Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Кровь за кровь Анна Рейнер Давным-давно, когда небожители создавали Тэрн, в мир просочилась их божественная сила и обрела материю, став могущественными артефактами. Один из таких артефактов, а именно Ледяной клинок погребен под глыбой льда вместе с главнокомандующим севера. Долгое время самые могущественные сущности Тэрна пытались добыть Ледяной клинок, но, согласно легенде, вырвать из ледяного плена меч может только женщина. Отправляясь проходить Испытание, адептка Храма Судьбы даже не догадывалась, что в одночасье стала разменной монетой сильнейших мира, сошедшихся в борьбе за божественный артефакт. Сможет ли она пройти Испытание и отдать меч Настоятелю, ведь стать ассасином – великая честь. Или судьба преподнесет сюрприз, который изменит многие судьбы? Пролог Безразличные огни звезд взирали на развернувшееся внизу сражение. Мороз пробирал до костей, люто свирепствовала колдовская метель, навечно укрывая снегом тела погибших. Арантовская сталь сошлась с ледяным клинком и треснула. По лезвию хваленого гномьего меча поползла глубокая трещина. Руку обожгло холодом, словно Дерион сунул ее в раскаленную печь. От жгучей боли ладонь разжалась, и клинок упал в глубокий сугроб. Вокруг шло сражение – звенели мечи, сквозь метель нельзя было ничего разглядеть кроме неясных очертаний и движущихся теней. Ледяное войско незнающее страха и поражения безжалостно истребляло воинов Снежной империи, а обещанного подкрепления все не было. Верный друг должен был подойти с подкреплением, но отчего-то медлил. Быть может метель, вызванная Ледяным колдуном, разгулялась не только здесь, но и замела всю округу. Если так, то ждать помощь бессмысленно. Послушные злой воле снежинки, превратились в острые осколки. Каждый порыв ветра бросал их в лицо, вынуждая Дериона прикрывать глаза. Но его жалкие попытки не могли остановить кружащееся вокруг едва различимое глазом колдовство, любой открытый участок кожи мгновенно покрывался мелкими кровоточащими ранами. Воин не желал принимать поражения, но похоже, зачарованный снег не просто царапал, мужчина чувствовал, как неотвратимо замерзает кровь, замедляя свой бег. Как сковывает холодом конечности, как наливаются холодным свинцом веки, обещая покой в этой снежной пустыне. Если такое же происходит и со всеми остальными воинами, то их ждет бесславное поражение. «Неужели я привел их всех на погибель?» – пронеслась в сознании горькая мысль. Ледяной клинок, пропев смертоносную песню, снова вспорол воздух. Белая сталь опасно сверкнула перед лицом воина. Дерион насилу увернулся. Обмороженная рука отнялась, силы неумолимо таяли, в сознание медленно вползал могильный холод. Встать. Собрать остатки воли в кулак. Умереть стоя, как и полагается истинному воину. Дерион бросил взгляд на противника – Ледяной Колдун усмехался, предвкушая победу, в белесых глазах застыло безумие. И снова взмах ледяного клинка… Колдун отчего-то медлил, видимо находя этот бой весьма занимательным. – Все погибли – не осталось никого, – прозвенел голос Колдуна. – Скоро придет и твой черед. И действительно шум битвы стих, тишину нарушало лишь завывание ветра. Сатари выскользнула из-за туч лишь на мгновение, но в ее золотистом свете успел отчетливо сверкнуть отблеск арантовской стали. Верный меч покоился, наполовину уйдя в сугроб, всего в двух метрах он воина. Время застыло. Из последних сил Дерион бросился к мечу, ладонь сомкнулась на эфесе, и лишь в последний миг немыслимо извернувшись, воин успел отразить смертоносную атаку. Сталь ударила о лед, скользнула по рукоятке и вышибла клинок из руки Колдуна. Но и меч воина не уцелел, в руках остался лишь эфес, да обломок стали. Дерион откинул его в сторону и поднял из сугроба Ледяной Клинок. Вот он – момент! Дерион яростно пошел в атаку. И откуда, только взялись силы? Рубя направо и налево, он теснил Колдуна, но тот словно ветер легко уходил от выпадов умелого бойца. И в тот момент, когда Дериону показалось, что он почти достал противника, Колдун внезапно исчез. Воин медленно опустил меч. Неужели сбежал? За спиной раздался издевательский смех, звенящий осколками льда. Дерион резко обернулся. В пяти шагах от него стоял Колдун, небрежно подняв руку в повелительном жесте, губы шептали заклинание. Покрытый инеем посох пульсировал ярким светом. В лицо ударил снежный вихрь и не успел воин поднять Клинок, как почувствовал, что не способен двинуться с места. Лед быстро сковывал тело, поднимаясь все выше и выше высасывая живительное тепло, а вместе с ним и саму жизнь. Но прежде чем глаза воина сомкнулись, он успел услышать отдаленный звериный вой. Почуяв свежую людскую кровь, стая снежных волков спускалась с гор. Вой все нарастал, усиливался, пока не заложил Дериону уши. Затем наступила звенящая тишина, и тьма навсегда поглотила сознание. Глава 1 – Заплатили чистым золотом и, причем не мало, – задумчиво произнес Настоятель, глядя на увесистый мешочек, лежавший на раскрытой ладони наставника. – Не вижу смысла отказываться. – Место гиблое, – в тон ему отозвался худой долговязый мужчина в серой рясе. Его лысый череп покрывала симметричная татуировка. – Наш орден может многое, и с этим не поспоришь, но снежные равнины надежно стерегут волки Хаула. Так просто Клинок не добудешь… – Я и не говорил, что будет легко, – отмахнулся Настоятель, бросив хмурый взгляд на лысого. – Скажу больше – я на это не рассчитываю. Император, видишь ли, не часто прибегает к нашим услугам, а его благосклонность лишней не будет. Но и проблемы с Хаулом нам пока ни к чему. Здесь надо все хорошенько рассчитать… Мужчины находились в просторном помещении, вырубленном прямо в недрах скалы. Часть стены из черного камня, отполированного до зеркального блеска, плавно переходила в другую часть, вдоль которой были высечены силуэты разнообразных тварей. Самая большая и отвратительная из них широко раззявила клыкастую пасть, словно собираясь что-то проглотить. Рядом с этой стеной находилось грубо высеченное из камня кресло, больше похожее на королевский трон. Посредине помещения возвышался фонтан. Прямо в центре высокого потолка находилось круглое витражное окно, сквозь которое пробивались лучи солнца, рассеивая по всему помещению разноцветные блики. – Хаул – сильнейший колдун нашего времени. Просто любопытно, почему он до сих пор не вернул себе меч, а вместо этого вынужден его охранять? – Мог бы – уже вернул, – нехотя произнес Настоятель. Он стоял, опираясь на обычный деревянный посох. Спина его сгорбилась от старости, а глаза стали мутными, но в них еще читалась мудрость. – Ледяной Клинок – оружие под стать богам и владеть им был бы счастлив любой воин. Ходят слухи, что в битве на снежных равнинах Дериону удалось-таки завладеть мечом колдуна и перейти в наступление. Почуяв смертельную угрозу, Хаул прибег к могущественному заклинанию, обратившему воина в лед. Вместе с ним был погребен и Ледяной Клинок. Спустя год занесенное снегом изваяние все еще стоит посреди равнины денно и нощно охраняемое стаей лютых волков. Ходят слухи, что колдун не может вернуть меч, потому что боится и сам попасть под действие выпущенного им на волю колдовства. По мне так все это чушь. Причина, останавливающая Хаула явно в чем-то другом, в чем-то более серьезном. Ни за что не поверю, что колдун страшится собственной магии. – Поговаривают, что чары способна разрушить лишь женщина, но какая девица отважится ступить в приделы владения злого колдуна? – Вот и проверим, правдивы ли слухи, – снова задумался Настоятель. – В любом случае от заказа отказаться мы не можем. – Все это верно, – кивнул лысый. – Но кто, по-вашему, сможет справиться с этим заданием? – Хороший вопрос. – Старческий рот растянулся в беззубой улыбке. – Жертвовать ассасинами я не хочу, ну а стражи[1] не имеют права покидать стены Храма. Мы отправим на это задание того, кто еще не прошел свое Испытание. Кто у нас там первый на очереди? – Кристаллин, – мгновенно отрапортовал долговязый Мастер. – Девчонка весьма своенравна. – Вот и хорошо, вот и замечательно, – отрешенно произнес Настоятель. – Зови. Лысый кивнул и сделал неразличимый глазу жест. В тот же миг от колонны отделилась серая тень, выдала низкий поклон и растворилась, словно дым на ветру. – А если она не справится? – Все возможно, – философски поднял палец старик. – Справится – получит звание ассасина, нет – станет стражем. Погибнет при исполнении… Значит такова ее судьба. Все просто. В помещении воцарилась тишина, нарушаемая лишь мерным журчанием воды бьющей из фонтана. Медленно приближалась ночь. Стены и углы почти полностью утонули в мягком полумраке, когда от одной из колонн снова отделилась тень, вот только на этот раз она имела совсем иные очертания. Перед Настоятелем опустилась на одно колено тонкая и гибкая фигура с ног до головы обтянутая во все серое. Лицо вновь прибывшего скрывала черная фарфоровая маска, длинные русые волосы были аккуратно собраны в высокий хвост. – Вы призвали, и я явилась на ваш зов, – произнес низкий женский голос. Настоятель уселся в каменное кресло и прикрыл глаза, предоставив лысому объявить задание. Со стороны казалось, что он спит. – Адептка! – торжественно провозгласил тот, что был облачен в серую рясу. – Час настал! Ты выучилась, и пришло время Испытания! Лишь на мгновение, стоящая на одном колене фигура вскинула голову, словно не веря в услышанное, но мельком взглянув на Мастера и поняв, что тот не шутит, снова опустила взор. – Итак, – лысый прокашлялся. – Тебе предстоит в кратчайшие сроки добраться до Снежной империи и добыть Ледяной Клинок. – Известно ли где именно искать этот меч? – ровным голосом осведомилась Кристаллин. – На снежных равнинах, – в тон ей ответил Мастер и услышал, как ее сердце на краткий миг пропустило удар, а затем забилось с удвоенной силой. Страх – это плохо. Воин Храма, будь то полноправный ассасин или всего лишь страж не должен бояться никого и ничего. Однако же девушка ничем не выдала своего чувства. Когда она задала очередной вопрос, в ее голосе слышалась лишь твердость и непоколебимая уверенность в своих силах: – Как я узнаю, что это именно тот клинок, который нужен? – также, не смея взглянуть на Мастера, осведомилась Кристаллин. – Лезвие его полностью состоит изо льда, – отчеканил он. – Чтобы добраться до Снежной империи, воспользуешься подпространством. Ступай же и с честью пройди Испытание! Адептка поднялась, поклонилась и скрылась в тени. Мастер еще долго смотрел на то место, где только что находилась Кристаллин. Казалось, он не верил в удачный исход Испытания. *** Получив задание, Кристаллин незамедлительно отправилась собираться. Верная пара ноэров заняла свое законное место за спиной, два легких кинжала разместились на боку.      Предусмотрительно прихватив теплый плащ и рукавицы, Кристаллин сочла, что этого будет достаточно, и она готова приступить к выполнению задания. Ассасины, стражи и адепты на территории Храма скрывали свои лица за масками, но отправляясь на задание, их чаще всего оставляли в своих кельях. Убийца должен сливаться с толпой, становиться ее частью, а не привлекать к себе внимание излишними атрибутами принадлежности к Храму. Черная маска была оставлена в коморке, которая всю жизнь приходилась Кристаллин домом. Другого дома девушка никогда не знала, впрочем, как и другой семьи. Ее вырастили стражи Храма Судьбы, как и всех остальных адептов. Сироты, потерявшие родителей, брошенные на верную смерть нежеланные дети, подкидыши и прочие обездоленные – вот кто становился убийцами, несущими смерть. Девушка окинула взглядом свое убогое жилище и самодовольно улыбнулась: когда она выполнит это поручение – все изменится. Прошедшие Испытания живут во внутренней части крепости, и там, наверняка, совсем не такие аскетичные условия, не зря же все так хотят пройти Испытание и стать ассасином. Жесткий топчан, таз, ведро с холодной водой и узенькое грубо выдолбленное в скале окошко под самым потолком, а еще оружейная стойка и колченогий стул – вот и все, что выделило ей братство. Сожалеть о потери этой «роскоши» она точно не станет. Уверенным движением девушка закрыла за собой дверь, она больше никогда не увидит этой коморки, впереди ее ждет слава великой воительницы, почет и уважение. Привычная жизнь закончилась, только вот даже сама Кристаллин, не подозревала насколько она права. Если бы адепты Храма судьбы пользовались обычными дорогами, путь до Снежной Империи занял бы несколько недель. Но, желая сохранить силы своим людям, Настоятель использовал собственные пути. Он не был колдуном, хоть такие мысли и возникали в головах молодых послушников, единственная магия, которой обладал старик – магия перемещения в подпространстве. На шее висел амулет возвращения, выданный Мастером. Небольшой стеклянный шарик на обычном кожаном шнурке. Обращаться с этим артефактом учат каждого адепта: чтобы активировать его необходимо было окропить хрусталь собственной кровью и представить место, куда необходимо попасть. Проход открывается почти что сразу (что это за место и что в себе таит, адепты точно не знали, но называли его переходом). Каждый отправляющийся на Испытание послушник, получал такой артефакт, чтобы дорога не отняла много времени. Сами же ассасины в подобных артефактах не нуждались и могли открывать подпространство в любое время и в любом месте. Оказавшись во дворе, Кристалин в последний раз окинула взглядом внутренний двор и решительно провела ножом по ладони. Сжав в окровавленной руке амулет, девушка представила просторы Снежой империи и горную гряду, где состоялась последняя схватка колдуна и людей. Вход в подпространство поддернулся сизой дымкой, и Кристаллин смело шагнула в неё. Теперь ее уже не окружали привычные серые стены внутреннего двора. Вокруг не было ничего: белесая непроглядная мгла расползалась во всех направлениях и только яркая огненная полоса шириной в ладонь, слабо мерцающая под ногами, указывала направление. Такой странный способ перемещения, хоть и отнимает силы – с каждым шагом белесое окружение просто вытягивает из людей энергию, но значительно сокращает время, затраченное на перемещение. Путь, который отнял бы не одну неделю, здесь занимал всего несколько часов. А силы, затраченные на перемещение, почти полностью восстанавливались, стоило лишь покинуть переход. Она шла и думала, что будет, если сойти с этой полосы, но осуществить свою затею не решилась, вероятность того, что она просто упадет в эту белесую пустоту, отбивала любое стремление к экспериментам. Аккуратно ступая по зыбкой основе, Кристаллин думала о том, что возможно ее путь сейчас пролегает над той самой бездонной Ямой, которой пугают детей во всем мире. Когда полоса под ногами перестала мерцать, адептка вынырнула из подпространства и оказалась у подножия той самой горы, к которой ее и послали. – И делов-то, – взбодрилась девушка. – Такого простого Испытания, наверное, еще никому не доставалось. Найти замороженного героя войны и вырвать из окоченелых рук его меч – ерунда. Ее настроение ухудшилось, когда, поднявшись на гору, она увидела только снег. Все выступы и уступы покрывала ледяная корка. Определить какое из изваяний имеет природное происхождение, а какое принадлежало рукам злобного колдуна не представлялось возможным. – И как в этом нагромождении льда искать именно ту статую? – сокрушалась девушка, но сохраняла самообладания. Собственный голос ее немного успокаивал. На все лады проклиная богов и Мастера Крис продолжала движение. Пока в снегу утопали лишь ноги, она просто злилась, но, когда впервые провалилась в пушистую морозную пучину по пояс, испытала испуг. Но спустя некоторое время она уже смирилась даже с этим. Теперь все мысли девушки были заняты лишь спасением собственной жизни. Выполнит ли она поручение спятившего Мастера или нет, не имело значение, главное – вырваться из снежных объятий этих неприступных гор. Хотя перспектива навечно стать стражем Храма ей не льстила, но жить хотелось все-таки сильнее, чем получить долгожданное и почетное звание ассасина. Кристаллин понимала, что ни один адепт ордена никогда бы не подумал ни о чем подобном – для них выполнение задания превыше собственных жизней, но ничего поделать с собой не могла. Колючий ветер то и дело пронизывал меховую накидку и пробирался до самых костей, казалось, что замерзает сама душа и сердце замирает не в силах больше биться. – Стражем быть никто не хочет, да и кто захочет становиться вечным невольником? Но здесь и сейчас ты вполне можешь проститься со своей жизнью, так и не распробовав ее на вкус. И когда твое превратившееся в ледышку тело найдут, если найдут, никто не вспомнит, кем ты была, никто по тебе не заплачет … Очередной порыв ветра сбил девушку с ног, и она уткнулась лицом в сугроб. «Так просто звучало задание в начале и так сложно оказалось пройти Испытание» – подумала Крис, отплевываясь от снега, остервенело растирая щеки и облизывая обмороженные губы. День уже клонился к вечеру и за спиной девушки раздался протяжный вой. – Вот только этого не хватало! – сражаться со снежными волками посреди ледяной пустоши, утопая по пояс в снегу – пугающая перспектива, необходимо какое-нибудь укрытие. Ей повезло, солнце еще не зашло, когда она выбралась из сугробов и впервые за несколько дней ощутила под ногами твердую почву вместо зыбкого холодного снега. Осторожно ступая по плато, Крис искала место, подходящее под описание последней схватки, ведь всем известно, что Дерион погребен где-то рядом, а значит и меч там же. У нее не было желания находится в этом пронизывающем холоде дольше необходимого.   Чем быстрее будет найден меч и выполнено задание, тем быстрее она сможет ступить на красную ленту под ногами в переходе и вернуться.   Кристаллин уже представляла, как будет растирать замерзшие ноги и отогревать у очага окоченевшие руки, когда под ногами что-то скрипнула и из сугроба появилась посиневшая от холода человеческая рука. Девушка подавила готовый вырваться крик и быстро отступила. Раздался очередной хруст и из снега показался проломленный человеческий череп. – Спокойно, – разговаривая сама с собой, Кристаллин пыталась успокоиться. – Они все уже давно мертвы. Это останки воинов, павших больше года назад в битве с ледяным колдуном, а значит, я уже приблизилась к цели. Преодолевая охвативший ее ужас, девушка шла вперед. Мало того, что при каждом движении она ожидала появления из-под толщи снега очередного мертвеца, так и волчий вой неумолимо приближался. Видимо, стая напала на след, а в вечной мерзлоте Снежной империи скрыться от хищников было просто негде. Кристаллин спешила, как могла. Вот только куда она так торопится девушка и сама не смогла бы ответить. Ей казалось, что участь ее предрешена и, безусловно, трагична: она не найдет меч и эта снежная равнина примет еще одну жертву в общую могилу, как и всех тех храбрецов, что пришли сюда год назад под предводительством Дериона и обрели здесь вечный покой. – А еще говорят, что холод полезен, – слабо усмехнулась Кристаллин. Порыв ветра, который не только не стихал, а становился еще более колючим и леденящим, сорвал с места и превратил в небольшую вьюгу сугроб, до того мирно лежавший прямо у ее ног, и девушка замерла. В мерзлой земле, едва прикрытые метущимся из стороны в сторону снегом лежали тела. Воин в доспехах армии Дериона и несколько ледяных големов. Мужчина так и не успел поднять меч для защиты, когда ледяной голем одним ударом прикончил противника. Некоторое время девушка не могла отвести глаз от ужасной картины. Лицо воина сохранило последнее выражение – осознание неизбежной кончины. Глаза остались широко распахнутыми, кожа, хоть и приобрела синюшный оттенок, но не истлела – мороз бережно хранил свои трофеи, не позволяя им портиться. Казалось, если присмотреться, то можно увидеть, как мужчина пытается сделать вдох. Очередное завывание волков заставило девушку оторвать взгляд от этой картины. Сейчас не время для жалости – надо спасать свою жизнь и поскорее. В поисках хоть чего-то похожего на убежище или хотя бы защищающего от колючих порывов неутихающего ветра, Кристаллин бросала безнадежные взгляды на пустынную ледяную округу. «Если развести огонь, волки должны отступить, ведь они же звери и боятся открытого пламени». –   Думать о том, что снежные волки могут быть магическими существами, девушка себе запретила. Сквозь поднятую ветром пургу, ей удалось различить несколько огромных ледяных глыб, стоящих полукругом, образуя практически отвесную стену. За неимением лучших вариантов, Кристаллин едва ли не бегом направилась к этому подобию укрытия. «Так у меня хоть спина будет прикрыта», – подумала она, направляясь к ледяным глыбам. Осмотрев свое убежище, адептка пришла к выводу, что даже если ей и удастся быстро добыть огонь, то развести костер – затея безнадежная, тут совершенно нет ничего пригодного для поддержания пламени. Остается уповать на остроту клинков и быстроту реакции. Громадные звери появились неожиданно, словно выпрыгнули из сугроба. Вожак оскалил пасть, ощерив желтые острые клыки, шерсть на холке вздыбилась, глаза не отрывались от загнанной в угол жертвы. Он замер лишь на миг, а затем растянулся в длинном смертоносном прыжке. *** Метнувшись с быстротой молнии в сторону, ей удалось уклониться от клацнувших возле самого горла клыков. В нос Кристаллин ударил смердящий запах из пасти. Девушка выхватила из-за спины ноэры и попятилась. Отступая от преследователей, она так и не решилась повернуться к ним спиной. Сил после долгого блуждания по сугробам и так почти не было, а те, что остались, таяли быстрее, чем снежинка на горячей щеке, но Кристаллин недаром была адепткой Храма Судьбы. Их с раннего детства учили превозмогать боль и лишения, сражаться до последнего и побеждать. Красные стеклянные глаза снежного волка полыхнули злобой, и зверь повторил атаку. Клинки взметнулись вверх. Один угодил в глаз зверя, другой насквозь пробил шею. Некоторое время вожак еще дергался, пытаясь зацепить свою жертву: в предсмертной агонии вздрагивали огромные лапы, с клацаньем захлопывались смертоносные челюсти. Кровь сильными толчками била из пробитого горла, обагряя искрящийся в лучах бледного солнца снег. Кристаллин показалось, что прошла целая вечность, прежде чем зверь окончательно замер бессмысленно уставившись единственным глазом в серое небо. Вожак погиб, и стая должна отступить, осознавая, что перед ними сильный и опасный враг. Но вопреки всем законам природы, волки хищно оскалились и стали медленно приближаться, беря добычу в кольцо. С целой стаей ей не справиться, и придется снова уходить в подпространство. Спрятаться. Затаиться. Дождаться, пока волки уйдут, а потом вернуться чтобы продолжить поиски меча. Решившись, адептка зажала в окровавленной ладони стеклянный шарик. Вход в подпространство появился справа и не раздумывая ни минуты девушка устремилась в спасительную дымку. Но не успела Кристаллин перевести дух, как из пустоты вынырнули снежные волки, вот только здесь, в этой реальности (или нереальности), они имели совсем иные размеры и очертания. Громадные лапы ступали прямо над бездонной пропастью, глаза зверей сверкали подобно огням. – Теперь понятно, что вы за твари такие, – зло процедила девушка. – Конечно, кого еще мог призвать на стражу злобный маг? Только нереально опасных волшебных существ, выдернув их из странного мира между мирами. Попытки защищаться и атаковать не принесут результата, в этом адептка была уверена, подпространство – это их мир, их реальность, здесь звери неуязвимы и еще более опасны, а вот ей приходится платить за прохождение между мирами своей энергией, а значит она в заведомо проигрышном положении. – Нет, уж. Лучше с нормальными волками драться, чем с этими чудищами, – быстро приняла решение девушка. И снова выскользнула в реальность, но не успела прийти в себя, как один из волков вонзил клыки в ее предплечье. Острая боль мгновенно растеклась по руке, ноэр выпал из ослабевшей ладони, жалко звякнув о ледяной монолит. Извернувшись подобно кошке, адептка вонзила второй клинок в тело зверя, но не смогла сохранить равновесие.   Поскользнувшись, она больно ударилась о торчащий ледяной выступ. Кровь из раны обильно брызнула на лед и, разбившись на сотни маленьких ручейков, заскользила по гладкой поверхности. За ее спиной раздался громкий треск, а затем над снежной равниной пронесся чудовищный грохот, земля вздрогнула под ногами и казалось вековые пласты снега всколыхнулись и покрылись незримыми трещинами, намереваясь разойтись в стороны и поглотить нарушившую их покой девушку, вместе со стаей и самим плато. -– [1] Стражи – не прошедшие Испытание храмовники, вынужденные до конца жизни оставаться за стенами Храма Судьбы в качестве прислуги. Глава 2 Дерион не знал, жив он еще или нет, снится ему все происходящее или это жуткая реальность. Осталось чувство незавершенности и сожаления. Слишком много он не успел сделать, слишком любил жизнь и не хотел умирать, но воздействие темной магии проклятого колдуна оказалось хуже смерти. Если бы сердце просто остановилось, если бы мысли покинули голову и он обрел покой, тогда ему было бы безразлично все остальное, но его обрекли на вечное созерцание и бесконечное повторение последнего дня жизни. Долгий переход во главе войска, стремящегося одержать победу над Ледяным Колдуном. Уверенность в собственных силах и надежда на скорое подкрепление, которое должен привести лучший друг. Дерион был уверен в себе и уже мечтал о скорой встрече с возлюбленной. Когда завязался бой, мужчина даже улыбался, предвкушая легкую победу и победоносное возвращение в Империю. Но все пошло не так. Они оказались слишком самоуверены и недооценили врага. Бой затянулся, люди гибли десятками, а их предводитель ничего не мог с этим поделать. Силы покидали воинов, а подмоги все не было. Тогда-то он и решил вступить в схватку с магом и начал пробиваться к нему сквозь ряды ледяных големов и снежный буран. Заметив Дериона, колдун рассмеялся безумным звенящим смехом и выхватил легендарный Ледяной Клинок. Дерион смело пошел в наступление. Со смертью этого колдуна прекратится пурга, замрут или исчезнут поднятые им ледяные чудища, люди будут спасены, они вырвут-таки победу, почти ускользнувшую из рук. Что может противопоставить опытному воину этот ничтожный слизняк, пусть и облаченный в мантию мага? Но и эта надежда разлетелась крошивом, столкнувшись с Ледяным Клинком мага. Так продолжалось бесконечно: неистовый бой, звенящий смех колдуна, холодная могила и завершало все – отражение в ледяном зеркале, в котором воин с трудом угадывал свой образ. Так – круг за кругом, миг за мигом, век за веком. Кажется, что этот безумный круговорот длиться целую вечность. Бессмысленное существование. Ни смерти, ни жизни. Непрекращающееся повторение одного дня, ставшего последним и что самое страшное – этот круг невозможно разомкнуть. Дерион помнил каждый миг и сколько не пытался, никогда не мог его изменить, ведь это была лишь память, но ему казалось, что он переживает все это раз за разом, день за днем. Повторяет одни и те же ошибки, даже зная, к чему они приведут. Вечная пытка разума, и в какой-то момент ему стало казаться, что он сходит с ума. Воин уже давно потерял счет времени. Для него ничего не изменится, новый восход солнца принесет лишь очередной виток бесконечной муки, а на закате, его тело опять будет заковано в куске льда и все начнется сначала. Но в какой-то момент вместо собственного отражения он увидел сцену неравного боя: изгибаясь подобно кошке, гибкая тень разила волков – каждый взмах ее ноэров лишал жизни очередного зверя. Но фигура исчезла, пропали и волки, и воин опять остался один, опять спешил навстречу неизбежному концу. В его руках вновь оказался проклятый меч и душу начал сковывать холод, но в этот момент руку обжег странный жар. Поражаясь происходящим изменениям, воин открыл глаза и снова увидел истекающую кровью гибкую фигуру неведомого бойца. Почуяв усталость противника, и скаля чудовищные пасти, волки неумолимо приближались к своей жертве. «Вот и все», – пронеслась в сознании мысль, прежде чем лед все это время сковывавший пальцы, вдруг стал хрупким. Прогремел раскат грома, словно неведомый исполин ударил по небу огромным молотом, вознамерившись расколоть его на части. Рука Дериона крепко сжала эфес Ледяного Клинка и мироздание дрогнуло. *** Мироздание дрогнуло. Рассыпался лед, освобождая пленника из своих объятий. Не в силах удержать на ногах мужчина упал на колени и попытался открыть глаза. На некоторое время непривычный дневной свет ослепил Дериона, заставил зажмуриться. Слишком долго он находился во власти серых теней и собственных снов. Яркий свет причинял боль, резал глаза, но это было незначительно малой платой за возможность вернуться к жизни, сбросив магические оковы. Проморгавшись, Дерион быстро оценил обстановку: незнакомый боец находился от воина на расстоянии двух саженей, а озлобленные звери были рядом с ним. Волки даже не взглянули на Дериона, то ли потому что их целью являлся не он, то ли просто не заметили. Он крикнул, предупреждая бойца об опасности, тот попытался подняться, но не смог. Видимо ранение оказалось слишком серьезным: из плеча все еще сочилась кровь, обильно обагряя белый снег. Запах свежей крови, повисший в воздухе, опьянял стаю и с леденящим душу рычанием волки бросились на свою жертву. Но за миг до того, как острые клыки вонзились в тело раненого, Дерион оказался рядом и рубанул Ледяным Клинком ближайшего зверя. Не встречая сопротивления, меч прошел насквозь, рассекая тушу волка пополам. Снова удар и очередной зверь повержен, а воин продолжал бесноваться словно ураган, разя белых волков, не замечая, что уже и сам весь в чужой крови, что под ногами уже не снег, а бордово-коричневое месиво. Выпущенные кишки и отрубленные конечности, казалось, заполняли все вокруг. Мышцы помнили каждое движение, будто и не было этого страшного сна на протяжении долгого времени. Удар, взмах, снова удар. В какой-то момент жуткие почти человечески глаза зверя мелькнули всего в дюйме от глаз Дериона, холодное дыхание обожгло лицо. Воин изо всех сил ударил наотмашь, стараясь отшвырнуть от себя это рычащее порождение ночного кошмара, и волк повалился на землю как кукла. Ледяной Клинок торжественно звенел в руке хозяина, вибрировал, словно наслаждаясь боем, предвкушая кровавое торжество. Наконец волки попятились, прислушавшись к инстинкту самосохранения. Отступив на расстояние косой сажени, они развернулись и бросились прочь, вскоре и вовсе исчезнув из видимости слившись с покрывалом белого снега. Еще несколько мгновений Дерион всматривался в снежные равнины, стремясь рассмотреть силуэты зверей, но осознав, что опасность миновала, перевел взгляд на раненного человека. Проще всего было бы оставить того на растерзание волкам, ведь пока стая будет занята дележкой добычи, сам Дерион успеет убраться подальше от этих проклятых всеми богами мест. Наверное, он бы так и поступил, но рассудок отказывался верить в случайность, и в голове настойчиво пульсировала мысль, что именно с появлением этого человека связано его освобождение. Каким образом? Он не знал. Но именно этот бой разорвал замкнутый круг воспоминаний. Отрицать такую возможность было бессмысленно, а бросить умирать своего, пусть и невольного, но спасителя – было бы верхом вероломства, недостойное поведение для воина и командира. Необходимо было выяснить, кто это и что он делал в ледяной пустыне царства Хаула. Случайное совпадение? Вряд ли. Он оказался здесь явно не просто так. В гиблые места подобные этому по своей воле никто не пойдет. Ответы на все вопросы знал только умирающий, и чтобы тот мог поделиться своими знаниями, его нужно спасти. Дерион быстро подошел к распростертому на снегу телу. На первый взгляд могло показаться, что человек мертв, но нет: веки слабо подрагивали, грудь еле заметно вздымалась от слабого дыхания. Первое что бросилось в глаза – рваная рана, оставленная острыми клыками волка на плече. Вся куртка была пропитана кровью, алое пятно расползлось уже по груди. Если срочно не перевязать рану и не найти в скором времени целителя – долго он не протянет. Дерион опустился на колени и перевернул человека на спину, разорвал рукав куртки и осмотрел рану. Слегка коснувшись ее краев, ощутил нестерпимый жар. Скорее всего, начиналось заражение. От обычного укуса такого не бывает. Должно быть, слюна волков была ядовитой. Времени на размышления и поиски необходимых материалов не было, и воин оторвал пропитавшийся кровью рукав от куртки несчастного, чтобы освободить доступ к ране. Затем оторвал и рукав рубашки, разорвал его на длинные лоскуты и перевязал плечо бойца, как можно сильнее зажимая рану. Но и это особо не помогло – кровь продолжала сочиться сквозь материю, правда уже не так сильно. Воин стянул шарф, закрывающий лицо бойца от ветра, и оторопел. Перед ним лежала девушка с тонкими чертами лица и чувственным ртом. Длинные ресницы слегка подрагивали, русые пряди, выбившиеся из-под капюшона, обрамляли высокие скулы. Женщина. Годы кровавых войн заставляли девушек учиться военному делу, конечно, до мужчин им далеко, но постоять за себя в неспокойное время могли многие. Одни от безысходности, другие по собственной воле. Но его принцесса была другой. Исильда. Кожа нежнее тончайшего шелка, поволока в глазах, заманчивое тепло губ, водопад волос чернее самой темной ночи, тихий голос, кроткий нрав… Глядя на свою спасительницу, Дерион совсем не думал о ней, он вспоминал ту, которую любил. Ту, которую у него отняли… Сейчас больше всего на свете Дериону хотелось сжать покрепче Ледяной Клинок и отправиться к крепости колдуна, чтобы завершить поединок, отомстить за гибель своего войска. Глядя на девушку Дерион не чувствовал ничего: ни жалости, ни сострадания, ни гнева. Она была безразлична ему. Единственное, что имело значение – вопросы, ответы на которые она могла дать. Бросаться вершить благородную месть имеет смысл только тогда, когда есть свежие данные о противнике или хотя бы о времени, которое прошло с тех пор, как состоялась та кровавая бойня, ставшая его последним боем. Допрашивать бесчувственное тело – не имеет смысла, да и место не подходящее, волки могут вернуться в любой момент, а значит, нужно привести эту горе-воительницу в чувства и постараться как можно дальше убраться с этой ледяной равнины, прежде чем вступать в разговор. Он слегка похлопал ее по щекам, но, не дождавшись реакции, сгреб горсть снега и растер его по лицу раненной. Раздался тихий стон, веки девушки дрогнули. Она открыла глаза и непонимающе уставилась на воина. Затем в карих глазах появился испуг, она дернулась, намереваясь отползти подальше от мужчины. Дериона такая реакция позабавила и он усмехнулся. – Все равно далеко не уползешь. Стоит ли пытаться и тратить последние силы на это? Поняв, что опасность в данный момент ей не угрожает, девушка замерла, но все же не спускала с воина настороженного взгляда. На вопрос она так и не соизволила ответить. – Кто ты? – сменив тему и уже не надеясь на ответ, поинтересовался воин. Вопреки всему девушка еле слышно ответила: – Кристаллин. – Уже что-то… Итак, что привело тебя сюда, Кристаллин? – Тебе-то что? – немного помолчав, ответила девушка. – Хорошо, не хочешь говорить – не говори. Мы позже к этому вернемся. А сейчас нам стоит все-таки отсюда убраться. – Думаешь, они вернутся? – Кристаллин огляделась, словно ожидая немедленного нападения, затем снова посмотрела на Дериона. Ее взгляд скользнул по рукояти Ледяного Клинка и в глазах девушки на один лишь миг вспыхнул интерес. – Хороший меч, – усмехнулся воин. – А в руках умелого бойца – смертоносный. Но обсуждать достоинства моего клинка, лучше, когда будет крыша над головой, тепло очага и крепкие стены, за которыми волки не смогут нас достать. Так что вставай! – Воин окинул ее скептическим взглядом. – Идти сможешь? – Постараюсь… Дерион наблюдал как девушка пытается подняться, но без опоры на больную руку сделать это у нее никак не получалось. Устав наблюдать за бесплотными и слишком медлительными попытками женщины, воин ухватил девушку за ворот куртки и одним движением поставил на ноги. Не сочтя такую грубость достойной благодарности, Кристаллин не произнесла ни звука, одной рукой подобрала ноэры и вложила их в ножны за спиной. Вторая рука висела безжизненной плетью и скорее всего, девушка ее почти не чувствовала. «Успеть бы до темна», – подумал воин, прежде чем они выдвинулись в путь. *** Ветер свирепо завывал, небо стало черным и низким. Крупные хлопья снега кружились над землей, и Дерион мог видеть всего на несколько шагов вперед. Девушка, едва передвигая ноги, плелась позади него. Воин остановился и крикнул ей, стараясь перекричать шум ветра: – Давай же! Нам надо идти быстрее, Крис! Скоро наступит темнота! И как бы в ответ на его слова сзади донесся долгий вой, приглушенный расстоянием и снегом. – Не могу. Идти. Дальше, – простонала девушка, однако же сделала еще один шаг, а затем еще. Вопреки первому впечатлению, девушка оказалась довольно выносливой и, превозмогая боль, смогла преодолеть достаточно большой участок пути самостоятельно. Но, так или иначе, а таким темпом они далеко не уйдут… Опять появилась мысль бросить девчонку, а не тащить за собой. Воин презрительно скривился, глядя на слабые попытки женщины продолжить движение. Расспросить он сможет и любого другого встречного, не обязательно подвергать свою только недавно вернувшуюся жизнь опасности из-за попыток ее спасти. Единственное, что останавливало его теперь – память об Исильде. Его принцесса не одобрила бы такого поступка своего рыцаря, а видеть в темных очах возлюбленной разочарование, было бы худшей из возможных кар. Позади раздался глухой удар. То что он увидел обернувшись, было вполне ожидаемо – девушка потеряла сознание. Зло выругавшись, Дерион забросил на плечо бесчувственное тело. Мрак сгущался все сильнее, и снег доходил уже до колен. Проклиная все на свете, воин взобрался вместе со своей ношей на вершину небольшого холма и прислушался к зловещему завыванию волков. Казалось, метель мешала зверью взять след, но вскоре раздался торжествующий вой – видимо, волки все-таки почуяли добычу. Снова выругавшись, Дерион перекинул Кристаллин на другое плечо, спустился с холма и зашагал еще быстрее. – Похоже, они идут за нами. Не хотят упустить такой славный ужин! – зло процедил воин. Ответа не последовало и Дериону оставалось лишь надеяться, что она еще жива. «Ну, а теперь, когда они вышли на след, разве есть у нас шансы убежать? Вряд ли, – сам себе ответил воин. – Но сражаться со стаей, да еще с этой ношей на плече – чистое самоубийство. Когда догонят, брошу девчонку и дам им бой, а пока попробую спастись бегством…» Вперед его гнал вовсе не страх за свою жизнь и уж точно не забота о жизни или безопасности девушки, тряпичной куклой болтающейся у него на плече. Им двигал гораздо более сильный порыв. Он жаждал мести. Ненависть придавала ему сил. Он не мог отступить сейчас, ведь теперь от вожделенной победы над Хаулом его не отделяет проклятье. Всего лишь волки, судя по многоголосому завыванию не один десяток, но это всего лишь звери. Занятый своими мыслями он даже не сразу обратил внимание, что ледяная гряда осталась позади и теперь ноги то и дело проваливались в липкую грязь, образовавшуюся от смешения талой воды с ледника и рыхлой почвы. В сапогах уже противно хлюпало, при каждом движении, но по сравнению с заточением во льдах – это были лишь мелкие неприятности, вполне терпимые, почти нормальные походные условия привычные любому солдату. Подгоняемый вперед гневом, Дерион не щадил сил, но очередной волчий вой раздался гораздо ближе, чем ему бы хотелось. Именно в тот момент воин увидел впереди яркий свет. Он проморгался, проверяя – не почудилось ли? Нет, свет горел, но слишком далеко и казался совсем крохотным, однако появилась надежда, что они все-таки успеют добраться до укрытия, прежде чем стая лютых волков их настигнет. Земля под ногами все так же скользила, но бежать стало легче. Сугробы пошли на убыль, метель уже не свирепствовала – снег просто шел стеной и ветер перестал сбивать с ног. Вскоре Дерион смог различить темный силуэт возвышающейся крепости, из центральной башни которой струился свет. Но откуда она здесь? Ведь раньше ее не было! Когда воин вел свое войско к логову Хаула, он проходил эти места. Внезапная мысль, словно бич обожгла Дериона и заставила остановиться. Сколько же прошло времени, после того неравного боя на снежных равнинах? Неужели столетия? Или это всего лишь колдовской морок? Как бы там ни было, надо двигаться вперед. Белое покрывало как-то внезапно оборвалось, и воин ступил на черную землю. Совсем близко за спиной прозвучало яростное рычание, и Дерион резко обернулся. Звери неслись на него во весь опор, скаля чудовищные пасти. Расстояние быстро сокращалось. Он не успеет освободиться от ноши и выхватить меч… Взметнулась черная стена, преграждая волкам дорогу. Звери заскулили, а затем раздался разочарованный вой, в котором слышался страх. По крайней мере, воину почудилось именно так. Стена не была рукотворной. Она состояла из частиц мрака и пребывала в бесконечном движении: шипя и клубясь, то расползалась, то напротив, сужалась. Воин, как завороженный протянул к ней руку. – Я бы не советовал! – его остановил низкий мужской голос. – Прикоснешься и умрешь! Дерион нехотя оторвал взгляд от стены и оглянулся. Перед ним стоял темный эльф в черной мантии. Как и вся его раса, он был изящным, смуглым и темноволосым. В руках маг держал кривой посох, легкий ветерок теребил полы плаща. И не успел воин удивиться тому, что в Снежной империи делает эльф, как почувствовал – колдовские чары рассеялись и больше над ним не властны. Стена больше не притягивала его, не манила к ней прикоснуться. Дерион отошел от стены, неотрывно следя за эльфом. Колдун не внушал ему доверия. А может и эта крепость, и эльф происки Хаула? Надо быть настороже. – Кто ты? – Собственный голос показался Дериону чужим. От долгого бега горло пересохло и саднило, да и сам он уже толком не чувствовал ног. – Почему решил помочь? – Для этого есть причины, но позволь все поведать тебе после того, как ты войдешь в крепость. – Я бы не отказался от такого предложения, зная от кого оно исходит, но я еще не совсем идиот, чтобы верить случайным. – Справедливо, – согласился эльф. – Но твоя спутница совсем плоха. Еще немного и спасать будет некого. – Маг бросил красноречивый взгляд на Кристаллин. Воин почти забыл о ней. Она не шевелилась. Сбросив практически невесомую ношу с плеча, мужчина уложил ее на землю и приставил ладонь к губам, чтобы почувствовать дыхание. Но даже спустя несколько мгновений не почувствовал ни единого колебания воздуха на коже. – Хорошо, – ровно произнес он, забрасывая девушку на плечо, и глядя в глаза магу. – Но, если это ловушка, ты не успеешь насладиться победой. *** Крепость поражала своим размахом. Неся на руках Кристаллин, Дерион прошел сквозь высокую арку. Толщина стен оказалась не меньше четырех локтей, а высота превышала все двадцать. Двор оказался достаточно обширным, точно в середине возвышалось сразу три соединенных друг с другом башни. Маг направился в центральную, и воин последовал за ним. В помещении оказалось неожиданно светло и уютно. Пол, выложенный черным мрамором, отражал блики свечей. Вверх уходила широкая спиральная лестница. Пройдя по ней три пролета, Дерион был готов уже собственноручно задушить эльфа. – Долго еще? Эта лестница когда-нибудь закончится? – Уже пришли, – провозгласил маг, остановившись на четвертом пролете и нырнув в одну из дверей. – Ложи свою ношу на кровать и постарайся не мешать. Воин вошел в небольшую, но великолепно обставленную комнату и аккуратно положил Кристаллин поверх расшитого золотыми и серебряными нитями покрывала. Он склонился над девушкой, но тут же был решительно отодвинут в сторону магом. – Сказал же – не мешай! Эльф продолжал хлопотать над склянками, смешивая различные порошки и жидкости. Затем он бросил в железную чашу сушеную траву и по комнате распространился сладковатый запах. Быстрыми уверенными движениями, маг развязал стягивающую плечо Кристаллин повязку и намазал рану вонючей серой мазью. Кожа вокруг посинела, глядя на это эльф чертыхнулся. – Что-то не так, – спросил Дерион, который все это время стоял в стороне и не спускал руку с эфеса готовый в любой момент убить мага. – Все не так! – закусив от досады губу, выдохнул эльф. – Яд проник слишком глубоко. Чтобы излечить укус снежного волка, мне нужен аштырь… – И в чем же дело? – У меня его нет. Эта трава растет достаточно далеко отсюда… – Ну, – безразлично ответил Дерион. – Значит, я зря потратил силы, пытаясь ее спасти. Еще один долг останется без уплаты. – Постараюсь этого не допустить, – не скрывая сарказма, произнес маг. – Не смогу себя простить, если стану причиной увеличения твоего долгового бремени. Одним движением маг зажег огонь в очаге и, слегка приподняв голову девушки, влил в чуть приоткрытый рот синею тягучую жидкость. – Это должно замедлить действие яда. Дерион положил руку на лоб Кристаллин и посмотрел на эльфа. – Холодная как лед, – прошептал он, вспоминая собственные ощущения во время заточения, девушке сейчас вряд ли лучше, чем было ему. – Есть надежда, но без аштыря не обойтись. Я отправляюсь на поиск травы, а ты остаешься с больной. Как только жар снова поднимется, дашь ей вот это… Маг сунул в руку Дериона небольшую колбу и в то же мгновение исчез в созданном портале. Внезапно воин понял, как ослабел. Ненависть и злость отступили, по телу разливалось так давно позабытое тепло. Протянув руки к огню, воин наслаждался забытыми ощущениями покоя и спокойствия. Вот только вопросы, возникающие в голове, не давали расслабиться. Сколько времени он провел в ледяных оковах? Как изменился мир за это время, и осталось ли хоть что-то привычное? Жив ли еще его друг и ждет ли Дериона возлюбленная? Впрочем, последнее вряд ли… Принцессам не дано решать, за них все решает император. Но все равно где-то глубоко внутри теплилась надежда, что они с Исильдой будут вместе. За окном начал брезжить рассвет, а колдун так и не объявился. Кристаллин совсем посинела, хотя в комнате было достаточно жарко. Дерион сильнее закутал ее в теплые одеяла. – Как будто окоченела, – прошептал он, чувствуя тяжесть в груди. – Рано тебе еще умирать. Впервые он попытался поддержать девушку, хотя бы словами. Сзади послышался шорох и дверь распахнулась. В проеме появился эльф, держа в руке пучок блекло-зеленой травы. – Еще жива? – поинтересовался он, даже не взглянув на Кристаллин. Зайдя в комнату, эльф сразу повесил над очагом котелок с водой. – Живая, – Дерион поднялся и навис над магом. Он и сам не понимал, почему вдруг начал переживать за жизнь совсем незнакомой девицы. Возможно, лишь потому что она освободила его от непрекращающейся пытки? – Почему так долго? – Не рычи, – поморщился чародей. Эльф ловко разрывал тонкими длинными пальцами стебель растения и складывал кусочки в железную кружку. Вскоре емкость была уже наполнена до середины изломанным аштырем. Эльф залил ее содержимое кипятком и провел над ней раскрытой ладонью. Пар моментально испарился – напиток полностью остыл. – Не так-то просто было достать эту траву. Только сейчас Дерион заметил, что край мантии чародея опален, рукава перепачканы грязью. Тем временем колдун подошел к больной и влил ей в рот содержимое кружки. Кристаллин закашлялась, но в сознание так и не пришла. – Теперь все в руках богов, – прошептал чародей и направился к двери. – Пойдем… – Куда? – воин не сдвинулся с места, сверля спину эльфа тяжелым взглядом. Маг остановился в проеме, не изволив даже обернуться. – Ты же хотел получить ответы на свои вопросы или нет? – Его голос разнесся по всей башне эхом. Дерион молча последовал за эльфом, бросив последний взгляд на девушку. Болезненная бледность исчезла, а по щекам распространился легкий румянец. Аштырь делал свое дело, постепенно возвращая ей жизнь. Миновав сотню ступенек, они спустились в главный зал. Теперь воин заметил в дальнем углу огромный камин, возле него два удобных кресла и низкий столик между ними на одной тонкой ножке. Колдун разжег огонь и устроился в кресле, сделав знак Дериону последовать его примеру. Воин подозрительно покосился на колдуна, но все-таки сел в свободное кресло. Эльф хлопнул в ладоши и тут же на столике появились фрукты. Некоторые из них Дерион ни разу не видел. Рядом стоял и графин вина с двумя кубками. – Угощайся, – маг взглядом указал на столик. – Ты обещал ответить на вопросы. Воин так и не притронулся к еде, продолжая мрачно взирать на собеседника. Маг некоторое время молчал, глубоко уйдя в свои мысли. Затем кивнул самому себе и наконец, ответил: – Зовут меня Эльдаган, – ровно ответил он. – Зачем я вам помог? На самом деле я давно поджидал вас. Пророчество наконец-то исполнилось. Тебя освободила дева, а вместе с тобой и Ледяной Клинок. – Ты служишь Хаулу? – Брось! Я не служу никому, кроме себя. Но в данный момент Хаул мешает мне и я был бы рад от него избавиться. Признаюсь честно: я не хочу, чтобы волшебный меч снова попал к нему в руки. Поэтому сколько мог, столько и отводил от вас стаю. За спасение не благодарите – сделал это ради себя. Желаешь спросить что-то еще? – Сколько прошло времени после битвы на снежных равнинах? – Год, – безучастно ответил маг. – Но за это время многое изменилось… Воин не обратил внимания на последние слова чародея. Его переполняли эмоции, хотя он ничем не выдал своего возбужденного состояния. Всего лишь год! Теперь он может вернуться к прежней жизни, но сначала восстановит свою честь и отомстит за павшее войско! Немного помолчав, он поднялся. – Девчонка теперь в безопасности и я могу идти… – Куда? – перебил воина Эльдаган. – Я должен прикончить колдуна, – сухо ответил Дерион. – Он ответит за все! – Конечно-конечно, – согласился маг, задумчиво потирая подбородок. – Я желаю успеха в твоем предприятии, но сомневаюсь, что ты с ним справишься. Хаул – самый могущественный колдун за всю историю мира и чересчур силен для тебя, даже несмотря на то, что в твоих руках Ледяной Клинок. Вот что! Оставайся-ка пока здесь. Со временем мы что-нибудь придумаем… Дерион в изумлении посмотрел на него: – Но Хаул хочет завоевать весь север! Разве не так? – Да ничего он уже не хочет, – покачал головой Эльдаган. – Все, чего хотел, он уже добился. – И что же? Маг посмотрел на Дериона с горькой усмешкой. – Он избавился от тебя. Глава 3 – Не избавился! – Дерион вскочил с кресла, в глазах вспыхнула ярость. – Пленил, обрек на страшное существование, но я жив! И я отомщу! – Да сядь ты уже и успокойся, – маг больше не скрывал своего раздражения. – Или тебе так не терпится опять в ледышку превратиться? Только на сей раз без вмешательства магии? Сейчас за пределами крепости лютует метель. Мороз крепчает. В такую погоду далеко ты не уйдешь, даже если не вспоминать о стае волков. А вот утром… Утром можешь идти куда пожелаешь. Удерживать против воли не стану. Хоть воина и переполняли эмоции, но он сел, признав, что тот прав. Бросив злой взгляд на Эльдагана, мужчина отметил, что кожа эльфа в неверном свете огня приобрела какой-то нездоровый бронзовый оттенок, а лицо превратилось в застывшую маску, лишь темные глаза блестели, словно драгоценные камни. Дерион перевел мрачный взор на пламя, плясавшее в камине. Иногда из очага вырывались искры, но, не достигнув пола, гасли. Казалось, вся крепость пропитана магией. А ведь совсем недавно ее здесь не было. Если, конечно, эльф не соврал и со времен битвы на снежных равнинах прошел действительно, лишь один год. – Для человека, обреченного на вечное заточение во льду, ты слишком спешишь, герой, – бесстрастно произнес маг. – А для мертвеца, ты вообще слишком живой! – Сердце еще бьется, – тихо произнес воин. Он знал, что собеседник его не понимает и, наверное, не поймет никогда. Ведь он никогда не был скован магическим льдом, не был лишен чувств и движений. Не довелось магу сотни раз переживать одни и те же моменты, без возможности что-то изменить, пережив нечто худшее, чем просто смерть. – А бьется ли? – иронично заметил Эльдаган. – Ты умер, вернее – должен был умереть. Ты же не думаешь, что Хаул мог оставить тебя в живых? Для него, как и для всех прочих в этом мире, ты уже год, как обрел вечный покой. Дерион продолжал рассматривать огонь, но слова мага заронили крупицу сомнений в мысли воина и он приложил руку к груди, пытаясь почувствовать биение собственного сердца. Несколько мгновений мужчина прислушивался, но так и не услышал. Когда он перевел взгляд на мага, тот внимательно следил за его действиями. На непонимающий взгляд Дериона, маг ответил сочувствующей улыбкой. – Выпей вина, Дерион, поешь и смирись, – маг наполнил бокал. – Ты не понимаешь, что произошло, я, если честно, тоже могу лишь догадываться. Ледяной Клинок, что ты вырвал из рук Хаула… Думаю, даже он сам не понимал, что за оружие держит в руках и какие тайны в нем сокрыты, какой магией оно обладает… – И какой же? – спорить с магом, который разговаривает, словно сам с собой не имело смысла и Дерион решил последовать совету странного компаньона, устроился поудобнее и пригубил вина. – Это мне еще предстоит понять, – задумчиво произнес эльф. – Ясно только одно, ты сейчас сидишь здесь со мной и пьешь вино именно благодаря клинку, который должен был бы тебя убить. Такие артефакты не должны попадать в руки простых смертных. Только те, кто связан с магией, могут их использовать без последствий для себя… – И что я должен вынести из этого? Я – невероятно везучий малый? – Нет, – хмыкнул эльф. – Ты ужасно невезучий! Ледяной меч начал менять тебя, едва ты к нему прикоснулся. Ты ведь почувствовал это тогда? Понял, что происходит что-то плохое, но был слишком увлечен битвой, не успел осознать. Клинок вытягивал твою душу, питался ею, ты должен был умереть, но тут вмешался Хаул. В порыве ненависти, он решил обратить тебя в лед и не подумал о том, что половина твоей души уже принадлежит клинку, а значит, это не убьет тебя. Во всяком случае, совсем не так, как он себе это представлял. Это лишь догадки, Дерион, но я думаю, что именно одновременное воздействие двух видов магии на тебя и привело к такому странному результату. Клинок вытягивал из тебя душу и продлись это воздействие еще некоторое время, тело бы умерло, но Хаул заморозил твое тело, и смерть стала невозможной. Клинок остался зажат в твоей руке и за это время, что вы были с ним едины, он стал воспринимать тебя, твое тело, как необходимое дополнение к собственному лезвию, сроднился с тобой. Он начал поддерживать в тебе жизнь, чтобы однажды вы оба могли вернуться. – Маг задумчиво потер лоб. – Откуда же тогда взялось пророчество? Кто-то из богов шалит? Уж не Богиня ли Хаоса приложила к этому руку? – Что случилось с Империей? – не стал прислушиваться к задумчивому шепоту мага воин. – Почему не пришло подкрепление? Что с принцессой Исильдой? – Столько вопросов, – впервые тепло улыбнулся эльф. – Ответить на них просто. В Империи все хорошо, если можно так сказать о государстве, где правит жестокий тиран. Принцесса Исильда выполнила свой дочерний и монарший долг – вышла замуж. А вот про все остальное, тебе лучше бы расспросить у тех, кто принимал в этом участие. Знаешь ли, я – маг и отшельник, мне неведомы мотивы человеческих поступков. – Конечно, – тяжело вздохнул Дерион. – Она же считает меня погибшим, как и все прочие. Разве может мертвец надеяться на верность возлюбленной? – Возлюбленной, – эльф едва сдержал смешок, а в глазах его заблестели злые огоньки. – Конечно! Если бы Исильда знала, что я – жив, она бы никогда… Но что ты, служитель тьмы, можешь знать о любви? – махнул рукой Дерион. – Поосторожнее в словах, мой совсем недавно оживший друг, а то рискуешь стать окончательно мертвым! – эльф бросил на воина презрительный взгляд. – Цвет моей мантии не означает, что я перестал быть мужчиной, а за оскорбление дамы покорившей мое сердце, ты можешь дорого поплатиться! – В твоем сердце царит тьма! – выпалил воин. – Это так, воин. Но тьма не означает смерть. Все с нетерпением ждут наступления ночи, чтобы встретиться с тайными возлюбленными, чтобы отдохнуть после тяжких дневных трудов или ратных дел. С наступлением ночи, мир погружается во мрак, и тьма приносит нам покой. Разве не так? – эльф прикрыл глаза и улыбался, чем совершенно сбил с толку Дериона. – Тьма бывает разной. Она скрывает от чужих глаз грязные делишки, но она же способствует пробуждению страсти. – Ты полоумный колдун! Эльф не стал отвечать на это замечание, казалось, что он вовсе перестал замечать присутствие человека, погрузившись в свои мысли. – Что это за крепость? – устав от затянувшегося молчания и вдоволь изучив мечтательную улыбку эльфа, Дерион решил сменить тему разговора. Эльф открыл глаза и подлил вина в свой бокал. – Это Черная Крепость. Богиня тьмы воздвигла ее для таких, как я. Для тех, кому нет места в других землях из-за прискорбной глупости и предвзятого отношения к цвету моей мантии. – Ты здесь хозяин? – Я уже отвечал тебе на этот вопрос, ты не внимателен. Нет, я не хозяин здесь. Настоящий хозяин крепости явится позже. Я лишь смотритель. – Зачем ты помог мне и девчонке? – Скажем так, я вижу определенную выгоду в том, чтобы оказать тебе некоторую помощь. – Я не стану орудием для твоих темных дел! – резко бросил Дерион. Эльф посмотрел на человека с сочувствием и слабо улыбнулся. – Все мы лишь игрушки в руках богов, Дерион. И во что они играют, нам не дано постичь. Тебе лучше еще выпить и пойти поспать. Не знаю, требуется ли твоему полумертвому телу покой и отдых, но лишним точно не будет. А когда наступит день, мы сможем продолжить нашу занимательную беседу. Твои покои… – Я предпочту остаться с девушкой, – отрезал Дерион. – Как пожелаешь, – хитро прищурившись, кивнул эльф. – Ты знаешь куда идти. А теперь прости, меня ждет очень приятная встреча и еще более приятная тьма. Маг исчез, едва проговорив это, и Дерион остался один. *** Ступень, еще ступень… Эльдаган поднимался вверх по спиральной лестнице, преодолев уже множество пролетов. До самого верхнего этажа башни осталось совсем немного. Как ни странно, он совсем не чувствовал усталости – ноги сами несли его к возлюбленной. Она никогда не приходила к нему днем, всегда являясь ночью словно звезда, спустившаяся с неба. Его любовь ни о чем не просила, но сегодня он преподнесет ей самый желанный подарок… Ледяной Клинок. Ступив на последнюю ступень, Эльдаган толкнул дубовую дверь и та без скрипа открылась. Эльф вошел в просторные покои, бросив жадный взгляд на широкую постель, в которой скоро окажется не один. Затем он одним мановением руки зажег огонь в очаге и открыл окно, впустив в комнату легкий ветерок. Ожидание превращалось в вечность. Растущая луна в дымчатом ореоле светила уже высоко в мутном небе, серебрила одетые в иней деревья. Ее свет заливал часть комнаты, создавая образ лунной дорожки, по которой, попирая все законы Мироздания, шествовала прекрасная женщина, всем своим видом источая величие. Вскоре она приблизилась настолько, что эльф смог различить ее черты. На узком смуглом лице выделялись темные как ночь глаза, вобравшие в себя всю вековечную тьму. Небольшой курносый нос и тонко очерченные губы делали ее облик поистине совершенным. Черные волосы струились по плечам, и легкий ветерок, заблудившись в густых локонах, трепал и разбрасывал кончики, словно в поисках выхода. Богиня Тьмы скользнула в окно, и лунный свет плавно опустил ее на пол. Тонкие ступни коснулись мягкого ковра и погрузились в высокий ворс по самую щиколотку. Взгляд Медегмы проникал в саму суть чародея. Или, быть может, все дело в пламени, которое то шипело и ярилось в очаге, то почти гасло и тогда полумрак в комнате становился гуще. Разделяющие их несколько шагов женщина преодолела мягко и бесшумно. Неимоверных усилий стоило Эльдагану не растаять под ее взглядом и не сгореть от мимолетного прикосновения горячих пальцев скользнувших по щеке. – Ты опоздала, – прошептал он настолько тихо, что и сам почти не расслышал свой голос. – Я – богиня. Мне позволено многое, – так же тихо ответила Медегма, обвивая его шею руками. – Или ты сомневаешься?.. – Нисколько, – припадая губами к виску женщины, прошептал маг. – Даже не будь ты богиней, я бы все равно называл тебя, Мег, только так. Тонкие пальцы богини тьмы скользнули по шее, распутав завязки черной мантии Эльдагана. Губы женщины изогнулись в лукавой улыбке. – Я очень спешила к тебе, мой дорогой, но ты же понимаешь… Заботы о целом мире отнимают кучу времени и сил. – Как бы я хотел облегчить твое бремя, – покрывая поцелуями лицо женщины, шептал маг. – Я не хочу тебя отпускать, хочу всегда быть рядом с тобой, Мег… Богиня тьмы устало вздохнула. Казалось, этот разговор действует ей на нервы. – Это невозможно, ты лишь человек, хоть и наделен огромной силой, но она не делает тебя даже на половину богом, и ты – смертен. Я же буду жить вечно. – Тогда что тебе стоит провести со мной мою смертную жизнь? – прижимаясь губами к ее ключицам, прошептал эльф. – Когда я умру, ты будешь все так же молода и прекрасна, да и остальные боги Тэрна, вряд ли заметят твое недолгое отсутствие. Женщина приложила ладони к щекам эльфа и заставила его посмотреть себе в глаза. – Не говори так, я не хочу даже думать об этом. Я пытаюсь найти способ, чтобы этого не допустить. Я не хочу тебя потерять! – она удостоила его лукавым взглядом и запальчивой улыбкой. – Моя богиня, – не в силах больше сдерживаться, маг подхватил женщину на руки и аккуратно опустил на кровать, жадно припадая к нежным губам, наслаждаясь каждым прикосновением возлюбленной. Долгое время тишину нарушали лишь тихие вздохи, а когда за окном забрезжил рассвет Эльдаган лежал, откинувшись на подушки, прижав к себе женщину и вдыхая запах ее волос. Такой знакомый, но неповторимый аромат будоражил кровь и будил желание. Тонкие пальцы богини нежно вырисовывали на его груди затейливые узоры и симметричные линии. Эльдаган до сих пор не мог поверить, что эта женщина принадлежит только ему. Эльф наслаждался идиллией и не хотел ее разрушать известием о Ледяном Клинке. Быть бы с ней рядом всегда… Медегма отстранилась, потянулась и поднялась. Луна тут же окутала ее обнаженное тело серебристыми лучами. – Уже уходишь? – Он постарался скрыть свое разочарование, но не получилось. Голос дрогнул. – Ты же знаешь – мне надо вернуться в Обетованное, пока никто не заметил моего отсутствия. Мужчина обнял возлюбленную и усадил к себе на колени. Рука мага прижала голову женщины к груди, пальцы запутались в густых волосах. – Не хочу тебя отпускать. Женщина ответила на нежность, прижавшись губами к шее эльфа, но все же решительно освободилась от объятий. – Я же объясняла тебе, – в словах Медегмы отразились нотки разочарования. – Они не должны знать о тебе, не должны знать о моей привязанности, эти так называемые светлые и добрые, обязательно воспользуются моей слабостью. Я должна быть там, Эльдаган. – Не знающий тьмы, никогда не поймет света, – слабо улыбнулся маг. – Именно так, Эльдаган. А ты должен остаться здесь и ждать когда исполнится пророчество. Мне нужен Ледяной меч. – Зачем, Мег? Что это за клинок? Какой магией он обладает? – Ты сегодня излишне любопытен, Эльдаган. Я не могу сказать тебе точно на что он способен. Бесспорно только одно – даже само существование этого клинка опасно для меня. Добудь клинок, любимый. – Быть может, именно с помощью этого оружия ты сможешь наделить меня бессмертием, Мег? Лишь на одно короткое мгновение в ее взгляде появилась плохо скрытая злость, но тут же снова исчезла. – Не знаю, мой милый эльф, – вернув самообладание, проговорила женщина. – Я пойму, когда возьму его в руки. Маг промолчал, наблюдая, как послушная ее желанию лунная дорожка скользнула в окно. Одарив его последним взглядом, Медегма вышла в окно и скрылась из виду. После ухода богини прошло уже немало времени, а Эльдаган все сидел и смотрел в одну точку, обдумывая ее слова. Ледяной меч. Что-то она недоговаривает. Медегма, наверняка, знает о всех возможностях этого артефакта, а не говорит она потому что… Не доверяет? Или просто опасается, что, заполучив меч и поняв его природу, он получит возможность исполнить свою мечту без ее согласия и участия? Бессмертие… Раз Мег так боится этого меча, значит, меч представляет угрозу для богов. А чего боятся боги? Накинув мантию, Эльдаган сделал несколько шагов по комнате, пытаясь сосредоточиться. Боги боятся смерти, как и все… Ледяной клинок может убить бога! Эльф даже замер на месте, едва пришел к такому выводу. А если убить бога, куда денется его могущество, быть может, перейдет к убийце? Ведь клинок высасывает сущность, видимо не только человеческую, но и божественную, а если подчинить силу меча и потом, разбив клинок или еще каким-нибудь способом завладеть этой сущностью? Исполнение мечты. Бессмертие и могущество, по сравнению с которым, его нынешние силы покажутся лишь крупицей в бархане. Эльдаган не смел признаться Медегме, но именно этого он и желал больше всего. И это давало приятное дополнение: ведь если он станет бессмертным, то сможет быть ей ровней. Не будет больше мук расставания, не будет тайных встреч и болезненных прощаний. Тогда, они будут вместе, обретут счастье. За такую возможность он готов был отдать даже собственную душу, только бы больше никогда не выпускать ее из своих объятий и наслаждаться вечностью и силой. Эльф откинулся на спинку широкой кровати и погрузился в размышления. Клинок у него, как и Дерион – единственный из смертных, способный держать этот клинок и как-то управлять его магией. Надо лишь найти способ использовать человека в своих целях. Вывод напрашивался сам собой: нужно обратить гнев вояки против богов, но перед этим понять, как работает эта магия. Как, убив бога заполучить его силу? Медегме не стоит об этом знать, но для него это единственный шанс заполучить бессмертие, силу, власть и саму Мег! Эльдаган не собирался его упускать. *** Дерион сидел у огня, погруженный в свои тяжкие думы. Разговор с эльфом был непростым, доверять темному магу опасно, но и не доверять не было причин. Неужели эльф прав и целью Хаула был именно он – Дерион, а вовсе не захват севера? Зачем кому-то понадобилось так все усложнять, ведь можно было его просто убить тихо и бесшумно? Получив ответы на вопросы, воин не только не успокоился, наоборот, теперь он понимал еще меньше, чем когда тащил на плече раненную девушку, спасаясь от волков. Дерион посмотрел на кровать, где все еще металась в горячке Крис. Невесело усмехнулся: девушка-то симпатичная, такой бы мужчину найти, дома сидеть, да детей рожать, а не по снегам ползать и от волков отбиваться. Жаль. Воин опять устремил взгляд на огонь. Эльф так и не ответил на прямые вопросы и теперь Дерион разрывался между желанием немедленно отправиться в империю и разобраться, о чем умолчал Эльдаган или же броситься, сломя голову, мстить Хаулу. Что же могло такого произойти, о чем не захотел говорить маг? Да все что угодно! Может быть, Гардар вступил в неравный бой, был серьезно ранен, и до сих пор мучается из-за осознания, что все войско и друг погибли из-за его нерасторопности? Может быть, Хаул добрался и до него? Что стоит злобному колдуну испортить жизнь простому человеку, наслав на него какое-нибудь страшное проклятье? А что с Исильдой? Кто стал ее мужем? Быть может и она все еще страдает? Быть может она… Бессвязный поток мыслей прервал тихий стон. Дерион обернулся и увидел, что девушка открыла глаза и испуганно заозиралась по сторонам. – Тише ты, – Дерион поставил стул у изголовья, чтобы девушка могла его видеть. – Мы в безопасности. – Где? – увидев знакомое лицо, Кристаллин немного успокоилась. – Понятия не имею, – признался воин. – Но хозяин этого места – маг, он помог нам избавиться от волков, и вывел яд из твоей раны. Скоро будешь в порядке. Девушка слабо улыбнулась. – Спасибо, что не бросил меня. – Я лишь вернул тебе долг. А теперь расскажи мне кто ты и откуда? Зачем ты отправилась на снежную пустошь? Ведь не случайно же? – Я – Кристаллин. Сирота и бродяга. Девушка задумалась, как объяснить свое появление на снежном плато, ведь не скажешь же ему, что ей позарез нужен его меч. – Значит, в поисках наживы там шарила? – неожиданно подсказал ей ответ сам Дерион. – Далеко же тебя закинуло. Крис ухватилась за спасительную нить и начала выдумывать на ходу рассказ как бежала из Стейна – ближайшего к снежным равнинам городка, спасаясь от преследования грозных стражей. Как долго плутала по лесам, пока окончательно не заблудилась. Дерион не слушал ее. Таких историй он помнил сотни. Воин смотрел на девушку и понимал, что при других обстоятельствах, смог бы стать ей другом, возможно, заинтересовался бы ею. Кто знает к чему бы это привело в последствии, но из головы не выходила брошенная эльфом фраза: «Все мы лишь игрушки в руках богов. И во что они играют, нам не дано постичь». Что он хотел этим сказать? – Эй, – девушка дотронулась до его руки, пытаясь привлечь внимание. – Не подашь воды? Дерион вздрогнул от неожиданности. Пальцы девушки обожгли кожу, словно магический огонь. То ли у нее все еще жар, то ли ему, как полумертвому, не положено быть теплым? Это открытие его совсем не порадовало. – А ты все никак не согреешься? Холодный как лед, – бросила девушка незначительную фразу. – Ты кто, кстати? А то там я даже спросить не успела, откуда ты там взялся? – Там я и был, – подавая ей чашку теплого снадобья, оставленного эльфом, произнес мужчина. – Мое имя – Дерион. Чашка выскользнула из рук Кристаллин. – Не может быть! Дерион погиб год назад во время схватки с Хаулом! – запротестовала девушка. – Как видишь, не погиб. А колдун еще поплатится за произошедшее. Кристаллин смотрела на него во все глаза. Перед ней сидел воин из сказки. О его славных победах много рассказывали и адепты и наставники. Его военные маневры изучали как примеры лучших военных тактик. Он был… героем. Вспоминая свои мысли, когда она оставалась одна в унылой комнатушке, Крис покраснела. Не так она его себе представляла, но представляла… И теперь от тех мыслей становилось не по себе. – Так ты собираешься мстить? –Крис поспешила отвлечься от опасных мыслей. Перед ней сидел красивый мужчина, о котором когда-то она грезила. Тогда его знали как бесстрашного воина, умелого полководца, жениха принцессы Исильды. Только вот теперь темные волосы героя полностью покрыла седина, а глаза… Они были не голубыми и даже не серыми. Радужки и зрачки этого мужчины приобрели какой-то белесый цвет. Цвет льда. Она чувствовала ярость и боль Дериона так отчетливо, словно это были ее собственные эмоции. А еще она испытывала страх. Не выполнить задание наставника – невозможно, а вырвать меч из мертвых рук павшего героя, совсем не то же самое, что отнять его у вернувшегося к жизни крепкого и умелого воина. Даже если забыть обо всем остальном… Кристаллин болезненно поморщилась, пытаясь подняться. Если она не выполнит задание, ей никогда не стать ассасином, а если выполнит… Сможет ли она потом простить себя за это? Этот мужчина спас ее, только благодаря ему она еще жива и ответить Дериону такой черной неблагодарностью? Но иначе… Уверенность в правильности выбора таяла на глазах и, если это продлится еще немного, она точно не решится. Кристаллин потянулась к амулету, висевшему на груди, но нашарила лишь пустоту. Шарик, открывающий подпространство бесследно исчез… Что же теперь делать? Даже если она украдет меч, то не сможет сразу очутиться в Храме. Девушка попыталась успокоиться и взять себя в руки. Все-таки она адептка легендарного Ордена, а значит – обязана выполнить Испытание любым способом и доставить Ледяной Клинок в обитель ассасинов. Дерион не обращал на нее внимания, изучая пламя в очаге, словно карту перед решающей битвой. Девушка была лишь случайной путницей, заблудившейся в лесах, не было в этом ничего необычного. Не могло быть. Все мы лишь игрушки в руках богов! О чем говорил эльф? Значит ли это, что есть что-то еще? Что-то чего он не замечает? Дерион бросил быстрый взгляд на девушку. Она уже сидела на краю широкой кровати и ощупывала свою рану, словно не веря, что так легко отделалась. Совсем дитя. Беспомощное, растерянное, несчастное дитя, лишенное и родительской любви, и опеки. Страшный плод непрекращающейся войны. Лишь игрушки в руках богов… Зачем же богам такое? Будь это происками богинь Тьмы или Хаоса в это еще можно было бы поверить, но Самаэль, Белигма, Данрен… Неужели они допустили все это? А если не допустили, а принимают во всем этом участие? Ведь маг не уточнил, кто из богов играет их жизнями. Жар от очага наконец-то согрел его тело и Дерион прикрыл глаза, наслаждаясь покоем. Глава 4 – Защищайся! Дерион поднял меч и деревянные клинки сшиблись. Императорский сад огласил глухой треск. Гардар продолжал неистово наступать, в его глазах светилась ярость – он понимал, что друг ему поддается. – Бейся в полную силу! – выкрикнул юноша, заскрежетав зубами. Дерион усмехнулся. Ну, раз так… Мгновенно выйдя из обороны, он пошел в стремительную атаку. Его друг отступал под натиском деревянного меча, во взгляде появилось растерянность. Пользуясь моментом, Дерион подсек ногу друга и тот упал на выложенную брусчаткой дорожку. – Так не честно! – поднимаясь, заявил Гардар. – В честном поединке я смог бы одержать верх… – В настоящем бою нет место честности, – возразил Дерион, протягивая другу руку, чтобы помочь подняться. – Все просто: либо убьешь ты, либо убьют тебя. На лице Гардара застыла обида, но он принял предложенную руку и поднялся. – Хорошо. Раз так, то не жди от меня в следующий раз этой самой честности. Я запомню этот урок. Гардар уступал Дериону как в ловкости, так и в силе, но всегда был верным другом. Они знали друг друга почти с самого рождения и постоянно соперничали во всем, однако же, это не мешало им дружить. Дерион знал, что в любой момент сможет положиться на друга и если потребуется – сам придет Гардару на помощь. – Когда-нибудь я тебя превзойду. Вот увидишь! – До этого еще надо дожить… Дерион оборвал поток собственных слов, заметив в тени пышных кипарисов темноволосую девушку. Она пряталась за стволами деревьев с озорной улыбкой, явно скрываясь от многочисленных нянек. Исильда. Самая прекрасная девушка в мире. – Это правда, что скоро состоится твоя помолвка с принцессой? – бесшумно подошел Гардар и встал рядом с Дерионом. – И впоследствии ты станешь императором? – Правда, – ответил он, бросив на друга беглый взгляд, и заметил, как Гардар хмурится. – Если на старости лет у правителя вдруг не родится наследник. – Это вряд ли… Дерион снова взглянул на друга и прочел в его глазах недоверие, словно тот не хотел мириться с только что услышанными словами. Что это – зависть или страх, что став правителем Дерион отдалится? Но почему именно ты? – едва слышно спросил Гардар, не отрывая взгляда от принцессы. – Исильда – моя дальняя родственница, потому я и наследую престол. Во мне течет императорская кровь. Гардар горько улыбнулся и Дерион решил успокоить друга: – Не переживай. Когда я стану императором, ты будешь рядом. – Продолжим?! – и, не дожидаясь ответа, Гардар выхватил меч и пошел в наступление. На его лице застыла злость, глаза бешено сверкали. Теперь Дерион не поддавался, ему пришлось уйти в глухую оборону. «Это что же его так разозлило?» Юноша в недоумении смотрел на своего друга. Он снова находился на снежных равнинах, вокруг шло сражение, ледяные големы уничтожали его войско. Волосы Гардара приобрели белый цвет, глаза подернулись белесой пеленой, он стал выше и худее… Вернее, это был уже не он. Меч Дериона вновь и вновь отражал выпады Хаула, на лице колдуна застыла безумная улыбка. Раздался хрустальный смех, и воин почувствовал, как его тело снова сковывает лед. Он открыл глаза и сначала не понял где находится. В камине тлели паленья, в окно проникали робкие лучи рассвета. Память медленно прояснялась. Воин вспомнил освобождение из ледяного плена, бой с рассками, безумный бег с девушкой на руках и Черную Крепость. Странно, что приятные воспоминания из юности переплелись с кошмаром… Пытаясь избавиться от оцепенения после сна, он протер лицо руками, и бросил взгляд на кровать, где должна была лежать Кристаллин. Но девчонки в постели не оказалось. «Неужели зелье мага настолько сильное, что поставило ее на ноги всего лишь за одну ночь? Но где сейчас эта бродяжка? Надо бы ее найти…» С этими мыслями он поднялся, намереваясь выйти из комнаты. По спине пробежали мурашки, какая-то холодная змея обвилась вокруг мертвого сердца, и мужчина бросил быстрый взгляд на свой пояс… Девушка исчезла, а вместе с ней пропал и Ледяной меч. Дерион горько рассмеялся. – Лишь игрушки в руках богов, – преследующая его все это время фраза обрела совсем иной смысл. *** Дерион распахнул дверь и вышел на лестничную площадку все еще не желая верить в произошедшее. – Кристаллин! – крикнул он, но в ответ ему вторило лишь эхо. Крепость казалась абсолютно пустой. Где этот ненормальный эльф, когда так нужен?! Как его там? Эланар? Эльган? Тьфу, ты… Эльдаган! Да, точно, именно так и зовут полоумного мага. Дерион спустился в холл и прокричал его имя. Раз, второй, но ответом ему стала лишь тишина. Может, девчонка ни в чем не виновата? Может кража меча дело рук эльфа? Дерион замечал недобрый взгляд волшебника, понимал, что доверять ему нельзя… но если Ледяной клинок похитил Эльдаган, то почему не убил его, Дериона? Почему оставил ему жизнь, ведь должен был понимать, что в таком случае само существование Дериона для него угроза? Воин ощутил, как душу захлестывает ярость – слепая ярость, застилающая глаза кровавой пеленой. – Эльдаган! Едва тлевший огонь в камине вспыхнул ярко и торжественно, а спустя мгновение с наглой усмешкой из камина вышел темный эльф. Его тело было объято пламенем, но рыжие языки совсем не повредили одежду, а вскоре и вовсе угасли. Вот для чего магу такой огромный камин – да это же самый настоящий портал! – Твои крики даже мертвых разбудят! – недовольно посетовал Эльдаган. – Мерзкий прихвостень Тьмы, – воин бросился к магу без лишних слов. Но он не успел сделать ни шагу. На лице чародея лишь на миг отразилось изумление, а потом глаза стали черными и на губах появилась жестокая ухмылка. Движения рук противника казались столь быстрыми, что Дерион не успел даже понять, что за заклинание сейчас будет произнесено, а за спиной эльфа словно разверзлась сама Тьма, угрожая поглотить и взбешенного воина, и комнату, и саму башню. Время замерло. – Подумай еще раз, вояка, с кем ты говоришь! – вкрадчиво посоветовал маг. – Тебе было мало провести в ледяных оковах целый год, теперь ты хочешь познать нерушимые объятья мрака? Поверь, это тебе вряд ли понравится! – Ничтожный червь, – ярился Дерион, предпринимая очередную попытку вырваться из липкой паутины тьмы, окутавшей его, сделать хоть один шаг, приблизиться к тому, кто отобрал у него не просто меч, но и надежду на месть. Маг лишь хмыкнул и неодобрительно покачал головой: – Вот и что за радость быть добрым? Я его спас, обогрел, накормил, предоставил кров, а он на меня с кулаками кидается. Нет уж, терпеть подобных выходок я не намерен! Дерион дернулся еще раз, но каждое движение давалось с огромным трудом, словно его поместили в кокон, сотканный из крепчайшей паутины. – Успокойся, – посоветовал маг и опустился в кресло у камина. – Как только успокоишься, заклинание рассыплется само. Эльф налил себе вина и, казалось, перестал обращать внимание на воина, погрузившись в свои мысли. Дерион был в ярости. Он мечтал сломать шею этому выскочке, только бы подобраться к нему поближе и тогда уже никакая магия не сможет его остановить. Очень медленно ему удалось освободить одну руку почти до плеча. Он даже сам не мог понять, как это вышло, но воспоминания о ледяном плене оказались слишком живы, он не собирался сдаваться. Если бы Дерион был магом, то смог бы увидеть как под воздействием его мыслей тьму, удерживающую его, пронзили тонкие ледяные иглы, как рассыпались искрами белоснежные снежинки, расширяя нанесенные льдом повреждения, как неотвратимо холод начал побеждать мрак и тот, терпя поражение, отступал. Через некоторое время воин уже мог пошевелиться. Потребовалось еще несколько мгновений, прежде чем он смог сделать шаг, намереваясь прикончить черного мага. Но стоило ему лишь подумать об этом, как глаза эльфа открылись и тот пристально взглянул прямо в глаза Дериона. – Хм, как интересно, – растягивая слова, произнес Эльдаган. – Ты смог разрушить мое заклятье. Что же, возможно твоя идея отомстить Хаулу все-таки сможет воплотиться в жизнь. Но перед тем как я опять тебя скручу, будь так любезен, объясни мне словами, что вызвало такой гнев? – Он еще спрашивает! – закричал Дерион. Он уже приблизился к магу и собирался вцепиться тому в горло, но теперь силуэт мага немного померк – его окутывал магический щит, созданный из частиц тьмы, пробиться сквозь эту преграду было не под силу обычному человеку, да и необычному тоже. – Ты отнял у меня надежду на отмщение! – Отнял? Надежду? – на лице эльфа застыло изумление, а потом он опять улыбнулся, чем вызвал очередную вспышку ярости у воина. – Я могу отнять жизнь, лишь щелкнув пальцами, могу уничтожить твой разум, лишь посмотрев тебе в глаза, могу отравить и покалечить, но к надеждам я не имею никакого отношения. Это не моя специализация. Что у тебя случилось, буйный? Девчонка отказалась греть твою постель? Так это точно претензии не ко мне… Дериона возмутили подобные предположения мага настолько, что он даже забыл о том, что собирался сделать и застыл на месте. – Что произошло, спрашиваю? – от всей души потешаясь над своим незадачливым убийцей, повторил вопрос маг. – Меч! – выпалил Дерион. – Верни меч! Без него мне не одолеть Хаула! Да и месть не будет полной, если он не умрет от своей же магии! – Ну, начнем с того, что магия Хаула к мечу не имеет никакого отношения, – начал говорить эльф, но тут же прервал себя, едва осознал в чем его обвиняют. – Меч пропал?! Эльф вскочил с кресла и нервно зашагал по просторному холлу. – Идиот! – констатировал маг. – Если бы я хотел отобрать у тебя этот клинок, то мог бы просто подождать, пока волки загрызут тебя и девчонку. Постоять в сторонке, послушать ваши предсмертные вопли, посмотреть на кровавое месиво и отыскать потом в куче выпущенных внутренностей, крошеве костей и ошметках кожи то, что мне нужно. Не стоило напрягаться и спасать вас, да еще и девчонку лечить потом. Или опоить тебя вечером и спокойненько забрать желаемое. Дериону больше не хотелось убивать темного мага. Жестокие, но без сомнения, справедливые слова отрезвили воина. Действительно, с чего бы Эльдагану с ними возиться и церемониться, если ему был нужен именно меч? Служители Тьмы предпочитают полагаться на свою магическую силу и темну богиню, а не совершать подобные глупости. Такие методы точно не в духе эльфа и воин был вынужден это признать. Но тогда что же выходит? Меч взяла Крис? Зачем он ей? – Понял, болван? – сверкая глазами, рявкнул эльф. – Садись, выпей и расскажи мне, мой доверчивый гость, кем была твоя спутница? Она же пропала вместе с клинком? Я прав? Можешь не отвечать, сам знаю, что прав, больше некому! – Она сирота из Стейна… – Точно! Тьма тебя забери! Сирота! – Эльдаган рассмеялся. – Невиннее некуда! Садись ты уже! Дерион опустился в кресло, щит из мглы исчез, но убивать Эльдагана уже совсем не хотелось. Совершенно растерянный воин наблюдал, как эльф расхаживает по холлу и ругается на чем свет стоит. «Что со мной случилось? Прежде я никогда не делал поспешных выводов, всегда был собран и внимателен, а теперь…» Не делал? Как же! А кто бросился сломя голову на ледяного колдуна? Кто схватился за его меч, не задумываясь о последствиях? Ведь даже ребенку понятно, что оружие мага никак не может быть обычным. Ошибка за ошибкой, самоуверенность и глупость, наивность и безумство. – Ты слышишь меня, герой? – маг протянул ему бокал вина. – Ты смог меня опять удивить! Вчера после нашей беседы ты ушел отсюда с мечом и направился в комнату этой воровки, пытаясь, видимо, ее защитить от меня, хоть это и глупость неимоверная. Когда она меч у тебя выцарапала, кошка эта драная? – Она очнулась, – пересказывал магу Дерион события ночи. – Выпила воды, мы немного поговорили. Она сказала, что сирота и бежала от стражи, заблудилась и наткнулась на меня… – О, святая наивность! Ты ее оружие видел, вояка? Тебе же положено разбираться в таких вещах! Откуда у бродяжки и сироты такие ножечки? Откуда навыки такие? Неужели не возникло никаких сомнений в ее словах? – Я, – мужчина запнулся. – Я хотел ей поверить. Что ты хочешь от меня, темный маг? Я провел во льдах, по твоим же словам, целый год! Она была первым человеком, которого я увидел, она освободила меня из ледяного плена, я хотел верить ей! И поверил… – Болван, – разочарованно всплеснул руками Эльдаган. – Хотя не думаю, что в этом твоей вины больше, чем моей. Тоже хорош! Знал же кто она и все равно позволил тебе находиться рядом с ней. Нужно было сразу ее запереть! Но я даже представить себе не мог, что ей твой меч нужен! Я думал, ее за Хаулом послали. Развлечься хотел, наблюдая за попытками этой бестии его прикончить. – Ты знаешь, кто она? – руки Дериона сжались в кулаки. – Куда она пошла? – А куда ей еще идти? В Храм потащилась, вместе с твоим мечом, раздери ее зверь. – В какой Храм? – сжимая зубы, уточнил воин. – В Храм Судьбы, конечно. Она же одна из них, видимо, ассасин. – Ассасин? – повторил мужчина, вспоминая обрывочные видения боя девушки с волками. Точные движения, рассчитанные удары, ловкие уходы – он же видел это все, почему не обратил внимания на то, что обладать такой техникой не может обычная бродяжка? – Хорошо, что я камушек ее стащил, пока она без сознания была. Так ей путь не покажется легким. – Какой камушек? – Дерион понимал, что окончательно потерял нить их беседы. – Я-то его просто изучить хотел, часто ли такие вещицы в руки попадаются? А вон оно как получилось. Надеюсь, эта девчонка схватится все-таки за рукоять твоего меча и познает его силу, когда расстанется с собственной душой! – зло проговорил эльф. – Я никому бы этого не пожелал, – опустив взгляд, проговорил Дерион. – Я смогу вернуть меч… – Конечно, сможешь, – процедил сквозь зубы маг. – Этот меч предназначен тебе! Он выбрал тебя. Не знаю уж с какой целью, но ты с ним – единое целое. – Значит, мне нужно отправиться на поиски, – решительно заявил воин. – Вперед, – насмешливо произнес эльф. – Перед тобой весь мир! Никто не знает, где скрыт Храм судьбы, даже я! Настоятель спрятал свой оплот очень надежно. Где ты собираешься ее искать? – И что ты предлагаешь? – усомнился в верности своего решения Дерион. – Поверь, – задумчиво произнес эльф. – Меч вернется к тебе. Даже если ты не будешь делать вообще ничего. Чутье подсказывает мне, что есть куда более заинтересованные лица, которые смогут все устроить так, чтобы ты воссоединился с этим оружием. – Боги? – догадался воин. – Уж кто-то из них обязательно вмешается, – подтвердил его догадку эльф. – Понять бы еще, зачем им это? Чтобы ты смог отомстить? Очень сомневаюсь, что их волнуют твои оскорбленные чувства. У них всегда свои планы. – Ну, не буду же я сидеть и ждать, пока кто-то из богов преподнесет мне меч? – Поверь, – опять насмешливо проговорил Эльдаган. – Ты даже не поймешь, что это сделал кто-то из них… Смертные подобны слепым червям, им не дано увидеть ни света, ни тьмы. Мы обречены на вечное непонимание и беспрекословное подчинение и лишены даже возможность осознать это. Ты хотел наведаться домой? Вот и отправляйся. Проведаешь бывшую возлюбленную, лучшего друга, может быть именно это и станет началом твоего прозрения, Дерион. Маг опустился в кресло и устремил взгляд на огонь. – Ты вчера сказал одну фразу, маг, она не выходит у меня из головы, – признался воин. – Ты сказал… – Что мы игрушки? – эльф уже не смотрел в огонь, глаза его были закрыты, казалось, что он сейчас уснет. – И что же тебя смущает, мой вспыльчивый друг? – Я возмущен! Боги добры, они создали Тэрн, создали нас! – Тебе бы в последователи Белигмы податься, и там проповеди читать, а не мечом на ратных полях размахивать, – тихо проговорил эльф. – Так было, но больше этого нет. Что-то изменилось в богах, в нас, в мире. Я все еще ищу ответы, но суть пока что ускользает от меня. Однажды я пойму, в чем причина таких изменений, но, боюсь, когда мне откроется истина, мне уже будет не до тебя и делиться ею я не стану. – Ты – сумасшедший маг, – подвел итог воин. – Но я благодарен тебе за помощь. – Не стоит, – отмахнулся эльф. – Я лишь играю свою роль в этой безумной пьесе, и порой, даже не понимаю, кто дергает за ниточки, побуждающие меня к действию. Как и ты, вояка. Тебе лучше отдохнуть. Путь отнимет много времени и сил. – Так перенеси меня, ты же можешь? – Могу, – согласился маг. – Но не буду. Не хочу лишать тебя удовольствия от созерцания просторов твоей дорогой Империи. Короткий путь не всегда самый верный. Прими это как данность. Оружие я тебе достану, коня дам, деньгами и провизией снабжу, ну, а все остальное зависит лишь от тебя. Без меча тебе к Хаулу соваться не стоит, так что наслаждайся небольшой передышкой. Девчонка необдуманно дала тебе время вернуться в нормальную форму, используй его с умом. Кто знает что случится, когда меч снова окажется в твоих руках. Дерион решил последовать совету мага и использовать вынужденную передышку для восстановления сил и встречи с близкими и друзьями. Он уже покинул залу, оставив эльфа в одиночестве, и потому не услышал, как глядя ему в спину, маг грустно прошептал: – Одно неоспоримо: когда меч вернется к тебе, запустится цепь событий, которые неизбежно приведут к твоей смерти, вояка. И, возможно, к моему возвышению. Но сейчас мое место здесь. Пока что… *** День выдался ясным, солнечным, торжественным – как раз подходящий для возвращения в Обетованное. В священной роще царила безмятежная тишина. По узкой едва заметной тропинке, петляющей между могучими стволами, не спеша шла беловолосая девушка в сером просторном балахоне. Тропинка незаметно свернула вправо, ветви деревьев раздались в стороны, и путница вышла на небольшую поляну вокруг которой возвышались высокие конусообразные священные камни. Все зеленое пространство было усеяно белыми и желтыми цветиками. Но едва она ступила в круг, окружающая действительность разительно изменилась. Тысячами голосов запели птицы, невесть откуда взявшийся ветер растрепал ее длинные волосы, взвился и закружил опавшие листья. Это место должно было внушать благоговейный ужас смертным и достойно справлялось со своей задачей. Кривая усмешка застыла на тонких губах Рэль: – Сколько пафоса, – презрительно прошептала она. На протяжении пяти столетий сюда приходили жрецы и приносили жертвы. Порой здесь появлялись и истинно верующие, прося богов даровать им хороший урожай или избавить от хвори, но небо всегда было глухо к мольбам страждущих. Богиня Хаоса взмахнула рукой и иллюзорная пелена спала. Теперь в самом центре поляны возвышалось Зеркало Мира – портал в Обетованное, которое было надежно спрятано от глаз простых смертных. Не раздумывая, Рэль прошла сквозь зеркальную поверхность. Исчезли деревья, пропали священные камни, и вот она уже стояла не на лесной поляне, а на парящих плитах разрушенного пантеона. Здесь же на небольшом возвышении находилось точно такое же Зеркало, как и в Тэрне, только это служило порталом в смертный мир. Сквозь ряды колонн виднелись белые облака. Облик Рэль тоже изменился, превратившись в песчаную человеческую фигуру. Она могла заставить песчинки принять любую форму, но ей были больше по душе человеческие очертания. Окинув взглядом пустующий зал собраний, Рэль устроилась на одном из шести тронов, ожидая появления небесного Владыки. Разговор предстоял долгий и не слишком приятный. – Самаэль! Где ты? Надо поговорить. Вспыхнул яркий свет, сквозь который проступали очертания величественной фигуры. Ореол продолжал сиять пронзенный по всем направлениям лучами золотистого солнца, Рэль пришлось прищуриться, чтобы не ослепнуть от этого свечения. Ее почтил своим присутствием светоносный Самаэль. Исполненный величия и могущества бог света в молчании стоял перед ней и это начало раздражать. – Ну, хватит, – нетерпеливо бросила богиня Хаоса, – делать вид, что ничего не знаешь и не виноват в том, что творится в Тэрне! – Синдерэль, – глухо уронил Самаэль. – Что за странные выходки? – Это у меня странные выходки? – немедленно закипела богиня Хаоса. – Это не я отдала Ледяной меч, который к слову, может не только из человека жизнь высосать, но и из бога, в руки ненормальному колдуну! У которого от такого могущества голову снесло напрочь! Это не я позволила обычному человеку, даже не магу, ухватиться за клинок! И не я так просто спустила это Хаулу! Ты хоть представляешь, какой опасности мы все подвергаемся из-за твоих причуд?! – Прекрати, – не стерпел нападок Самаэль. – Все должно было быть не так, ты же знаешь! – Я-то знаю, – зло прищурилась богиня Хаоса. – Вот только глупые людишки не захотели жить по указке твоего могучего мага, а пошли на него войной и все твои великие планы провалились! – Прекрати панику, Рэль. Вернуть меч проще простого,– примирительно улыбнулся Самаэль. – Я бы не удивилась, – не обратив на него никакого внимания, продолжила Рэль. – Если бы подобный план пришел в голову Медегме или же мне. Но ведь нет! И чего ты этим добился, м?.. – Хватит, я сказал, – вокруг Владыки ярко полыхнуло пламя, повинуясь лишь одной его интонации. – Нет, не хватит! – прошипела Рэль, вокруг нее начал скапливаться серый полумрак, а в глазах отразились перевернутые пентаграммы. – В своем самолюбии ты совершил ошибку, меч должен находиться здесь, в Обетованном, а смертным о нем и знать-то не положено, тем более о том, на что он способен! Но ты своими руками отдал его этому одержимому безумцу, а тот умудрился его потерять! Подумаешь! Сущий пустяк! Ты должен его вернуть, Самаэль. Эта игрушка слишком опасна. – Я понимаю, – успокаиваясь, произнёс светоносный. – Ты поможешь… Рэль презрительно фыркнула и покачала головой. – Это твоя проблема, а я предпочту не высовываться из Обетованного, пока ты все не уладишь! И не забывай, что Ледяной клинок один из шести могущественных артефактов, собрав вместе которые можно стереть в пыль не только нас, но и саму память о небожителях. Этот меч воплощает твою и только твою силу, Самаэль. Мой артефакт при мне, – она бережно погладила обычное золотое колечко на указательном пальце, – тебе и расхлебывать все то, что ты сам же и заварил. – Как хочешь, но это могло бы стать увлекательным приключением, – использовал последний аргумент Самаэль, но в ответ получил лишь хмурый взгляд песочных глаз. – Хорошо… Самаэль исчез, а Синдерэль самодовольно улыбнулась. – Отлично, а теперь я заставлю тебя трижды пожалеть о содеянном, самовлюбленный, невыносимый, высокомерный тип! И это меня позабавит… В ее голове уже созрел план, как смешать все карты и заставить нервничать самого Самаэля. Бесконечная жизнь была бы совершенно пресной, если бы не склонность богини Хаоса к авантюрам. Глава 5 Дерион некоторое время смотрел на безрадостный пейзаж за окном, несколько раз прошелся по комнате и понял, что слабость и усталость все еще сковывают его тело. Самым разумным выходом было последовать совету хоть и темного, но не злого, как оказалось, мага, и отдохнуть, чтобы набраться сил. К тому же очень хотелось вновь увидеть во сне Исильду. Эти воспоминания согревали душу. Его взгляд упал на пустую кровать, где совсем недавно металась в горячке Кристаллин, но вопреки ожиданиям, его не охватила жажда мести или даже злость. Лишь сожаление. Кто знает, какими ухищрениями девчушку заставили пойти на такое? Кто знает, выживет ли она, соприкоснувшись с магией меча? Никому, даже злейшему врагу, он не пожелал бы таких мук, через которые прошел сам. Никому, кроме Хаула! Но Хаул маг. Ледяной маг. Сможет ли навредить ему волшебный меч, чьим хозяином он сам некогда был? В этом нельзя быть уверенным, но идти на приступ ледяной крепости с обычными клинками равно самоубийству. Дерион отчетливо помнил, как арантовская сталь треснула и разбилась под ударом Ледяного клинка. Но маг прав. Сейчас ему стоит вернуться в империю. Что там говорил Эльдаган? Встреча с прошлым станет ключом к прозрению? Что он имел ввиду? Этот эльф явно многое не договаривает, что-то скрывает. Узнать бы что? Но из полоумного колдуна нужных сведений не вытянешь, лишь наткнешься на очередную загадку, от которой только запутаешься больше. Проклятые маги! Всех бы их в Яму! Так погруженный в мрачные мысли он собрал свои нехитрые пожитки, чувствуя себя еще больше подавленным и обессиленным. Но медлить больше нельзя. За окном все так же властвовала темнота, лишь на самом краю небосклона робко проступали первые лучики зари. Накинув плащ, Дерион вышел из комнаты и спустился главный холл, туда, где еще вчера вел беседу с Эльдаганом. Как и ожидалось: эльфа здесь не было, зато на одном из кресел лежала сумка с провиантом, подбитый мехом плащ и легкий меч, выкованный из обычной стали. Маг не обманул и снабдил всем необходимым, чтобы добраться до столицы Снежной империи. Принимать подачки от мага не очень-то хотелось, но поразмыслив немного, воин решил засунуть свою гордость куда подальше. Кто знает, что ждет его в пути? Скинув с себя старый плащ, он облачился в подарок эльфа. Затем сунул меч в ножны, закинул на плечо сумку и только тут увидел лежащий рядом с ней увесистый кошель до отказа набитый серебром. Недолго колеблясь, Дерион сунул его за пазуху и вышел во двор. Кажется, Эльдаган говорил что-то еще и о коне?.. Темнота еще не рассеялась, но небо постепенно светлело, пропали обе луны и звезды. Скоро полностью рассветет. Дерион быстро шел к высоким воротам, стремясь поскорее покинуть крепость и ее хозяина. Возле ворот действительно был привязан конь. Не боевой конечно и не слишком-то молодой, но радовало уже то, что не придется тащиться много миль пешком. Отвязав коня, воин прыгнул в седло и зачем-то бросил прощальный взгляд на центральную башню. В самом верхнем окне горел тусклый свет и в нем отчетливо проступал силуэт чародея. Дерион тронул поводья, и конь направился к вратам. Подъезжая, воин уже собирался спешиться, чтобы открыть ворота, но тяжелые створки медленно отворились сами, неохотно выпуская за свои владения странного гостя. «Магия Эльдагана», – решил воин и снова оглянулся, но свет в верхнем окне уже погас, и вся крепость словно погрузилась в крепкий сон. *** Путь воина лежал на запад. Целый день Дерион провел в седле, лишь изредка останавливаясь, чтобы перекусить да напоить коня. Черная крепость осталась далеко позади, а вскоре и вовсе скрылась за высокими снежными холмами. К концу дня он вымотался до придела. Остановившись в небольшой роще, воин привязал коня, заглянул в подаренную эльфом сумку и выудил из нее огниво. Затем натаскал побольше хвороста, часть которого постелил возле дерева, а вторую – пустил на костер. Огонь удалось разжечь лишь с пятой попытки: хворост был холодным и слегка тронутый инеем, да и ветерок так и норовил задуть несмелые языки пламени. Наконец распалив костер, воин перекусил хлебом и сыром, запив все это вином из бурдюка. Напиток оказался терпким и приятным с малой долей кислинки – в вине эльф точно разбирался. Наевшись и согревшись, Дерион устроился поудобнее на хворостяной подстилке облокотившись спиной о ствол дерева и не заметил, как заснул. Проснулся он глубокой ночью от холода и неразборчивого крика. Костер погас, угли едва тлели. Рощу снова окутала тишина и покой. Может, кричала какая-нибудь ночная птица? Снова раздался крик, вот только на птичий он был едва ли похож. Кричал человек, сдавленно, глухо, надрывно, но это точно был человек. Ложиться спать или отправляться в дальнейший путь, когда поблизости опасность – верх безрассудства, сперва нужно разведать обстановку. Дерион сделал несколько осторожных шагов, силясь рассмотреть, что происходит за деревьями, напрягая зрение до боли в глазах, но ночная мгла надежно хранила свои тайны. Чтобы разобраться в происходящем придется подойти поближе. Его руки привычно сомкнулись на рукояти меча. Он старался идти по возможности бесшумно, но это плохо получалось. Снег скрипел под ногами, ветви преграждали путь и мешали движению. Из дупла показались огромные желтые глаза, что-то ухнуло прямо в лицо воину и улетело прочь. Сам того не желая Дерион побеспокоил неясытя – мелкую полярную сову. Тишину рощи снова нарушил полный отчаяния крик. Теперь он слышался ближе, и воин не сомневался – кричит человек . Рассмотрев первые следы на мягком снегу, мужчина почувствовал прилив ненависти. Тогда, во время своего последнего боя, он вдоволь налюбовался такими же следами. Сомнений не было: злобные монстры, порожденные магией ледяного колдуна, нашли себе новую жертву. В этот момент уже перестало быть важным кем был тот несчастный, важна была сама возможность нанести удар по прихвостням Хаула. Перестав скрываться, Дерион устремился вперед очертя голову. Последние ветви разошлись, выпуская воина из рощи, и перед его глазами предстали два ледяных голема, мертвой хваткой вцепившихся в обессиленного пленника. Именно с такими тварями сражалось войско главнокомандующего год назад и потерпело поражение. И сейчас они волокли пленника к своему господину, явно обрекая несчастного на смерть. Зачем этот человек вдруг понадобился Хаулу, воин не знал, да и знать не хотел. Но решил, во что бы то ни стало, разрушить планы своего врага. С диким криком он выхватил меч и ринулся на противника. Големы застыли лишь на мгновение, а затем один из них отпустил пленника, развернулся, издав душераздирающий звук, словно два огромных каменных жернова начали тереться друг о друга и устремился навстречу Дериону. Созданные мерзкой волшбой Хаула твари совсем не чувствовали боли, не ощущали и усталости, но былой главнокомандующий севера уже встречался с ними и знал их уязвимые места. Голем размахнулся, занося могучий кулак над головой посмевшего преградить ему дорогу воина. Бледно сверкнула сталь в руках Дериона, отрубая кисть исполина. Не обращая внимания на отрубленную конечность, голем попытался ударить воина второй рукой. Дерион ушел от удара, и пока неповоротливая глыба пыталась отыскать его взглядом, подпрыгнул и снес голему голову. Ледяной булыжник упал на землю, следом за ним устремилось безвольное туловище. В этот раз победа далась легко, но расслабляться еще рано. Не теряя времени, воин устремился к следующему противнику, но тот вопреки ожиданиям не отпустил пленника. Одной рукой тварь крепко вцепилась в плечо человека, когда вторая конечность неестественно удлинилась, принимая форму острого меча. Дерион рванул вперед, но, не добежав до монстра несколько шагов, внезапно остановился. Плечо пронзила острая боль, ноги подкосились, но он не смог даже упасть. Тварь проткнула его насквозь и подняла в воздух, причинив еще большую муку. Воин взглянул в маленькие буркала ледяного воина и не нашел в них и тени разума. Голем не был живым существом, всеми его действиями кто-то руководил и делал это весьма умело. Ледяному бойцу Хаула быстро наскучило забавляться с новой игрушкой и он, размахнувшись, отшвырнул Дериона прочь, словно легкую тряпичную куклу. Плечо снова пронзила боль. Сильный удар о землю смягчил сугроб, приняв раненого в свои объятия. Разум отказывался принимать поражение и воин медленно поднялся. Он понимал, что с такими ранами долго не живут, что сейчас любой другой на его месте так и остался бы лежать в снегу, истекая кровью. Может, эльф вновь оказался прав и Дерион действительно давно мертв, а подобие жизни, что теплится в нем – странное воздействие магии Ледяного клинка? Одно хорошо – теперь его не так-то просто убить. Воин крепко сжал рукоять меча и приготовился к новой атаке, но тот отчего-то медлил, застыв подобно статуе. Налетевший сильный порыв ветра поднял и закружил вокруг Дериона снег. Ледяные крупинки, касаясь обнаженных участков тела, обжигали, заставляли морщиться. С каждым мгновением снежный вихрь становился плотнее и вскоре воин перестал различать противника и его пленника. Остался только он да кружащаяся вокруг пелена. – Вот уж не думал, что когда-нибудь снова тебя увижу, – раздался насмешливый голос, исходящий казалось бы из ниоткуда. – Сначала глазам своим не поверил. Но это ты! Ты снова топчешь мою землю… Дерион смачно выругался, лишь осознал, чей голос звучит в снежном вихре. Разнообразные проклятия прервали торжественную речь Хаула, а затем раздался его звенящий стеклом смех. Дерион ощутил неконтролируемую ярость, вот только лишить жизни колдуна здесь и сейчас он не мог. Это злило еще сильнее. – Фу, как не хорошо перебивать столь торжественную речь. За минувший год ты ничуть не изменился – все такой же горячий и безрассудный, как и прежде, – теперь в словах ледяного колдуна не было насмешки, они отдавали желчью и жгучей ненавистью. – Тем слаще будет убивать тебя снова, вот только в этот раз мой меч тебе не поможет, не спасет. Кстати, где он? Я не чувствую его… у тебя его нет. – Так я тебе и сказал, – прорычал воин, ударив сталью по снежному вихрю. Белая пелена тут же рассеялась, но издалека до Дериона все-таки донеслись затихающие слова Хаула: – Теперь, когда чары пали, я найду свой меч… Как только голос ненавистного врага умолк, голем, отбросив пленника в сторону, устремился к Дериону. Тот едва успел увернуться от острой конечности твари, для чего пришлось упасть на холодный снег, зато этот маневр был успешным, и мужчина теперь оказался за спиной противника. Собрав остатки сил, воин взмахнул мечом, отсекая голову ледяному исполину. В сознании билось лишь одно слово – победа! Он покачнулся и опустился на колени, все еще не веря в произошедшее. А еще он понимал, что находясь в полумертвом состоянии и не имея возможности двигаться, утратил часть боевых навыков и мгновенную реакцию, иначе не получил бы этого ранения. Но не это его сейчас волновало, а тот факт, что Хаул теперь знает о его освобождении из ледяного плена и постарается любым способом покончить с Дерионом. Но хуже всего то, что теперь мерзкий колдун готов к бою. Плечо все еще болело, но уже терпимо. Сжав зубы, воин поднялся и направился к лежащему на снегу человеку. Каково же было его изумление, когда он разглядел спасенное существо. Перед ним оказался отнюдь не человек, а самый настоящий маарлок. Когда Дерион жил во дворце то слышал о них немало историй, а вот увидеть воочию – не приходилось. Жили эти существа где-то за Ледяным морем на просторах Южной империи и считались не самой дружественной расой. Выглядел маарлок немного необычно для глаз северянина: все могучее тело существа было покрыто густой синей шерстью, форма лица напоминала одну из плит, которыми вымощены дворцовые площади, такое же квадратное, а уши прилипали к черепу. Существо имело две пары мускулистых рук и сильные ноги, обтянутые в кожаные порванные штаны, явно для него короткие. Дерион не знал, стал бы он спасать маарлока, если бы не охватившая его ненависть и жажда мщения. Скорее всего, нет. Существо пошевелилось и открыло глаза. В этом взгляде странных вишневых глаз воин прочел целую смесь чувств: страх, ненависть, ярость. Маарлок инстинктивно попытался отползти, но Дерион поднял вверх пустые раскрытые ладони, желая показать, что он не враг. – Теперь ты свободен. Можешь идти куда хочешь, но сначала ответь – куда и почему тебя тащили эти ледяные создания? Некоторое время недавний пленник молчал, а потом заговорил хриплым голосом: – Я сбежал из Ледяной крепости. Они хотели меня вернуть. Потом появился ты. – Маарлок говорил рубящими фразами, но уже хорошо, что воин мог его понять. – Спас меня. Я твой должник, пока не верну долг. Маарлок замолчал, а Дерион понял, что не удосужился спросить, как его зовут и тут же исправил свое упущение: – У тебя есть имя? – Хортон. – Итак, Хортон, как ты оказался в Ледяной крепости? Ведь насколько я знаю, ваши земли находятся совсем на другом континенте. – Я точно не помню, – Хортон нахмурился, пытаясь припомнить, как оказался пленником Ледяного колдуна. – Помню лишь как возвращался домой после удачной охоты. Внезапно появился яркий свет и ослепил меня. Вокруг все закружилось, перемешалось, и я оказался в сыром вонючем подземелье, прикованный цепями. Там я был не один. Вместе со мной в камере находился сорг и темный гном. Были и другие пленники. Я их слышал, но не видел. Каждый день кого-то уводили и не все из них возвращались, – голос маарлока становился все глуше и глуше, глаза остекленели. Он снова возвращался в свой кошмар. – Однажды пришли за мной. Плохо помню свой путь, помню лишь комнату, в которую привели. Она была захламлена разными сосудами и свитками. Меня приковали к столу, а дальше… пришел человек в серой мантии. Лицо я его не разглядел. Глаза горят безумием. Маарлок замолчал, смотря в одну точку. Когда Дерион уже решил, что Хортон больше ничего не скажет, маарлок заговорил: – Меня не просто пытали, на мне проводились магические опыты. Не знаю, чем все могло закончиться, если бы колдун не отвлекся на что-то… – На что? – Не знаю… Теперь Дерион не жалел о том, что спас это существо от пыток обезумевшего Хаула. Этот рассказ заставил его еще сильнее ненавидеть мерзкого колдуна, хотя, казалось бы, ненавидеть сильнее уже некуда. – Все ясно, – воин поднялся и задумчиво посмотрел на снежные шапки далеких гор. – Ты свободен и можешь вернуться домой. Плечо все так же болело, рука почти не слушалась. Дерион медленно развернулся и побрел прочь от спасенного. Надо скорее покинуть эти места, а то не ровен час сюда наведаются хауловы прихвостни. С таким ранением он вряд ли сможет дать отпор. Почти достигнув рощи, он услышал за спиной шарканье и обернулся. Следом шел маарлок, слегка прихрамывая на правую ногу. – Я же сказал – ты свободен, – прозвучало это грубо, но попутчик ему был не нужен. Дерион не сомневался – Хаул пошлет за ним нешуточную погоню, рано или поздно их настигнут и Хортон, не имея оружия, просто погибнет. – Нет. Я буду свободен, лишь когда верну долг, – упрямо произнес маарлок, смело взглянув в белесые глаза Дериона. – Буду тебя сопровождать, пока случай не представится. *** Деваться Дериону было некуда, пришлось согласиться – уж слишком Хортон оказался настойчивым. Хотя воин мало представлял, как воспримут в столице его спутника. Вряд ли ему там обрадуются. Все-таки внешний вид маарлока не очень-то к этому располагал. И откуда в этих грубых нескладных созданиях столько благородства? Оставалось только надеяться, что вернуть ему долг Хортон сможет в ближайшее время и тогда отвяжется. В молчании они пришли на прежнюю стоянку Дериона, перекусили и отправились в путь. Но прежде воин как смог перевязал себе плечо. Помощь Хортона, он не колеблясь, отринул. Прежде чем добраться до столицы, нужно было перебраться через горы. Сыпал мелкий снег, конь Дериона проваливался в сугробы, а сам всадник кутался в подбитый мехом плащ, удивляясь, как его спутник еще не замерз. Впрочем, маарлок не испытывал видимых неудобств идя босиком и без плаща. Должно быть, мех, покрывающий гиганта, надежно защищал своего обладателя и от ветра, и от холода. Хортон был выше Дериона на две головы, хотя воин, по меркам людей, считался достаточно высоким. Сейчас маарлок уже не хромал, а шел уверенной походкой, а глаза мрачно блестели, отражая слабые лучи восходящего светила. Дерион выглядел немного хуже своего попутчика. Рана, полученная в бою с ледяными големами продолжала беспокоить, но постепенно боль утихала. Он чувствовал, что быстро идет на поправку. Вскоре путники достигли гор, и вышли к узкому ущелью, рассекающему скалистую породу пополам, словно огромный мясницкий нож. Всего каких-то пару миль отделяло воина от Снежной империи – сразу за горами начинались человеческие земли. Ущельем этим мало кто пользовался, считая опасным. Горы порой дрожали и иногда случались обвалы. Поговаривали, что в этих скалах спит дракон и когда он просыпается, то горы начинают дрожать. Был еще иной путь – через перевал, но отнимающий намного больше времени. Когда Дерион шел навстречу армии Хаула, ему пришлось вести свое войско безопасным путем. Теперь же такой надобности не было. Ему хотелось поскорее оказаться дома, увидеть близких, снова почувствовать себя тем, кем он был когда-то. Воин смело ступил в ущелье, ведя за собой коня. Маарлок без лишних слов последовал за Дерионом, будто преданный пес за хозяином. Он не знал о дурной славе этого перехода, но все равно выглядел встревоженным. Отлогие каменные стены уходили высоко вверх, над головой путников простиралась тонкая полоска неба. Путь по ущелью казался бесконечным. Наконец и оно осталось позади. Снег тоже исчез, уступив место сочной траве и жужжащим насекомым. Воин вздохнул с облегчением – царство Ледяного колдуна осталось позади. Через несколько миль должна была показаться первая деревушка. Но дотемна добраться в селение путники все равно не успевали, а потому решили разбить лагерь возле гор. Дерион пустил коня пастись и отправился за хворостом. Вернувшись с полной охапкой, быстро развел костер и полез в сумку. Вытащив хлеб, солонину, кусок сала и бурдюк с вином позвал подкрепиться маарлока. Хортон набросился на еду, словно не ел пару недель, а потом, опомнившись, все-таки убавил свой аппетит, виновато взглянув на спасителя. Пока не взошла Сатари, бывший пленник рассказывал о своей прежней жизни. Оказывается Хортон воин и не самый слабый в своем племени. Жила его раса в горах возле Лориэля и частенько нападала на королевство гномов, желая завладеть его богатствами. Узнав чуть больше о своем попутчике, Дерион лег спать, но сон был чутким. Воин часто просыпался, прислушиваясь к ночным звукам, пытаясь уловить звуки погони, но в округе все оставалось спокойно. Лишь иногда ночную тишину нарушали уханья сов, да пронзительные крики ночных хищников. Проснулся воин ни свет, ни заря и сразу вскочил в седло, перед этим растолкав маарлока. Перекусили они по дороге. Селение показалось ближе к полудню. Скотины на выпасах почти не наблюдалось, встречающиеся люди казались изможденными и обнищавшими. Раньше даже крестьяне носили добротную одежду, теперь их рубахи казались заношенными, на них сложно было отыскать первоначальную ткань, на которой бы не стояла заплаты. В самой деревне дела обстояли значительно хуже: немногочисленные хибары с худой кровлей стояли покосившиеся, на многих детях – сшитая из мешковины одежда. Возле высокого дома единственного среди всех имевшего черепичную крышу стояли легионеры. Рядом – повозка, запряженная четверкой лошадей. На крыльце стоял приказчик в дорогих одеждах и зачитывал новый указ. Вокруг столпились селяне, внимательно вслушиваясь в его слова. Дерион услышал лишь последнюю фразу: – За сим повторяю – оброк удваивается! Люди зашептались, но противоречить никто не осмелился. Не прошло и четверти часа как к повозке начали стаскивать мешки с зерном. Причем люди приходили не один раз, таща на своей спине оброк, а четырежды. Это во сколько же раз увеличились налоги с тех пор, как его не было? В четыре. Душат простой народец, как есть – душат. Этак скоро и до бунта недалеко. Оголодает люд, заропщет и пойдет против власти. Что же случилось с империей, пока Дерион находился в плену своего кошмара? Неужели император спятил на старости лет или же империя действительно нуждается в дополнительных доходах? Тут как-то некстати вспомнились странные слова Эльдагана: «Страной правит тиран». Кто же теперь у власти? И почему приказчики бесчинствуют, ведь и дураку ясно – такими темпами империя просто скоро «провалится в Яму». Из этих невеселых мыслей его вывел гнусавый голос приказчика: – Почему только два мешка? Где остальные? – Он сверлил злым взглядом молодого мужчину в проношенных до дыр штанах. – Нету больше, – потупился крестьянин, не смея смотреть на должностное лицо. – Больше дать не могу, иначе мы зиму не протянем. Шестеро детей у нас… кормить чем-то надо… – Империю не интересуют ваши проблемы, – фыркнул приказчик и прищурился, цепко оглядывая мужчину. – Плати полный оброк или будешь избит в назидание остальным. Таков приказ самого императора! – Нечем платить… – Десять ударов, – отчеканил приказчик, обращаясь к эвокату. – Исполнять. Крестьянина окружили четыре легионера, держа в руках увесистые дубины. Дерион слышал о подобных наказаниях, но так наказывали провинившихся в далеком прошлом, да и то – за более серьезные проступки. Но чтобы за неуплату полного оброка?.. Дубины дружно взметнулись и опустились. Раздался глухой удар, ему вторил тихий хрип. Из носа и рта наказуемого мужчины разом пошла кровь. Да что же это такое?! За что? Зачем? Легионеры снова подняли дубины, намереваясь продолжить наказание. – Не сметь! – раздался властный приказ и лишь потом Дерион осознал, что этот голос принадлежал ему… Глава 6 Слова вырвались сами, вопреки желанию бывшего полководца. Дерион мысленно назвал себя полоумным кретином. Ведь хотел же посмотреть со стороны на происходящее, увидеть ситуацию без прикрас! Но смотреть на происходящее беззаконие, оставаясь безучастным было выше его сил. Крестьяне и солдаты с любопытством рассматривали дерзнувшего высказаться против установленных Императором порядков человека и с неприязнью поглядывали в сторону Хортона, но никто так и не осмелился поинтересоваться, что делает здесь синий монстр с Южного континента Эти взгляды выражали огромную палитру эмоций от восхищения и благодарности до ненависти и презрения. – Ты! – лицо приказчика в момент сделалось пунцовым. Еще бы! Он не ожидал, что кто-то посмеет ему перечить. – Хочешь занять его место? Внутри Дериона медленно закипала ярость. Прежде никто не смел с ним говорить в таком тоне и, вернувшись к жизни, оказавшись вновь на родной земле, он не собирался терпеть подобного отношения. Гнусный червь бросает ему вызов? Ему? Дериону? Зазнавшегося чинушу следует проучить, немедленно. Конечно, десяток окружающих его солдат не станут смотреть, как убивают их начальника, а значит предстоит схватка. Один против десяти – не лучший расклад, даже в былые времена пришлось бы…Или есть другой выход и кровопролития удастся избежать? Дерион сделал несколько широких шагов, оставил толпу за спиной и пристально всматривался в лица солдат, вдруг, ему удастся вспомнить хоть кого-то из них, или кому-то из них он покажется знакомым. Не могли же они его забыть за столь непродолжительный срок! Приказчик сыпал угрозами, но, казалось, что его никто не слышит. Сперва по толпе селян пополз робкий неуверенный шепот, а потом один из солдат толкнул в бок приятеля и удивленно произнес: – Смотрите, это же он! – Не может быть, – ответил второй. – Точно он. Чтоб мне в Яму провалиться! Тревожный шепот солдат нарушил внезапно оглушающий рев разношерстной толпы: – Дерион! – кричали женщины и мужчины, дети и старики. Уже через мгновение его имя раскатом грома разнеслось над площадью. Толпа загудела, бросая на былого главнокомандующего любопытные взгляды. Приказчик нахмурился, внимательно всматриваясь в лицо странного беловолосого мужчины. Разум отказывался признавать происходящее, но глаза не обманывали: перед ним определенно стоял Дерион, герой, успевший стать легендой. Можно было бы попробовать замять этот инцидент, взять под стражу человека, представить его самозванцем и негодяем, который пользуется любовью простого народа к погибшему герою и тихо доставить во дворец на суд самого Императора, но теперь, когда толпа ликовала, такая возможность была упущена. Приказчик сомневался, что кто-то из его подчиненных станет выполнять его приказы, а разъярившаяся толпа не порвет его на части. Следовало действовать осторожнее, и он склонился в низком почтительном поклоне: – Прошу извинить. Сразу не признал, – заискивающе произнес он. – Вас вся империя считает павшим в бою с ледяными големами Хаула… А вы тут, живы и здоровы, как такое возможно? – Жив, – коротко подтвердил Дерион, но не стал вдаваться в подробности. – И не понимаю, что происходит. Дерион внутренне негодовал, но решил приберечь роящиеся в голове слова для беседы с Исильдой и ее Императором. Хорошо, что все разрешилось мирным путем. Убивать легионеров, которые когда-то были под его командованием, не хотелось. – Император до сих пор скорбит о вас, – запинаясь, продолжил чиновник. – Мы тотчас же отправим ему радостную весть о вашем возвращении… Дерион промолчал. Этот человек и его желание снискать расположение героя вызывали в воине одно лишь презрение. – Чем я еще могу вам угодить, чтобы загладить свою оплошность? – приказчик робко улыбнулся и с преданностью взглянул в блеклые глаза так внезапно ожившей легенды. – Отпусти крестьянина, – сухо распорядился Дерион. – Сколько он еще должен империи? – Ничего не должен, – мгновенно сориентировался чиновник, уловив угрожающие нотки в прозвучавшем вопросе, и счел за лучшее перевести разговор в более безопасное русло. – Это такая радость для всех нас… В это время к Дериону подбежала женщина и со слезами на глазах принялась благодарить его за спасение мужа, поэтому договорить чиновник не успел. Что было и к лучшему. Благодарные жители деревушки пригласили легендарного героя погостить у них, но он отказался, не желая терять времени. Воину не терпелось поскорее оказаться в столице, увидеть Исильду и Гардара. *** Несколько долгих дней на бескрайних просторах Снежной империи можно было видеть едущего на запад всадника и сопровождающую его фигуру великана. Хортон следовал за своим спасителем не отставая, будто и не знал усталости. Сперва Дерион ожидал преследования снежных волков или големов, но потом осознал, что Хаулу сейчас не до него, колдуну нужен Ледяной клинок. Но сейчас помешать врагу он не мог, оставалось лишь надеяться, что Хаул не достигнет цели. Придя к таким выводам Дерион расслабился, и напряженность сменилась каким-то странным отчуждением. С прискорбием былой главнокомандующий замечал разительные перемены в жизни еще совсем недавно процветающего государства. Судя по увиденному для Снежной империи настали тяжелые времена: народ обнищал, начинался голод. Где голод там болезни и смерти. Ропот и недовольство. Так и до восстания недалеко. Дерион больше не таился, да и зачем? Император уже, скорее всего, знает о возвращении главнокомандующего, а снежные волки найдут его след даже под землей, если им это будет нужно. Редкие деревеньки сменились небольшими городишками, а на смену тем приходили густонаселенные крупные города, до столицы оставалось всего несколько дней пути. Чем ближе к столице – тем оживленнее и многолюднее поселения. Тем отчетливее разница между провинциями и центральной частью Империи. Единственное что гложило Дериона, когда вдалеке показались башенки Арателя, что и этот некогда богатый город пришел в упадок и вместо нарядных горожан его улицы ныне наполнены исхудавшими нищими, молящими о подаянии. Стройный ход невеселых мыслей нарушил Хортон, резко взявший коня под уздцы, вынуждая животное остановиться. Без лишних слов маарлок указал глазами на рощицу впереди. Размышления отвлекали воина, и он не сразу понял, что насторожило спутника. Лишь прислушавшись, он смог различить тихий хруст веток под чьими-то осторожными шагами. А спустя еще несколько мгновений Дерион отчетливо почувствовал на себе чьи-то враждебные взгляды, кожей ощутил повисшую в воздухе опасность. Вряд ли это прихвостни Хаула – те напали бы сразу, не таясь. Скорее местные разбойники решили поживиться за счет двух усталых путников. – Пусть будет так, – едва заметно улыбнулся воин. Лучше уж добрая схватка, чем все эти безрадостные мысли. Перебив бандитов, он сможет хоть немного облегчить жизнь народа, обезопасить дорогу, и отбить желание становится на этот скользкий путь у десятков других. Спрыгнув с коня, Дерион беззвучно поблагодарил Хортона за предупреждение и сделал шаг в сторону рощи, когда всего лишь в пальце от шеи просвистел одинокий арбалетный болт. Неведомый противник целился именно в воина, совсем не принимая в расчет маарлока. Хортон молча метнулся к роще. Вначале Дерион решил, что синий великан предпочел спастись бегством, но вскоре до воина донесся приглушенный вскрик и треск ломающихся костей. Выхватив меч, Дерион ринулся следом за маарлоком. Неведомые противники умело скрывались среди редких берез, и разглядеть нападающих оказалось почти невозможно. Взор воина с трудом улавливал бесшумно скользящие серые тени, которые словно таяли и снова появлялись в воздухе. Что же это за бестии такие? Как им это удается? И зачем они вообще напали? Ведь ясно как днем – это не разбойники и совсем не обычные воины. Это умелые убийцы несущие смерть всякому кто встанет на их пути. Да и вряд ли это люди… обычный человек так двигаться просто не способен. Рядом появились серые тени в черных фарфоровых масках. Воин и глазом не успел моргнуть, как оказался в окружении. Тонкие изящные клинки устремились в сторону Дериона. Один выпад он отбил, от двух других успел уклониться, а четвертый достиг-таки цели, ощутимо скользнув по ноге. Дерион упал, кубарем откатился в сторону и снова оказался на ногах. Один из ассасинов прыгнул вперед, демонстрируя свое бесстрашие, но опытный воин встретил его во всеоружии. Меч Дериона с пронзительным свистом рассек нападающего еще во время прыжка. Землю обагрила алая человеческая кровь. И осознав, что его противники все-таки люди воин подпрыгнул, точно боясь измараться в этой субстанции, крутнулся в воздухе и крутанул вокруг себя подаренный эльфом меч. Еще два ассасина упали на землю с выпущенными наружу внутренностями. Трое из четырех были мертвы и лишь один стоявший чуть дальше от остальных, не оглядываясь, сейчас бежал прочь что было сил. Не обращая внимания на боль в ноге, воин бросился в погоню. Он не должен уйти! Во что бы то ни стало Дерион обязан узнать, кто нанял этих убийц! Воин вскочил на коня и погнал его вперед, вслед за убегающим убийцей. Ассасин бежал по тропинке с нечеловеческой быстротой, но откуда не возьмись перед ним возник синий великан. Могучий кулак взметнулся вверх и опустился, размозжив череп человека. – Зря, – подъехав к Хортону, произнес воин. – Не стоило его убивать. Теперь мы не узнаем, кто их нанял. – Боюсь, взять живым его не получилось бы. Эвон как бежал – быстрее того ветра! Дерион нахмурился и склонился над мертвым. Доказывать что-то маарлоку не имело смысла – тот жил только по своим принципам и понятиям. Их раса не признавала слабости и не брала пленных. Воин обыскал наемного убийцу и не обнаружил ничего кроме имперских монет. Вывод напрашивался сам – ассасинов нанял кто-то из имперцев, но кому он мог помешать? Даже если учесть что весть о его возвращении уже достигла столицы, здесь у него не было врагов. По крайней мере, тех, о ком бы он знал. – Надо выдвигаться, – мрачно прошептал воин и поднялся, устремив тяжелый взгляд на высокие стены Арателя. – Надо успеть войти в столицу до утра. *** На первый взгляд столица не изменилась. Стены Арателя все так же оставались неприступными, ворота массивными, а черепица на императорском дворце сверкающей золотыми бликами. Дерион не верил, что снова вернулся домой. И он уже пришпорил коня, когда вдруг вспомнил о Хортоне. Нельзя же синего великана вести в город. Во-первых, маарлок привлечет слишком много внимания, а во-вторых, Дерион не знал, как воспримут его попутчика жители столицы, ведь не каждый день им на глаза попадается четырехрукий монстр. Надо как-то уговорить Хортона вернуться домой, оставить ему еду и дать немного денег. – Нам надо поговорить. – Воин спешился и уселся на землю, доставая из заплечного мешка сыр и хлеб. Маарлок послушно устроился рядом, внимательно смотря на своего спасителя. – Ты не можешь и дальше идти за мной, – без долгих предисловий начал Дерион. – Ты исполнил свой долг – сопроводил меня до безопасного места. Теперь каждый сам по себе. Я дам тебе еду и достаточно денег, чтобы покинуть Снежную империю и вернуться домой. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=56597723&lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 149.00 руб.