Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Прощай. Это было прекрасно, или У меня есть я и мы справимся

Прощай. Это было прекрасно, или У меня есть я и мы справимся
Прощай. Это было прекрасно, или У меня есть я и мы справимся Юлия Витальевна Шилова Литературное приложение к женским журналам Как стать счастливой в мире, где правят деньги? Станут ли дети гарантией крепкого брачного союза? Можно ли защитить себя от произвола мужа-олигарха? Мария с отличием закончила институт, ей прочат успешную карьеру. Встреча с Данилой, молодым успешным бизнесменом, круто меняет её жизнь. Мария купается в счастье и роскоши, растит двоих детей, ни в чём не знает отказа. Но однажды… супруг сообщает, что разводится с ней и забирает детей себе. Мария не может поверить в происходящее, но реальность диктует своё. Мария не претендует на имущество Данилы, но дети… Никакие доводы и уговоры на бывшего благоверного не действуют. Любая попытка противиться его воле жестоко карается. Он заставляет Марию написать отказ от детей, иначе ей грозит психушка. Мария находится на грани нервного срыва и пускается во все тяжкие… Юлия Шилова Прощай. Это было прекрасно, или У меня есть я и мы справимся © Шилова Ю.В., 2016 © ООО «Бауэр Медиа», 2016 * * * От автора Дорогие друзья, я искренне рада тому, что вы держите в руках мою новую книгу, Это уже сто четырнадцатый роман в моём творческом багаже. Самой не верится, что я вышла на вторую сотню… Когда-то мечтала написать десять романов, потом двадцать, потом пятьдесят, ну а потом и все сто… Даже не знаю, о чём теперь мечтать, ведь сделано так много… Отдано столько души, любви, эмоций… Впереди новый, двухсотый, рубеж. Одним словом, буду писать, пока пишется, на радость добрым и милым людям и назло врагам и завистникам. Я не люблю строить планы, я просто создаю реальность. Каждое утро я знакомлюсь с новым человеком – открываю себя заново. Каждый день моей жизни – это встреча с собой. Ведь ЖИТЬ ТАК УВЛЕКАТЕЛЬНО! Мне очень хочется сказать через свои книги: пусть каждый ваш день начинается с доброты. РАДУЙТЕСЬ ПРИЯТНЫМ МЕЛОЧАМ. Я получаю колоссальное удовольствие от того, чем занимаюсь, и не могу отказать себе в ежедневном удовольствии писать. Мне очень приятно сознавать, что все мои задумки и переживания, ситуации и события, описанные в моих романах, способны вызвать чувства не только у меня, но и у моих дорогих и любимых читателей. СПАСИБО всем постоянным жителям форума моего официального сайта. Дорогие, как же я вас сильно люблю! Скучаю, и при первой возможности мчусь к вам, чтобы пожелать прекрасного дня и сказать о том, как же я счастлива оттого, что вы у меня есть. Ваша любовь безгранична и неоценима. Да хранит вас всех Бог! СПАСИБО Богу за безграничную милость, за щедрость, за всё, что я имею. За всех добрых людей, которые помогли мне, благодарю Боженьку. Так крепко он держит меня за руку и столько возможностей даёт… Я счастлива, что на моём жизненном пути мне встречаются чаще всего хорошие люди. СПАСИБО за то, что МЫ ВМЕСТЕ. Самый светлый уголок моего сердца всегда принадлежит вам. СПАСИБО моему Ангелу-Хранителю за то, что он всегда рядом и всегда меня оберегает. Я так благодарна ему за терпение… За то, что даже когда я живу под девизом: «помоги себе сам», ОН всё равно рядом. Я ЕГО чувствую. ОН всегда даёт мне возможность познать себя настоящую. Простить всех вокруг и себя. Научиться принимать людей такими, как они есть. Не осуждая других, я могу быть самой собой. СПАСИБО моим драгоценным читателям, которые всегда со мной и за меня. Ваша любовь дороже, сильнее и выше всех подводных течений и скалистых путей. Я ЛЮБЛЮ вас. Пока вы есть, я буду двигаться напролом и верить в лучшее. СПАСИБО за ваши добрые сердца, за вашу откровенность, за то, что вы принимаете меня такой, какая я есть. Мне всегда хочется подарить вам кусочек доброго мира, который вы дарите мне. Да хранит вас всех Бог! Если мы умеем благодарить за малое, обязательно получим самое лучшее. Если стоит выбор между ДА или НЕТ, пусть это будет ДА! Поцелуйте, обнимите, догоните, встретьтесь, скажите… СПАСИБО моему мужу за то, что ОН ЕСТЬ. За наше счастье мы ответственны оба. Я благодарна тебе за то, что ты открыл во мне именно то, что, как мне казалось, я уже давно потеряла… Это так здорово, что ничего больше не нужно переживать в одиночку. Я ПРОСТО ЛЮБЛЮ… Я благодарна своим близким за неоценимую поддержку в разных ситуациях, которые научили меня быть более понимающей, более принимающей и более любящей. Они дали мне возможность увидеть жизнь с разных сторон и раскрыть её многоликие грани, понять, что у каждого из нас свой путь, и никто не виноват только в том, что он не соответствует нашим ожиданиям. Нужно просто уметь заглянуть за грань иллюзий. Я принимаю их такими, какие они есть, не имея права на осуждение. Я люблю своих близких, но при этом даю им полную свободу, точно так же, как эту свободу они дают мне, ведь мы не собственники. Я научилась ни от кого ничего не ждать. Поэтому у меня не бывает претензий и разочарований. Никто не может подарить мне любовь или её отнять, ведь она у меня внутри. В тот самый момент, когда вы начнёте читать роман, мысленно я буду с вами рядом. Вы не представляете, что я испытываю, когда вижу людей с моими книгами. Хочется подойти, обнять и поблагодарить каждого, расцеловать всех моих читателей за то, что мы на одной волне, за то, что в этом безумном и слишком жестоком мире мы нашли друг друга, за то, что мы вместе! Я чувствую в себе желание поделиться с каждым из вас хоть капелькой душевного тепла и той неиссякаемой силой, которая есть во мне сейчас. Я искренне верю, что от моих книг вы обязательно получите заряд положительных эмоций, искромётный драйв и новые психологические установки. Я желаю вам именно сегодня, прямо на улице встретиться со своим счастьем и, не раздумывая, упасть к нему в объятия на долгие, долгие годы. И пожалуйста, мечтайте! Смотрите на небо и мечтайте! Мечты сбываются! Какими бы ни были ваши желания, пусть они сбудутся! Какими бы ни были ваши планы, пусть они реализуются! Какими бы ни были ваши близкие, пусть у них всё будет хорошо! Какой бы ни была ваша любовь, пусть её будет больше! Каким бы ни был ваш мир, пусть он будет всегда солнечным! Даже если за окном ненастье, пусть в вашей душе всегда светит яркое солнышко. Давайте вместе раскрашивать жизнь яркими эмоциями и впечатлениями. Улыбнитесь этому миру, посмотрите на него добрым взглядом! Пусть вкус жизни никогда не теряется! Все мы должны быть счастливы хотя бы потому, что живы. Важно благодарить вселенную за это прекрасное утро и за этот удивительный вечер… У каждого из нас есть тысячи причин быть счастливыми, и одна из них: МЫ МОЖЕМ ПРОСНУТЬСЯ, заварить ароматный кофе – ещё один глоток счастья. Какое счастье прожить ЕЩЁ ОДИН ДЕНЬ, испытать море самых разных эмоций… Давайте всегда помнить о том, что дорога каждая секунда. Не бойтесь осознанно творить свою жизнь. Красивыми людьми нынче никого не удивишь. Их много. Важен баланс внешней красоты и внутренней глубины. Постоянно думая о прошлом и боясь будущего, мы уничтожаем своё настоящее. Чтобы испытать счастье, ничего и никого не нужно ждать. Даже мужчину. А ведь этим грешат многие женщины. Они считают, что в их жизнь обязательно придёт мужчина и сделает их счастливыми, забывая о том, что мужчина не психоаналитик. Поэтому важно просто ЖИТЬ и ТВОРИТЬ СВОЮ УНИКАЛЬНУЮ ЖИЗНЬ. ВАЖНО ЖИТЬ С УДОВОЛЬСТВИЕМ. Живите так, будто каждый миг своей жизни вы находитесь в нужном месте в нужное время. Давайте вместе учиться воспринимать всё, что приходит в нашу жизнь, с благодарностью. Только так можно управлять событиями и временем. Просто не забывайте говорить: «Всё хорошо. Всё к лучшему». Разрешите себе наслаждаться жизнью. Наслаждайтесь тем, что ВЫ ЕСТЬ. Я бесконечно благодарна вам за то, что вы взяли в руки эту книгу. Надеюсь, она не просто вам понравится, но и заставит о многом задуматься, а быть может, что-то поменять в своей жизни. Если это произойдёт, значит, она написана не зря. Приятного вам чтения! До скорой встречи!!! Я сделаю всё возможное, чтобы она состоялась как можно быстрее.     Любящий вас автор Юлия Шилова Пролог Иногда нужно всё разрушить, спалить всё дотла, чтобы потом начать всё сначала.     Ф. М. Достоевский Я сидела в зале суда и не могла поверить в происходящее. У меня отбирали двоих детей в пользу мужа, а я ничего не могла с этим поделать. Причина в том, что мой муж олигарх. Я смотрела на его прожжённую, хитрую физиономию и думала о том, что ожидала от него всего, что угодно, только не такой подлости, не такого чудовищного удара под дых. Всё, что происходило на суде, можно отнести к разряду шоу. Отец детей был гораздо лучше матери только в силу своей финансовой обеспеченности. Всё просчитал. Всё продумал. Иначе не был бы олигархом. Как буду жить после этого я, ему плевать. Ему вообще чужды любые сантименты. Вполне банальная история: сначала лакшери-жизнь, потом пинок под зад и отъём детей. У таких, как мой муж, от вседозволенности и безнаказанности сносит крышу, и психика, естественно, расшатывается. Я осталась на задворках его жизни и быстро перешла из разряда настоящей жены в разряд бывшей, как он говорит, надоевшей. Бог мой, а ведь страдают дети. Данила так оберегал свой капитал, что решил оставить меня не только без материальных благ, но и без детей. В зале суда мне нет и не может быть сострадания. Я слышу, как за моей спиной шепчутся, называют стервой, которая хотела развести богатого мужика. Очередной безделушкой, которая слетела с жалованья. Все думают, я буду жаловаться на судьбу-злодейку, и поэтому меня теперь можно пинать. Чего тут только про меня не наговорили. И что я наркоманка и тусовщица, и что у меня куча любовников. А сколько свидетелей… И ни одного из них я не знаю, впрочем, как и они меня. Им просто хорошо приплатили. С одним из них я нюхала кокаин, с другим спала. Я видела кокаин только в кино и даже никогда не держала его в руках, а если бы я с кем-то переспала, будучи в браке, муж лично закатал бы меня в асфальт. Муж заявляет, что при нашей совместной жизни я спускала семейные деньги на любовников-альфонсов. Бред. Если кто-то в нашей паре и гулял, то, конечно же, он. Я наслышана о том, какие он закатывал вечеринки с моделями. Но я сознавала, что при его статусе без любовницы никак и, пусть ужасно это звучит, воспринимала его связи на стороне даже с пониманием. Няня, а я к ней относилась как к родной матери, рассказывает о моём вечном пьянстве и о том, как я избивала детей. Якобы орала на них пьяная и даже хотела убить. Какое наглое враньё. А ведь я ей доверяла, всегда покупала подарки для её родственников, помогала, считала членом семьи. Но муж взял и просто её купил… А ведь он никогда хорошо к ней не относился и всегда недолюбливал. Сынок, три годика. Дочке четыре… Это ведь не куклы и не собачки. Как они без мамы? У Данилы уже другая беременна, которую он привёл в наш дом, предварительно выкинув из него меня, как ненужную вещь. У них будет свой ребёнок. Зачем им наши дети? Она никогда их не полюбит и не станет для них матерью. Сейчас он будет занят новым ребёнком, новой женой… Я знаю, зачем ему наши дети. Он просто не хочет платить алименты, ведь это не просто деньги, а бешеные суммы. Его сестра смотрит на меня взглядом победительницы. Она всегда меня не любила и считала охотницей за деньгами. – Никогда нельзя делать ставку на силикон, – смеётся она, обнажая свои острые зубы, которые делают её похожей на крысу. – Ты думала, твой силикон особенный? Думала, закрепилась детьми, и он тебя не бросит? Сидела ровно на жопе, потому что законная жена. Только такие, как мой брат, срут на законность, как и на подстарившийся силикон. Они просто меняют его на новый. А уж детей в нашей стране можно отобрать влёгкую. Было бы бабло. Ты мечтала себя продать, и продала. А когда себя продаёшь, нужно быть готовой, что к тебе будут относиться, как к вещи. Хочу – берегу, а хочу – сломаю. Что-то ты, всё-таки, сука, сделала, что Данил решил тебя так наказать. Чего ты там не договариваешь? Хороший урок тебе на всю жизнь – держаться от таких богатых и влиятельных, как мой брат, как можно дальше. – Заткнись, – бросила я ей и с трудом сдержалась, чтобы не закричать на весь зал всё, что о ней думаю. – Кто бы ты была, если бы не твой брат? Сама всю жизнь не работаешь, сидишь на его шее. Лучше меня знаешь, дети ему не нужны. Ни ему, ни тебе, ни его соплячке-подружке, которая решила подсуетиться и побыстрее родить. Не каждый же день олигархи попадаются. Подобный успех нужно срочно закрепить. Твой брат не меня наказывает. Он наказывает детей. Делает их несчастными. Отбирают детей, чтобы не платить алименты. Это же дураку понятно. Дешевле няньку и репетиторов нанять. Гад Данила. Конченый гад. Не думает о том, что всё в нашей жизни возвращается бумерангом. Три покалеченные судьбы. Дети и я… Я слушала бред, который говорили про меня на суде, и размышляла о том, существуют ли вообще счастливые семьи среди миллионеров. Чтобы жили они, дом полная чаша, до самой старости в любви и согласии. Старые кобели постоянно бросают свои семьи и сходятся с корыстными малолетками. Сегодня одна, завтра другая. Все семейные ценности в самый дальний угол. У жён отбирают детей, отнимают имущество. Главное, получить ещё более молодое и упругое тело. Эти балбесы упорно не хотят осознавать, что их любят только из-за денег. Чем больше денег, тем сильнее любовь. Такие, как мой бывший муж, всегда добиваются, чего хотят, потому что всегда идут по головам. Что такое благородство, они не имеют представления. Сильные мира сего потому так и называются, ведь они могут всё. Сейчас у них новый тренд – забирать детей у бывшей жены. Сколько адвокатов-присосок поднялось на дележе имущества и детей. – Так ей и надо, – услышала я за спиной шёпот. Никогда не понимала, откуда у людей столько злорадства и ненависти. – Думала найти богатого мужика. Главное, нарожать ему побольше и расслабиться до пенсии, ни о чём не беспокоиться, а при разводе прекрасно жить на алименты. А хрен. Пожила хорошо, дай другим пожить. А то привыкла только тюнинговаться. Сколько бы наследников она ни произвела своему благоверному, при появлении очередной модельной пассии всё равно окажется на улице. Хуже детям не будет. Всё равно они с няньками всегда. Будут поближе к папиным деньгам. – Да что вы такое говорите? Что вы знаете? – посмотрела я на незнакомку глазами, полными слёз. – Вы же вообще посторонние люди. Я вас первый раз вижу. Даже не знаю, что вы здесь делаете и как тут очутились. Тоже купленые свидетели? Что я плохого вам сделала? Только то, что у меня получилось выйти замуж за богатого человека, а у вас нет. – Всё правильно она говорит, – заступилась за незнакомку другая. – Для детей лучше, если они будут поближе к папиным деньгам. Молодая скоро нарожает конкурентов. Думай о детях, а не о себе. А то размечталась получать огромные алименты и расходовать их неизвестно на что. Видно, что папа детей любит. Если будешь себя хорошо вести, возможно, разрешит тебе их посещать в определённые дни и определённое время. – Да что вы можете знать? Если он заберёт у меня детей, никогда не даст мне их увидеть. Он сам-то их будет редко видеть. Оставит на чужих людей – персонал нянь и гувернанток. Ни одна няня, ни мачеха не смогут заменить ребенку родную мать. – Не поймёшь этих богатых, чего им не хватает, – шептались между собой женщины. – Какой смысл менять одну на другую? Они почти одинаковые. Словно двое из ларца. Только одна чуть постарше, а другая чуть помоложе. Их, наверное, один и тот же хирург кроет и колет. Скоро этих губастых нельзя будет различить, как китайцев. Откуда у них проблемы берутся? Огромный дом, все блага, жена вся в брендах сидит дома, прислуга, дети, бабла валом. И чего им не живётся спокойно? Не пойму, хоть убей. Я смотрела на своего бывшего мужа и думала о том, что ведь у нас была с ним любовь, что бы ни говорили люди… Было время, когда он не мог на меня надышаться, сдувал пылинки. Казалось, эта такая идиллия… Но ничто не вечно под луной… Такие, как мой муж, воюют не только со своими конкурентами, но и с бывшими жёнами только потому, что из бывшей любимой женщины жена превратилась в надоевшую занозу. – Ну что, жизнь удалась? – вновь язвительно захихикала сестра мужа. – Каждому по заслугам. Этот урок научит тебя, что кроме сосатых губ у тебя нет ничего. То, что на время ты оказалась более удачливой, чем другие, ровным счётом ничего не значит. Что может дать детям такая мать, как ты? Он взял тебя с улицы и отправил обратно на улицу. – Боже, как ты мне надоела. Прекрасно знаешь, я хорошая мать. Лучше бы своих детей родила и занялась своей жизнью. Вечно лезешь в жизнь брата, потому что своей нет. – Прожжённая жизнью женщина не может быть хорошей матерью. Ты всегда была уличной девкой. Никогда не понимала, что мой брат в тебе нашёл. Говорил, ему нравится, что ты дикая и необузданная. Настрогал тебе двоих киндеров. Никому ты не будешь нужна без денег. Все друзья от тебя отвернутся. И альфонсам ты станешь неинтересна. Кому ты нужна без алиментов, которые хотела оттяпать? Ты должна ему быть благодарна за то, что жива-здорова и он не запер тебя в сумасшедший дом. Знаешь, как обычно делается: один укол, «скорая помощь» и справка о невменяемости. Думала, можешь вечно держаться за этот денежный мешок? Как бы не так. Теперь понимаешь, ничего вечного нет. И запомни, нечего бодаться с влиятельным мужиком, который решил от тебя избавиться. – А то, что Данила променял меня на двадцатилетнюю девку, нормально? Она ему в дочери годится. Это явный признак его неуверенности в себе. Он реально думает, что эта молодуха его любит? Она эскортница. Приехала в Москву на заработки. Подлегла под него в первую неделю траха и тут же влетела. Он и с ней скоро расстанется. Беременная и скоро родившая тоже будет ему не нужна. Мгновенно потеряет к ней интерес. Мой муж всегда любил с проститутками тусоваться. Слабость такая у человека. У многих богатых такие слабости, но при этом они свои семьи чтут и не бросают. А эту девку даже не остановило, что у него семья. У твоего брата рыло в пуху, а он всех убеждает, будто не у него, а у меня руки грязные. Может быть, я и была стерва, когда мы с ним познакомились, но моему мужу именно такие всегда нравились… – Я запнулась и поправилась. – Бывшему мужу… Ему всегда нравился мой буйный характер. Когда родила детей, присмирела. Мать всё-таки. Надоела, и он меня вышвырнул. Данил отлично знает, что я никогда и никого не обманывала. Мужик не имеет права забирать детей у жены и оставлять её ни с чем, хотя бы из великодушия, из-за того, что она их родила. Мужик должен поступать как мужик, а не как тварь. Не понимаю, почему мои дети должны жить с твоим братом только потому, что у него есть деньги? Дети меня очень любят, с этим он ничего не сможет поделать. Он просто хочет причинить мне адскую боль. Знает, что я без детей не могу. И мне жутко оттого, что он называет меня шлюхой. Какая из меня шлюха, если я родила ему детей? Он и беременную меня так называл, когда был пьяный. – Ты деньги тратила куда ни попадя, вот и получила по заслугам. Любовь прошла. Это нормально, что Данила поменял тебя на девку помоложе и посвежее. С такими деньгами он может себе позволить. Зачем солидному бизнесмену такая потрёпанная кукла, как ты? Так что конец твоим походам по безумно дорогим бутикам и косметологам. Кое-какое шмотьё от прошлой жизни у тебя осталось. Вот и будешь его распродавать. Скажи спасибо, что он тебя хоть этого не лишил. А за то, что родила, не уважают. Рожают кошки и собаки. Так что облом, дорогуша, по всем фронтам. Кто ты сейчас? Старуха у разбитого корыта. Ни домов, ни квартир, ни детей. Обычная прилипала, вот ты кто! Ты просто, милочка, позабыла, что у жён состоятельных мужиков есть свой срок годности. Теперь тебе остаётся только страдать и кусать локти, а мой брат будет таких, как ты, менять до старости. Просто произошла замена одного силиконового фасада на другой, поновее и помоложе. Совершенно нормальное явление. На суде много говорили о моём нестабильном психическом состоянии, плохой заботе о детях, о том, что я слишком агрессивная, что я их бью, что я полностью потеряла материнский инстинкт, а еще о моём сомнительном моральном облике, несоответствующих материально-бытовых условиях. У отца-миллионера эти условия гораздо лучше. Мол, условия жизни отца очень сильно превосходят возможности матери. А потом душераздирающая речь моего бывшего супруга о том, как он устал закрывать глаза на распутный образ жизни некогда любимой жены, что его дико утомили мои пьяные выходки. За моё развязное поведение он вынужден был переселить меня в мою скромную однокомнатную квартиру в Люберцах, чтобы ни он, ни дети не видели, как продолжается моё социальное падение, моя чудовищная деградация. Когда суд вынес решение отобрать у меня детей, я почти не понимала, что происходило дальше. – Вы же не люди! – закричала я на весь зал. – Вы нелюди! Вы в своём уме? Я хорошая мать! И все это знают! Как можно у матери отобрать детей? Данила, я тебя ненавижу! Если бы ты только знал, как я тебя ненавижу! Уж если и говорить о неподобающем поведении, то нужно говорить о тебе! О твоей жестокости и равнодушии по отношению к детям! Как ты можешь так со мной поступать? Мы женились по любви! В нашем браке было много светлых моментов! Как же я сразу не разглядела, что у тебя нет ни души, ни сердца, ни любви! Я верну своих детей, чего бы мне это не стоило. Я обязательно их верну!!! После окончания суда я бежала следом за ним к его машине и молила вернуть мне детей. Охранники отшвырнули меня от автомобиля с такой силой, что я упала на асфальт и разбила себе руки и подбородок. – Не смей больше приближаться ни к моему дому, ни к моим детям! – сквозь зубы процедил муж и сел в свою машину. – Я верну своих детей! – кричала я и, не помня себя, бежала за его машиной. – Ты пожалеешь обо всём, что сделал! В жизни всё возвращается бумерангом! Ты плохо меня знаешь, мерзавец! Если я сказала, что верну своих детей, значит, обязательно верну!!! Я верну детей через Страсбургский суд! Дальше всё происходило словно во сне. Около месяца пребывала в какой-то моральной коме. Не могла есть, спать, работать, говорить. Постоянно звонила детям, няням, мужу, но телефоны были недоступны. Видимо, поменяли номера. В один из таких коматозных дней, когда я от горя просто лезла на стенку, ко мне приехали два охранника мужа и привезли психиатра, который сказал, что ему нужно пообщаться со мной на предмет моего психического здоровья. – На каком основании? Я не нуждаюсь в ваших услугах. Я хотела закрыть дверь, но один из охранников мужа поставил ногу и не дал мне это сделать. Психиатр достал какую-то бумагу и сообщил, что у него есть постановление суда о моём принудительном психиатрическом освидетельствовании. – Да с какого перепуга? Я нормальная! Вам мой муж заплатил! Он боится, что я начну бить во все колокола и верну своих детей! Я не собираюсь бегать по психиатрам и доказывать свою нормальность, чтобы меня не упекли в психушку! Не успела я крикнуть последнюю фразу, как в мою квартиру влетели двое санитаров, буквально вышибли дверь, стали заламывать мне руки и скручивать жгутами. Когда меня тащили в машину «скорой помощи», я увидела стоящий рядом тонированный джип бывшего мужа. Мой бывший благоверный находился внутри. Я умоляла санитаров меня отпустить, говорила, что я нормальная, что это просто месть бывшего мужа. В глазах санитаров не было ни жалости, ни сострадания. Один вообще посмотрел на меня с презрением. – Кто тебя заставлял выходить замуж за богатого? – пробубнил он себе под нос. – Раньше нужно было думать. Дура, неужели не понимаешь: у такого, как твой муж, всё куплено. – Получается, чтобы у тебя не отобрали детей, нужно рожать только от нищих алкашей, которые даже при всём желании не дойдут до здания суда… – Сейчас уже хрен докажешь, что ты не бегаешь голой по улицам и не подставляешь первому встречному свой передок. Чем богаче человек, тем некрасивее поступает по отношению к своей бывшей семье. За нами ехала машина моего мужа. Я заливалась слезами и думала о том, как страшна жизнь бывшей жены миллионера. Могут запросто отобрать детей, чтобы не платить алименты, не делить имущество, и затолкать в психушку, откуда уже можно никогда не выйти. Вместе с санитарами в машине «скорой помощи» ехал охранник мужа. Я стала слёзно умолять его связаться с мужем, но, к моему удивлению, Данила сам позвонил ему на телефон. Когда охранник протянул мне трубку, я тяжело задышала и сквозь рыдания спросила: – Зачем ты это делаешь? Ты же у меня всё отобрал. Что ты ещё хочешь? – Страшно? Будет ещё страшнее. Это только цветочки. Ты и представить не можешь, что тебя ждёт, – рассмеялся в трубку мой муж. – Надеюсь, ты хорошо понимаешь: если тебя сейчас положат в больничку, у меня хватит связей и денег сделать так, чтобы ты никогда из неё не вышла. У тебя есть ровно один шанс в неё не лечь и одна минута на раздумье. Потом будет слишком поздно. – Что ты от меня хочешь? – Отказ от детей. Если готова, тебя пересаживают в мою машину, и мы едем к нотариусу. – Данила, за что ты так зверски со мной поступаешь? Что я тебе сделала? Я все эти годы жила для тебя и детей. Ты выкинул меня из своей жизни, как надоевшую вещь. Я даже не смогла забрать свои вещи из дома. Ты лишил меня всего. А я ведь полностью растворилась в тебе и детях. Жила в полном подчинении. Ты даже не позволял мне готовить детям еду, оправдывая это наличием няни. А мне так всегда этого хотелось! Я могла это делать, только когда ты рано уезжал на работу. Я не имела права вставать раньше тебя, чтобы пойти к детям. Должна была лежать рядом с тобой и заниматься утренним сексом. Ведь я делала всё, что ты хотел. Это была постоянная жизнь в компромиссе. Это даже нельзя назвать жизнью в компромиссе. Это жизнь в подчинении. Я всегда понимала, мы не может быть равными партнёрами в отношениях, что ты – царь, а я – лишь твой антураж и приложение. Просто наступил момент, когда я устала быть марионеткой в руках мужа-кукловода. Из чего бы ни была сделана клетка, она всё равно навсегда останется клеткой. Я понимаю, что стала твоей надоевшей игрушкой, но ведь у нас дети… Нас многое связывает. Но я прошу у тебя, по возможности, хотя бы иногда видеться с детьми. О каком отказе ты говоришь? – Я же сказал, у тебя есть минута, чтобы принять решение. У меня больше возможностей сделать детей счастливыми, дать им образование на уровне, путешествия, жильё, карьеру. Я нормальный отец, и хочу, чтобы дети это ценили. И не нужно говорить о материнской любви и невозможности счастья без мамы. Когда вокруг тебя сказка, любящего папы достаточно. Ты свою миссию выполнила. Сыграла роль инкубатора. Выносила и двоих родила. Женщина – это всего лишь обслуга для ребёнка. Обслугу я всегда могу нанять за деньги, причём самую лучшую. – Твоей молодой жене не нужны наши дети. Я знаю, что ты с ними сделаешь. Засунешь в какой-нибудь заграничный интернат, и у детей не будет ни отца, ни матери. Если бы я знала, что ждёт меня впереди, я бы никогда с тобой не связалась и уж, тем более, не рожала тебе детей. Вы все моральные уроды, вас не переделать. От вас бежать надо куда подальше. Надо мне было бежать от тебя ещё когда ты пьяный в нашем доме стрелял по воронам. Это видели дети. Я боялась, ты пристрелишь меня или детей. – Минута прошла, – злобно перебил меня муж. Я попросила остановить машину «скорой помощи», пересела в автомобиль к мужу и поехала к нотариусу, чтобы подписать добровольный отказ от своих детей. Когда всё закончилось, я стояла у нотариальной конторы, плохо соображала, тряслась, как в лихорадке, и смотрела, как отъезжает машина моего некогда любимого человека. – Будь здорова! – прокричал мой бывший, открыв окно, и унёсся в другую жизнь, к которой я больше не имела отношения. Глава 1 Не помню, сколько времени пила. Просто приехала домой, потянулась к бутылке… и так до бесконечности. Рассматривала фотографии детей и заливала горе алкоголем. Совсем недавно у меня были дом, дети, муж, семья, а теперь ничего. Самое страшное, что я больше никогда не увижу своих детишек. Мой бывший муж и его новая пассия сделали всё возможное, чтобы от меня избавиться. Когда ко мне приехала моя подруга детства Катя, она покачала головой испуганно. – Ужас, во что ты превратилась. Ты же спиваешься. – Я жить не хочу! – прокричала я и бросилась к ней на шею. – Катька, ты не поверишь, но ни один человек меня не пожалел! Ни капли сострадания. Почему??? – Понятно, почему. Ты ведь жила жизнью, для них недоступной. За это тебя и ненавидят. – Я не знаю, что делать. Откуда у меня возьмутся силы против мужа, который может закопать всё вокруг? Как деток жалко-то! И им, и мне страдать всю жизнь. – Ну не спиваться же. Ты и сама не заметишь, как скатишься вниз. – От меня все отвернулись. Пока я была в шоколаде, вокруг меня крутилось куча псевдо-друзей. Как только меня выбросили на улицу, все бесследно исчезли. – Оно и понятно. Все рядом, если ты на коне. Откровенно говоря, все люди продажны. – Самое ужасное – предательство близких. Я в самом страшном сне не могла представить, что муж так со мной поступит. На суде он при всех называл меня проституткой. Разве проститутки рожают двоих детей? А ведь у нас был брак по любви, и какое-то время мы жили очень счастливо. Я была хорошей женой и любящей матерью. Всё, что говорили обо мне в суде, – полная чушь. Видишь, как запросто можно оболгать человека только по той причине, что тебе надоело с ним жить… – Даже не сомневаюсь. Твоему благоверному пришлось хорошо постараться, чтобы оттяпать у тебя детей. – Катя, я ненавижу себя за то, что своими собственными руками написала отказ от детей. Понимаешь, когда я поставила подпись, у меня умерла душа. Тело ещё живое, а душа умерла. Я потеряла смысл жизни. Его больше нет. – Я бы тоже подписала, если бы стоял выбор: лечь пожизненно в дурку или подписать бумагу. Этот подонок не оставил тебе вариантов. По ходу, быть женой олигарха нынче небезопасно. Я только одного не понимаю: что должна сделать мать двоих детей, чтобы так её возненавидеть, уничтожить и оклеветать? Машка, может, ты чего-то не договариваешь? За что Данила так тебя возненавидел? – Тут и договаривать нечего. Просто наступил момент, когда он встретил другую. – Охренеть, – присвистнула Катька. – Как легко всё может поменяться. В один момент. Правду говорят: век живи, век учись. – Я тут же перешла в ранг устаревшей модели. Стала замечать, что он ко мне слишком холоден. А потом и вовсе выкинул, как котёнка. Та, что пришла в наш дом после меня, даже получила в дар все мои вещи. Когда я выходила замуж за богатого человека, никто не предупредил меня, что правила игры могут мгновенно поменяться, и однажды карета превратится в тыкву. Сегодня ты любимая жена, а завтра ею может стать та, что моложе. Она тут же займёт место и в твоём доме, и в сердце твоего мужчины. Сколько желчи и зла вокруг… Все шепчутся со злорадством о том, на что я теперь буду себе губы качать. Какие, к чёрту, губы, если у меня отняли детей? – Машка, ну кто мог подумать, что такое когда-нибудь случится? Совсем недавно ты была женой миллионера, женщиной, любящей роскошь и комфорт, матерью. Жизнь, похожая на сказку и мелодраму, превратилась в настоящий триллер. Как же все тебе завидовали! Ведь ты жила в огромном доме, каталась по всему миру, брала от жизни всё, что не могут взять другие. Даже представить не могу, как это больно – после сытой жизни остаться у разбитого корыта. Когда вчерашние друзья про тебя даже не вспоминают, и приходится за бесценок продавать вещи, которые остались от прошлой жизни. Машка, у тебя только один выход: понять, что ты проиграла. Ты сделала крупную ставку и проиграла. После того, что с тобой произошло, я ни за что не пойду замуж за богатого. Даже если он мне встретится. Страшно. Сейчас у них настоящая эпидемия – детей забирать. – А для меня самое страшное, что мой бывший будет заставлять моих детей называть его новую пассию мамой. От одной этой мысли меня подвергает в шок. А эта его новая моделька за деньги согласна на всё. Она просто нахрапом залезла в чужую семью. Забыла, что не надо рыть яму другому, попадаешь в неё сам. – Ох, не разобраться в этих мужиках. Простой мужик, хоть гуляет, да детей не отберёт, а с олигархом разговор короткий. Богатый проплатит и суд, и психушку. У него руки развязаны. Каких нравственных поступков можно ждать в семье, если их не бывает в бизнесе? Может, тебе просто такой попался? Есть же нормальные, которые разводятся, и женщину свою потом пожизненно обеспечивают. – Может, и есть, но после моего мне в это с трудом верится. Я просто отработанный материал, не более. – В любом случае, прекращай пить, – Катька отобрала у меня бутылку. – Опухла уже вся. Смотреть страшно. – А что мне делать? – беспомощно выдохнула я. – Действовать нужно. Писать в прокуратуру, обратиться в СМИ. Эти твари боятся за свой имидж. Если дело хорошенько раскрутить, можно подпортить ему репутацию. – Он всё и везде проплатит. – Не всё. В нашей стране ничего вечного не бывает. Сегодня на мерседесе, а завтра на велосипеде. Не пить нужно, а бороться. Страсбургский суд есть, наконец, ведь никто не отменял права человека. – Он не только в психушку, но и на тот свет может отправить. Там, где начинаются большие деньги, заканчивается любая человечность. Данила же не хозяин чебуречной или пельменной, чтобы я могла наслать на него разные комиссии, и чебуречную закрыть. – В любом случае, нельзя сидеть, сложа руки, надо действовать. Я потянулась за бутылкой, но Катька держала её мёртвой хваткой. – Ещё одну рюмку… – Ни одной. – Дай, я сказала. – Не дам. Хватит пить. – А что бы ты делала на моём месте? – Наверное, умерла бы, – честно призналась Катька. – Я действительно не представляю, как жить, когда всё потерял. Ведь у тебя была жизнь – лучше не придумаешь. Я же хорошо помню, как на тебя, будто манна с неба, свалились дорогие машины, одежда от известнейших дизайнеров, самые роскошные курорты мира и безграничные возможности. А теперь более чем скромная однокомнатная квартира в Люберцах. Сидишь, совершенно беззащитная, спивающаяся женщина, испытывающая чудовищные душевные муки. Там, где большие деньги, всегда большие проблемы. – Если бы я не подписала проклятый отказ, лежала бы в психушке. В дурке меня бы закрыли навечно, состряпав бумагу, что я опасна для общества и должна находиться в стационаре. Даже если начну писать в прокуратуру, составлять бесконечные иски, рассылать всюду письма, всё равно не добьюсь никакой справедливости и не увижу детей. Он просто отправит детей в заграничный интернат, куда меня никогда не пустят и адреса которого я никогда не узнаю. – Короче, с богатым козлом сколько ни живи, он всё равно будет искать причину, чтобы выкинуть бывшую на помойку, – покачала головой Катька. – Это у них в крови. Разве можно так поступить с матерью своих детей?! Я не поклонница Абрамовича, но то, что он развелся тихо-мирно и оставил свою бывшую не в накладе, мне очень импонирует. Ни шума, ни пыли. А Данила мало того, что поменял надёжный тыл на малолетку, ещё и перевернул всё так, просто караул… Жаль, что мы не на Западе, иначе пришлось бы Даниле, как Абрамовичу, половину отдать. А в России для тех, кто близок к власти, закон не писан. Если по правде, в данной ситуации победителей нет и быть не может. Неужели деньги так сильно меняют сознание? Хотя, если разобраться, Абрамович разводился в Лондоне. Там применялись нормы английского права. Там по-другому не получилось бы. А мы в России, и у нас разводятся в более жёсткой форме, никто не верит в силу закона. Любую, как бы счастлива она ни была в браке, если у мужика крышу снесло, закон защищает только на бумажке. Эх, если бы ты жила на Западе, его бы до трусов раздела. Нормальные мужики жене всегда хорошие отступные выписывают. Катька посмотрела в мои глаза, полные слёз, сжалилась и налила мне рюмку. – Выпей. Только одну. И не реви. – Какой чудовищный удар в спину, – тут же выпила я до дна. – Вправду говорят, хочешь узнать человека, разведись с ним. – Девки лезут к женатым, женатые выбрасывают из жизни, как использованные перчатки, своих жен. Нет никакой гарантии. Уважения к женщине ноль, к детям… Кошмар просто. Вот и думай после такого, стоит ли замуж выходить? Чтобы потом судиться с человеком, для которого делала всё столько лет, рожала детей?.. Да на кой нужны такие мужики! Страшно представить масштаб его богатств. Но ему нужно тебе так нагадить, чтобы жизнь была не мила. Это не хозяин ларька на рынке разводится, а олигарх. Уверена, свою новую прелестницу, которая полюбила его бескорыстной любовью, он тоже поменяет. – Даже не сомневаюсь. – Почему мужья, прожив с женами несколько лет, становятся жестокими? Если строишь новую семью, уйди, но помоги детям и бывшей жене хоть финансово пережить эту трагедию полегче. Ведь предательство тяжело простить и отпустить. Порядочный человек и развелся бы порядочно, а не отжимал у жены каждую копейку. Ну, серьезно, поступил бы по-людски, оставил бы домик, дачку. Можно подумать, с него убудет. Противно думать, что у всех мужчин трусливо-предательский подход к расставанию. Многие мужчины уходят из семей, но не многие уходят достойно. Новая малолетка, наверное, соображает, что дальше будет, поэтому сейчас по максимуму попытается отжать все, что можно, пока еще одна молодуха до олигархического тела не добралась. Ой, знаешь, Машка, пусть тебе эта жизнь вспоминается, как самый страшный сон. Может, и хорошо, что ты из неё вынырнула. Пусть даже такой ценой. Что за жизнь: сидишь в клетке, делаешь только то, что муж говорит… Каждый день как на пороховой бочке, в каждой девке змея мерещится. Меха, драгоценности, прочая лабуда этого не стоят. – У его новой пассии скоро свой ребёнок будет. Мои дети ей точно не нужны. – Все любовницы, чтобы прибрать мужика к рукам, сразу стараются забеременеть и родить. Способ далеко не новый, но до сих пор один из самых действенных. Так, как развёлся Данила, обычно разводятся мужики, у которых уже есть другая баба. Значит, дама хоть и молодая, но слишком продуманная. Эта штучка далеко непростая, если он ради нее развелся и сразу на ней женился. Акула зубастая. Ну, разлюбил, бывает. Поступи порядочно с тем, кто был с тобой рядом много лет. И живи себе дальше. Почему-то бывшие жены Абрамовича и Чубайса остались не в таких обидах и не внакладе. Многое развод говорит о мужчине… И не важно, миллиарды у него или дыра в кармане. А уж с деньгами, как у нашего принца, смешно мелочиться. Я не удержалась, отобрала у подруги бутылку, вновь зарыдала и стала пить из горла. Наверное, у меня был такой жалкий и несчастный вид, что Катька перестала со мной спорить, села рядом, обняла и принялась меня успокаивать. Так мы и сидели, обнявшись. Я обнимала бутылку, а Катька обнимала меня… Глава 2 Я проснулась с дикой головной болью. Катьки уже не было. Видимо, дождалась моего бессознательного состояния, положила меня спать и ушла. Я протёрла заспанные и даже заплывшие от чрезмерного употребления алкоголя глаза и посмотрела на себя в зеркало. – Господи, какая же я страшная. Чучело. Машка, на кого ты похожа? Даже не скажешь, что когда-то была женой олигарха. Эх, девица-красавица, что с тобой стало… Я перевела взгляд на фотографии детей, подошла к тумбочке, положила их лицом вниз, чтобы не травить душу, и подумала о том, как сильно хочу выпить. Недолго думая, надела спортивный костюм, посчитала в сумке остаток денег и отправилась за бутылкой. Если хватит, куплю парочку, ведь можно пить, не закусывая. Как ни странно, на улице было жарко, и в такой тёплой одежде, как у меня, почти никто не ходил. Но меня это волновало меньше всего. В голове промелькнула мысль: на что буду пить, когда закончатся копейки в моём кошельке? И тут же возникла другая мысль: я всегда могу украсть кошелёк у кого-нибудь. Я никогда не делала это раньше, но почему бы не попробовать. Делают же другие. Что-то я вчера сглупила, не попросила у Катьки взаймы. Мне кажется, она бы дала, хотя прекрасно понимает, что мне просто нечем отдавать. Большинство моих вещей остались в доме мужа, я даже не успела их взять, но что-то есть на квартире. Вспомнились Катькины слова о том, что я могу их распродавать, ведь вещи дорогие, брендовые. Всегда смогу выручить за них какие-то деньги. Хватит и на выпивку, и на закуску. Зайдя в магазин, я купила бутылку водки, потому что бессмысленно покупать вино, от него ни черта не вставит, а денег уйдёт почти столько же, если не больше. Крепко прижимая бутылку к груди, я стала смотреть, что могу купить на закуску. Остановилась на небольшом луковом батоне. – Маша, ты? – услышала я чей-то голос. Я подняла голову и посмотрела на мужчину, который мне казался знаком, но было тяжело вспомнить, где именно я его видела. Да и не очень-то хотелось, потому что больше всего на свете я мечтала выпить. Даже руки тряслись. Я боялась выронить бутылку и, не дай бог, разбить. – Как ты? – не унимался мужчина и разглядывал меня с удивлением. Оно и понятно. Я знала, что выгляжу не самым лучшим образом. – Хорошо, – буркнула я и бросилась прочь из магазина. – Машка, ты меня не узнала? Ну, посмотри внимательно. Ты меня действительно не помнишь? – Мне сейчас некогда. Я занята. – Чем? Ты куда-то торопишься? – Выпить хочу. – Так одной скучно пить. Хочешь, составлю тебе компанию? Я остановилась, кивнула и подумала, что уж лучше пить с незнакомцем, чем одной в стенах своей квартиры, сдыхая от горечи и одиночества. Мы сели на лавочку в сквере. Я тут же открыла бутылку и хотела сделать глоток из горла, но мой новый знакомый, шокированный моими действиями, не позволил. – Давай, сбегаю за бумажным стаканчиком. Не из горла же пить. – Только время терять. Мне нормально, – бросила я, сделала большой глоток и закусила луковым хлебом. Меня сразу перестало трясти, я почувствовала себя гораздо легче. Жизнь потихоньку налаживалась. – Машка, вспомни. Я Макс, учился в параллельном классе. В восьмом классе мои родители переехали в Америку, ну и я с ними. Ты не можешь меня не помнить. Я всмотрелась в лицо мужчины и улыбнулась. – А, точно, Макс. Помню. Мы с тобой один раз с уроков сбежали. Сколько времени прошло… – Не говори. Мы стали такими взрослыми. – Ну и как там Америка? – Стоит, что с ней будет. Я очень престижный университет закончил. Работу хорошую нашёл. Всё в моей жизни сложилось более чем удачно. – А вернулся чего? – Как чего? Соскучился. У меня тут бабушка, все родственники. А как ты, Машка? Как твоя жизнь? Я посмотрела на бутылку, сделала внушительный глоток, затолкала в рот кусок хлеба и растерянно пожала плечами. – А я стала алкоголичкой. Ничего нового. Скоро сопьюсь полностью, сдохну. Вот, собственно, и всё. – У тебя, наверное, что-то случилось. У всех людей бывает чёрная полоса. Это пройдёт. Я слышал, ты очень даже удачно вышла замуж, за влиятельного человека. Живёшь в шоколаде и вроде всё у тебя лучше всех, другим на зависть. Я, кстати, искал тебя в соцсетях. Как ни странно, тебя нет ни в одной социальной сети. Мне показалось это очень нетипичным, ведь мы все сейчас только и общаемся через соцсети. – Муж не разделял увлечение социальными сетями, а я старалась во всём его поддерживать. Он считал, что такой статусной семье, как наша, лучше не светиться в интернете. Ведь именно из интернета люди узнают обо всех твоих передвижениях, планах и о том, что им знать не положено. – Я об этом как-то не подумал. Просто увидел, что тебя нигде нет. А что сейчас с твоей статусной жизнью? Почему ты пьёшь водку из горла на лавочке в сквере? – Я попала в сказку, которая оказалась ловушкой. Сейчас не верится, что когда-то мы с мужем ходили в парке в обнимку. Что он меня на вертолёте катал, кормил черешней из рук. Нам тогда казалось, мы самые счастливые. Сначала был праздник. Потом пошли будни и тотальный контроль. На память о браке остались только документы и фотографии. Даже кошку прихватить не смогла… Я разоткровенничалась. Вспоминала, как всё начиналось и чем закончилось. Будучи в браке, я понимала, что за душой ничего своего нет, но дура была, верила, что счастье на всю жизнь. Сказать, чтобы муж на меня что-то оформил, нельзя. Сразу дикий крик: «Ты что, разводиться со мной собралась? Не волнуйся, вот умру, и всё твоё будет». Работать категорически запрещал. Зачем, когда муж с такими деньжищами. Работу забросила. Как только начинала говорить хоть о какой-то самостоятельности, муж тут же мне делал очередного ребёнка, чтобы не вела дурацкие, по его мнению, разговоры. Даже спираль без его согласия поставить было нельзя. Секса почти не было, изменять нельзя, катаешься в машине с охранниками в полном страхе, что они ему что-то не то донесут. Сколько таких жен и любовниц потом закапывали: без вести пропадали, и всё. Птичка в золотой клетке, да и только. У олигархов на уме только власть и деньги, а семья просто достижение – меряются количеством детей. В этом мире действуют жестокие волчьи законы. Если бы повернуть время вспять, я бы мужа своего обошла за тридевять земель. Обычно такие, как он, детей забирают, хоть нужны, хоть нет. Я раньше думала, мне очень повезло, что я жена олигарха, но оказалось, всё совсем не так. Муж оказался жутко ревнивым тираном. Очень строгим, требовательным, грубым, иногда даже в постели… Это тяжело объяснить. Он поступал так, будто я обязана ему отдаваться. Принуждал к сексу, раздевал, не спрашивая, хочу ли я. Это, мягко говоря, не очень приятно. Чувствуешь себя униженным и бесправным существом. Но самое страшное, что почти нет свободы. Ничего нельзя. Муж отслеживал и контролировал каждый мой шаг. Даже угрожал, говорил, что убьет, если изменю. Предупреждал, что никогда не даст развод, потому что я его собственность. Богатые чаще всего подонки. Они считают, если у них деньги и власть, им всё дозволено, они могут делать с нами всё, что хотят. – Значит, ты больше не с мужем? – А по мне разве не видно? – не могла я не усмехнуться. – История банального треугольника, в котором я оказалась слабым звеном. Молоденькая моделька заняла моё место. Но у неё ума не хватает понять, что заняв место, она освободила своё для другой любовницы. Если мужик привык иметь жену и любовницу, он всегда будет жить по этому сценарию. Просто действующие лица будут меняться. Мне казалось, в браке я вела себя достаточно мудро, тему измены никогда не поднимала. Делала вид, будто такой проблемы для меня не существует. Но и это не помогло. Значит, что-то пошло не так. А ты женат? – Нет, – тут же выпалил Макс и немного растерялся. – Почему? – Потому что всегда любил тебя. Ещё со школы. Письмо тебе написал перед отъездом, но так и не смог отправить. – Ты что, дурак? – Видимо, да. Прилетел и загадал желание обязательно тебя встретить. И вот… встретил. – Не ожидал увидеть меня такой? – я поправила давно не мытые сальные волосы и вновь выпила водки. – Такой нет. Но это поправимо. Упасть может любой, главное, вовремя подняться с коленей. Давай, помогу тебе встать. – В каком смысле? – В прямом. Ты сможешь не пить? – Нет. Не хочу жить на трезвую голову. – Тогда давай, я положу тебя в больничку. – В какую ещё больничку? – перед моими глазами тут же предстали воспоминания, когда Данила хотел положить меня в психушку. – Всего на несколько дней в реабилитационный центр, чтобы тебе кровь хорошенько промыли, капельницы поставили, чтобы тебе больше пить не хотелось. Я изменилась в лице и посмотрела на Макса взглядом, полным презрения. – Тебя мой муж подослал? Сколько он тебе приплатил? Ненавижу! Все вы твари продажные! Что ему ещё надо?! У меня уже и так всё отобрали! Смерть моя нужна, чтобы жить спокойно и совесть не мучила? Чтобы дети, когда подрастут, ничего не спрашивали, и им можно было говорить, что их мать умерла? Хотя о какой совести может идти речь? Капельницу мне поставят… Умники. Что вы мне прокапать хотите? Что-нибудь такое, чтобы я уже никогда не очнулась? – Маш, да что ты такое говоришь? Я твоего мужа знать не знаю, в глаза никогда не видел. Не представляю, как он выглядит. Я просто хочу помочь тебе стать прежней. – Прежней? А ты уверен, что я хочу? Прежней я уже не стану. Я сдохнуть хочу! Просто сдохнуть, и всё. И не в какой-нибудь больничке или реабилитационном центре, а просто хочу выпить что-нибудь и не проснуться. Став жадно пить водку большими глотками, как воду, я молниеносно подскочила с лавочки, побежала в сторону дороги и хотела броситься под колёса проезжающей машины, но Макс успел вовремя меня схватить и вместе со мной упасть на обочину. Я уткнулась ему в грудь и заревела. Глава 3 В самолёте, который уносил нас в Америку, я сидела рядом с Максом и смотрела в иллюминатор. Когда Макс предложил улететь с ним в далёкую страну, я даже не думала. Куда угодно, только не оставаться в своей квартирке и не погружаться в тихое домашнее пьянство. Виза и загранпаспорт у меня были. Насчёт денег Макс велел не беспокоиться. Возможно, он прав. Подальше от дома я смогу побыстрее прийти в себя, восстановиться, набраться сил. Ведь надо придумать, как вернуть детей. Перед отлётом Макс всё-таки заставил меня почистить кровь и привести себя в порядок. Когда мы зашли в квартиру Макса, я не могла не удивиться, насколько она маленькая и как в ней всё просто. – Тебе не нравится? – тут же насторожился он. – Просто не думала, что у тебя такое крохотное жильё. – Но я же не твой бывший, миллионами не ворочаю. Родители живут в Нью-Йорке. У них, конечно, хоромы побольше. А я перебрался в пригород. Довольно милый городишко. Считается студенческим городом. Тут действительно полно студентов сразу несколько высших учебных заведений. А какие тут фермерские рынки, пальчики оближешь. Уверен, ты ничего подобного в жизни не видела. Ещё этот городок славится необычными американскими гостиницами из красного и белого камня. А вообще здесь удивительная природа. Тебе понравится. – Господи, Макс, ты не представляешь, как я тебе благодарна за то, что увёз меня из ада. Мне всё нравится! И городок, и твоя маленькая квартирка, и всё-всё-всё! Только вот, думаю… Может, мне надо было свою квартиру в Люберцах сдать, чтобы хоть деньги какие-то капали. Пусть небольшие, но всё же деньги, ведь я без средств к существованию. – Не понимаю, о какой квартире ты говоришь, – плюхнулся Макс на диван. – Как о какой? О своей. – Так ты же её продала. – Как продала? – опешила я. – Машка, ты пила тогда сильно и, видимо, у тебя память напрочь отшибло. Когда согласилась поехать в Америку, сказала, что хочешь продать свою квартиру, так как нам нужны деньги, и ты не хочешь висеть камнем у меня на шее. Я отговаривал, но ты настояла. А с тобой спорить бесполезно. Продали квартиру совсем задёшево, потому что не было времени выбирать. За считанные дни можно продать только по дешёвке. Именно это мы с тобой и сделали. – Там было много дорогих брендовых вещей, – выдохнула я и прямо по стене сползла на пол. – Ну, так ты со всем барахлом её и отдала. Сказала, что новая жизнь и новые вещи, что ты не хочешь ничего старого перетаскивать в новую жизнь. – Как же я могла продать своё единственное жильё? У меня же больше нет угла. – Машка, я же говорю, ты пила до белой горячки. Спорить с тобой было бесполезно. В общем, мы квартиру продали и сразу положили тебя в больничку, чтобы привели в порядок. Ты же на человека тогда не походила. Тебя промыли хорошенько, капельницы поставили. Ты ожила. Опять в глазах огонёк озорной появился, в который я когда-то влюбился. Так что про квартиру забудь. У тебя её больше нет по твоей инициативе. – А деньги где? – спросила я Макса дрогнувшим голосом. – Я же говорю, мы её задарма продали. Сама подумай, как можно продать квартиру за несколько дней. – Хорошо, а где эти задарма? – Так нас же кинули. – Как кинули? – Ну как людей кидают? Прямо на сделке. Мы же хотели деньги наликом взять, а нам дали «куклу». Но мы это потом поняли, когда сделка произошла. – Какую «куклу»? – Маш, ну ты словно только сейчас на свет родилась. «Кукла» – это пачка ненастоящих денег. Иногда она бывает так идеально сделана, что её вообще хрен отличишь. Вот и нам такую «куклу» подсунули. Мы и подумать не могли, что нас нагрели. Я пачку не вскрывал, а когда ты на лечение легла, пошёл в обменный пункт, и там узнал, что деньги – не деньги. – Ну, если деньги ненастоящие, так и сделка недействительная. – Это ты сейчас говоришь, когда трезвая, а тогда тебе было до всего по барабану. Где ты раньше была? А то я, как лох урюпинский, один со всем носился? Конечно, я с этой «куклой» бросился к тем, кто нас так технично нагрел, да только квартиру ещё раз перепродали, концов не найдёшь. Когда квартира дважды продана, про неё можно забыть. Столько судов, столько волокиты, столько денег, и всё впустую. Это если бы мы захотели её вернуть. Короче, Машка, про квартиру можешь забыть. Считай, ты её пропила. Ну что ты так подозрительно смотришь? – Потому что ты чушь несёшь, – только и смогла сказать я. – Машка, ты чего?! Я для тебя столько добра сделал. Столько с тобой возился. В Америку увёз. А ты не веришь. В чём я виноват? В том, что ты бухала целыми днями и забила на всё на свете? Только командовала, что я должен делать. Ты даже представить не можешь, как я поругался с тобой из-за того, чтобы ты не продавала свою квартиру. Но все мои скандалы не увенчались успехом. Ты пьяная вообще упёртая. Ты мне благодарной должна быть, а не смотреть как на врага народа. – За что благодарной? – Если бы не я, ты бы уже сгорела от водки. А квартиру ты бы пробухала, что со мной, что без меня. Ты что, первый раз слышишь о том, что алкоголики квартиры пропивают? Да всё на свете отдадут за глоток водки. Ты красивую жизнь потеряла вместе с детьми, а тут из-за какой-то квартиры расстроилась. Я смотрела на Макса и чувствовала подвох. У меня появились все основания ему не доверять. Вспомнилось, как Макс дал мне что-то выпить и… страшный провал в памяти. Помню только больницу, капельницы, чистку организма. В любом случае, сама виновата. Сорвалась с катушек, результат налицо. – За реабилитацию я платил. За билеты в Америку тоже я. Машка, я не твой бывший, и у меня нет денег, чтобы жить на широкую ногу. Реабилитация нынче недешёвая, билеты тоже. – Может, я тебе ещё денег должна? – поинтересовалась я обречённо. – Должна, – как ни в чём небывало, ответил он. Я почувствовала, как начинаю паниковать. – У меня были деньги только на один билет, а на твой билет и твоё лечение я занимал. Так что мне деньги ещё отдать нужно. – Ты же говорил, у тебя работа хорошая. – Была когда-то. У меня возникли проблемы, перед тем, как ехать в Россию. Не мог же я тебе сказать, что у меня с работой кирдык. Хотелось перед тобой хвост распушить. О своих неудачах не рассказывать. – Распушил. Чем будешь долг отдавать? – Заработаем. – Каким образом? Я по диплому никогда не работала. По нему в России без опыта работы не устроишься, а тут он вообще недействительный. – Маш, ты иногда такую пургу несёшь, уши в трубочку заворачиваются. Какой диплом? Он здесь даром никому не нужен. Зарабатывать можно и без диплома. Тут физической работы полно. Не переживай, выкрутимся. Я сидела на полу, смотрела на Макса и думала о том, как мне всё это не нравится. Пыталась вспомнить последние события до отлёта в Штаты, но ни черта не могла. Страшный провал в памяти. Помню только, как Макс увидел меня в магазине, как мы с ним сидели на лавочке, я выпивала, потом решила покончить жизнь самоубийством и бросилась под колёса машины. Он не дал мне это сделать. Я осталась в живых. А потом только воспоминания из реабилитационного центра… Помню, как пожилой врач рассказывал, что в моём организме скопилось слишком много токсичных веществ, и что мой организм просто необходимо почистить. Помню, как мне вводили кучу разных растворов, которые должны были устранить сдвиги в организме, возникшие при употреблении алкоголя. После больницы мы сразу поехали в аэропорт. Макс сказал, что у нас уже куплены билеты, и мы можем опоздать на рейс. При этом он велел вещи не брать, мол, все необходимое купим на месте. Мы, наверное, были единственными пассажирами в самолёте, кто летел без багажа, налегке, в столь далёкую страну. На нас даже пограничники смотрели подозрительно, мучали вопросами про то, сколько у нас с собой денег, долго проверяли. Похоже, думали, что мы перевозим либо деньги, либо наркотики. Никто же налегке не летает. Я пришла к неутешительному выводу: память меня сильно подводит. Когда надумала броситься под колёса машины – помню, а что было потом, вплоть до того момента, как оказалась в реабилитационном центре, сплошной провал в памяти. – Ты всё ещё убиваешься за свою малогабаритную квартиру? До этого ты потеряла больше и, мне кажется, так не убивалась. – Не говори глупости. Тогда я теряла всё при здравом уме и трезвой памяти. – Но тебя же никто не просил бухать. – Просто я думаю о том… – О чём? – заметно напрягся Макс. – Макс, кто ты? – В каком смысле? – Я тебя помню. Мы действительно учились в параллельных классах, но почти не пересекались. Потом тебя в школе не стало. Сказали, твоя семья переехала. Я не знала, куда. И вот спустя много лет ты появился в моей жизни. Зачем? – Я же ответил: потому что люблю тебя. Все эти годы мечтал с тобой встретиться. Даже мысленно представлял, какой она будет, наша встреча. И меня нисколько не смущает, что я застал тебя в один из самых тяжёлых периодов твоей жизни. Я счастлив, что спас тебе жизнь, что ты очень постаралась и стала ещё краше, чем прежде. А насчёт денег не переживай. Деньги – дело наживное. Заработаем. – Ты же лишился своей престижной работы. – Но у меня уже есть другая. Если хочешь, возьму тебя к себе. Ты всегда мечтала о самостоятельности. Поэтому не переживай, на моей шее сидеть не будешь. Начнём зарабатывать и подниматься вместе. Этим вечером мы гуляли по городу. Макс показывал мне местные достопримечательности. Рассказывал, что в большинстве случаев мы просто видим выставочную Америку, что американцы могут преподнести всё, что угодно. Вроде бы в этом городе ничего особенно интересного нет, а хочется всё посмотреть и везде задержаться. Всё просто, но создаётся впечатление, что ты попадаешь на обложки журналов. Хотя, если разобраться, состояние многих домов напоминало промзону. Очень много разбитых окон. Многие не стеклят, а почему-то закладывают кирпичом. В одном месте может находиться и склад, и завод, и церковь. Очень много одноэтажек. Мне показалось, цены в магазинах более чем высокие. Мы сели в самой обычной таверне, заказали ужин. – Ты, наверное, не привыкла есть в таких забегаловках, – вздохнул Макс. – Когда была замужем, к твоим услугам были только лучшие курорты мира. – Всё осталось в прошлой жизни. Что сейчас об этом говорить. – Знаешь, тут полно улиц, куда лучше вообще не ходить. – Почему? – Таких районов полно в любом городе. Туда не заходит даже полиция, не вмешивается в местные разборки. Есть незримые границы, куда никто носа не суёт, а те, в свою очередь, не выходят за границы. Одним словом, я тебе потом покажу, куда тебе нельзя. Макс потягивал пиво, я лимонад, так как боялась попробовать алкоголь и опять сорваться. Я медленно ела гамбургер, слушала Макса, а в голове вертелась мысль: ЗДЕСЬ ЧТО-ТО НЕ ТАК… Глава 4 Мы вернулись домой. Макс расстелил диван, превратив его в кровать, и достал из шкафа подушки и одеяло. Затем скинул с себя джинсы, развалился в слегка вызывающей позе и стал тянуть ко мне руки. – Машка, иди ко мне. Ты не представляешь, как долго я об этом мечтал. Ещё со школьной скамьи. Ну, тогда я, правда, мечтал не о сексе, а просто о том, чтобы тебя поцеловать. Мы же были детьми. Мне казалось, от одного поцелуя унесёт голову. Помню, как на одной перемене ты была совсем рядом со мной. Я с огромным трудом сдержался, чтобы тебя не поцеловать. Так хотелось коснуться твоей щеки губами. Честно, я тогда испугался. Ты была такой неприступной. Я остановилась в замешательстве. Макс поманил меня к себе и продемонстрировал своё накачанное красивое тело. – Машка, хватит рассматривать мою нору. Лучше глянь, какой роскошный красавец тебя ждёт. Ты что, меня стесняешься? Вроде уже большая девочка, мы с тобой давно не дети. У меня только один диван. Так что выхода нет, придётся тебе лечь со мной. Давай хоть немного расслабимся, и я покажу тебе нормальный секс. Ну что тебе твой олигарх мог показать? Сама рассказывала, что секса почти не было. У них же там стоит только на бизнес. А в постели они слабаки, да и чаще всего им и не надо. Иди ко мне. Я села на краешек раскладного дивана и сложила руки на коленях, как школьница. – Максим, если честно, я плохо понимаю, зачем сюда прилетела. – Ну а что тебе оставалось делать на родине? Загнуться от пьянства?! Машка, я же тебя встретил в тот момент, когда ты полностью сломалась. Ни силы воли, ни духа, ни характера. Я даже испугался, что тебе уже не подняться. Стыдно, но меня даже такие мысли посещали. Опухшее лицо, немытые волосы, обгрызенные до мяса ногти. Ты на глазах превращалась в существо неопределённого рода. Жуть! Ещё чуть-чуть, ты бы потеряла не только женский, но и человеческий облик. Маш, чего сейчас гадать, правильно ты поехала или нет. Нечего тебе было делать на том пепелище. Всё у нас с тобой будет нормально. Работать будем, денег сколотим, заживём как нормальные люди. За своих детей не переживай. – Как я могу за них не переживать? – Я не это хотел сказать. Просто нужны время и деньги. Немного подзаработаем, а потом будем думать, как их вернуть. – Считаешь, это возможно? – я посмотрела на Макса с надеждой. – Девочка моя, в этой жизни нет ничего невозможного. Иди, наконец, ко мне. Макс притянул меня к себе и стал целовать. В постели Макс был хорош. Он настолько всё профессионально делал, что мне пришла в голову мысль, что у него богатый опыт. Уж что-что, а удовольствие женщине он доставить умел. Не прошло и несколько минут, как я уже застонала от оргазма, а потом ещё и ещё… Когда Макс пошёл принимать душ, я лежала, слегка потрясённая, и думала о том, что с мужем у меня ничего подобного не было. Если только в самом начале отношений, ещё до рождения детей, когда нас с головой накрыла страсть. Но тогда всё было по-другому, благодаря обоюдным чувствам, которые сотрясали обоих, а здесь просто отличный секс, без намёка на чувства. У Макса классное тело, но оно совершенно чужое. А у Данилы была родной каждая родинка, ямочка и царапинка. – Вот и всё, а ты боялась, – Макс приобнял меня и засопел. Я проснулась оттого, что Макс в полотенце на бёдрах принёс мне кофе прямо постель. – Просыпайся, моя школьная любовь. Что тебе снилось на новом месте? – Даже не помню. Я закуталась в простыню, села, скрестив ноги, и стала потягивать кофе. – Ну и как тебе первое утро в Америке? – Оно у меня не первое в этой стране, – грустно заметила я. – Было время, когда мы с бывшим мужем исколесили её вдоль и поперёк. Но это была совсем другая Америка. Мы жили в невероятных апартаментах. А на Манхэттене остановились в изумительном пентхаусе. Он был такой огромный, три тысячи квадратных метров! Я когда в него вошла, у меня был дикий шок. Там можно спокойно заблудиться. А какой завораживающий вид на центральный парк! – Ну, милочка, это я уже понял. С мужем ты видела одну Америку, а со мной совсем другую. – Я не хотела тебя обидеть. Ты спросил, я ответила. Жаль, что у тебя ни балкона, ни террасы нет. Можно было бы по утрам кофе пить. – Ерунда! У нас есть окно. – Макс распахнул окно, и комнату залило солнечным светом. – Давай, допивай кофе, и пойдём, прошвырнёмся по магазинам. У меня-то барахла полно, а у тебя нет ничего из одежды. Купим тебе обновочки. Я знаю, как вы, девочки, любите шопинг и как он поднимает вам настроение. Я, конечно, не твой бывший муж-олигарх и не могу бросить к твоим ногам самые дорогие бутики мира, которые ты реально заслуживаешь, но что-нибудь из шмотья прикуплю, ведь у тебя даже трусов запасных нет. – Давай не будем про моего бывшего. Что мы постоянно про него говорим? Макс, у тебя и так долги. Как же мы что-то покупать будем? – Точно так же, как я сюда тебя привёз. В долг. Заработаем, рассчитаемся. Машка, деньги – дело наживное. Ты думаешь, только мы живём в долг? Чёрта с два! В долг живёт вся Америка. У них дома, машины, яхты, всё в кредитах. Платишь денежку за дом каждый месяц. А если потерял работу, тебя пнут под зад ногой, ведь дом принадлежит банку, и никому нет дела, сколько ты за него заплатил. Так же и с машинами. Хоть один платёж пропустил, отберут и ещё заставят платить неустойку. Так что у нас с тобой просто мизерные долги по сравнению с американцами. Чуть позже мы ходили по недорогим магазинчикам и купили мне несколько платьев, комплектов белья и даже обувь. Макс объяснил, что в этих магазинах вся одежда китайская. Мол, в Америке вообще почти всё китайское, только качество вещей бывает самое разное. В дорогущем бутике и в обычном магазине могут продавать две совершенно одинаковые куртки с ощутимой финансовой разницей в несколько раз. – Мне больше всего алое понравилось с глубоким декольте, – Макс нёс пакеты с особой гордостью и важно вышагивал. Было видно, что заниматься со мной шопингом ему в удовольствие. – Кстати, тебе алый безумно идёт. Ты такая сексуальная. Я, конечно, понимаю, ты про такие марки одежды никогда и не слышала, но бренды – не главное. Важно, как это на тебе сидит. – Макс, мы же договорились не вспоминать про роскошь моей бывшей жизни. – У тебя сиськи большие, красивые. Силиконовые, – тут же сменил тему разговора Макс. – Откуда знаешь, что силиконовые? – Машка, у меня глаз алмаз. У меня опыт по общению с вашим полом знаешь, какой… – Какой? – Более чем. Тебя муж заставил сиськи сделать? – Что значит, заставил… Просто я двоих родила, и мы решили мою грудь после второго ребёнка освежить. Для мужа было очень важно, чтобы я выглядела на все сто. Когда Макс остановился у небольшого магазинчика с париками, я тут же его одёрнула и дала понять, что нам незачем туда заходить. – Макс, пойдём, я парики терпеть не могу. Я их никогда не носила и носить не буду. У меня свои волосы хорошие. – Ну, давай примерим. – Не хочу и не буду, – незамедлительно запротестовала я. – Ради меня. Сделай мне приятное. Я знаю, ты сногсшибательная блондинка, но давай примерим чёрный каре. – Мне чёрный вообще не идёт. – Ты так упрямишься, будто я заставляю тебя куда-то в нём идти. Мы просто примерим. За примерку с нас деньги не возьмут. Макс тут же поставил меня перед зеркалом, нацепил на меня чёрный парик и стал восторгаться. – Ты только посмотри, как тебе идёт. Как ты красива! У тебя такая внешность, что тебе идёт всё подряд. – Мне не нравится, – поспешила я стащить ненавистный парик. – А огненно-рыжий нравится? Мне кажется, очень стильный. – Вообще вульгарный. – А я думаю, ты в нём будешь женщиной-вамп. Давай примерим. – Макс, я чувствую себя в парике, как в зимней шапке летом. Как дебилка. Но Макс уже нацепил мне на голову огненно-рыжие кучеряшки и стал внимательно меня разглядывать. – Машка, а ведь в этом что-то есть… – Как уличная девка. – Не скажи. А мне, наоборот, кажется, появился необыкновенный лоск. Как только я скинула с головы рыжий парик, Макс тут же взял два парика и пошёл их пробивать к кассе. Сказать, что я была удивлена, значит, ничего не сказать. – Макс, зачем мы покупаем то, что я всё равно не буду носить? То ты говоришь, у нас нет денег, то покупаешь то, что мне совершенно не нужно. – Ладно, не кипятись. Я купил ради забавы. – Я видела, сколько эта забава стоит. Немало. – А может, я купил это для ролевых сексуальных игр. Почему нет? У нас с тобой отличный секс. Почему бы нам не устроить эксперименты… – Макс, какие глупости ты несёшь… – Вот из-за того, что ты считаешь моё предложение глупостью, от тебя мужик к другой и ушёл. К той, которая так не считает. Когда мы вышли из магазина, я увидела женщину с двумя детьми – девочкой и мальчиком. Мне показалось, они такого же возраста, как и мои. Я подошла к ним поближе и, извинившись, попросила у женщины разрешения обнять детишек. – Я не поняла, что вы хотите? – заметно напряглась женщина. – Зачем вы так? Я не сделаю им ничего плохого. Мне можно их просто обнять? Женщина решила, что я сумасшедшая и, пригрозив полицией, тут же отвела от меня детей как можно дальше. Глава 5 Когда мы вернулись домой, Макс положил пакеты с моими вещами на стол и сообщил, что ему нужно отлучиться на пару часов. Велел мне ждать его в квартире. – Только не вздумай никуда выходить. Сама видела, какие тут страшные районы. А то пойдёшь, я потом концов не найду, где тебя искать. Постараюсь вернуться быстрее. – А ты куда? – Хочу узнать насчёт работёнки. Нужно же нам на что-то жить и долги отдавать. Когда за Максом закрылась дверь, я распахнула окно, залезла с ногами на подоконник и стала смотреть на людей, которые гуляли по нашей не совсем чистой улице. Я вдруг подумала: а почему Макс выбрал именно этот город и этот район? Вспомнила, как он говорил, что у него престижная работа и что его семья переехала в Америку в поисках лучшей жизни. Я, конечно, не знаю, как живёт его семья, но стоило ли уезжать, чтобы жить именно так… Мне кажется, вопрос лучшей жизни достаточно спорный. Любой будет чувствовать себя в Москве гораздо лучше, чем в такой норе и таком районе. Почему Макс не захотел поселиться рядом с родителями в Нью-Йорке, если они, конечно, действительно там живут? Странный он, этот Макс. Даже более чем странный. Крохотная съёмная квартирка, где практически нет звукоизоляции. Если сосед включил телевизор, тебе уже его слышно. Стены настолько тонкие… Порой кажется, будто они из картона или фанеры. Когда сосед смывает воду в своём унитазе, я вздрагиваю, а если кто-то включит стиральную машину, создаётся впечатление, что трясёт весь дом. Когда мы прошлой ночью занимались сексом, мне казалось, что вместе с нами сексом занимается весь дом, и получается одна большая оргия. Наверное, даже было слышно в соседнем районе. А сосед снизу стучал в потолок. Видимо, у него очень сильно шаталась люстра, и он боялся, что она упадёт. Я была в Америке с мужем, и знаю совсем другую Америку, с другими домами и районами. Непонятно, почему Макс выбрал именно это место. Через несколько домов от нашего находился бассейн, но от него так несло хлоркой, что запах доходил даже до нашего окна. Не понимаю, как можно в него залезть, сгорит вся кожа. Её просто разъест. Глядя на подобные районы, почему-то мысль про высокий уровень преступности у нас в стране кажется смешной. Если у нас убивают влиятельных людей за что-то, здесь могут убить только за то, что ты зашёл в неправильный район к неправильным людям и не в самое правильное время. Если бы я жила тут со своими детьми, то я побоялась бы отправить их в детский сад или школу, потому что нет никакой гарантии, что они вернутся обратно. В воспоминаниях ещё была жива Америка, которую показал мне Данила. Роскошные виллы с пальмами в саду, потрясающие бутики, рестораны, эксклюзивные машины, бассейны с чистейшей водой и теннисные корты. Даже люди в той, другой Америке, были совсем другие. Улыбчивые и более доброжелательные… Всё было беззаботно, в розовых очках, которые безумно мне нравились. Одним словом, любой комфорт в стране упирается в деньги, и с этим не поспоришь. За свои деньги ты можешь получить Беверли-Хиллз или побережье, а может, и такой гадюшник, в котором я пребываю сейчас. Единственное, что в той жизни, что в этой, мне никогда не нравилась еда. Какой-то бумажный, совершенно безвкусный хлеб, да и вся их кухня – на очень большого любителя. Я вновь посмотрела на улицу, на подмигнувшего мне из соседнего окна чернокожего мужчину и, сжав кулаки, подумала о том, что НУЖНО ЖИТЬ. Жить, прийти в себя, стать сильной и думать и том, как вернуть моих деток. Несмотря ни на что, Я ЖИВУ, имею возможность проснуться, встретить утро и, если очень постараюсь, то смогу научиться уживаться с одиночеством. А потом мне почему-то вновь вспомнился Данила, только не тот, что выкинул меня на мусорку, как бэушную вещь, а тот, что был таким трогательным и любящим в начале наших отношений. Тогда ВСЁ БЫЛО ПРЕКРАСНО… Он был галантный, как герой красивого фильма о любви. Показал мне мир богатства, роскоши и наслаждений, а также ограниченный круг людей со своеобразным статусом. Это был такой для меня новый, но интересный круг общения, куда входили миллиардеры, государственные чиновники, политики, любовницы, которых за глаза называли наложницами вышеуказанных лиц. Это жизнь для избранных. Мир, в котором ценят эксклюзивность и индивидуальность во всём. Человек, попавший в этот мир, чувствует избранность и элитарность окружения. Мой муж научил меня покупать всё самое лучшее, совершенно не думая о цене. Товары только класса премиум-люкс. Человеку, принадлежащему к касте избранных, НИКОГДА не придет в голову пойти и купить еду в обычном супермаркете просто потому, что так дешевле. Безумно жаль, что моему бывшему не хватило мудрости устоять перед новой пассией, себя переломить, поберечь мои нервы, нервы детей, не рубить с плеча, не рвать по живому. Можно было попытаться всё сохранить, невзирая на помехи и трудности. Ведь сколько мужиков изменяют, только делают это шито-крыто. Они просто боятся причинить боль своим близким. В каждой избушке свои погремушки. У многих с виду всё хорошо, живут, а когда узнаёшь подноготную, волосы дыбом. – Машка, ты тут без меня не зачахла? – Макс подошёл ко мне, обнял за плечи и откинул прядь волос с моего лба. – Я хочу, чтобы ты меня полюбила. – Макс, давай не будем на эту тему. Ты же знаешь, сейчас у меня не лучшая полоса жизни, чтобы ещё о любви рассуждать. – Скажи, у меня хотя бы есть надежда? – Поверь, мне сейчас хочется говорить на эту тему меньше всего. – Но секс тебе со мной хоть нравится? – Нормальный секс. – Я думал, ты скажешь, фантастический. Макс взял меня в охапку и отнёс на диван. Когда он стал целовать моё тело, я закрыла глаза. – Когда мы занимаемся сексом в этой картонной квартире, – прошептала я, – мне кажется, нас слышит весь этот рабочий район. – Пусть завидуют, – страстно произнёс Макс и принялся меня раздевать. Этой ночью я долго не могла уснуть, да и Макс, по-моему, тоже. Сосед включил стиральную машину. Она так шумно работала, что сотрясался весь дом. – Может, пойти ему морду набить? – раздражённо произнёс Макс, ворочаясь. – А как же права человека? Мы же не дома. Тут тебя просто закроют. – Не понимаю, как можно включать стиральную машину ночью? – С другой стороны, он же не сверлит. Просто дом такой. Макс, а может, съездим в гости к твоим родителям, переночуем в нормальных условиях? Ты же говорил, они классно живут. – Я с ними поссорился, – отрезал Макс. – Так, может, помиришься? Родители, всё-таки. – Это невозможно. Если бы не стиральная машина, всё вполне сносно. Ты не парься, денег сколотим и съедем в нормальный район. Подыщем квартирку, где есть хоть какая-то звукоизоляция. Кстати, завтра мы идём с тобой зарабатывать наши первые совместные деньги. – Да?! Почему ты мне ничего не сказал?! – Вот, говорю. – А что мы будем делать? – Завтра расскажу. Если всё получится, и мы заработаем, пойдём не в дешёвую забегаловку, как вчера, а посидим в приличном ресторане. На следующий день Макс велел мне надеть алое обтягивающее платье с глубоким декольте и огненно-рыжий парик. – Машка, в таком прикиде ты любого сведёшь с ума, в том числе и меня. Правда, сводить меня с ума не надо. Ты это сделала ещё в школьные годы. – В таком прикиде самое то встать на панель, – недовольно посмотрела я на своё отражение в зеркало. – Значит, ты просто не видела тех, кто стоит здесь на панели. Там реальный ужас, и одежда почти отсутствует, а ты вполне элегантна, на тебя смотреть одно удовольствие. В общем, слушай: сейчас поедем в один маленький ювелирный магазинчик. Его магазинчиком-то не назовёшь. Так, обычная лавка. Ты зайдёшь в лавку и начнёшь выбирать себе кольцо, жалуясь на то, что в наше время мужчины совсем обмельчали, не хотят дарить драгоценности, а ты их так любишь. Короче, включаешь актрису. При этом крути бёдрами, дай возможность ювелиру сунуть нос в декольте. Увидев мой злобный взгляд, Макс тут же перевёл всё в шутку и принялся стыдить меня за мою неправильную, по его словам, реакцию. – Ну что ты вся, как ёжик? Тебе даже сказать ничего нельзя. Я же не говорю, что ты должна с ювелиром спать. Его надо немного подразнить, чтобы он тобой увлёкся. Знаешь, есть такие тёлки, которые умеют заманивать в свои сети и при этом хрен дадут. Вот ты должна быть одной из них. Найди себе какое-нибудь колечко, скажи, что оно тебе очень нравится, ты обязательно его купишь, только немного подкопишь денег. В общем, скоро за ним вернёшься. Этот крендель должен потерять от тебя голову. Он может пригласить тебя в ресторан, но ты не соглашайся. Это не наш сценарий. Нужно заставить ювелира действовать по заранее написанному для него сценарию. Скажи, что у тебя очень деспотичный брат, который строго отслеживает, с кем ты и где ты. – Что от меня требуется? – перебила я Макса и облокотилась о подоконник. – Он должен закрыть свою лавку от посетителей, пригласить тебя в свой миленький кабинетик и распить с тобой бутылочку вина в знак вашего чудесного знакомства. Когда он отвернётся, бросишь ему в бокал вот эту таблетку и сделаешь всё возможное, чтобы он выпил бокал до дна. Он уснёт очень быстро. Как только это произойдёт, возьмёшь у него ключ от двери, откроешь мне лавку. А я уже сделаю своё дело. Ничего страшного не случится. Когда дядечка проснётся, он просто не досчитается своих денежек и колечек. – Это криминал, – произнесла я с надрывом в голосе. – Ты так говоришь, будто я не знаю. – Ограбление. Это статья. Если нас найдут, посадят. Может, мы лучше подумаем о том, как заработать деньги не криминальным путём. – Например?.. – лицо Макса буквально перекосило от недовольства. – Я так не готова сразу сказать… – Если не готова, тогда слушай меня. Маша, пойми, с меня требуют деньги за твоё лечение и твой перелёт в Америку. Тут никто ничего не даёт просто так, за красивые глаза. Мы же не убиваем человека, просто усыпим. Тут каждый второй зарабатывает подобным способом. Нам деньги нужны. Тоже мне, нашла криминал. Ты хоть видела настоящий криминал? Да в этой стране из дома опасно выйти. – Это потому что мы живём в таком районе, – сказала я тихо. – Где хватает средств, там и живём. Заработаем денег, рванём на побережье. Будешь там в купальнике щеголять. То, что я тебе предлагаю, почти не имеет к криминалу отношения. За несколько дней до моего отъезда в Москву, недалеко от нашего дома, грабитель запрыгнул в машину, где были муж, жена и маленький ребёнок, наставил пистолет и потребовал деньги. Муж попытался выхватить пистолет и получил пулю в лоб. Грабитель убрал и ненужных свидетелей: жену и ребёнка. Никто не остался в живых. Вот это, я понимаю, криминал. Если мы с тобой не отдадим долг, возможно, с нами поступят точно так же. Просто пуля в лоб. Ты хоть понимаешь, что здесь могут убить и за сто долларов?! Я взяла лежащую на столе таблетку, которую мне нужно было подкинуть ювелиру, и с каменным лицом направилась к выходу. – Машенька, девочка моя, я знал, что в тебе не ошибся, – как мартовский кот промурлыкал Макс и пошёл следом за мной. Глава 6 Когда мы подъехали к ювелирной лавке, меня заметно потрясывало, ведь я никогда не занималась чем-то подобным раньше. Макс чувствовал моё напряжение и не переставал шутить. – Девочка моя, я просто уверен, в детстве ты мечтала стать актрисой. Я не знаю ни одной девчонки, которая об этом не грезила. Каждая хотела играть в кино или блистать на театральных подмостках. Представь, что тебе выпала уникальная возможность воплотить свои мечты в жизнь. Сыграть роль подостовернее. В принципе, ничего сложного нет. Самое сложное – бросить таблетку в бокал вина так, чтобы ювелир не заметил, и ни в коем случае не перепутать бокалы. А то представляешь, что будет… Мне придётся спящую тебя выносить. – Макс, где ты нашёл такие «дрова»? Ещё немного, и колёса отлетят. На каком складе металлолома ты нашёл это чудо природы? Дровами я назвала допотопный кадиллак, на котором мы с Максом поехали на дело. Мне казалось, ещё немного, и он просто развалится. Наверное, более старой и убогой рухляди не существует. – Извини, дорогая, всё же лучше, чем ходить пешком. Эта наша рабочая машинка, пока без неё никак. Поднимем денег, и купим автомобиль, который понравится тебе. А эта, конечно, в аварийном состоянии, но, чёрт побери, она едет. Макс остановил драндулет за несколько домов от магазина, спрятал его между бетонными плитами, торчащими прямо из-под земли, и показал мне, где находится магазин. – Машка, я знаю, ты справишься на все сто. – Пошёл ты! – Давай не будем ругаться. Ты же знаешь, как сильно я тебя люблю. – Макс, боюсь, ты не в курсе, что такое любовь. – Когда наш золотой друг уснёт, ты просто переверни на двери табличку. Там, где написано «Закрыто», будет «Открыто». Я пойму, что ты свою часть работы сделала. Дальше моя работа. Когда я заскачу внутрь, переверну табличку обратно. Ювелиром оказался пожилой лысоватый мужчина. Он тут же встал со своего места, потёр запотевшие очки и принялся меня рассматривать с нескрываемым интересом. – Могу вам чем-нибудь помочь? – Вы знаете, у меня сегодня день рождения, и я хочу подарить себе какое-нибудь симпатичное колечко. – У вас именины? – расплылся в улыбке мужчина. – Да. А почему это вас удивляет? – я наклонилась к витрине с кольцами как можно ниже, чтобы дать ему возможность рассмотреть своё декольте. – Просто мне непонятно, почему такая красивая девушка делает сама себе подарок. Почему это не сделает ваш муж или любимый человек? Или почему вы не сделаете это вместе? – Потому что у меня нет ни мужа, ни любимого человека, – изобразила я смущение. – Знаете, иногда так бывает. Не все имеют свою вторую половинку. Я пока не нашла, но в поиске. Я верю. Я знаю, что обязательно встречу любимого. Просто кто-то встречает раньше, а кто-то позже. Поэтому на день рождения мне самой хочется сделать себе приятное. А когда у меня будет любимый человек, конечно же, я буду позволять это делать ему. – Никогда бы не подумал… Я наклонилась так откровенно, что, как и предполагал Макс, мужчина и в самом деле чуть не засунул свой нос мне прямо в грудь, но, видимо, опомнился, достал носовой платок и промокнул свой лоб. – Это так неожиданно… – Что именно? – Что вы такая… и одна. – Я из очень консервативной семьи. Мы придерживаемся очень строгих, совсем несовременных взглядов. У меня есть старший брат, а он смыслом жизни считает необходимость следить за моим моральным обликом. У него у самого жена и четверо детей. Видимо, хочет, чтобы такая модель семьи была и у меня. Наверное, это и объясняет, что в данный момент я одна. Я так воспитана, что меня не интересует секс ради секса. Мне искренне хочется верить, что миром правит любовь. – Вы богиня, – выдохнул ювелир. – Вы – мечта любого мужчины. – Какое чудесное колечко. Можно примерить? – не обращала я внимания на его восхищение. – Конечно. Мне кажется, оно сделано специально для вас. У вас такие красивые, длинные и тонкие пальцы. Вы, случайно, на пианино не играете? – Нет. На пианино я точно не играю, – не могла я не рассмеяться. – Но всегда представляю, как этими пальчиками глажу грудь будущего любимого человека. Я долго меряла колечко, крутилась с ним у зеркала, затем резко его сняла и протянула ювелиру. – Что-то не так? Оно вам не понравилось? – Оно чудесное Я буду думать. Я бы хотела на него подкопить. Меня не совсем устраивает цена. – За цену не волнуйтесь. Я сделаю вам хорошую скидку. Тем более, у вас именины. – Я же говорю, буду думать. И мне хочется посмотреть другие украшения. – Пожалуйста, смотрите. Но только не переживайте за цены. Вы скажите, что именно вам понравилось, а о цене договоримся. Когда я вновь наклонилась к коробочкам с украшениями, ювелир чуть не пустил слюни прямо на витрину. – А как вы будете встречать свой день рождения? – Попью вечером чай с семьёй. – А может быть, вы согласитесь сходить со мной в ресторан? Вдвоём отметим? Такой красивой и взрослой девушке отмечать день рождения с семьёй – не совсем правильно. – Честное слово, мне очень приятно ваше приглашение. Но лучше посидеть в ресторанчике в другой день. – Почему? – Потому что сегодня вечером я всё же должна быть с домашними. У нас такие семейные традиции, и я обязана их чтить и соблюдать. Но я бы не отказалась выпить с вами бокал вина в этот праздничный для меня день, если оно у вас есть и вы не против. – Я буду счастлив! – ювелир чуть не запрыгал за стойкой от радости. – Я хотел вам это предложить, но не знал, как. Боялся, вы откажете или возразите, что вам не позволяет воспитание. У меня есть потрясающе вкусное вино. Заметно вспотевший мужчина тут же бросился к двери, поменял табличку на «Закрыто», мгновенно запер дверь и потёр влажные от волнения ладони. Я улыбалась и думала о том, насколько всё предсказуемо. Какие, всё-таки, мужики похотливые самцы. Стоит чуть-чуть показать ему грудь, как в его голове от былого рассудка не остаётся следа. Мы зашли в небольшой кабинет. Ювелир быстрым движением убрал фотографию симпатичной улыбающейся женщины в возрасте. Нетрудно догадаться, что это его жена. – А вы женаты? – Женат, – расстроенно ответил ювелир и сделал прискорбное выражение лица. – Мы с женой двадцать лет вместе, – попытался он мне втюхать песнь всех женатиков. – Сами понимаете, что это такое. Дети выросли. Нас ничего больше не связывает. Стали давно просто родственниками. Живём, как соседи. А так хочется чувств, эмоций и даже потрясений. – Да, так часто бывает, – от умиления я чуть не пустила скупую слезу. Какие же вы козлы. Наверное, мой бывший тоже рассказывал своей модельке о том, что я просто мать его детей, что мы, как родственники, и нас ничего не связывает. Я села как можно в более выигрышную позу, закинула ногу на ногу, выпятила грудь вперёд и дала возможность разглядеть ювелиру все свои прелести. Ювелир достал из шкафа довольно дорогую бутылку вина. Уж в чём, в чём, а в элитном алкоголе я разбираюсь. Этому меня научил мой бывший муж. Налив нам по бокалу, он вновь стал пялиться на мою грудь и нести околесицу. – Сегодня один из моих самых счастливых дней. Ко мне в магазин зашла принцесса. Нет, даже не принцесса, а королева. Я смотрела на этого похотливого козла и почему-то видела в нём своего бывшего. Когда он встретил свою модельку, наверняка говорил те же самые слова. Только, в отличие от ювелира, мой бывший всех покупает, а этот мог бы и подарить колечко в столь счастливый для него день, но ведь удавится. Всё, что он может, так это налить вина, сделать хорошую скидку и попытаться полапать. Ему, в его недалёкой головёшке, даже и близко не представить, сколько может стоить такая грудь, как моя. Сколько мой бывший за неё отвалил! Надо мной колдовали самые лучшие и самые престижные хирурги. А этот мудень хочет заполучить дорогостоящую грудь за бокал вина. Всего его херовенького ювелирного магазина не хватит, чтобы получить возможность лицезреть чудо новейшей пластической хирургии без платья. На дух не переношу халявщиков. Данила тем меня и подкупил, что никогда им не был. – Мне кажется, я уже влюблён. «Вот дурачок, – подумала я. – Даже забыл спросить моё имя, да и сам не представился. Вероятно, кроме сисек, его вообще ничего не интересует». – А у вас есть какая-нибудь шоколадка или конфеты? А может быть, фрукты к вину? Ювелир тут же поставил свой бокал на место. – У меня есть сыр. – Тоже неплохо. Я люблю сыр с вином. А вы волшебник. Угадываете мои желания. Я не сказала про сыр, но подумала. – Я не волшебник. Я идиот. Если бы знал, что в мой скромный магазин придёт такая прелестница, основательно бы подготовился. – Как вы могли знать. Судьба никогда и ничего не говорит нам заранее. – Вы сказали, судьба… – А почему нет? В этой жизни ничего не бывает случайно. Всё предначертано свыше. Когда мужчина вновь приблизился к моему декольте, я слегка отстранилась. – Я хочу сыр, – поспешила я ему напомнить. – О, да, простите, – покраснел он как мальчишка и пошёл к буфету достать сырную тарелку. Я бросила в его бокал таблетку, которую дал мне Макс, и принялась ждать, что будет дальше. Глава 7 Когда ювелир начал пить вино, я сказала, что если он хочет продолжения наших начавшихся романтических отношений, то должен допить его до самого дна. Он выпил. – Знаете, как у нас говорят, что останется, то слёзы, а слёзы нам ни к чему. Только радость и веселье. – Я готов заплакать от вашей красоты, но я всё выпью до дна. Не прошло и пары минут, как он откинулся на спинку стула, опустил голову на грудь и засопел. Подскочив со своего места, я бросилась к двери, перевернула табличку и повернула ключ. Но вместо Макса в магазин вошёл молодой человек и, не обращая на меня внимания, направился в комнату, где я только что пила вино с ювелиром. Вдруг он резко остановился и, когда я уже хотела выбежать из магазина, уставился на меня в упор. От неожиданности я застыла, как вкопанная. Смотрела на незнакомца как на приведение. – Вы кто? – строго спросил он. – Покупатель. – Что-нибудь купили? – Нет. Думаю. А вы куда направились? Там кабинет хозяина лавки. Он сейчас занят оценкой ювелирных изделий. Его нельзя беспокоить. – Я иду к отцу. Мне можно. Я его сын. Не мог попасть в магазин раньше, он был закрыт. Отец не брал телефон. Я вспомнила: перед тем, как открыть бутылку с вином, ювелир отключил свой телефон, чтобы нам никто не мешал. Видимо, действительно беспокоился, что его может потревожить семья. – Ну да, мы выбирали товар, который будет мне интересен. Идёт переоценка. – Отец в кабинете? – Он устал и решил немного отдохнуть. – В каком смысле? – В прямом. Я поняла, что наша операция провалилась, и хотела уже выскочить из магазина, но лоб в лоб столкнулась с Максом. – Макс, всё отменяется. Бежим отсюда. Там его сын. Нужно уносить ноги. Он сейчас вызовет полицию. Но Макс пропустил мои слова мимо ушей, затолкал меня обратно в магазин, поменял табличку на «Закрыто», повернул ключ в замке, затворив дверь. – Я видел. Знаю. Ничего не отменяется, – Макс бросился в кабинет ювелира. – Ты с ума сошёл?! – крикнула я, не зная, что делать в данной ситуации: стоять в магазине в неизвестности оттого, что будет дальше, или бежать со всех ног. Услышав непонятные хлопки, я бросилась следом за Максом и хотела закричать, но Макс закрыл мне рот своей ладонью. – Тихо, девочка моя. Тихо. Всё хорошо. В руках Макс держал пистолет. На полу лежал сын ювелира, лицом вниз, а в его затылке зияла кровавая рана. – Ты убил его??? – не помня себя, от страха, прошептала я, когда он убрал руку от моего рта. – А что с ним надо было делать? Никто его не ждал. Он бы нам помешал совершить задуманное. Только ты успокойся. Возьми себя в руки. Он уже мёртв, нам больше никто не помешает. Я сделал всё виртуозно. Сам собой горжусь. Выстрелил в затылок под углом в сорок пять градусов. Мгновенный и качественный результат. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=45274408&lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 99.90 руб.