ходили в атаки Первой мировой войны с деревянными винтовками, в столице добиваемой распутинщиной империи непрерывно шла «министерская чехарда» и охранные отделения в сотый раз докладывали последнему императору: «К началу сентября сего года среди самых широких слоев общества резко отметилось исключительное повышение оппозиционности и озлобленности настроений, достигшее таких исключительных размеров, каких не было в широких массах даже в период 1905–1906 годов. За последнее время все без исключения выражают уверенность в том, что «мы накануне крупных событий, в сравнении с которыми 1905 год – игрушка». Ввиду того, что подобного рода речи в настоящее время раздаются буквально во всех слоях общества, даже в кругах гвардейского офицерства, необходимо считать, что весьма близко события первостепенной важности, которые нисколько не предвидятся правительством, которые печальны, ужасны, но в то же время и неизбежны». Николай II постоянно забывал о геостратегической особенности России – такой огромной территорией можно было управлять только с помощью сильной централизованной власти, вызывавшей уважение подданных. Только эффективная действующая вертикаль власти могла обеспечить жизнедеятельность империи. В Октябрьском перевороте 1917 года «во всей красе развернулась гоголевская Россия, звериная Россия харь и морд». Н. Бердяев писал в 1918 году в своей работе «Духи русской революции»: «Рабы стали безгранично свободными, а свободные духом подвергаются насилию. Попробуйте проникнуть за поверхностные покровы революционной России в старые, знакомые лица. Бессмертные образы Хлестакова и Смердякова на каждом шагу встречаются в революционной России, они подобрались к самым вершинам власти. Нет уже старого самодержавия, нет старого чиновничества, старой полиции, а взятка по-прежнему является устоем русской жизни, ее основой. Происходит грандиозная нажива на революции. Сцены из Гоголя разыгрываются на каждом шагу революционной России». Большевики, ставшие коммунистами, совершенствовали принципы управления Российской империей, ставшей Советским Союзом, главными из которых стали страх, ненависть к внешнему, внутреннему или выдуманному врагу, эмоции, оформленные как «любовь» к Родине перед лицом нападающего или выдуманного врага. Пришедшая к власти «ленинская организация профессиональных революционеров» была слишком малочисленной, чтобы в условиях огосударствления всей жизни и монопольного положения правящей партии в огромной стране обеспечить занятие всех ответственных должностей в стремительно разраставшемся партийном и государственном аппарате. «В образовавшийся вакуум в различных звеньях власти рвалась лавина карьеристов» – писал исследователь советской номенклатуры М. Восленский. Критерием отбора стала личная преданность руководителям Советского Союза и созданной ими иерархии. Ум и талант, образование плохо принимались в расчет – «необходимо подобрать работников так, чтобы на постах стояли люди, умеющие осуществлять директивы, могущие понять директивы, могущие принять эти директивы, как свои родные, и умеющие проводить их в жизнь». Один из организаторов Октябрьского переворота Л.Д. Троцкий назвал это «бюрократизацией партии» и вскоре лишился всех постов, а в итоге и жизни. К тому времени в ВКП(б) «коммунисты по убеждению» сменились «коммунистами по названию». Не номенклатура заботилась о стране, а страна работала на номенклатуру. Привилегии вырождавшейся номенклатуры хорошо известны – чиновничье государство в государстве, тройные зарплаты, своя служба обеспечения продовольствием и товарами народного потребления, квартиры, дачи, автомашины, связь. «Страна номенклатуры» жила по своим законам, нечасто вспоминая о гражданах, живших с ними в одно время в СССР. В феврале 1990 года генеральный секретарь ЦК КПСС М.С. Горбачев на пленуме попытался легитимизировать номенклатурный рай в общественном мнении: «Товарищи, есть у нас льготы и даже привилегии, которые предусмотрены законом; это должно быть». Ведущий исследователь номенклатуры Советского Союза О. Крыштановская писала: «Отсутствие демократических выборов и общественного контроля над властью, кадровый застой привели к тому, что советская власть постепенно стала властью стариков. Высшие номенклатурные должности все чаще занимались пожизненно. Однажды получив высокий ранг, человек сохранял его до самой смерти. Высокопоставленные чиновники или уходили на пенсию по состоянию здоровья, или умирали на посту». В 1991 году власть над страной тихо выпала у одряхлевшей номенклатуры из рук. Впрочем, выпала не у всех – «золото партии» так и не нашли. После развала Советского Союза Россия пошла по пути демократических реформ. Реформаторы 90-х годов XX века не обеспечили интеграцию своих разработок в тогдашнюю экономику страны, не были обеспечены подготовка общественного мнения, не было единодушного мнения населения, а главное – не работали контрольные функции высшей власти государства, что в России всегда имеет определяющее значение. В результате ужасающего ослабления высшей власти в России начался экономический и политический хаос. При приватизации экономики образовалась армия безработных, к которым добавились бюджетный дефицит, прогрессирующая инфляция и громадный внешний долг. Экспортно-импортная деятельность правительства вызывала по меньшей мере недоумение. Беда России еще и в том, что в ней никогда не жили в соответствии с законами. Законодательные органы не раз разгонялись, а во времена Н.С. Хрущева началось и «дарение» российских регионов союзным республикам. В 1991 году великую державу упразднили – «как полк сдали». В угоду конъюнктуре приносились в жертву стратегические интересы России. Это чуть не привело к полной атрофии гражданского общества в стране. Социальной ценой реформ стал демографический кризис в постперестроечной России. На рубеже тысячелетий Россия прошла «Эпоху безвременья», не став экономическим и политическим придатком оставшихся в современном мире геополитических центров силы. Ценой этого стало уменьшение территории страны с 1/6 до 1/8 части территории планеты. С начала XXI века в России началось восстановление государственных институтов. Была изменена система взаимоотношений федерального центра с регионами – были созданы федеральные округа во главе с полномочными представителями президента. Изменился статус губернаторов и мэров. Был принят новый принцип формирования Совета Федерации, создан Государственный совет, был изменен порядок работы Государственной Думы. Великий российский философ И.А. Ильин писал в начале XX века: «Россия есть организм природы и духа и горе тому, кто ее расчленяет». Державность и национальное величие определяется мощными и эффективными институтами власти государства, позволяющими «державе с мировой ответственностью» вести независимую международную политику, обеспечивать политическую и экономическую устойчивость страны, уважение к ней в мире. Взаимоотношения Президента, Совета Федерации, Государственной Думы, правительства четко определяется законодательно. Национальный суверенитет принадлежит всему народу и осуществляется народом через своих избранных представителей. Во главе государства стоит президент, который может сказать: «Правые говорят, что я на стороне левых; левые говорят, что я на стороне правых. Я ни на той или другой стороне. Я – на стороне России». Державность и национальное величие России – предупреждение вооруженных конфликтов в мире, работа по достижению общеевропейского и мирового согласия, установление добрососедства и сотрудничества между странами и народами при четкой и сбалансированной национальной внешней политике. В начале Третьего тысячелетия русский мыслитель А.И. Солженицын писал о развитии России: «В такой необъятной стране, как наша, никогда не добиться процветания без сочетания действий централизованной власти и общественных сил». Принцип, который лежит в основе благополучия государств в XXI веке – активное внешнеэкономическое развитие с расширением своего геополитического влияния. Доминирование – с помощью военной мощи, сильной экономики, эффективной идеологии и развитой культуры – один из неписанных важнейших законов государственного существования в современном мире. Нет мировой гармони, есть иерархия государств в зависимости от степени влияния, доминирования. В начале III тысячелетия залогом процветания государства является сильная национальная экономика и активная внешнеэкономическая политика, сопровождаемая мощным идеологическим прикрытием с информационно-психологическим противодействием и всемерным развитием культуры. В самом начале человеческой цивилизации мудрый Аристотель сказал: «Государство создается не только ради того, чтобы жить, но и преимущественно для того, чтобы жить счастливо». Часть I. Рождение державы Киевская Русь и ее распад. IX–XII века «Вопрос о начале государства на Руси, связанный с вопросом о появлении чуждых князей, вызвал ряд изысканий, не позволяющих вполне верить той летописной легенде, которая повествует о новгородцах, что они, наскучив внутренними раздорами и неурядицами, послали за море к варягам – руси со знаменитым приглашением: «Земля наша велика и обильна, а наряда в ней нет, да пойдете княжить и владеть нами». И пришел к ним Рюрик и два его брата «с роды своими», «пояша по себе всю русь». Сквозь красивый туман народного сказания историческая действительность становится видна лишь со времени новгородского правителя или князя Олега (879–912), который, перейдя с Ильменя на Днепр, покорил Смоленск и, основавшись в Киеве на жилье, сделал его столицей своего княжества, говоря, что Киев будет «матерью городов русских». Так писал об образовании государства на восточно-славянских землях выдающийся российский историк начала XX века С.Ф. Платонов. «Деятельность Олега, прозванного Вещим – мудрым, знающим то, что другим не дано знать, имела исключительное значение: он создал из разобщенных городов и племен большое государство, был создателем русско-славянской независимости и силы». Легендарный родоначальник династии, правившей Русью более 700 лет, Рюрик раздавал города и области своим дружинникам – «и раздал мужем своим грады, овому Полтеск, овому Ростов, другому Белоозеро». Олег уже не раздавал городов дружинникам, как вассалам, но ставил их в городах правителями, посадниками, позднее наместниками. Новые должностные лица, поддерживающие верховную княжескую власть, отвечали за ее материально-финансовое обеспечение, в основном занимаясь сбором дани. Проблемы административного устройства и обеспечения порядка и безопасности жителей первоначально «не доставляли заботы ни князю, ни его посадникам». Первые князья назначали правителей из числа своих родственников. Именно такое описание деятельности Вещего Олега сохранилось в русских и византийских летописях. Могучим фактором объединения Руси, ставшей одной из главнейших государств средневековой Европы, стало христианство, после крещения киевского князя Владимира Святославича принятого всей Русью. Выдающийся российский историк второй половины XX века Л.Н. Гумилев писал: «Важным оказалось и то, что православие не проповедовало идеи предопределения, и потому ответственность за грехи, творимые по собственной воле, ложилась на грешника. Это было понятно и приемлемо для язычников. Принятие христианских норм морали не было психологическим насилием для новообращенных, которые привыкли к элементарному противопоставлению добра и зла. Добро и мудрость христианства в 988 году сразились с Перуном и стремлением к наживе. Крещение дало нашим предкам высшую свободу – свободу выбора между Добром и Злом, а победа православия подарила Руси тысячелетнюю историю». Уже в период княжения святого Владимира появилась проблема управления территориями, которые киевский князь раздавал в уделы своим двенадцати сыновьям, плативших дань со своих городов в Киев. После смерти Владимира Святославича его дети, враждуя из-за наследства, начали истреблять друг друга. В результате междоусобной войны к власти в Киеве пришел Ярослав Мудрый, поддержанный новгородцами, не хотевшими платить большую дань великому князю. В 1016 году был составлен свод права Древнерусского государства – «Русская правда», дополненный в 1072 и 1113 годах. При Ярославе Мудром произошло экономическое и политическое усиление городов, подчинение крестьян крупным землевладельцам. Новые крупные центры с сильным местным боярством и выросшим экономически и политически городским населением начали проявлять стремление к политической самостоятельности и отделению от Киева. Этому способствовало дробление рода Рюриковичей на множество ветвей. Последнюю удачную попытку восстановить «империю Рюриковичей» совершил Владимир Мономах. При нем Киевская Русь состояла из Киевского, Переяславского, Смоленского, Владимир-Волынского, Суздальско-Новгородского, Черниговского, Полоцкого и Червенского княжеств. По решению общекняжеского съезда 1097 года в Любече в государстве был провозглашен принцип, по которому каждый Рюрикович имел право владеть своей «отчиной» – землями, принадлежавшими его отцу, с обязательным признанием власти великого киевского князя. Л.Н. Гумилев писал о княжении Владимира Мономаха: «Это был период, когда вся Русь, то есть все восточное славянство, была объединена». После смерти Владимира Мономаха и его сына Мстислава Великого в 1132 году начался окончательный распад «империи Рюриковичей». К середине XII века единая Киевская Русь распалась на пятнадцать крупных полугосударственных образований, которые, в свою очередь дробились на уделы, представлявшие собой земли, юридически оформленные как владения определенных княжеских родов. В период с XI века на Руси существовало более ста уделов. Дети и внуки Мономаха резались за великий стол. С.Ф. Платонов писал: «В политической жизни Киевского периода признавался правильным родовой порядок наследования и владения – от брата к брату и от дяди к племяннику, и что этот порядок в первое же время своего существования терпел нарушения. События времени внуков и правнуков Ярослава ясно показывают, что эти нарушения были чрезвычайно часты, и что наследование столов запутывалось до чрезвычайности. Родовой порядок наследования столов, как идеальная законная норма, несомненно, существовал. Но рядом с ним существовали и условия, подрывавшие правильность этого порядка. Политическое устройство Киевского княжества было неустойчиво. Составленное из многих племенных и городских миров это княжество не могло сложиться в единое государство в нашем смысле слова и в XII веке распалось. Поэтому точнее всего будет определить Киевскую Русь как совокупность многих княжений, объединенных одною династией, единством религии, племени, языка и народного самосознания. Политическая связь киевского общества была слабее всех других его связей, что и было одной из самых видных причин падения Киевской Руси». Феодальная раздробленность XII века усиливалась быстрым разветвлением Рюриковичей, продолжавшими оставаться главами княжеств, номинально подчиненных великому князю. Именно в руках рюриковичей оставалось право на государственную власть. Деление династии начинается с сына великого князя Святослава Игоревича – с отделения линии князей Полоцких. Из потомков Ярослава Мудрого выделяется линия сыновей Святослава и Всеволода. Святославичи распались на ветви Давидовичей Черниговских, Ольговичей Новгород-Северских и Ярославичей Муромо-Рязанских. Всеволодовичи, ставшие Мономаховичами, разделились на линии Изяславичей Волынских и Галицких, Ростиславичей Смоленских, Юрьевичей Суздальских – от Юрия Долгорукого. От него произошли великие князья владимирские, впоследствии великие князья и цари московские. Наряду с сильными рюриковичами-владимирскими, московскими, тверскими, рязанскими появились князья, измельчавшие владения которых являлись по существу небольшими частными общинами. Позднее, в конце XV века, все Рюриковичи, кроме московских, потеряли свои владения и превратились в высший слой феодальных слуг великого московского князя, или в вассалов литовских Гедиминовичей. Сломленные в середине XVI века Иваном IV Грозным Рюриковичи, как феодальные владетели, сходят с исторической сцены – вместе с исчезновением самой династии в 1598 году. В XVII веке потомки Рюриковичей слились с высшими слоями дворянства, занимая господствующее место среди придворной знати. Часть рюриковичей обеднела, и даже утратила княжеские титулы. В истории остались княжеские фамилии династий: Полоцкие, Витебские, Изяславские, Минские, Перемышльские, Галицкие, Черниговские, Барятинские, Белевские, Волконские, Воротынские, Горенские, Горчаковы, Долгоруковы, Елецкие, Звенигородские-Рюмины, Токмаковы, Ноздреватые, Карачевские, Кашины, Масальские, Козельские, Курлятовы, Лыковы, Мезецкие, Оболенские, Нагие, Телепневы, Овчинины, Серебряные, Одоевские, Репнины, Святополк-Мирские, Тарусские, Щербатовы, Муромские, Пронские, Волынские, Друцкие, Любецкие, Заславские, Луцкие, Острожские, Смоленские, Вяземские, Козловские, Кропоткины, Ярославские, Бельские, Дуловы, Зубатые, Курбские, Львовы, Моложские, Охлябинины, Прозоровские, Сицкие, Троекуровы, Ушатые, Хворостинины, Шаховские, Щетинины, Ростовские, Буйносовы, Катыревы, Лобановы, Темкины, Белосельские, Белозерские, Кемские, Ухтомские, Суздальские, Шуйские, Горбатые, Боровские, Верейские, Можайские, Углицкие, Шемякины, Дорогобужские, Кашинские, Микулинские, Телятевские, Холмские, Стародубские, Гагарины, Пожарские, Ромодановские, Ряполовские, Тулуповы, Хилковы, Дмитриевы-Мамоновы, Заболоцкие, Мусоргские, Ржевские, Рожественские, Татищевы, Толбузины, Ляпуновы. Южная Русь, постоянно подвергавшаяся набегам кочевников и тратившая силу в усобицах князей, быстро теряла свое прежнее значение. Центр экономической и политической жизни Руси перемещался на северо-восток, в бассейн верхней Волги, тогдашнюю окраину державы – в Ростово-Суздальскую землю, с 1076 года ставшую вотчиной сына Ярослава Мудрого Всеволода, а затем его сына Владимира Мономаха. После смерти Владимира Мономаха в 1125 году Ростово-Суздальская земля начала оформляться в суверенное полугосударственное образование. В середине XII века на месте громадной державы Средневековья существовали княжества Киевское, Переяславское, Владимиро-Суздальское с городами Ростовом, Суздалем, Ярославлем, Владимиром, Переяславлем, Смоленское, Полоцкое, Черниговско-Северское, Муромо-Рязанское, Галицко-Волынское, Новгородско-Псковская земля. В Киевской Руси существовало две формы власти – княжеская и вечевая. Князья пришли в уже сложившиеся города и области. Слово «вече» от «вещать» – «говорить», впервые упоминается в русских летописях под 997 годом. Вече – форма коллективного волеизъявления, высшая власть в Древней Руси, народное собрание, обсуждавшее важные общие дела. Ведению веча подлежали вопросы войны и мира, призвания и изгнания князей, выборы и смещение представителей администрации – посадников, тысяцких, судей и воевод, заключение договоров с другими землями и княжествами, наделение землей и привилегиями, принятие законов. Вечевые собрания обычно созывались по звону вечевого колокола по инициативе властей или населения, они не были регламентированы. Князья, захватывающие чужие княжества, в знак победы в свой стольный град увозили вечевой колокол. Решения на вече принимались без голосования, путем одобрения того или иного предложения всех присутствующих криком. В последний период своего существования на вече часто побеждали не здравомыслящие, а громкокричащие, что позволяло манипулировать народным собранием. Вече имело постоянное место сбора. В моменты безвластия и смуты вече становилось единственным органом власти. Право голоса на вече имели лично свободные мужчины, способные носить оружие. Вече просуществовали до XV века и были вытеснены сформировавшимися сословиями. Личное участие всех подданных или граждан в решении государственных дел при создании централизованного государства с обширной территорией стало невозможным. С.Ф. Платонов писал: «Когда род Рюриковичей размножился и наследственные счеты запутались, – городские веча стремились возвратить себе политическое значение. Пользуясь смутой, они сами призывали к себе того князя, которого хотели, и заключали с ним «ряды». Мало-помалу вече почувствовало себя настолько сильным, что решалось спорить с князем. Случалось, что князь стоял за одно, а вече за другое, и тогда вече зачастую «указывало князю путь», то есть изгоняло его. Когда власть князей усилилась, вече от политической деятельности перешло к хозяйственной – стало заниматься делами внутреннего быта». У славян князем издавна называли вождя племени и главу государственного образования. Первоначально князь был выборным, а потом наследственным правителем, исполнял военные, административные, религиозные функции, проводил важнейшие государственные реформы. Именно князь проводил и упорядочивал сборы дани – натурального или денежного налога – побора с покоренных племен и подвластных территорий. Древнерусские летописи употребляют этот термин прежде всего в смысле военной контрибуции, которые подвластные славянские племена платили своим победителям. Ее размер не был фиксированным. Собранная дань распределялась между князьями, дружинниками, шла на городские нужды. Увеличение традиционного размера дани приводило к восстаниям – в 945 году древляне убили зарвавшегося деда Владимира Святого. Часто князья довольствовались только данью, не вмешиваясь во внутреннюю жизнь племен, плативших ее. Дань составляла одну из важнейших статей дохода как князей, так и городов-республик – Новгорода и Пскова. Позднее дань потеряла значение контрибуции и стала податью, платимой населением государству. В связи с увеличением числа княжеских уделов в XI веке князья стремились закрепить их за собой в наследственное владение. По мере создания великого княжения внутри его создавались наследственные владения князей – уделы, со сложной системой взаимоотношений удельных и великих князей. Переходя на службу к великому князю удельные князья сохраняли удел как свою вотчину, назначались наместниками в свою землю, получали звание служилых князей. При великом московском князе Иване III удельные князья потеряли права перехода от одного великого князя к другому и передачи своих земель по наследству. К XVI веку уделы перестали существовать и позднее получили название уездов. К XVIII веку «князь» – родовой титул. Во время прихода к власти Петра Великого княжеских родов насчитывалось около полусотни. С 1886 года появился титул «князья императорской крови» с обращением «ваша светлость», обозначавших родственников императора. С X века появляется звание старшего князя дома Рюриковичей – великий князь, принадлежавший главам великих княжеств Киевского, позднее Владимирского, Тверского, Рязанского, Нижегородского. До середины XII века «возведение в должность» великого князя проходило в кафедральном храме Киева и всей Руси – Софийском соборе. С конца XIV века титул «великий князь» существовал только в Московском доме, с 1547 года вошел в царский, а с 1721 года – в императорский титулы. В компетенцию великого князя входили издание распоряжений законодательного характера, право назначения на высшие государственные должности, ведение великокняжеского суда – высшей судебной инстанции. Великими князьями возглавлялись наиболее значительные военные походы. Формально он считался «первым среди равных». Традиции настолько довлели над великим князем, что, не имея возможности прекращения выделения уделов своим детям, он одновременно вел борьбу с самовластием удельных князей – своих братьев. С XV века великий князь координировал свою деятельность с Боярской Думой, ставшей при нем постоянным совещательным органом. В 1797–1885 годах великий князь – родовой титул членов императорской фамилии, до правнуков императора включительно; после 1885 года – только сыновей и внуков, с обращением «ваше императорское высочество». Первоначально старшие и младшие князья Киевской Руси политически друг от друга не зависели. С.Ф. Платонов писал: «Князья волостные должны были почитать старшего, великого князя, «в отца место», вместе с ним должны были охранять «от поганых» свою волость, сообща с ним думать-гадать о русской земле и решать важные вопросы русской жизни. Князь законодательствовал, и древний закон, «Русская Правда», прямо подтверждает это. В «Правде» читаем, что сыновья Ярослава совместно постановили заменить месть за убийство денежным штрафом. Вторая функция княжеской власти – военная. Третья – судебная и административная». На смену кровной мести в XI веке пришла вира – система денежных штрафов в пользу князя за уголовные правонарушения, став «ценой крови». Если на земле общины – верви, члены которой на определенной территории были связаны круговой порукой, был найден труп, убийца должен быть найден силами этой общины. Если убийцу найти не удавалось, виру платила община. С тем, чтобы поиски убийцы общиной продолжались, вира выплачивалась в рассрочку. Если при поимки убийцы выяснялось, что он не из общины, виру возвращали. Сбором виры занимался вирник-чиновник княжеской администрации, находившийся на довольствии населения, он же занимался расследованием. Община была заинтересована как можно быстрее найти убийцу. Высшую политическую власть князя олицетворяли его обязанности – законодательствовать, воевать, судить, управлять, собирать дань. Управлять государством князю помогала дружина – вооруженный конный отряд, находившаяся на его содержании. Дружина состояла из опытных воинов – мужей и молодых дружинников – отроков и детских. В дружинном товариществе князь выступал первым по крови среди равных по доблести. Дружина великого киевского князя и других князей Рюрикова дома делилась обычно на «старейшую», «большую», «переднюю», состоявшую из мужей «думающих», и «младшую» – мужей «хоробствующих». Эти два слоя отличались один от другого возрастом, знатностью, богатством, а соответственно и влиянием на князя. С X века дружины делились на гридей-отроков и бояр, занимавших ведущее место после князя в государственном управлении. Земское боярство существовало в днепровских и ильменских славянских племенах уже в VII–VIII веках, а возможно и ранее. Звание боярина имели потомки родоплеменной знати, крупные землевладельцы и известные воины – «сильнейшие люди страны». Земские бояре назывались по именам городов – черниговские, ростовские, суздальские. Княжеские бояре за свою службу князю – поручения по суду и управлению – получали в «кормление» села и города. Кормление – способ содержания должностных лиц за счет местного населения, обязанного содержать их – «кормить» в течение всего периода службы. Кормления состояли из судебных пошлин и части налогов и являлись вознаграждением за прежнюю военную службу, а не за исполнение настоящих административных и судебных обязанностей. Поэтому кормленщики относились к своим обязанностям небрежно и передоверяли их своим управителям – тиунам, привилегированным слугам, управлявших хозяйством, судом. Тиуны часто были не свободными и презирались населением, так как в Древней Руси служба частному лицу считалась позором. Система кормления являлась неэффективной, но была ликвидирована только в XVI веке. Экономическая мощь боярства усилилась с ослаблением княжеской власти за счет бурного роста боярского землевладения с захватом земель с крестьянами. В удельный период бояре стали богатейшими и влиятельнейшими феодалами. Бояре были вассалами князя, обязанными служить в его войске, но пользовались правом отъезда к другому сюзерену и являлись полными господами – сеньорами в своих вотчинах, обладавших правом иммунитета. Бояре имели своих вассалов. С XII века их политическое значение в государственном управлении постоянно росло. Князья, получая свой стол, обычно соединяли собственную дружину с дружинами отца, братьев. Вполне возможно, что вступление в дружину сопровождалось магическими ритуалами. Дружина постоянно находилась при князе и разделяла с ним все житейские тяготы. Между дружиной и князем существовало нерасторжимое единство, и за содеянное «ближними мужами» князь отвечал, как за собственные поступки. Связанные взаимными обязательствами князь и дружина составляли основу древнерусской государственности. Князь совещался, «думал» с дружиной и принимал решения о походах, сборе дани, строительстве городов, по важным общественным делам, обращался к народу, предавался увеселениям. Дружина существовала за счет добычи от завоевательных походов, отчислений от дани, судебных сборов, доходов от волостей. Члены старшей дружины постепенно получали землю, создавали собственное хозяйство и ослабляли свои связи с княжеским двором. Княжеский двор являлся центром княжеской вотчины, и состоял из хором, в которых периодически жил князь, домов его слуг высшего ранга, помещений для второстепенных слуг, жилищ смердов, рядовичей и холопов, охотничьего дома, конюшен, скотных и птичьих дворов. Во главе княжеской вотчины стоял боярин-огнищанин («огнище» – очаг), обычно младший княжеский дружинник, с XI века – старший дружинник, «княжий муж». На его ответственности лежало все хозяйство двора и его сохранность. При огнищанине имелся штат тиунов. Княжий двор в IX–X веках считался сакральным местом, поскольку сам князь – носитель божественного начала, был наделен жреческими функциями. Именно на княжьем дворе киевская княгиня Ольга казнила убийц своего мужа. Самый древний княжий двор в Киеве в XII веке получил название Ярославого. С принятием христианства рядом с ним была построена церковь Святой Богородицы – Десятинная церковь. Княжеский двор являлся политическим, религиозным, административным центром, в котором князя «сажали на стол», проходили престижные пиры. Исконной резиденцией князя с X века являлось и Ярославое дворище в Новгороде. Многие члены младшей дружины, находившейся при князе, становились слугами княжеского двора. Вся государственная жизнь находилась под контролем дружинной администрации. Владимир святой говорил, что «серебром и золотом дружины не приобретешь, а с дружиной можно достать и золото и серебро». Занятие дружинниками хозяйскими и административными делами ослабляло ее боеспособность, и во второй половине XII века на смену дружине пришел Государев двор со штатом военных слуг. Тогда же началось образование дворянства. Старшие дружинники занимали наиболее ответственные должности в княжеской администрации посадников, наместников, воевод, тысяцких. Они имели собственные военные отряды отроков, а свои должности передавали по наследству. В IX–XII веках дружинником мог стать любой человек, даже иностранец, и из младших дружинников дослужиться до княжего мужа или боярина. Княжеские бояре получали в награду за службу землю и сближались с земскими, которые поступали на княжескую службу и сближались с княжеским двором. Древнерусское городское ополчение – «тысячу» – возглавлял тысяцкий, выбиравшийся вечем или назначался князем из числа знатных бояр. Древнерусские тысячники были высшими должностными лицами, представлявшими институт самоуправления, управляли и воевали. Первоначально должностью тысяцкого могло распоряжаться только вече. С XIII века тысяцкие еще и распределяют повинности, участвуют в подписании княжеских договоров, в торговом суде. Даже назначавшиеся князем тысяцкие были достаточно независимы от него и опирались на горожан. Обычно тысяцкими назначались местные бояре, передававшие свою должность по наследству. Смена тысяцкого воспринимались как важный акт. С середины XIV века тысяцкие начали мешать князьям, создающим вертикаль власти, и были заменены наместниками. В X–XII веках в земли, входившие в состав Древнерусского государства, из числа бояр князьями назначались посадники, представлявшие княжескую власть. В XII–XV веках посадники были высшими должностными лицами в городах республиках – Новгороде и Пскове. В Древнерусском государстве существовали три общественные группы, позднее получившие название сословий: высший, привилегированный слой земской аристократии и боярства, основная масса населения, называвшаяся люди-мужи, соединенные в общины, включая и смердов, лишенные прав рабы – холопы. На самом верху общества находилась дружина, из которой назначалась княжеская администрация и судьи. Существовал и церковный слой, не подчинявшийся князю, со своей иерархией. Слой людей разделялся на горожан – посадских, купцов, ремесленников и сельчан – смердов и закупов. Холопы подчинялись не князю, а своему господину. Люди – лично свободные члены общества в Древней Руси, не состояли на службе князя, но платили ему дань. Посадские люди составляли торгово-промышленное население русских городов, платившее налоги, торговые пошлины, несшие натуральные повинности. Сельчане жили в деревнях – небольших поселениях без церкви, и селах – административно-хозяйственных и церковно-приходских центрах боярского землевладения. Если в селе не было храма, оно называлось сельцом. Первоначально деревней называли место, очищаемое от леса для нивы; слово происходило от корня «дар, драти» – пахать лесную новину. С XV века деревня – селение с одним или несколькими дворами, имеющих пашню, сенокос, лесные угодья. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/aleksandr-andreev/derzhava-vlast-v-istorii-rossii/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
ОТСУТСТВУЕТ В ПРОДАЖЕ