Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Красивая жизнь Алекс Вуд У скромного бухгалтера Джейн Торп есть сводная сестра Анабелла – автор популярных любовных романов. Однажды Анабелла просит Джейн дописать за нее роман. Та соглашается неохотно, но неожиданно увлекается. И в ее жизни начинают происходить странные вещи. Джейн как будто превращается в героиню созданного ее фантазией мира: меняет шикарные наряды и дорогие отели, познает страстную любовь. Вот только финал этого сна наяву оказывается неожиданным… Алекс Вуд Красивая жизнь 1 С бьющимся сердцем Джейн открыла глаза. Где она? Что происходит? Почему она вдруг проснулась? Оглушительный трезвон у правого уха расставил все на свои места. Все ясно, телефон. Джейн полежала еще немного, надеясь, что она опоздала, и звонивший уже повесил трубку. Но не успела она порадоваться, как противный звонок раздался вновь. Ничего не поделаешь, придется отвечать. Джейн перевернулась на бок и потянулась к трубке, мельком взглянув на подсвеченное табло будильника. Господи, только половина шестого. Какой сумасшедший вздумал позвонить в такую рань? – Джейн Торп слушает, – сонно пробормотала она в трубку. – Джейн, голубушка, я знала, что ты уже не спишь, – прощебетал ласковый женский голосок. – Как твои дела? Джейн выругалась про себя. Как же она сразу не догадалась, что звонить в такое время может только ее единственная и неповторимая сестра Анабелла, для которой по ряду причин не существовало различий между днем и ночью. – Нормально, – вяло ответила она. – Но ты меня разбудила. – Правда? – искренне изумилась Анабелла. Джейн только вздохнула. Бесполезно объяснять что-либо этому созданию, она все равно не поймет. – Да, – сухо сказала она. – Что ты хочешь? С Анабеллой только так можно было общаться. Прямо, четко в лоб, иначе можно было навсегда погрязнуть в вежливых оборотах и витиеватых словосочетаниях. – Ах, Джейн, как ты нетерпелива, – захихикала Анабелла, и Джейн явственно представила ее сейчас. Наверняка в чем-нибудь воздушно-розовом, возлежит на мягком диване и мечтательно смотрит вдаль. – Сейчас половина шестого, – монотонно произнесла Джейн, надеясь хотя бы раз в жизни достучаться до совести сестры. – И через два часа мне вставать на работу. Меня ждет годовой отчет, а ты будишь меня посередине ночи. Естественно, я хочу знать, в чем дело. – Если я что-то сделала не так, прости меня, – обиделась Анабелла. – Но у меня к тебе маленькая просьба. – Да? – Джейн насторожилась. Маленькие просьбы Анабеллы обычно оборачивались большими проблемами для ее друзей и родственников. – Сущие пустяки, – продолжала кокетливо болтать Анабелла, все более укрепляя Джейн в ее подозрениях. – Я собираюсь немного отдохнуть, и мне нужна твоя помощь… Анабелла замялась. – В чем? – потребовала Джейн. Ее нервы уже начинали сдавать. В конце концов, сейчас только полшестого, и она не обязана ловить намеки на лету. – К концу месяца я должна сдать книгу, – наконец выговорила Анабелла. – Это обязательно, никакие оговорки не помогут, я опаздываю со всеми возможными сроками. Но в последнее время я ужасно много работала, что больше не могу. Отдых – это свято, я так давно нигде не была… Мне просто необходимо развеяться… – Причем тут я? – Ты не могла бы написать эту книгу за меня? – неожиданно спросила Анабелла и тут же поправилась. – То есть на написать, а дописать, там есть уже кое-что и… – Ты в своем уме? – раздраженно выпалила Джейн. – Ты хоть представляешь, о чем говоришь? – Ах, милая, но это так просто, – в трубке послышался журчащий смех. – Я веду специальную тетрадь, куда записываю все свои идеи и принципы. Тебе останется только воспользоваться моими советами, и дело в шляпе! – Но я не умею… – Ты же умница. У тебя обязательно все получится, – Анабелла почувствовала, что сестра готова уступить, и принялась с утроенной силой уговаривать ее. – И потом, это такая великолепная возможность для тебя… – То есть? – Ты сможешь окунуться в прекрасный мир, полный неотразимых мужчин и красивых женщин. Завораживающий блеск алмазов, пурпур роз, покрытых капельками росы, яркий солнечный лучик на водной глади пруда. Только подумай о веренице образов, которые ты сотворишь! – А ты не можешь отложить свой отпуск? – жалобно спросила Джейн. Она уже знала, что уступит и сделает все, что хочет Анабелла. Но, может быть, есть хотя бы крошечная надежда? – Это исключено, – категорично отрезала Анабелла. – Понимаешь, это не совсем отпуск… К сожалению, большего я тебе пока сказать не могу, но это чрезвычайно важно для меня и моей карьеры… Анабелла как никто другой умела напустить таинственности. Заурядный визит в парикмахеру превращался у нее в дело первостепенной важности, а покупка нового платья обставлялась как нечто из ряда вон выходящее. Джейн никогда не знала, чистую ли правду говорит сестра или несколько приукрашивает действительность. – А ты не боишься, что я подведу тебя? – устало спросила Джейн. – В конце концов, тебе не страшно, что я напрочь испорчу твою репутацию? Твой редактор моментально почует подвох и разорвет контракт… – Он ни за что так не поступит, – отчеканила Анабелла, и в ее сладком голоске впервые прорезались металлические нотки. – И потом, я могу позволить себе хотя бы раз написать посредственный роман, ведь у меня уже было столько шедевров… Джейн возмущенно фыркнула. Анабелла явно не умрет от скромности. Сама она ни за что не назвала бы творения сестры шедеврами. Но спорить с Анабеллой не стоило ни при каких обстоятельствах. – Так ты согласна выручить меня или тебе очень трудно? – нетерпеливо спросила Анабелла. – Хорошо, – сказала задетая за живое Джейн. Называть собственные произведения шедеврами еще полбеды, но быть уверенной в том, что она, Джейн, обязательно напишет посредственный роман, – это уже переходит все границы. – Я знала, что могу на тебя рассчитывать, – пропела Анабелла. Она ни капли не сомневалась в том, что уломает сестру. Ведь она всегда добивается своего. – Я заеду к тебе сегодня после работы, – сказала Джейн, прикидывая про себя, что в таком случае у нее вряд ли получится закончить отчет. Она-то рассчитывала задержаться на работе и все доделать, а тут придется нестись к Анабелле сломя голову. – Нет, не надо, – в голосе Анабеллы послышалось некоторое замешательство. – Вечером меня уже не будет в городе. Я сейчас в аэропорту, через полтора часа самолет… – Что? – удивлению Джейн не было границ. Анабелла в аэропорту в половину шестого утра? Она же никогда не летает утренними рейсами, боясь нарушить распорядок дня, так как поднимается она обычно не раньше часа дня. – А как же книга? – В моем кабинете на столе лежит тетрадь с пометками, там же дискета с набросками. Морис тебе поможет. Он сейчас в командировке, и дома никого нет, но к выходным он обязательно приедет. Ты созвонись с ним и приезжай. Хорошо? – Да, но я рассчитывала, что ты сама все мне расскажешь и покажешь… – Джейн, ты как ребенок, – засмеялась Анабелла. – Это же так просто. Морис все тебе прекрасно покажет. Или ты его боишься? Джейн немедленно представила себе лукавую улыбку на маленьком личике сестры и содрогнулась от возмущения. – Ни в коем случае, – отрезала она. – Но он, наверное, как всегда занят, неудобно его отвлекать. – Ничего страшного. Что может быть важнее моих книг? – искренне удивилась Анабелла. – Одним словом, мы договорились? Я могу спокойно отдыхать? – Договорились. Можешь, – печально вздохнула Джейн. – Счастливого пути. – Спасибо, – удовлетворенно произнесла Анабелла и повесила трубку. Джейн несколько минут слушала короткие противные гудки. Да, заснуть теперь ей вряд ли удастся. Как всегда Анабелла взбаламутила все вокруг. Но что же все-таки произошло с ней, раз она помчалась куда-то ни свет ни заря? Джейн Торп и Анабелла Свитхарт были сестрами только по матери. Они с детства знали о существовании друг друга, но тесно общаться стали только, когда выросли. Джейн жила с отцом, крупным суровым мужчиной, который так и не сумел простить жене того, что она бросила его и малютку дочь ради какого-то непризнанного гения сцены. Джейн познакомилась с сестрой только на похоронах матери, когда камень преткновения между двумя семьями перестал существовать. С тех пор сестры регулярно перезванивались, часто встречались, а впоследствии перебрались в один город. Трудно было представить себе более непохожих людей. Джейн и лицом, и характером пошла в отца. Никаких лишних слов и сантиментов, четкий рациональный подход ко всему, спокойствие и честное выполнение своих обязанностей – этот девиз Дэвида Торпа его единственная дочь с успехом воплощала в жизнь. Другой была Анабелла Свитхарт. И детство ее, и юность были проникнуты светом творчества. В доме царил художественный беспорядок и преклонение перед славой. Родители до хрипоты ругали критиков, не желавших признавать талант великого Арнольда Свитхарта, и маленькая Анабелла с упоением подражала им. Миссис Свитхарт с отвращением вспоминала о заурядном первом муже. Если она и испытывала какие-нибудь угрызения совести по поводу брошенной дочери, то ничем этого не выдавала. Она целиком посвятила себя служению искусству и по ночам мечтала о том, чтобы имя ее супруга (а заодно и ее собственное) стало известно во всем мире. Разве у столь увлеченной женщины мог родиться обыкновенный ребенок? Конечно, нет. Анабелла с детства знала о своей избранности. Она всегда считала себя самой красивой, умной, одаренной и несла это знание с гордостью через все жизненные невзгоды. Анабелла видела, что ее отец, несмотря на все усилия и высокое самомнение, так ничего и не добился. Идти по его стопам ей не очень хотелось. Помимо самолюбия она обладала еще и изрядной деловой хваткой, то сразу решила, что не будет ждать, пока золотой дождь прольется на нее сверху. Анабелла не сомневалась, что у нее получится скомбинировать коммерческий успех с творческой деятельностью, и, несмотря на недоверие родных, принялась за дело. Серьезно учиться чему-либо было не в ее правилах. Зато сочинять разные нежные истории она была великая мастерица. Как-то к Свитхартам случайно забрел один издатель, и Анабелла силком всучила ему свой любовный романчик. Книжку напечатали, так как издатель понял, что юной мисс Свитхарт проще уступить, чем отбиваться от нее всю оставшуюся жизнь. Но через две недели Анабелла принесла новый роман, а потом еще и еще. Вскоре вся книжная полка в ее комнате была заставлена тоненькими книжицами в розово-белых тонах. Анабелла стала говорить с придыханием, спать до обеда, носить исключительно светлую одежду и представлять себя героиней одного из своих произведений, нежной и томной, ожидающей прекрасного принца. И принц не заставил себя долго ждать. Хотя назвать Мориса Крамера героем любовного романа было чрезвычайно трудно. Морис был далек от искусства любого рода. Его стихией были цифры, отчеты, сводки, финансовые прогнозы и индексы. Он успешно играл на бирже, владел небольшой посреднической компанией и с удовольствием проводил бы на работе все двадцать четыре часа в сутки. С женщинами он был до смехотворного робок. Все немногочисленные попытки друзей Мориса познакомить его с какой-нибудь привлекательной девушкой оканчивались сокрушительным провалом. Морис то краснел, то бледнел, то замыкался в себе, то неуклюже пытался говорить комплименты. Те, кто ожидали от него решительных действий, сильно ошибались. Морис Крамер был способен к нестандартным поступкам в области финансов и инвестиций. Пригласить симпатичную девушку на свидание было выше его сил. Каким образом Анабелле удалось поймать в свои сети столь увертливую рыбку до сих пор остается загадкой для тех, кто не очень хорошо знаком с особенностями ее характера. Когда счастливый случай свел ее с Морисом Крамером на одной благотворительной вечеринке, она сразу поняла, что перед ней то, что надо. Состоятельный (бедный на эту вечеринку не попал бы) холостой (без спутницы и кольца на безымянном пальце) мужчина в новехоньком фраке растерянно озирался по сторонам, явно чувствуя себя некомфортно в обществе декольтированных дам и их сопровождающих с безупречными проборами. Он так восхитительно выделялся в толпе, что сердце Анабеллы забилось в радостном предвкушении. Наконец-то в полубогемном мире, в котором она вращалась всю жизнь, появилось что-то стоящее. Через несколько минут кто-то уже представлял Морису очаровательную Анабеллу Свитхарт, автора популярнейших любовных романов. Морис книг не читал, а уж любовных романов и подавно, но общаться с девушкой было интересно. Тем более что она, быстро уловив главную проблему своего нового знакомого, говорила, не умолкая. Морис был приятно удивлен тем, что, оказывается, совсем не обязательно поддерживать беседу – Анабелла справлялась с этой задачей за двоих. Через две недели они объявили о помолвке, а через месяц поженились. Анабелла сделала верную ставку. Ее положение начинающей писательницы было слишком нестабильно, слишком непрочно. Ей нужен был надежный тыл, и она получила его в лице молчаливого мужа, который окружил ее необходимым комфортом и не просил многого взамен. Джейн была приглашена на свадебное торжество, и порой ей казалось, что она читает один из многочисленных романов сестры. Зеленая лужайка, украшенная всевозможными цветами, нарядные гости и огромный торт с неизменными фигурками жениха и невесты на самом верху – все эти атрибуты составляли неотъемлемую часть любой книги Анабеллы Свитхарт. Невеста идеально гармонировала с обстановкой: пышное белоснежное платье с кринолином, утопающие в кружевах плечи и по-детски наивный взгляд из-под фаты. Лишь жених несколько не укладывался в общую картину карамельно-ванильного счастья. Джейн впервые увидела Мориса на празднике, и ее неприятно поразила его долговязая фигура, на которой фрак совсем не смотрелся, и нелепые очки, постоянно соскакивавшие с носа. Но, прикинув про себя стоимость свадебного торжества, роскошь наряда невесты и планы молодоженов на медовый месяц, Джейн без труда догадалась, чем руководствовалась Анабелла при выборе мужа. В то время Джейн была уверена, что Анабелла совершает ошибку, связываясь со столь заурядным мужчиной. Однако прошло семь лет, а Морис и Анабелла были по-прежнему вместе. Он целыми днями пропадал на работе, она продолжала писать романы, которые беспрепятственно издавались не без помощи ее состоятельного мужа. Оба были вполне довольны семейной жизнью. Имя Анабеллы Свитхарт постепенно приобретало популярность. И если некоторые презрительно хмыкали при его упоминании, все-таки все признавали, что она молодец и неплохо устроилась. Джейн редко навещала их. Ей претила излишняя слащавость жилища Анабеллы, все эти плюшевые подушечки, розовые занавесочки, зеркала и позолота. Но сестра раз и навсегда решила для себя, что ее жизнь должна иллюстрировать собой настоящий роман, и писала свои книги, сидя за белоснежным столом с резными ножками. Порой Джейн задавалась вопросом, как чувствовал себя в подобном доме Морис. Неужели ему нравится обилие розовых и персиковых тонов? И не раздражает сюсюканье Анабеллы? Но мужская душа загадочна и непостижима, и потом, у него ведь были собственные комнаты, куда Джейн доступа не имела. Одним словом, Анабелла имела полное право считать себя счастливой женщиной и звонить другим с любое время дня и ночи. Ей не были знакомы финансовые трудности и необходимость вставать рано утром пять дней в неделю. О себе Джейн такого сказать не могла. Джейн была старше Анабеллы на четыре года, но ощущала себя намного взрослее и мудрее. Она блестяще училась в колледже, и в то время когда ее сокурсницы отчаянно флиртовали и бегали на свидания, сидела за учебниками. Зато после окончания ей дали прекрасные рекомендации и помогли устроиться на работу. Мистер Торп гордился дочерью, по опыту зная, что лишь упорный труд вознесет ее на вершину успеха. К работе Джейн отнеслась также ответственно, как к учебе. Она постоянно задерживалась, приходила раньше всех, пытаясь докопаться до самой сути. Когда Джейн решила переехать в Нью-Йорк, поближе к сестре, все пришли в отчаяние. Но что поделаешь? Нельзя было запретить Джейн искать лучшее место… В Нью-Йорке она неплохо устроилась. Помогли многочисленные рекомендации, да и на практике Джейн доказала, что стоит многого. Последние два года она работала бухгалтером в крупной компьютерной фирме и со свойственным ей рвением относилась к своим обязанностям. А если ее порой и называли синим чулком, то к чему обижаться на глупых людей? Которые к тому же в какой-то степени правы… Несколько раз Джейн пыталась устроить свою личную жизнь. В колледже ей было некогда влюбляться, да и потом находились дела поважнее. Одиночество Джейн не смущало, ведь рядом был отец, который предостерегал ее от необдуманных поступков. Таким образом, она всегда все тщательно взвешивала, что не способствовало возникновению пламенных чувств. Анабелла порой высмеивала отшельничество старшей сестры. Она знакомила ее иногда с одинокими мужчинами, но из этого ничего не выходило. Джейн была слишком замкнута, да и отнюдь не горела желанием нравиться всем подряд. Она понимала, что неплохо было бы выйти замуж и родить ребенка, но каково все это будет на самом деле? Джейн совершенно не хотелось менять налаженный ход жизни, и она откладывала решение важных вопросов на потом. Но Анабелла все время вторгалась в ее жизнь и нарушала все. Как, например, сейчас. У Джейн были свои планы на выходные, а теперь придется все бросать и мчаться за город забирать тетради и наброски романа. О том, что вскоре она засядет за этот роман, Джейн предпочитала не думать. И так неприятного хватает, не стоит усложнять себе жизнь. 2 С утра было огромное количество дел, так что выбраться к Анабелле Джейн смогла только после обеда. Приятного было мало. Моросил мелкий дождь, мотор настораживающее почихивал, к тому же перспектива общения с Морисом совсем не радовала ее. Настроение Джейн было неважным, но раз она дала слово, то куда теперь деваться? Наконец она подъехала к высокой красно-кирпичной ограде, за которой спрятался особняк. Джейн нетерпеливо нажала на клаксон, надеясь, что привратник не заснул в отсутствие хозяйки. Анабелла всегда была сурова со слугами, неудивительно, что они расслаблялись, как только она скрывалась с горизонта. Вскоре массивные ворота распахнулись, и Джейн беспрепятственно въехала на территорию. Обычно доступ к дому ее сестры не был настолько легким. С некоторых пор Анабелла возомнила, что ее жизни угрожает опасность, и приняла соответствующие меры предосторожности. Но Анабелла в отпуске, в который раз печально припомнила Джейн, и все по-другому. Джейн оставила машину на подъездной аллее, не сомневаясь, что за ней приглядят. Ей захотелось немного прогуляться пешком. Когда в последний раз она просто гуляла, а не летела на работу или в магазин? Она прошла сотню метров по песчаной дорожке, а потом повернула направо и как всегда замерла от восхищения. Дом Анабеллы, неожиданно появившийся перед ней, произвел как обычно неотразимое впечатление. Он стоял на небольшом холме и как бы вырастал из земли на глазах у восхищенного наблюдателя. Его окна смотрели на четыре стороны света, стены были выложены красным кирпичом, потемневшим от времени. Во всем здании чувствовалась некая солидность, прочность. Никто не сомневался, что оно стоит тут уже несколько столетий и безучастно взирает на копошащихся людей. Анабелла любила рассказывать легенды, связанные с домом, и случайные знакомые раскрывали рты, пораженные обилием живописных деталей. Дом Анабеллы Свитхарт был предметом зависти многих ее приятелей. Лишь некоторые знали, что раньше на месте этого якобы старинного особняка была обычная ферма, а сам дом был возведен с величайшей тщательностью по эскизам, разработанным специально для Анабеллы. Джейн не понимала, в чем смысл этой маленькой лжи, но не противоречила ей. Раз сестра чувствует себя комфортнее так, то пусть этому дому будет двести лет, а не пять. От этого он не становился менее привлекательным. Джейн подошла к двери и позвонила. Ей пришлось подождать добрых семь минут, прежде чем ей открыли. Неслыханная вещь при Анабелле. Уже по одному этому можно понять, что сестры нет дома. Дверь распахнул Уоткинс, дворецкий с весьма благообразной наружностью, но неприятными маленькими глазками. – Мисс Торп, – радостно воскликнул он и расплылся в улыбке, словно видеть ее составляло мечту всей его жизни. – Какая неожиданность! К сожалению, мисс Свитхарт отсутствует… Она уехала немного отдохнуть… Джейн как обычно неприятно поразил тот факт, что Уоткинс называет свою хозяйку мисс Свитхарт. Конечно, под этим именем она известна, но дома она жена своего мужа, и было бы уместнее называть ее миссис Крамер. Но не ей устанавливать здесь порядки. – Я знаю, что Анабелла в отъезде, – сухо сказала Джейн. – Она звонила мне и дала небольшое поручение. Я хотела бы переговорить с мистером Крамером. – Конечно. – Дворецкий отступил в сторону, пропуская Джейн. Та шагнула вперед и невольно хмыкнула, очутившись в холле. Впрочем, такая реакция была у нее каждый раз в первые минуты в доме сестры. Холл, как и почти все в доме, был обставлен в соответствии со строгими указаниями Анабеллы. Поэтому мисс Свитхарт, в отличии от ее гостей, не раздражал ни причудливый узор паркета, ни огромная хрустальная люстра, более уместная в городском театре, ни вычурный плюшевый диван, стоявший на самом видном месте. Подразумевалось, что на нем можно очень уютно устроиться и читать вечернюю газету, но на самом деле там все время спала кошка Анабеллы, весьма неприветливое создание, и никого не подпускала к нему. Джейн обычно старалась как можно быстрее пройти холл, чтобы очутиться на половине Анабеллы. Там она чувствовала себя комфортнее, хотя нелепостей хватало везде. – Мистер Крамер сейчас у себя, – доверительно сообщил ей дворецкий. – Но я немедленно сообщу ему о вашем приходе, мисс Торп. – Будьте так добры, – Джейн растянула губы в ответной улыбке, надеясь, что Морис соизволит выйти к ней. Было бы очень неудобно рыться в столе жены без разрешения мужа. Уоткинс поклонился и исчез, а Джейн принялась философски размышлять о том, что сейчас, наверное, никто не позаботится о ее машине, раз Анабелла отсутствует. Похоже, что сестра держит весь дом в подчинении, а Морис ни на что ни годится. По крайне мере, он за все платит здесь, успокоила себя Джейн. Несмотря на заверения Анабеллы, ее книги не приносят ей ощутимого дохода. Скорее, наоборот… – Добрый день, Джейн, – раздался у нее за спиной голос Мориса. – Здравствуй, – она повернулась к нему и уткнулась глазами в его плечо. Господи, какой же он длинный, машинально подумала Джейн. А ведь Анабелла ниже меня. Как она это терпит? – Чем могу служить? – осведомился Морис. Он выглядел на редкость неприветливо, и если бы не поручение Анабеллы, Джейн ни за что не стала бы беседовать с таким угрюмым типом. – Мне звонила Анабелла, – бодро начала Джейн, – и просила меня закончить ее роман. Сама она не успевает вернуться вовремя… При упоминании имени жены длинное лицо Мориса вытянулось еще больше. Джейн была готова поклясться, что именно так ведут себя провинившиеся мужья, когда родственница жены застает их развлекающимися в отсутствие супруги. Интересно, кто там у него наверху, мелькнула у нее в голове шальная мысль, но она тут же отмела ее. Нет, только не Морис. Ему можно поставить в упрек все, что угодно, но не неверность. Он так любит Анабеллу, так предан ей. Трудно представить себе более заботливого супруга. Это Джейн знала точно. И в то же время в глазах Мориса мелькнуло явное раздражение, когда она сказала, что ее прислала Анабелла. А впрочем, разве за этими бесформенными стеклами можно что-то разглядеть? – Ты будешь заканчивать роман за Анабеллу? – в голосе Мориса Джейн послышалось презрительное недоверие. Прелестно. Одно дело сомневаться в себе, а совсем другое – когда посторонний мужчина в лицо оскорбляет тебя. И пусть не совсем посторонний, но все равно обидно. – Ты считаешь, я не справлюсь с каким-то любовным романчиком? – спросила она как можно более вызывающе. Морис усмехнулся. – Не в этом дело, – спокойно произнес он. – Но Анабелле лучше не перекладывать столь ответственное дело на плечи других… Джейн не поняла, над кем он издевается, над ней или Анабеллой, но предпочла не выяснять этот вопрос. – Мне нужно посмотреть бумаги в ее столе. Она говорила про какую-то тетрадь, – промямлила Джейн. Молчание Мориса выводило ее из себя. Разве можно считать людей настолько ниже себя? Нет, не зря ей неприятен муж сестры. – Смотри. Надеюсь, ты знаешь дорогу. Или тебя проводить? – Не стоит, – отрезала Джейн. – Мне просто было неудобно не предупредить тебя. – Бумаги Анабеллы меня мало интересуют. И потом, ты же ее сестра… Морис наконец-то проявил хоть какие-то признаки дружелюбия, и Джейн вздохнула с облегчением. И почему он не может все время так вести себя? Интересно, наедине с Анабеллой он тоже придерживается этого ироничного тона? – Хорошо, я посмотрю сама. – Джейн направилась к лестнице, ведущей на второй этаж, где царила Анабелла. – Скажи, ты случайно не знаешь, куда поехала Анабелла? – внезапно спросил Морис. Джейн оглянулась. Он стоял у подножия лестницы и выглядел чрезвычайно жалко. Лишенный преимущества роста он больше не казался ни надменным, ни насмешливым. Морис напоминал щенка, послушно ожидающего хозяина. Вернее, хозяйку. – Нет, она об этом ничего не сказала. Разве ты не в курсе? Джейн не могла упустить возможность отомстить ему за то презрение, с которым он ее встретил. Теперь ее очередь смеяться. Что это за муж, который не знает, где его жена? – Я забыл, – честно признался Морис. – Анабелла говорила что-то о Кении или Тунисе, я точно не помню. Думал, она тебе сказала. – Она очень спешила. – Джейн решила быть великодушной. – Анабелла всегда такая. Вечно торопится и сообщает только то, что считает нужным. К тому же она скоро вернется и все подробно расскажет. Наверняка даже роман напишет. Прочитаешь – и все узнаешь о ее путешествии. Выпустив последний заряд, Джейн стала подниматься дальше. В конце концов, она не может весь день тратить на Мориса. Поднявшись на второй этаж, Джейн пошла по широкому коридору. Ноги утопали в пушистом ковре кремового цвета, и она невольно пожалела бедняжку горничную, которой приходилось ежедневно чистить это великолепие. На стенах висели картины. Каждая в отдельности была бы неплоха, но взятые вместе, они производили странное впечатление. Джейн долго не могла понять, каким принципом руководствовалась Анабелла, когда собирала эту коллекцию. Потом оказалось, что ее заботила лишь цветовая гамма. Третья дверь слева вела в кабинет Анабеллы. Джейн распахнула дверь и невольно улыбнулась. Как у настоящей творческой личности, у Анабеллы всегда царил легкий переполох, и в кабинете запросто можно было встретить воздушный пеньюар или набор косметики, а в спальне – оригинал контракта. Вот и сейчас ворох бумаг на столе перемежался с кружевным бельем, а на полу валялись изящные туфли на высоком каблуке. Было видно, что здесь в спешке собиралась молодая очаровательная женщина. Надеюсь, я быстро найду то, что надо, подумала Джейн. Не хотелось бы весь день рыться в этом бардаке. Но искать ей ничего не пришлось. Посередине стола лежала толстая тетрадь, а на ней дискета, на которой круглым почерком Анабеллы было выведено: «Треугольник любви». Джейн почувствовала, как холодок пробежал по спине. Что она сможет написать, чтобы соответствовать такому названию? Эх, почему она не отказала сестре? Пусть бы дописывала свое произведение сама, а не неслась сломя голову куда-то в Африку. И все-таки с чего такая спешка? – невольно задумалась Джейн. И Морис ничего не знает… Неужели у них что-то произошло? Поссорились, например? Но это казалось совершенно невероятным. Анабелла всегда была очень предупредительна с мужем, они были идеальной парой. Совсем как в романе. Джейн подняла книжонку, которая упала с полки и валялась на полу. Удачный брак, гласило название, и с обложки улыбалась маленькая хрупкая девушка в объятиях сильного темноволосого мужчины. Да, Морис и Анабелла тоже неплохо выглядели бы на этой обложке, разве что чуть менее привлекательно. Так что не стоит волноваться по поводу неожиданного отъезда Анабеллы, это всего лишь ее очередная прихоть. Лучше заняться делом, то есть забрать скорее то, за чем она сюда приехала, и отправиться домой. Когда Джейн уходила, Морис даже не вышел, чтобы проводить ее. Не то чтобы она жаждала попрощаться с ним, но так положено, и ее несколько задело подобное отношение. Пришлось удовольствоваться льстивыми улыбками Уоткинса. Погода на улице совсем испортилась, и выезжая на шоссе под проливным дождем, Джейн философски спрашивала себя, почему кто-то живет в роскошном особняке и срывается с места, когда захочется, а кто-то возвращается в крохотную квартирку и вынужден трудиться вдвое больше… Работа шла с трудом. Прочитав три первых главы, написанных Анабеллой, Джейн вообще не могла понять, как можно продолжить то, что фактически не начато. Пространные описания природы и красивого дома – вот и все, что она имела для романа «Треугольник любви». Не густо. Оставалось надеяться, что в тетради будет что-то посущественнее. Джейн прошла на кухню, заварила крепкий чай, взяла тонкую сухую галету и приготовилась к бессонной ночи. Что ж, спасибо сестренке. На первой странице тетради красным фломастером было написано «героиня». Джейн глотнула чаю и принялась за чтение. Рядом же лежала ручка и чистые листы, чтобы записывать все идеи, которые ей захочется использоваться и которые (кто знает!) сами придут в голову. Героиня любовного романа должна быть необыкновенно хороша собой. От одного взгляда на нее у мужчин захватывает дух. В описании героини нужно употреблять как можно больше возвышенных сравнений (напр., фиалковые глаза, жемчужные зубки и т. д.) Джейн хмыкнула и пододвинула к себе лист бумаги. Мельком взглянув на свое темноволосое и темноглазое отражение в зеркальной дверце шкафа напротив, она написала: небесно голубые глаза и золотистые волосы. Дальше. Героиня должна быть молода, но не слишком. Приключения шестнадцатилетних девчонок больше никого не привлекают. Гораздо интереснее читать о переживаниях взрослой женщины, которая открывает для себя новый мир. Справедливо. Джейн в задумчивости погрызла кончик ручки. Что ж, пусть ей будет лет двадцать пять-тридцать. Героиня нежна, утонченна, ласкова. Она может иногда шутить над ближними, но у нее доброе сердце. В глазах светится участие и любовь, однако иногда в них проглядывают маленькие бесенята, и это привлекает мужчин еще сильнее. Господи, неужели мужчин может привлекать подобная женщина? – вздохнула Джейн. Хотя не ей судить о том, что нравится мужчинам. Анабелле виднее. Не зря она пытается быть нежной, утонченной и ласковой. Героиня должна иметь необычное имя, лучше всего длинное. Да, как же ее назвать? Джейн нахмурила лоб. Как назло, в голову ничего не приходило. Как жаль, что Анабелла не догадалась привести список допустимых имен… Хотя к чему лишние домыслы? Анабелла – изумительное имя. Достаточно необычное и красивое для любовного романа. К тому же разве сестра не считает себя прототипом своих героинь? Вот пусть и имя им пожертвует. Ладно, с героиней все ясно. Теперь герой. Герой обязательно высок и великолепно сложен. Джейн вспомнила солидный животик мистера Теренса, своего коллеги, который один раз пригласил ее в ресторан, и невольно усмехнулась. У него красивое мужественное лицо и репутация отъявленного бабника. Он старше героини, опытнее, открывает для нее новые горизонты. Но тщательно скрывает, что героиня вызывает в нем нежные чувства, боится обнаружить свою слабость. Прямо как Морис, догадалась Джейн. По нему тоже сразу не скажешь, что он испытывает что-либо к Анабелле. Действие происходит в каком-нибудь загадочном, живописном месте: старый замок, дворец, хибара на берегу горного озера и т. п. Вот с этим было похуже. Как Джейн ни напрягалась, она не могла выдумать какое-нибудь загадочное место. Но с этим можно было не торопиться, наверняка Анабелла подкинет еще парочку идей. Джейн с растущим интересом перевернула следующую страницу, совсем забыв о стынущем чае. Между героем и героиней обязательно должно быть какое-то недопонимание, которое сглаживается физическим влечением. Отдельная глава посвящается тому, как они реализуют свои желания… Здесь у Анабеллы стояло жирное многоточие и восклицательный знак. Джейн оторвалась от тетради. Да, герои любовных романов реализуют свои желания совсем не так, как обычные люди. Например, разве можно назвать любовью то, что происходило между ней и Риком Приски, опять же коллегой, в этой самой комнате? Да если описать это в романе, то читатели животики надорвут от смеха. Рик мигом избавился от одежды и предстал перед ней во всем великолепии своих маленьких кривых ног и впалой груди, на которой темнела редкая растительность. Только умение владеть собой помогло Джейн сдержать смех в этот ответственный момент, и Рик не заподозрил, что его потуги она так и не оценила. Уже было далеко за полночь, когда Джейн наконец оторвала глаза от тетради. Сама она записала немного, но прочитанное несколько облегчило задачу. Джейн включила компьютер, и вскоре ее пальцы уже вовсю стучали по клавишам, набирая текст. Анабелла томно откинулась в шезлонге и протянула тонкую руку к стакану апельсинового сока. Золотые браслеты жалобно звякнули друг о друга и замерли. Она поднесла сок ко рту и сделала несколько осторожных глотков. В этом доме надо быть особенно осмотрительной. Один опрометчивый шаг – и она окажется в полном распоряжении своих врагов… Неожиданно кто-то подошел к шезлонгу Анабеллы. Мужская тень закрыла стройные ноги девушки. Анабелла подняла глаза и на мгновение застыла на месте. Рядом с ней стоял Джакопо. Он только что искупался в бассейне, и капельки воды поблескивали на его загорелом стройном теле. Анабелла, конечно, знала, что он хорошо сложен, но чтобы настолько… Она впервые видела его в плавках, и надо сказать, что в этом виде он смотрелся еще более привлекательно. – Как насчет того, чтобы поплавать вместе? – спросил он, перемежая английские и итальянские слова. – Хорошо, – ответила Анабелла до того, как успела осознать всю ошибочность этого согласия. Через секунду она уже стояла рядом с ним и развязывала поясок атласного халатика, который накинула, чтобы уберечься от жестоких лучей солнца. Джакопо с вежливым интересом следил за ней, и Анабелла никак не могла понять, что это – искренняя симпатия к ней или обычная внимательность гостеприимного хозяина? И главное, что было бы желаннее ей? 3 В понедельник случилось невероятное. Джейн впервые в жизни проспала. Будильник трещал без умолку, но она не обратила на него внимания. Бессонная ночь с субботы на воскресенье дала о себе знать, да и накануне Джейн засиделась за полночь. Задание сестры неожиданно увлекло ее… Приведя себя в порядок, Джейн помчалась на работу. По дороге она выдумывала различные оправдания, хотя знала, что ей нет никакого прощения. Но впервые в жизни проступок не очень сильно взволновал ее. Опоздала, с кем не бывает? Она влетела в офис и пробежала на свое место. Сотрудники проводили Джейн удивленными взглядами. Они привыкли к тому, что она всех встречает утром и провожает вечером. – Интересно, что произошло у нашей Джейн? – перешептывались между собой заинтригованные дамы. Но спросить у нее никто не осмелился. Осмелился начальник, мистер Корнфлоу. Он вызвал Джейн к себе после обеда и подробно расспросил о здоровье. – Со мной все в порядке, мистер Корнфлоу, – заверила она его. – Благодарю вас за заботу, но… в чем дело? – Просто сегодня вы впервые опоздали за все время, что работаете в нашей компании, – добродушно пояснил он. – А так как я знаю вас как очень добросовестного работника, я, естественно, решил, что с вами что-то случилось… – Нет, все нормально, – выдавила из себя Джейн. – Непредвиденные обстоятельства. Такого больше не повторится. На негнущихся ногах Джейн вышла из кабинета мистера Корнфлоу и еле доковыляла до своего кресла. Почему-то она сердилась не на сестру, из-за которой не выспалась, а на начальника, который не мог промолчать из-за единственного опоздания. Я была занята, мрачно сказала Джейн про себя. Я всю ночь писала любовный роман. И этой ночью буду делать тоже самое. Потому что я обещала и потому что мне самой нравится это занятие! Через три недели готовый роман лежал на столе у Джейн. Она любовалась толстой пачкой листов, покрытых мелкими черными буковками. Это – творение ее рук, не Бог весть какое, но оно принадлежит ей. Джейн даже почувствовала нечто вроде нежелания отдавать плоды своего труда в чужие руки. Подумать только, кто-то будет печатать это, да еще под именем Анабеллы! Расставаться с героиней было трудно. Несмотря на ее кажущуюся взбалмошность и нелепость она была дорога Джейн. И жизнь, нарисованная ею, была такой заманчивой, такой сладостной… Нелегко было после этого возвращаться в унылый мир цифр и правил… Но Джейн не позволяла себе расслабиться. Она обещала, что закончит работу вовремя, и она это сделала. Теперь остается только дождаться возвращения Анабеллы, чтобы с триумфом вручить ей готовую работу. Прошла еще неделя. Анабелла по-прежнему не давала о себе знать. По подсчетам Джейн сестра уже четыре дня назад должна была вернуться домой, но на каждый ее звонок льстивый Уоткинс неизменно отвечал: – К сожалению, мисс Торп, мисс Свитхарт еще не приехала. Ждем ее с минуты на минуту, но пока от нее нет никаких известий. Джейн уже начинала беспокоиться. Анабелла не говорила точно, на сколько она уезжает, но отпуск ее явно затягивался. Близился конец месяца, срок сдачи книги, а великой писательницы на месте не было. Наконец Джейн не выдержала и позвонила Морису. Что ей делать с этой дурацкой книжонкой? Неужели все ее старания пропадут зря? Морис ничем не обрадовал ее. Он не имел ни малейшего понятия о том, где его жена, почему она не возвращается и что делать с новоиспеченным шедевром. Джейн была готова растерзать его, когда он равнодушно заявил: – Анабелла свободный человек, она вправе делать все, что ей вздумается. Если бы с ней случилось что-то плохое, нам бы сообщили. На самом деле она очень весело проводит сейчас время и совсем о нам не думает. А что касается твоей книжки, – тут в голосе Мориса прозвучала явная насмешка, – то пристраивай ее, куда хочешь. Отвези ее редактору сама. Он несомненно обрадуется… – Морис, я серьезно, – взмолилась Джейн. На самом деле ей больше всего хотелось вцепиться ему в лицо и расцарапать его в кровь. Какой он мерзкий. Совсем как Люк из ее романа. Он тоже ходил с кислой физиономией, над всеми посмеивался и строил мелкие пакости. Считал себя умнее других, а в результате оказался в собственной ловушке. Как жаль, что в жизни все по-другому… – Извини, – проговорил он, хотя в его тоне не было ни намека на раскаяние. – Анабелла действительно должна была сдать что-то тридцатого числа. Ты вполне можешь сама переговорить с редактором. В конце концов, ты ее сестра. Скажешь, что она срочно уехала и поручила тебе передать рукопись. Это правдоподобно, и ты таким образом не подведешь Анабеллу. – Но я даже не знаю, как его зовут, – промямлила Джейн. Похоже, она все-таки зря связалась с этим романом. – Ничего страшного, – утешил ее Морис. – Я дам тебе все координаты. На следующий день Джейн с бьющимся сердцем подходила к зданию Паблишинг Холдинг, одному из крупнейших издательств страны. Анабелла довольно давно сотрудничала с ними, зато для Джейн подобный визит был в диковинку. Когда она робко заикнулась блестящему молодому человеку в строгом костюме, что хотела бы переговорить с Джозефом Колдреном, тот странно на нее покосился, но набрал нужный номер. – Мисс Смит? Здесь какая-то дама желает переговорить с Колдреном, – бросил он в трубку, опять окинув Джейн сомневающимся взглядом. Она невольно поежилась, осознав, что выглядит сейчас далеко не лучшим образом. Провалившиеся от постоянной бессонницы глаза, от прически давно и следа не осталось… На что тут рассчитывать… Вот было бы здорово обладать изысканной красотой, как героиня ее романа… Летящей походкой она ворвалась в здание Паблишинг Холдинг, менеджеры изумленно смотрели ей в след. Откуда взялось это необыкновенное существо с горящими глазами и разрумянившимися щечками? Кто тот счастливчик, к которому она направляется? – Мне необходимо срочно переговорить с Джозефом Колдреном, – тихо сказала она, и тотчас перед ней распахнулись все двери этого громадного здания. Каждый горел желанием оказать ей услугу, проводить лично до кабинета всесильного Колдрена… – На лифте до восьмого этажа, там налево по коридору последняя дверь, – небрежно кинул менеджер и повернулся к другому посетителю. Джейн почувствовала, что ею незаслуженно пренебрегли. Увы, она не в романе, и рассчитывать на повышенное внимание нечего. Джозеф Колдрен тоже был несклонен возиться с нежданной посетительницей. Он бы вообще отказался с ней встретиться, если бы она не упомянула волшебное имя Анабеллы Свитхарт. – Чем могу служить? – недовольно рявкнул он, не отрывая глаз от бумаг, когда Джейн, робко постучавшись, вошла в его кабинет. – Здравствуйте, – поприветствовала она его. Джозеф кинул на нее взгляд исподлобья. Видимо, то, что он увидел, не вдохновило его на любезности. Но этот осмотр имел неожиданный эффект. Джейн перестала смущаться и снова почувствовала себя той, кем была на самом деле. Она Джейн Торп и знает себе цену. А то возомнила себя эфемерной девушкой с тонким голоском! – Я сестра Анабеллы, – решительно начала она. Ни капли былого волнения не было слышно в ее голосе. Эта перемена заставила Колдрена отложить бумаги в сторону и жестом предложить Джейн присесть, что она и сделала, не переставая говорить. Она вкратце изложила ему поручение Анабеллы, опустив тот момент, что сестра поручила ей написать фактически всю книгу. – Насколько я знаю, срок сдачи уже подошел, а она до сих пор не вернулась. Я решила сама привезти вам рукопись, чтобы обязательства Анабеллы не остались невыполненными, – удовлетворенно заключила Джейн. Кажется, ее версия звучит очень правдоподобно. – Я очень благодарен вам, мисс… Торп, – заговорил Колдрен, и Джейн не могла понять, почему на его лице появилось насмешливое выражение. – Трогательно, что вы так заботитесь о добром имени сестры. На самом деле эта книга будет первой, которую мисс Свитхарт сдала в срок. Она обычно мало думала о своих обязательствах… Что-то недоброе послышалось в голосе и словах Колдрена. Джейн внимательно пригляделась к редактору. Низкий покатый лоб, широкие брови, двухдневная щетина на щеках – все придавало ему зловещий вид. Как Анабелла могла работать с таким отвратительным типом? – подумала Джейн. Ведь она так любит все прекрасное. Неужели она не нашла никого более приятного в общении? С ее-то известностью… – Я не знаю, как Анабелла работает с вами, – угрюмо произнесла Джейн. Ей не понравился пренебрежительный отзыв Колдрена. – Я просто делаю то, о чем она меня просила. – О, не сердитесь на меня, – улыбнулся он и встал из-за стола. К удивлению Джейн Колдрен оказался очень маленького роста. Сидя, он смотрелся так внушительно, стоя, он едва доходил бы ей до плеча. – Общение с мисс Свитхарт всегда очень удручающе действовало на меня. Поэтому я негативно отношусь к тому, что связано с ней. Но лично к вам, дорогая мисс Торп, это никоим образом не относится. С этими словами Колдрен подошел к огромному окну в человеческий рост и стал наблюдать за происходившим на улице, повернувшись к Джейн спиной. Она обомлела от такой невоспитанности. Что значит не относится к ней? Этот недоросток смеет наживаться на ее сестре, да еще и оскорблять ее! Джейн вскочила со стула. Ярость душила ее. – Я обязательно расскажу Анабелле все, что вы говорили сейчас о ней, – прошипела она. – Пусть узнает, насколько хорошо вы к ней относитесь. – Деточка моя, – засмеялся Колдрен. – Вы думаете, что Анабелле это неизвестно? Вы плохо знаете свою сестру. Несмотря на жанр своих произведений, она вполне прагматичная и проницательная особа. От ее внимательных глазок ничего не укрывается. Она всегда знает, когда удача плывет ей в руки, и никогда не упускает ее… Колдрен говорил с горечью, и Джейн невольно задумалась, что связывает его с Анабеллой. Пожалуй, он прав – она совсем не знает сестру. – Мне кажется, вы могли бы с большей симпатией относиться к ведущему автору вашего издательства, – не удержалась Джейн. – К ведущему автору нашего издательства? – повторил Колдрен, повернув изумленное лицо к Джейн. – С чего вы взяли, что Анабелла Свитхарт – наш ведущий автор? В голосе Колдрена было столько искреннего удивления, что Джейн на секунду замешкалась. – Но вы же печатаете все ее книжки, – наконец выдавила она из себя. – И гонорары большие ей платите, и рекламу она вам создает… – Да уж, рекламу, – вздохнул Колдрен. – Над нами скоро все смеяться начнут. Паблишинг Холдинг впервые выпускает книги себе в убыток! И ладно бы еще высокохудожественную литературу, было бы ясно, ради чего страдаем. А то ерунду, нудные бульварные романчики. – Читателям нравится, – отрезала Джейн. – Неужели? Не верю. Вот вам это нравится? Джейн замялась. Если быть честной, она ни разу не дочитала ни одну книгу Анабеллы до конца. Колдрен совершенно правильно понял ее замешательство. – Вот видите, – с удовлетворением произнес он. – Даже вам не интересны ее книжонки. Что уж говорить о более взыскательной публике… – Зачем же вы тогда продолжаете работать с Анабеллой? – спросила недоумевающая Джейн, проглотив оскорбительное «даже вам». – Порой обстоятельства выше нас, – туманно заметил Колдрен. – А некоторые люди этим пользуются… – Что вы имеете в виду? – насторожилась Джейн, но Колдрен уже понял, что чересчур разоткровенничался с посторонним человеком. – Не стоит в это углубляться, это неинтересно, – отмахнулся он, но Джейн ясно ощутила какую-то недосказанность. – Значит, вы принесли мне очередной шедевр Анабеллы Свитхарт, – заговорил через некоторое время Колдрен совсем другим, неестественно бодрым тоном. – Отлично. Давайте быстро сюда. Джейн полезла в сумочку и нехотя достала дискету. Было очень неприятно отдавать этому гадкому типу плоды упорных трудов. Она представила себе, как издевался бы над ней Колдрен, если бы знал, что она тоже поучаствовала в создании этой книги. – Держите. Колдрен небрежно взял дискету и сунул в ящик стола. Джейн тоскливо проводила ее глазами. Она даже копии себе не оставила. Как глупо. Хотя зачем? Она наизусть помнит каждое слово, написанное ею. – Не смею вас больше задерживать. Насмешливые слова Колдрена привели Джейн в чувство. Она вздрогнула и, не говоря ни слова, направилась к двери. Только она взялась за ручку, как Колдрен снова заговорил. – Кстати, мисс Торп, если вы в ближайшее время будете общаться с нашей драгоценной Анабеллой, в чем лично я сильно сомневаюсь, передайте ей, пожалуйста, чтобы она не особенно торопилась. Паблишинг Холдинг прекрасно обходится без нее, а под лазурным итальянским небом ей должно быть очень неплохо… Джейн выскочила из кабинета и громко хлопнула за собой дверью. Ее возмущению не было границ. Этому мерзкому человечку еще повезло, что она хорошо воспитана, иначе он узнал бы о себе много интересного. Она решительно направилась к лифту. Тяжесть ее шагов гасил длинный ворсистый ковер. Джейн нажала на кнопку, тут же перед ней распахнулись двери лифта. Но она застыла на месте, не успев сделать и шага. Прощальные слова редактора неожиданно всплыли в голове. Если вы в ближайшее время будете общаться с Анабеллой, в чем лично я сильно сомневаюсь… Под лазурным итальянским небом… Почему Колдрен так уверен, что Анабелла скоро не вернется? И откуда ему известно, что она в Италии? Ведь Морис говорил, что Анабелла упоминала об Африке? А Колдрен вполне четко заявил о лазурном итальянском небе. Что все это значит? Джейн почувствовала, как в сердце по капле проникает тревога. События последнего месяца пришли на ум во всей совокупности. Каждый факт в отдельности не вызывал подозрений, однако все они, взятые вместе, настораживали… Внезапный отпуск Анабеллы. Так непохоже на нее сорваться с места и исчезнуть, не сказав никому ни слова. Две недели затянулись, а от нее никакой весточки. И вот теперь этот вынужденный визит к Джозефу Колдрену, во время которого выясняются вопиющие вещи. Оказывается, Анабелла вовсе не ведущий автор издательства, а надоедливая дамочка, с которой они по непонятным причинам подписывают очень выгодные контракты. Все это было более чем странно… Двери лифта бесшумно закрылись перед Джейн. Да, уходить отсюда еще рано. Она не все выяснила. Повинуясь какому-то неясному чувству, Джейн повернулась и пошла обратно по коридору к широкой темно-серой двери, которой она пять минут назад с таким наслаждением хлопнула. На этот раз ее походка была гораздо осторожнее, Джейн старалась, чтобы никто не смог услышать ее. Впрочем, такая предосторожность была совершенно лишней. В этой время в коридорах Паблишинг Холдинг было тяжело встретить кого бы то ни было. Джейн на цыпочках подкралась к двери Колдрена и с замирающим сердцем приложилась к ней ухом. Что она рассчитывала услышать – неизвестно, но просто так уходить она не собиралась… Некоторое время в кабинете стояла тишина. Было лишь слышно, как Колдрен открывает ящики стола и шуршит бумагами. Джейн уже была готова покинуть свой сторожевой пост, как телефон на столе редактора оглушительно зазвонил. Джейн немедленно убедилась, что стены в Паблишинг Холдинг вполне звукопроницаемы. Обменявшись со своим собеседником банальными приветствиями, Колдрен заговорил о том, что больше всего волновало Джейн. Она мысленно поблагодарила свою счастливую звезду, которая привела ее обратно, и приготовилась слушать. – Знаешь, кто только что у меня был? – хохотнул Колдрен. – Ни за что не поверишь. Родная сестра нашей несравненной Анабеллы Свитхарт! Сводная, машинально поправила про себя Джейн. Впрочем, в сложившихся обстоятельствах это не имело никакого значения. Видимо, собеседник Колдрена отпустил по этому поводу какое-то замечание, потому что редактор вдруг разразился гадким хохотом. – Нет, сестренка попроще будет, – сказал он, отсмеявшись. – Этакая серая мышка в дешевой одежде. Ни за что бы не поверил, что у роскошной Анабеллы подобная родня… Это уничижительное описание покоробило Джейн, но с места она не двинулась. Посмотрим, насколько далеко зайдет господин Колдрен в своей откровенности. – Да, Анабелла ужасно действовала на нервы, – произнес Джозеф после некоторой паузы. – Я еще удивляюсь, как мы могли так долго терпеть ее. Я человек неробкого десятка, но с этой дамочкой не было никакого сладу. Еще чуть-чуть, и она разорила бы меня. Никаких преувеличений, все так и было. С каждой минутой Колдрен выбалтывал все более серьезные вещи. Не желая ничего пропустить, Джейн все сильнее вжималась в дверь. Она так и знала, что этот человечек причастен к таинственному исчезновению Анабеллы. Если ей повезет, она узнает, что именно произошло с сестрой. Но Джейн не повезло. В своих усилиях она совсем забыла о дверной ручке, которая напомнила о себе самым беспардонным образом. Она безжалостно повернулась под тяжестью руки Джейн, когда та прислонилась к двери еще ближе. – Подожди, Берт, я тебе перезвоню попозже. Джейн услышала щелчок трубки, которую положили на место, а потом приближающиеся шаги. Она в ужасе отпрянула от двери. Кажется, ее засекли. Она лихорадочно огляделась по сторонам, спасения не было. Ни маленького коридорчика, ни потайной двери. Лишь ровная дорога назад до лифта, и ровные ряды бездушных дверей. Что делать? Шаги все слышнее. В отчаянии Джейн рванулась к ближайшей двери. Она как-нибудь объяснит сотрудникам этого кабинета, что ей надо. Но к ее величайшему облегчению, ее встретили не изумленно-враждебные взгляды сотрудников Паблишинг Холдинг, а благословенная прохлада лестничной клетки. Кто мог знать, что за одной из этих ужасных дверей скрывается путь к спасению? Джейн едва успела выскочить на лестницу, как дверь кабинета Колдрена с шумом распахнулась. Дальше она не стала дожидаться. А вдруг ему придет в голову мысль заглянуть сюда? Не теряя ни минуты, Джейн поспешила вниз по лестнице. Ей нужно было как можно скорее выбраться из этого здания, чтобы предпринять что-то насчет Анабеллы. Колдрен и его таинственный собеседник явно затеяли что-то дурное… Выскочив на улицу, Джейн в растерянности застыла на месте. С чего начать? К кому обратиться? Конечно, как же она могла забыть. Морис Крамер. Пусть они недолюбливают друг друга, но в деле, касающемся Анабеллы, должны стать единомышленниками. * * * – Морис, с Анабеллой случилось что-то страшное, – с порога выпалила Джейн. – Добрый день, Джейн, – приветствовал ее Морис. Он вальяжно раскинулся в кресле, на столе перед ним дымилась чашка кофе. – Не ожидал увидеть тебя здесь… Джейн и сама не ожидала, но обстоятельства требовали того. Она была слишком слаба и незаметна, чтобы помочь Анабелле. А помощь сестре явно требовалась. Джейн с трудом отыскала офис Мориса. Маленькая компания моего муженька, как всегда говорила Анабелла. Что ж, видимо так и было на момент их женитьбы, но с тех пор прошло уже семь лет, и маленькая компания успела вырасти в очень крупную фирму. Джейн рассчитывала найти Мориса в стандартном сером офисе, которыми изобиловала деловая часть города и которые служили идеальным прибежищем для бизнесменов средней руки. То, что она увидела, поразило ее до глубины души. Высоченное здание, сверкающие под полуденным солнцем стекла, толпы снующих служащих. Беспрестанный звон телефонов, треск факсов и ксероксов, пачки документов повсюду. Безупречные молодые люди в белых рубашках и галстуках, стройные девушки на каблуках. Каждый на своем месте, делает свое дело, все винтики одного хорошо отлаженного механизма, который живет по законам, устанавливаемым свыше. И над всем этим людским и техническим муравейником гордая вывеска, строгая, внушительная, выполненная по всем канонам хорошего вкуса: Крамер Консалтинг Корпорэйшн. Да, Анабелла явно что-то проглядела. Впрочем, сейчас это неважно. Джейн влетела в здание и остановилась у длинной стойки, за которой сидели гладко причесанные девушки и хорошо поставленными голосами отвечали на телефонные звонки. – Мне нужно срочно переговорить с Морисом Крамером, – выпалила Джейн, почувствовав на мгновение совершенно недостойную гордость оттого, что она в родстве с владельцем этой компании. – У вас назначено? – осведомилась одна из девушек. Ее глаза смотрели неодобрительно, но Джейн слишком спешила, чтобы устрашиться этого. – Нет, но это очень срочно. Я сестра супруги мистера Крамера, и было бы лучше, если бы вы поторопились сообщить ему о моем приходе. То ли воображение Джейн сыграло с ней злую шутку, то ли девушка действительно прониклась срочностью дела, но она послушно сняла трубку и набрала несколько цифр. После двухминутной беседы с секретарем Мориса и пятиминутного ожидания, она наконец подняла глаза и произнесла: – Мистер Крамер ждет вас. Эндрю проводит вас до его кабинета. Рядом с Джейн немедленно возник один из молодых людей в белых рубашках и галстуках. Он учтиво наклонил голову, предлагая свои услуги в качестве гида по лабиринтам Крамер Консалтинг Корпорэйшн. Джейн приосанилась. А вот и необязательно обладать неотразимой красотой, чтобы производить впечатление на мелких клерков солидных компаний. Достаточно всего лишь состоять в родстве с главами компаний. Пусть даже в таком сомнительном… Кабинет Мориса Крамера был размером с хорошее бейсбольное поле. Джейн подумалось, что все сотрудники ее офиса без труда разместились бы в этом помещении. Она растерянно огляделась по сторонам, не сразу заметив Мориса. Но зато когда увидела его, то сразу приступила к делу, не желая больше отвлекаться на пустяки вроде роскошного интерьера… – И все-таки мне кажется, что ты преувеличиваешь. Джейн нахмурилась. Она битый час распинается перед Морисом, а он считает ее взбалмошной дамочкой, поднимающей тревогу из-за пустяков. – Но я точно слышала! И Анабелла слишком долго не возвращается. Она ни разу не позвонила. Морис, как ты не понимаешь! Морис снял очки, достал из ящика стола полосатую тряпочку и методично протер стекла. Джейн была готова убить его за медлительность. – Пожалуй, в твоих словах что-то есть, – наконец произнес он и посмотрел на Джейн близорукими глазами. Она впервые видела лицо Мориса без очков. Зачем он их носит, они ему не идут, невольно подумалось ей. Так он намного привлекательнее. Морис встал из-за стола и подошел к окну. Джейн внимательно наблюдала за ним. Надо же, за последний час она побывала в двух разных кабинетах, поговорила с двумя разными мужчинами. Почему же ей так же некомфортно со вторым, как и с первым? Воцарилась тишина. Морис, казалось, совсем забыл о Джейн, увлеченный происходящим за окном. А она бросала на него взгляды исподлобья и размышляла о том, какая одежда украсила бы Мориса Крамера, вместо того, чтобы превращать его в огородное чучело. То, что в домашнем свитере с вытянутыми рукавами он смотрится отвратительно, было очевидно. Однако и деловой костюм отнюдь не добавлял изысканности его долговязой фигуре. То ли рукава слишком коротки, то ли весь пиджак мал, оценивала Джейн внешний облик мужа Анабеллы. А брюки, наоборот, на коленях пузырятся. Неужели Морис никогда не смотрится в зеркало? Брал бы пример со своих отутюженных подчиненных… Напрашивался предательский вопрос о том, почему Анабелла допускает такое? Но верная своим сестринским чувствам, Джейн постаралась не сосредотачиваться на этой теме. В конце концов, Морис взрослый человек, а у Анабеллы слишком много дел, чтобы следить за ним как за ребенком… Взглянув на него в очередной раз, Джейн неожиданно заметила, что является для него таким же объектом для наблюдения. Их взгляды случайно встретились, и на губах Мориса появилась понимающая улыбка. Джейн немедленно покраснела. Значит, он только притворялся, что смотрит в окно. Как низко. Представив себе, какие выводы мог сделать он относительно ее серого костюмчика не первой свежести, утомленного лица и заросшей стрижки, она покраснела еще сильнее. Удивительно, насколько насмешливым могут быть глаза этого типа! – Знаешь, Джейн, я думаю, что нам с тобой тоже не помешает небольшой отпуск. Джейн неверяще уставилась на Мориса. Она не ослышалась? – Я тоже уже начал беспокоиться насчет Анабеллы, – признался он. – Лучше всего поехать вслед за ней и разобраться, что же произошло на самом деле. Джейн только рот открыла. Потрясающе. Морис предлагает ей поиграть в частных детективов. – Это невозможно, – категорически заявила она. – У меня отчет, я и так слишком много времени потратила на эту дурацкую книжку. Работы по горло и… – Тебе дорога Анабелла или нет? – резко спросил Морис. – О каких отчетах может идти речь, если дело касается твоей сестры? Ты меня удивляешь, Джейн. То ты врываешься в мой кабинет и кричишь, что Анабелла в опасности, и мы должны что-то предпринять. И вдруг сразу на попятный. Объяснись. – Но… меня не отпустят… Джейн представила себе лицо мистера Корнфлоу, если она вдруг объявит, что собирается сейчас в отпуск. Ей стало страшно. Она, конечно, не питает к начальнику дружеских чувств, но допустить, чтобы его разбил паралич, тоже нельзя… – Послушай, Джейн. – Морис подошел ближе и немного наклонился над ней. – Я не буду говорить сейчас о том, что ты некрасиво поступаешь по отношению к Анабелле. Ты стала свидетельницей весьма неприятного разговора и должна сделать соответствующие выводы. Но ты обкрадываешь саму себя. Сколько можно работать? Неужели тебе не хочется хотя бы раз в жизни пожить в роскошном отеле, искупаться в бассейне? Совсем как героини из романчиков Анабеллы. Она бы посмеялась над тобой, если бы знала, от чего ты отказываешься. Джейн слушала Мориса с широко распахнутыми глазами. Меньше всего она ожидала, что он начнет соблазнять ее прелестями предстоящего путешествия. Какая ерунда. Лучше бы напомнил лишний раз о бедняжке Анабелле, которая одна в чужой стране. Еще неизвестно, что с ней сделали или собираются сделать эти негодяи под предводительством Джозефа Колдрена. Только Джейн собралась открыть рот, чтобы возразить Морису, как перед ее мысленным взором предстала очаровательная картина. Бассейн изогнутой формы, вода отливает изумрудом. Все вокруг безмятежно, лишь весенний ветерок ласково играет с листвой деревьев. Вдруг из глубины выныривает прекрасная девушка. Она выходит из бассейна и неторопливо растирается пушистым полотенцем. Ей некуда спешить, ей не надо сдавать отчет и работать допоздна. Она вполне может посвятить весь день самой себе… Джейн вздохнула. Нет, это слишком. Отец всегда говорил, что чувство долга превыше всего, а ей обязательно надо быть на работе. – Хорошо, Морис. Если ты считаешь, что вдвоем мы сможем найти Анабеллу и разобраться с этим делом, то я с тобой. Морис довольно улыбнулся. – Умница. Мне тоже пора отдохнуть. А заодно проведаем Анабеллу и посмотрим, так ли ужасно обстоят ее дела, как кажется тебе. Только тут до Джейн дошло, что она согласилась поехать с Морисом. Кажется, кто-то произнес эти слова за нее. Она ни за что не решилась бы на такой опрометчивый поступок. Что скажет мистер Корнфлоу? А Морис тем временем снял трубку телефона и уже вызывал к себе некоего Джима. Джейн приготовилась к неожиданной встрече, но была разочарована, когда через несколько минут перед ней появился невысокий бледный мужчина с хитроватым выражением лица. – Джим, – заговорил Морис, – мне нужно, чтобы ты разузнал, из какого аэропорта и куда вылетела мисс Анабелла Свитхарт. Дата отправления – пятнадцатое апреля. Предполагаемое направление – Африка или Италия. Хотя может быть все, что угодно. Результаты должны быть у меня как можно скорее. Мужчина чуть поклонился и тихонько вышел из кабинета. – А ты пока улаживай дела с работой и собирайся. Джим знает свою работу, думаю, к концу дня у нас будет точная информация о том, куда поехала Анабелла. И не смотри на меня так удивленно, пожалуйста. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/aleks-vud/krasivaya-zhizn/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 33.99 руб.