Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Времена жизни. Сказки-крошки о нескучном Виктор Гаврилович Кротов О чём эта книга? О любви и вдохновении, о творчестве и воображении, об умении радоваться жизни. Только обо всём этом говорится не прямо, а в виде сказок-крошек (в каждой не больше ста слов), своеобразных маленьких притч. Ведь если говорить о таких вещах слишком прямо, то эти прекрасные темы нередко утрачивают свой чудесный смысл и на глазах скучнеют. Сказочный язык подходит им куда лучше. Времена жизни Сказки-крошки о нескучном Виктор Гаврилович Кротов © Виктор Гаврилович Кротов, 2020 ISBN 978-5-4498-8582-1 Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero На обложке: фотографии автора Введение Цветы, лишённые влаги, вянут… Пойманная бабочка теряет пыльцу от прикосновения рук… Так и самые прекрасные (и вместе с тем самые необходимые) явления человеческой жизни тускнеют от скучных слов, не имеющих никакого отношения к чудесам, пронизывающим нашу жизнь. Языком сказки естественнее говорить о том, что для нас особенного дорого и вместе с тем таинственно. О том, что боязно спугнуть великомудрыми рассуждениями. О том, что бережно хранишь в памяти всю жизнь и готов хранить дальше. Сказочным сачком тоже не всегда поймаешь нужные слова, нужный образ. Не всегда придётся по души и своеобразное воображение автора – ведь все мы разные. Но тогда можно перевернуть страничку со сказкой-невеличкой – и там тебя ждёт новый шанс найти читательско-писательское взаимопонимание. Стоит, конечно, не забывать о том, что каждый проживает сказки своей жизни по-своему. А значит, и у тебя, читатель, остаётся возможность рассказать о своём. Потому что граница между читателем и автором – лишь в решимости попробовать найти нескучные слова. Художник под куполом Времена жизни – это и времена года, и времена дня, и времена, которые меняются с подъёмом по уступам возраста. Они меняются не по нашей воле. Но в нашей власти вглядеться в сегодняшнее время, в те чудеса, которые оно нам приоткрывает, прислушаться к тому, о чём оно хочет нам поведать, и к тому, о чём оно нас предупреждает. Тогда ни в каком из времён своей жизни не заскучаешь, потому что каждое из них рассказать и показать тебе нечто особенное. Времена жизни Кругосветный путешественник Эвон однажды увидел с горы долину, которой не было на карте. Там виднелось селение, похожее на огромные часы. Правда, стрелок не было: каждый, кто жил там, сам знал, когда настаёт его время. Спустился Эвон в долину. Там жили феи и прочие феерические существа. И от каждого из них Эвон наслушался столько интересного! Стольких чудес насмотрелся!.. И успел навсегда сдружиться с Утром и Ночью, с Зимой и Летом, с Дождём и Закатом. И со многими другими феями и феерическими существами. Время оживания душ Эйа просыпалась поздно. Но однажды проснулась ни свет, ни заря от чьих-то всхлипываний. – Что такое? – спросила она гномика, сидевшего на подоконнике. – Ты проснулась, Эйа! – обрадовался гномик. – А я-то думал, опять пропустишь время оживания душ. Гляди! И тут в воздухе заплясали сотни прозрачных искорок. Каждая вещь, которой касалась искорка, словно улыбалась в ответ. Улыбнулась и Эйа, когда две искорки коснулись её глаз. – Буди меня всегда! – сказала она гномику. – Только без хныканья. Я и сама не хочу больше пропускать время оживания душ. Конь дня Собирать составлялки – вот чем увлекалась юная Кю. У неё на столе каждый день появлялась новая составлялка! Кю уделяла ей каждую свободную минутку, да не успевала сложить до конца. Ведь как только темнело, составлялка исчезала. Но однажды Кю удалось засветло закончить изображение прекрасного белого коня. Вдруг конь встрепенулся и сказал: – Поздравляю! Ведь я твой первый до конца разгаданный день. Позволь покатать тебя. И неужели вы могли подумать, что Кю отказалась?.. Мастер Вечер Вернувшись однажды вечером домой, Двун заметил вдруг вход в комнату, которой раньше не было. Вошёл туда, а там мастер в спецовке крутит фильмы. Кивнул Двуну, чтобы садился, и показывает на экран. А там идёт всё, что произошло с Двуном за день. То и дело Двун вскакивал, когда хотелось что-то изменить в фильме. – Да ладно, – успокаивал его мастер. – Побереги силы для завтрашнего кино. Насмотрелся Двун и пошёл, задумчивый, ужинать. Выходя, глянул на дверь, а там табличка: «Мастер Вечер». Звёздный бал Жили две сестры под одной крышей. Окта любила ночью поспать, а Чера помечтать. Однажды Окте приснилось, что она летит по ночному небу, а навстречу – сама Ночь. Улыбнулась Окте и пригласила на звёздный бал. – А можно мне сестру с собой взять? – спрашивает Окта. – Да твоя мечтательница давно уже там, – говорит Ночь. Встретились сёстры на балу и вовсю повеселились. Водили хоровод с кометами, играли с метеорами в догонялки, слушали музыку сфер и танцевали с каждой звездой, с которой хотели. Всё ли растает? К детям подошла красавица-фея в белой шубе и спрашивает: – Хотите, богатыми сделаю? – Хотим! – закричали дети. Подарила им фея горы серебра, пуховые покрывала, белоснежные ковры, хрустальные украшения!.. – Это же просто снег и лёд, – фыркнул парень постарше. – Всё растает. А дети покатились с горы на санках, помчались на лыжах, на коньках. Счастливые, раскрасневшиеся!.. – Не всё растает, – засмеялась фея и бросила пареньку сверкающую снежинку. Он её до самой старости хранил. Не таяла – и всё тут. Весенние камни Когда стало пригревать солнышко, Шана выбежала на улицу и стала оглядываться. Где же весна? – Здесь я, здесь! – запел тёплый ветерок вокруг неё. – Гляди, вон пушистики на вербе высунулись. Шана от радости в ладоши захлопала. Понравилось это весне. Капель зазвенела, ручьи зажурчали, почки повсюду проклюнулись. Аплодирует Шана, кричит «браво!». Весна рада стараться. Трава зазеленела, цветы распустились. Даже камни стали, как бутоны, приоткрываться. – Ой, это уже чересчур, – спохватилась Весна. Привела камни в прежний вид и полетела дальше. Летающее лото Жил-был Элаут. И жило-было Лето. Встретились они однажды, Лето и предложило сыграть в летающее лото. Стали они тянуть карточки, а на них всякие плоды, и цветы, и бабочки. Вытащит, скажем, Элаут карточку «Манго», летит Лето с ним в Африку. Там прикрепят карточку на манговое дерево, угостятся заодно – и обратно. Ну и налетался Элаут с Летом, ну и насмотрелся!.. Кто выиграл, правда, не разобрались, но оба были довольны. Даже расставаться не хотелось. Скорее бы новую партию сыграть!.. Осеняющая фея В октябре Отома всегда грустила. Лето прошло, до зимы далеко… Но однажды в парке к ней подошла фея. – Я знаю, Отома, что делать с твоей грустью, – сказала она. Осенила её небесной влагой, золотой листвой, серебристым туманом – и что-то произошло с Отомой. Пришла она домой и всю ночь напролёт писала стихи. А когда на следующий день прочла их лучшей подруге, та просто замерла от восхищения. – Как это тебя осенило? – спросила подруга. – Неужели и снаружи заметно, что ОСЕНИЛО? – удивилась Отома. – Я ведь никому про это не рассказывала. Дождеватория Однажды лил такой ливень, что струи можно было потрогать. Иль обожал такое. Выбежал из дома, струи перебирает. Вдруг чувствует: они его вверх тянут. Вытянули в Чертог Туч, а там сам Дождь на троне сидит и ливнем дирижирует. Кивнул приветливо Илю – и пригласил учиться в дождеватории. Закончил её Иль, стал профессором по классу ливня. Если вы любите музыку Дождя, то наверняка бывали на его концертах. Художник под куполом Оказался однажды Дзон в степи. Пусто кругом. Только горизонт кольцом да небо куполом. Где дорогу искать? Вдруг видит: стоит кто-то высокий, в красно-синей одежде, на художника похож. И точно – кисти в руках, но нет ни холста, ни мольберта. С каждым его взмахом на небе новые краски появляются. Не может Дзон на небесную картину наглядеться. Заметил Закат (а это он был) зрителя, ещё больше рад стараться. Под самый небесный купол взлетает и такие мазки кладёт, что Дзон на всю жизнь запомнил. А вот как обратно путь нашёл – забыл. Наверное, тоже без волшебника Заката не обошлось. Письмо от деда Мороза Дорогие ребята! Хочу открыть вам важный новогодний секрет. Новый Год или продолжает старую жизнь – или начинает новую. Каждый сам выберет, что ему лучше. Как давно живущий скажу, что из такого ежегодного (или даже ежедневного) обновления складывается судьба человека. Будет он читать книги – или не очень?.. Научится любить – или как получится?.. Сумеет быть благодарным – или зачем?.. Поспешит на помощь другому – или пусть тот сам разбирается?.. Станет творческим человеком – или обывателем?.. Подружится с жизнью – или ругать её будет?.. Привыкнет искать во всём смысл – или ну его?.. И главный новогодний подарок – это ещё один НОВЫЙ ГОД!.. Новодневные подарки Хороший праздник Новый год! Только редко случается… Но в семье Бонжуровых свой праздник придумали: Новый день. Встанешь, нарядишь чем-нибудь свою подушку, чтобы уже не лечь на него, – и радуешься: Новый день наступил!.. С утра у всех настроение праздничное. А вечером каждый под своей подушкой подарочки находит – не от Деда Мороза, а от Дядюшки Дня. Конечно, каждый в семье этому Дядюшке Дню помогал с подарочками. Ведь с утра до вечера времени ой, как много, всякое можно придумать. Разносчик искорок Искорки бывают разные. Искорки любви и творчества, радости и вдохновения, надежд и упований… Всего не перечислить. Единственное отличие их от всего остального – в их родстве с пламенем, которое не разрушает и уничтожает (хотя инертность и скука с ним не уживаются), а создаёт и укрепляет. Обращаться с каждой доставшейся тебе искоркой – полезнейшее в жизни искусство. А если им овладеешь, можешь стать и тем, кто делится этим незримым богатством и с другими. Даже если сам этого не заметил. Впрочем, наверняка ты и сам таких знаешь. Тот самый Огонь Вечерами Оня бродила по городу, сочиняя стихи. Однажды она увидела огонёк – прямо в воздухе рядом с собой. Разгорался он, пока не превратился в пламенную фигуру. – Я тот самый Огонь, – представился он. – А пожара не будет? – спросила Оня. – Нет, – вспыхнул Огонь, – пожар от других огней бывает, а я тот самый. Нас не так уж много. Давай поглядим! Взмахнул рукой, и обычные огни стали невидимыми. Только тут и там сверкали звёздочки настоящих Огней. – Но не так уж нас мало! – обрадовался Огонь. – Давай с кем-нибудь познакомимся. Он взял Оню за руку, и они полетели разыскивать других тех самых. Флора Фрола Ботаник Фрол вывел особый сорт ромашек. Они были такие маленькие, что их цветы можно было рассмотреть только в микроскоп. Подарил он такой уникальный букет своей невесте Флоре. Вместе с микроскопом. Стал Флора разглядывать ромашки и гадать на лепестках: «Любит, не любит». Всё получалось «не любит». Заплакала Флора. Пришлось Фролу выводить новый сорт ромашек, чтобы на них всегда получалось «любит». Они были ещё мельче. Даже в микроскоп их нельзя было различить. Но Флора и так поверила. Уход за фонтаном У Лаффа был свой фонтан. С утра Лафф спешил к нему, прочищал все его трубочки, убирал нападавшую листву, и, наконец, включал. Радовался его взлетающим струям, прислушивался к музыке их ниспадания, любовался сверкающими брызгами, а иногда почти незаметной радугой – и спешил его выключить. Ведь столько всего ещё надо было сделать!.. Лафф всех звал посмотреть на свой фонтан, но друзья приходили редко: у них было полно своих дел. Но каждый вечер Лафф заботливо прибирал фонтан, пока усталость не отправляла его в кровать, и засыпал под его музыку, которую он слышал всегда. Ревун от всего сердца Как известно, ревуны выражают любовь рёвом. Вот и ревун Ррр во весь голос говорил своей ревунице, как он её любит. Ей было очень приятно – ведь ревуны, как известно, любят громкое выражение чувств. Но потом Ррр стал отпугивать рёвом любого ревуна, который пытался хотя бы сказать его ревунице «Здрасьте». ЭТОТ рёв оказался в несколько раз громче рёва любви. Из-за него ревуница перестала слышать, как Ррр её любит, а ревуницы, как известно, без этого не могут. Хорошо, что Ррр спохватился и стал рычать лишь о том, что для них с ревуницей было по-настоящему важно. Художник без кисточек Аурау не любил рисовать кисточками. Он прикасался пальцами к краскам, потом к бумаге – и постепенно появлялось нежно-задумчивое изображение. Такое, что ни с чем не спутаешь: сразу ясно, что картина Аурау. Однажды к нему на выставке подошла девушка и попросила: – Вы не могли бы дать мне посмотреть одну из ваших картин без стекла, чтобы дотронуться до неё? И когда её пальцы легли на бумагу, прошептала: – Ах, вот что это означает на самом деле… Так они полюбили друг друга. Петя и Галя Вылепил Петя снегурочку. Назвал её Галей. Она получилась очень красивой. Петя так полюбил её, что Галя ожила. А когда они поженились, тут же стали ссориться. Однажды Галя даже крикнула: – Хоть бы ты окаменел! И Петя превратился в статую. Галя очень гордилась им, всем показывала и говорила: – Это мой любимый Петя. Я стала такой, как он хотел, а он – таким, как я пожелала. – Вот это любовь! – восхищались люди. Перевод с думанья на думанье Не все умеют читать чужие мысли. А Погги умела. Конечно, когда человек сам этого хотел. Однажды её вызвали к себе влюблённые. Сидят, дуются друг на друга. Ворчат: «А он!..», «А она!.. Погги ему в голову заглянула и, как есть, ей в голову передала. И обратно – тоже. Оба расцвели, заулыбались, удивляются: – А что же ты такое говорил?.. – А ты что такое крикнула?.. Пришлось Погги объяснять им, что мысли не всегда удачно в слова переводятся, поэтому ссоры и происходят. Многим Погги помогала. Вот только на деловые переговоры её никогда не звали. Но она не огорчалась. Ей больше нравилось с влюблёнными. Пробка с шампанским На большом широком шоссе образовалась большая широкая пробка. Время шло час за часом, а выехать из неё было невозможно. Только Толю с Галкой это не заботило. Ведь они успели и познакомиться здесь, и пообщаться, и даже полюбить друг друга. А тут как раз продавец идёт и распевает: – Кому холодное шампанское!.. – Может, у вас и обручальные колечки есть? – спрашивает Толя. – Есть, конечно, – кивает продавец. – В такой пробке всё пригодится. Вот Толя с Галей и обручились. Когда потом венчались, возле храма было машин видимо-невидимо. Ведь они со многими в той пробке подружились. Соревнование ревнивых Девушка Мурызя была такой красивой, что в неё влюбились двадцать семь парней. И каждый ревновал, что кроме него есть ещё двадцать шесть. Что делать Мурызе?.. Решила она соревнование устроить: кто из парней ревнивее всех. Собрала их и говорит: – Соревнуйтесь как хотите, лишь бы я узнала, кто из вас самый. Тут такое началось!.. На кого глянет Мурызя, все остальные на него набрасываются и тумаками награждают. На другого поглядит – другому достанется… Наконец собрались все, в синяках, побитые, вокруг Мурызи и спрашивают: кто победил из двадцати семи? – Двадцать восьмой победил, – улыбнулась Мурызя. – Но я вам его ни за что не покажу. Разносчик искорок Откуда у него столько их было? Куда бы ни приходил – всюду раздавал их совершенно бесплатно. Вот только хлопот с ними хватало каждому, кому досталась хоть одна. Жжётся искорка, подзадоривает куда-то отправиться, где не бывал, сделать что-то, чего никогда не делал, высказать то, что не решался, и всякое такое… Всю жизнь эта искорка может поджечь, а разве всякому такое надо?.. Некоторые ищут разносчика, чтобы тот обратно искорку забрал, а другие мечтают ещё получить. Бывают даже такие, кто сам готов стать разносчиком искорок. Этих почему-то совсем мало. Да и не так-то это просто. Но ведь получается у кого-то. Объяснение лестницей В посёлочке Чиково жила девушка Тома. Некоторые считали её первой красавицей во всём Чиково. Училась она в столичном институте и каждый день ездила на автобусе туда и обратно. И вот полюбил её Толик, который там же учился, но жил в Москве. Был он застенчивый и притворялся просто другом. Пока не узнал, что Томе трудно из автобуса в Чиково выходить, по скользкому откосу спускаться. Поехал Толик в Чиково, купил досок и смастерил лестницу от автобусной остановки. Тут Тома и поняла, что он её любит. И тоже его полюбила. Не за лестницу, а за любовь. Памятник волнам Жил да был отважный купальщик-ныряльщик Свим (и вовсе не Свин, прошу не путать). Как-то нырнул он в море, отплыл далеко от берега, а тут Шторм начался. Хорошо плавал Свим, отлично нырял, но Шторм – он Шторм и есть: по всем признакам предстояло Свиму потонуть. Тут несколько волн сжалились над купальщиком-ныряльщиком и пошли даже против воли батюшки-Шторма. Окружили Свима и помогли ему к берегу доплыть, вопрека всем признакам обречённости. Понял Свим, кто ему помог, но ведь волны – существа эфемерные, уже некому и спасибо сказать. Тогда он поставил своим спасительницам памятник на берегу, куда с тех пор молодожёны стали приезжать перед свадьбой. Чтобы волны-спасительницы уберегли их брак от штормов моря житейского. Из жизни теловодителей У теловодителей тоже бывают пробки. Вот застряли два теловодителя в толпе к эскалатору из метро, их тела к стенке прижаты, еле движутся. Один другого спрашивает: – Ты что это в сердце сидишь? Разве удобно так управлять? В голове куда удобнее. – Может, и не так удобно, – говорит второй, – но гораздо меньше аварий. Видно-то лучше. – Сейчас переберусь, попробую, – решил первый. И надо же – понравилось! Повели они тела рядом и не пожалели. Русалушка Сидел однажды Иван у реки и увидел в воде девушку несказанной красоты. Хвостом плещет – значит, русалка. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=55346283&lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 120.00 руб.