Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Сон Алексей Летовальцев Главный герой – обычный парень. У него почти нет друзей, но он мечтатель и романтик. А еще он обладает гипнозом и не любит несправедливость. Впереди его ждут любовь, разборки с бандитами, поиски затерянных сокровищ, схватка с маньяком и многое другое. Главный герой не знает, кто он на самом деле и откуда у него эти странные способности, он хочет жить как все и просто оставаться человеком. Но узнать придется… Сон Алексей Летовальцев © Алексей Летовальцев, 2021 ISBN 978-5-4490-9154-3 Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero Представление начинается Погода выдалась не по-весеннему прохладной. Серые тучи заволокли собою все небо, и потемнело намного раньше. Марина застегнула на плаще верхнюю пуговичку и, поцокивая каблучками по узенькому тротуару, направилась в середину парка. Этот небольшой лес Марина любила за его чистоту и нередко приходила сюда на выходные, просто прогуляться и насладиться природой. Впереди показался жилой район, освещенный фонарными огнями. В эту минуту девушка услышала за спиной чьи-то шаги. Марина развернулась и тут же почувствовала сильный удар в лицо. В глазах все потемнело, а дальше все было как в страшном сне. Ей нанесли еще несколько ударов, выдернули из руки сумочку, сняли кольцо и сняли сережки. Она не видела лиц нападавших. Она даже не пыталась сопротивляться. От страха дыхание перехватило, руки и ноги, все дрожало. – Ты посмотри какая нам красава попалась… Кажется я начинаю влюбляться… – произнес один из нападавших. – А может, ты ее еще на свидание или в ресторан пригласишь? – произнес другой голос. – У нас и так времени нет, или ты опять на зону захотел? Нет, все. Валить надо, пока мусоров никто не вызвал. Вон идет кто-то. Все, валим. Нападавшие исчезли так же быстро, как и появились. Марина попыталась приподняться с земли, но тело ее почти не слушалось. – Что с вами? Вам плохо? – услышала она рядом с собой чей-то голос. Марина приподняла голову. Перед нею на корточках присел молодой обычно одетый парень. Кроссовки, джинсы, застегнутая под горло курточка. Из-за накинутого на голову капюшона лица незнакомца почти что не было видно. – У вас губа разбита… – произнес он. Девушка провела рукой по подбородку, увидев на рукаве кровь, неожиданно разрыдалась. – Я, я… Они меня… сумочка, там деньги… а мне на лекарства сестре… – Марина пыталась еще что-то говорить, но сквозь рыдания слов разобрать было невозможно. Парень помог Марине приподняться. – Как они выглядели? – Я не знаю, я не видела их лиц, – сквозь слезы произнесла Марина, – они сразу начали бить меня по лицу, я вообще не понимала, что происходит. – Ладно, самое главное – успокоиться. Не переживайте, все будет хорошо. Я провожу вас. Держитесь за меня. Марина покорно кивнула. Через десять минут они вышли на освещенный проспект. Незнакомец усадил Марину на скамейку возле ближайшего дома и протянул ей свой мобильный: – Здесь много людей, и вас никто не тронет. Вот мой телефон, вы можете с него позвонить в полицию. Я вас найду. А сейчас мне срочно нужно идти. Марина взяла мобильный, набрала номер полиции, а когда в очередной раз подняла взгляд, незнакомец быстрым уверенным шагом удалялся в сторону леса. Петруха допил очередную бутылку пива, выбросил ее в кусты и уже недовольно взглянул на приятеля: – Вован, ну что, где там твой барыга? Мы еще долго будем тусоваться на этой детской площадке? Уже третий час ночи пошел. Я уже околею здесь скоро. Выбритый налысо паренек, с головой размером с баскетбольный мяч, сделал пару глотков пива из своей бутылки, демонстративно произвел громкую отрыжку и деловито взглянул на приятеля: – Не парься, сейчас будет барыга. – Что значит «не парься»? Уже два часа здесь торчим. Если бы знал, что такой расклад будет, уже два-три часа назад сплавил бы золото и телефон какому-нибудь прохожему лоху. Бритоголовый расхохотался. – Да, ты уже один раз сплавил, на следующий день на зону загремел. Тебе сейчас сколько, двадцать пять исполнилось? Только освободился. Хочешь несколько лет еще на нарах почалиться? Потерпи. Не дергайся. Барыга – свой человек. Я его еще до отсидки знал. Человек надежный. Сейчас барахло сплавим и валим в соседний город. – Если мы на этой детской площадке еще полчаса проторчим, какая-нибудь мамаша позвонит в полицию, приедут мусора и нас точно из-за девки лет на пять загребут. – Не ной. Пей пиво. Никто нас не загребет, мы уже на другом краю города. Никто нас здесь искать не будет. В этот момент где-то недалеко залаяла собака. Приятели переглянулись. Из-за соседнего дома появилась фигура человека. Незнакомец шел быстрым уверенным шагом, осматриваясь по сторонам, словно что-то или кого-то искал. Заметив людей на детской площадке, он направился в их сторону. Петруха открыл следующую бутылку пива, сделал пару глотков, поставил бутылку рядом и взглянул на приятеля: – Это твой барыга? Бритоголовый растерянно повел плечами: – Нет, не похож вроде. – А какого этот хмырь к нам чешет? – Может, заблудился братишка… Дорогу потерял? – бритоголовый заржал идиотским смехом. Тем временем незнакомец приближался. Через минуту он стоял рядом с криминальной компанией. Из-за накинутого на голову капюшона, лица незнакомца почти не было видно. На миг на площадке повисла тишина, нарушаемая только шелестом листьев. Первым молчание нарушил бритоголовый: – Дружище, ты кого-то потерял? – Относительно, – невозмутимо произнес незнакомец. – Что значит «относительно»? – недовольно ухмыльнулся бритоголовый. – Я никого не терял, но тех, кого мне надо было найти, я уже нашел, – все так же невозмутимо произнес незнакомец. – Приятель, ты случайно не обкуренный? – бритоголовый с недовольной физиономией подошел к незнакомцу поближе и, старательно заглядывая под капюшон, принялся внимательно разглядывать лицо полуночного гостя. Петруха усмехнулся, достал сигарету и пошарил по карманам в поисках зажигалки. – Вован, подожди, не тронь его пока, пускай человек скажет, что ему надо. – Несколько часов назад вы избили и ограбили девушку, – ледяным голосом, словно вынося приговор, произнес незнакомец. – Мне надо, чтобы вы вернули сумочку, деньги и золото. И тогда я обещаю, я спокойно уйду и не причиню никому вреда. У вас есть одна минута. Испытав состояние легкого шока, приятели испуганно переглянулись. Первым в себя пришел бритоголовый, он выхватил из кармана нож и демонстративно полоснул им в воздухе перед лицом незнакомца. – Слышь, дружище, ты совсем рамсы попутал, ты кому угрожаешь? Это у тебя есть минута, чтобы убежать отсюда. Петруха, что с ним будем делать? Петруха привстал с лавочки и строго взглянул на приятеля: – Не знаю, кто он, но он знает про девку и лица наши запомнил. Мочить его надо и сваливать отсюда… – Базара нет, свидетели нам не нужны. Бритоголовый полоснул воздух ножом в нескольких сантиметрах от горла незнакомца, но тот даже не двинулся с места. – Ваша минута истекла, – произнес незнакомец хладнокровно. – А теперь всего один вопрос, вы что-нибудь слышали о гипнозе? – Что? – бритоголовый выпучил огромные глаза, и скривил параноидальную рожу. – Ты больной, в натуре, на голову. Да я тебя сейчас точно замочу, гнида… – «Гипноз» образованно от древнегреческого «Гипнос», что означает божество, олицетворяющее сон, – магическим голосом продолжал незнакомец. – Этому древнему знанию уже тысячи лет. Мы смотрели об этом фильмы, мы читали об этом книги. Но, как и прежде, люди не верят в гипноз. Его нет. Это вымысел, мистика, наивные сказки. И только столкнувшись с ним в действительности, мы осознаем, что он есть. Гипноз, словно наркотик, заволакивает наш разум, проникает в наши души, сеет в них страх и беспомощность, заставляя нас слепо повиноваться чужой воле. Приятели снова испуганно переглянулись. – А теперь представление начинается, – уже громче произнес незнакомец. – Теперь вы будете делать то, что я вам скажу. Ты, лысый, замри. Твоя рука онемела, превратилась в сталь, и ты не можешь ею пошевелить… Твое тело немеет, оно становится неподвижным… – Что? – бритоголовый неожиданно замер на месте. По его лицу пробежался испуг. – Слышь, Петруха, у меня, кажется, рука онемела, я не могу ею пошевелить, что за хрень… Петруха хотел ответить, но, словно вкопанный, сам неожиданно замер на месте. Все еще не подкуренная сигарета выпала из его пальцев. Его язык, его тело отказывались ему подчиняться. – С этого момента вы никогда не будете грабить. Вы не будете причинять людям вред, вы встанете на путь исправления, – холодным и гипнотизирующим голосом продолжал незнакомец. – Вы засыпаете глубоким крепким сном и продолжаете слышать мой голос. Ничего нет. Нет времени и нет реальности. Есть только мой голос. Только мой голос… Вы засыпаете… Факир Представление закончилось. Поблагодарив публику за щедрые аплодисменты, факир принялся собирать в мешок свои магические принадлежности. Вскоре зрители разбрелись, остался только один – маленький мальчик. Он стоял немного в стороне от старика и завороженным взглядом наблюдал за действиями факира. Даже потрепанная старая одежда не могла затмить необыкновенную детскую красоту мальчугана – смуглая, загорелая кожа, черные, как смоль, волосы, огромные красивые глаза и роскошные длинные ресницы. На маленьких щеках, припавших дорожной пылью, виднелись следы от недавних подтеков слез. Собрав свое скромное имущество, старик помолился, поцеловал серебристый медальон, висевший на груди, взвалил на плечо свой дорожный мешок и уже собирался в дорогу. – Дяденька, а дяденька, возьмите меня с собою. Факир обернулся и добродушно посмотрел на мальчика: – Извини, малыш, я не могу тебя взять, моя дорога трудна и опасна. – Ну пожалуйста, дяденька, – не отступал мальчик. – Мне понравились ваши фокусы. За небольшой кусок хлеба в день и кружку молока я бы мог носить за вами ваш дорожный мешок и готовить вам еду. А когда я подросту, я буду еще и защищать вас от разбойников, которые встречаются на наших дорогах. Старик улыбнулся, снял свой мешок и присел рядом с мальчиком: – Спасибо, малыш, но я и сам могу за себя постоять. Скажи, как зовут тебя? – Аджан. – А сколько лет тебе? – Семь, дяденька, но скоро будет уже восемь. Старик снова улыбнулся: – О, так ты уже взрослый. А где же твои родители? На миг глаза мальчика наполнились слезами, но, не подавая виду, с искусственной улыбкой на лице, тот продолжил: – Отца моего загрызли волки в лесу несколько лет назад. Он нас с мамой пытался спасти и погиб. А мама умерла две недели назад от какой-то болезни. Но вы не бойтесь, я уже самостоятельный. Каждый день я выхожу на площадь и помогаю торговцам, я не сижу без дела, как некоторые дети. – Скажи, а почему ты плакал сегодня? – хмуро поинтересовался факир, разглядывая подтеки от слез на щеках мальчика. – Я никогда не плачу, – с невозмутимым лицом ответил малыш. – Аджан, ты же знаешь, я великий факир и волшебник, и поэтому меня невозможно обмануть. Скажи мне правду. – Сегодня мне пришлось работать целый день, – немного смущенно начал рассказывать мальчик. – Я разгружал телегу с товаром и в конце дня за свою работу я получил большую рисовую лепешку. Но я так устал, что, возвращаясь домой, я споткнулся, упал и выронил ее. Неожиданно появилась огромная собака, схватила лепешку и бросилась бежать. Я долго гнался за ней, но так и не смог догнать. – Так ты, получается, ничего сегодня не ел? – факир сочувственно посмотрел мальчику в глаза. – Получается, так, но в этом нет ничего страшного, – попытался поскорее успокоить факира мальчик. – Бывало, я по два и по три дня ничего не ел. А завтра я пойду на площадь и снова заработаю себе лепешку. Только тогда той собаке уже ни за что у меня ее не забрать. – И уже чуть тише, с печалью в голосе, он добавил: – Если вы, конечно, меня с собой не возьмете, дяденька… – Послушай, малыш… – факир нахмурил брови и положил руку на хрупкое детское плечо. – Дело в том, что я никогда не сижу на месте. Мне постоянно приходится путешествовать по миру. Каждый день из города в город. Несмотря на безмерную любовь публики и кажущуюся романтику, время от времени мне приходится сталкиваться с большими трудностями. Холод, жара, дожди, непроходимые джунгли, хищники и даже бандиты – все это встречается на моем пути. Не раз бывало такое, когда и мне приходилось скитаться без воды и без пищи по несколько дней… – Дяденька, я тоже буду, как и вы, терпеть жару, холод и голод. И буду выполнять любую работу, какую вы только мне скажете. Только возьмите меня, пожалуйста, вы не пожалеете. – Ну ладно, Аджан, ты меня почти уговорил, – улыбнулся факир, – скажи, а где ты живешь? – Совсем недалеко, – мальчик оживленно указал в сторону леса. – Вон там, за теми большими деревьями я построил себе небольшую хижину из веток. Сперва мы с мамой жили у добрых людей, у нас была небольшая, но уютная комнатка для жилья, после того, как мама умерла, меня никто не хочет к себе пускать… Глаза мальчика снова слегка наполнились слезами, но, как и в прошлый раз, ни одна слезинка не стекла. – Да, я вижу, малыш, тебе тяжело досталось. Старик достал из своего мешка различные угощения, полученные от публики, и протянул их мальчику. – Спасибо, дяденька, вы очень добрый. А за меня не переживайте, я очень выносливый и никогда не плачу, как девчонки, – мальчик принялся с аппетитом поглощать пищу. – Эй, уважаемый, – обратился факир к одному из прохожих, который случайно проходил мимо. – Ты не подскажешь случайно, чей это малыш? Прохожий остановился и на мгновение взглянул на мальчика: – Этот парень – бродяга, я его знаю. Они пришли в наш город несколько месяцев назад. Зарабатывали на еду чем придется. А недавно его мать умерла от какой-то неизвестной лихорадки, и теперь, чтобы не заболеть, его никто не хочет к себе пускать. Родители запрещают своим детям подходить к нему близко. На площади остался только один торговец, который дает ему работу и платит за это. Но скоро и он перестанет с ним связываться, потому что люди перестали брать у него товар. Люди боятся заразиться от мальчика страшной болезнью. Его мать умирала несколько дней в страшных мучениях. Ее тело было сплошь покрыто огромными кровоточащими язвами. И вам я тоже советую не связываться с ним, если не хотите заразиться. Факир взглянул на мальчика, прищурил глаза и хмуро произнес: – Если опасаясь болезней и прочих трудностей, люди перестанут помогать друг другу, в мире совсем не останется людей. Малыш, солнце садится, веди меня к своей хижине. – Да, конечно, – радостно согласился мальчик, вытирая со рта хлебные крошки. – Вдвоем мы, конечно, там не поместимся, но я могу переночевать и под открытым небом. Как мне называть вас, дяденька? Факир погладил мальчика по густой черной шевелюре и снова улыбнулся: – Ты добрый малый, Аджан. Зови меня дядюшкой Равви. Когда-нибудь Всевышний увидит твою доброту и щедро вознаградит тебя. – Факир закинул на плечо свой дорожный мешок и вместе с мальчиком направился в сторону леса. Вскоре потемнело. Старик и мальчик приготовили скромный ужин, поели, а потом еще долго сидели возле костра и, наслаждаясь звуками ночного леса, всматривались в звездное небо. Старик рассказывал мальчику о невиданных животных, о городах сказочной красоты и далеких странах. Лишь только рассвело, и в небе погасла последняя звезда, факир и мальчик затушили костер. Оставляя позади просыпающийся город, странники отправились в путь. Разбор полетов Кто-то постучал в дверь. Дмитрий лениво высунул голову из-под одеяла и с неохотой приоткрыл один глаз. – Привет. Никуда случайно не опаздываешь? Дмитрий с неохотой приоткрыл второй глаз и вопросительно взглянул на стоящего в дверях брата. Виктор был на много старше Дмитрия и всегда являлся его полной противоположностью. Высокий. Стройный. Спортивного телосложения. Незаурядная внешность. Среди местной шпаны Виктор пользовался непререкаемым авторитетом, не говоря уже о девчонках, которые просто сходили по нему с ума. – А куда я должен опаздывать? – почти не открывая рта, лениво прожевал Дмитрий. Виктор уверенным шагом прошелся по комнате, остановился у окна и резким движением настежь распахнул шторы. В комнату ворвался поток дневного света. – А сколько сейчас времени, ты знаешь? Дмитрий прищурился и попытался рукой прикрыться от света: – Ну, может, часов девять-десять… – с безразличным видом предположил он. – Ну, во-первых, времени уже час дня, во-вторых, что у тебя со школой? – У нас сегодня отменили занятия. – Любопытно, ну и почему? Не подскажешь? Значит, никому занятия не отменили? А тебе отменили? Вся школа учится, а ему лично, видишь ли, занятия отменили, – в голосе Виктора звучало явное недовольство. – А ты знаешь, что сегодня мне твоя классная звонила: «А почему Дмитрий, уже неделю прогуливает школу? Может, он заболел?» – Начинается… Дмитрий отвернулся в другую сторону и снова натянул одеяло на голову. – Нет. Так дело не пойдет, ты будешь со мной говорить. – Виктор нервно сдернул с брата одеяло и встал возле кровати, словно вкопанный. Понимая, что беззаботно поспать уже явно не получится и серьезного разговора не избежать, Дмитрий повернулся к брату. – Ладно, давай поговорим. Что ты от меня хочешь? – Что я от тебя хочу? – в голосе Виктора звучала неприкрытая агрессия. – Это ты что от меня хочешь? Тебе что, наплевать на все, что я для тебя делаю? – Тебя никто не просит для меня что-либо делать. – Нет, ты ошибаешься. Ты кое-что забыл. Ты забыл, как умирала наша мать на наших глазах. И о чем она просила меня, ты, наверное, тоже забыл… В памяти Дмитрия мелькали события давно ушедших лет. Ему было около двенадцати. Их мать умирала от рака. Они с братом сидели возле ее кровати и все еще надеялись на чудо. – Я помню каждое ее слово, – с горечью в голосе продолжал Виктор. – Тогда она сказала: «Дети мои, скоро меня не станет. И в этом мире у вас больше не останется родных. Вы должны держаться как единое целое и должны помогать друг другу. Витя, ты старший. Помогай Димке, никогда не бросай его, даже в самую тяжелую минуту. А ты, Дмитрий, слушайся своего брата…» И мы пообещали. Мы поклялись ей… Ты помнишь это? – Да помню я… – Дмитрий сжал скулы. Эти воспоминания всегда причиняли ему боль. – И мне пришлось пойти на многое, чтобы ты мог нормально питаться, одеваться и жить в нормальных условиях. Время, когда в стране не было работы, денег, и процветал бандитизм, я умудрялся находить деньги. От тебя требовалось только одно – просто учиться. А какая благодарность от тебя? В восьмом классе ты неожиданно забросил учебу, увлекся своими дурацкими психологическими штучками, а потом понеслась-поехала. Все это ты начал практиковать на знакомых и одноклассниках. Дошло до того, что на глазах у всего класса ты внушил учительнице географии, что начался нескончаемый сезон дождей. Причем дождь должен был идти повсюду. И бедная учительница, к всеобщему удивлению, три недели ходила с раскрытым зонтом и на улице при солнечной погоде, и дома, и в школе во время уроков. Бедной Мэри Поппинс помог частный психолог-гипнотизер. Он снял с нее заклятие неопытного Гарри Поттера. – В том случае я в самом деле немного перестарался. Я сделал ей неправильную установку. – Правда? – Виктор сделал изумленные глаза. – Тем не менее, она сама виновата. Человек, у которого высшее образование, не должен курить и материться, как сапожник. А тем более оскорблять и унижать учеников, это ниже собственного достоинства. Я думаю, скорее всего, из-за этого и произошел сбой программы. – Ладно, борец за права человека, пусть будет так. Тебя поставили на учет в полиции. В учебе ты отстал, учителя начали тебя бояться, в общем, меня попросили перевести тебя в другую школу. Что я и сделал. В другой школе ты продержался недолго. Уже буквально спустя полгода ты снова отличился. Одному из старшеклассников, заядлому футболисту, на уроке физкультуры ты внушил… – Я помню. Этот хам никогда не отличался хорошими манерами. На глазах у всех оскорбить приличную девушку, а потом еще и ударить ее. Это надо быть просто каким-то идиотом бестолковым. – Да, именно… И ты внушил ему, будто он лишился головы. Ну типа того, что он забыл или потерял ее на стадионе. И несчастная жертва гипноза две недели подряд приходил на школьный стадион и искал там свою потерянную голову: «Простите, а вы не подскажете… Вы случайно не видели здесь в кустах мою голову?» Понятно, что преподаватели и все учащиеся начали относиться к тебе настороженно. А точнее говоря, меня снова попросили перевести тебя в другую школу. Что я и сделал. Конечно, в другой школе тебя не хотели брать, и мне пришлось приложить массу усилий и денег. Сейчас остался месяц учебы и выпускной. Всего месяц. Но ты снова перестал посещать занятия. Мне что, уже новую школу для тебя искать? – Мне плевать. Я не хочу ходить в школу. Лицо Дмитрия выражало полное безразличие. – Отлично. Просто замечательно. А в самом деле, если не хочешь идти в школу, не иди. Ведь это так просто. А почему не хочешь? – Я не могу смотреть на их лица. Они мне все надоели. – Замечательно. Ты взрослеешь просто на глазах. Учиться не хочешь, работать не можешь, значит, тебе в бандиты. А что, интересно. Разборки, стрелянина – не жизнь, а романтика. Правда, иногда могут убить. Ну это так, незначительные нюансы. Можно сказать, технические моменты. Да, кстати, смотрел утром последние новости. Интересный случай произошел сегодня утром. Около шести часов утра в отделение полиции прибежали, именно прибежали, два хмыря. И начали сильно упрашивать дежурного, чтобы тот их арестовал. Конечно, в отделении над ними только посмеялись. Ну мало ли, наркоманы или алкаши местные накидались до белочки… Неожиданно эти двое рассказали, что накануне вечером избили и ограбили девушку. Очень подробно все рассказали. В отделении проверили информацию и были удивлены. Оказывается, правда. А потом эти двое начали рассказывать, что этот город уже не первый на их счету, и случай тоже не первый, и у них уже масса подобных эпизодов. Парни после отсидки гастролируют по городам и занимаются разбоем. И были эпизоды даже с убийствами. Матерые уркаганы так просто раскололись на ровном месте… Тебе это не кажется странным? – Под наркотой были или еще под чем-то, – с безразличием предположил Дмитрий. – Да нет. Вроде не пьяные и не под наркотой. Было предположение, что это что-то типа какого-то психологического воздействия. Ну, типа гипноз… Дим, ты случайно не подскажешь, что это могло быть? – Не знаю. Дмитрий лениво зевнул и принялся потирать заплывшие глаза. – Да, кстати, а ты случайно не подскажешь, где ты был с двенадцати ночи до шести утра? Ты ведь в шесть пришел? – Гулял. По городу. – А, ну да. Гулял до утра по городу, смотрел на небо. Как я сразу не догадался, это еще с детства твое любимое занятие… А я тебе всю ночь звонил на мобильный. Ты снова забрал мою любимую курточку с капюшоном. Хотя, впрочем, хрен с той курточкой. Звоню я тебе, а мне постоянно отвечает какая-то девушка. В общем, пообщались. Оказывается, на нее напали грабители, а какой-то молодой человек, то есть ты, помог ей выйти к домам, а потом отдал свой телефон и куда-то скрылся. Не подскажешь, это случайно не та девушка, которую ограбили те парни из утренних новостей? – А, ну да, я какой-то девушке помог вчера выбраться из парка, она чувствовала себя неважно… – А там в прихожей перед зеркалом случайно не ее сумочка лежит? – Ну да… В общем, ее… – с неохотой признался Дмитрий. – Тогда все ясно. Все становится на свои места. Урки, которые сдались в полицию – это снова твои фокусы. Они ее ограбили, ты их выследил, ну и, соответственно, как всегда, ты снова проводил над ними свои эксперименты? – Относительно… Понимая, что дальше отпираться бесполезно, Дмитрий тяжело вздохнул. – Что значит «относительно»? – Не было никаких экспериментов. Они сами приняли решение сдаться. А я просто помог им лучше понять себя. Услышать свое внутреннее «Я». А решение навсегда завязать со своим криминальным прошлым они приняли сами. Виктор тяжело вздохнул и в растерянности повел плечами. – Дим, скажи честно… Мне как брату… Тебе что, совсем делать нечего? Ну просто нет других дел? – Относительно. – Относительно, что значит «относительно»? Это твое «относительно» меня уже достало. Когда ты уже выбросишь это дурацкое словечко из своего жаргона? – Жаргон – это у тебя и твоих дружков. У меня лексикон. – Ладно, хрен с этим «относительно». Я как брат просто хочу тебя понять. Вот смотри, твои друзья, подруги… Хотя нет… У тебя почти нет друзей и подруг… Скажем так, твои ровесники, смотри, о чем они думают – тачки, компьютеры, планшеты, айфоны, собственная квартира. Свидания, бизнес, путешествия… Кто-то учится на бизнесмена, кто-то на юриста, кто-то спортом занимается, мышцы себе понакачивали. А хакеров сколько развелось, компьютерные гении… А ты чем занимаешься? Ну ты посмотри на себя. Худой, бледный. У тебя реально нет друзей. Днями и ночами бродишь по улицам, мечтаешь. Ну ты вот реально будто с неба свалился – не от мира сего… – Мне нравится бродить по улицам, – с безразличием произнес Дмитрий. – Ну нравится и ладно, хрен с ним. Но вот ты мне скажи. Ограбили эти жулики ту девчонку. Ну вот, сумку схватили и убежали. Ну убежали они уже. Все. Инцидент исчерпан. Девушка жива, грабители при своем. Зачем среди ночи куда-то бежать, кого-то искать. Ты пытаешься играть в Робин Гуда – защищай бедных, помогай слабым? Я словно на иголках эту ночь провел. С Серым и с Крымом всю ночь прокатались по городу, искали тебя… А если бы что случилось? Тебе бы никто не помог, понимаешь? Сколько раз просил, держи телефон при себе. В этом городе несколько миллионов человек, и у каждого пойми что на уме. Это каменные джунгли. Здесь ежедневно пропадают люди. У кого-нибудь из этих бандитов в руке случайно оказался нож или ствол, и все, тебя больше нет. – Послушай, Вить, а ты когда-нибудь был в Индии? Неожиданный вопрос брата немного ошарашил Виктора. – Я в Питер собираюсь съездить уже лет десять, никак не получается, а ты говоришь Индия. – А родители наши? – Отца нашего не стало, когда тебе еще и год не исполнился, я его сам плохо помню, а мама, кажется, вряд ли. По крайней мере, мне она об этом точно ничего не рассказывала… – Странно, мне постоянно снятся сны об Индии… – Что значит «сны об Индии»? Ты там ни разу не был, откуда ты можешь знать, как выглядит Индия? – Нет. Я точно знаю, это Индия. Такое ощущение, будто я там был. Именно воздух, люди, города… Странно… Все так реально… Виктор усмехнулся. – А мне кажется, ничего здесь странного нет. Начитался всякой хрени. Если не прекратишь заниматься своими штучками, в скором времени не только Индия, но и зеленые человечки будут мерещиться… – Ты зря иронизируешь, здесь дело совсем в другом… Эти сны… Это не просто сны… Самое интересное, раньше мне снились города, храмы, природа… А сегодня мне приснился старец-факир и маленький мальчик. И мне кажется, я их очень хорошо знаю. Не знаю где, но где-то раньше я их уже видел, но где… – А мне кажется, если ты и дальше будешь увлекаться своими фокусами, у тебя точно крыша съедет. – Виктор достал мобильный, взглянул на экран и снова засунул его в карман. – Значит, так. Прекращай заниматься своими экспериментами. Займись спортом. Подтяни учебу. Курточку мою забирай, дарю. И большая просьба – не шатайся ты один по ночам, не испытывай судьбу. Все, разговор закончен, и пожалуйста, держи телефон при себе, я хочу знать, где ты и что с тобой. Виктор вышел из комнаты. Около минуты он с кем-то разговаривал в коридоре по телефону, еще через минуту входная дверь за ним захлопнулась. Обрадовавшись, что брат ушел и нравоучений от него можно не ждать, Дмитрий пересилил себя и наконец выбрался из коварных объятий теплой постели. Приняв душ, он первым делом отправился на кухню. Холодильник, как всегда, порадовал его лишь холодом и пустотой. После чашки кофе натощак, желудок Дмитрия подозрительно забурчал. Хладнокровно проигнорировав сигналы подсознания, Дмитрий прошел в прихожую, оделся, после чего взял в руки женскую сумочку и принялся внимательно рассматривать ее содержимое. Спустя минуту он нашел то, что искал. Это был паспорт незнакомки. Дмитрий покрутил его в руках, бережно раскрыл, как следует изучил адрес и фамилию незнакомки. «Минут через двадцать-тридцать, я буду на месте», – подумал Дмитрий, выходя из квартиры. Незнакомка Найти нужную улицу и нужный дом оказалось непросто. Стройные высотки новостроек перемешались со старым жилым массивом, создав при этом неразбериху в названиях улиц и нумерации домов. Два часа по кругу, на ногах, дались нелегко. Когда кроссовки Дмитрия изрядно припали пылью, а названия улиц, кварталов, номера домов и дроби корпусов в его голове перепутались окончательно, Дмитрий неожиданно для себя набрел на нужный ему дом. Столько радости при виде старой, серой, некрашеной девятиэтажки Дмитрий не испытывал никогда. Подъезд оказался обычным – разрисованный неизвестными художниками, исписанный народными мудростями. Лифт примерно такой же, надписи эротического содержания, запахи непонятного происхождения. Через пару минут Дмитрий стоял перед металлической дверью, обшитой выцветшим розовым дерматином. Дмитрий замер, перевел дыхание и уверенно нажал кнопку звонка. Ждать долго не пришлось. Через мгновение дверь открылась и, благоухая ароматами шампуня, духов и еще чего-то сладкого, перед Дмитрием предстала в коротком облегающем халатике стройная симпатичная длинноволосая блондинка с внешностью фотомодели. – Вам кого? – настороженно поинтересовалась блондинка. – Здрасьте, простите, пожалуйста, мне нужна Серегина Марина Алексеевна. Девушка какое-то мгновение внимательно всматривалась в лицо Дмитрия, потом склонилась к нему поближе и неожиданно улыбнулась. – Подожди-подожди, ты, по-моему, тот парень, который помог мне вчера. Ты спугнул грабителей, потом помог мне из леса выйти и свой телефон отдал… Так же? А мы с тобой даже не познакомились. Твой брат сказал, тебя Дмитрием зовут? Только сейчас Дмитрий заметил, что у блондинки прилично припухла губа, а под глазом скрывается тщательно загримированный синяк. – Ну да, Дмитрий. А вы, простите, Серегина Марина Алексеевна? – немного растерянно произнес Дмитрий, протягивая девушке женскую сумочку. – Да ладно, перестань ты, мы с тобой почти ровесники, а ты мне выкаешь. Можно просто Марина. Подожди-подожди, это что моя сумочка? Девушка выхватила сумочку из рук Дмитрия и автоматически принялась изучать ее содержимое. – Это что, мои кольца, мои сережки, – чуть ли не плача, произнесла она. – А это… деньги… – девушка принялась пересчитывать деньги, досчитала их, обняла Дмитрия и неожиданно расплакалась. – Блин, спасибо тебе большое, тут не хватает считаных копеек. Спасибо, спасибо тебе большое. Ты не представляешь, как меня выручил. Эти деньги мне так были нужны. Это мама передала на лечение сестры… Спасибо… Слушай, прости, пожалуйста, но ко мне нельзя… Хотя… Ладно, заходи… – Да я вообще-то… мне просто телефон забрать… – немного смущенно произнес Дмитрий. – Да ладно ты, проходи, только не шуми, пожалуйста, у меня сестра болеет, и говори шепотом, ладно. Проходи-проходи, я сейчас пока телефон твой поищу. Дмитрий прошел вовнутрь, разулся и принялся неловко переминаться с ноги на ногу. – Да я бы телефон… и как бы, мне идти уже пора… – произнес он неуверенно. – Давай-давай, проходи. Девушка взяла Дмитрия за руку, провела на кухню и усадила за стол. – Что будешь – чай, кофе? – почти требовательно поинтересовалась она. – Нет-нет-нет… я, наверное, не хочу, – неуверенно произнес Дмитрий. – Ладно, я тебе кофе налью. Через минуту перед Дмитрием стояла чашка с горячим кофе и полная тарелка пирожков. – Вообще-то я сегодня уже перекусил немного, – произнес Дмитрий, с аппетитом поглощая пирожок с яблочным вареньем. – Ладно, лопай давай, не стесняйся, – девушка положила перед Дмитрием его телефон и присела напротив. – Слушай, Дим, если не секрет, а как у тебя оказалась моя сумочка, золото, деньги? Их поймали? У тебя что, связи в полиции? – Ну так… относительно… – Что значит «относительно»? – глаза Марины восхищенно горели. – Ну есть кое-какие связи. Мне пришлось их задействовать. – Обалдеть. Я не думала, что у нас так оперативно может полиция работать. Тебе, кстати, брат звонил всю ночь. – Я в курсе, мы уже пообщались. – Ой, ну поверить не могу. Ты не представляешь, как ты мне помог. Мне эти деньги так были нужны… Спасибо тебе огромное. Я так перепугалась. Ведь я их лиц даже не видела. А в сумочке был еще и паспорт, мобильный. Слушай, а они что, настоящие бандиты? – Ну относительно. – В смысле? – Ну, для нас они, может, и бандиты, а для людей, которые их близко знают, они обычные парни, у которых просто не сложилась судьба. Марина повела бровями: – Ты такой великодушный. Ну да, они же не у тебя забрали золотые украшения, сумочку с паспортом, мобильный, еще и синяк под глазом поставили. Слушай, а их точно арестовали, они за мной больше не вернутся? Дмитрий улыбнулся. – Можешь не сомневаться. Мне кажется, такими, как раньше, они уже не будут. Теперь в их жизни все будет меняться только к лучшему… – Да уж, после тюрьмы у них все станет лучше. – Дело не в этом. Я думаю, они приобрели что-то новое. Новый мир. Более яркий. – Ну да, они испытают перерождение и превратятся в милых ангелов, – девушка улыбнулась. – Самое главное – с этими ангелами больше нигде не встречаться. Все еще не могу поверить, что это произошло со мной. – Ежедневно с нами происходит множество событий, и главное – не то, как они происходят, а то как, они заканчиваются. Все остальное нужно воспринимать как приобретение жизненного опыта. – Ну ты просто мудрец какой-то, – девушка снова улыбнулась, – тебе бы книжки писать. – Нет, книжки – это не мое. У меня по русскому двойбан. И вообще, меня уже из двух школ выгнали. Брат сказал, если я не начну посещать занятия, меня и из этой школы отчислят. – Что? – брови девушки от удивления подпрыгнули, она рассмеялась. – Не могу поверить. Мой вчерашний спаситель – двоечник и прогульщик? Обалдеть. А так сразу и не скажешь. Выглядишь как довольно приличный парень. – Внешность обманчива. Предупреждаю, я не такой как все… – Я уже заметила, – теперь девушка уже не скрывала улыбки на своем лице. – Не понимаю, как меня мог спасти, вот такой… Ты и на спортсмена вроде не похож… А как тебе удалось забрать сумочку? Нет, правда, Дим, если не секрет, как тебе удалось? Тебе помогли? Твой брат, наверное? На мгновение Дмитрий задумался. – Ты в самом деле хочешь узнать правду? – Ну, если это не государственная тайна… – Иногда правда звучит невероятно. – Ну говори уже. – Ну, в общем… Все было очень просто… Я их выследил… Потом я их загипнотизировал. Забрал сумочку. Они пошли сдаваться в полицию… А я вот сейчас с твоей сумочкой пришел к тебе… Девушка рассмеялась. – Обалдеть. А ты забавный. В самом деле все очень просто. Ты просто их загипнотизировал, ну, этих двух бандитов. Ну да, это же самый простой способ ловить жуликов. Их гипнотизируешь, и они сами бегут в полицию. Как я сразу не догадалась. Ты просто супер… Дмитрий тоже рассмеялся. – Я же говорил, что ты не поверишь… – Ты просто не хочешь говорить правду. Так и скажи, что у тебя есть связи в полиции, или у тебя, или у брата твоего… В эту минуту дверь в кухню открылась. Дмитрий повернулся. В дверях перед ним стояла девушка в спортивном костюме, как две капли воды похожая на его собеседницу. Марина встала из-за стола и испугано взглянула на Дмитрия. – Это моя сестра Оля. – Мне плохо, – произнесла девушка в спортивном. Неожиданно она побледнела, схватилась за горло и принялась жадно вдыхать в себя воздух. Она задыхалась. – Дима, держи ее, пожалуйста, ей срочно нужен укол, – с этими словами Марина бросилась к шкафчикам. Не совсем понимая, что происходит, Дмитрий встал со стула и попытался усадить на него задыхающуюся девушку, но та принялась судорожно отбиваться так, будто перед ней находился не человек, а какое-то демоническое существо. Марина тем временем достала из шкафчика коробку, полную лекарств, и все это высыпала на стол. Еще несколько секунд у нее ушло, чтобы разобраться в куче этих таблеток и ампул. Через мгновение со шприцом в руке она пыталась добраться до задыхающейся сестры. – Все, я готова, я готова, только спокойно, сейчас мы сделаем ей укол, и все будет нормально… – словно успокаивая саму себя, произносила Марина. Дмитрий попытался придержать Олю за руку, но та уже почти сползла на пол. Ее дыхание уже было похоже больше на хрипение, но она все еще продолжала бешено сопротивляться. – Что дальше? Я держу ее. Давай скорее, делай ей укол. – Я не могу, у меня руки трясутся. Марина со шприцом склонилась над сестрой, но близняшка ударила сестру по руке, и шприц улетел под кухонный шкаф. Не теряя ни минуты, Марина пулей бросилась вслед за шприцом. Понимая, что нельзя терять ни секунды, Дмитрий крепко сжал руки близняшки и уверенно взглянул ей в глаза. – Внимание, Оля! Ты слышишь только мой голос! – твердым и уверенным голосом произнес он. – Ты слышишь только мой голос и видишь только мои глаза. Сейчас я сосчитаю до трех, ты перестанешь задыхаться, ты будешь дышать легко. Я повторяю, спазмы пройдут, и ты будешь дышать. Так, а теперь я начинаю считать. Раз! Два! Три! – после слова «три» Дмитрий провел рукой перед глазами девушки, и ее грудь наполнилась воздухом. Постепенно она перестала задыхаться, и ее дыхание стало ровным и спокойным. – Оля! Сейчас смотрим только на меня! – все таким же командным голосом продолжал Дмитрий. – Видим только мои глаза! Слышим только мой голос! Дыхание ровное и спокойное. Расслабляемся. Полностью расслабляемся. Расслабляются руки, ноги, все тело. Глаза постепенно закрываются… хочется спать… ужасно хочется спать… Сейчас я сосчитаю до трех, и ты уснешь глубоким и спокойным сном, а через несколько часов ты проснешься бодрой и ничего не будешь помнить. Внимание! Я считаю! Раз! Два! Три! Спать! Через мгновение Оля спала глубоким спокойным сном. Дмитрий повернулся к Марине. Та сидела на полу с разлохмаченной прической, со шприцом в руке и смотрела на Дмитрия округленными глазами. – Наверное, надо отнести ее в комнату? – произнес Дмитрий. – Дим, а ты что, экстрасенс? – будто не слыша слов Дмитрия произнесла девушка. – Относительно. – Что значит «относительно»? – Ну экстрасенсы, это не от мира сего. А я обычный. Такой как все. – Подожди, а как ты это сделал? Вот только что, с Олей? – в глазах девушки на миг промелькнул испуг. – Не знаю. Так получилось. Это как-то само собой произошло. – Обалдеть, так просто, само получилось, я просто в шоке. – Ладно, я думаю, ее надо отнести в свою комнату. Дмитрий приподнялся, взял девушку на руки и взглянул на Марину. – Первая комната справа, – произнесла девушка, приподымаясь с пола и поправляя прическу. Дмитрий отнес близняшку в комнату и аккуратно уложил на кровать. Девушка спала крепким сном. – Боже, я не знаю, как ты это сделал, но сегодня она вырубилась как никогда. Я так переживала, – шепотом произнесла Марина, укрывая сестру одеялом. – Ладно, пойдем на кухню. Пусть спит. На кухне Марина снова налила Дмитрию кофе и пододвинула тарелку с пирожками. Но после всего происшедшего Дмитрию в горло ничего не лезло. Дмитрий сделал маленький глоток кофе и внимательно взглянул на свою собеседницу. – Блин, ну как ты это сделал? – произнесла девушка, присаживаясь рядом с Дмитрием. – Я просто в шоке. Ей в таких ситуациях даже укол помогает не сразу… Ты что, реально гипнотизер? – Ну не то чтобы очень… – А тех жуликов ты что, получается, в самом деле загипнотизировал?.. Нет, я реально второй день в шоке. Ты просто обалдеть. У меня аж мурашки по коже. Дмитрий улыбнулся. – Марин, если не секрет, скажи лучше, что за болезнь у твоей сестры? Девушка тяжело вздохнула: – Ой, да если бы я знала. Врачи сами не могут сказать, что у нее. Сколько мама с ней по больницам уже пробегала. Анализы всякие, МРТ, без толку. Никто ничего толком сказать не может. Сперва одни таблетки выписали, потом другие. Вот сейчас уколы. Ну, когда приступы происходят, уколы вроде бы помогают… – Вы с ней близняшки? – Я на десять минут ее старше. – А у тебя ничего подобного раньше не замечалось? – Вроде ничего такого не было… – А как и когда у нее все это началось, если не секрет? – Слушай, ты прям как доктор, я аж растерялась. – Просто интересно. – Ну, в общем, я даже не могу сказать, когда это все началось. В детстве за ней я ничего такого вроде не замечала. Ну так, немного у нее была задышка, мама говорила, что это астма. А примерно год назад Оля познакомилась с одним парнем, встречалась с ним, а потом однажды пришла домой вечером со свидания и как устроила истерику, в общем, тогда и случился первый приступ. Пришлось скорую вызывать. – Может между ней и ее парнем что-то произошло? Не знаю, не могу сказать. Я того парня несколько раз потом встречала, мы общались, он говорит, ничего такого между ними в тот вечер не произошло. Он хотел ее поцеловать, а она неожиданно отстранилась и бросилась бежать. Он попытался ее догнать, но бесполезно. Она уже не хотела с ним общаться. – Может, он ее чем-нибудь обидел? – Думаю, вряд ли, он парень приличный. По нему видно. Говорит, что любит. – Интересно. – Да, именно. Но самое интересное не в этом. Ее болезнь… Она какая-то странная. Порой мне страшно оставаться с Олей дома наедине. – Что именно странного? Девушка взглянула на Дмитрия взглядом, молящим о помощи. В ее глазах застыл испуг. – Я не знаю, для чего я тебе это рассказываю… Возможно, ты сочтешь меня за ненормальную… Но мне кажется, в доме постоянно присутствует кто-то или что-то потустороннее… И это что-то, оно постоянно находится рядом с Олей. И оно постоянно пытается ее душить. – Почему ты так думаешь? – Я это знаю точно. Ты, наверное, точно будешь считать меня дурой, но я уже не раз предлагала маме вызвать священника. – А что именно тебе кажется странным? – Много чего. Когда с Олей происходят приступы, она делает такие странные движения руками, словно пытается что-то снять с себя, с шеи, с головы. Это что-то, оно ее душит. Однажды ночью я услышала, как она с кем-то говорит. Я вошла в ее комнату. Оля спала, и во сне она говорила, что еще хочет жить, и умоляла, чтобы ее пощадили, и делала руками такие движения, как во время приступов, словно пыталась снять с себя что-то, с головы, с шеи, с груди. Она что-то от себя отталкивала. Меня от страха так колотило, я до утра уснуть не могла. – А когда именно происходят такие приступы? – Ну не знаю, каждый раз по-разному. Вот в последний раз к нам пришли молодые парни-интернетчики, интернет проводили, так с ней такое творилось, пришлось скорую вызывать. – Как ты думаешь, что это может быть? – Не знаю… Ну, может быть… рядом с ней постоянно присутствует нечто. И периодически это нечто начинает ее душить? Звучит, конечно, глупо, но во что еще верить, я уже не знаю. Иногда мне кажется, будто я живу в каком-то фильме ужасов. – Да, тебе не позавидуешь. А родители что говорят по этому поводу? – Отца у нас нет. А мама допоздна работает, чтобы заработать хоть какие-то деньги на лекарство. – Иногда ответы на наши вопросы лежат намного ближе, чем мы думаем. – Дмитрий допил остывшее кофе и встал из-за стола. – Мне надо идти. Было приятно с тобой пообщаться. Мой мобильный у тебя есть, если что, звони. Марина тяжело вздохнула. – Спасибо за сумочку, за деньги. – Не за что. На моем месте так сделал бы каждый. Марина усмехнулась: – Да уж. Каждый второй. Кстати, ты еще заскочишь? – Возможно. Дмитрий прошел в коридор и обулся. Марина смотрела на него виноватыми глазами: – Прости, что так получилось. – Ничего страшного. Ты не виновата, и сестра твоя тоже. Болезни не прикажешь. Да, кстати, как бы ты и твоя мама отнеслись к тому, если бы кто-нибудь захотел бы помочь твоей сестре? – Даже не знаю, ты думаешь, это реально? – Еще пока не знаю. – Я и мама, мы бы отдали многое, последние деньги. Дмитрий на мгновение задумался. – Ладно, мне пора идти. Твой номер у меня есть. Если что, позвоню. Дмитрий вышел из квартиры, скромно махнул рукой девушке на прощание и прикрыл за собою дверь. В подъезде было душно. Дмитрий быстро спустился по ступенькам и выскочил из подъезда. На небе не было ни тучки, солнце не по-весеннему начинало припекать. Призрак Пролетело две недели. Но история Марины про ее сестру-близняшку ни на минуту не оставляла Дмитрия в покое. Почти все свободное время после школы мозг Дмитрия в поисках информации яростно штурмовал интернет и окрестные книжные магазины. Вскоре в голове Дмитрия торжествовала адская смесь из статей по мистике, психологии и прочей хрени из разряда аномалии не из мира сего. А в один из вечеров позвонила Марина. – Я не знаю, почему тебе звоню, – произнесла девушка рыдающим голосом, – возможно, позвонить мне больше некому, но если Оле сейчас не помочь, я боюсь, произойдет что-то ужасное… – Я сейчас приеду, – произнес Дмитрий. Через полчаса он стоял возле дверей Марины. Дмитрий потянулся к звонку, но позвонить не успел, дверь открылась. Из-за дверей показалась Марина. Ее лицо выглядело заплаканным. – Привет, проходи. Девушка провела Дмитрия в свою комнату, усадила на диван и сама присела рядом. – Что произошло? У твоей сестры снова был приступ? – Да, ей стало хуже, – девушка скрестила руки на груди и тяжело вздохнула. – Недавно мама узнала через знакомых про одного профессионального психолога. Мы почти неделю водили Олю к этому дядьке-профессору. Вроде стало немного легче. А сегодня ночью Оля просто взбесилась, кричала как резаная, исцарапала ногтями себе грудь, шею. Я всю ночь не спала. Короче, я в шоке. Утром был доктор, сделал какой-то укол, сказал, что помочь ничем не может, ее надо срочно ложить в больницу. Понимаешь, это психушка. Это все… Что делать, я не знаю. – А что сказал этот психолог? Ему звонили? – Ну да. Сказал, что он на даче. Приедет не раньше, чем через две недели. Ему огурцы надо садить, помидоры. Представляешь, у человека приступы через каждые два часа, а у него огурцы, помидоры… Он за что такие деньги содрал с нас, сволочь… – Оля в своей комнате? – Да. С нею мама. – Она спит? – Оля… Уже проснулась. Укол перестал действовать. Она тяжело дышит, ломки начались. Скоро снова начнутся приступы. Я ее уже хорошо изучила. И что делать, я не знаю, я реально не знаю, у меня просто истерика. Марина тяжело вздохнула и закрыла лицо руками. – Ты позвала меня, чтобы я попытался помочь твоей сестре? – осторожно спросил Дмитрий. – Просто я сама уже реально не знаю что делать. Куда обращаться, к кому… Доктор ее определил в психушку, осталось для полного счастья экстрасенса и священника пригласить. Как подумаю, что мне еще одну ночь придется провести в таком кошмаре, волосы на голове дыбом встают. Я не выдержу, у меня самой поедет крыша. И сестру оставить жалко саму, и находиться рядом с ней просто страшно. – Твоя сестра знает, что я здесь? – Оля не знает. Мама знает. Я рассказала ей про тебя. Сказала, что ты придешь. Ты тогда говорил про какую-то помощь… Просто я подумала, если бы ты что-то смог сделать… Ну, если, предположим, у тебя в самом деле какие-то способности… Или какие-то знакомые есть, которые могли бы помочь… Если есть, конечно, такая возможность, мы бы с мамой заплатили любые деньги… – Успокойся, никаких денег не надо. Знакомых у меня, конечно, никаких нет, но я попробую что-нибудь сделать. Но мне нужна будет от тебя и от твоей сестры кое-какая помощь. Как зовут твою маму? – Лариса Сергеевна, – в глазах девушки загорелся огонек надежды. – Сейчас ты пойдешь и тихонько на ухо скажешь своей маме, чтобы все, что она увидит и услышит, чтобы сидела тихо и не обращала внимание. Если мне будет нужна какая-то помощь, я сам скажу об этом. Сестре скажи, что я учусь в институте, на психологическом. Ну, в общем, я просто психолог и хочу ей помочь, пусть не волнуется. Я зайду в комнату через минуту. – Хорошо, я все сделаю. Девушка оживленно выскочила из комнаты. Дмитрий прождал минуту и направился вслед за Мариной. – Здрасьте, – скромно произнес он, войдя в комнату. Грузная женщина лет пятидесяти встала с дивана, на котором лежала больная девушка и, немного волнуясь, произнесла: – Здравствуйте, вы Дмитрий, нам Марина про вас рассказывала… Может быть, чай, кофе? – Нет, спасибо большое. Но я хотел бы сперва пообщаться с Олей. Марина вам уже сказала, что я учусь на психологическом. С этими словами Дмитрий присел на диван рядом с близняшкой и сразу внимательно взглянул ей в глаза. Грудь и шея девушки были перемотаны бинтами, а лицо девушки имело бледно-серый оттенок. – Мне страшно, – произнесла девушка, тяжело дыша. – Не бойся, я хочу помочь тебе. Я был здесь две недели назад. Возможно, ты меня уже не помнишь. Марина мне рассказала о твоей проблеме. Мы с тобой попробуем разобраться в твоей болезни, возможно, ее причины кроются рядом, где-то на поверхности, просто мы их не замечаем. Но для этого ты должна будешь тоже мне помочь. – Что я должна буду делать? – Ничего. Просто как следует расслабиться и постараться уснуть. – Это что, издевательство? Меня уже уколы почти не берут, и как я должна буду уснуть? – в голосе девушки звучала агрессия. – Я постараюсь ввести тебя в особое состояние. Некоторые называют это гипнозом, я бы назвал это обычным лечебным сном. Мы немного практиковали это на психологическом. Ты уснешь, после этого я буду задавать тебе вопросы, ты будешь отвечать, а потом просто проснешься. Вот и все… – Интересно. А если у меня не получится? – Тогда ты очень хорошо постараешься… – Как я постараюсь? Как? Как я могу постараться? – голос девушки изменился. Ее лицо еще больше побледнело. Она схватилась за горло, после принялась судорожно сдирать с себя бинты. В одно мгновение, не сговариваясь, Лариса Сергеевна и Марина бросились к больной, но Дмитрий жестом руки остановил их. – Внимание, Оля, – произнес он уверенным голосом. – Ничего не бойся, сейчас все пройдет. Попытайся расслабиться и слушай меня внимательно. Твои глаза закрываются. Ты хочешь спать. Ты неумолимо хочешь спать. Твои веки тяжелеют. Они закрываются сами собой. Ты хочешь спать. Тело расслабляется и наливается теплом. Девушка начала успокаиваться. Ее глаза закрылись, тело расслабилось, а голова и плечи погрузились в объятия большой и мягкой подушки. – Возможно, ты уже почувствовала, как мягкое и нежное тепло наполняет твое тело, все глубже погружая тебя в глубокий сон, – продолжал Дмитрий. – Все правильно, так и должно быть, не думай ни о чем. Пусть твои мысли плывут сами собой, словно по небу белые, пушистые облака, унося тебя все дальше и дальше отсюда. Теперь нет времени, нет пространства, нет реальности. Есть только мой голос… Спустя пять минут девушка спала глубоким, крепким сном. – Внимание, Оля, ты спишь глубоким сном и в то же время продолжаешь слышать мой голос, ответь мне, как ты себя чувствуешь? – Хорошо, – ответила девушка спокойным голосом. – У тебя что-нибудь болит? – Нет. У меня ничего не болит. – А как твоя болезнь? Она ушла? – Болезнь никуда не ушла, но она меня не беспокоит. Мне сейчас очень хорошо. – Оля, мы сейчас с тобой должны найти причины твоей болезни. Это надо твоей сестре, твоей маме, и это надо тебе. Ответь, пожалуйста, что это за болезнь. Откуда она пришла. – Я не знаю, что это за болезнь. Я не знаю, откуда она пришла. – Оля, внимание, сейчас ты видишь себя и свою болезнь со стороны. Пожалуйста, опиши в подробностях, что ты видишь. Что это за болезнь? – Я не знаю. В медицине описания этой болезни нет. Эта болезнь не из этого мира. – А из какого? Откуда она пришла? – Еще пока не знаю. – На что она похожа? Пожалуйста, подумай и опиши как следует. Кто тебя постоянно душит. Что это такое? Это человек? Может, призрак? Как он выглядит, на что он похож? Опиши, пожалуйста, подробней. На что это похоже? – Это не человек. И это не призрак. И это даже не болезнь. Это что-то странное, оно все время находится вокруг меня. Мешает мне жить и дышать… – Как оно выглядит? – Не могу сказать, что-то плотное, черное, серое… Я не могу понять… Какая-то плотная, тяжелая серая масса. – На что это похоже? Форма, запах… – Едкий, отвратительный запах… Трупный запах… Невозможно дышать… Как отвратительно… Трупный запах… – Откуда это пришло? Не торопись. Подумай как следует. Что это такое, и откуда оно пришло? Ресницы девушки задергались. Прошло полминуты, и девушка снова заговорила: – Это пришло из прошлого. – Хорошо. Теперь смотри внимательно. Перед тобой проносится вся твоя жизнь, дни, часы, минуты, секунды. Смотри внимательно, ищи. Откуда пришла твоя болезнь. Ищи. Ресницы девушки снова судорожно задергались. Через минуту тишины она произнесла: – Я здесь. Я нашла. – Расскажи, что ты видишь. – Мне страшно. – Оля, ты спишь глубоким сном. Тебя ничто не беспокоит. Ты слышишь только мой голос. На мгновение Дмитрий задумался и снова продолжил: – Оля, внимание. Ты стоишь на берегу бурной реки. Перед тобой небольшой мост. Мост через речку – это мост в твое прошлое. Ты должна пойти туда. – Мне тяжело, я не хочу идти дальше. Мне страшно. – Все в порядке, Оля, я рядом. Наберись смелости. Ничего не бойся. Ты сделала несколько шагов и сейчас стоишь на середине моста. Неожиданно лицо девушки исказила гримаса ужаса. – Мне очень, очень страшно. Я не хочу дальше идти, это не мой мир. Это что-то, оно меня накажет, если я пойду дальше… По щекам девушки потекли слезы, она начала судорожно всхлипывать. – Оля! Ты слышишь только мой голос. Все в порядке, я рядом с тобой! – Дмитрий взял руку девушки. – Ты успокаиваешься, все хорошо. Ты наблюдаешь за происходящим со стороны. Ничего не бойся. Полностью расслабься и успокойся… Я рядом. Тебе нечего бояться. Девушка немного успокоилась. – Оля! Сейчас ты перешла мост. Это время и место, где ты столкнулась со своей болезнью. Что ты видишь, расскажи. – Я вижу молодую красивую девушку… Она сидит на поляне, плетет венок. У нее большие красивые глаза, русые волосы и длинная коса. – Оля, внимательно присмотрись к этой девушке, ты ее знаешь? Кто она? Веки девушки быстро-быстро задергались, и через полминуты Оля наконец произнесла: – Я знаю эту девушку. Это я… Дмитрий с Мариной удивленно переглянулись, и Дмитрий продолжил: – Расскажи больше. Кто ты? Как тебя зовут? Сколько тебе лет? Девушка оживилась и принялась бойко рассказывать: – Мне восемнадцать лет. Меня зовут Мария. Я служанка, работаю у одного молодого барина. Мы с барином очень любим друг друга. Недавно я узнала, что беременна. Никифор, так зовут барина, обещал взять меня в жены. Подруги говорят, чтобы я не верила ему, потому что в его имении частенько пропадали молодые девушки и винят в этом его. Но я этому не верю. Я люблю его очень. Он старается давать мне меньше работы, я люблю его больше жизни. – А ты чувствуешь, что тебе что-то мешает дышать? – осторожно перебил ее Дмитрий. – Нет, – беззаботно продолжала Оля. – Мне хорошо. У меня ничего не болит. Я полна сил и энергии и очень счастлива. – Сейчас мы перемещаемся к тому моменту, где произошло событие, в результате которого ты стала постоянно задыхаться. Что ты видишь? Лицо девушки явно выражало испуг: – На улице темно. Уже полночь. Мы договорились встретиться возле летнего сада. Он сказал, что сообщит мне какую-то важную новость. Я жду и очень замерзла, а его все нет и нет. Налетел холодный ветер, луна спряталась за огромными серыми тучами, и вокруг все потемнело. Мне очень страшно. На мгновение Оля замолчала. Дмитрий слегка сжал ладошку девушки. Девушка продолжила: – Теперь я вижу, что из-за деревьев приближается чья-то фигура. Это Никифор. Мне стало немного спокойнее. Он дарит мне полевые цветы. Он приносит их на каждое свидание. Каждый раз, когда он их мне дарит, я испытываю чувство трепета. Он целует меня и ведет куда-то, нежно держа за руку. Говорит, что хочет показать мне что-то необычное. Рядом с ним я чувствую себя спокойно. Наконец мы останавливаемся. В ночном сумраке я вижу перед собой недавно вырытую яму. Со страхом я начинаю догадываться, что происходит и бросаюсь бежать, но чувствую сзади сильный удар по голове и теряю сознание. Я очнулась. Открываю глаза. Голова сильно болит. Сквозь темноту я вижу, что на меня что-то сыпется. Понимаю, что происходит. Я лежу в яме – меня закапывают. На моей груди лежат его цветы. Пытаюсь пошевелиться, но ничего не выходит, мои руки и ноги связаны. Мне становиться очень-очень страшно. Я в истерике – меня пытаются закопать живьем. Хочу кричать о том, что я еще жива, не надо меня закапывать, но не могу, земли на мне так много, что она лезет в глаза, в рот, в уши. Пытаюсь что-нибудь сделать, но не могу, земля крепко держит меня в своих объятьях. В последний раз пытаюсь вдохнуть воздух всей грудью, но вместо этого чувствую только сырую, холодную землю. Она везде – в носу, во рту, в легких. Я чувствую, что умираю. У меня только одна мысль: «Дышать… дышать… дышать…» Последние слова Оля говорила уже задыхаясь. По ее щекам текли слезы, а лицо искажала гримаса боли и отчаянья. – Оля! Внимание! – уверенно скомандовал Дмитрий. – Ты слышишь только мой голос. Сейчас я просчитаю до трех, и ты окажешься в реальном мире. Раз. Два. Три. Оля, просыпайся, все в порядке, тебе ничего не угрожает. Девушка открыла глаза, с жадностью вздохнула полной грудью. Она смотрела на Дмитрия перепуганными глазами. – Что это было? – с истерикой в голосе выдавила из себя она. – Что это за бред? Я в шоке. Это что было? – Оля, все в порядке. Смотри на меня. Ты дома. С тобой все в порядке. Но это еще не все. Мы не закончили. Ты должна вернуться обратно, туда. – Меня там живьем закопать пытались. А ты хочешь, чтобы я туда вернулась? – с трудом сдерживала истерику девушка. – Да. Ты должна туда вернуться. Это надо. Мы нашли причину твоей болезни. Теперь мы должны ее устранить. Устранить раз и навсегда. Решайся. – Ты реально считаешь, что я такая дура? Боже, я что, в самом деле должна туда вернуться? – Да. Это надо сделать. Ни чего не бойся, я буду рядом. Ты будешь делать все, что я говорю, и скоро все закончится. – Что я должна делать? – уже на грани истерики выдавила из себя девушка. – Расслабься и смотри мне в глаза. Ничего не бойся. Я держу твою руку. Я все время буду рядом. А теперь засыпай, засыпай, засыпай… Через несколько минут девушка уснула и снова находилась в состоянии глубокого гипноза. – Оля, внимание, – продолжал Дмитрий, – ты спишь, у тебя очень глубокий и крепкий сон, но ты слышишь мой голос и выполняешь все, что я тебе говорю. Сейчас мы с тобой вернулись назад. Это твое прошлое, здесь живет девушка по имени Мария, которую ты хорошо знаешь. Но сейчас ты наблюдаешь за всем со стороны. Мы снова на той поляне, где ты в первый раз увидела Марию. Расскажи, что ты видишь? – Я вижу симпатичную молодую девушку. Она плетет венок на поляне. Она улыбается, у нее хорошее настроение. – Она одна? – Недалеко в лесу ее подруги. Они веселятся. Зовут ее к себе. – Оля, сейчас ты должна подойти к ней, поздороваться и сказать, как тебя зовут. Поговори с ней. Ресницы девушки быстро задергались и через некоторое время застыли. – Мы с ней говорим, она очень добрая и очень веселая, много шутит. – Теперь, Оля, ты должна ей рассказать про свою болезнь. Расскажи, что ты пришла из другого мира. Расскажи, что прошлое тебе мешает жить… Прошло несколько минут, и Оля снова заговорила: – Я рассказала все как есть, но Мария не очень верит, но ей очень жаль меня, она хотела бы помочь. – Оля, скажи, что она может помочь. Ты должна будешь уйти навсегда. Ты будешь скучать. Ты не вернешься, но тебе нужна ее помощь. Она должна отпустить тебя. Отпустить раз и навсегда, это твой единственный шанс избавиться от болезни. Прошло несколько минут, наконец, Оля снова заговорила: – Ей очень жаль меня, и она очень хотела бы помочь. Она сказала, что отпускает меня. Ей очень грустно. Она тоже будет скучать. – Внимание, Оля. Нам пора возвращаться. Ты машешь ей рукой и уходишь… – Она тоже машет мне на прощанье, у нее по щекам текут слезы. – Оля, ты уходишь. Ты машешь рукой Марии и уходишь. Сейчас ты снова проходишь реку времени. Ты идешь по мосту. Ты пройдешь мост, мост в прошлое. Больше в прошлое ты не сможешь вернуться. Посреди моста ты останавливаешься. У тебя в руках спички. Ты поджигаешь спичку и бросаешь на мост. Мост горит. Ты уходишь. Уходишь навсегда из прошлого. Мост сгорает, словно порох. Дороги назад нет, ты возвращаешься к нам. Просыпайся… Раз… Два… Три… Девушка приоткрыла глаза и осмотрелась по сторонам. Сообразив, наконец, что находится у себя дома, она закрыла глаза ладонями и, тяжело вздохнув, облегченно произнесла: – Слава тебе, господи. Не могу поверить… Марина и Лариса Сергеевна перепуганно щелкали глазами. Наконец Лариса Сергеевна произнесла: – Олечка, ты как? Тебе хоть полегче? Ты такое рассказала… Это ужас. Кошмар какой-то. Меня от страха так трясло, я себе места не находила… – Ни слова, мам, я сама в шоке, мне надо все переварить, – произнесла девушка. Она убрала руку от лица и красными от слез глазами вопросительно взглянула на Дмитрия. – Как себя чувствуешь? – прочитав ее мысли, первым обратился к ней Дмитрий. – Очень странное состояние, – удивленно произнесла Оля. – Словно с тебя смыли слой пыли и грязи, которые скапливались уже не одну сотню лет. – Извини, я не думал, что тебе через такое придется пройти, хотя я все время старался быть рядом… – Я чувствовала это. Но то, что я видела, все казалось настолько реальным. Вы что, в самом деле вот с таким экспериментируете там на своем психологическом? – Ну, конечно, не все, но некоторые моменты… – Обалдеть. Как мне теперь со всем этим жить? – Как все. Просто живи. – И это все была правда, что я видела? Мария – это я? – Относительно. Хотя, если верить некоторым статьям… Один американский профессор, по-моему, Раймонд Моуди… Так вот, он провел кучу исследований и экспериментов и доказал, что мы проживаем множество жизней. Соответственно, твоя болезнь – всего лишь отпечаток одной из твоих прошлых жизней. Хотя лично я считаю, что в твое подсознание каким-то образом, не знаю каким, попала вредоносная информация. Ну, в общем, что-то типа вируса в компьютере. В общем, в общих чертах, произошла информационная перегрузка. Ну, это, конечно, предположение. – Дмитрий усмехнулся. – Но точно я знаю одно. То, что твоя проблема заключалась здесь, – Дмитрий постучал пальцем по виску, – вот что разрушало твой мир, твою жизнь. Понимаешь?.. Девушка понимающе кивнула. – И теперь, – продолжал Дмитрий, – все встало на свои места… Ты отпустила свою болезнь. Больше она не вернется. – Странно, – с благодарностью в глазах, глядя на Дмитрия, задумчиво произнесла Оля, – я испытываю сейчас такую удивительную легкость, словно только родилась. Мне ничего не мешает… и так легко дышать. Я чувствую, как каждая клеточка моего организма наполняется воздухом. И хочется спать, спать… – глаза девушки закрылись, и уже через минуту она спала глубоким непробудным сном. Домой Дмитрия, несмотря ни на какие уговоры, Лариса Сергеевна сразу не отпустила. Сытный ужин, чай с пирогом и беседы о смысле жизни затянулись далеко за полночь. Когда Дмитрий уходил, Оля продолжала спать крепким сном. Как только Дмитрий свалился в свою постель и его глаза закрылись, перед ним снова начали проплывать удивительные пейзажи далекой сказочной Индии. Земфира Последующие три недели Дмитрий несколько раз звонил Марине узнать, как самочувствие ее сестры. Но, к счастью, здоровье Оли окончательно пошло на поправку. Приступы окончательно прекратились, и в уколах и таблетках девушка уже не нуждалась. Пролетели тяжелые школьные будни, прозвенел последний школьный звонок, а за ними незаметно пролетел и выпускной вечер. Наступило долгожданное лето. Уже осенью этого года Дмитрию и многим его приятелям предстояло идти в армию. И хотя многие его знакомые в надежде ухватить последнюю минуту, последнюю секунду уходящей молодости с блеском прожигали уходящее время в шумных компаниях, кто на природе, а кто в барах, Дмитрий все так же усердно, как и раньше, продолжал засиживаться у себя дома над своими книжками, погружаясь все дальше и дальше в глубины этого загадочного и мистического учения под названием гипноз. В один из дней Дмитрию позвонили. Дмитрий взял трубку и был очень удивлен. Это был его старый приятель Костя. Точнее говоря, это был его одноклассник, с которым он просидел долгое время за одной партой. Но после того как Дмитрия перевели в другую школу, они связь больше никогда не поддерживали. И теперь звонок Кости был для Дмитрия полнейшей неожиданностью. – Привет, пропажа, угадай, кто тебе звонит? – Костя, ты что ли? – в голосе Дмитрия звучало не только удивление, но и радость. – Ну, конечно, я, узнал все-таки, молодец. Как дела? – Ну так, нормально. У тебя как? – Ну так, пойдет. Разговор есть один. Как ты насчет того, чтобы встретиться? Дмитрий закрыл книгу и на мгновение задумался. – Ну, в общем, я не против. Как насчет, предположим, часика через два-три? – Нет, так дело не пойдет. Мы с тобой не виделись почти целую вечность. В общем, я на машине, сейчас жду тебя возле твоего подъезда. Давай спускайся. Через пять минут Дмитрий сидел в машине друга. – Тебя не узнать, – с радостью произнес Дмитрий, пожимая руку другу. – Мы не виделись всего два года, а тебя разнесло… Специальная диета? Костя расхохотался: – Да какая там диета… Жру как невменяемый круглосуточно… Что попало и где попало. Скоро лопну, наверное, от обжорства. – А спортом заниматься не пробовал? – Не смеши меня. Какой спорт. Я сейчас деловой человек стал. Мне не до этого. Меня батя к себе на работу взял. Машину вот, видишь, подарил. Я вот уже как две недели помощник директора. – А, ну да. Ты, помню, говорил, что у тебя отец директор какой-то фирмы… – Ну да. В общем, можно сказать, я встал на первую ступень карьерной лестницы. – Жениться не надумал? Я помню, ты в школе зажигал с девчонками. Можно сказать, первый парень на селе был… – Ну, первый, не первый, а девчонки за мною бегали, – с гордостью задрал нос Костя. – Ну а на счет женитьбы, ты это слишком… Пока тридцать лет не исполнится, я ни-ни. Пока не нагуляюсь, ни в коем случае. Дел слишком много. Семья мне сейчас ни к чему. Я свободу люблю. Хочу денег заработать. Кучу денег. А девчонок у меня и так хватает. Дмитрий усмехнулся: – Все ясно, машина, девчонки, бизнес, деньги, карьерная лестница, ну, в общем, короче говоря, жизнь удалась… – Да, дружище, я рад, что ты меня понимаешь. Ты меня и в школе понимал, я помню, – Костя положил руку на плечо Дмитрия и с умным лицом продолжил, – и хотя я тебя всегда уважал, ты всегда был немного странным. Ботан, зубрила, домосед, а таким быть нельзя. Нельзя летать в облаках, Димасик, нужно быть реальным пацаном, нужно быть здесь. Здесь, в этом мире интересней. Нужно брать от жизни все, что тебе нужно. – Ну да, возможно я тебя понимаю, – задумчиво произнес Дмитрий. – Но мне просто не интересны вот эти карьерные лестницы, бизнес, кучи денег. Почему-то хочется заниматься интересным делом, ну так, для души, для людей… – Чудак ты, Димас. Да ты не обижайся, – Костя усмехнулся и снова похлопал Дмитрия по плечу. – Да, а помнишь, ты в школе всякие странные фокусы показывал? Ну, типа гипноза… – Ну да, было дело, – Дмитрий усмехнулся. – А что именно ты имеешь в виду? – Ну вот это, твоя любимая фраза «мой голос останется с вами»… Ты это сам придумал? Мне казалось, что после этой твоей фразы все твои слова, которые ты скажешь, навсегда останутся в моей башке. Дмитрий усмехнулся: – Это коронная фраза одного известного гипнотизера. Ты его все равно не знаешь. – Нет, ну ты же вправду обладал тогда какими-то способностями. А помнишь, ты загипнотизировал Яшку. Ну тот, из нашего класса, худой и бледный. Самый слабак. Он в жизни ничего не подымал тяжелее папиросы. А ты на уроке физкультуры внушил ему, что он чемпион-культурист. И он в мгновение поднял гирю двухпудовую. Наш физкультурник от шока свой свисток чуть не проглотил… Дмитрий снова усмехнулся: – Ну да, помню. А через два часа Яшке из-за многочисленных переломов гипс наложили на эту руку. И он с этим гипсом потом больше месяца проходил. – Ну это уже мелочи. Кстати, Димас, а ты все еще этими фокусами занимаешься? Ну типа гипноз и там всякое такое? – Ну так, относительно… Костя недовольно фыркнул: – Вот это твое «относительно» меня всегда раздражало. Что значит «относительно»? Ты можешь ответить по-человечески? – Это значит, читаю книги, интересуюсь, но не занимаюсь, то есть не практикую. – Понятно. Спасибо, что разъяснил… Ну, в общем… – Костя на мгновение замешкался, – в общем, Димасик, хотел тебя кое о чем попросить… Ну, в общем, у меня тут такая проблемка нарисовалась… Если ты мне не поможешь… Короче, мне кирдык. Братан, только ты сможешь меня выручить… – Да, конечно, помогу, если это в моих силах… – не раздумывая произнес Дмитрий. – А что надо сделать? Костя тяжело вздохнул: – Ну тут, понимаешь, такое дело… Непростое дело. Ну, в общем, реально помочь можешь только ты, Димас. – Ну так в чем проблема? Ты можешь объяснить? – Ну, короче, Димон, слушай… Реально дурацкая история… Пару дней назад, перед выходными, батя попросил меня заехать в одну контору, ну и завезти кое-какие документы. Ну тут параллельно звонит мамуля, просит, чтобы я заехал на рынок и купил что-нибудь из продуктов для дома. Короче, я по дороге заскакиваю на наш центральный рынок, ну, в общем, выхожу из машины. Ну, портфель батин кожаный на всякий пожарный прихватил с собой. Дальше начинается самое интересное. Навстречу мне несколько цыганок: «Милый, дай я тебе погадаю…» Короче, дальше у меня память отшибло… Помню – сижу в машине и думаю, что это было – ни продуктов, ни портфеля, ни денег… Короче, вот такая вот херня произошла. Я в шоке. Понимаешь, Димас, я реально в шоке. Там какие-то реально серьезные документы были в сумке, какие-то договора на очень большие суммы, да и деньги… Ну, короче, батя меня прикончит… Ни документов, ни денег. – Понятно, история, конечно, неприятная, то есть, тебя, получается, цыганки развели? – растерянно произнес Дмитрий. – Димас, братан, не развели, понимаешь? Меня загипнотизировали и порвали на кусочки. Просто порвали на кусочки, да так, что у меня память отшибло. Ни документов, ни денег. Если ты не поможешь, мне край… Это же по твоей части, гипноз. Выручай. Вернуть надо все – и документы, и деньги. Ты же можешь… Помоги. – А как я могу помочь? – Дмитрий на мгновение растерялся. – Может, проще в полицию подать заявление? – Дим, ну ты сам подумай, что я скажу в полиции? Меня загипнотизировали цыганки и ограбили. Меня, здорового лопуха, как маленького ребенка. Кто со мной после этого общаться будет? И как мне дальше работать после этого? А бате я вообще после этого в глаза смотреть не смогу… – Ну да, тоже верно. А ты кого-нибудь из этих цыганок запомнил? – Ты думаешь, я в этот момент что-нибудь соображал? Они налетели на меня, как сороки. За одежду, за руки дергают, кричат со всех сторон: «Дай погадаю, молодой и красивый, будешь богатый, счастливый…» То одна, то вторая… Ну, в общем, я пришел в себя только в машине. Меня так накрыло, будто я травы накурился. Сижу такой молодой, красивый и богатый и думаю, что это было? – Как и почему с тобой все это произошло, тут все понятно, – принялся вдумчиво рассуждать Дмитрий. – Основная твоя ошибка, ты лояльно отнесся к сложившейся ситуации и, соответственно, сам отдался им в лапы, а дальше все было очень просто, как по сценарию. Они слаженно работали по всем твоим системам восприятия. Кто-то отвлекал твое внимание, то есть воздействие на твою визуальную систему. Кто-то воздействовал шумом и окриками на твой слух, кто-то усилено дергал тебя из стороны в сторону, в результате чего у тебя произошла информационная перегрузка. Все происходило настолько быстро, что твой мозг не успевал перерабатывать поступающую информацию, и в результате на время отключился – легкое выпадение из реальности. А дальше дело техники, все, о чем они тебя просили, ты покорно исполнял. – Гипноз, выпадение из реальности или тупо лоходром, – задумчиво произнес Костя, – это уже не имеет значения, если родаки узнают, они мне такое устроят выпадение из реальности… Мне реально кирдык. Дмитрий усмехнулся: – Хоть одну из них запомнил? – А, ну, конечно же, – язвительно произнес Костя. – Перед тем как выпасть из реальности… У меня же было немного времени. Ну там какие-то секунды. Ну я вот как раз вот в этот момент внимательно всматривался в их лица, запоминал. – Я серьезно, кого-нибудь запомнил? Это важно, – уже хмуро произнес Дмитрий, не обращая внимания на иронию друга. – Относительно, как ты любишь говорить. Все на одно лицо, длинная юбка, пестрый платок на голове, хотя… – Костя на мгновение испуганно застыл. – Стоп. Одну я запомнил точно. Самая матерая из них, волчица. Чернявая, одета по-модному и на своих не похожа. – Сколько лет? – Примерно наша ровесница. Это она меня во все втянула, возле машины крутилась. По-моему, Земфирой зовут. Редкостная ведьма. Но симпатичная, стерва лупоглазая… Похожа на актрису из индийских фильмов. Глазища здоровенные… Точно, Димас, я вспомнил. Я вышел из машины и столкнулся с ней. Потом был взгляд глаза в глаза, и понеслась… Точно. У нее надо портфель с документами искать. Точно. Вот когда меня начало вышибать… – Говорят, цыганский гипноз самый сильный… – Дмитрий развалился на сиденье и задумчиво уставился в проплывающие облака. – Ты говоришь, ее Земфирой зовут? Ладно, просто интересно на нее посмотреть. Ты сможешь мне завтра ее показать? – Ну еще бы… – Костя надулся, как хомяк. – Ради такого дела я завтра отменю все свои дела, я тебе ее из-под земли достану… Я с тобой весь рынок переверну. Но если ты заставишь ее вернуть портфель с документами… деньги-то, хрен с ними… Димон, я буду твой должник навеки. – Не буду ничего обещать, мне надо все как следует обдумать, но завтра мы в любом случае встретимся с утра пораньше и поедем на рынок. – Димон, а ты уверен? А вдруг не получится? – По крайней мере, мы попробуем, а дальше будет видно. В предвкушении приближения часа великого правосудия, Костя самодовольно потер ладони и наконец-то облегченно вздохнул. – Димон, ты даже не представляешь, как я хочу посмотреть на ее физиономию и как много мне хочется ей сказать этой цыганке. Жду не дождусь этого момента. – Понимаю твой энтузиазм, но одно из моих условий – говорить буду только я. Когда я ее загипнотизирую, от тебя ни одного слова, ни одного звука. Повторяю, говорить буду только я. – Ладно, как скажешь, – немного огорченно произнес Костя. – Мне бы лишь бы она портфель вернула, а там хоть третья мировая, хоть в загс идите. Мне все равно. – Ну что ж, вот и хорошо. Завтра с утра пораньше подъезжаешь ко мне, едем на рынок, а там по обстоятельствам. – Ладно, договорились. Парни пожали друг другу руки. Дмитрий вышел из машины, зашел в подъезд, поднялся к себе. Развалившись на диване, он думал о завтрашнем дне. Задача предстояла не из легких, но день обещал быть интересным. Охота Дмитрий вытер рукавом выступивший на лбу пот, взглянул на часы и тяжело вздохнул. Часы показывали двенадцать часов дня. Продавцы давно разложили товар на прилавках, и уже вовсю вели активную торговлю. Солнце нестерпимо пекло, легкий ветерок доносил запахи жареного шашлыка и шаурмы, а Дмитрий уже два часа безрезультатно скитался по кипящему полной жизнью рынку в надежде отыскать молодую цыганку по имени Земфира. Костя, тяжело переставляя ноги, плелся в двадцати метрах позади Дмитрия. Наконец Дмитрий увидел впереди себя, в метрах десяти, компанию цыганок. Они плотным кольцом окружили пожилую женщину и что-то убедительно ей рассказывали. В это мгновение раздался звонок мобильного. Это был Костя. Дмитрий взял трубку. – Короче, слушай внимательно, – произнес Костя взволнованным голосом, – ты видишь их? – Да, вижу… – Немного в стороне стоит, наблюдает за всем этим со стороны, стройная такая, вся в красном, наряженная, как на свадьбу, с распущенными волосами… – Ну да, вижу. – Ну вот, это она. – Ага, понятно. Это Земфира. А почему она не участвует в процессе? Это точно она? – Уж поверь мне, это точно она. Я ее хорошо запомнил. Она у них тяжелая артиллерия, выжидает своего времени, ищет крупную жертву, а эта пожилая тетка всего лишь мелкая рыбка для нее. – Значит, действуем по нашему плану? – Да, конечно. Только постарайся увести ее аккуратно, чтобы не привлечь внимания ее подельниц. – Я все понял. Действуем как договаривались. Дмитрий спрятал телефон в карман и уверено двинулся к цыганкам. Через мгновение Дмитрий был уже рядом с группой цыганок. Проходя мимо молодой цыганки, Дмитрий изобразил легкую растерянность и как бы случайно толкнул ту плечом. Толчок оказался слишком сильным. Девушка слегка визгнула и послала Дмитрию вслед серию ругательств. Лицо Дмитрия было невозмутимым, словно ничего не случилось. Не сбавляя шага, он достал из заднего кармана заранее приготовленный кошелек, набитый крупными купюрами, открыл его и принялся растерянно изучать его содержимое. Через мгновение раздался снова звонок от Кости. Костя говорил взволнованным голосом: – Есть. Она клюнула. Димон, она идет за тобой след в след только не спугни. Заводи за ближайший торговый павильон. Как договаривались. Она в трех метрах от тебя. Не выпускай кошелек из рук, пускай она видит его. Она словно под гипнозом за этим кошельком прется. Пусть думает, что ты лох приезжий, только не спугни ее, я рядом. От этих слов Дмитрий почувствовал, как по его спине прошелся в жар. Да, он просто чувствовал цыганку своей спиной. Каждый ее шаг. От этого становилось немного не по себе. Но нервничать долго не пришлось. Стараясь не ускорять шаг, Дмитрий свернул между торговыми рядами, снова достал из кармана кошелек, помахал им словно визитной карточкой, и свернул за ближайший торговый павильон. Ждать долго не пришлось. Наконец, появилась она. Такой жгучей красоты, Дмитрий не встречал ни разу. Красивые длинные волосы, невероятно красивые глаза, гордая королевская осанка, не свойственная обычным девчонкам, уверенный, можно сказать, наглый взгляд, в котором читался больше вызов, чем просто любопытство, и легкая улыбка, гипнотически манящая к себе и в тоже время подчеркивающая свою неприступность. Девушка в самом деле была похожа на киноактрису из индийских фильмов и обладала такой красотой, что оторвать взгляд от нее было практически невозможно. Все это на какое-то время обезоружило Дмитрия и повергло в состояние легкого ступора. – Привет, красавчик, закурить не найдется? – с наглой улыбкой на устах произнесла молодая цыганка. – Не курю и тебе не советую, – сдержано ответил Дмитрий. – Спортсмен, что ли? Молодец, долго проживешь, а хотя… А ну-ка, дай-ка я на твою руку посмотрю… Не успел Дмитрий сообразить, как цыганка схватила его ладонь и, внимательно вглядываясь в черты, принялась предрекать: – Интересная судьба тебя, красавчик, ждет, ох, непростая… Счастье твое, что меня ты повстречал. Помогу тебе сейчас, как смогу, а потом еще не раз придешь ко мне за помощью. А теперь слушай внимательно. Любовь тебя ждет, такая, какую не каждый встретит, любить ее будешь, а она будет твоим ангелом-хранителем. Пустые хлопоты вижу, но ты их не бойся, еще люди будут встречаться на твоем пути и плохие, и хорошие… еще богат будешь… – Подожди-подожди, а прошлое видеть можешь? – неожиданно перебил цыганку Дмитрий. – Милый мой, я могу увидеть все, что хочешь, но зачем тебе это… В одну и ту же воду дважды не войдешь. Прожил день, получил урок, иди дальше, не оглядывайся, а прошлое – это уже туман, сон… – А правда говорят, что глаза – это зеркало души, и если в них посмотреть, можно о человеке все узнать? Земфира взглянула Дмитрию в глаза. Соприкосновение взглядов длилось считанные секунды, но этого мгновения Дмитрию было достаточно, чтобы ввести девушку в состояние гипноза. – Спать, – уверенно скомандовал Дмитрий. – Земфира, ты засыпаешь. Твои веки наливаются тяжестью, глаза закрываются, ты засыпаешь, ты спишь крепким сном. Спать. Ты спишь и продолжаешь слышать мой голос. Глаза девушки постепенно закрывались. Через мгновение ее веки полностью сомкнулись. Дмитрий аккуратно прикоснулся к лицу девушки, но та не среагировала. Она спала крепким сном. – А теперь ты будешь внимательно запоминать каждое мое слово, – продолжал Дмитрий. – Недавно ты по ошибке забрала у моего друга то, что тебе не принадлежит. Моего друга зовут Костя. Высокий, стройный, симпатичный. Ты помнишь его? Отвечай. – Да, я помню его. Несколько дней назад, он был на нашем рынке, – сонным голосом произнесла цыганка. – У этого парня теперь серьезные проблемы. То, что ты у него взяла, обязательно нужно отдать. Повтори. – То, что я взяла, обязательно нужно отдать, – словно робот, повторила цыганка. – То, что ты взяла, ты вернешь завтра. Завтра мы снова будем здесь. Ты будешь нас ждать. И ты во что бы то ни стало завтра все вернешь. Мы будем завтра здесь примерно в это же время. Ты будешь ждать нас. Повторяю, ты все вернешь. Чтобы закрепить свое гипнотическое заклятие, Дмитрий слегка щелкнул девушку ладошкой по лбу и гипнотическим голосом продолжил дальше: – А теперь, с этой минуты… Дмитрий не успел закончить. Его перебил Костя. Весь запыхавшийся, он буквально вылетел из-за угла и чуть не сбил Дмитрия с ног: – Димон, ну что, ты закончил с нею? – тяжело дыша, выпалил он. – Нет, еще не совсем… Что случилось? – Короче, заканчивай прямо сейчас и валим отсюда, пока не поздно… Или сейчас здесь такое реалити-шоу начнется. Твои штучки нам уже не помогут. Догадываясь, что происходит, Дмитрий выглянул за угол. В их сторону быстрым шагом направлялась группа цыганок в количестве девяти-десяти человек. Они были в десяти метрах от Дмитрия, и расстояние быстро сокращалось. – Задержи их, я не закончил с ней, я должен дать ей установку… – требовательно произнес Дмитрий. – Ты в своем уме? Ты хочешь, что бы они прикончили меня? – Ладно, я сам их задержу, будь здесь. Дмитрий вышел из-за павильона. Стараясь выглядеть невозмутимым, он на ходу достал бумажник из заднего кармана, достал оттуда все купюры и, оказавшись в окружении цыганок, на ровном месте неожиданно споткнулся и даже упал. Денег было достаточно, они летели вверх, в стороны и под ноги. Ступор и замешательство накрыло волной не только группу цыганок, но и продавцов близлежащих палаток и покупателей. По счастливому совпадению, налетел ветерок, которого не было полдня, и игриво начал разносить купюры в разные стороны. Продавцы, покупатели, цыганки – все это смешалось в общую массу, которая устроила охоту за парящими купюрами. Воспользовавшись моментом, Дмитрий через мгновение был снова за павильоном. Земфира все еще была в гипнотическом состоянии. Костя стоял напротив Земфиры и внимательно смотрел на нее. Дмитрий аккуратно отодвинул приятеля, немного отдышался и, когда дыхание восстановилось, твердо произнес: – Земфира, ты спишь, но все еще слышишь мой голос. Завтра, в это же время мы снова будем здесь. И ты вернешь все, что взяла. И с этого мгновения эта мысль не будет давать тебе покоя. Она будет пульсировать в твоем мозгу каждый час, каждую минуту, каждую секунду. А теперь на счет три ты проснешься. Раз… Два… Три… Просыпайся. Девушка приоткрыла глаза и немного удивленно захлопала большими ресницами. – Как голова болит, я что, уснула? – Да, немного, – подтвердил Дмитрий. – Что за цирк? – девушка взялась одной рукой за лоб, вторую агрессивно уперла в бок… – Да, в общем, ничего такого, – невозмутимо принялся объяснять Дмитрий. – Ты хотела нам погадать, потом тебе стало немного не по себе, может, от жары… Ну, в общем, ты, по-моему, чуть не потеряла сознание… Ну, в принципе, и все… – Подожди, ты кто такой вообще? Если думаешь, что из Земфиры так легко сделать дуру и в ее голове вместо мозгов плавают креветки, то ты не по адресу обратился… Больница в другой стороне. – Да, кстати, Земфира, меня зовут Дмитрий, а его – Костя… – невозмутимо произнес Дмитрий. – Ты еще у Кости кое-что взяла, и это надо обязательно вернуть… И чем быстрее, тем лучше… – Это реально? Я у него, что ли, что-то взяла? – девушка была настроена агрессивно, как минимум, на драку… – Ну, типа да… – немного испуганно произнес Костя. В это мгновение Дмитрий снова очутился перед Земфирой, их взгляды вновь соприкоснулись: – Земфира, завтра ты вернешь все, что должна. Примерно в это же время мы будем здесь, как тебя найти? – Как меня найти, как меня найти, завтра я должна обязательно вернуть то, что взяла… – на мгновение девушка задумалась. Неуверенный голос Земфиры и ее плавающий взгляд говорили о том, что девушка все еще не совсем понимает, что с ней происходит: – Сплошной туман в голове, да что же такое. Бред какой-то, ничего не пойму… – И все же, как мы сможем тебя найти? – поспешил отвлечь девушку от ненужных мыслей Дмитрий. – Значит так, хлопцы, идите по своим делам, а завтра примерно в это же время подъезжайте к рынку, я сама вас найду. Но только не опаздывайте. Я буду вас ждать. А пока подобру-поздорову уносите ноги. С этими словами Земфира демонстративно оттолкнула Дмитрия и, ступая с грациозностью королевы, спустя мгновение скрылась за торговым павильоном. Девушка исчезла, а Дмитрий все еще стоял и смотрел ей вслед. – Ну че, Димон, ты че завтыкал? Валим отсюда скорее… – вывел его из оцепенения Костя. – Да, конечно, валим отсюда… – Дмитрий покорно плелся за другом, а из головы все еще не выходил образ молодой, дерзкой и красивой цыганки. Приятели покинули рынок и вскоре уже сидели в машине, которая плавно летела по скоростному проспекту. Костя был явно доволен проведенной, заранее спланированной операцией. – Слушай, а здорово мы ее под гипнозом раскрутили на все дела, завтра она вернет все до копеечки, портфель отдаст и все документы, которые в нем находились… – произнес самодовольно Костя, переключая передачу. – Что значит «мы ее раскрутили»? – задумчиво произнес Дмитрий. – Нет, не мы, я имел в виду, в смысле, ты ее раскрутил, – быстро поправил себя Костя. – Но, Димон, поверь, я на сто процентов уверен, что она завтра вернет все до копеечки и документы батины тоже. Я просто уверен в этом. Жду не дождусь увидеть ее физиономию, когда она с виноватым лицом будет все это нам возвращать. Вот я поржу с нее. На коленках будет умолять, чтобы мы все забрали. Да… Гипноз – это великая сила. Дмитрия в это время терзали смутные мысли. Его лицо было задумчивым. – Не торопись, Кость, ты зря так говоришь. Во-первых, как на нее подействовал гипноз и что будет завтра, мы еще не знаем. Это будет ясно только завтра. Во вторых, ты видел, как она изящно уходила? Как она демонстративно легким жестом головы откинула назад свои волосы, а ее походка? Ты видел? Ее повадки, движения, жесты – она не похожа на обычных цыганок. В ней есть что-то королевское. Необычное. Она не такая, как все. Все это очень странно… Костя на мгновение отвлекся от дороги, бросил на друга серьезный взгляд и неожиданно заржал словно конь: – Димас, ты что, запал на нее? – Бред какой-то, – попытался выдавить из себя улыбку Дмитрий. – Нет, ну понятно, никто не спорит, она симпатичная, грациозная, необычная одним словом, но суть не в этом. Когда мы с ней столкнулись лицом к лицу, я немного растерялся. И это чуть не сорвало весь наш план… – Ну понятно, выпадение из реальности, как ты любишь говорить… – сыронизировал Костя. – Ну да, что-то типа этого… – А я тебе говорил, симпатичная стерва… – съехидничал Костя. – Значит, я невнимательно отнесся к твоим словам. – Да, правду говорят, красота – великая сила, – Костя лениво зевнул и похлопал приятеля по плечу. – Ладно, не парься, Димон. Как всегда, твой гипноз был на высшем уровне. Все еще не понимаю, как ты это делаешь. Вы только повернули за павильон, прошло каких-то пару минут, я появляюсь, а она уже под гипнозом. Ты просто гений гипноза. Ну что хочу сказать… Просто молодец. Все прошло нормально, ты все сделал нормально. Я думаю, завтра она все вернет. – Да, осталось только дождаться завтра. Дмитрий опустил боковое стекло и в салон влетел поток освежающего встречного воздуха. Дмитрий закрыл глаза, постарался расслабиться и настроиться на предстоящий день. Интуиция ему подсказывала, что-то пошло не так. Но что именно, он еще не мог понять. Завтра Наступило долгожданное завтра. Костя припарковал машину на парковке центрального рынка и уже десять минут нервно ерзал на месте, словно его водительское сидение было утыкано тысячей острых колючек. – Димон, слушай, может, выйдем на пару сек… Свежим воздухом подышим, ну там поговорим… – Земфира сказала, чтобы мы ее ждали, она сама нас найдет. Все. На всякий случай из машины пока выходить не будем. Не знаю, как она собиралась нас найти, но раз она сказала, будем пока сидеть и ждать. Костя как-то недовольно промычал и виновато взглянул на Дмитрия: – Понимаешь, Димон, тут такое дело… Не знаю даже, как сказать… – Что ты хочешь сказать? Давай говори, не тяни, только не забывай, внимательно по сторонам смотри, я думаю, она должна вот-вот появиться… Костя снова недовольно замычал, тяжело выдохнул и наконец произнес: – Короче, Димас, делай со мной что хочешь… я понимаю, ты сейчас порвешь меня на кусочки, ну, в общем… – Все. Внимание, она идет… – перебил приятеля Дмитрий. Глаза Кости испуганно забегали. – Кто идет? – Она идет. Смотри впереди. Это в самом деле была Земфира. Но в этот раз ее походка и манера поведения были похожи на повадки волчицы, уходящей от погони. С небольшой спортивной сумкой наперевес она петляла среди припаркованных машин и периодически, внимательно всматривалась в окна иномарок. – Да, это она, – уверенно произнес Дмитрий. – Похоже, будто убегает от кого-то. Маякни ей. Она нас ищет. – Подожди, Димас, а может не надо? – испуганно почему-то произнес Костя. – Я говорю, маякни, – уже настойчиво произнес Дмитрий. Костя поморгал фарами, и уже через минуту Земфира сидела в машине на заднем сиденье. – Ну что, хлопцы, валим отсюда – произнесла она командным голосом. – Ты принесла то, что мы просили? – требовательно произнес Дмитрий. – Как договаривались. – Земфира расстегнула небольшую спортивную сумку и демонстративно показала ее содержимое. Дмитрий с Костей вылезли из своих сидений, чтобы взглянуть назад, и испуганно переглянулись. Спортивная сумка, которую принесла Земфира, была полностью, доверху набита пачками денег. – Это что за деньги? Ты зачем их сюда принесла? – испуганно прохрипел Костя. – Это твои деньги, милый. Ты же сам вчера просил, чтобы я тебе все деньги вернула. – Ты что, с дуба рухнула? Это вообще не мои деньги, – снова испуганно прохрипел Костя. – Ну раз ты от своих денег отказываешься, значит, будут мои деньги. Такой джекпот не часто выпадает. В любом случае, деньги я увела по вашей просьбе, а значит, мы соучастники, ехать нам в одной кибитке, и дорожка у нас одна получается. – Только не это! – произнес Костя с ужасом. Он опустился в свое сидение, взялся за голову и мучительно простонал. После последовала реакция Дмитрия. – Не понял… Что это за деньги? – немного растерянно произнес он. – Я не знаю, эта сумасшедшая, по-моему, банк ограбила, – почти истерическим голосом провопил Костя. Он все еще обеими руками держался за голову. – Подумать только, вот это влипли. – Стоп, стоп, стоп. А что происходит? Здесь столько денег… Костян, это же не твои… – уже растерянно произнес Дмитрий. – Да нет, конечно, – снова простонал Костя. – Димон, лучше не спрашивай. Я тебе потом все объясню. Но, по ходу, мы крупно попали… – Так, красавчики, – деловито произнесла Земфира, – если через минуту мы отсюда не свалим, скоро здесь будут копы, и мы все вместе пойдем по статье. Так что валим, пока не поздно. Машина зарычала словно зверь. Через минуту они выехали с территории рынка, потом мчались по проспекту, потом по улицам и маленьким переулкам. – В чем проблема? – Дмитрий хмуро взглянул на приятеля. – Я чего-то не понимаю? Или, может, чего-то не знаю? – Ну так, относительно, как ты любишь говорить. В принципе все нормально, но только, в общем, не совсем как хотелось бы. Костя завернул в ближайший переулок, тормознул и быстро скомандовал: – Димон, выходи, надо поговорить. Дмитрий вышел. Костя тоже вышел, заблокировал машину, обошел машину спереди, взял Дмитрия за локоть и отвел немного в сторону: – Короче, Димас, есть две новости, одна хорошая, вторая вообще не очень. Начну с хорошей. В тот день, помнишь, я говорил, меня цыганки развели, ну и типа портфель с деньгами и документами увели… – Ну да, помню. Земфира с своими подружками тебя развели, и что дальше? – В общем, сегодня я говорил с батей… Оказывается, в тот вечер я, по его словам, приехал какой-то чумной, усталый, отец решил меня не беспокоить, взял ключи, открыл машину и забрал оттуда свой портфель. Он был сзади, валялся на полу за сиденьями, и деньги на месте, и документы на месте. – Я понял. Это хорошая новость. А вот эти деньги, ну в смысле полная сумка денег, это вообще ни хрена не наши деньги, которые у тебя якобы пропали… Это совсем, по ходу, какие-то левые деньги, так получается? – Ну, по ходу, так. Левые и, по ходу, ворованные, – это плохая новость… Очень плохая… – Лицо Кости было бледного цвета. – Тогда следует следующий вопрос: откуда у цыганки левые деньги? Точнее говоря, я ее гипнотизировал, я помню очень хорошо… Была установка «вернешь все, что взяла»!.. Все, что взяла… Не было ни одного слова про деньги. Откуда полная сумка денег? Зачем она ее нам притащила? Где она ее взяла и для чего ее сюда принесла? Ведь я реально про деньги не сказал не единого слова… – Я не знаю, Димас, реально я ни при чем. – В глазах Кости застыла тень испуга. – Я гипнотизировал цыганку, потом прибежал ты, сказал, приближаются ее подружки, я оставил тебя, исчез, меня не было не больше минуты… Что было дальше? Она была в состоянии транса… Ты ей что-нибудь говорил? – Нет… я ничего… Ну, то есть относительно… – Язык Кости испуганно заплетался. – Что ты ей сказал, пока меня не было? – уже угрожающе произнес Дмитрий. – Ну, я ей сказал, чтобы вернула все, что взяла, – виновато произнес Костя. – Нет. Ты меня не понял. Она принесла полную сумку денег. Понимаешь? Я не думаю, что она успела их накопить. Это криминал. Ты понимаешь? И мы напрямую, получается, в этом деле замешаны. Еще раз спрашиваю, что ты ей сказал, пока меня не было? Костя почесал затылок и тяжело вздохнул. – В общем, пока тебя не было, я сказал ей, чтобы она обязательно вернула не только документы, но и все деньги, и чем больше денег она вернет, тем лучше… – Я же тебя просил, говорить буду только я. И что теперь делать? – Димон, я сам в шоке. Откуда я знал… – Какая разница, «откуда я знал»… Я тебе русским языком сказал, говорить буду только я. Костя, это все не шутки. Это гипноз. Что теперь со всем этим делать? – Может, отвезти ее вместе с ее деньгами назад, на рынок? Пусть сама разбирается со своими деньгами. Что хочет, то пусть с ними и делает. – В общих чертах, нарисую тебе картину. Слушай внимательно, первое – полная сумка денег, там явно не один миллион. Деньги ворованные, это тысяча процентов. Второе – если ее возьмут за хвост, а ее точно возьмут, если мы ее отвезем назад на рынок, так вот, если ее возьмут и начнут допытываться, как думаешь, что она скажет? Да, правильно. Она не будет даже ничего сочинять. Расскажет, как было на самом деле, и будет права. Два парня ее загипнотизировали. Загипнотизировали и заставили раздобыть большую суму денег. И у нее, конечно, найдутся свидетели. Потому что мы в самом деле были там и гипнотизировали ее. А потом, со временем, по описанию, выйдут на нас. А дальше, сам понимаешь, полиция, следствие. И конечно же выяснится, из-за чего меня попросили перевестись из одной школы, а потом и со второй, причина одна – мои психологические трюки. И уже после этого доказать нашу причастность к этому ограблению будет совершенно не сложно. Тем более все в самом деле так и было. Мы ее загипнотизировали, и она, не по собственной воле, для нас украла крупную сумму денег. Костя побледнел, присел и взялся за голову. – Блин, Димон. В натуре, вот мы попали, что делать, я не хочу за решетку. – Не паникуй раньше времени. Значит, так. Цыганку мы забираем с собой. Я не знаю, у кого она украла эти деньги, но явно ее уже ищут. Поэтому мы должны ее где-нибудь спрятать. Дальше. Деньги мы должны вернуть. Пока деньги не вернем, покоя не будет ни ей, ни нам. А когда уже деньги вернем, тогда можем и ее отпустить. – Ну да, почти все просто. А где мы цыганку спрячем? У меня точно нельзя. Меня родаки повесят, когда увидят дома цыганку. – Нет, к тебе мы точно ее не повезем. Поедем ко мне. – А как же твой брат? Он против не будет? – Будет против, это однозначно. Если, конечно, узнает. Но мы ему ничего не скажем. Днем он дома появляется очень редко. А вечером мы будем вести себя тихо, уверен, он ничего не заметит. – Смелый план, – задумчиво заметил Костя. – Одно меня смущает – вот это «если». – Не спорю. Но других вариантов я не вижу. – Мы можем поехать ко мне в гараж. И перекантоваться хотя бы до вечера. Этот гараж находится в квартале от нашего дома, а батя свою машину ставит на парковке рядом с домом. Так что никаких проблем, там нас никто не найдет. – Ну что же, хорошо, нам главное пересидеть где-нибудь в безлюдном месте до темноты, а там мы отвезем Земфиру ко мне домой, ну и наутро, я думаю, что-нибудь я придумаю… – Хорошо. Так и делаем. Парни вернулись в машину. Костя включил зажигание, и машина плавно тронулась с места. Гараж представлял из себя зрелище довольно унылое. Земфире он сразу не понравился. Сырой, холодный, и крысы. Свет сюда проникал только через небольшие щели в воротах. Повсюду кучи хлама. Все, что не уместилось на балконе, или то, что оказалось в кладовке лишним, – все эти вещи на многие годы приобрели здесь последний приют. Склад ненужных вещей. Дмитрию и Косте пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить Земфиру, что в машину крысы не проникнут и вообще в машине тепло, сухо, уютно и играет музыка. Капризы девушки вскоре прекратились. Спустя еще пару минут выяснилось, что Земфира неплохая собеседница – с богатым внутренним миром, громадным опытом жизни и сотнями историй из собственной жизни, которые она очень хорошо помнила. День пролетел незаметно, наступил вечер. Автомобиль осторожно выполз из своего укрытия и, словно живое существо, аккуратно карабкаясь между маленьких улочек, не спеша направился в сторону центра. Жара немного спала. Кондиционер, музыка, огни вечернего города. Земфира спала на заднем сидении, Костя и Дмитрий ехали молча. Когда до дома Дмитрия оставалось ехать не более получаса, машина начала глохнуть и наконец окончательно остановилась. – Заглохла, – виновато произнес Костя, пожимая плечами. – Может, бензин закончился? – предположил Дмитрий. – Бензин вроде есть. Костя открыл дверь и лениво выбрался из машины. Прошло сорок минут, но машина, несмотря ни на что, не собиралась заводиться. – Димон, я сделал все, но машина не заводится. Что с ней, я не знаю. У меня такое в первый раз. – Ну, что… В общем, ладно. Делай свою машину. В крайнем случае, вызовешь эвакуатор, а мы тогда с Земфирой пойдем… – Димон, ты только не обижайся, – виновато произнес Костя. – Серьезно, я бы вас довез, машина реально не заводится… Я-то по-любому домой доберусь. С машиной сейчас тоже решим. Да, слышь, а может, вы такси возьмете? – Нет, такси – это барские замашки. Так дойдем. Тут недолго, минут сорок, и будем на месте. Тем более погода хорошая, почему бы не прогуляться. – Димон, ну в самом деле… Я ни при чем. – Успокойся, все нормально. Мы дойдем. Дмитрий потормошил Земфиру. Та, не открывая глаз, принялась царапаться и бормотать что-то на цыганском, но уже спустя десять минут они шли по вечернему городу. Огни, неоновые вывески, витрины магазинов, воздух, вибрирующий от музыки местных кафешек и баров – все это гипнотически манило. – Я думаю, нам стоит пойти по другой улице, подальше от этой суеты. Будет чуть дольше, зато подальше от глаз людских, – произнес Дмитрий. – Красавчик, а давай здесь пойдем, я кроме дома и рынка, ничего еще не видела. – Ты ни разу не была в центре? – Да так, не привелось. Дмитрий настороженно взглянул на девушку: – По-моему, это слишком рискованно… – А мы по-быстрому. Никто не увидит. Красавчик, ну пожалуйста… – Ну да, целый день от всех прятались, а сейчас с полной сумкой денег по центральной улице, и как ты себе это представляешь? – Ну правда, мы всего одним глазиком, нас никто не заметит, – взмолилась Земфира. Дмитрий тяжело вздохнул: – Ладно, значит, так, – деньги из сумки ни под каким предлогом не достаем и не тратим ни копейки… Доходим до ближайшего перекрестка, потом сворачиваем на параллельную улицу, там уже не так многолюдно. – Будет по-твоему, не тревожь душу красавчик, идем уже. Дмитрий снова тяжело вздохнул: – Ладно, идем. Домой они добрались далеко за полночь. Еще один трудный день Сон Дмитрия был похож на наркотик – сладкий и крепкий. Его тело словно обволокло что-то светлое, теплое и мягкое как вата. Картинки, насыщенные всеми цветами радуги, менялись одна за одной. Дмитрию снова снилась сказочная Индия, старый факир, и маленький мальчик, они снова показывали людям свои удивительные фокусы. Потом появился спрут. Он крепко вцепился в Дмитрия своими крепкими щупальцами, ужасно жужжал и безжалостно вытаскивал Дмитрия из сладкого забвения. Дмитрий наконец проснулся и приоткрыл глаза. Это был мобильник. Он звонил не переставая. В это мгновение Дмитрий увидел перед собой лицо Земфиры. Они лежали обнявшись, словно были лучшими друзьями и знали друг друга сто лет. Лицо девушки было так близко, что Дмитрий на своем лице почувствовал ее легкое дыхание. На мгновение испытав состояние легкого шока, Дмитрий быстро выбрался из объятий девушки. Укрыв Земфиру покрывалом, Дмитрий вспомнил события прошлого вечера. Это было похоже на какое-то фантастическое наваждение. Сперва Земфира попросила хот-дог, и Дмитрий сам лично достал из сумки пачку денег и вытянул оттуда пару купюр. А потом были аттракционы, кафе-бар, и прогулки по ночному городу, и постоянная трата денег. И все это при трезвом уме и ясной памяти. Просто потому, что она никогда не была в центре… А добравшись домой, они не раздеваясь, рухнули на кровать и отключились крепким сном. Дмитрий вспомнил, как сам лично доставал деньги из сумки и тратил их на шалости Земфиры. Никакого гипноза. Чертово цыганское обаяние. Дмитрий снова испытал состояние легкого шока. Он нервно потер ладонями лицо, взял мобильник и взглянул на экран. Часы показывали восемь утра. Звонил Костя. Дмитрий осторожно вышел из комнаты, нажал на кнопку и поднес трубку к уху: – Алле, да, Костя, привет. – Але, Димон, здорово, как дела? У тебя все нормально? – Относительно. – Давай без относительно, что у тебя, рассказывай. Вы вчера нормально добрались? – Опять же относительно. А точнее говоря, Земфира спит, добрались нормально, но немного заполночь. Все нормально, не считая пару мелочей. Земфиру с деньгами наверно сейчас ищут, а еще вчера вечером мы с Земфирой потратили немного денег из сумки. Голос в трубке судорожно закашлял. – Охренеть, вы тратили деньги из сумки? С ума сошли. Вы что, решили гульнуть? – Не поверишь, сам в шоке. Вроде не пил, – растерянно произнес Дмитрий. – Как получилось, сам не пойму. Она сказала, что ни разу не была в центре, ну типа тут вечером так красиво, огни, романтика и все такое… Ну и короче меня понесло. Начал деньги доставать из сумки. – Блин, Димон, эта цыганка и тебя умудрилась развести. Круто, вот молодцы… Вы просто супер. Я рад за вас. – В голосе Кости чувствовалась легкая издевка. – А вы хоть в курсе, чьи это деньги? – Пока еще не знаю, но догадываюсь. Скорее всего, Земфира ограбила какого-то крутого комерса. Костя издевательски хмыкнул. – Димон, да ты просто чудо-экстрасенс. Ты сегодня по телеку местные новости не смотрел случайно? – Еще пока нет, я только проснулся. – Молодцы, кайфово живете. Короче, эти деньги – Егорова. – Это тот, который центральный городской рынок держит? – Ну да. Очень, очень серьезный и богатый человек. Ты догадываешься, как мы попали? – Пока относительно. – Дмитрий все еще находился в полусонном состоянии. – Ну что я могу сказать, красавчик. У нас тут стопроцентная полная задница, а у него все еще все относительно. Ты точно вчера не пил? – Нет, это я просто еще не совсем проснулся. – Ну, брат, если после всего сказанного ты все еще не проснулся, я тебе просто завидую… Нас через пару часов будут вычислять все гаишники, вся братва и шпана местная, все группы захвата, а он все еще не проснулся… – Так, подожди, Земфира украла деньги у самого Егорова? – мозги Дмитрия медленно, но уверенно просыпались. – Вот именно. Деньги лежали в машине. Человек стоял буквально недалеко от своей машины, общался с очень серьезными людьми, мгновение, и все… Денег нет. Никто, даже телохранители не заметили… – У самого Егорова деньги увести… кажется это капец… – Дмитрий надул щеки, тяжело выдохнул и растерянно почесал затылок… – Но там же народа сколько… Камеры… Это тот Егоров, который из девяностых… – Да, да, именно он. Из девяностых. Передел собственности. Устранение конкурентов… Война между бандами. – Это получается, мы, в смысле, то есть Земфира украла… То есть это сейчас у нас, это деньги самого Егорова? – Вот именно. Там дело даже не в деньгах. У него такие завязки в городе… Ему глазом достаточно моргнуть, чтобы человек исчез раз и навсегда. – Так, подожди, – словно пытаясь использовать последнюю надежду, задумчиво произнес Дмитрий, – а я слышал, он за границей живет, сюда раз в полгода приезжает… – Все правильно. Несколько дней назад он вернулся в свой город из длительного путешествия… В свой родной, любимый город… и вдруг, так сказать, такая нелепость… – Да, нелепость, можно сказать, просто безобразная, – очень серьезно произнес Дмитрий, нервно переминаясь с ноги на ногу. – А они уже знают, кто украл деньги? – Нет, пока вроде не знают. И по телеку ничего не говорят про похитителей. Но ищут уже все. И полиция, и бандиты. Возможно, для самого Егорова эти деньги большого значения не имеют, у него этих денег куры не клюют. Тут больше играет роль вопрос репутации… Понимаешь? Деньги реально надо вернуть, иначе я просто боюсь даже предположить, что с нами сделают. – Мы должны Земфиру вывезти из города, – решительно произнес Дмитрий. – Хорошая идея, только я машину заберу из ремонта, не раньше обеда. – Это очень долго. Может быть уже поздно. – Не спорю. Ни один гаишник нас мимо себя уже не пропустит. А брать такси – это тоже не вариант. Таксисты – это самые первые шпионы. Через полчаса уже весь город будет знать, что мы делали, и куда мы ездили. – Согласен. Ладно, значит, так, пока ничего не предпринимаем. Мне надо все обдумать. Как только созреет какая-то идея, я позвоню. Будь на связи. Как только сделаешь машину, звони. Узнаешь какие-нибудь новости, звони. Короче, если что-то случится, тоже звони. В общем, будь на связи. – Договорились, но я кое о чем попрошу тебя. – Голос Кости звучал умоляюще. – Димон, пожалуйста, ради бога, умоляю тебя… больше деньги из сумки не тратьте. Дмитрий недовольно хмыкнул. – Ладно, постараемся. Давай. На связи. Дмитрий выключил мобильник и зашел в комнату. Земфира, свернувшись в калачик, все еще беззаботно спала. Дмитрий подошел к сумке с деньгами, которая беспечно валялась за кроватью, присел и расстегнул замок. Пересчитав пачки с деньгами, он облегченно вздохнул. Не хватало всего одной пачки, которую он с Земфирой прошлой ночью по неосторожности пустили в расход. Конкретных планов у Дмитрия пока не было, но деньги, он знал точно, надо было вернуть. Только как вернуть деньги и куда спрятать на время Земфиру, он пока не знал. Никакие идеи в голову пока не приходили, а вопросов становилось все больше. Ход мыслей Дмитрия был неожиданно прерван. В коридоре раздался щелчок замка. Скрипнули входные двери, послышался какой-то шум и голоса. «Это Виктор, – сообразил Дмитрий, убирая сумку под кровать. – Самое главное, чтобы Земфира не проснулась и шум не подняла, а так он в мою комнату обычно не заходит». Только Дмитрий об этом подумал, раздался негромкий стук в дверь. После чего дверь приоткрылась, в проходе показалась фигура Виктора. Как всегда свежевыбритый и бодрый, он кивнул Дмитрию в знак приветствия, после чего, словно что-то унюхав, принялся водить носом в разные стороны. Остановив свой взгляд наконец на фигуре, скрутившейся калачиком под покрывалом, он многозначительно повел бровью и, уже улыбнувшись, произнес: – Привет, у тебя подружка? Неожиданно. Молодец, кажется, делаешь успехи. – Да нет… Ты не так все понял, – сбиваясь, начал оправдываться Дмитрий. – Это совсем не то, о чем ты подумал. – Да ладно тебе, все в порядке, – усмехнулся Виктор. – Я даже немного рад. Надеюсь, может, теперь ты наконец-то забросишь свои ненормальные книги. Больше с людьми начнешь общаться… Ладно. Поговорить надо. Пошли на кухню, чтобы подружку твою не будить. Земфира все еще спала. Уходя, Дмитрий плотно закрыл за собой дверь. На кухне он застал как всегда знакомые лица. А точнее, Серый и Крым. Сергей Некрасов, или Серый, как звал его Виктор, – голубоглазый, скуластый блондин, Дмитрий его знал давно. Друг детства Виктора – балагур, весельчак и хулиган, он часто бывал у них в гостях, умудряясь за короткое время своего присутствия своим неуемным аппетитом опустошить холодильник и фактически уничтожить все съедобное в их квартире. А вот Крым, или Александр Полянский, – Дмитрий узнал его недавно, около года назад, но за это время Виктор успел уже прожужжать Дмитрию все уши о простоте характера, храбрости и преданности этого невысокого, детдомовского крепыша с веселым лицом и грустными глазами. Несмотря на то, что приятелей у Виктора было предостаточно, эти двое были его лучшими друзьями, и с ними Виктор почти никогда и нигде не расставался. Стараясь сохранять невозмутимое спокойствие, Дмитрий поздоровался с парнями и присел на стул у окна. – Я вот что хотел, Дим, – выстукивая пальцами барабанную дробь по столу, принялся объяснять Виктор. – Здесь недавно Егорова ограбили, ну ты слышал, наверное. – Про Егорова слышал, бизнесмен вроде какой-то. Центральный рынок держит, по-моему. А то, что его ограбили, в первый раз слышу, – с умным видом соврал Дмитрий. – А что, у него деньги украли? Много, да? – Ну, в общем, порядочно, – с серьезным видом произнес Виктор. – Оставил человек машину, забыл закрыть, и сумка с деньгами пропала. Да, а денег было очень много, как он сам говорит. Подозревается тут одна красавица – цыганка Земфира, слышал о такой? Она как раз в тот момент вроде как возле машины крутилась. А еще нашлись люди, которые сказали, что видели цыганку буквально до этого события с тобою и с твоим приятелем Костей. Что ты на это скажешь? – А… Земфира что ли? – изобразил Дмитрий неподдельную радость. – Помню, конечно, молодая такая цыганка, на рынке… Да, точно, Земфирой вроде зовут, ну так она сама к нам пристала, давай, мол, погадаю… давай погадаю… Наглющая, прет как танк… Наговорила Косте всякой всячины, мы ее даже дослушивать не стали, ушли. Вот и все, а больше ничего не было. – Ладно, верю-верю, братуха, – усмехнулся Виктор и похлопал Дмитрия по плечу. – Я так, на всякий случай спросил. Какому нормальному парню придет в голову связываться с какой-то цыганкой ради каких-то денег, тем более тебе. – Да, конечно… – Дмитрий тоже хотел усмехнуться, но не успел: дверь его комнаты в этот момент тихо приоткрылась, и оттуда, пошатываясь словно привидение, в домашнем халате Дмитрия прошла в ванную сонная Земфира. Услыхав шлепанье босых ног у себя за спиною, Виктор обернулся, но девушка уже успела скрыться за дверью. – Твоя пошла? – сдержанно улыбнувшись, поинтересовался он, глядя на Дмитрия. – Ну, да, – стараясь не выдавать своего волнения, важно произнес Дмитрий. – Ну, точнее, не совсем моя… Я бы сказал – так просто, временная. – А че она в ванную побежала? Она что, к тебе испачканная пришла? – глупо зареготал Серый. – Причем здесь испачканная, Серый, ты что, не видишь, они всю ночь в комнате уборку делали, – поддержал шутку друга Крым. – Помолчали бы, балбесы, – строго взглянул на приятелей Виктор, – это только вы можете по разу в неделю мыться… – Зачем так часто? – еще громче зареготали те. – Ладно, что с них взять, хулиганье, – уже улыбнувшись, произнес Виктор, – ни папы, ни мамы, ни жены – безотцовщина, когда я их уже на путь истинный поставлю… Ну да ладно, так, вот, разговаривал я с людьми Егорова, те на нас хотели наехать серьезно, ну типа того, что ты с этой цыганкой в этом деле замешан, ну и еще какой-то парень с вами… До серьезной разборки чуть не дошло, я уж думал, девяностые возвращаются… Но все обошлось… Я за тебя поручился. На этом и разошлись. Так что не парься, трогать тебя никто не будет. Нет, ну конечно, если какие серьезные вопросы, ты конечно лучше звони. А вообще, вот эти пару дней на улицу лучше не выходи, так будет лучше, подальше от греха. – Да ладно тебе, Витек, – попытался одернуть приятеля Крым. – Ты думаешь, ему сейчас до тебя? Он неделю на улицу точно выходить не будет. У него в ванной сейчас симпатичная девчоночка моется. Он, наверное, только и ждет, когда же эти гости провалят. А потом кофе с коньячком, романтическая музычка, в постельке пару часиков поваляться… Ты думаешь, ему сейчас нужны твои проблемы… Приятели дружно рассмеялись. Дмитрий попытался их поддержать, но от волнения мышцы на его лице стали непослушными и смогли изобразить только какой-то непонятный, дергающийся оскал с исходящими вместо смеха звуками, подобными хрюканью. – Ну ладно, – уже вставая, произнес Серый. – Дела надо делать, а мы сидим здесь. Да и Димка, смотрю, ждет не дождется, пока мы свалим. Смотри взгляд какой свирепый, вон даже глаз задергался. – Да. Все, пора, пора, – поддержал приятеля Виктор, тоже вставая из – за стола. – «Время – деньги», а деньги нам нужны. – Следуя примеру приятелей, Крым тоже встал из – за стола и лениво направился к выходу. – Мое полотенце не трогать, – произнес Виктор после нескольких стуков в дверь, которые он сделал, проходя мимо ванной. Не успел он сделать и шагу, как оттуда сквозь шум воды ему вслед послышалось дерзкое «Отстань!». – Ни фига себе! – Замерев на месте словно вкопанный, Виктор поднял удивленные брови на побледневшего брата и, уже улыбаясь, произнес: – У тебя неплохой вкус. Дикая какая, с характером. А полотенце мое скажи чтобы не трогала. После ухода парней Дмитрий сходил в свою комнату и, вернувшись уже с полотенцем в руках, негромко постучал в дверь ванной: – Земфира, я тебе полотенце принес, повешу его здесь, на дверную ручку… Не успел он договорить, как дверь ванной приоткрылась. – Спасибо, я уже вытерлась, – произнесла девушка, проходя мимо него и демонстративно поправляя на ходу влажные волосы. – Слушай, тебе не кажется, что ты себя ведешь сильно нагло? – возмущенно произнес Дмитрий, направляясь вслед за Земфирой в свою комнату. – Во-первых, брат сказал тебе, чтобы ты не трогала его полотенце, во-вторых, какого черта ты шатаешься как хозяйка по моей квартире, халат мой на себя напялила! – По тебе не скажешь, что ты такой жадный. А вчера вечером ты был сговорчивей. – Ну, вчера это была совсем отдельная история, – немного смущенно произнес Дмитрий. – Ты просто ни разу не была в центре города… В общем, захотелось сделать для тебя что-нибудь приятное… Земфира заливисто рассмеялась. – Ненормальный, ты что, в самом деле думаешь, я все детство прожила в этом городе и ни разу не была в центре? Ну ты ей-богу ненормальный, ты с неба свалился, что ли? Или, быть может, ты думаешь, я где-то в пустыне живу? Да мы с сестрами в центре через день бываем. – Обалдеть, зачем ты тогда сказала, что ни разу не была в центре? – растерянно произнес Дмитрий. – Ничего я тебе такого не говорила. Не знаю, что ты там себе накрутил. А что тебе захотелось немного поразвлечься, так в этом ничего криминального не вижу. И тебе было хорошо, и мне. А деньги, они как птицы, свободу любят. Сегодня отпустил, а завтра они снова вернутся, еще и приплод принесут. Понимая, что его развели как маленького ребенка, Дмитрий недовольно фыркнул, присел на кровать и уставился на Земфиру злобным взглядом. Земфира нашла где-то расческу, о существовании которой Дмитрий никогда не догадывался, подошла к зеркалу и принялась тщательно расчесывать волосы. – А что за гости к нам только что заходили? Брат, говоришь? – Да, брат с дружками. Тебя ищут и деньги. – Ну и почему же ты меня не сдал? – улыбнулась девушка, одарив Дмитрия томным взглядом. – А может, ты в меня влюбился, красавчик? «Врунья и редкостная хамка. Надо держаться от нее подальше», – со злостью подумал Дмитрий и в тот же миг, испуганно для себя отметил, что и в самом деле начинает испытывать к девушке, какую-то странную симпатию. Этот высокомерный взгляд, до тошноты, ослепительная внешность, вызывающая манера поведения – все это его ужасно злило и притягивало одновременно. – Ты слишком большого о себе мнения, – произнес Дмитрий брезгливо. – Может, ты конечно и красивая, но явно не в моем вкусе. Худая, можно сказать, почти костлявая. Лицо смуглое, ты что, каждое лето так сгораешь под солнцем? Тебе надо чаще пользоваться кремами от загара. Между прочим, много солнца очень вредно влияет на организм. Хотя… – на мгновение Дмитрий задумался. – В принципе, ты еще молодая, пока еще не сильно запустила себя. Если ты чаще будешь находиться в тени, побольше питаться, ну, для того чтобы хотя бы одну часть своего тела нарастить, имею в виду, самую главную. Я уже не говорю про другие – там, возможно, без вариантов… Хотя, опять же, большие глаза… Это уже врожденный дефект, это уже никак не исправишь… – Эй, эй, эй, знаток красоты, ты откуда такой взялся? У тебя самого хоть одна девушка была? Герой, понимаешь. А мне уже три парня предложение делали. Земфира сделала обиженное лицо, залезла с пультом на кровать, включила телевизор, поджала под себя ноги и с совершенно безразличным видом уставилась в экран. – Я хочу домой, – произнесла она сухо. – Исключено, – так же сухо ответил Дмитрий. – А ты еще кто такой, чтобы указывать Земфире? Не много ли ты берешь на себя, красавчик? – Земфира все еще смотрела в телевизор, но голос ее был уже агрессивным. – Дело сделано. Деньги при мне. Вернусь домой, мои мне помогут. Ты здесь каким боком? Не играй со мною в игры. Хочешь помочь, давай. Порешали дела и разбежались. – Все не так просто. Если в двух словах, то ситуация очень сложная. Во-первых, деньги мы в любом случае должны вернуть. Во-вторых, просто так я тебя не могу отпустить, так как во всей этой ситуации замешана не только ты, но и я. – А это как? Что-то не совсем понимаю. Объясни-ка подробней. – Земфира повернулась к Дмитрию и уставилась ему прямо в глаза. Ее карие глаза впились в Дмитрия, словно огненные стрелы. – Ну, в общем, ты не совсем все знаешь, но я очень хотел бы тебе помочь… – Нет. Расскажи мне про другое. – Глаза Земфиры все еще прожигали Дмитрия насквозь. – Расскажи лучше, почему я вас знаю всего пару дней. Кто вы такие? Почему я должна вам деньги? И почему я украла для вас целую сумку денег и спустя несколько минут оказалась в вашей машине? Дмитрий тяжело вздохнул, собрался с силами и наконец произнес: – Ладно, слушай. Только не перебивай. В общих чертах дело было так. Несколько дней назад ко мне за помощью обратился мой друг Костя, ну, тот, который нас на машине подвозил. Как он мне сказал, он был на рынке, при нем был портфель его отца, и по его словам, этот портфель пропал после общения с тобой и с твоими подружками. А там были очень важные документы и деньги. – Что? Этот жмот сказал, что мы у него деньги увели? – От возмущения взгляд Земфиры пылал огнем. – Я твоего дружка увижу, я ему все глаза выцарапаю, пусть у меня на пути лучше не попадается. Я ему погадать предлагала, он мне даже пяти копеек не дал. С таким скупердяем дело иметь – только время терять. У него на роже написано «первый жмот на деревне». У такого зимой снега не выпросишь. И он еще говорит, что мы у него портфель украли? – Дело не в портфеле. Вчера выяснилось, что ты здесь ни при чем, что портфель никто не брал. Он валялся в машине, за сиденьем. Дело совсем в другом. В тот день Костя пришел ко мне и попросил, чтобы я помог вернуть ему этот портфель. На следующий день мы были на рынке и искали тебя. Мы действовали по заранее задуманному плану. Ты сама нас нашла. Когда мы с тобой оказались наедине… Я тебя загипнотизировал… То есть усыпил… И без того большие глаза Земфиры округлились до невероятных размеров. – Ты меня загипнотизировал? – Ну да. Так получилось… Точнее говоря, это было частью нашего плана. – Я тебя что-то не понимаю, красавчик… Еще раз… Ты только что сказал, что загипнотизировал меня? – Ну да. Точнее говоря, никакого гипноза не было… Я применяю простые, совершенно несложные психологические приемы, такие же приемы, которые применяете вы. Ну, соответственно, человек на мгновение выпадает из реальности, ну и все, и, предположим, засыпает в твоем случае. То есть простейшая психология, никакого гипноза. – Ты говоришь, меня загипнотизировал и усыпил, и это простая психология? Ты кто такой парень? Теперь лицо Земфиры выглядело немного перепуганным и растерянным. – Я повторяю, я такой же, как все, просто иногда, когда мне надо, использую законы простой психологии, но суть не в этом. После того как я тебя усыпил, я внушил тебе, чтобы ты вернула портфель и все что в нем было… Но что-то пошло не так… И ты, судя по всему, под воздействием гипноза, украла сумку с деньгами у Егорова. В общем, как-то так. Ну и теперь, сама понимаешь, мы теперь в одной лодке. В том, что ты украла деньги у Егорова, есть и моя вина. – Так вот оно как. А я-то думаю, с головой у меня ку-ку, что ли. Целые сутки ходила как во сне и думала, где же мне денег взять, «и чем больше, тем лучше». – Вот поэтому я и говорю, деньги надо вернуть. Вернуть до того, как нас найдут. Если мы не хотим проблем. – Слушай, как там тебя, красавчик, Дмитрием зовут? Так вот что, Дима, у меня братьев знаешь сколько? А как они меня все любят, знаешь? Пускай меня хоть кто-то попробует пальцем тронуть, вот посмотришь, тогда всем не поздоровится… – Причем тут твои братья? Тебя не только люди Егорова, но уже полиция ищет, они спрашивать не будут, кто твои братья. – А полиция нам не указ, у нас, цыган, свои законы. Цыганская удача – вот наш закон. И если удача к тебе повернулась, отворачиваться никак нельзя, она этого не простит. Вот дождусь, когда стемнеет, и уеду – Нью-Йорк, Лас-Вегас… С такими деньгами мне везде будут рады. – Еще чего. Размечталась. Так тебя там и заждались. Деньги надо будет вернуть Егорову. И чем раньше, тем лучше. – Обойдется. Не будет в следующий раз раскидываться ими где попало, – нахмурилась девушка. Сейчас в ее словах, характере и манере держаться чувствовалось что-то необычное – дерзкое и в то же время аристократическое. Она не была похожа на обычных уличных цыганок. С каждой минутой она нравилась Дмитрию все больше. В этот момент Земфира непроизвольно почесала бедро, тем самым, оголив из-под халата, чуть ли не полностью, одну из своих ног. Пытаясь скрыть неожиданно нахлынувшее смущение, Дмитрий отвернулся и, сделав вид, словно ничего не заметил, принялся рассматривать книги на стеллажах. Почувствовав растерянность Дмитрия, девушка улыбнулась, поправила халат и быстро решила сменить тактику. – Слушай, красавчик, а может, ты меня в жены возьмешь? А? Дмитрий хмыкнул и с надменной улыбкой взглянул на Земфиру. – С чего это ты надумала? – А мои подруги ровесницы давно замуж повыскакивали, а я все незамужняя хожу. А мне бы семью, детишек. Парень ты, смотрю, порядочный. Даже знаниями обладаешь. Деньги у нас есть. Если хочешь, расписываться сразу не будем. А деньги сейчас разделим поровну, ты свою долю заберешь, я свою, ну а там как карта ляжет. Или, быть может, я тебе не нравлюсь, красавчик? На мгновение Дмитрий представил себя в цыганской кибитке, с гитарой в руках, странствующим по миру с Земфирой и кучей детишек. От этой мысли Дмитрий усмехнулся, после чего достал из шкафа джинсы и легкий летний свитерок и бросил их девушке: – На, надевай. В этом тебе будет удобней. – Мы что, куда-то идем? – игриво поинтересовалась та, натягивая джинсы. – Да. Я иду, а ты остаешься. – Как-то ты загадками говоришь, красавчик. Это как понимать тебя? – надев джинсы, девушка отвернулась от Дмитрия на пол-оборота, смело скинула халат и принялась натягивать свитер. – Понимай как хочешь. – Дождавшись, когда девушка окончательно оденется, Дмитрий достал из шкафа свою старую спортивную сумку, подошел к сумке с деньгами, высыпал ее содержимое себе в сумку, застегнул ее и закинул себе на плече. – Эй, эй, эй, – неожиданно с кулаками бросилась на него цыганка. – А ну-ка отдай сюда. Не ты их эти деньги обхаживал, не тебе и пользоваться ими. Пытаясь избавиться от разящих ударов девушки, Дмитрий схватил Земфиру за руки, повалил на кровать и попытался ее успокоить: – Да ты можешь понять или нет, что эти деньги в любом случае надо отдать? Те люди, которые их ищут, пока их не найдут, ни за что не успокоятся. И нас они тоже, рано или поздно найдут. Поэтому деньги надо вернуть в любом случае. Сейчас я пока их перепрячу, а потом, когда уже решим, как это сделать, мы их отдадим. – Ты деньги прикарманишь, а меня потом ментам или бандитам сдашь, – злобно прошипела Земфира. – Это не в моих интересах, – злобно прошипел ей в ответ, Дмитрий. На глазах девушки появились слезы. – Слушай красавчик, а давай не будем деньги отдавать. Давай их поделим и разбежимся? Ну пожалуйста… Ну хочешь, давай я третью часть возьму и ты отпустишь меня… Остальное все тебе. Мне больше не надо. По глазам вижу, ты хороший человек. Давай. А? – Нет. Решение принято. Деньги я обязательно перепрячу, а потом мы их вернем, – хмуро произнес Дмитрий. Он отпустил девушку и встал с кровати. – Эх парень, большую ты ошибку делаешь. Не на ту карту ты ставишь… Земфира села на кровать и принялась растирать мокрые глаза. – Я в карты не играю, – сухо произнес Дмитрий, поправив сумку на своем плече. – А теперь слушай внимательно. Брат днем приезжает редко, так что сходишь на кухню. Если что-нибудь найдешь, можешь поесть. А потом сразу назад, в комнату. Закроешься изнутри, ключ вытащишь, у меня еще один есть. Телевизор можешь смотреть, но только тихо. Если брат все-таки явится, выключаешь телевизор и сидишь без звука. А если надумаешь еще раз сходить в ванную… Пожалуйста, прошу тебя, не трогай его полотенце. – Какой у нас строгий брат. – Земфира нахмурила брови и сделала надменное лицо – от ее недавней печали не осталось и следа. – Брат всегда был мне вместо отца, так что прошу его уважать, – произнес Дмитрий, уже обуваясь. – Все, веди себя хорошо, я побежал, часика через два-три вернусь. День был в полном разгаре. От ослепительных солнечных лучей воздух раскалился настолько, что спасти от жары, казалось, уже не сможет ни слабое дыхание ветра, ни тень, ни даже толстые стены зданий. Тяжело дыша и время от времени вытирая от пота лицо, Дмитрий с полной сумкой денег, словно играя в игры про шпионов, уже около двух часов скитался по городу. Он прятался в потоке людей, пересаживался с автобуса на троллейбус, то снова с троллейбуса на автобус, то снова сливался с людской массой. Убедившись окончательно, что слежки нет, он вышел из очередного автобуса, прошел еще один квартал и, свернув в небольшой переулок, наконец оказался перед домом Марины. Звонить долго не пришлось, вскоре дверь открылась. – Привет, прости, я без приглашения, не ожидала, наверное… – смущенно принялся оправдываться Дмитрий. – О, Димка, ты? Привет, заходи, – неожиданно обрадовалась девушка. – Не ожидала, конечно, но это ничего страшного, ты же знаешь, мы всегда тебе рады… Да ты проходи, проходи давай, не стой на пороге. Немного волнуясь, Дмитрий прошел внутрь и принялся разуваться. – Ой, что же ты и в самом деле не позвонил, не предупредил, – продолжала щебетать девушка, – я бы чего-нибудь вкусненького приготовила. Ну, там вроде есть тортик в холодильнике, пирожки есть, но только они вчерашние, а я бы тебе чего-нибудь свеженького испекла бы… Проходи, не стесняйся… Дмитрий разулся и направился вслед за Мариной, но, проходя мимо комнаты Оли, остановился, и осторожно постучал в ее дверь. – Бесполезно, – произнесла Марина с улыбкой на лице, выглядывая из кухни. – Ее нет дома. – То есть как нет? – с чувством некоего беспокойства взглянул на нее Дмитрий. – А вот так, нет, – снова улыбнулась она. – Наша Оля уже, по-моему, окончательно выздоровела. Сама уже ходит на улицу и даже меня не зовет. А недавно познакомилась с одним хорошим парнем и вот сейчас где-то в городе с ним гуляет. В общем, на свидании она. – А, ну это хорошо, – облегченно вздохнул Дмитрий, – я рад, что лечение подействовало. – Ну, проходи же… – настойчиво взглянула на него девушка. – Я уже чайник поставила. Дмитрий улыбнулся девушке, прошел на кухню и, после недолгого раздумья, присел за стол возле окна. – А сумку свою мог бы оставить и в коридоре, – учтиво заметила Марина. – Ни деньги же там у тебя. – Нет, нет, не деньги, – поспешно улыбнулся Дмитрий. – Просто там кое-какие дорогие вещи, которые принадлежат не мне, а одному моему другу. – Ну ладно, ладно, – улыбнулась девушка, – я так, просто сказала. Раз уж принес, пускай они здесь полежат, эти твои «дорогие вещи». Кстати, а мама о тебе очень часто вспоминает. Она очень благодарна тебе за Олю и постоянно спрашивает: «Почему же Димка не приходит?» Девушка поставила перед Дмитрием тарелочку с тортом, чашечку с парующим кофе и взглянула на него уже осуждающим взглядом. – Дим, ты почему не заходишь? – Прости, Марин, – улыбнулся Дмитрий, – ты не поверишь, но у меня просто нет времени. Ты знаешь, в мире столько непрочитанных книг, столько интересной информации, хочется сидеть – читать, узнавать и анализировать. На все остальное просто жалко времени. – Смотри, Димка. Может быть, ты занимаешься и нужным делом, но со своей психологией и гипнозом, сидя у себя дома, так и не заметишь, как жизнь пролетит мимо тебя. В старости опомнишься, а будет поздно, и вспомнить нечего. Жены нет, друзей нет, и жизнь прошла скучно и неинтересно. Ой, да что же это я… – неожиданно спохватилась Марина. – Дим, тебе, может, покушать надо было предложить что-нибудь. Может, супчик или на второе что-нибудь? От упоминания о еде, скулы Дмитрия свело судорогой, а в животе предательски зашумело. С самого утра, занятый неотложными делами, он не держал во рту еще не крошки, и все-таки, вспомнив о том, зачем он сюда пришел, Дмитрий поторопился отказаться: – Марин, спасибо большое, но я, по-моему, сыт. Только вот попить бы чего-нибудь холодненького, если можно, а то на улице жарища такая, к вам пока добрался, чуть от жажды не умер… – Подожди, сейчас посмотрю. – Марина открыла холодильник и достала оттуда кувшин. – Вот тут, кажется, осталось немного… Клубничный напиток, мама вчера готовила, только пей осторожней, он очень холодный. Дмитрий взял у девушки большую расписную кружку, заполненную до краев ярко-красной жидкостью, и одним залпом осушил ее почти наполовину. – Обалдеть, холодный, аж зубы затрещали, кажется, ты меня спасла, – облегченно произнес он, вытирая мокрые губы. – Слушай, Марин, – добавил он уже чуть тише, – вот если бы ты смогла меня еще в одном деле выручить, я бы был тебе вообще бесконечно благодарен. – Ладно, говори уже давай, что у тебя там за дело, – улыбнулась Марина. – Ты случайно не знаешь, где здесь можно комнату или квартирку снять на недельку или на две? – Подожди, а тебе зачем? – удивленно уставилась на него Марина. – Тебя что, брат выгнал, что ли? – Нет, это надо совсем не мне, – поспешил успокоить ее Дмитрий. – Просто, понимаешь, сейчас одному человеку очень-очень плохо. И, в общем, ему надо куда-то на время от всех скрыться. – Ну не знаю, – немного растерялась девушка. – Вообще-то надо с мамой посоветоваться, а кто этот человек, если не секрет? Если так сильно надо, может быть, мама разрешит этому человеку на время остаться у нас… – Ты извини, Марин, но я пока не могу тебе сказать, кто это. Просто у этого человека сейчас большие проблемы, и ему сейчас очень нужна помощь. – Так… – девушка заинтригованно взглянула на Дмитрия и сдержанно улыбнулась. – Судя по твоему взгляду – это девчонка. И она, наверное, что-то натворила. Я угадала? – Ладно, Марин, слушай. – Дмитрий собрался с мыслями. – Я думаю тебе можно доверять. Это цыганка Земфира, ей надо срочно где-нибудь укрыться. – Ты с ума сошел! – Брови девушки возмущенно подскочили. – Зачем ты с ней связался, ее весь город ищет! – Послушай, Марин, это долго рассказывать, но ты должна мне поверить – она не виновата. Это я во всем виноват, и сейчас по моей вине у нее проблемы. Я должен ей помочь… – Дим, ну каким образом ты мог влипнуть в эту историю? – Девушка не скрывала своего огорчения. – Мне просто не верится. Я работаю в магазине и много чего знаю. Уже со вчерашнего вечера об этом говорит весь город. Она же воровка, как ты умудрился с ней связаться? Просто ума не приложу… – С расстроенным видом девушка села за стол и, задумчиво подперев голову рукою, уставилась в торт на тарелочке у Дмитрия. – И все таки, может, есть хоть какие-то варианты? – все еще с надеждой в голосе, но уже совсем тихо произнес Дмитрий. – Не знаю, Дим, – уже совсем обреченно произнесла девушка. – Знакомых у меня таких нет, чтобы квартиры или комнаты сдавали, разве что у бабушек в подъезде поспрашивать, ну так твою цыганку каждая собака в городе знает, вряд ли кто ее захочет к себе взять. А если еще и моя мама узнает, что и я в этом деле замешана, не представляю, что тогда вообще будет… – Значит, без вариантов… – грустно произнес Дмитрий. – Дим, пойми, я бы и рада тебе помочь, но у меня… – Марин, не надо, я все понимаю, – стараясь не обидеть девушку, осторожно перебил ее Дмитрий. – Кажется, я все понял. Я не должен был сюда приходить и втягивать тебя в эту историю. Это моя ошибка, прости… – Неожиданно для себя, Дмитрий понял, что сделал. И сейчас перед Мариной ему было ужасно стыдно, а еще было стыдно и противно перед самим собой. Он в самом деле не должен был сюда приходить. Маринка, она хоть и друг, но она девчонка, и поэтому он должен был предвидеть, что она побоится ввязываться в эту историю. А своим дурацким, необдуманным поступком он теперь ставил под удар не только Марину, но и всю ее семью. Понимая, что хоть как-то сможет исправить ситуацию, только если поскорее уйдет отсюда, Дмитрий одним махом допил остатки напитка и, закинув сумку на плечо, встал из-за стола. – Подожди, Дим, ты же кофе еще не попил и торт вообще не пробовал, – попыталась остановить его девушка. – Нет, нет, спасибо, в следующий раз. Я кое-что вспомнил, и мне просто сейчас некогда, – уже на ходу произнес Дмитрий. – Жаль, – огорченно произнесла Марина, – а я думала, ты еще немного побудешь. – Извини, но я в самом деле очень тороплюсь, – уже обуваясь произнес Дмитрий. – Будет время, может заскочу на днях. Да, и еще… Маме и сестре не говори пока ничего, я думаю, не стоит им зря волноваться… Да и еще, мне эти дни пока не звони, это бесполезно, я на всякий случай отключил телефон. Если что, я сам тебе наберу. – А если я что-нибудь все таки придумаю? – умоляюще произнесла Марина. – Ну, тогда… – Дмитрий взглянул на шкафчик, взял шариковую ручку и быстро на руке Марины написал номер телефона. – Это Костя, мой друг. Он знает, где меня найти. Но звонить ему только в крайнем случае. Лифт долго ждать не пришлось, и уже через несколько минут, Дмитрий снова шагал по опаленным знойным солнцем, многолюдным улицам города, а в голове все еще стояли грустные Маринкины глаза и ее слова вслед – «Дим, прости, пожалуйста, я бы очень хотела тебе помочь, но…». «Как странно, – думал Дмитрий. Марина чувствовала себя перед ним виноватой, а ведь виноватым на самом деле был он – Дмитрий. Не надо было приходить со своей проблемой к ней, ведь он в самом деле серьезно ставил ее под удар. Это было с его стороны глупо, эгоистично и необдуманно. С другой стороны… – пытался он сам себя оправдать, – к кому ему еще было идти? Костя? Не вариант. Он сам сейчас в зоне риска. А больше идти просто не к кому». С каждой минутой солнце припекало все сильнее. Чтобы хоть на время укрыться от палящих, всюду проникающих лучей, Дмитрий запрыгнул в один из первых попавшихся автобусов и еще около часа с небольшими пересадками кружил по городу. Невыносимая духота в автобусе и постоянная давка были немногим лучше палящего солнца, и поэтому, когда голос кондуктора наконец объявил остановку конечную, Дмитрий с удовольствием в числе первых покинул душный салон. С наслаждением вдохнув горячего, но уличного воздуха, Дмитрий окинул взглядом внушительное здание автовокзала, возвышающееся перед ним, после чего направился внутрь помещения. Тень и прохлада, царящие внутри здания, помогли Дмитрию на время забыть об усталости и жажде, которые все это время его мучили. Отыскав зал с камерами хранения, Дмитрий предусмотрительно еще раз убедился, что за ним никто не следит, в одной из ячеек оставил свою сумку и уже со спокойной душой поторопился домой. – Дим, ну где же ты ходишь, мы тебя уже полчаса ждем! – окликнул Дмитрия чей-то женский голос, когда он подходил к своему подъезду. Дмитрий испуганно вздрогнул от неожиданности, не спеша повернулся и, к немалому удивлению, увидел перед собою свою приятельницу Марину, с которой еще буквально пару часов назад расстался у нее дома. – Марин, ты? Что ты здесь делаешь? – только и смог он произнести. – Дим, все в порядке. Я обо всем договорилась, мы с Олей все решили… – немного сбиваясь от волнения, принялась объяснять она. – Подожди, что-то случилось? – на миг растерялся Дмитрий. – Кто договорился? Что вы решили? – Я и Оля – мы все решили. Оля сегодня едет на дачу, это тридцать километров отсюда, заодно и подружку твою возьмет. Пару неделек там отдохнут, ну и на огороде поработают заодно. Я уже несколько раз звонила к тебе в квартиру – никто не отвечает. Давай скорее, где там твоя цыганка. – Подожди, а как ты меня нашла? – Позвонила твоему другу Косте, и мы с ним обо всем договорились. Только сейчас Дмитрий заметил недалеко от подъезда уже знакомый автомобиль. Это была Костина иномарка. – Дим, давай скорее, Оля уже собралась давно, только Земфиру твою ждем. – Марин, сейчас, мы быстро. – Обрадовавшись такому повороту событий, Дмитрий в знак благодарности пожал девушке руки и сломя голову бросился в подъезд. Открыв дверь собственной квартиры, Дмитрий уже с порога услыхал доносящийся из его комнаты звук чуть ли не на полную катушку работающего телевизора. Дмитрий на ходу разулся, заскочил в комнату и, не говоря ни слова и не обращая внимания на Земфиру, беззаботно листающую его книги, отключил телевизор. – Слушай, у тебя есть что-нибудь нормальное почитать? – первой нарушила молчание девушка. – «Мгновенный гипноз», «цыганский гипноз», «лечебный гипноз», какой-то еще и «Эриксоновский гипноз»… – с ума можно сойти. У тебя, кроме гипноза, еще хоть какие-нибудь книжки есть? – Она наконец повернулась к Дмитрию и, лениво зевнув, уставилась на него своим равнодушным, немигающим взглядом. – Кстати, к тебе, по-моему, кто-то приходил и в дверь звонил несколько раз, – произнесла она еще раз зевнув. Не обращая внимания на девушку, Дмитрий быстро открыл шкаф с вещами, немного порылся там и кинул Земфире свои кроссовки и свою старую, потертую джинсовую бейсболку. – На, быстро одевай, – скомандовал он, – ты сейчас уезжаешь. Волосы свои смотай в клубок и спрячь под шляпой. Тебя уже ждет машина внизу, давай шевелись. Не понимая, к чему такая спешка, Земфира лениво напялила бейсболку на голову и принялась обуваться. Надев один кроссовок, она неожиданно замерла и настороженно взглянула на Дмитрия. – А где деньги? – негромко произнесла она. – Я же говорил тебе, деньги нужно было спрятать в надежном месте, и я их спрятал, – сухо отрезал Дмитрий. – Теперь осталось спрятать только тебя. – Подожди, ты думаешь, Земфира дурочка? Не води меня вокруг да около, лучше правду скажи. Денежки мои припрятал, теперь и от меня решил избавиться? Чувствуя, что девушка не в духе, и явно настроена на скандал, Дмитрий присел напротив. – Земфира, посмотри внимательно мне в глаза. Ты должна поверить мне. Никто не собирается от тебя избавляться. Но тебе в самом деле надо пока укрыться в безопасном месте. Сейчас ты поедешь с одной моей знакомой к ней на дачу и побудешь там пару неделек. За это время я попытаюсь все уладить. Как только все более-менее уладится, я сразу заберу тебя оттуда. – Эх Дима, Димочка… Хороший ты парень, но только гипноз твой, на меня сейчас не действует. И слова твои, все равно что ветер в поле. Лучше поклянись, что не обманешь и не предашь меня. Дмитрий усмехнулся. – Клянусь, не обману и не предам. Обещаю – все будет хорошо. Только надо поторопиться, у нас слишком мало времени. – Дим, ты меня любишь? – с серьезным выражением лица, неожиданно произнесла Земфира. Брови Дмитрия, нервно подпрыгнули вверх. Дмитрий тяжело выдохнул и уже через мгновение, взял себя в руки: – Я бы сказал – относительно. – Что это значит? – Ну скажем так – вот совсем, совсем ничего такого не планировал, да и особой симпатии я к тебе не питаю… Но если тебя возьмут менты или бандиты, буду очень переживать и немного скучать за тобой. Девушка швыркнула носом, грустно вздохнула и принялась натягивать второй кроссовок. Расставание было недолгим. Усадив Земфиру в машину, Дмитрий почтительно захлопнул за ней дверцу, заранее поблагодарил за помощь Марину и ее сестру, после чего, проводив взглядом удаляющуюся машину, направился к себе домой. Дома он еще около получаса не находил себе места и нервно скитался из угла в угол, пытаясь понять, что Земфира хотела сказать ему своей дурацкой фразой. «Ты меня любишь?» – зачем ей был нужен этот глупый, абсурдный вопрос? О чем хотел сказать ее взгляд, когда в этот момент она смотрела ему в глаза? Может, она в самом деле влюбилась? А может, просто притворялась? Для чего? Кому нужна ее любовь? Кому нужны ее откровения? Дмитрий абсолютно точно чувствовал, что здесь наверняка кроется какой-то подвох, какой-то психологический трюк, но какой и для чего, он понять пока не мог. Дневная жара и усталость давали о себе знать. Дмитрий уже начал засыпать, когда в коридоре послышались чьи-то голоса. – Да не стой ты на пороге, Крым. Давай проходи быстрее, – послышался голос Виктора. – Он, наверное, в своей комнате. Серый, шевелись – все проходим туда… Дмитрий прислушался к обрывкам фраз, доносящихся из коридора, и сразу понял, что речь идет о нем и о Земфире. Понимая что брат каким-то образом обо всем догадался и сейчас с ним предстоит непростой разговор, Дмитрий сосредоточился и попытался взять себя в руки. Через мгновение дверь открылась, и на пороге появился Виктор. Почти сразу за ним в комнату вошли Серый и Крым. Серый беспечно развалился в любимом кресле Дмитрия, Крым остался стоять у дверей. – Ну что, Дим, рассказывай, куда твоя подружка делась… – произнес Виктор, присаживаясь на кровать рядом с братом. – Маринка, что ли? – сделал удивленное лицо Дмитрий. – Не знаю, домой, наверное, пошла… – Какая Маринка? Я тебя спрашиваю, какая Маринка… Что ты мозги нам паришь? – Виктор вскочил с кровати, подошел к шкафу и принялся выворачивать содержимое всех полочек на пол. – Ты что, думаешь, я ее голос не знаю? Да ее весь город знает, а я еще подумал, надо же, что за такая важная особа так дерзко отвечает. И голос такой знакомый. После безрезультатных поисков Виктор наконец заглянул под кровать, достал оттуда какую-то вещь и швырнул ее в Дмитрия. – Ну что, Маринка в цыганской юбке и блузке приходила? Так, а это что у нас… – он еще пошарил под кроватью и со злостью опять швырнул в Дмитрия какую-то вещь. – А это у нас дамская сумочка, с которой Маринка приходила. А точнее, сумка, в которой были деньги Егорова. «Маринка приходила». Мы ее по всему городу ищем, а она под самым носом! – Ладно, хорош, хорош, не шуми, – попытался успокоить приятеля Крым. – Сейчас Димка немного подумает и сам нам все расскажет. Правда, Димон? – Ладно, черт с этой цыганкой, – уже немного спокойней произнес Виктор. – Мне деньги нужны. Где деньги?! Понимая, что отпираться бесполезно, Дмитрий вытер на лбу выступившую испарину и виновато взглянул на брата: – Вить, выслушай меня, пожалуйста. Я не хочу тебе врать, поэтому скажу честно – деньги у меня. Земфиры нет, точнее говоря, она в надежном месте, вам ее не найти. Деньги я вам не отдам, потому что хочу их отдать лично в руки Егорову. Я не хочу вдаваться в подробности, но Земфира по моей вине влипла в эту историю. Поэтому я сам должен ей помочь. – Во дает. – Виктор усмехнулся. – Видно, ты, брат, кое-чего не понимаешь. Давай я введу тебя в курс дела. Как ты думаешь, откуда я узнал про тебя с Земфирой? Можешь не отвечать. Я тебе объясню. Все очень просто. Вчера вечером вы совершили праздничное турне по центру города. А еще вы засветились почти на всех видеокамерах в центре. Молодцы. Ну с Земфирой все ясно. Но то, что ты мой брат, – этого пока никто не знает. То есть, кто ты такой и где тебя искать, не знает никто. Это хорошо, что я с парнями увидел эти записи. Поэтому я поторопился и лично встретился с Егоровым. И очень попросил его попридержать своих псов. Я сказал, что сам лично с парнями займусь этим делом. Соответственно, если мы не вернем деньги раньше, чем узнают, что ты мой брат, то у нас, а следовательно, и у тебя, будут проблемы. Очень большие проблемы. Я ясно выражаюсь? А если быть еще точнее, пока ты не скажешь, где находятся деньги, отсюда не выйдешь. – Я сказал, что деньги отдам только лично в руки Егорову, – упрямо продолжал стоять на своем Дмитрий. – Если деньги я отдам вам, то до Егорова они могут просто не дойти, и из-за этого может пострадать Земфира. А я этого не хочу. – Да на кой черт тебе сдалась эта девка? – окончательно взбесился Виктор. Словно ошпаренный, он вскочил с кровати и принялся нервно расхаживать по комнате. – У тебя с ней дела какие-то, что ли? Да что у тебя может быть общего с этой цыганкой… – Я ее люблю, – неожиданно для себя соврал Дмитрий. – Мы давно уже знаем друг друга, я просто не хотел тебе этого говорить. Но у нас все очень серьезно. – Какой бред… – Виктор присел на кровать, закрыл лицо руками и тяжело вздохнул. – Да не парься ты, Витек, – с трудом пытаясь подавить приступы смеха, принялись успокаивать его Серый и Крым. – Неужели непонятно, Димка разыгрывает тебя, а ты уши развесил… – Подожди, Дим, – уже спокойней произнес Виктор, – пожалуйста, объясни мне, когда и где ты мог перехлестнуться с этой девкой? Ты же всю жизнь, сколько я тебя помню, сидел за своими дурацкими книжками и не вылезал из дома… – Значит кое-чего ты не заметил, – пытаясь доигрывать роль безумно влюбленного, грустно произнес Дмитрий. – Хорошо, – Виктор снова нервничал, – какого черта, да и вообще, каким образом ты влип в эту дурацкую историю? Из-за каких-то денег связаться с цыганкой и пойти на криминал… Ты же не такой, ты не мог на это пойти… Это она тебя подговорила? Объясни мне, как все это могло произойти… Ограбить одного из самых серьезных людей в городе! Это надо быть или очень отчаянным человеком, или последним дебилом. – Ситуация с деньгами – это недоразумение. Земфира не виновата, во всем виноват я, – пытаясь сохранять спокойствие, произнес Дмитрий. – И деньги эти я собираюсь вернуть. – Дим, ты в своем уме? – уже устало произнес Виктор. – Одно из двух – или ты нам сейчас просто чешешь по ушам, или ты реально не в себе. – Понимай это как хочешь, можешь верить, можешь нет, но мы в самом деле уже давно с Земфирой любим друг друга и скоро собираемся пожениться, – опять соврал Дмитрий. Серый и Крым напряженно замерли в ожидании реакции Виктора, а тот, в свою очередь, застыл словно сфинкс, побледнел и с глупым видом уставился на хладнокровное, непроницаемое лицо Дмитрия. – Боже мой, Ромео и Джульетта, – произнес он подавленным голосом. – Куда мир катится? Собственный брат и цыганка… Как в кино… Так, ладно. Начнем с самого начала. Деньги у тебя? – Да, деньги у меня, – устало ответил Дмитрий. – Черт с ней с этой цыганкой. Деньги надо вернуть в любом случае. Что ты предлагаешь? – Вы устраиваете мне встречу с Егоровым один на один. Я забираю деньги с тайника, встречаюсь с ним и отдаю ему его деньги. На лице Виктора мелькнула надменная ухмылка: – А если он решит наказать тебя и попытается от тебя избавиться навсегда? – Не вижу смысла. Во-первых, какой смысл избавляться от человека, который вернул тебе твои деньги и ничего за это не требует? Во-вторых, я передам ему кое-какую информацию, и мы мирно разойдемся. – Ну ладно, черт с ним, отдашь ты ему деньги, но какая… какая может быть у тебя для него информация?.. У тебя. У простого пацана… Ты хоть понимаешь с кем ты собираешься общаться, какие у этого человека связи? Да он с такими, как ты, вообще не общается. Что ты можешь ему такого сказать, что он тебя послушает? – Виктор отвернулся от Дмитрия и задумчиво уставился в окно. – Вить, устрой мне встречу с Егоровым – один на один, пожалуйста… Я отдам ему деньги и обещаю, все будет нормально, я тебя не подведу. После непродолжительного раздумья Виктор наконец отошел от окна, обнял Дмитрия и, по-братски похлопав его по спине, произнес: – Не знаю, что ты там задумал, но я помогу тебе. После того как не стало мамы, роднее тебя у меня никого нет. Я сделаю все, как ты просишь. Я устрою тебе встречу с Егоровым, но ты мне должен кое-что пообещать… Пообещай мне, что за время всей этой истории ты постараешься сделать все для того, чтобы с тобою ничего плохого не произошло. Иначе я себе этого не прощу… – Обещаю, – уверенным голосом произнес Дмитрий. – Ну что ж, ладно, я поверю тебе. – Виктор тяжело вздохнул. – Готовься, завтра я тебе устрою встречу, но ты должен очень, очень постараться. – Он выпустил брата из объятий и кивнув приятелям, что можно идти, решительно направился к выходу. Вечером позвонила Марина и сообщила Дмитрию о том, что Ольга и Земфира на место добрались благополучно. А потом, звонко смеясь, еще около получаса она рассказывала Дмитрию о том, как по дороге на дачу Костя умудрился на своей машине влезть в грязь и потом девчонкам пришлось самим целых полчаса выталкивать машину на сухую ровную дорогу. Когда Маринка окончательно наговорилась, Дмитрий, сославшись на то, что завтра тяжелый день, поблагодарил ее за помощь, пожелал ей спокойной ночи. Развязка Утром по-хамски громко хлопнули входные двери. Дмитрий проснулся, но все еще лежал не открывая глаз. Лучи теплого солнца, заливая собою всю комнату, приятно ласкали его лицо, словно пытались сказать: «Поспи еще немного, тебе некуда спешить, дела подождут…» Понимая что это пришел брат и поспать уже вряд ли удастся, Дмитрий лениво зевнул и теперь окончательно приоткрыл глаза. Через мгновение в дверях появился Виктор. – Проснулся? Молодец. Давай вставай, – он прошел через всю комнату, взял пульт и включил телевизор. – Пока ты спал, я побывал в офисе у Егорова и все разузнал. В полдвенадцатого все расходятся на обед, кто домой, кто в кафе, короче говоря, кому куда нравится. Егоров в это время должен подъехать часика на пол, по делам. Вот ты там с ним и поговоришь с глазу на глаз. Но ты не переживай, я буду рядом. Кстати, деньги при тебе? – он вопросительно взглянул на Дмитрия. – Нет, надо съездить в одно место и забрать, – натягивая джинсы, произнес Дмитрий. – А где? – Не важно. Я сам за ними съежу. – Значит, так. Я тебе пообещал, что помогу? Пообещал. Все тайны в сторону. Говори, где деньги. Мы вместе быстро съездим и заберем их. Тем более сумма приличная. Тебе сейчас одному оставаться с такой суммой нежелательно. Если ты сейчас отправишься за деньгами и у тебя что-то не получится, то все будет очень, очень плохо. Поэтому, хочешь ты этого или не хочешь, но сейчас мы вместе едем за деньгами! – Деньги на вокзале, в камере хранения, – произнес Дмитрий, направляясь в ванную комнату. – Что? Ты в своем уме? – Виктор схватился за голову и автоматически направился вслед за Дмитрием. – Да ты хоть знаешь, что это за район? Да там жулья больше, чем пассажиров и персонала вместе взятых. Кто оставляет такие деньги в камере хранения? Боже, если деньги все еще там, то это хорошо. В общем, так, сейчас ты очень быстро приводишь себя в порядок а потом сразу же бегом вниз, поедем на вокзал. Я с парнями будем ждать тебя в машине. Давай шевелись! На вокзал ехали молча. Несмотря на начало дня, жара уже давала о себе знать. Глобальное потепление, о котором твердили во всех газетах и на всех телеканалах, нынешним летом сделало этот небольшой, развивающийся городок, похожим на раскаленную сковородку. От лучей палящего солнца железный корпус машины раскалился настолько, что воздух внутри салона казался похожим на удушливую, газообразную, кипящую массу. Несмотря на все это, никакого недовольства никто особо не проявлял. Серый уверенно вел машину, Виктор молча смотрел в лобовое стекло, Крым беззаботно курил сигарету, время от времени стряхивал пепел на пол. Тяжело вздохнув, Дмитрий вытер рукавом выступивший на лице пот и, последовав примеру Виктора и его приятелей, открыл свое окно на полную катушку. В салон ворвался дополнительный поток горячего воздуха, но легче от этого никому не стало. Как Дмитрий ни старался, предстоящее дело не выходило из его головы. Он чувствовал, что все должно пройти нормально, потому что он все рассчитал и как следует подготовился, и все же какое-то непонятное чувство волнения не давало ему покоя. Забрать деньги из камеры хранения не составило особого труда. Ни многочисленные группы людей, ожидающие своих рейсов, ни рабочий персонал, ни наряды полиции – никто не обратил внимания на двух парней с спортивной сумкой, которые быстро направлялись к выходу. – Ну что, давай может я понесу сумку? – произнес Виктор, выходя из вокзала. – Я сам, – сухо отрезал Дмитрий. Понимая что с братом сейчас говорить бесполезно, Виктор неодобрительно покачал головой, но промолчал. – Пересчитай деньги. Все на месте? – потребовал Виктор, когда они сели в машину. Дмитрий уверенными движениями расстегнул замок и тщательно проверил и пересчитал пачки денег. – Все в порядке, – произнес он, закрывая сумку. – А те деньги, которые вы с Земфирой целый вечер тратили? – поинтересовался Виктор. Дмитрий растерянно пожал плечами: – Мы потратили совсем немного, я думаю, он даже не заметит. Виктор тяжело вздохнул и недовольно повел бровями. – Ну что? Может, в кабачок рванем? – пошутил Серый заводя машину. – Да, сейчас. Только съездим спасибо скажем Егорову за деньги… – улыбнулся Крым. – Да-а-а-а… – задумчиво протянул Серый. – Целая сумка денег, и мы собственными руками должны отдать их Егорову. Вот житуха поганая… Я таких денег и не видел даже… Да, кстати, а как отличить фальшивые купюры от настоящих без детектора наверняка, кто знает? – Как… Как обычно. На свет надо смотреть, водяные знаки и все такое… – с умным лицом произнес Крым. – Ну а если подделка идеальная, и бумага идеальная, и знаки есть, ну вообще не отличить, тогда как? – не унимался Серый. – Как? – Крым ехидно уставился на Серого. – Короче, все просто. Берешь купюру, так немного под углом на нее смотришь, если на ней есть след от прищепки, значит, фальшивая. Ну, фальшивые деньги – их же на прищепках сушат, по всей квартире развешивают на веревках, после того как напечатают… Парни рассмеялись. – Это ты сам придумал? – произнес Крым. – Че вы ржете. Я в кино видел. Там фальшивомонетчики напечатанные деньги всегда так сушили, – обиженно произнес Серый. Виктор перестал смеяться и уже серьезно взглянул на Дмитрия. – Ну что, Дим? Может быть, все-таки отдашь деньги мне, а я сам разберусь с Егоровым? – Нет, я сам, – уверенно ответил Дмитрий. Крым с Серым улыбнулись, а Виктор еще больше нахмурился. – Ну, может быть, ты хоть свой план расскажешь, чтобы нам поспокойней было? – с трудом пытаясь сохранять спокойствие, произнес Виктор. – О чем ты там с ним собираешься говорить? Чувствуя, что атмосфера снова начинает накаляться, Дмитрий покрепче прижал к себе сумку и взглядом человека, излучающего уверенность в своих действиях, посмотрел на брата: – Вить, пожалуйста, положись на меня. Я пока не могу ничего сказать, уверяю тебя, все будет нормально. Только об одном прошу, мне надо встретиться с ним один на один. Виктор достал из-за пояса пистолет, проверил обойму и снова засунул за пояс. – Надеюсь, ты все как следует продумал. Аргументы были приведены убедительно. Дмитрий молча кивнул головой в знак того, что осознает сложность ситуации, и, не желая дальше напрягать атмосферу, отвернулся к окну. Через полчаса их потрепанная «шестерка» припарковалась на стоянке возле небольшого, оформленного в современном стиле здания. Виктор быстро вылез из машины и отыскал взглядом среди десятка иномарок автомобиль Егорова. – А теперь слушай внимательно, – произнес он, обращаясь к вылезающему из машины Дмитрию. – Что бы не случилось, я постоянно буду рядом с тобой. Человека, к которому мы идем, зовут Егоров Геннадий Андреевич. Обращаться только на вы. Лишнего ничего не говорить. Если пойдет что-то не так, как ты задумал, забудь обо всем и сваливай все на меня. Если начнется серьезный замес, уходи без разговора, я прикрою… Дмитрий поправил сумку на своем плече и кивнул в знак согласия. – Вить, может, мы тоже пойдем, – поинтересовался Серый, вылезая из машины. – Вы на стреме. В случае чего подтягивайтесь. – Виктор похлопал приятеля по плечу и зашагал в сторону офиса. Время было почти двенадцать. Как они и предполагали, в офисе почти никого не было. Кроме охраны. Их было человек восемь, на первом этаже. На втором этаже их встретили два высоких, широкоплечих парня, один из которых, демонстративно преградив им дорогу, деловито откинул полу своего пиджака, из-под которой показалась кобура с пистолетом. – Его личные телохранители, по совместительству киллеры, – объяснил Дмитрию Виктор, подымаясь по лестнице. – Виталь, шеф у себя? – обратился он к одному из них. – А, это ты, Витек, – произнес басистым голосом парень размером со шкаф. Он окинул внимательным взглядом незваных гостей, лениво зевнул, негромко постучал в дверь за своей спиной и быстро исчез в кабинете своего начальника. Через мгновение здоровяк появился снова. Он кивнул Виктору, что можно проходить и, не говоря ни слова, покорно отошел в сторону. Виктор постучал в дверь и, не дожидаясь ответа, сразу вошел в кабинет. Дмитрий последовал за ним. Важно развалившись в просторном кресле за огромным столом, лысый толстоватый мужчина лет пятидесяти, с хитрыми маленькими глазками и заплывшей толстой шеей, внимательно изучал какие-то документы. Заметив вошедших посетителей, он, наконец отвлекся от своих дел и, протерев платком лоснящееся от пота лицо, недовольно произнес: – А, Виктор, это ты? Ну, что скажешь, нашли деньги? Ты просил у меня на поиски два дня. Они уже прошли… – Послушайте, Геннадий Андреевич, – немного волнуясь, принялся объяснять Виктор, – в общем, мы частично проблему решили, но есть кое-какие нюансы… – Теперь ты меня послушай, Вить, – с презрительной ухмылкой на лице перебил его толстяк. – Какие еще могут быть нюансы? Ты мне что говорил?.. «Я знаю в этом районе, каждую собаку и обещаю, в течение двух-трех дней деньги и эта чертова цыганка будут найдены». Я доверил тебе это дело, а теперь ты мне говоришь о каких-то нюансах? – Простите меня, пожалуйста, – вмешался в разговор Дмитрий. – Геннадий Андреевич, я Дмитрий, брат Виктора, и у меня для вас как раз по этому поводу есть одна очень важная информация. С этими словами Дмитрий подошел вплотную к столу бизнесмена и направил на толстяка свой твердый и решительный взгляд. – Сейчас вы видите только мои глаза и слышите только мой голос, – громко и уверенно произнес он. – Не понял… Почувствовав неладное, толстяк попытался вскочить навстречу Дмитрию, но, сраженный его магическим взглядом, устало снова опустился на место. – Повторяю, – уверенно звучал голос Дмитрия, – вы видите только мои глаза и слышите только мой голос. Вам ужасно хочется спать. Ваши глаза закрываются. Окончательно закрываются. Вы слышите только мой голос и беспрекословно ему подчиняетесь. Вы засыпаете, засыпаете, засыпаете… Вы спите… Еще какое-то мгновение толстяк смотрел на Дмитрия удивленными глазами, но постепенно его взор помутнел, веки закрылись, и его громоздкое неуклюжее тело, словно желе, беспомощно расплылось в кресле. Краем глаза, Дмитрий заметил, как Виктор схватился за рукоять пистолета, но уже через мгновение убрал руку от пистолета и, потрясенный увиденным, он только глупо и ничего не понимая переводил взгляд то на брата, то на бессмысленно идиотскую физиономию бизнесмена. – Геннадий Андреевич, – уверенно продолжал Дмитрий, – сейчас с моей помощью вы должны кое-что вспомнить. Времени нет и нет реальности. Есть только мой голос, и вы беспрекословно исполняете все, что я вам говорю. Вспоминаем. Вспоминаем, куда могли деться пропавшие деньги. – Вспоминаем. Вспоминаем, куда могли деться пропавшие деньги, – покорно повторил толстяк. Его тело стало совсем неподвижным, а лицо и лысина покрылись легкой испариной. – Все правильно, вы на верном пути. Еще немного, и вы вспомните… – Дмитрий обошел стол, выложил из сумки деньги в один из шкафчиков, после чего быстро вернулся назад. – Стоп! Внимание! Теперь вы вспомнили, куда делись пропавшие деньги. У вас никто их не крал, и никуда они не пропадали. Вы просто забыли их в офисе, у себя в столе. – Деньги никто не крал и они никуда не пропадали, я их забыл в офисе в столе, – покорно повторил толстяк. – Слушаем внимательно только мой голос! Только мой голос! Цыганка Земфира ни в чем не виновата, и вы срочно отдадите команду, чтобы ее перестали преследовать и оставили в покое раз и навсегда. – Цыганка Земфира ни в чем не виновата, и я срочно отдам команду, чтобы ее перестали преследовать и оставили в покое раз и навсегда, – снова покорно повторил за Дмитрием толстяк. – Теперь внимание! – уже громче произнес Дмитрий. – Сейчас я просчитаю до трех, вы проснетесь и ничего не будете помнить из того, что здесь происходило, а через час после нашего ухода найдете деньги в столе и срочно отдадите команду, чтобы прекратили поиски денег и цыганки. Раз… Два… Три… – Дмитрий щелкнул пальцами, и взгляд бизнесмена протрезвел. Он наконец зашевелился и удивленно осмотрелся по сторонам. – Кажется, я немного задремал, – как-то глупо улыбаясь, произнес толстяк. – Странно… Со мной такого еще не бывало. – Он достал из кармана носовой платок и принялся тщательно протирать вспотевшие лысину, лицо и шею. – Ну так что там у тебя, Виктор, ты по делу? Растерянно хлопая ресницами, Виктор с глупым выражением лица приоткрыл рот, чтобы что-то ответить, но Дмитрий его опередил: – Геннадий Андреевич, я Дмитрий – брат Виктора. Только что мы предложили вам свой небольшой проект по поводу вашего бизнеса. Каким будет ваше решение? – А-а… Ты Дмитрий, брат Виктора, – сделав умное лицо, произнес бизнесмен. – Ну да, помню, помню. Значит, каким будет мое решение… – толстяк сделал вид, будто понимает, о чем идет речь, и задумчиво уставился на посетителей. – Ну, в общем-то, идея неплохая, даже, можно сказать, любопытная, но сейчас ничего конкретного вам пока сказать не могу. Давайте так: я сейчас занят а когда у меня появится свободное время, я как следует подумаю над вашим предложением и тогда уже сам вам позвоню. – Ну что же, хорошо, – без капли сожаления произнес Дмитрий. – В таком случае мы не будем забирать у вас ваше время и пойдем. Ну а вы, если посчитаете нужным, сами уже сможете позвонить нам в любое удобное для вас время. – Хорошо, хорошо. Я позвоню, Вить, позвоню, – произнес бизнесмен, провожая взглядом удаляющихся посетителей. Прошел ровно час с того момента как странные посетители покинули кабинет Геннадия Андреевича. Не в силах терпеть невыносимую головную боль, бизнесмен решил принять таблетку. Только он открыл один из шкафчиков своего стола, головная боль неожиданно прошла, но внимание Геннадия Андреевича привлекли какие-то странные пачки, которыми полностью был набит его шкафчик. Это были деньги. Деньги, которые пропали несколько дней назад. Быстро пересчитав их количество, бизнесмен с нескрываемой улыбкой на устах откинулся на спинку своего кресла и в первый раз за эти несколько дней облегченно вздохнул. Теперь он точно знал, а точнее говоря, не только знал, но и помнил, как деньги сам лично оставил у себя в офисе, в столе. Несмотря на то, что все благополучно завершилось, забрать Земфиру с дачи Дмитрий решился спустя только две недели, когда все окончательно улеглось. Как Дмитрий и ожидал, летнее солнце и физическая работа девушкам пошли на пользу. Оля окончательно поправилась и выглядела счастливой и бодрой, а Земфира, в свою очередь, за это время, проведенное за работой на грядках, получила такой загар, какой можно получить только на далеком жарком юге. По дороге домой Оля, Марина и Костя без остановки хохотали на всевозможные темы. Дмитрий тем временем рассказал Земфире что все уладилось. Деньги нашлись. А о ней, так как она здесь совершенно ни при чем, давно уже все забыли. Расставание с Земфирой было банальным и в чем-то даже грустным. Около минуты Дмитрий и Земфира стояли напротив и смотрели друг другу в глаза. Они были знакомы всего лишь пару недель и почти ничего не знали друг о друге, тем не менее где то в глубине души Дмитрий знал, что их объединяло что-то большое, чем просто случайная встреча, чем просто дружба. – Пока, красавчик, – с грустью произнесла Земфира. – Спасибо, что не бросил в трудную минуту. Хороший ты парень. Уверена, будет у тебя все хорошо. Найдешь что ищешь, будешь знаменит, удача всегда будет с тобой. – А любовь? – неожиданно для себя произнес Дмитрий. – А любовь тебя сама найдет. – Спасибо. Был очень рад встрече с тобой. Может, еще увидимся. Больше не было ничего – ни поцелуев, ни рукопожатий. Дмитрий смотрел вслед. Земфира уходила словно видение, плавно, грациозно, будто парила над землею. Молодая, красивая, дерзкая… Не такая как все. Ночной сеанс Джунгли закончились. Старик и мальчик, вышли к небольшой деревушке. – Аджан, нам надо поторопиться. Пока не так жарко, мы можем здесь дать, небольшое представление… – оживленно произнес факир. Неожиданно сон Дмитрия прервался. Старик и мальчик, растворились словно дымка, и перед Дмитрием снова появилась Она. Это была Земфира. Она уперла руки в бока, и издевательски, ехидно улыбалась. Дмитрий вылез из под одеяла, нервно прорычал и потер лицо руками. Видение испарилось, но спать больше не хотелось. Дмитрий взглянул на мобильник. Часы показывали шесть утра. Дмитрий тяжело вздохнул. Этот кошмар, продолжался уже несколько недель и уже порядочно начал Дмитрию надоедать. Каждое утро, ровно в шесть, эта самодовольная особа прерывала его сон, и бесследно испарялась в воздухе. День прошел по стандартному сценарию. Душ, завтрак, компьютер, книги про гипноз, а дальше – компьютер, компьютер, компьютер. Как только темнело, Дмитрий уходил бродить по ночным улицам. В этот раз, Дмитрий забрел на другой край города. Здесь он, еще не разу не был. Неожиданно, кто-то нагло и больно ущипнул его в плечо. Дмитрий испугано оглянулся – это снова была она. – Привет, красавчик! Приятно удивлена. Каким ветром? Случилось что? – В игривом голосе девушки чувствовалось легкая насмешка, и в то же время от взгляда Дмитрия не ускользнуло, что она немало удивлена и в то же время не менее рада его неожиданному визиту. Дмитрий снял наушники, отключил плеер, и пытаясь избавиться от назойливой галлюцинации, усердно потер глаза. Галлюцинация не куда не исчезла. Девушка все еще стояла напротив, и ехидно улыбалась ему в лицо. – Привет… Я вообщем… Просто ходил по улицам, слушал музыку, смотрел на ночное небо, на звезды… А ты здесь откуда? Земфира звонко рассмеялась. – Странный ты парень, ей богу. Смотрел на звезды, а пришел к моему дому? Я вообще-то здесь живу. Ты уверен что думал именно о звездах, когда шел сюда? Кстати вон мои сестры. Могу познакомить если хочешь. В самом деле, недалеко, в метрах тридцати от Дмитрия, возле больших ворот, стояли три черноволосые девушки шестнадцати-семнадцати лет. Стильно одетые, со внешностью фотомодели, они оценивающим взглядом пристально сканировали Дмитрия с головы до ног, нахально улыбались и что-то активно обсуждали. Земфира повернулась к ним в пол оборота и строго, что-то крикнула по-цыгански. Не сговариваясь, те развернулись, и уже через мгновение исчезли за калиткой. – Ладно. Познакомится уже не получиться, им спать пора, – строго произнесла Земфира. Дмитрий сдержанно улыбнулся. – Понимаю. А ты значит здесь живешь получается? – Получается так, красавчик. – Да, в самом деле странно… Сам не могу понять, как я здесь оказался. – Ну если звезды привели тебя к моему дому, значит так было надо. Говори с чем пришел, если смогу, помогу. – Помощь… Да нет. Наверно не надо. У меня все нормально. Живу по старому, без изменений. Вот. Из-за жары, почти целый день сижу дома. Коротаю время за компом. А как только начинает темнеть, выхожу на улицу, и допоздна, брожу по ночному городу. А ты как? – У меня тоже все не плохо. Сегодня вот, с сестрами ходили в центр. Неплохо отдохнули. Дмитрий кивнул головой: – Рад за тебя. Земфира улыбнулась и кивнула в ответ: – Да, было здорово. Дмитрий вспомнил как они с Земфирой, еще почти не так давно, прожигали деньги Егорова и тоже улыбнулся: – А помнишь тот вечер, как мы с тобой бродили по городу? Витрины магазинов, баров. Все светилось яркими огнями. Много людей. Гуляют влюбленные парочки. В воздухе повис аромат кафэшек, и пахнет летом. А потом я пригласил тебя в ресторан… Земфира расмеялась: – Да. Мы заказали супер дорогой столик, заплатили кучу денег, почти ничего не ели, а через десять минут ушли оттуда. Неплохо шиканули. – А потом снова, бродили по ночному городу. Ты помнишь, это был странный вечер. Небо и звезды висели так низко, что казалось, к ним можно было прикоснуться рукой… – Да, это был лучший вечер в моей жизни. – Да, это в самом деле было здорово… В эту минуту, из-за калитки, показалась одна из девушек. Она крикнула Земфире что-то по-цыгански, и снова исчезла. – Извини, мне пора домой… – хмуро произнесла Земфира. Дмитрий растерянно повел плечами: – Ну да… Понимаю… – Ну я пошла? – Да конечно. – Пока… – Пока… Девушка развернулась, и уже хотела уходить, но Дмитрий неожиданно поймал ее за руку. – Подожди… Земфира обернулась. В ее глазах застыла растерянность: – Что? – Понимаешь, я хотел тебя кое о чем спросить… – Спрашивай… Дмитрий нерешительно переминался с ноги на ногу. – Тут такая ситуация… Нужен совет… Но я даже не знаю, у кого спросить… – Ну давай. Говори. – Вообщем есть один человек… Вообщем, этот человек, не выходит у меня из головы. Я ничего с этим поделать не могу. Девушка прищурила глаза: – Дай угадаю… Девченка? – Возможно. – Гордая и высокомерная? – Она хочет такой казаться… Но в внутри она совсем другой человек. Я это чувствую. Лицо Земфиры стало серьезным. – Ох, опасную ты затеял игру красавчик. На что сдалась тебе эта девчонка? – Она, не такая как все… И она… – Молчи… – Девушка выставила открытую ладонь перед лицом Дмитрия. – Больше ни слова. С огнем играешься красавчик. Хочешь совет? Слушай. Та о ком думаешь, покоя себе найти не может, думает о тебе день и ночь. Только разные у вас дороги… И люди вы разные. Ты небо, она земля, ты день, она ночь, и в разных мирах живете. Ох разные вы. Забудь пока не поздно. Иначе чувствует мое сердце, быть беде. – Девушка подошла так близко, что Дмитрий почувствовал запах ее волос. Они пахли степью, ветром и вечерней прохладой. – А если я не захочу забывать. – Придется. Забудь о встречах навсегда. С глаз долой, из сердца вон. – Значит, ты считаешь, все это бессмысленно и шансов никаких нет… – Не знаю, это уже время покажет. Иногда судьбы людские слаживаются так, что и в кино такого не увидишь… Глаза Земфиры как-то загадочно прищурились. – А знаешь, красавчик, кажется, я знаю, где найти ответ на твой вопрос. А давай-ка я тебе погадаю. – Она взяла левую руку Дмитрия, повернула ладонью к себе и принялась внимательно всматриваться в замысловатые линии. – Какой странный рисунок, где-то я уже видела такую же, очень похожую линию судьбы… – задумчиво, неожиданно произнесла она. – Ну, ладно. Так… слушай. Армия у тебя пройдет благополучно, – ободряюще сделала она первое заключение, после чего ее брови немного нахмурились. – Проблемы будут у тебя большие, жизнь твоя и твоих друзей будут в опасности. Для тебя все пройдет благополучно, – опять обнадежила она. – Вижу любовь твою… Ты ее сильно любишь. Женат будешь, – на миг в глазах девушки промелькнула грусть. – Русская она, это точно, красавица. Родит тебе девочку. И проживете вы с ней счастливо и долго. – Стараясь не выдавать своих чувств, Земфира взглянула в глаза Дмитрия и, давая понять, что закончила свое гадание, своими теплыми ладошками закрыла его ладонь. – Ну вот и все, красавчик, – с насмешкой в голосе произнесла она. – Гадать меня тетя научила хорошо, так что извини, Дим, если что не так сказала. Денег с тебя за гадание не возьму, это тебе мой подарок. Спасибо тебе большое, что с деньгами не бросил меня тогда. Хороший ты парень. Но больше не приходи сюда никогда… И забудь ту, о ком думаешь. Прощай. Девушка направилась домой и, кружась в заводном танце, принялась напевать: – Ты не стой на моем пути, да поверни ты буланого коня, ох не поздно еще спасти и тебя, и меня… Земфира исчезла так же быстро, как и появилась, словно видение, словно ничего и не было – просто мираж… Настроение было окончательно испорченно. Дмитрий брел в неизвестном направлении уставившись взглядом в мелькающие кроссовки, и прокручивая в голове слова Земфиры. Теперь он точно знал, что с ним происходило все эти дни и почему образ этой кареглазой цыганки и утром, и днем и ночью стоял перед его глазами. «Любовь, любовь, любовь», – стучала единственная мысль в его голове. Он читал об этом в книгах. Об этом каждый день показывают по телевизору. Но для Дмитрия это всегда был всего лишь пустой звук. Придуманный наивными романтиками дешевый предмет поклонения, не более. И вот сейчас он сам был жертвой этой самой любви. Как это могло произойти? Почему? Этого совершенно не было в его планах и не должно было произойти. Тогда где? И что он сделал не так? Где именно он прокололся? Как и чем эта заносчивая цыганка смогла его очаровать? А может, это колдовство? Магия? Или пресловутый цыганский гипноз? Только сейчас Дмитрий понял смысл той зловещей магической фразы, которую Земфира произнесла перед отъездом на дачу, – «Дим, ты меня любишь?». Все правильно, одно из основных правил гипноза – удачно выбрать время, место и обстоятельства, добавить твердый, целенаправленный взгляд в глаза, уверенный голос, и дело сделано. «Может, она в самом деле обладает сильным гипнозом и может наводить его на людей, ведь многие цыганки обладают гипнозом», – думал Дмитрий. – Но почему он? Зачем? Дмитрий терялся в догадках, но поделать с собой ничего не мог. Энергетическая зараза под названием любовь, заложником которой он стал по вине этой заносчивой, самодовольной цыганки, крепко взяла его в свои цепкие лапы и отпускать, похоже, уже не собиралась. Смешно и нелепо это было осознавать, но факт оставался фактом. Он, как и многие, стал жертвой этого страшного, психического вируса, и что с этим делать и куда от этого деваться, Дмитрий не знал. Погода начала немного портиться. Подул легкий ветер, и на небе появились небольшие облака. Дмитрий забрел на какую-то промзону, потом была какая-то свалка и бесконечный лабиринт из старых, серых пятиэтажек со множеством гаражей. Время казалось – остановилось. Неожиданно старый жилой массив закончился и пошли стройные высотки, нового, престижного района. Дмитрий решил срезать дорогу и свернул на алею, ведущую в густой лесопарк. Уже через несколько минут, он наткнулся на небольшую компанию парней и девченок. Компания плотно облепила столик и две скамейки, похоже провела здесь уже не один час, и для ночного времени, вела себя довольно шумно и агрессивно. Дмитрий уже прошел мимо, но чей-то басистый голос, его неожиданно окликнул. Дмитрий обернулся. Ему на встречу направлялся здоровенный, гарилообразный детина двухметрового роста. – Эй, приятель, тормози. Закурить не найдется? – Гарилообразный подошел к Дмитрию почти вплотную и, согнувшись чуть ли не в половину, нахально уставился Дмитрию в лицо. – Не курю, – сухо ответил Дмитрий, внимательно всматриваясь в гарилообразную физиономию. – А почему не куришь? – тупо гыгыкнул тот. – Спортсмен, что ли? – Просто не курю и все, и другим не советую, вредно для здоровья, – уже немного злясь, ответил Дмитрий. – А ты что, врач, что ли, что такие советы даешь? – снова гыгыкнул здоровяк. – Ну иди тогда с ребятами поздоровайся, заодно и познакомишься. А то не красиво как-то получается, проходишь мимо, ни здрасте вам, ни до свидания… Чувствуя что гарилообразный умышленно пытается его спровоцировать и вскоре конфликта будет не избежать, Дмитрий смерил громилу колючим взглядом и, стараясь сохранять спокойствие, как можно вежливей произнес: – Я слишком малообщителен, поэтому веду закрытый образ жизни. – А это как? – сделал удивленное лицо здоровяк. – Вы меня не знаете, я вас не знаю. Я иду домой и спокойно прохожу мимо, а вы как отдыхали, так и отдыхаете, и ни у кого не возникает никаких проблем. – Во дает, – здоровяк слегка ткнул кулаком Дмитрия в плечо и начал громко рыготать. – Вот сейчас дам по твоей головешке, и сразу поймешь, у кого из нас тут проблемы… «Хорошая драка, с обильным кровопролитием – неплохая оконцовка, для такого скверного вечера», – даже с какой-то радостью подумал Дмитрий. «Если драки не избежать, а у противника явное преимущество в росте и силе, бей первым», – это правило он знал хорошо. Понимая что в этой ситуации, его шансы на победу фактически равны нулю, Дмитрий прицелился в огромную голову здоровяка и уже окончательно решил напасть первым. В эту минуту из компании раздался голос: – Емеля, не трогай его. Это нормальный чувак, он из соседнего района, я его знаю. Дмитрий взглянул в темноту. Он узнал его, это был Артур, то есть Хмурый. Невысокий, крепко сложенный, коротко подстриженный парень с угрюмым лицом. Получил свое прозвище за суровый бескомпромиссный характер, после того как вернулся с армии. Несколько раз Дмитрий видел его в компании Виктора. Виктор не раз упоминал, что тот в свое время был на войне, но когда и на какой именно войне, история умалчивала. Не желая перечить своему авторитетному приятелю, здоровяк взглянул на свои пятикилограммовые кулаки и разочарованно вздохнул: – Артур, а чего это он тут умничает? А может, все-таки хлопнуть его пару раз по голове? Не будет в следующий раз дерзить старшим… – Повторяю, – уже строже произнес Артур, – этого парня не трогать, он брат одного моего приятеля. Зовут Дмитрий. Кстати, как мне говорили, парень обладает гипнозом, так что в принципе можешь разбираться с ним, только смотри, чтобы потом нам самим тебя спасать не пришлось… – Чего, чего? Вот этот чувак обладает гипнозом? – гарилообразный вопросительно взглянул на свою компанию и принялся идиотски хохотать. В компании все зашевелились и принялись между собой оживленно переговариваться. – А давайте девчонок загипнотизируем, – предложил кто-то. – Разденем их, а потом… – Да заткнись ты, придурок, – послышался женский голос в ответ. – Лучше тебя сейчас загипнотизируем и заставим все окурки сожрать, которые вы здесь разбросали. В компании наперебой начали кричать друг на друга. – Нет, нет. Исключено. Я точно не собираюсь никого гипнотизировать, – сухо отрезал Дмитрий. – Во-первых, мне надо идти, во вторых… Это не то время, и не то место… Дмитрий начал аккуратно пятиться назад но здоровяк схватил его за руку. – Тормози, ты торопишься? Если не хочешь никого гипнотизировать, загипнотизируй меня! Дмитрий аккуратно избавился от захвата руки здоровяка и внимательно взглянул в его глаза: – Не хочу тебя пугать, но это может для тебя очень печально закончиться. Просто гипноз – штука серьезная. Это прямое вмешательство в сознание человека, могут быть последствия и все такое… – Ты что, пытаешься меня запугать? – Громила снова принялся идиотски хохотать, брызгая слюною в разные стороны. – Понимаешь, я никого не боюсь. Ни тебя, ни полиции – никого. Я боюсь только самого себя, да и то только тогда, когда выпью. Ну что, мне еще долго тебя упрашивать? Из компании послышалось дружное хлопанье в ладоши и свист. Дмитрий прекрасно понимал, что слова этого верзилы – это всего лишь его показное хвастовство перед компанией, и тем не менее несмотря на всю свою неприязнь к этому наглецу еще раз попытался отговорить того от дурацкой затеи с гипнозом: – Послушай, а ты не боишься, что сейчас ты герой, а через мгновение ты уже покорная игрушка в чьих-то руках? Твое сознание и тело – они уже не будут тебе подчиняться. Ты просто станешь покорным рабом чужой воли. Разве тебя это не пугает? – Нет, не пугает, – ехидно улыбнулся здоровяк, – не боюсь я ни тебя, ни твоего гипноза, ну вообще ничего, доходит до тебя, приятель, или нет? – Значит, ты не боишься ни меня, ни моего гипноза, и вообще ничего… – задумчиво произнес Дмитрий. – Ну а тебе известно, что в мире существует великое множество вещей, которых боится человек? Предположим, страх остаться в одиночестве, боязнь замкнутых стен, боязнь пауков, змей и так далее, страх смерти и, в конце концов, страх перед богом… Неужели ты вообще ничего не боишься?.. – А ты что, еще и в бога веришь? Ну ты вообще даун, ты сюда еще бы инопланетян приплел… Слушай, фокусник, ты меня уже злишь, я же сказал тебе, я ничего не боюсь, совсем ничего, ты еще долго будешь меня запугивать? – Значит, ты ничего не боишься, не веришь в бога и хочешь, чтобы я тебя загипнотизировал… Ну что же, ты сам этого хотел. – В глазах Дмитрия уверенно загорался огонек азарта. – Освободите ему место, пусть сядет, – произнес он, повернувшись в сторону компании. Дмитрий всегда придерживался железного правила не афишировать свои способности, но почему-то именно сейчас ему обязательно хотелось проучить этого наглого самоуверенного здоровяка, тем более после разговора с Земфирой его настроение было испорчено окончательно, и сейчас Дмитрий просто чувствовал необходимость выплеснуть свою отрицательную энергию на кого-нибудь. Компания протрезвела на глазах. Ребята радостно зашевелились и, весело перешептываясь между собою в ожидании чуда, принялись освобождать место для подопытного. Когда все было готово, Дмитрий оценивающим взглядом посмотрел на этого бугая и уверенно скомандовал: – Садись. Здоровяк деловито уселся на предложенное ему место и, глупо хихикая, вопросительно уставился на Дмитрия. – И что мне теперь делать? – ехидно произнес он. – Это что, уже сон? Я уже сплю? Он еще хотел что-то сказать, но Дмитрий его твердо перебил: – Смотреть мне в глаза! Стараясь не выдавать своего волнения, подопытный попытался улыбнуться, но вместо этого только глупо искривился в какой-то нелепой гримасе. – А как я буду смотреть тебе в глаза? Я же их в темноте не увижу? – уже виноватым голосом, негромко поинтересовался он. – Не перебивай, – еще тверже произнес Дмитрий. – Ты сейчас их почувствуешь. Дмитрий подошел поближе и, пытаясь как следует сосредоточиться, уверенно впился своим взглядом в глаза здоровяка, лицо которого от страха уже успело перекоситься до неузнаваемости. – Я не знаю, как скоро наступит это удивительное состояние, погружающее тебя в глубокий гипноз, – начал произносить Дмитрий своим магическим голосом, – но ты можешь не ждать этого и можешь сам, быстро или медленно, но уверенно погружаться в состояние полного расслабления и покоя. Внимательно смотри мне в глаза и расслабляйся. Расслабляем все мышцы: руки, ноги, все тело. Полностью расслабляемся, расслабляемся. Постоянно смотрим мне в глаза, только мне в глаза. Дмитрий еще сильнее сконцентрировал свой взгляд. Через несколько мгновений, то ли от страха, то ли от усталости, Емеля в самом деле почувствовал, а точнее, увидел глаза Дмитрия, светящиеся при свете луны, словно два маленьких горящих уголька. Еще спустя буквально мгновение Емеля почувствовал, как его глаза внезапно начинает одолевать ужасная резь. Чтобы избавиться от этого навязчивого чувства, он попытался потереть их рукой, но рука не поднималась. Тогда он попытался пошевелить другой рукой, но та тоже онемела. Внезапно Емеле стало очень страшно. Глаза Дмитрия вонзились в него, словно острые иглы, парализовав его мозг и тело. Теперь ему хотелось только одного – быстрее вскочить и убежать отсюда подальше, но тело совершенно перестало ему подчиняться. Внутри себя Емеля мысленно кричал и молил о помощи, но его никто не слышал. – Не надо ничего бояться, не о чем переживать, – как будто прочитав его мысли, продолжал дальше Дмитрий, – просто расслабляемся. Если глаза ужасно режет, они ужасно устали и нету больше сил держать их открытыми, ничего страшного, пускай они закрываются и засыпают. Глаза Емели начали постепенно закрываться. – Если ты устал, можешь полностью расслабиться и ни о чем не думать, не думать ни о чем. Мысли только о ночном безоблачном небе, о ярко светящихся далеких звездах и о луне, которая магическими чарами погружает нас в глубокое-глубокое состояние покоя, заставляя пульсировать в твоем мозгу только одно слово: «Спать… Спать… Спать…». – Смотрите! Этот придурок в натуре вырубился! – раздался чей-то удивленный голос. Девчонки испуганно перешептывались. В компании почувствовалось оживление. Дмитрий сделал жест рукой, давая понять, что сеанс не закончен, и громко отчетливо продолжил: – Внимание, Емеля, ты слышишь только мой голос. Повторяю, Емеля, ты слышишь только мой голос. Исчезло время и пространство. Больше ничего нет. Нет реальности, есть только мой голос. Ты слышишь только мой голос. И подчиняешься только моему голосу! Теперь отвечай на мои вопросы! Назови свою фамилию, имя, отчество, сколько тебе лет и где ты работаешь. – Я Емелькин Антон Анатольевич. Нигде не работаю. Мне двадцать пять лет, – покорно пролепетал здоровяк. – Молодец, Антон. Ты слышишь только мой голос и беспрекословно ему подчиняешься. Расскажи нам немного о себе. Кто твои родители, у тебя есть братья, сестры? – Моя мама работает воспитателем в детском саду, а отец работает сантехником. Еще у меня есть младшая сестра Лора, ей восемнадцать лет. – Скажи, Антон, ты любишь свою сестру? – Я ненавижу свою сестру, – с ненавистью в голосе к всеобщему удивлению внезапно прохрипел бугай. – Она намного младше меня, она красивая и отлично учится, за это родители ее обожают, а меня они вообще не замечают. Я для них словно пустое место. Для нее подарки и внимание, все только для нее. Я ненавижу ее. – Вот гад… – послышался из компании, чей-то возмущенный женский голос. – А всем хвастался, что его сестра как фотомодель, самая умная, самая красивая, мол, я ее люблю и в обиду никому не дам… – Внимание, Антон, ты слышишь только мой голос и беспрекословно веришь каждому моему слову. Если родители любят твою сестру, значит, она это заслужила. Ты ни в чем не должен винить своих родителей, я думаю, тебя они любят не меньше, просто, возможно, сейчас они считают, что твоей сестре их помощь и забота намного нужнее. Антон, люби свою сестру, твоя помощь сейчас ей тоже необходима. Внимание, Антон, а сейчас ты расслабишься и попытаешься погрузиться в сон еще глубже. Присутствующие зашевелились, было заметно, что представление им начинает нравиться. – Внимание, – обратился Дмитрий к компании, – Антон нам утверждал, что ничего в мире не боится, не верит в бога и просил меня, чтобы я его загипнотизировал. Я выполню его просьбу и продемонстрирую с его помощью вам несколько трюков из эстрадного гипноза. Но для начала мы сделаем небольшую проверку и попытаемся узнать, насколько глубоко Антон смог расслабиться и погрузиться в нужное нам состояние. – Внимание, Антон, – снова обратился Дмитрий к здоровяку, – сейчас ты еще больше и глубже погрузился в состояние сна и уже отчетливее воспринимаешь мой голос и все мои команды. Сейчас у тебя в руках красивое спелое яблоко, открой глаза и попробуй его на вкус. Громила приоткрыл глаза, каким-то туманным взглядом обвел присутствующих после чего, поднес воображаемое яблоко ко рту и, сделав вид, словно откусывает от него небольшой кусок, принялся производить движения скулами, словно в самом деле пережевывал настоящее яблоко. – Эй, Емеля, проснись, ты спишь… – Может, с девчонками поделишься? – Косточками не подавись, жмот… – Эти и подобные шуточки понеслись одна за другой со всех сторон. Публику начинало забавлять происходящее. Дмитрий сделал знак рукою, чтобы ему не мешали, и продолжил дальше: – Антон, что ты чувствуешь? Расскажи нам. – М-м, очень сладкое яблоко, никогда в жизни еще не ел такого вкусного яблока, – произнес здоровяк, в очередной раз с наслаждением кусая воображаемое яблоко. – Внимание, Антон, – с тревогой в голосе внезапно произнес Дмитрий, – произошла ошибка, это не яблоко, это лимон. Как ты его ешь, ведь он же очень кислый… В один миг лицо здоровяка искривилось в ужасной гримасе. Он сделал резкое движение рукой, словно выбрасывает воображаемый лимон подальше, после чего, не скрывая своего отвращения, принялся плеваться во все стороны. В компании прошел легкий смешок. – Антон, – громко произнес Дмитрий, – нет лимона, нет времени, нет пространства. Есть только мой голос и глубокий, глубокий сон. Забудь все, ты спишь. Веки здоровяка покорно сомкнулись, и тот принялся сладко посапывать. – Ну вот, – произнес Дмитрий, обращаясь к присутствующим, – только что я продемонстрировал вам несложный трюк, в результате которого мы убедились, что Антон уже достиг нужного нам состояния, и теперь мы с вами можем перейти к более сложным заданиям. Внимание, Антон, – обратился Дмитрий к здоровяку, – расскажи нам, пожалуйста, кем ты мечтал стать в детстве? – В детстве я мечтал стать рок-музыкантом, – монотонным голосом, не открывая глаз, покорно ответил громила. – Внимание, Антон, – громко и уверенно произнес Дмитрий, – сейчас твоя мечта исполнилась. Ты великий знаменитый рок – музыкант. Ты на огромном стадионе, заполненном до отказа твоими поклонниками. Перед тобой огромная сцена, открой глаза и иди, твои фанаты ждут тебя… Громила снова приоткрыл глаза, осмотрелся по сторонам взглядом, больше похожим на взгляд хищника и, заметив позади себя стол, к немалому удивлению присутствующих, одним махом вскочил на него, встал во весь рост и принялся оживленно размахивать руками, словно в самом деле приветствовал трибуны, заполненные множеством людей. – Антон, ты слышишь только мой голос и беспрекословно выполняешь все мои команды, – уверенным командным голосом продолжал дальше Дмитрий. – Сейчас у тебя в руках электрогитара, исполни что-нибудь, твои поклонники с нетерпением ждут от тебя этого. К еще большему удивлению присутствующих, громила привел руки в такое положение, словно в самом деле держал в них гитару и после небольшой паузы принялся виртуозно бегать пальцами по воображаемым струнам. Было смешно смотреть, как этот здоровый детина двухметрового роста, как это делают великие рок-музыканты, то приседает, то подпрыгивает, словно одержимый, кривит рожу, бросает томные взгляды и в то же время продолжает виртуозно выдавать свое то ли божественное, то ли демоническое произведение. В ночной тиши, повисшей над дремлющим парком, раздался залп хохота. Парни с девчонками, глядя на Емелю, выделывающегося на столе, словно клоун, не в силах сдерживать себя, смеялись со всех сил. Сквозь приступы звонкого смеха из компании в адрес неутомимого музыканта неслись свист, аплодисменты и всевозможные шуточки. Подождав, пока компания наконец-то немного успокоится, Дмитрий поднял руку, давая понять, что представление еще не закончено и ему не следует мешать, и снова обратился к здоровяку. – Антон, нет трибун, нет гитары, ты уже не рок-гитарист, ты просто спишь и еще больше и глубже погружаешься в это удивительное для тебя состояние покоя и полного расслабления. Внимание, Антон, – голос Дмитрия стал громче и тверже, – сейчас ты находишься на самом пике вершины мира – на Эвересте. Ты на высоте более восьми тысяч метров. Осмотрись. Вокруг тебя горы, покрытые ледяными снежными шапками. Прозрачное безоблачное небо над головой. Холодный воздух приятно пощипывает твое лицо… – договорить Дмитрий не успел. Словно подкошенный, здоровяк, к всеобщему изумлению, в один миг рухнул на стол, обхватил его своими огромными лапищами, истерично принялся вопить. – Он же панически боится высоты, мне его сестра сама рассказывала, – послышался чей-то испуганный женский голос. В компании пошло легкое замешательство. Не в силах сообразить, смеяться над Емелей или немедленно его спасать, парни с девчонками только растерянно поглядывали друг на друга. Из бара неподалеку, потревоженные непонятными ночными криками, начали выходить обеспокоенные люди. Тем временем здоровяк разошелся не на шутку. Какое-то время он просто истерически вопил, потом его голос перешел в хрип. Уставившись взглядом в стол перед собою, здоровяк сначала умолял, чтобы его немедленно сняли с этой высоты, потом вспомнил какие-то молитвы и с таким упоением, словно это были последние минуты его жизни, принялся раскаиваться во всех своих грехах. Кто-то рассмеялся и попытался пошутить, но одна из девушек его резко одернула: – Может, заткнешься, придурок, человеку плохо, лучше помог бы… – После этих слов, девушка подошла к Емеле и, пытаясь его разбудить, принялась его тормошить и объяснять, что он находится вовсе не на Эвересте, а на обычном столе. – Я думаю, этого не стоит делать, – с тревогой в голосе поспешно попытался остановить ее Дмитрий. – Антон сейчас находится под гипнозом, и если ты его оторвешь от стола, он может подумать, что срывается в пропасть и… получит разрыв сердца. – Боже… – девушка испуганно прикрыла лицо руками и торопливо отпрянула от стола. – А может, в самом деле хватит издеваться над человеком, – послышался еще чей-то женский голос, – что вы все стоите как вкопанные, человек сейчас в самом деле разрыв сердца получит… Слова подействовали. Теперь ситуация уже не казалась такой комической, как прежде. В компании перестали шептаться и отпускать шуточки в сторону Емели. Один из парней, в тонкой майке без рукавов, из-под которой красовались огромные накачанные мышцы, подошел к Дмитрию и, сухо прокашлявшись, аккуратно похлопал его по плечу: – Слышишь, как там тебя… Дима. Ты это… прекращай, а то он сейчас в самом деле завернется? Жмуриков нам здесь не хватало. Дмитрий подошел к столу, на котором распластался стонущий Емеля, и уверенным голосом скомандовал: – Внимание, Антон! Ты слышишь только мой голос, только мой голос. Сейчас я просчитаю до трех, и ты вернешься в прежнее состояние и ничего не будешь помнить из того, что здесь происходило. Раз!.. Два!.. Три!.. Дмитрий щелкнул пальцами, и здоровяк неожиданно замер. После небольшой паузы он приподнялся, уселся на стол и обвел присутствующих все еще слегка туманным взглядом. – Ну вот, как мы с вами убедились, Антон, так же как и все обычные люди, умеет бояться, – торжественно подвел итог Дмитрий. – А еще во время сильной паники он начинает верить в бога и частично даже знает некоторые молитвы. – Емель, может, на скамейку спустишься, там как-никак пониже будет, – пошутил кто-то. – Не понял. Почему у меня все мышцы болят, и вообще – что я делаю на столе? – пропустив шутку мимо ушей, строго нахмурил брови здоровяк. – Да ты на Эверест вскарабкался, а слезть сам не мог, орал тут как резаный, – снова пошутил кто-то. В компании прошелся легкий смешок, и Емеля еще больше нахмурил брови. Понимая, что по вине Дмитрия стал посмешищем в глазах своих приятелей, он встал со стола и вплотную приблизился к Дмитрию. – Слышь, фокусник, ты что со мною сделал? – от гнева голос здоровяка стал грубым, а сам он, казалось вот-вот, готов был сорваться и броситься в драку. – Я тебя спрашиваю, ты что со мною сделал? Почему у меня все мышцы болят, а эти хмыри с меня улыбаются? Ты мне ответишь, или тебе лучше сразу по голове настучать? – Я к тебе даже и не прикасался, – пытаясь сохранять спокойствие, спокойно ответил Дмитрий. – Что? Не прикасался? Гипнотизер хренов. Я тебе сейчас так прикоснусь… – Здоровяк хотел еще что-то сказать, но чей-то властный голос его перебил: – Не тронь его Емеля, ты сам этого хотел. Парень в самом деле к тебе даже и пальцем не прикоснулся… – Нет, ну Артур, – уже жалобным голосом простонал здоровяк, – я же по вашим лицам вижу, что этот фокусник сделал из меня посмешище. Артур, а что было-то? – Повторяю, тронешь его, будешь иметь дело со мной. – Да ну вас всех, – уже обиженно произнес здоровяк. Словно маленький ребенок, продолжая рассерженно бубнеть что-то себе под нос, он искоса бросил последний, полный злобы взгляд на Дмитрия, неуклюже развернулся и поплелся в сторону многоэтажек. После ухода Емели компания немного загрустила. Парни молча курили, девчонки негромко перешептывались между собой, оживленно обсуждая только что увиденное. – Ну что? Теперь я могу идти? – негромко поинтересовался Дмитрий. Хотя времени уже было далеко за полночь, уходить Дмитрию сейчас почему-то не хотелось. Дома он уснуть все равно уже не сможет, не дадут мысли о Земфире, а здесь, в этой компании, которая уже не казалась ему такой незнакомой, он хоть как-то сможет скоротать свое время и постараться отвлечься от своих мрачных мыслей. В баре неподалеку выключили музыку, погасили свет, и люди оттуда начали понемногу расходиться. К столику подошли еще несколько человек, и в компании стало немного веселее. – А что ты еще умеешь? – неожиданно поинтересовался тот, которого звали Артур. – Человека больного сможешь вылечить? – Ну, относительно. – Относительно? А это как? Дмитрий усмехнулся: – Если ничего сложного, то попробовать можно, но не желательно… Я не врач. Так, на бытовом уровне разве что. Могу таблетки дать… Могу еще компресс наложить… Артур тоже усмехнулся: – Молодец. Хотя так и я могу. Групповое растирание спиртом, изнутри. А если серьезно? – Фу, черт, что за хрень, – раздался чей-то возмущенный голос. – Ну и вонь… – возмутился еще кто-то. Уже вскоре возгласы с не менее «красивыми словечками» доносились со всех сторон. Дмитрий взглянул в сторону, куда были обращены взгляды парней и девчонок, и заметил неподалеку, под деревом, человеческую фигуру невысокого роста. Понимая, что его обнаружили, незнакомец вышел из-под дерева и, звеня какой-то посудой в своих пакетах, не спеша направился в сторону стола. Когда он приблизился настолько, что при свете луны можно было без труда разглядеть черты его лица, ветер изменил свое направление, и до Дмитрия, вместе со свежестью зеленой травы, ароматами лета и благоуханием уже дремлющего парка, неожиданно донесся исходящий от незнакомца резкий запах помойных свалок. Дмитрий слегка сморщился и изучающим взглядом окинул только что пришедшего. На вид лет тридцать. Грязная старая одежда, рваные башмаки, давно немытые слипшиеся волосы, покрытое густой щетиной лицо и усталый взгляд – все это говорило о том, что этот парень ведет не совсем правильный образ жизни и уже давно перестал следить за собой. – Ребят, – едва слышно произнес незнакомец, – я ваши бутылки соберу, можно? – Эх, Васек, Васек, что же ты нам такую картину портишь, – грустно, с легкой иронией произнес Артур. – Ты только посмотри, безоблачное звездное небо над головой, луна, тихая летняя ночь, ветерок листьями шуршит, а ты со своими бутылками… Видно, чувствуя, что никто ничего плохого ему не причинит, парень, не дожидаясь ответа, тяжело нагибаясь и кряхтя словно старый дед, принялся собирать разбросанные повсюду пустые пивные бутылки. – Вот знакомься, Димьен, – это наша местная достопримечательность, бомж Вася. Хороший парень, безобидный, но в свои тридцать стал бомжом. – Артур закурил сигарету и выпустил огромное облако дыма. – Мать его просила, чтобы на работу устроился, участковый просил, а он – нет, ушел из дома, живет в подвалах, на чердаках, питается из помоек, а на сигареты зарабатывает собиранием пустых бутылок. Как можно помочь такому человеку? – У каждого своя дорога, – ответил философски собиратель бутылок, внимательно заглядывая под стол, на котором удобно расположился Артур и еще несколько его приятелей. Заполнив до отказа бутылками полные два больших пакета, незнакомец вежливо попрощался и уже собирался уходить. В эту минуту Артур соскочил со стола, выбросил недокуренную сигарету и со словами: «А ну-ка подожди, Васек», – схватил того за плечо. – Слышь, Димон, а может, ты на него повлияешь? – заговорщицки подмигнул он Дмитрию. Отовсюду послышались одобряющие и восторженные голоса: – Давай, загипнотизируй его, Димон! А ну, усыпи его! Сделай с ним что-нибудь, как с Емелей… – Честно говоря, даже не знаю, смогу ли я ему чем-нибудь помочь, – задумчиво произнес Дмитрий. – Тем более я уже говорил, гипноз – это не шутки. Вмешиваться во внутренний, личный мир человека – это опасно. И неизвестно, чем это может для него закончиться… Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/aleksey-letovalcev/son/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 5.99 руб.