Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Жизнь в клетке Татьяна Трофимовна Викентьева Дорогие читатели! Перед Вами книга о трех жизнях: жизни человека в клетке (осужденного к пожизненному лишению свободы), жизни человека, который правил миром, и жизни богатой женщины, смерти которой ждут ее родственники. Чья жизнь Вам более интересна? Татьяна Викентьева Жизнь в клетке (сборник) Я правил миром, господа! (моно-пьеса в одном действии) ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО: худой сгорбленный старик, неопрятно одетый, 90 лет. ДЕЙСТВИЕ Комната. Старик лежит на постели. Потом он просыпается и встает с постели. Затем медленно прохаживается по комнате и подходит к окну. СТАРИК (уныло): Ну, вот и утро наступило. Очередное утро…Да… Жизнь мне наскучила. А было Златое время…Я тогда (воодушевленно) Роскошно и счастливо жил! И веселился, и кутил! И был любим, и сам любил! (грустно) Я молодым тогда ведь был. И знаменитым, и красивым! Картины прошлого так живо Передо мною пролетают! А сердце мается, страдает… (мечтательно) О, если б все вернуть назад! Но это невозможно, нет! Не повернуть мне время вспять. И молодым уже не стать. Я стар и немощен, и сед. Ведь прожил девяноста лет! А в этом возрасте любой Не ощущает вкуса жизни. Зачем устроил так Всевышний? Зачем я, старый и больной, Влачу свои земные дни? Ах, как мне тягостны они! (жалобно, почти плача) Никто меня не утешает! Никто руки не подает! Я одинок. И прозябает Душа моя. И тяжек гнет Людского равнодушья. Свет Не помнит уж моих побед! Не помнит моего величья! (горько) Теперь я в старческом обличье. И никому не интересен. (Старик прохаживает по комнате и вспоминает, делая жесты руками) А был мой путь земной чудесен! И уникален! Я родился В семье обычной и простой. Мать-повар, а отец-портной. Я в жизни сам всего добился! Я к восхожденью сам пришел! И помню это хорошо. (останавливается и задумывается) Я помню, как я начинал Свой путь тернистый, но успешный. Никто гроша мне не подал! Никто не оказал поддержку! За внешность лишь я благодарен Своим родным. Я был прекрасен! И недалек от идеала! А это женщин привлекало. Они, как мотыльки на свет, Ко мне стремились. Я ж в ответ Использовал их всех умело. Овладевал не только телом, Но и деньгами знатных дам. Вознаграждал себя я сам За юность и за красоту. А кто найдет мне в мире ту, Которая сама б хотела Меня за это наградить? Я шел по жизни очень смело. И не хотел того просить, Что мне положено. Сам брал. Я никогда не упускал Свой шанс единственный из сотен. Я был умен, одет по моде. И потому благоволить Ко мне сама Фортуна стала, И постепенно возносить На все ступени пьедестала Величья, славы и почета. Меня избрав, а не кого-то! Карьеру сделать я хотел. И в этом очень преуспел. Сначала я артистом стал И перед публикой блистал. Играл великолепно роли, Преображаясь каждый раз И проживая жизнь героя Так, как свою. Настал тот час, Когда проснувшись знаменитым, Я радость славы испытал. Жизнь прежняя была забыта. Мир, наконец, меня признал! И я на лаврах почивал! В деньгах я больше не нуждался И женщин сам я выбирал. Я в удовольствиях купался! И в роскоши я утопал! Я сотни стран исколесил. Меня повсюду приглашали. Наград я сотни получил. Везде талант мой почитали! Но стало мне однажды мало Всего того, что я имел. Политика так увлекала, Что властвовать я захотел! Ко мне и в этом благосклонной Была судьба. И в мере полной Дала мне все, чего желал. Политиком я важным стал. И на дела в стране влиял. Казалось бы, чего еще Желать мне и к чему стремиться? Жизнь состоялась. Хорошо Мне удалось ей насладиться. Но новая моя мечта Покоя стала не давать. Мечтал я миром управлять! Мои амбиции всегда Меня к успеху приводили. Но оказалась непроста Задача. Годы проходили, А я не мог ее решить! В своей стране лишь получить Власть безраздельную я смог. И то-на небольшой лишь срок, Определенный мне сенатом. А мне другое было надо. Я думал о верховной власти! И в целом мире, а не в части! Тогда замыслил я создать Правительство то мировое, Которое могло б влиять На страны все. И ключевою Фигурою в нем стал бы я. И получилось у меня Задумку эту воплотить. Тогда я миром стал рулить! Тот, кто не ведал полной власти, Тот не поймет, что это-счастье! А я все это понимал. И сам себе рукоплескал! Я гордым был и недоступным, Хотя и выступал прилюдно. Я миловал, и я казнил! Я страны меж собой мирил, А также войны обьявлял! Я разрушал и созидал, Наказывал и награждал! Я властью полной упивался! И каждым мигом наслаждался! Но власть не вечна. Ведь от жизни Она зависит. Так Всевышний Определил. Стареть я стал. И сам от власти уж устал. Тогда свою корону снял. И на другого возложил. А сам от мира удалился. Отшельником с тех пор я жил, Пока…в девицу не влюбился. Ей было восемнадцать лет. Она была стройна, красива. А я уже был дряхлый дед. Беспомощный. Ну, что за диво: Старик и юная красотка? Что сблизить нас могло навек? Мое богатство, да и только. Я знал, богатый человек Купить все может, даже юность. И я купил. Но это-глупость Была со стороны моей. Девице я противен был. Три года прожили мы с ней. Но счастья я не ощутил. И потому решил расстаться. Я ей оставил все богатство. А сам отшельником вновь стал. С тех пор я много размышлял О жизни бренной, о пути, Который мне пришлось пройти Здесь, на Земле. Зачем все это Мне было нужно? Что мне дало? Но я не мог найти ответов. Душа от грусти изнывала. И я не ведал уж покоя! Мне больно было сознавать, Что я растратил на пустое Всю жизнь. Что деньги, слава, власть Мне вовсе ничего не дали. Лишь молодость мою украли, Которой мог распорядиться Совсем иначе я. Жениться Я мог бы по любви. Иметь Детей и ими бы гордиться. Мне оставалось сожалеть О жизни, прожитой впустую. (тяжело вздыхая) Я сожалею!.. И тоскую… Я каждый день переживаю Все заново. И вспоминаю Всю жизнь свою, до мелочей. Что изменить я мог бы в ней? И что хотел бы изменить? Что толку? Жизнь мне не прожить Сначала. Не вернуть мне дней, Давно ушедших от меня! Ах, если б я имел детей! То с ними счастлив был бы я! Они б заботой окружили Меня и истинно б любили. А так один я прозябаю… В тоске и в муках умираю… (воздевает руки к небу) Я слышу голоса отцов. Они зовут меня к себе. Я вижу лица мертвецов. И точка уж в моей судьбе Поставлена. Я ухожу, Мир покидая навсегда. Послушайте меня, прошу! Я правил миром, господа! Но знайте, это-ерунда! Я в удовольствиях купался. И в роскоши я утопал. А в старости один остался. В тоске и в муках прозябал. Я знал и славу, и почет! Но ничего-то не дает. Власть, слава, деньги-тлен все это! В них никакого толку нету! Бессмертие и вечность-вот, К чему должны мы все стремиться. А остальное все пройдет Бесследно. И не возвратиться. Друзья! Я призываю вас, Чтоб за богатством вы не гнались. А жили просто. Любовались Природой каждый день и час. Влюблялись, семьи создавали, Детей растили. Не желали Почета, славы, денег, власти! Жить просто-истинное счастье! Иметь семью, иметь детей — То лучше всех других идей! Я ухожу. Вы остаетесь. И думаю, что наберетесь Вы опыта жить без греха. Хоть жизнь земная нелегка, Но к лучшему стремиться надо. А лучшее-оно ведь рядом! Оно – в цветке. Оно – в улыбке. Оно – в лучах земного дня. Не совершайте те ошибки, Что совершил когда-то я! Тогда вы счастье обретете. И не напрасно проживете Земную жизнь свою. Прощайте! И обо мне не забывайте! Пусть жизнь моя для вас всех станет Примером, как не надо жить. И ценностями вас заставит Духовными лишь дорожить. (пафосно) Я правил миром, господа! Но знайте, это – ерунда! И помните всегда о том, Что на Земле мы все живем Не ради славы и богатства! Не ради власти и почета! Не совершайте святотатства! Живите мирно год за годом Отмеренный вам жизни срок. И да пребудет с вами бог! (ЗАНАВЕС ОПУСКАЕТСЯ. КОНЕЦ) Жизнь в клетке (моно-пьеса в одном действии) ДЕЙСТВУЮЩЕЕ ЛИЦО: Дмитрий Евстратов, мужчина, осужденный к пожизненному лишению свободы, бледный, худой, изможденный, одетый в арестантскую одежду, 41 год. ДЕЙСТВИЕ Камера. Видно небольшое окно с решеткой. Посередине камеры стоит железная кровать. Рядом стол со стулом. Вся обстановка выглядит убого и грубо и навевает мрачные мысли. На кровати спит заключенный Дмитрий Евстратов. Вдруг он начинает кричать и ворочаться с боку на бок, не просыпаясь. ДМИТРИЙ ЕВСТРАТОВ: А-а-а-а! Нет! Не надо! Не трогайте меня! Не тащите! Не смейте! Я не хочу в тюрьму! Не хочу! А-а-а-а! Изверги! Отпустите меня! Мне больно! Больно! А-а-а-а! (мужчина просыпается в страхе, оглядывается по сторонам) ДМИТРИЙ ЕВСТРАТОВ: О, господи! Какой страшный сон я видел! Меня вновь хватали, тащили в тюрьму! И я ничего не мог с этим сделать! Это ужасно! Ужасно! Сон ужасен! Жизнь ужасна! Все ужасно!..Господи! Как я хочу умереть! (мужчина закрывает лицо руками и плачет навзрыд) ДМИТРИЙ ЕВСТРАТОВ: Я больше не могу! Не могу! Не могу! Зачем все это? Зачем этот новый день начинается для меня? Чтобы я снова мучился и страдал?..Ах, я не могу больше мучиться и страдать! Не могу! (снова плачет) Считается, что мужчина должен быть сильным и никогда не должен плакать. А я не сильный…совсем не сильный… (мужчина некоторое время молчит, потом вытирает слезы и встает с кровати) ДМИТРИЙ ЕВСТРАТОВ: Сегодня – памятный день. Ровно девять лет прошло с того самого злополучного дня, когда я совершил свой безумный поступок, после которого оказался в тюрьме. (раздумывая) Девять лет!!! Это много или мало? Для кого-то девять лет проходят как один миг. Для меня же эти девять лет в тюрьме – это целая вечность. Причем, вечность в аду. Никто никогда не поймет, какие мучения и страдания испытывал я эти девять лет! Может, только мои родители способны понять это. Но тоже не до конца. Чтобы понять это, нужно прожить эти девять лет так, как прожил их я. И то слово «прожить» здесь не подходит. Я не жил, а существовал все эти девять лет! Прозябал. Медленно умирал, испытывая адовы муки! (нервно ходит по камере, затем останавливается и восклицает) Ах, как я ненавижу эти стены! Это окно с решеткой! Этот стол! Этот стул! Эту кровать! Как я ненавижу эту камеру! Как я ненавижу себя! Как я ненавижу людей! Это они засадили меня сюда! Люди! Они думают, что они – хорошие, а я – плохой! Я, – Дмитрий Евстратов, – плохой человек! Поэтому я должен сидеть в тюрьме и мучиться. А они должны жить на воле и наслаждаться жизнью. (резко) А я так не считаю! Я не считаю, что я – плохой! Да, я совершил безумный поступок. Да, он повлек за собой жертвы. Но я же раскаялся! Я полностью раскаялся в нем. Так почему я должен мучиться за этот поступок всю свою жизнь?..Потому, что так хотят люди?!..Это они, люди, придумали законы! И это они, люди, создал и систему, которая выполняет эти законы! И я, я сам был частью этой системы. Я ведь много лет работал в ней. Сначала инспектором управления вневедомственной охраны при Главном Управлении внутренних дел. Потом – оперуполномоченным отдела внутренних дел «Тверской» города Москвы. Я даже дослужился до начальника отдела внутренних дел «Тверской» города Москвы! Эта должность и погубила меня. Лучше бы меня не назначали начальником! Может быть, и не случилось бы тогда той ужасной трагедии! Ведь эта должность начальника отдела МВД «Тверской» города Москвы так меня возвысила, так вознесла, что я потерял самообладание и возгордился! И вскоре был наказан за это – упал в самую грязь! (мужчина сильно сжимает свои руки и морщит лоб, видно, что он очень нервничает) ДМИТРИЙ ЕВСТРАТОВ: Ох, если бы можно было все вернуть назад!!! Я бы тогда по-другому жил. Мне не нужно было бы никаких должностей, никаких наград, никакой славы. Я просто тихо и мирно жил бы на воле. Пусть бы я работал сторожем или грузчиком. Но я был бы свободен! Свобода-какое радостное слово! Какое прекрасное состояние! А я…я почти забыл его. Мне даже не верится, что я когда-то был свободен. И мог ходить, куда захочу и когда захочу. И мог ничего не бояться! И меня не содержали в клетке, как зверя. Мне не верится в то, что когда-то у меня была другая жизнь. Мне кажется, что я все время живу в клетке. И эта ужасная жизнь в клетке сводит меня с ума! (хватается за голову и кричит) А-а-а-а! А-а-а-а! Я схожу с ума! Схожу с ума! (мужчина срывается с места и начинает бегать по камере, держась обеими руками за голову и крича) ДМИТРИЙ ЕВСТРАТОВ: А-а-а-а! Я схожу с ума! Люди! Вы слышите, я схожу с ума! Вы, вы должны выпустить меня отсюда! Ведь я – сумасшедший! А сумасшедших держат в психиатрических больницах, а не в тюрьме. Их лечат, а потом отпускают. Я – сумасшедший! Прошу вас, люди, выпустите меня отсюда! Умоляю вас, выпустите меня! Я больше не могу! Не могу! Не могу! (мужчина падает на пол и катается по полу в истерике) ДМИТРИЙ ЕВСТРАТОВ: А-а-а-а! Как мне больно! Как больно! Это – адовы муки! Меня, как будто, разрывает всего на кусочки! Голова раскалывается! Сердце страшно болит! О, люди! Умоляю вас, сжальтесь надо мной! Ведь каждый миг я страдаю! Каждый миг! Прошу вас, люди, умоляю вас, положите конец моим страданиям! Выпустите меня отсюда! Или…или убейте меня! Я согласен на это. Лучше смерть, чем пожизненное заключение в тюрьме! Смерть-это небытие. Смерть-это забвение. А я хочу небытия и забвения! Я жажду этого! Я не хочу больше жить! Ведь жизнь для меня – это адская боль, ужасные страдания, адовы муки! Я не хочу больше жить в этом мире! И не могу! Убейте меня, люди! Прошу вас, убейте меня! (Мужчина вскакивает, подбегает к двери в камеру и со всей силы барабанит в дверь) ДМИТРИЙ ЕВСТРАТОВ: Ну, что же вы молчите, люди? Почему вы глухи к моим мольбам? (ожесточенно) Вы не слышите меня, люди! Вы не хотите слышать меня! Вам не интересна моя судьба! Вы равнодушно взираете на все мои муки! Вы с циничной усмешкой смотрите на меня и презираете меня! Мое ужасное положение вас нисколько не трогает! Вы – успешные, радостные, счастливые люди! Вы презираете меня! Считаете ничтожеством! (уныло) Да, наверно, я, и, правда, – ничтожество. Сейчас я – ничтожество. А когда-то я был уважаемым человеком! Передо мной трепетали, ко мне прислушивались, со мной считались, мне старались угодить, моей дружбой дорожили! Все это теперь в прошлом. В прошлом, которое я забыл. Я, вообще, все забыл. Даже хорошее. (отходит от двери и медленно идет по камере) А ведь говорят, если человек вспоминает прошлую жизнь, связанную с радостными событиями, ему становится лучше. Надо проверить. (останавливается и думает) Надо вспомнить что-то хорошее из моей прежней жизни. Например, мое детство. (замолкает и силится вспомнить) Да, детство… Оно у меня было счастливым. Я ведь единственный сын у родителей. Они меня очень любили и все время баловали. Ах, как прекрасно я жил в детстве! (закрывает глаза и вспоминает) Помню мамино лицо, ее руки. Каждое утро она ласково будила меня и целовала, целовала.… Потом поила меня вкусным чаем с конфетами, и мы отправлялись гулять. Летом мы шли в парк и катались там на качелях, играли в прятки, ели мороженное. А зимой мы катались на лыжах или коньках, лепили снежную бабу и расписывали ее. Какое чудесное было время – мое детство! И потом в юности я тоже был счастлив. Учился в школе, затем – в училище. Везде ко мне хорошо относились, продвигали меня, ставили в пример. Мой отец, конечно, в этом большую роль играл. Он активно занимался моей карьерой. Благодаря ему я и институт МВД закончил, и достиг такой высокой должности в системе МВД! А теперь…теперь мои родители страдают. Я в тюрьме мучаюсь, а они – на воле! Я ведь знаю, как им тяжело. Их единственный сын приговорен к пожизненному сроку лишения свободы! Что могут они чувствовать? Как могут жить? Мне передавали адвокаты, что у моей матери было уже несколько инсультов; а отец пить стал, сильно пить. О, господи! Я даже не знаю, как им помочь, как их спасти! (закрывает лицо руками и плачет) Это-какой-то ужасный замкнутый круг! И как его разорвать, я не знаю! Мне говорили адвокаты, что нужно набраться терпения и ждать, когда пройдут двадцать пять лет. Через двадцать пять лет я смогу претендовать на условно-досрочное освобождение. Но это легко сказать: «набраться терпения и ждать». А на самом деле двадцать пять лет в тюрьме вряд ли кто выдержит! Один день нахождения здесь – это вечность. А двадцать пять лет-это вечность вечностей! Я вот уже девять лет провел в тюрьме. И все эти девять лет я невыносимо мучился. Так мучился, что стал желать смерти! А адвокаты советуют мне терпеливо ждать, когда еще шестнадцать лет пройдут! Но я этого не выдержу! Не смогу дождаться! Да и нужно ли мне ждать? Ведь через шестнадцать лет суд может и не отпустить меня домой. Может отказать мне в условно-досрочном освобождении. Посчитать, что я еще опасен для окружающих. Или недостаточно исправился. Ведь нет никаких гарантий, что суд освободит меня через шестнадцать лет. Но даже, если бы у меня были такие гарантии, я не могу больше ждать! (кричит) Не могу здесь находиться! (мужчина снова подбегает к двери, стучит в нее и кричит) ДМИТРИЙ ЕВСТРАТОВ: Выпустите меня отсюда! Слышите? Выпустите! Я прошу вас! Я умоляю вас! Я требую, наконец, выпустите меня отсюда! (оседает внизу около двери и снова плачет) О-о-о-о! Как мне плохо! Как мне плохо! Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/tatyana-trofimovna-vikenteva/zhizn-v-kletke/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 490.00 руб.