Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Спецназ

Спецназ
Автор: Виктор Суворов Об авторе: Автобиография Жанр: Военное дело , спецслужбы, публицистика Тип: Книга Издательство: ООО «Издательство «Добрая книга» Год издания: 2018 Цена: 499.00 руб. Другие издания Аудиокнига 479.00 руб. Отзывы: 1 Просмотры: 69 Скачать ознакомительный фрагмент FB2 EPUB RTF TXT КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 499.00 руб. ЧТО КАЧАТЬ и КАК ЧИТАТЬ
Спецназ Виктор Суворов Части специального назначения (СпН) советской военной разведки были одним из самых главных военных секретов Советского Союза. По замыслу советского командования эти части должны были играть ключевую роль в грядущей ядерной войне со странами Запада, и именно поэтому даже сам факт их существования тщательно скрывался. Выполняя разведывательные и диверсионные операции в тылу противника накануне войны и в первые ее часы и дни, части и соединения СпН должны были обеспечить успех наступательных операций вооруженных сил Советского Союза и его союзников, обрушившихся на врага всей своей мощью. Вы узнаете: • Как и зачем в Советской Армии были созданы части специального назначения и какие задачи они решали. • Кого и как отбирали для службы в частях СпН и как проходила боевая подготовка солдат, сержантов и офицеров СпН. • Как советское командование планировало использовать части и соединения СпН в грядущей войне со странами Запада. • Предшественники частей и соединений СпН: от «отборных юношей» Томаса Мора до гвардейских минеров Красной Армии. • Части и соединения СпН советской военной разведки в 1950-х – 1970-х годах: организационная структура, оружие, тактика, агентура, управление и взаимодействие. «Спецназ» – прекрасное дополнение к книгам Виктора Суворова «Советская военная разведка» и «Аквариум», увлекательное чтение для каждого, кто интересуется историей советских спецслужб. Виктор Суворов Спецназ © Виктор Суворов, 1987–2018 © ООО «Издательство «Добрая книга», 2018 – издание на русском языке, оформление * * * Когда на протяжении семи десятков лет унылые надсмотрщики советской литературы талдычили о социальном заказе и положительном герое, не веря ни одному своему слову, они и помыслить не могли, что можно написать такое. «Аквариум» Виктора Суворова – это признание в любви потомственного офицера своей армии. Посреди сегодняшнего плача и стонов чиновников и милиционеров, депутатов и генералов о том, что им чего-то не додали, не разрешили, эта веселая и злая, упругая и энергичная проза человека отважного потому и производит огромное впечатление. И не нужно производить раскопки на соседних полках и допытываться: а на кого он похож? Ни на кого. Сам на себя. Своей собственной школы человек.     Григорий Файман. Газета «Русская мысль». 7–13 мая 1993 г. Суворов – яркий, ни на кого не похожий писатель. Он мастерски меняет сцены, внезапно разворачивает действие в неожиданном направлении, понижает тон повествования и вдруг доводит его до громового звучания в духе самой лучшей приключенческой классики… Несмотря на великолепие стиля, причины его побега остаются загадкой. В книге эти причины не нашли внятного объяснения.     London Review of Books о книге «Аквариум». 19 декабря 1985 г. То, о чем рассказывает Суворов, не придумать. Хочет того автор или нет, книга убедительно доказывает, что советская разведка – лучшая в мире, и не просто лучшая – ее нельзя сравнивать ни с одной разведкой других стран.     Анатолий Гладилин, писатель. Газета «Новое русское слово». Нью-Йорк, 24 июня 1986 г. Великолепно. «Аквариум» очарует всех, кто неравнодушен к приключениям, шпионажу, столкновениям характеров, к мужеству и храбрости.     Джон Баррон. Газета The New York Times. 10 июня 1986 г. К сожалению, в «Аквариуме» нет ничего о жизни разведчиков. Каждый, кто ждет увлекательного повествования, будет разочарован книгой Суворова. «Аквариум» – это нудное сочинение о его карьере, он вспоминает факты из своей жизни, которые никому не интересны, кроме него самого. Книга может вызвать отклик только у тех, кто интересуется советской бюрократией и методами проталкивания разведкой своих людей или вопросом, как советские шпионы пьют водку после выполнения задания. (Они пьют стаканами, стараясь не пролить.)     Газета The Jerusalem Post. Иерусалим, 27 сентября 1986 г. Художественное по форме, но убедительное по фактической основе повествование Суворова поражает.     Газета «Рабочая трибуна». 17 декабря 1991 г. – Это и есть тот самый «Аквариум», так подробно описанный в одноименной книге Виктора Суворова? – Да, этот дом, где вы сейчас сидите, наш бывший резидент называет «Аквариумом». Обратили внимание, здесь много стекла? Вообще-то он когда-то строился под госпиталь. Кстати, настоящая фамилия автора – Резун. Это наш полковник, лет 11–12 назад сбежавший в Англию.[1 - Чтобы не навредить друзьям и сослуживцам, свои книги я писал под псевдонимом, который решил никогда не раскрывать (подробнее об этом читайте в предисловии к роману «Аквариум»). В конце августа 1991 года, сразу после провала военного переворота в Москве, мой псевдоним впервые раскрыл начальник ГРУ, назвавший меня полковником. Прошло полгода, и новый начальник ГРУ назвал меня майором (см. следующие цитаты). Прошло еще полтора года, и бывший резидент ГРУ в Женеве назвал меня капитаном. Тенденция налицо. Если так пойдет и дальше, через некоторое время в прессе, вероятно, выступит бывший младший шифровальщик женевской резидентуры и назовет меня ефрейтором. – Прим. автора.]     Заместитель начальника Генерального штаба Вооруженных сил СССР, начальник ГРУ генерал армии В. М. Михайлов. Интервью газете «Комсомольская правда». 23–31 августа 1991 г.[2 - Это очень примечательное интервью: в нем, как в капле воды, отразилось состояние правящей верхушки Советского Союза в первые дни после поражения августовского путча. Интервью было опубликовано под издевательским заголовком «ГРУ: в “Аквариуме” меняют воду?». Это был первый случай в истории ГРУ (и, возможно, последний), когда начальник этой организации отвечал на вопросы журналиста в своем кабинете в здании штаб-квартиры ГРУ – в «Аквариуме». Только что были арестованы члены ГКЧП, митингующие москвичи демонтировали памятник Дзержинскому на Лубянской площади, приостановлена деятельность КПСС, а ее имущество стало государственной собственностью России. Кажется, что руководители СССР находятся в состоянии шока. Интервью очень похоже на допрос с пристрастием: журналист, ничуть не стесняясь, задает начальнику одной из самых могущественных разведывательных организаций мира такие вопросы, которые еще месяц назад казались немыслимыми, а тот, словно оправдываясь, прилежно отвечает на них, как нашкодивший школьник, пытающийся угодить учителю:– Основные задачи ГРУ?– У нас только военная разведка. ‹…›– Запчасти к “Стингерам” – ваше дело?– Так точно. Наше дело. ‹…›– Давно ли вы на должности начальника ГРУ?– Четыре года. Я не профессиональный разведчик, я чисто войсковой товарищ. ‹…›– А теперь традиционный вопрос: что вы делали во время переворота?– 19 августа меня отозвали из отпуска. Я приехал и доложил, что нахожусь здесь. Кстати, а двадцатое, и двадцать первое августа я провел на работе, никуда не выходил. У нас была спокойная обстановка, занимались, как обычно, своей разведывательной деятельностью за пределами Советского Союза, а не внутри его – это не наша обязанность.Владлен Михайлович Михайлов, возглавлявший ГРУ с 1987 года, был уволен с должности начальника ГРУ через два месяца после того, как дал это интервью. – Прим. автора.] Литературный псевдоним «Суворов» взял себе бывший майор Резун Владимир Богданович… Что он за человек? В одной из аттестаций записано: самый младший на курсе, но успевает лучше своих коллег, собирает книги по военной тематике для личной библиотеки, имеет второй разряд по стрельбе из автомата Калашникова… Многое в его книге выдумано именно для того, чтобы было захватывающе интересно при сохранении внешнего правдоподобия.     Заместитель начальника Генерального штаба Вооруженных сил Российской Федерации, начальник ГРУ генерал-полковник Е. Л. Тимохин. «Красная звезда». 29 апреля 1992 г. Биография капитана Резуна была безупречной, в его работе и поведении не отмечалось каких-либо настораживающих моментов. Резун во время обучения в Калининском суворовском военном, Киевском высшем общевойсковом командном училищах и в Военно-дипломатической академии Советской Армии имел только положительные характеристики, только с положительной стороны зарекомендовал себя на практической работе в штабе военного округа и в разведаппарате ГРУ в Женеве. Никаких сигналов по линии 3-го управления КГБ СССР (военная контрразведка) и управления «К» КГБ СССР (контрразведка ПГУ) не поступало. В общении с товарищами и в общественной жизни производил впечатление архипатриота своей родины и вооруженных сил, готового грудью лечь на амбразуру… Служебные отношения складывались вполне благоприятно: незадолго до исчезновения был повышен в дипломатическом ранге с атташе до 3-го секретаря с соответствующим повышением оклада, в порядке исключения срок пребывания продлен еще на один год. По окончании командировки Резун знал, что его использование планируется в центральном аппарате ГРУ. В свои 27 лет окончил два высших военных учебных заведения, и для него открывалась перспективная карьера в центральном аппарате ГРУ. Отклонения в нормах поведения, психика, чрезмерные увлечения? Ничего подобного не отмечалось, внешне и внутренне выглядел как преданный Родине и воинскому долгу офицер.     Капитан 1-го ранга Валерий Калинин, начальник 3-го направления Первого управления ГРУ, временно исполнявший обязанности резидента ГРУ в Женеве. «Независимая газета». 25 декабря 1993 г. Резун вел себя подчеркнуто безупречно, многие даже после его побега давали ему положительную характеристику.     Генерал-полковник А. Павлов, первый заместитель начальника ГРУ. «Красная звезда». 14 апреля 1993 г. Перед нами уродливая личность, для которой ложь стала средством существования.     А. Л. Дмитриев, доктор технических наук, о Викторе Суворове. «Военно-исторический журнал». 1993. № 10 В его выпускной аттестации, кроме основного содержания написано, что он «является самым молодым по возрасту слушателем Военной академии Советской Армии. Военные дисциплины он знает лучше своих коллег. Увлекается сбором книг по военной тематике». Резун в самом деле был толковым парнем и хорошим аналитиком, работал в разведотделе штаба округа. Он ведь, по большому счету, неординарная личность и писатель неплохой.     Военный атташе при посольстве России в Украине полковник В. Безрученко. Газета «Время» (Украина). 12 мая 2001 г. Суворов не историк. И не писатель. Он мелкий политикан, причем самого грязного пошиба. Пешка в ГРУ, он, перебежав на Запад, не смог даже никаких наших секретов продать – просто их не знал. Вот и стал выдумывать их на потребу клеветникам России.     В. Карпов, лауреат Государственной премии СССР, бывший Первый секретарь правления Союза писателей СССР. Еженедельник «Книжное обозрение». 9 мая 1995 г. «Аквариум» читать было интересно. И мир перед нами открывался таинственно-неведомый, и описывался он сочно. Один из нынешних работников ГРУ дал книге такую характеристику: «Все врет, стервец, но очень лихо. Я бы даже сказал – красиво».     «Правда». 18 февраля 1993 г. Низколобый малограмотный перебежчик Резун-Суворов сочинил энциклопедию умственного убожества.     Владимир Бушин о книге «Аквариум». Газета «Советская Россия». 6 марта 1993 г. Суворов очень хорошо пишет – интересно, остроумно. Он заслужил свою славу полностью.     Олег Гордиевский. «Литературная газета». 9 апреля 1997 г. Самым большим преступлением государства против ветеранов Второй мировой и Великой Отечественной войн является разрешение на издание книг господина Резуна «Аквариум», «Ледокол» и тому подобного чтива.     Александр Розенбаум. Интервью газете «Приазовский рабочий». Февраль 1996 г. Наиболее сильные чувства у своих бывших коллег вызывает майор Владимир Резун, сбежавший из Швейцарии в Англию в 1978-м. Связано это не только с тем, что его, в отличие от Пеньковского и Полякова, не удалось отдать под суд и расстрелять, сколько с опубликованной под псевдонимом Виктор Суворов книгой «Аквариум».     «Известия». 5 ноября 1998 г. Фамилия автора «бестселлеров» «Аквариум», «Ледокол», «День М», «Освободитель» на слуху. Книги опять же на всех лотках, многочисленные офени ими в нос тычут ‹…› Пушкина нет, а Суворов – пожалуйста. Сегодня Резун читает лекции будущим английским офицерам. О чем, не ведаю. Может про то рассказывает, чему учили его в советской военной академии. Бог ему судья. И военный трибунал. И если первый своего отношения к неофиту от разведки публично не выразил, то второй конкретно, хотя и заочно, приговорил к высшей мере.     Полковник Н. Н. Поросков. «Красная звезда». 27 апреля 1994 г. «Московский комсомолец» посвятил юбилею ГРУ статью «“Аквариум” дает течь». В статье около десяти раз повторяется словечко «Аквариум», заимствованное у предателя В. Резуна, опубликовавшего под этим названием книгу, полную клеветы на военную разведку.     Генерал-майор И. Студеникин. «Красная звезда». 18 ноября 1998 г. Читателя у нас погружают в «Аквариум», давят «Ледоколом». Сегодня в России над человеком, читателем в частности, идет бессовестный эксперимент. И указанные романы в нем участвуют. Им создают рекламу, заставляют читать. Это своего роль щуп для определения состояния нашего общества.     А. Афанасьев, писатель. «Красная звезда». 24 августа 1996 г. «Аквариум», вернувшись из-за бугра, стал самиздатовским гимном Советской Армии.     Александр Никишин. Альманах «Конец века». 1991. № 2 Наташе и Александру Предисловие У книги «Спецназ» тяжелая судьба. Писать эту книгу я вовсе не собирался и не замышлял. Но был вынужден. Началось с того, что 13 сентября 1982 года в Британии после долгих задержек наконец вышла в свет моя книга «Inside the Soviet Army» («В Советской Армии»)[3 - Отдельные главы этой книги опубликованы на русском языке в третьей части нового издания книги «Рассказы освободителя» (М: Добрая книга, 2017). – Прим. ред.]. Вскоре эта книга была опубликована и в США. За американцами потянулись японцы, немцы и разные прочие шведы. Книга имела определенный успех. В пяти странах, включая США, она стала бестселлером. Правда, не обошлось без вздорных нападок и злобной критики. В книге я писал о стратегии и тактике Советской Армии, о вооружении и технике, о сапогах и шинелях, о службе солдатской и офицерской. Упомянул я в той книге и о диверсионных частях и соединениях, назвав их необычным словом «Спецназ». В подробности не вдавался, не было в том необходимости. Но некоторые именитые зарубежные военные эксперты к слову придрались: нет в русском языке такого слова! Нет в Советской Армии такого термина! Нет, и всё тут! И критики выкладывали доказательства – ссылки на самые разнообразные словари русского языка, в том числе весьма специфические. Вот, говорят, «Краткий словарь оперативно-тактических и общевоенных слов» (М: Воениздат, 1958) – нет там слова «Спецназ». А вот совсем уж свежий (на тот момент) «Словарь сокращений русского языка» (М: Русский язык, 1977) – 15 тысяч сокращений! Есть «спецкор», сразу за ним – «спецстрой», но никакого «Спецназа» между ними нет! Да что там словари! Вот «Советская военная энциклопедия» (М: Воениздат, 1976–1980. В 8 томах), седьмой том которой вышел в 1979 году. Есть в седьмом томе статья «Специя» – это военно-морская база в Италии, следом идет «Спешивание» – это высадка пехоты с бронетранспортера или с танковой брони. Если бы и был какой-то «Спецназ», то место ему – между «Специей» и «Спешиванием». Только нет тут твоего «Спецназа»! Врешь ты все! Не тебе нас дурить! Обрати внимание на состав редакционной комиссии «Советской военной энциклопедии»: маршалы, генералы, адмиралы, доктора, академики! Председателем редакционной комиссии энциклопедии был член Политбюро Центрального комитета Коммунистической партии министр обороны СССР Маршал Советского Союза А. А. Гречко, а после его смерти в 1976 году – член ЦК КПСС начальник Генерального штаба Вооруженных сил СССР Маршал Советского Союза Н. В. Огарков, до этого занимавший должность заместителя председателя редакционной комиссии. Уж они-то должны были знать, есть так называемый «Спецназ» в Советской Армии или нет его! Уж Маршал Советского Союза Огарков Николай Васильевич врать бы не стал! Справедливости ради надо заметить, что во втором томе «Советской военной энциклопедии» на странице 326 можно найти статью о войсках специального назначения, но статья эта еще больше запутывала дело: Войска специального назначения (иностр.) – особые части и подразделения в вооруженных силах ряда капиталистических государств, предназначенные для ведения разведывательно-диверсионных и террористических действий, организации повстанческой деятельности и вооруженных нападений, ведения психологической войны, пропаганды и других подрывных действий. В военное время подразделения войск специального назначения забрасываются в тыл противника для нанесения ему ущерба путем внезапных нападений (рейдов, налетов и др.), захвата и разрушения важных объектов, уничтожения групп военнослужащих, нарушения коммуникаций, дезорганизации жизни населения, затруднения работы органов власти и управления, организации побегов военнопленных, создания подпольных организаций и групп. Войска специального назначения используются также для поддержки оккупационного режима на захваченной территории. Войска специального назначения используются и в мирное время, особенно в период обострения международной обстановки. [Выделения жирным шрифтом сделаны мною. – Виктор Суворов.] Таким образом, «Советская военная энциклопедия» доходчиво растолковала всем и каждому, что войска специального назначения использовали проклятые капиталисты, и использовали в весьма неприглядных целях (как и положено капиталистам), да и само это словосочетание было иностранным. Меня особенно умиляло то, что советские военачальники, рассказывая в этой статье якобы о противниках Советского Союза, использовали терминологию, которой сами противники никогда не пользовались. Ни в одной стране мира, кроме Советского Союза и стран, находившихся под его контролем, никто не называл диверсионные части войсками специального назначения; иногда в названиях таких частей могло присутствовать прилагательное «специальный», но словосочетание «специального назначения» не использовалось никогда. Дальше – больше. В седьмом томе энциклопедии на странице 493 можно найти еще одну статью: Специальная разведка (иностр.) – разведка, проводимая в целях подрыва политического, экономического, военного и морального потенциалов вероятного или действующего противника. Основные задачи специальной разведки: добывание разведывательных данных о важнейших экономических и военных объектах, уничтожение или вывод из строя этих объектов; организация саботажа и диверсионно-террористических актов; осуществление карательных операций против патриотических сил; ведение враждебной пропаганды; сколачивание и подготовка повстанческих отрядов и др. Специальная разведка организуется военными органами и специальными службами, ведется силами агентурной разведки и войск специального назначения. При этом используются специальные образцы вооружения, снаряжения и технических средств, в том числе бесшумное огнестрельное оружие, мины и средства подрыва, радио- и другая специальная аппаратура, а также биологическое оружие, наркотические средства, яды и т. д. Эта статья, утверждая, что специальная разведка ведется силами войск специального назначения, прямо отсылает нас к предыдущей статье о таких войсках, откуда прямо следует, что и специальную разведку тоже придумали злодеи-буржуины, да и словосочетание это, как утверждает энциклопедия, тоже не наше, а иностранное. А вот что такое агентурная разведка, силами которой также ведется специальная разведка? Лезем в первый том «Советской военной энциклопедии» и на странице 95 читаем, что агентурная разведка – это широко применяемый капиталистическими государствами вид разведки, который осуществляется с помощью тайных агентов. А вот о том, есть ли в Советский Армии агентурная разведка и войска специального назначения или нет их, в «Советской военной энциклопедии» ничего не сказано. Складывается впечатление, что советские военачальники, руководившие изданием «Советской военной энциклопедии», не успели посмотреть ни «Подвиг разведчика», ни «Семнадцать мгновений весны», ни «Мертвый сезон»; они, видимо, не читали повести и романы про агентурную разведку «Медная пуговица», «Не открывая лица», «И один в поле воин». В этом, наверное, и кроется причина того, что маршалы, генералы и адмиралы, под руководством которых издавалась энциклопедия, ничего не знали о наличии агентурной разведки в системе органов управления Советской Армией. Неудивительно, что они и про Спецназ не вспомнили. Особую пикантность ситуации придавал тот факт, что председатель редакционной комиссии энциклопедии Николай Васильевич Огарков на протяжении нескольких лет возглавлял сверхсекретную организацию – Главное управление стратегической маскировки, основной задачей которого была дезинформация противника (я подробнее расскажу об этой организации в главе 24). Но никакие мои аргументы на злобствующих критиков не действовали. Меня обвиняли в преднамеренном обмане широких народных масс. И тогда в сентябре 1983 года я опубликовал большую статью о Спецназе Советской Армии в военном журнале «[4 - Слово «Спецназ» в совершенно секретных документах (а в других оно и не появлялось) не склонялось, в отличие от разговорной речи, однако в разговорном языке чаще всего избегали употреблять это слово по соображениям секретности, а вместо этого говорили: «На спец?», «У наших ребят», «В хозяйстве Иванова» (имея в виду фамилию командира подразделения СпН). – Прим. автора.] International Defense Review». Статья вызвала мощную волну откликов. Но разоблачителей и критиков не убавилось. Да и как тем критикам успокоиться, если и вправду никто никогда не слышал такого слова? Объясняю критикам: откуда такому слову взяться в словарях и энциклопедиях, если, тайны сохранения ради, даже в секретных документах термин этот писали сокращенно – СпН? Слово «спецназ» легко расшифровывается. А поди, даже получив доступ к секретному документу, догадайся, что такое РП СпН или ОДА СпН. И только в совершенно секретных документах это сокращение полностью раскрывалось – «специального назначения». Кстати, аналогичным сокращением был термин «Осназ» – так назывались части особого назначения, появившиеся в составе Разведывательного управления РККА в 1930-е годы и занимавшиеся радиоразведкой (не путайте их с частями и соединениями особого назначения НКВД (НКГБ)). В 1942 году все формирования Осназ были переданы из Разведупра Красной Армии в подчинение НКВД (в 1943–1946 гг. – НКГБ), но после окончания войны часть этих формирований вернулась в структуру ГРУ, и на их основе были созданы радиотехнические войска особого назначения (РВ Осназ). Вскоре на английском, немецком, японском и других языках вышла моя книга «Inside Soviet Military Intelligence» («Советская военная разведка: взгляд изнутри»), в которой я рассказал о частях и соединениях СпН и об агентуре СпН (не путать с добывающей агентурой ГРУ и агентурой обеспечивающей). Обойти стороной тему СпН я не мог, ибо Спецназ был органичной частью советской военной разведки.[5 - На русском языке вышло второе, дополненное и переработанное издание этой книги: «Советская военная разведка. Как работала самая могущественная и самая закрытая разведывательная организация XX века» (М: Добрая книга, 2017). – Прим. ред.] Вслед за этой книгой я написал «Аквариум». Для удобства восприятия выбрал форму приключенческого романа. Однако книга эта была вовсе не о приключениях, а о том, как устроена советская военная разведка, в том числе и формирования Спецназ. Книга имела успех, но критики объявили, что такого просто не может быть. И тогда мне пришлось написать книгу «Spetsnaz. The Inside Story of the Soviet Special Forces» («Спецназ. Советские войска специального назначения»), которая вышла в Великобритании в 1987 году, а через год – в США и других странах мира. Окрыленный успехом, я решил издать «Спецназ» и на родном языке. В те славные времена в Британии, во Франции, в США и Западной Германии хватало издательств, которые выпускали книги на русском языке. Но все эти издательства ответили отказом: нет, мол, официального подтверждения существования таких структур, да и слова такого нет в русском языке; «Аквариум» публикуем, потому что это художественное произведение, и любые спорные моменты в нем можно объяснить вымыслом автора, а «Спецназ» не берем, потому что здесь ты претендуешь на достоверность, которая кажется нам сомнительной. Ни одно из зарубежных русскоязычных издательств так и не решилось выпустить «Спецназ». Такая же судьба ждала «Ледокол» и «Советскую военную разведку» – на русском языке за пределами Советского Союза до и после его развала эти книги никогда не выходили. Прошло совсем немного времени, и в 1991 году Советский Союз рухнул. И вдруг открылось, что есть-таки Спецназ, и слово такое в русском языке тоже есть. Правда, признали это не сразу и не полностью. Начальник ГРУ генерал-полковник Е. Л. Тимохин 29 апреля 1992 года на страницах газеты «Красная звезда», которая в тот момент была центральным печатным органом Министерства обороны Российской Федерации, сообщил: В системе военной разведки имеются формирования специального назначения, которые пресса и нарекла спецназом. То есть формирования такие есть, а вот названия такого нет. Название такое пронырливые журналюги выдумали. Но довольно скоро термин этот перестали хранить в строгой тайне, и он пошел гулять по свету. И прижился. И многим понравился. И вдруг расплодилось множество всевозможных спецназов: спецназ МВД, спецназ ФСИН, спецназ ФСБ, спецназ Пограничных войск, спецназ СВР, спецназ МЧС, американский спецназ, израильский, иранский, британский… Слово «спецназ» стало нарицательным. Его стали писать со строчной буквы. В то время как в ГРУ термин этот писали с заглавной буквы, ибо это было имя собственное. Дабы отмежеваться от уймы разнообразных «спецназов» и не путать грешное с праведным, руководство ГРУ негласно отказалось от частого употребления термина «Спецназ», отдав предпочтение более короткому имени – СпН. Встретив это сокращение, мы с большой долей вероятности можем считать, что в данном случае речь идет о структурах, которые являются частью военной разведки. Все остальные «спецназы» – это неуклюжая попытка примазаться к звучному имени боевых формирований ГРУ. За совсем короткое время слово «спецназ» прочно вошло в наш быт и в наш язык. И посыпались предложения как от издателей из России, так и от зарубежных русскоязычных издательств. Только вчера надменные редакторы отвергали рукопись не глядя, а тут вдруг: вот контракт, подписывай, отпечатаем немедленно и денег отвалим невпрогреб. На эти предложения, порой весьма заманчивые, я отвечал категорическим отказом. Причина отказа серьезная. После Второй мировой войны части и соединения СпН были созданы по приказу товарища Сталина для решения единственной, однако предельно сложной и ответственной задачи – для поиска и уничтожения ядерного оружия противника и средств его доставки. Кроме того, части и соединения СпН, а также агентура СпН были призваны решать и другую задачу, которая, тем не менее, была неразрывно связана с решением главной задачи: поиск и уничтожение штабов, командных пунктов, узлов и линий связи, которые могли отдавать, передавать и исполнять приказы на применение оружия массового поражения, на передачу и прием соответствующих распоряжений и указаний. Помимо решения этих задач части СпН и агентуру СпН планировалось использовать против транспортных систем, трубопроводов, электростанций, высоковольтных линий электропередач, для поиска и ликвидации высокопоставленных политических и военных лидеров, для создания в тылу противника атмосферы страха и паники. Однако эти задачи могли быть поставлены частям и агентуре СпН только в том случае, когда главная задача была решена, – когда оружие массового поражения противника в данном районе уничтожено или по крайней мере подавлено. Моя книга – о том, что должны были делать части и агентура СпН в случае тотальной ядерной войны между Западом и Советским Союзом и его сателлитами. Но когда Советский Союз благополучно развалился, а все его бывшие союзники переметнулись в НАТО, никакая глобальная война против проклятых капиталистов в обозримом будущем больше не готовилась и не замышлялась. А потому мои размышления о том, что будут делать бойцы и агентура СпН в грядущей глобальной войне, никому больше не нужны, ибо не будет такого столкновения. Если бы книга вышла на русском языке во времена противостояния стран НАТО и стран Варшавского договора, то сейчас ее можно было бы переиздать. Всем стало бы ясно: речь идет о том, что было в годы Холодной войны. Но если во времена существования СССР книга на русском языке не выходила, то после крушения сверхдержавы издавать ее незачем. Глупо в новом тысячелетии рассуждать о том, что должны были делать части и агентура СпН Советской Армии в грядущей войне, если у Советской Армии больше нет союзников в Центральной Европе, если нет больше частей СпН в Германской Демократической Республике, в Чехословакии, в Польской и Венгерской Народных Республиках, если больше нет ни Германской Демократической, ни Польской, ни Венгерской Народных Республик, если нет больше страны с названием Чехословакия, если нет войск Советской Армии на территории всех этих стран, если нет больше ни Советской Армии, ни самого Советского Союза, если больше не надо решать главную задачу, ради которой создавались и существовали части и агентура СпН. Все предложения переиздать книгу «Спецназ» на русском языке после распада СССР я отклонял по причине того, что текст книги после крушения Советского Союза потерял актуальность. Думал, что этот вопрос исчерпан. Не тут-то было. Нашлись те, кто стал переводить текст книги с английского, немецкого или польского языка на русский и выкладывать в Сеть. В переводе книга всегда многое теряет. Пример: в профессиональном жаргоне ГРУ существовало словосочетание, которое фактически имело статус внутреннего секретного термина – цельнотянутая технология. Имелись в виду те образцы оружия и техники, которые создавались в Советском Союзе в точном соответствии с иностранными документами и образцами, добытыми агентурным путем. Скажите мне, как можно этот термин перевести, например, на английский или немецкий язык, не потеряв всю его неповторимую первозданную прелесть? Книга «Спецназ» в переводе теряла не только свой слегка ироничный стиль, но и весьма интересные фрагменты. Вот один пример. В 1957 году Маршал Советского Союза Жуков Георгий Константинович готовил государственный переворот, который планировал совершить с помощью подразделений СпН. После отстранения Жукова от власти весь высший руководящий состав Вооруженных Сил СССР, а также офицеры, служившие в центральном аппарате ГРУ, были поставлены в известность о заговоре маршала Жукова, генерал-полковника Штеменко и генерал-лейтенанта Мамсурова. Делалось это для того, чтобы предостеречь грядущих заговорщиков: ребята, и не пытайтесь![6 - Подробнее об этом читайте в книге Виктора Суворова «Облом. Последняя битва маршала Жукова» (М: Добрая книга, 2015). – Прим. ред.] Кремлевские вожди кого надо предупредили, но сор из кремлевской избы не выметали. Потому на Западе сведения о заговоре Жукова широкого распространения не получили. Потому английские и американские редакторы потребовали этот фрагмент из книги исключить как не имеющий официального подтверждения. По требованию редакторов из книги были удалены и другие фрагменты, относившиеся к моему ключевому тезису о принципиальной невозможности мирного сосуществования двух систем, капиталистической и социалистической. Я всегда говорил, что социалистические страны, строившие коммунизм, не выдержат конкуренции со странами свободного мира. Вожди Советского Союза прекрасно понимали это; мировая революция была для них не просто навязчивой идеей, не просто идеологической установкой, но единственной гарантией выживания. Именно поэтому советские вожди вели столь агрессивную политику, стремясь подмять под себя весь мир. «Не питайте иллюзий, – говорил я западным читателям, – не ждите, что коммунисты изменятся; не надейтесь, что с ними можно будет договориться. Или они победят вас, или вы – их. Они никогда не остановятся и будут биться до конца». В те времена такая точка зрения прямо противоречила взглядам и установкам политических элит ведущих стран Запада. Но даже если книга не сокращалась, в переводе, как бы ни старался переводчик, она непременно становится хуже. Если же книгу вновь перевести на язык оригинала, то ничего хорошего получиться не может. Текст уже однажды был искажен, исковеркан, обеднен переводом и вмешательством редакторов, и обратный перевод его добивает. Для начала приведу один яркий пример, не связанный непосредственно с этой книгой. На одной конференции британские военные эксперты попросили меня поподробнее рассказать о якобы имевшихся в Советской Армии «гвардейских» патронах. «Нет в Советской Армии таких патронов, – решительно заявил я, – и никогда не было». Высоколобые эксперты тут же с надменным видом обвинили меня в некомпетентности, ссылаясь на серьезные публикации, в которых упоминались эти боеприпасы. Мы стали разбираться. Оказалось, что гвардейскими были названы караульные патроны: сначала в каком-то переводе с русского на английский их назвали guard cartridges, а затем зарубежные эксперты, пытавшиеся разобраться в этом вопросе, «блеснули» знанием русского языка и перевели это словосочетание обратно на русский как «гвардейские патроны», думая, что речь идет о патронах гвардейских частей (Guards units) – в таком значении термин и вошел в оборот в узких кругах военных экспертов. Должен сказать, что это был не самый худший вариант, ибо, учитывая, что слово guard в английском языке имеет множество разных значений, горе-переводчики могли назвать те патроны бдительными, осторожными или конвойными. Пользуясь случаем, объясняю, что такое караульные патроны. Прикарпатский военный округ, 145-й гвардейский учебный мотострелковый полк 66-й гвардейской учебной мотострелковой дивизии. Первый взвод третьей учебной мотострелковой роты заступает в караул. Каждый солдат и сержант получает по 60 патронов. Служба в учебке тяжкая. Все измотаны. Недосып хронический и тяжелейший. Ночью один боец, сменившись с поста и разряжая автомат возле караульного помещения, сначала передернул затвор, а уж потом отсоединил магазин. И, как положено, нажал на спуск. Грохнул выстрел. Стрельба в караулах – чрезвычайное происшествие. И начальника караула, и его помощника, и разводящего за это взгреют. Система была устроена так, что за ошибки, проступки и преступления подчиненных отвечали командиры. Пример. 8 марта 1959 года в 1140-м гвардейском артиллерийском полку 76-й гвардейской воздушно-десантной дивизии произошло чрезвычайное происшествие: групповое изнасилование. Немедленно был снят с должности командир полка полковник Тюнин Н. И. Этого мало – снят с должности командир дивизии генерал-майор А. Евдан. Но и этого мало – снят с должности и назначен с понижением командующий ВДВ генерал-лейтенант Маргелов Василий Филиппович. (Через два года Маргелова простили и вернули на должность; командира полка и командира дивизии не простили.) А всей Советской Армии – сто тысяч первое предупреждение: за преступления подчиненных отвечают командиры. Потому интерес командиров всех рангов – скрывать любые ошибки, просчеты и преступления своих подчиненных. Взводные командиры скрывали их от ротных. Если ротный узнавал о проступке, то устраивал нагоняй взводному, но скрывал это от комбата. Комбаты скрывали от командиров полков, а те – от командиров дивизий. И так – до самых кремлевских вершин. И вот в моем взводе случайный выстрел. Казалось бы, скрыть пустяковое происшествие в данном случае просто: ночь, туман, где-то что-то хлопнуло, измотанный полк спит непробудным сном. Кто на тот хлопок внимание обратит? А патронов у нас в избытке. Мой полк, как и соседние полки, в ходе боевой подготовки ежедневно расходовал немыслимое количество боеприпасов. Гильзы со Сторожинецкого полигона вывозили самосвалами. Чего стоит сунуть солдатику новый патрон – получил он, заступая в караул, два полных магазина, и сменившись, сдал два полных магазина. Всего-то делов. Так? Нет, не так! На полигоне мы стреляем обыкновенными патронами, на их гильзах нет окраски, а в караул нам выдают особые патроны, которые так и называются – караульные. Гильзы караульных патронов при изготовлении покрывают каким-то особым лаком темно-зеленого цвета. Перед разводом караулов каждый солдат и сержант получает деревянный брусок с дырочками. В каждой дырочке патрон пулей вниз, капсюлем вверх. Дырочки – как зэки в строю, по пять в каждой шеренге, всего 12 шеренг. Сменившись из караула, каждый солдат и сержант разряжает магазины, патроны вставляет в эти дырочки и возвращает брусок дежурному по роте. А дежурному, который принимает оружие и боеприпасы, достаточно одного взгляда, чтобы убедиться – все патроны на месте, пустых дырочек нет, и все гильзы зелененькие. Подменить караульный патрон обыкновенным не выйдет. Если переводчик всего этого не знает, то никакой словарь ему не поможет. Так вот, в «обратном» переводе книги «Спецназ» с английского на русский ляпов подобного рода оказалось очень много – просто потому, что незнакомых переводчикам моментов там было гораздо больше. Было сделано несколько переводов этой книги, среди которых не оказалось хороших или плохих, ибо все эти переводы – чудовищные. Возьмем в качестве примера один из переводов. Ошибки появляются в первом же абзаце. Переводчик от моего имени повествует о том, что советская пехота, получив приказ остановиться, якобы немедленно начинает рыть ямы и траншеи. Для этого у каждого бойца будто бы есть какая-то саперная лопатка. Привожу этот абзац полностью: Каждый пехотинец в Советской Армии носит с собой маленькую лопатку. Когда он получает приказ остановиться, он немедленно ложится и начинает копать яму в земле рядом с собой. За три минуты он отроет небольшую траншею в 15 сантиметров глубиной, в которую может, вытянувшись, лечь так, что пули будут безопасно свистеть у него над головой. Так вот: не было в Советской Армии никаких саперных лопаток. И в книге моей их не было. Лопатки – в детском саду, в песочнице. А в Советской Армии – лопаты, саперные и малые пехотные. Длина саперной лопаты – 110 сантиметров. Саперных лопат у бойцов мотострелковых войск нет. В мотострелковых подразделениях только малые пехотные лопаты МПЛ-50. Итак, в обратном переводе самое первое предложение, повествующее о наличии у советских пехотинцев каких-то «лопаток», является грубейшей ошибкой. Во втором и третьем предложени переводчик утверждает, что каждый советский пехотинец, получив приказ остановиться, начинает копать яму и за три минуты отрывает небольшую траншею. Не знаю, переводил ли книгу совершенно безграмотный человек или же он преднамеренно искажал текст, чтобы выставить советских солдат полными идиотами. Давайте же представим ситуацию: атакующие цепи залегли. Залегли не от хорошей жизни. Залегли потому, что дальше идти невозможно – огонь смертельный, потери огромные, свистят пули, визжат осколки, горят наши танки, смрадный дым разъедает глаза, стонут раненые, в неестественных позах застыли убитые. Какой же дурак в такой обстановке будет рыть траншею? Если взводный или ротный командир недоглядел, и его подчиненные с перепугу ринулись рыть траншеи, то с командира за такое безобразие сорвут погоны и отправят в штрафняк (то есть в штрафную роту или штрафной батальон) кровью искупать вину перед Родиной. В ситуации, когда атака захлебнулась, первым делом нужно рыть окопы, а вовсе не траншеи! И только после того, как будут отрыты окопы полного профиля, их соединяют траншеей. Чепуха про траншеи и саперные лопатки – это только первый абзац первой главы одного из вариантов перевода книги, подписанной мои именем. Дальше – больше. Переводы просто пестрят чепухой. Чего же там только нет! «Ракетные силы». Нет таких сил! «Воздушно-десантные силы». Нет и таких сил, дорогой товарищ переводчик. Неужели никогда не слышал сокращение ВДВ? «Пионерский батальон». Уххх! У меня в книге речь шла о стройбатах. В Советском Союзе существовала всеобщая воинская обязанность. Все лица мужского пола должны были служить. Понятно, были исключения из правила. Но большинство все же служило. Однако всем молодым парням в мирное время в рядах Вооруженных Сил места не находилось. Что же делать с лишними? Решение простое: их загребали в строительные батальоны и гнали на великие стройки коммунизма. Нигде в мире, кроме тех стран, которые созданы по нашему образу и подобию, такого варварства нет. Потому английский переводчик термин «стройбат» перевел как «инженерно-саперный батальон». Более близкого термина в английском языке не сыскать. Сапер в переводе на английский – pioneer. В обратном переводе на русский язык получился «пионерский батальон» – у любого русскоязычного читателя это словосочетание ассоциируется исключительно с десятилетними мальчиками и девочками в белых рубашечках и красных галстуках. В Советском Союзе все документы, имевшие гриф секретности, от ДСП до СС ОВ и СС ОП включительно, назывались грифованными. В английском языке есть соответствующий термин, точно передающий значение этого слова. Но переводчик русской терминологии не знает, и английский термин classified он перевел дословно. Так в моей книге появились классифицированные документы. Сэр переводчик, не было таких документов в Советском Союзе, и в моей книге их не было. Документы, которые грифа секретности не имели, в Советском Союзе назывались открытыми, а в обратном переводе они стали «неклассифицированными». «Погиб во время выполнения своих служебных обязанностей». Формула эта в русском языке звучит иначе. Не «во время выполнения», а «при исполнении». Обязанности не «свои», а просто обязанности. Формула эта известна каждому, кто хоть немного владеет русским языком. Есть даже знаменитая повесть Юлиана Семенова «При исполнении служебных обязанностей» и фильм с тем же названием. «Прежде чем ты начнешь отдавать приказы, ты должен научиться повиноваться им». Нечто подобное изрек афинский философ Солон более двух с половиной тысяч лет назад. И в древнегреческом оригинале, и в русском переводе фраза эта звучит коротко и хлестко: прежде чем повелевать, научись повиноваться. Неужели переводчик никогда ее не слышал в таком, более коротком и звонком звучании? «Селекционный процесс». А ведь можно вместо двух иностранных слов использовать одно русское – выбор. У меня даже книга есть с названием «Выбор», но вовсе не «Селекционный процесс». «Все озлоблены – офицеры и особенно люди». Такого я написать не мог. Из обратного перевода следует, что офицеры людьми не являются. «Статья 64 советского Уголовного кодекса». Не было такого кодекса. Был Уголовный кодекс Литвы, Латвии, Эстонии, РСФСР, Украины и так далее. А общесоюзного не было. И в книге моей такого кодекса не было и быть не могло. Уж с 64-й статьей УК РСФСР я знаком лично. В обратном переводе военные топографы и геодезисты превратились в землемеров. Одного резвого солдатика из второго взвода 808-й отдельной роты СпН, о котором я упоминал в книге, прозвали Гончим Боровом. В обратном переводе его кликуха превратилась в Беговую Свинью. «Присвоили чин сержанта». Да не могло такого быть! Нет ничего подобного в моей книге. Такого я не писал и написать не мог. Ибо не было никаких чинов в Советской Армии. Чины отменили 15 декабря 1917 года декретом Совета Народных Комиссаров. «1930 год отметил начало серьезному вниманию парашютным ротам в СССР». «Эта цель не является субъектом никаких ограничений». «Противник может активизировать свои ядерные возможности». «Эти исследования проводятся на острие советской военной мощи». «Кабинет пропусков». «Командир фронта». «Высший чиновник спецназа». «Маршал Военно-Воздушных Сил». «Воздушно-штурмовые войска». «Он может стать постоянным солдатом». Курсанты военных училищ в обратном переводе превратились в студентов. До какой же степени надо ненавидеть армию собственной страны, чтобы курсанта обзывать студентом! «Во время войны взаимодействие является наиболее зависимой формой сотрудничества». «Регулярная дивизия». «Начальство ГРУ считает, что специальное обучение необходимо для выполнения любой функции, особенно для лидера». «Офицеры из управления командования». Граждане, это не мой стиль. В моих книгах вы ничего подобного не найдете. «Разрушение тактического ядерного оружия, делающего советскую агрессию невозможной или бесполезной, могло быть выполнено только в том случае, когда все или, по крайней мере, большинство ядерных тактических установок противника были бы известны». Бейте меня, режьте ножами булатными, но я такого не писал и не мог написать, ибо столь заумными фразами выражаться не приучен и не способен. Нет у меня такого дарования. По мне – покороче да попроще, чтобы было понятно даже тем, кто не хочет понимать. «Главной задачей, которую приходилось решать войскам спецназа, было проникновение на территорию противника». Это первое предложение главы о тактике СпН. Но ничего подобного в моей книге нет, ни в английском, и ни в любом другом издании, кроме обратного перевода на русский язык. В английском издании первое предложение этой главы выглядит так: Before Spetsnaz units can begin active operations behind the enemy’s lines they have to get there. То есть: «Прежде чем начинать активные действия за линией фронта, подразделения СпН каким-то образом должны туда попасть». А вся книга о том, что главной задачей СпН был поиск и уничтожение ядерного оружия противника и средств его доставки. «Балучистан». Уважаемый переводчик, кто же тебе географию преподавал! Твоего учителя географии во времена товарища Сталина загнали бы на Колыму – за злостное вредительство. Но весь обратный перевод моей книги именно такой – с пионерскими батальонами, саперными лопатками, неклассифицированными документами и Балучистаном. И надо мной потешались знатоки. А я огрызался: да не мною все это писано! Премудрые переводчики должны были подписать эту галиматью своими именами. Я к тем текстам отношения не имею. Но убедить широкие народные массы не вышло. Претензии адресовали мне. Потому волей-неволей приходится мне теперь опубликовать и эту книгу, написанную во второй половине ХХ века, когда война между странами НАТО и странами Варшавского договора была вполне возможна, во времена, когда основные группировки войск Советской Армии находились на территории ГДР, Польши, Венгрии и Чехословакии, а так же в Прибалтийском, Белорусском и Прикарпатском военных округах, когда термин «Спецназ» был совершенно секретным, когда не надо было уточнять, что это Спецназ ГРУ, ибо подразделения и агентура СпН существовали только в составе Вооруженных Сил Советского Союза и подчинялась в конечном итоге Главному разведывательному управлению Генерального штаба. В других государственных структурах Советского Союза, как и в других странах, тоже существовали похожие формирования. Например, ОМСБОН НКВД СССР, полк «Бранденбург» в гитлеровской Германии, SAS в Великобритании. Но Спецназом они не назывались. Спецназ во времена Советского Союза был только в составе ГРУ и больше нигде. Дорогой читатель, застегнем ремни в машине времени и вернемся во вторую половину ХХ века. Давай смотреть на ситуацию не из нового тысячелетия, не из нашего светлого, радостного, безоблачного и счастливого сегодняшнего дня, давай перенесемся во времена Холодной войны, которая в любой момент могла превратиться в Третью мировую. Согласен? Тогда поехали. Глава 1 О людях и лопатах Оборона – это вид боевых действий.     Советская военная энциклопедия (М: Воениздат, 1978. Т. 5. С. 660) Наступление – это основной вид боевых действий.     Там же. С. 518 1 Давайте же навсегда затвердим, что видов боевых действий всего два. При этом только наступление является основным видом. Красная Армия (с 13 февраля 1946 года – Советская Армия) была создана и существовала для наступления. Однако наступление может быть успешным только в том случае, если подготовка к нему надежно прикрыта обороной, а результаты наступления прочно закреплены. То есть: без прочной обороны не может быть успешного наступления. Вот почему после Второй мировой войны для советских танков было разработано и поступило в войска навесное бульдозерное оборудование. Наступающий танк с навесным оборудованием, получив приказ на оборону, сначала отрывает окопы для двух соседних танков, потом отрывает окоп для себя и укрывается в нем. На уровне земной поверхности остаются только башни, и это резко снижает уязвимость танков как для огня обычных противотанковых средств, так и для воздействия ядерного оружия. Основные тяготы войны несет на своих плечах пехота. На войне боец мотострелковых войск несет на себе автомат со штык-ножом и четыре магазина по 30 патронов в каждом. Кроме того, на левом боку у него подсумок с двумя наступательными (РГД-5) или оборонительными (Ф-1) гранатами. На его голове – стальной шлем СШ-68. Весит он полтора килограмма. На левом боку – сумка с противогазом, за спиной – свернутая в рулон плащ-палатка и противоатомный защитный комплект (резиновый плащ с капюшоном, резиновые перчатки и резиновые чулки, которые в случае необходимости надевают сверху на сапоги). А еще у него фляга с водой. Фляга – в чехле. Оттого вода не прогревается на жаре и не так быстро остывает на морозе. Весит пустая фляга 210 граммов. Воды в той фляге 750 граммов. Все это – облегченный комплект. А полную выкладку бойца мотострелковых войск лучше не вспоминать, чтобы не портить себе настроение. Ах, чуть не забыл. И в полную выкладку, и в облегченный комплект входит малая пехотная лопата МПЛ-50. Не путать с саперной лопатой. Саперная – это та, которая с длинным черенком. Малая пехотная лопата (по невежеству именуемая саперной лопаткой) служит солдату холодным оружием, веслом, сковородкой и даже измерительным прибором: ширина стального лотка – 15 сантиметров, длина стального лотка – 18 сантиметров, длина лопаты вместе с деревянным черенком – 50 сантиметров. Лоток не должен выделяться или отражать солнечный свет, демаскируя бойца; для этого стальной лоток делается вороненым. Но главное назначение агрегата с индексом МПЛ-50 в том, чтобы рыть землю. Основной вид боевых действий Советской Армии, как мы твердо усвоили, – наступление. Однако в какие-то моменты пехота, атакующая вслед за танками, получает приказ остановиться. Причины могут быть разные: • задача дня успешно выполнена; • вышестоящий командир принял решение перенести направление удара на другой, более перспективный участок; • атака захлебнулась, огромные потери не позволяют продолжать выполнение боевой задачи. Получив приказ остановиться, боец мотострелковых войск, не дожидаясь дополнительных указаний, достает лопату и вгрызается в землю. Лопата всегда с ним – чехол с лопатой он носит на поясном ремне. Лоток лопаты на том самом месте, что пониже спины, на правой половинке. Удобство малой пехотной лопаты в том, что ею удобно рыть землю лежа, под огнем противника. (Попробовал бы кто лежа рыть землю саперной лопатой, длина которой 110 сантиметров.) Первым делом боец отрывает окоп длиной по своему росту, обычно – около 170 сантиметров. Ширина такого окопа – 60 сантиметров, глубина – 30 сантиметров. Земля выбрасывается в сторону противника. Эта насыпь называется бруствером, она защищает солдата от вражеских пуль. Солдат еще не успел отрыть окоп для стрельбы лежа, а батальонные минометы, полковые пушки и дивизионные гаубицы наносят короткий интенсивный артиллерийский удар по противнику. Пехота получает команду «Приготовиться к атаке!», и тут же – «В атаку! Вперед!» Пехота вслед за танками снова прет напролом, а получив приказ остановиться, тут же опять вгрызается в землю. И снова боец отрывает окоп для стрельбы лежа. Если нового приказа атаковать не последовало, боец превращает окоп для стрельбы лежа в окоп для стрельбы с колена, далее – для стрельбы стоя. В любом окопе бойцу не страшны вражеские пули. В любом окопе вероятность быть пораженным осколками снарядов резко снижается. При наличии любых окопов, даже окопов для стрельбы лежа, устойчивость обороны при атаках вражеских танков резко возрастает – даже если танк проедет по окопу глубиной всего 30 см, укрывшийся в таком окопе боец в половине случаев останется невредим. Если контратаки противника отбиты, а приказ продолжать наступление не поступил, солдаты без всяких напоминаний и приказов соединяют свои одиночные окопы траншеями. Нерушимый принцип: оборона должна совершенствоваться постоянно! Пот экономит кровь – лучше отрыть десять метров окопов, чем метр могилы. На войне солдат-пехотинец каждый день роет землю десять часов. Огневые позиции отделений соединяются общей траншеей, образуя опорный пункт взвода. Опорные пункты взводов соединяются траншеей, образуя опорный пункт роты. От траншей в тыл роют ходы сообщения. Крутости траншей и ходов сообщения обшивают досками и бревнами, участки траншей перекрывают любым подручным материалом и засыпают грунтом, в каждом отделении оборудуются позиции для пулеметов и гранатометов, в каждом взводе строится блиндаж и КП для взводного командира, все это тщательно маскируется. Нормы Советской Армии предусматривали, что за 10 часов боец должен был отрыть малой пехотной лопатой: • в глинистом грунте – 3 кубометра, • в среднем растительном грунте – 5 кубометров, • в песчаном грунте – 7,5 кубометров. 2 Неисчислимы возможности применения малой пехотной лопаты. Боец мотострелковых войск роет этой лопатой могилу павшему товарищу. Если у бойца нет топора, он рубит ребром лопаты буханку хлеба, которая на свирепом морозе стала твердой как гранит. Под убийственным вражеским огнем боец гребет лопатой, словно веслом, форсируя на поваленном и брошенном в воду телеграфном столбе водные преграды – Днепр, Вислу или Одер. Но, получив приказ остановиться, боец, этот великий землекоп, вновь и вновь возводит вокруг себя несокрушимые укрепления. Своей лопатой боец может создать непреодолимую оборону в районе Сталинграда и на Курской дуге, на Кюстринском плацдарме и в сражении в районе озера Балатон. Своей лопатой боец может измерить длину отреза сукна в брошенном вражеском магазине. Зачем добру пропадать? Две лопаты – метр! Своей лопатой боец может определить ширину гусеницы подбитого вражеского танка, и только по одному этому параметру определить его тип. Во вражеских армиях малая лопата делается складной. Это баловство. Нет, граждане, лопата должна быть единым монолитом, словно несгибаемый член Коммунистической партии, словно несгибаемая воля рабочего класса, идущего на завоевание мира! Лопата – это гарантия стойкости пехоты, а, следовательно, и всех остальных войск в моменты самого яростного вражеского напора. Если у пехоты есть совсем немного времени, чтобы зарыться в землю, то выкурить ее из окопов и траншей враг не сможет, какое бы сверхсовременное оружие он ни использовал. 3 Но книга эта вовсе не о любимой мною пехоте, а о бойцах совсем других частей и соединений, имя которым – Спецназ. Сокращенно – СпН. Бойцы СпН никогда не роют окопов и траншей – им не приходится вести оборонительные бои. Они либо внезапно нападают, либо, встретив сопротивление превосходящих сил, исчезают так же внезапно, как появились. А потом нападают там и тогда, где и когда противник меньше всего ожидает их появления. Удивительно, но бойцы СпН, которым не нужно вести оборонительные бои, любят малую пехотную лопату МПЛ50 той же нежной солдатской любовью, что и бойцы мотострелковых войск. Зачем же бойцу СпН малая пехотная лопата, если он никогда не роет окопов и траншей? О… Описать словами это невозможно. Это надо видеть. В руках бойца СпН малая пехотная лопата превращается в грозное бесшумное оружие. Каждый боец СпН тренируется в использовании лопаты много больше, чем солдат мотострелковых войск. Первым делом – отработка силы и точности удара. В былые времена кавалеристы шашками рубили тростник. Проблема в том, что гибкая тростинка гнется под ударом, не давая себя перерубить. Потому удар должен быть молниеносным, настолько стремительным и мощным, чтобы свистел рассекаемый воздух, чтобы тростинка не успела согнуться. Высший класс – это когда перерубленная тростинка несколько мгновений продолжает стоять вертикально и лишь потом медленно валится на землю. Вот именно к такому совершенству стремится боец СпН. Для тренировки хорошо подходят бутылки. Нужно рубануть так, чтобы горлышко бутылки со звоном отлетело, а сама бутылка осталась на месте и ее содержимое не расплескалось. Боец СпН верит своей лопате как любимой женщине: ладонь на пенек – и страшный рубящий удар возле самых кончиков пальцев. В 808-й отдельной роте СпН Разведывательного отдела штаба Приволжского военного округа ходила шутка о том, что старшина роты Приходько на утреннем осмотре своей лопатой нерадивым бойцам ногти стриг. В рукопашной схватке лопата надежно отбивает удар штыка, ножа или другой лопаты. Диверсионные группы СпН предназначены для действий против хорошо защищенных и охраняемых объектов, в том числе и тех, для охраны которых помимо прочего используют сторожевых собак. Так вот, рубануть песика острым краем лопаты надежнее, чем резать его ножом. Бойца СпН, вооруженного одной лопатой, тренировки ради запирали в помещении вместе с озверевшим псом. Тот, кто прошел через такое испытание, носил гордое имя Гладиатора. Шутили бойцы: да что вы меня шавками и моськами стращаете, против меня тигру уссурийскую выставлять нужно. Да и тигры той боец СпН не боится, если в его руке – мощное оружие с гордым именем МПЛ-50! Это оружие еще страшнее, если его используют не как казачью шашку, а как томагавк краснокожего индейца, то есть – не как рубящее орудие, а как орудие метательное, как боевой топор. Давайте вспомним хронику военных лет. У немецких солдат – гранаты с длинными деревянными ручками. Для чего? Да для того, чтобы метать дальше и точнее. А в советском цирке клоуны жонглировали блестящими штуковинами – уж не знаю, как они называются, – один конец у них толстый и тяжелый, а другой – тонкий и длинный. Предметом такой формы удобнее всего жонглировать; он – прямо как немецкая ручная граната или советская малая пехотная лопата. Боец СпН – великий мастер швырять лопату. Он швыряет ее из любого положения – лежа, сидя, в прыжке, в кувырке. Если лопата врубилась в дерево, то вырвать ее не так просто. А если вмазать в чей-то череп, то проблем не возникает – рванул на себя, и используй повторно. Летящая в твой лоб лопата – не самое приятное зрелище. Скрашивается неприятность тем, что созерцание продолжается недолго: есть только миг, ослепительный миг, и времени на переживания почти не остается. Но большинству жертв даже переживать не приходится, ибо удар наносится сзади: лезвие врезается в череп либо между лопаток, дробя и круша позвоночник и ребра. Психологами ГРУ давно была отмечена интересная деталь: если боец СпН стреляет в противника, то противник отвечает огнем. Но если в противника умело, вкладывая душу, швырнуть лопату МПЛ-50, то злобный враг прекращает стрельбу и шарахается в сторону. Это книга о бойцах, которые действовали лопатами более уверенно и точно, чем ложками за солдатским столом. Кроме своих лопат, они, понятно, имели и другое оружие, включая носимые ядерные боеприпасы. Глава 2 Предшественники частей и соединений СпН 1 Во все века люди мечтали о счастливой жизни, но каждый представлял счастье по-своему. Еще в четвертом веке до нашей эры Платон в трактате «Государство», написанном в форме диалога, сформулировал ключевые отличительные особенности идеального государства. Почти две тысячи лет спустя, в 1516 году, будущий лорд-канцлер Англии Томас Мор опубликовал свое сочинение, которое именовалось «Золотая книжечка, столь же полезная, сколь и забавная, о наилучшем устройстве государства и о новом острове Утопия». «Топос» в переводе с греческого – «место» (отсюда – топография), а «утопия» – «не-место», то есть место, которое не существует. Время было суровое. Страной правил Генрих VIII, который, если кто не помнит, любил рубить головы своим приближенным. В 1535 году сэру Томасу голову срубили. Ровно через 400 лет после казни он был причислен католической церковью к лику святых. В своей «Золотой книжечке» будущий святой показал идеальное общество людей на вымышленном острове Утопия. С тех пор имя это стало нарицательным. Утопия, в народном понимании, – это нечто слишком хорошее, чего на самом деле быть не может. Однако ничего утопического в той книге не содержалось. Вымышленная Утопия была полуостровом, но титаническими усилиями всего народа и армии была отделена от материка рукотворным проливом и тем самым изолирована от окружающего мира. Так что в самых первых строках рассказа о чудесном острове мы встречаем что-то родное и знакомое. Советский народ рукотворным проливом от соседних стран не отделялся, но только потому, что сухопутная граница Советского Союза была самой протяженной в мире. Однако были найдены другие, не менее действенные способы самоизоляции. Всё на чудесном острове Утопия нам знакомо и близко. В Утопии нет частной собственности. Страна живет единым колхозом. Все города Утопии построены по единому плану, все дома одинаковые. И это мы тоже проходили: в каждом городе Советского Союза на центральной площади всенепременно – памятник Ленину и дворец с колоннами, в котором заседают слуги народа, а дома для народа, что в Чертаново, что в Черёмушках, что в Хабаровске, что в Урюпинске – серые пятиэтажки. Чем не Утопия! Советский Союз был максимально мягким вариантом Утопии – так сказать, Утопией с человеческим лицом. Потому как в Утопии порядки куда как круче, чем в наших родных тюрьмах и лагерях. Вся страна Утопия ложится спать в 8 вечера и спит 8 часов. То есть подъем – в 4 часа утра. Невольно вспоминаешь самые первые строки повести Александра Исаевича Солженицына «Один день Ивана Денисовича»: В пять часов утра, как всегда, пробило подъем – молотком об рельс у штабного барака. Перерывистый звон слабо прошел сквозь стекла, намерзшие в два пальца, и скоро затих: холодно было, и надзирателю неохота была долго рукой махать. Подъем в пять утра – это порядки в каторжном лагпункте ГУЛАГа. Отметим с гордостью, что наши родные вертухаи все же не докатились до настоящего утопического зверства. Каждый день в Утопии начинается с публичных лекций для всего населения. В Советской Армии с этим было мягче – политзанятия проходили раз в неделю по субботам. Вся Утопия пронизана стукачеством. Стучат все. Так об этом будущий святой сэр Томас с гордостью и сообщает: «Каждый смотрит за тобой». В Утопии дома не являются собственностью граждан, потому любой может в любое время идти в тот дом, в который хочет. Вот только в другой город без разрешения верховной власти ходить не дозволено. Нечто похожее наблюдаю на британских свинофермах, проносясь мимо по автостраде М4: каждая ферма – это огромное огороженное поле со множеством одинаковых свинячьих домиков; свиньи свободно бродят вокруг, ночуя в любом из них. А вот с этого поля выход им – только на приемный пункт мясокомбината. Оттого, что все города Утопии одинаковые, смотреть на другой город незачем, – ничего интересного все равно не увидишь. Но если какому жителю Утопии в голову взбредет на другой город полюбоваться, то никаких проблем: проси разрешение на путешествие. Решение последовательно принимают на трех уровнях. В переводе на наши понятия: пусть тебе даст разрешение председатель колхоза, затем глава района, затем – самый главный вождь страны. Кстати, вождь в Утопии несменяемый. Если взобрался на вершину власти, то это на всю оставшуюся жизнь. До упора. Ну прям как у нас. Так вот, только вождь Утопии (князь) имеет право дать окончательное письменное разрешение на путешествие по родной стране. В документе, который разрешает данный вояж, указан срок, когда путешественнику надлежит вернуться. Из текста книги однозначно следует, что какие-то весьма компетентные органы бдительно следят за тем, чтобы путешественники возвращались в указанный срок, чтобы никто с места своего постоянного жительства в самовольную отлучку не срывался: Пойманный без грамоты князя подвергается позорному обхождению: его возвращают и, как беглого, жестоко наказывают. Дерзнувший на то же вторично обращается в рабство. Вот оно! Значит, Утопия – рабовладельческое государство, такое же, как Рим, Карфаген, Афины, Спарта? Нет, не такое. И в Риме, и в Спарте, и в других рабовладельческих государствах в рабов, как правило, превращали пленников из покоренных стран. А в Утопии обращают в рабство не только пленников, но и граждан собственной страны, – за любые нарушения, в данном случае – за повторную самовольную отлучку. А как же иначе, если рецидивист! И, надо полагать, в Утопии налажен строгий учет: вот этот нечестивец попался в самоволке, а ведь 27 лет назад его уже однажды на этом застукали! В рабы его! Навсегда! Граждан Утопии могли сделать рабами за множество грехов. Пример: Оскорбители брачного союза караются тягчайшим рабством. Живут граждане Утопии огромными семьями, вернее – стадами, по 40 человек в каждом стаде плюс рабы в качестве обслуги. Если в какой семье перекос в мужскую или женскую сторону, лишних просто перегоняют в другую семью, словно свиней в другой загон. Это так с вольными поступают, а как обращаются с рабами, святой Томас не уточнил. Но зато рабовладельческая Утопия постоянно ведет войны за свободу и счастье соседних стран и народов. И соседние народы благодарны освободителям: Эти добродетели привлекают к утопийцам внимание их свободных и независимых соседей, многих из которых они давно уже освободили от тирании. Понятно, что соседние освобожденные народы просят руководство Утопии прислать должностных лиц для управления своими странами: По окончании срока иноземцы провожают этих лиц с почетом и похвалой и привозят к себе на родину новых. Те народы, которые просят себе в Утопии должностных лиц, называются у них союзниками, а прочих, кто ими облагодетельствован, они именуют друзьями. Все так знакомо: наши союзники по социалистическому лагерю и наши африканские друзья. У нас действовали те же порядки. Вот, к примеру, освобожденный братский народ Польши просит товарища Сталина прислать советского полководца для руководства армией Польши. И товарищ Сталин посылает в Польшу Маршала Советского Союза Рокоссовского. Рокоссовский занимает должность министра обороны братской страны, становится заместителем главы правительства Польши и членом Политбюро правящей партии. И все руководство вооруженными силами Польши и все руководство органами безопасности – из Советского Союза. Правда, потом товарища Рокоссовского и других товарищей провожали из Варшавы без почестей и похвал. И на их место новых руководителей из Москвы не позвали. Народ Утопии (как и народы Советского Союза) невероятно миролюбив и ненавидит войну. Но соседние народы страдают под гнетом. Потому воины-интернационалисты из Утопии оказывают бескорыстную братскую помощь угнетенным соседям. Это священный долг свободолюбивых жителей Утопии. Они приходят на помощь даже тогда, когда их об этом не просят. Понятно, что Утопия непременно всех побеждает. В «Золотой книжечке» подробно расписано, как именно это делается. Утопия провоцирует столкновения и противоречия в тех странах, которые еще не освобождены. (И товарищ Ленин, и товарищ Сталин практиковали то же самое – смотри «Ледокол»). Если кто-то в еще не освобожденной стране агитирует за капитуляцию перед Утопией, он может рассчитывать на щедрую награду. Но любой, кто призывает к сопротивлению Утопии, будет изловлен и продан в рабство или поплатится жизнью, а его имущество будет разделено среди тех, кто струсил и перебежал на сторону освободителей. В момент начала войны агенты Утопии во вражеской стране расклеивают листовки, где объявляется награда, которая будет выплачена тому, кто убьет главу государства. Это целое состояние. В тех же листовках помещен список других лиц, за убийство которых будут выплачены громадные суммы. Прямой результат таких мер – во вражеском государстве воцаряется всеобщая подозрительность и недоверие каждого к каждому. Но главное для нас в данном случае вот это: В то время, как везде кипит ожесточенная битва, отборные юноши, связанные клятвой и присягой, намечают себе в жертву вражеского вождя. Он подвергается открытому нападению и ловле из засады; его преследуют издали и вблизи… Через четыре века после выхода «Золотой книжечки» Томаса Мора многие его предначертания были осуществлены в Советском Союзе. Моя книга – о группах отборных юношей, которых руководство Советской Армии готовило именно к таким действиям в грядущей войне за счастливую жизнь всего человечества в коммунистических свинарниках, из которых некуда бежать. 2 Через 332 года после выхода «Утопии» Томаса Мора Карл Маркс и Фридрих Энгельс опубликовали «Манифест Коммунистической партии». Основоположники научного коммунизма требовали: 1. Полностью ликвидировать частную собственность. 2. Ликвидировать семью, ввести «официальную открытую общность жен». 3. Всех детей взять на общественное воспитание. 4. Учредить промышленные армии, в особенности для земледелия. Последователи Маркса и Энгельса позже объявили, что «Утопия» была просто красивой мечтой, а вот марксизм – это уже научная теория. Но это не так. По уровню садизма «Манифест Коммунистической партии» не уступает «Утопии». Однако «Утопия» гораздо честнее. Маркс и Энгельс в своих многопудовых трудах забыли сообщить самое главное. Первое: авторы «Манифеста», требуя загнать все население планеты в трудовые армии, обошли молчанием вопрос о том, кто будет управлять трудовыми взводами, ротами, батальонами, полками, бригадами, дивизиями, корпусами и армиями, кто будет координировать действия трудовых армий, кто будет на самом верху. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/viktor-suvorov/specnaz-41789102/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом. notes Сноски 1 Чтобы не навредить друзьям и сослуживцам, свои книги я писал под псевдонимом, который решил никогда не раскрывать (подробнее об этом читайте в предисловии к роману «Аквариум»). В конце августа 1991 года, сразу после провала военного переворота в Москве, мой псевдоним впервые раскрыл начальник ГРУ, назвавший меня полковником. Прошло полгода, и новый начальник ГРУ назвал меня майором (см. следующие цитаты). Прошло еще полтора года, и бывший резидент ГРУ в Женеве назвал меня капитаном. Тенденция налицо. Если так пойдет и дальше, через некоторое время в прессе, вероятно, выступит бывший младший шифровальщик женевской резидентуры и назовет меня ефрейтором. – Прим. автора. 2 Это очень примечательное интервью: в нем, как в капле воды, отразилось состояние правящей верхушки Советского Союза в первые дни после поражения августовского путча. Интервью было опубликовано под издевательским заголовком «ГРУ: в “Аквариуме” меняют воду?». Это был первый случай в истории ГРУ (и, возможно, последний), когда начальник этой организации отвечал на вопросы журналиста в своем кабинете в здании штаб-квартиры ГРУ – в «Аквариуме». Только что были арестованы члены ГКЧП, митингующие москвичи демонтировали памятник Дзержинскому на Лубянской площади, приостановлена деятельность КПСС, а ее имущество стало государственной собственностью России. Кажется, что руководители СССР находятся в состоянии шока. Интервью очень похоже на допрос с пристрастием: журналист, ничуть не стесняясь, задает начальнику одной из самых могущественных разведывательных организаций мира такие вопросы, которые еще месяц назад казались немыслимыми, а тот, словно оправдываясь, прилежно отвечает на них, как нашкодивший школьник, пытающийся угодить учителю: – Основные задачи ГРУ? – У нас только военная разведка. ‹…› – Запчасти к “Стингерам” – ваше дело? – Так точно. Наше дело. ‹…› – Давно ли вы на должности начальника ГРУ? – Четыре года. Я не профессиональный разведчик, я чисто войсковой товарищ. ‹…› – А теперь традиционный вопрос: что вы делали во время переворота? – 19 августа меня отозвали из отпуска. Я приехал и доложил, что нахожусь здесь. Кстати, а двадцатое, и двадцать первое августа я провел на работе, никуда не выходил. У нас была спокойная обстановка, занимались, как обычно, своей разведывательной деятельностью за пределами Советского Союза, а не внутри его – это не наша обязанность. Владлен Михайлович Михайлов, возглавлявший ГРУ с 1987 года, был уволен с должности начальника ГРУ через два месяца после того, как дал это интервью. – Прим. автора. 3 Отдельные главы этой книги опубликованы на русском языке в третьей части нового издания книги «Рассказы освободителя» (М: Добрая книга, 2017). – Прим. ред. 4 Слово «Спецназ» в совершенно секретных документах (а в других оно и не появлялось) не склонялось, в отличие от разговорной речи, однако в разговорном языке чаще всего избегали употреблять это слово по соображениям секретности, а вместо этого говорили: «На спец?», «У наших ребят», «В хозяйстве Иванова» (имея в виду фамилию командира подразделения СпН). – Прим. автора. 5 На русском языке вышло второе, дополненное и переработанное издание этой книги: «Советская военная разведка. Как работала самая могущественная и самая закрытая разведывательная организация XX века» (М: Добрая книга, 2017). – Прим. ред. 6 Подробнее об этом читайте в книге Виктора Суворова «Облом. Последняя битва маршала Жукова» (М: Добрая книга, 2015). – Прим. ред.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 499.00 руб.