Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Жить на Западе – это моя судьба ГЛЕБ ОХРЕМЕНКО Книга-жизнь. В этой книге рассказывается о моей жизни, ставшей уникальным романом, в котором переплелись любовь и ненависть, криминал и жажда обычной семейной жизни… Этот роман обо мне и моей жизни, как вы понимаете-это художественная литература, по данной причине имена и события могут быть изменены. Однако, этот роман основан на реальных событиях… Посвящается моему мужу, Алексею Охременко. А также всем тем, кто сыграл в моей жизни не последнюю роль… Нейпервилл, 2023 год – Сколько валяться будешь? – Я не валяюсь, а лежу у бассейна, чтобы собраться с мыслями, ведь у меня сегодня в семь вечера стрим. А ты же прекрасно знаешь, что я никогда не готовлюсь заранее. – Конечно знаю, ещё я знаю, что у тебя 450000 подписчиков, но как то странно, ни один твой ролик не набирает более 60000 просмотров… – А ничего странного, знаешь ли, люди подписываются на канал, но это не обязывает их смотреть каждый мой ролик, да и стримы тоже. – Кто бы сомневался, кстати, что-то я не видел, чтобы при твоей супер известности, у тебя более 3000 человек было на стримах… – Слушай, какую цель ты преследуешь? Довести меня? – Я всё это и без тебя знаю, я вообще не понимаю, ты только и думаешь, как меня ужалить. Остаётся неясным, зачем ты вообще на мне женился? Берлин, 1999 год 23:00, ехать мне некуда. Я как в аду. Странно, но раньше я думал, что ад ужасен, а оказалось, что он безумно красивый… но во всём присутствует чувство безысходности. Я еду, через Зоологишер гартен, и через несколько минут, двухэтажный автобус повернёт на Курфюрстендам. Мне придётся выйти, так как ехать мне все равно некуда. Но не беда, есть на Кудам круглосуточное интернет кафе. Да, у меня нет денег на то, чтобы проплатить много часов интернета. – Зато, мне хватит на то, чтобы купить пресловутый Ягермайстер, оплатить 2 евро 30 за час пользования интернетом что собственно гарантирует мне, что меня не выгонят на улицу. Ноябрь, в Берлине холодно. Странно, только мне "так везёт". Ведь в это время, по-нормальному должно быть около 10 градусов. Да, но явно ни тогда, когда касается меня. Мне очень захотелось закурить. Интернет кафе двухэтажное, и я чтобы не привлекать ненужного внимания, решил пойти на второй этаж. Курить охота. – Странное чувство, когда абсолютно нет никакого желания спускаться вниз, не хочешь себя светить. Сигарет в кармане тоже нет, но не потому что тебе не на что их купить, а потому, что в момент когда твои мысли заняты тем, где провести ночь, тебе явно не до этого. Я спускаюсь вниз и покупаю сигареты за 4 евро, мой любимый Кабинет, который был создан ещё во времена ГДР. – Я выхожу на улицу, передо мной красивейший Курфюрстендам. Я знаю, что это конец, но голова предательски даёт надежду на то, что всё ещё будет… Нейпервилл, 2023 год – Я так понимаю, что за ребёнком придётся ехать мне? – Почему? – Да, хотя бы потому, что в твои планы на сегодняшний день входит кофе… – Как я уже устал от запаха гребанного американского кофе и явно дешёвых сигарет. На хрен не нужный никому стрим, ведь публика явно не платежеспособная. В твои планы также входит праздное лежание в гамаке у бассейна и встреча в партии, которая тоже никому не нужна и давно. – А про то что ребёнок в саду, при том дневном, тебе, как то не интересно. – Лёшик, прекрати. Знаешь ли, нет необходимости выдавать меня за сумасшедшего. – У меня бы были другие результаты. – И не "Лёшик", а Алекс. Берлин, 2000 год – Ты долго спать будешь? – Спросил Руслан. – Дай хоть умыться, – ответил я, сонно поглядывая в дальнее окно двухэтажной квартиры в Шарлоттенбурге. Шарлоттенбург-это район Западного Берлина. Исторически сложилось так, что в нём жили люди, так или иначе связанные с криминалом. Район находится в центре Берлина, но по ценам мало кого устраивает. – Знаешь, когда тебе нужна была помощь, и когда Вика с Катей подъехали на Мерседесе, думая что заработают денег на риэлторских услугах, они не думали, что нарвутся на малолетку и ещё без денег. Теперь, когда Вике нужна наша помощь, не факт что ты вообще приедешь. – Не нуди, Руслан. – Я собираюсь и выезжаю. Толком умыться и прийти в себя мне не удалось, так как я действительно немного «заспал» после вчерашнего сейшена в Монте-Кристо. А ведь действительно, сегодня в 11:00 у нас важная встреча. При том встречей это назвать сложно… У Вики хотят отнять квартиру по суду. Да, ситуация заключалась в том, что Вика получала оплату от социала на ту квартиру, которая являлась её собственностью. И именно сегодня мне нужно ехать в суд, чтобы дать удобные свидетельские показания… – Ну что Поц? – Спросила меня Вика. – Прекрати, всё на месте. – Знаешь, что меня в тебе всегда раздражало? – Знаю, наверно то, что я тебе малолетке сначала в Анмельдунге возраст исправила, а потом хату выбила… – Да, да. Ту самую хату, в которой женщина умерла и труп больше недели лежал. – Странно… – Ну… знаешь ли. Всё, прекрати. Хватит препираться и давай показания повторим. И кстати не забудь, кто тебе Дульдунг выбил и по каким связям… Нейпервилл, 2023 год – Алекс, так Алекс. Вот только я не могу понять, какая разница, как тебя называть, если той страны уже, как таковой не существует? – Да, куда тебе понять. Я вот до сих пор не понимаю, как вообще на тебе женился. – Может любил? – Ага, как-то очень глубоко, что сам не заметил… Берлин, 2001 год – С Новым годом! – Да, да. Ещё с новым счастьем добавить не забудь. Ну… очень смешно. – Прекрати негатив нагонять. – Ответил я Вике, заранее понимая, что на самом деле она имеет в виду. – Негатив? – А чему мне радоваться? Может тому, что Судзуки Витару конфисковали? Или может тому, что Сашу посадили? – А, прости, я просто сразу не поняла…Я должна радоваться тому, что теперь маклерской лицензии у меня больше нет. – Ну… с Новым годом, с новым счастьем! На самом деле за короткие два года произошло много. Вика держится, однако в 2000-м году у неё умер муж при невыясненных обстоятельствах, далее, по доносу отозвали лицензию…И нужно сказать, что наш бизнес, мягко говоря ушёл в подполье, а по факту прекратился, так как все мы работали под её лицензией. Деньги еще оставались с тех времён…Но в весьма малом количестве. Вике, по причине наличия двоих детей удалось выбить немалую социальную помощь, Руслан сел в тюрьму, а я… – Вика, через месяц я уезжаю в Израиль. – Куда? – Со слухом у тебя точно все в порядке. Деньги нужны. Там 1500 долларов в переводе с шекелей в месяц платят. А потом посмотрим… – И что же это за работа для королей? – Спросила Вика и неприятно захохотала. – Ну… работа на плантации. – И что? – Город хоть какой? – Сдерот. – И где же такие «классные» работы находятся сидя в Германии? – Спросила Вика явно не без сарказма. – А там, где и всё находится. В международном русскоязычном агенстве в Дюссельдорфе. – И как же ты нашёл такое классное агенство… да и вообще, когда ты успел в Дюссельдорф сгонять? – А нашёл очень просто. Для тех, кто живёт в 19, а не 21-м веке смею доложить, что есть такая газета «Контакт» называется, а в ней есть рекламные объявления. А ещё, ну скажем в середине 20-го века изобрели телефон. – Хорошо, хорошо. Допустим. А дальше что? – А дальше посмотрим. – У меня, что выбор есть? Точнее извини, он безусловно есть. Либо здесь на копейки рассчитывать, либо в Париж ехать, а там сама знаешь документы в процессе оформления и не первый год, да и жилья нет. – Выбор есть всегда. – Сказала Вика и по-дурацки закатила глаза. – Ты можешь уехать на родину, в США. А там хорошо… красиво. – Смешно, правда. Особенно если учесть, что на уровне доказательной базы, у меня кроме свидетельства о рождении и крещении ничего нет. Ладно, прекрати умничать. Раз мы празднуем в тесном кругу, то какой смысл сидеть дома? Пошли в Кебаб… Тель-Авив, 2002 год – Это сирень из Киева, смотрите-это сирень из Киева. – Кричали, через загородку в аэропорту Бен-Гурион русскоязычные иммигранты…Ну или репатрианты… Мы действительно летели, через Киев и я купил в Борисполе букет сирени, который в итоге отняла у меня служба безопасности в Бен-Гурионе и сожгла по экологическим соображениям. Дело в том, что агенство по трудоустройству, которое базировалось в ФРГ, работало ещё и по странам СНГ, и чтобы всех собрать, они устраивали рейсы именно из Киева. – Надо отдать должное, что тем, у кого не было денег на билет, агенство оплачивало само. Меня это не касалось, но просто к слову. У меня был большой культурный шок и сейчас будет ясно почему. Во-первых, меня удивил тот факт, что в то время, как в развитых странах, при выходе из самолёта попадаешь в «кишку», а по ней уже в здание аэропорта и собственно на паспортный контроль, в то время как в Израиле до сих пор подъезжал автобус к трапу, а дальше вёз на открытое пространство. Далее, пешком нужно было идти до собственно паспортного контроля. Так получилось, что за время полёта мы «сдружились» с Ростиком, который был украинцем и летел из Одессы. – У меня отобрали сирень, – сказал я Ростику в момент получения багажа. – А где ты вообще был? – Там же где и ты, на паспортном контроле. Только почему-то тебя я потерял. В Бен-Гурионе было всего-лишь две очереди. Первая-это та, в которой стояли те, кто приезжал в Израиль с любой, но временной целью, а вторая-та куда должны были выстроится те люди, которые приезжали по Теудат-Оле, в народе ПМЖ. Впереди меня стояла семья с маленькой девочкой, а в её руках был огромный медведь. В какой-то момент я действительно отвлекся и упустил Ростика из вида. – Меня задержала граница, отвели в отдельную комнату, допрашивали. Спрашивали сколько денег с собой везу. – Сказал мне Ростик. Странно, но судя по всему, израильские пограничники работают так тихо, что когда кого-то уводят, то это происходит незаметно. – Да, а я прошёл быстро и без проблем. – Ну, конечно, с французским паспортом. На самом деле, на тот момент у меня никакого "французского паспорта" на руках не было, собственно, как и гражданства ЕС, но наверно в понимании Ростика, мой проездной документ для ЛБГ походил на паспорт. Ничего не могу сказать, нас встретили и повезли в кибуц в Сдерот. Сдерот-это город находящийся в полутора часах езды от Тель-Авива. Единственное, что мне на тот момент запомнилось, так это два небоскреба в Тель-Авиве и красивейшая набережная. Больше я не увидел ничего… Потом началась ежедневная работа на плантации, отдохнуть было фактически негде. Мы с Ростиком жили в одной комнате. Это жильё, чем-то напоминало тюрьму, где одна двухъярусная кровать, стол и холодильник. Я спал на втором ярусе. Мне по глупости казалось, что именно второй ярус кровати даёт, как бы дополнительную свободу. – Ведь ты смотришь в потолок, а не в верхнюю кровать. Однако на практике-это очень неудобно. Первая неделя прошла хорошо. Сказать, что я очень уставал нельзя, к тому же это не был период хамсина. Скажу больше, мы были молодые и нам даже хватало сил ездить в Ашкелон на море. Машины не было, но были соседи, которые подвозили нас. Эти соседи были ашкенази (местные), имели свою виллу, при этом были весьма скромными людьми и ездили на Субару. – Ростик, что делаем в Шабат? – Спросил я. – Едем в Иерусалим. А то мы уже где только не были, а в столице и не побывали. – Тогда может заодно возьмём экскурсию в Вифлеем? – Идея хорошая, но лучше своим ходом, да и Вифлеем находится всего-лишь в 9-и километрах от Иерусалима. – Хорошо, так и сделаем. В субботу утром мы купили билет на автобус до Иерусалима и выехали. Автобус шёл порядка трёх часов, так как заезжал в разные города. На что я обратил внимание, так это на то, что было много русскоязычных. В какой-то момент я решил одеть наушники и послушать музыку. Тогда были обычные CD плееры. Прошло около часа и мы решили перекусить на остановке. На улице было тепло, мы сели за столик. Никогда не забуду своё ощущение от иврита, когда я услышал за соседним столом разговор двух мужчин. Один говорил другому "а та мудак"(ты обеспокоен?), – а тот мило улыбался. – Пошли на арабский рынок. – Предложил я, так как побывать в Иерусалиме и не посетить Арабский рынок просто невозможно. Это как отдельный мир. Есть правда сложность в том, что фактически Иерусалим поделён на две части, одна из которых считается опасной из-за арабов. Но мы ни с какими подобными проблемами не столкнулись. – Ты мне лучше скажи, ты что делать собираешься? – Спросил меня Ростик в автобусе, когда мы отправились в Вифлеем. – Ты о чём? В каком смысле? – Я имею ввиду, ты собираешься оставаться в Израиле или уезжать? – Правда, не знаю. Понимаешь, здесь для меня просто ментально всё чужое, но в Европе просто мне в плане дохода ничего не светит. – А я точно остаюсь. В Украине ничего хорошего не будет. – Допустим. Я вот что думаю. Мы вообще ни о чём с тобой говорим. Документов нет. Не в нелегалам же тут торчать. Только если по браку, да только где желающих найти, а за деньги…Так их нет. – Да ладно, всё разрешится. Мой принцип жизни, что ничего само не рассосётся, и конечно это тот главный вопрос, который меня и остановил от затеи остаться в Израиле. Но в слух я этого не сказал. Правда был ещё финальный акт, после которого я решил, что это конец и нужно скорее в аэропорт и до Европы. Конечно и работа меня не устраивала, но плакаться не буду. Просто так получилось, что мы поехали на озеро Кинерет, а именно в этот момент бежали окровавленные беженцы, через границу в Израиль. Увиденное настолько меня потрясло, что я решил, лучше без денег и перспектив, но и без ужасов войны. Нейпервилл, 2023 год – Звонок, код Израиля. Разумеется, меня уже давно не удивляет, когда звонят из Израиля, ведь там много русскоязычных и они иногда обращаются ко мне за консультациями. Однако, я не имею привычки общаться по телефону сидя за рулём. Поэтому, я решил взять трубку и попросить, чтобы мне перезвонили позже. – Алло, вы по поводу консультации? Перезвоните, через пару часов пожалуйста. – Это я, Ростик. Разумеется, несмотря на то что прошло много лет, я сразу понял, кто это. Я не стал спрашивать, как он меня нашёл, ведь и так понятно, что мои данные есть в основных соцсетях. У меня другая фамилия, да только внешность та же. Я припарковался, чтобы спокойно поговорить. Оказалось, что он всё же остался в Израиле, при том долгое время жил по левому Теудат-зеуту. Потом ему удалось подзаработать денег и выправить документы. Ну что, рассказал он мне стандартную судьбу иммигранта, правда у которого всё в итоге сложилось хорошо, что к слову не так часто, как может показаться. Его кидали на левые банковские чеки, не выплачивали зарплату. Однако, после получения нормальных документов и службы в израильской армии, он смог получить образование, потом открыл агенство недвижимости в Рамат-Ган, это город в Большом Тель-Авиве, где собственно и живёт. Квартира вроде хорошая, жениться не удалось, причину я не выяснял. Париж, 2002 год Рейс из Тель-Авива благополучно приземлился в аэропорту Парижа Шарль де голль. Я решил вернуться именно во Францию, так как мне нужно было там решить некоторые вопросы и встать на очередь на HLM, по простому государственное жильё. Я на самом деле не знал, что мне делать дальше и где жить. В ФРГ ехать на тот момент не было смысла. Тогда я решил по максимуму уладить все необходимые вопросы во Франции, которая мне выдала право на проживание, решил подстраховаться и получить квартиру. Очередь на получение жилья, конечно большая, но под лежачий камень вода не течет. К слову говоря, мне было у кого временно жить. Это был так называемый русский замок, в котором почти бесплатно ютились эмигранты из СНГ. У меня там были знакомые и мы тесно общались с одной женщиной, которой уже было много лет. У нее во Франции погиб сын и она там осталась, для того, чтобы ходить на его могилу. Её звали Евгения. На квартиру я подал, всякие административные вопросы решил, однако, что дальше делать вопрос оставался открытым. Да, у меня не было проблем с языком, было у кого временно остановиться. Но проблема в том, что была массовая безработица. С постоянным жильём вопрос решится, как мне сказали, не ранее чем, через год. Может на учёбу пойти? А толку-то. Куда потом устраиваться? На 800 евро зарплаты идти что ли? – Я человек без больших амбиций, но и вообще без каких-либо обозримых перспектив не хотелось бы… Гамбург, 2003 год – Ты зачем из Парижа уехал? – Спросил меня Роберт. Получив квартиру в одном из пригородов Парижа, через год подачи заявления я понял, что это не решение проблемы, да и за саму квартиру платить нужно. Скажу как есть, на момент её ожидания, я на самом деле считал, что это чуть ли не главный фактор. Получить мне её удалось с большим трудом. Несмотря на то, что я подавал раньше, и имел все основания, меня не включили в список на получения, а решили отдать квоту одной русскоязычной семье из Узбекистана. Поэтому, мне пришлось пойти на откровенные манипуляции. Я подгадал время, когда представители управы приедут на презентацию нового здания и до этого момента проникнул в дом, встал на окно и откровенно шантажировал тем, что выброшусь из этого окна, в случае, если квартира мне всё же не будет предоставлена. Разумеется, такого скандала управа города не хотела и всё решилось в мою пользу. Но не более того… – Мне предложили стажировку в Германии с дальнейшим трудоустройством, а что было дальше ты и так знаешь. – Ответил я Роберту. Да, так оно и было. Случайно, в одной из русских газет я нашёл предложение о стажировке в Рус авиа. Русавиа-это что-то типа русскоязычного туристического агентства, которое также продавало авиабилеты. Возможно, кто-то помнит песню: "где я только не бывал, Крым, Литва, Молдавия, но куда б я не летал, – я лечу с Рус авиа. Конечно, от такого предложения я отказаться не мог, к тому же Германию я прекрасно знал, а во Франции просто была трясина и никакой перспективы. По крайней мере на тот момент мне так казалось. – Ну и что тебе это дало? Где в итоге работа? – Я не понимаю к чему ты клонишь. Если хочешь меня задеть, то это явно бесполезно. Я и так знаю, что потом вместо работы меня турнули без объяснений. – Ну конечно турнули, кто бы сомневался. Они под видом аусбилдунга (практика, стажировка, учёба со стажировкой) ищут дешёвую рабочую силу. – Да, понятно. Но как ни крути, сертификат мне всё же выдали, а он пригодится. Язык я подтянул. Ну и как видишь с тобой познакомились… Не уверен, что многие люди обрадовались бы знакомству с Робертом… но не я и не в моём положении. Роберт был эстонцем, проживающим в Германии, а точнее в Гамбурге. Познакомились мы при странных обстоятельствах. На самом деле, в Германии существуют билеты на поезда со скидкой. Смысл в том, что по одному билету могут ехать несколько человек. Чтобы сэкономить на этом, некоторые ищут попутчиков прямо на вокзале. Так и мы познакомились. Я просто услышал русскую речь. Как выяснилось позже, Роберт с ребятами занимались ограблениями складов, а также перепродажей всего краденого. Иногда и продажей кристалла. Кристалл-это наркотик из разряда амфетамина, по эффекту во многом схож с кокаином, однако синтетика. Иногда удается обмануть клиента и выдать Кристалл за кокаин и получить значительно большую сумму. Данный вид наркотика привозился из Чехии, через территорию бывшей ГДР и продавался в Гамбурге. – Ладно, всё ясно. Нужно ехать завтра в Чехию. – Сказал Роберт. – Конечно поедем. – От тебя толку никакого не будет, только место в машине занимать. Если хочешь, то жди нас в Хемнице. – Хорошо, так и поступим. Хемниц-это небольшой город в бывшей ГДР. Ничего особенно примечательного там нет. Полуразрушенные брошенные хрущёвки и многоэтажки. Однако у этого города удобное расположение. – Он находится недалеко от чешской границы. Единственным моим развлечением в те дни, когда я там находился были походы в торговый центр и бары, где предлагалось натуральное пиво. Могу сказать, что эти два года были одни из лучших в моей жизни. У меня были на каком-то уровне деньги, личный парикмахер. Мы любили обедать в японском ресторане, именно Роберт приобщил меня к японской кухне. Может показаться странным, но именно в японских ресторанах, где всё сделано в национальном стиле и играет японская музыка, создаётся какая-то магическая атмосфера. Мы мечтали собрать нужную сумму и открыть охранное агенство, и конечно посетить Японию…Но этим мечтам не суждено было сбыться, так как уже в 2005-м году Роберта и некоторых ребят арестовали. Меня тоже пытались зацепить, но не смогли доказать ассоциацию с криминальной группировкой. В дальнейшем, Роберта депортировали, ну а я от греха подальше, вернулся в Париж. Благо какое-то количество денег у меня было. Париж, 2005 год Вернувшись в Париж, мне пришлось разбираться сразу и со всем. Так совпало, что в это же время в Париже были массовые восстания. Никогда не забуду, как проезжая по 4-му кварталу на мою машину набросились какие-то молодые люди и стали ее раскачивать. К слову о машине, я вернулся на БМВ 735, на ней были немецкие номера которые, чтобы не тратить деньги я сменил лишь два года спустя, перед продажей. В моей квартире жили квартиранты, а выселить их очень сложно по законам Франции, особенно если учесть, что так как квартира не в собственности, сдавал я её нелегально. И пока я решал все эти вопросы я жил в машине, так как количество средств было ограничено, а идти по знакомым не хотелось. Начались бы совсем ненужные вопросы. Какое-то время я жил прямо на набережной тогда ещё пригородного района Пантен в своей машине. Меня уже знала в лицо полиция и не трогали, так как понимали, что человек просто находится в сложной ситуации. Иногда вечерами, я шёл в арабский маленький магазинчик и покупал пару бутылок пива и просто сидел либо в машине, либо на скамейке на набережной Сены. О чём я думал? – Да просто размышлял о жизни. Что сколько пришлось пройти, а всё почти неизменно. Как я приехал во Францию, а изначально я приехал именно во Францию, как я бомжевал первое время, так как в общаге для подростков было просто психологически тяжело. Полная несвобода. А для меня свобода это главное. И я предпочёл бомжевать и окурки собирать, чем жить в той общаге. Правда для меня предпочтительнее было, так жить во Франции, чем например жить в России. Я просто Россию, в плане страны, с детства органически не перевариваю. В любом случае, даже тогда мне повезло и случайно зайдя в ресторан Москва, который находился в 18-м квартале, я познакомился с его хозяином, которого звали Павел, которого потом застрелили при невыясненных обстоятельствах и с музыкантами, у которых я потом одно время и жил. Тогда, я ещё поступил в консерваторию имени Скрябина, но в дальнейшем ушёл, так как мне больше не могли помогать финансово родители. Тогда я и пошел в метро работать музыкантом, – я ходил по вагонам, играл на гитаре и пел, после чего собирал деньги. Да…Сколько времени прошло, а воз и ныне там. Нужно отдать должное, что для грустных мыслей времени особо у меня не было. И собравшись, я начал решать уже новые проблемы. И на этот раз решил остаться во Франции. Дело в том, что в 2004 году была открыта программа выкупа за символическую в понимании цен Парижа сумму социальных квартир. Не все жилые дома подпадали под неё, но мой подпал. А так совпало, что привезенных денег из ФРГ на это хватило и ещё даже оставалось несколько тысяч. Что собственно я и сделал. Далее, я поставил квартиру в продажу. На это было несколько причин. Нужно начать с того, что квартира находилась далеко от города, а во-вторых, такой манёвр мне давал автоматическое право на выселение жильцов, так как они жили без контракта, а происходит смена прав собственности. Париж, 2007 год – Нонна, привет. Как давно не виделись. Мне было очень приятно вновь увидеть Нонну, которая уже давно жила в Италии с мужем и только изредка приезжала в Париж. Так совпало и в этот раз. – Так конечно не виделись, ты же не звонишь и не пишешь, пропадаешь на несколько лет. – Никуда я не пропадаю, а уже считай три года постоянно живу в Париже. Вопрос скорее в твоём номере телефона, который судя по всему давно не работает. Если бы я случайно не зашёл в ресторан Казаки, где Вадик играл, то и не узнал бы о тебе ничего. – Ну конечно не узнал бы, ты же, как я поняла с нашими уже давно не общаешься. А помнишь, как мы жили интересно? – Да, помню, правда не долго, мы же в этой квартире вчетвером жили до того, как я в ФРГ уехал. Помнишь тот прикол, когда ты в душе исполняла "Я сошла с ума – мне нужна она, а Говнисимовна со своей кухни выбежала и стала стучать в окно санузла с криком: "иди полечись дорогая, давно пора"! – Да, Говнисимовна ещё тот прикол. Говнисимовна-это подпольная кличка русской старушки, которая жила по-соседству. Просто у неё был очень скверный характер и она всех пыталась учить, как жить нужно, и что делать. – Нонна, а ты то как сейчас живёшь? – Да как? – Обычно, всё нормально, встретила итальянца, живём в горах в 30-и километрах от Венеции. Да ты же от Вадика поди и так всё знаешь. Ты лучше расскажи, как ты..? Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=48480832&lfrom=390579938) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.