Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Любовь со второй попытки

Любовь со второй попытки
Любовь со второй попытки Вадим Селин Только для девчонок У Ярославы новая школа, новые друзья… все для того, чтобы стереть из памяти прошлое, в котором ее бросили на первом же свидании!!! Но парень с необычными фиолетовыми глазами снова появился в жизни Славы. Похоже, он даже не вспомнил девушку, писавшую ему романтические письма по Интернету… А она до сих пор не может забыть его предательство. Почему судьба так жестока? Или это второй шанс? Тогда Ярослава знает, что делать! Вадим Селин Любовь со второй попытки Глава 1 Ваня, Гуля и тайга У меня болела поясница. Но работы оставалось еще много – я должна сгрести граблями весь мусор на своем участке. Были первые числа августа, и сегодня началась трудовая практика перед новым учебным годом. Я перешла в 11-й класс, и эта практика была последней в моей школьной жизни. Раньше я не любила практики, но сегодня летела в школу как на крыльях, потому что очень соскучилась по своим одноклассникам. Полуденное солнце начало не просто припекать, а жарить, над землей поднялось марево, и стало душно. В наших южных краях в августе начинается сильная жара, которая длится до середины сентября. К работе по хозяйству я привычная, потому что сама живу в частном доме, а там уборки всегда много – нужно то траву постричь, то огород прополоть, то урожай собрать. Кроме того, часто езжу к бабушке в деревню и там тоже помогаю ухаживать за участком. И за живностью. Бабушка разводит кур, гусей, кроликов и держит трех коров. Я часто вывожу гусей на поляну и слежу за ними, чтобы никуда не убежали, а в четыре утра вывожу коров за калитку, чтобы пастух отвел их на пастбище. Свой дом и огород бабушка ласково называет «фазенда». Бабушка рассказывала мне, что слово «фазенда» в деревнях стали употреблять только лет двадцать назад. В те времена, когда еще был Советский Союз, на нашем телевидении показали первый сериал «Рабыня Изаура». Зрители были потрясены, и всем Союзом жалели несчастную Изауру, которая трудилась на фазенде у своего жестокого хозяина Леонсио. Сериал уже давно закончился, а слово «фазенда» так и осталось. Ну а сейчас я была не на фазенде в деревне, а в городе и проходила летнюю практику. «Так, хватит, мне пора передохнуть, – подумала я, тыльной стороной ладони вытерла пот со лба и обвела взглядом школьный двор. Взгляд зацепился за раскидистую акацию. – Пойду, посижу в теньке. Практика еще час, а я уже еле стою на ногах. Вот не надо было сидеть за компьютером до двух ночи! Из-за этого не выспалась!» Я направилась к акации, представляя, как сейчас сяду под ее пышные ветви с шуршащими листьями, остыну в холодке и вдохну свежий воздух, но в этот момент услышала топот ног и панический крик Ромы Иванова: – Слава, на помощь! Кобыла Пашку бьет! Вся усталость мгновенно испарилась. – Где? – тут же отреагировала я, бросила грабли и помчалась к Роме. – Там, на первом этаже! Почему меня зовут Слава, я расскажу позже. А сейчас нужно спасать Пашку. Мы побежали в школу. В рекреации действительно была потасовка – Кобыла толкала Пашку, а он безуспешно от нее отбивался. Из-за драки у него даже порвалась футболка. Это была новая майка голубого цвета, которую он надел в честь практики и которая великолепно оттеняла его загар и светлые волосы. Здесь следует остановиться, чтобы прояснить некоторые моменты. Кобыла – это прозвище девчонки из параллельного класса. Вообще-то, ее зовут Таня Кобылкина, но из-за звучной фамилии все называли ее Кобылой. Таня жутко злилась, когда слышала это прозвище, и сразу же бросалась в драку. Если быть до конца откровенной, само поведение Тани способствовало тому, чтобы называть ее Кобылой, а не Таней. Манерами она напоминала парня. Темно-русые волосы были подстрижены выше плеч, и она постоянно убирала их за уши; на переменах курила с пацанами за школой, плевала через щелку в передних зубах и каждый день участвовала в каких-нибудь разборках. Поэтому, согласитесь, ей больше подходило прозвище, чем имя. Пашка Разумовский – это мой одноклассник. Ему фамилия тоже подходила. Он носил очки, был очень умным, здорово решал примеры по алгебре, постоянно витал в облаках, но физическому развитию не уделял совершенно никакого внимания и потому был довольно щуплым. Против Кобылы он как пушинка против булыжника. Поэтому неудивительно, что он не мог дать отпор девчонке. – Что тут происходит? – Я ринулась в эпицентр драки и встала между Кобылой и Пашкой. – Че ты лезешь? – с вызовом крикнула раскрасневшаяся Кобыла и бросилась на Пашку, но я вовремя загородила его собой. – А ты к нему че лезешь? – в тон ей ответила я. – Я ему сказала спустить тяжелый горшок с китайской розой с третьего на второй этаж, а он отказался, – немного успокоившись, пояснила Кобыла. – Что значит «сказала»? – удивилась я. – Людям надо не «говорить», а «просить»! Он не обязан таскать тебе горшки с цветами. Это твой участок, вот сама там и работай. – Да я бы ей помог, но только она командует. – Пашка поправил сползающие на нос очки и с сожалением посмотрел на свою порванную футболку. – Ну, я же сказала, – пожала я плечами. – Слышь, Слава, что-то ты слишком умная стала! – вновь распаляясь, заметила Кобыла. – Не лезь, куда не просят! Я могла бы ответить как следует, но моей задачей было помирить людей, а не подкидывать дрова в костер ссоры. Я знала, что сделать, чтобы остудить Кобылу. Она прямо вся расплывалась в улыбке, когда ее называли Таней. И даже становилась похожей на девочку. Поэтому я мягко сказала: – Таня, не надо командовать людьми. Если хочешь, чтобы тебе помогли, то попроси об этом. Мы тебе не слуги. Здесь все на равных. Ты со мной согласна, Таня? – Согласна, – ответила Таня. Заметьте – в своей фразе я назвала ее по имени два раза. Сделала это для того, чтобы максимально успокоить и задобрить Таню. И это действительно подействовало на нее волшебным образом. Она сочувственно посмотрела на Пашку и спросила: – Слышь, я там тебе майку сильно порвала?.. – Несильно, – явно поскромничал Пашка. Драка закончилась, окружающие потеряли интерес к происходящему и стали расходиться по своим делам. – Ну, тогда ладно, я пошла, – сказала Таня и направилась к лестнице. – Ты за цветком? – ей вдогонку спросил Пашка. – Да. – Давай, я помогу тебе, – он пошел за Таней. – Пошли! – радостно ответила Таня, и они отправились на верхние этажи. «Как быстро она успокоилась, – удивилась я. – А стоило всего лишь сделать ей приятное – просто назвать по имени». Я вернулась на улицу к своему участку, взяла грабли и продолжила убирать мусор. Я была счастлива, что удалось разрешить конфликт. Счастлива, что Рома прибежал за помощью не к кому-то, а именно ко мне. Также счастлива, что Таня считалась с моим мнением, и я была для нее авторитетом. Таню боялась вся школа, но я перед ней не трепетала. Она понимала это и потому не конфликтовала со мной. Как известно, сильные люди чувствуют слабых и стараются их подавлять. А меня она слабой не считала и поэтому даже не пыталась мною командовать. Видимо, одноклассники тоже чувствуют, что я сильный человек, и поэтому бегут за поддержкой ко мне, а не к кому-то другому. И это при том, что я всего лишь год проучилась в этой школе. Время практики закончилось. Я попрощалась со всеми до завтра и отправилась домой. По пути размышляла о драке, и меня тут же охватило раздражение. Эта Таня Кобылкина слишком много себе позволяет! Она вечно всеми командует и постоянно распускает руки. Такое впечатление, что она не понимает, что можно делать, а что нельзя. Представляю, как Пашке обидно, что Таня не только налетела на него с кулаками, но еще и порвала новую футболку. Да, он поступил правильно и простил ее, но все равно она не имеет права его позорить, тем более при окружающих. Девчонка побила парня! От этих мыслей меня отвлек телефонный звонок. На дисплее высветилось «Мама». – Да, мам. – Доча, ты же не забудь купить яиц, – напомнила мама. – Хорошо, сейчас куплю, – пообещала я. – Практика уже закончилась. Сейчас забегу в магазин. У мамы завтра день рождения, и она хотела испечь торт. Конечно, его проще купить, выбор кондитерских изделий сейчас большой, не то что раньше, но мама очень любит готовить и поэтому на праздники всегда сама печет торты. Сказать по правде, ее торты намного вкуснее, чем те, что из магазина! Я подошла к магазину, и в этот момент меня почему-то охватило волнение. Задрожали руки и затряслись коленки. «Что это со мной? – удивилась я. – Странно, так волнуюсь, как будто иду на экзамен». Непонятное волнение охватывало все больше и больше. Стараясь сбросить наваждение и справиться с трясущимися коленками, я зашла в магазин и купила лоток яиц. – У нас пакеты закончились, с минуты на минуту должны подвезти, – виновато произнесла девушка на кассе. – Ладно, так понесу, – вздохнула я. Я взяла лоток яиц, бережно прижала его к себе, чтобы случайно не разбить, и направилась к выходу из магазина. В эту секунду в магазин вошел какой-то парень в темных очках. Он оживленно разговаривал по телефону и был настолько этим увлечен, что не заметил, что я иду, и с ходу врезался в меня. Послышался хруст. Я почувствовала, как мне на пальцы ног капает вязкое содержимое яиц. Поняв, что произошло, парень медленно убрал телефон от уха. – Ты вообще нормальный?! – закричала я. Мы отошли друг от друга. С его белоснежной футболки, которая облегала красивую мускулистую рельефную фигуру, капал желток с белком, а скорлупа с мягким шлепком падала на пол. Я выглядела не лучше. Вся одежда была перепачкана. – Извини… – растерянно сказал он. – Я тебя не заметил… – Не заметил?! – поразилась я. – Как можно меня не заметить?! Я девушка довольно рослая, да и худобой никогда не отличалась. В моем роду донские казаки, и поэтому выгляжу как настоящая казачка – смуглая, черноволосая, крупной комплекции. Кроме того, люблю носить яркие блузки и длинные просторные юбки в стиле певицы Елены Ваенги. И вот представьте себе – он меня не заметил! – Надо смотреть, куда несешься, а не по телефону трещать! – продолжала я высказывать. При этих словах с моей красной узорчатой юбки упала на пол скорлупа. – Да у меня бабушка лежит в больнице, я с врачом разговаривал, – оправдываясь, объяснил парень. Он снял темные очки, чтобы лучше видеть размах катастрофы. Когда я увидела его лицо, то лишилась дара речи. И, не моргая, уставилась на него. «Это он, – потрясенно подумала я. У меня перехватило дыхание, и даже закружилась голова. – Это точно он!» – Так, молодые люди, что это вы тут наделали? – К нам подбежала уборщица со шваброй. Я перестала разглядывать парня и немного пришла в себя. – Вот теперь берите и сами все это мойте! Или оштрафуем! – Не собираюсь я ничего мыть! – отказалась я. – Это он виноват – вот он пусть и моет! – Хорошо, я помою… – согласился парень и взял у уборщицы швабру. – Приятной работы, – ехидно пожелала я. – Спасибо, – улыбнулся он, энергично орудуя шваброй. На его лице не было даже намека, что он стесняется мыть пол. Он делал это с таким видом, будто пил чай за столом с английской королевой. – Ой, ну что за девчонки пошли, а? Даже полы помыть не могут! – укоризненно глядя на меня, покачала головой уборщица. – Кто напачкал – тот пусть и моет! – отрезала я и с гордым видом вышла из магазина. Но перед выходом обернулась. Хотела убедиться, что не обозналась. «Да, это он, уверена на сто процентов, – резюмировала я. – А он, кажется, даже не узнал меня…» У него были слегка отпущенные пшеничные волосы, которые задорно завивались в кудряшки. Парень был очень миловидным, с правильными чертами лица. Но больше всего поражали необычные глаза – насыщенного фиолетового цвета. Он был просто модельной внешности! И вот этот красавец мыл шваброй полы в магазине! На негнущихся ногах и со стучащим сердцем я вышла на улицу. Он совсем не изменился. Вернее, изменился в лучшую сторону – стал еще красивее. Я была настолько шокирована этой встречей, что даже забыла о том, что с юбки продолжал капать желток. Мне хотелось вернуться в магазин и сказать этому парню что-нибудь грубое, обидное, ядовитое, такое, что бы задело его и от чего бы ему стало плохо. Я просто ненавидела этого человека! Он принес столько боли! А сейчас даже не узнал меня… «Слава, успокойся, – приказала я. – Возьми себя в руки. Сейчас все изменилось. И ты другая, и жизнь другая. Надо забыть все обиды и оставить их в прошлом. Ну да, ты можешь вернуться в магазин и все ему высказать. Но зачем? Что это даст? Этим ты покажешь, что до сих про помнишь, как он тебя обидел. Ты только еще больше расстроишься и потом будешь думать об этом целыми днями. Зачем заново терзать себя? Просто забудь обо всем. Забудь!» Я сделала три глубоких вдоха и почувствовала, что становится легче. Подавив дикое желание вернуться в магазин, я перешла дорогу и направилась к другому магазину. В этот момент боковым зрением заметила, как из первого магазина выходит этот парень. «Еще не поздно все ему высказать, – подумала я. – Может, вернуться? Может, не упускать шанс?» Я сделала шаг назад, чтобы вновь перейти дорогу, но остановилась и крепко сжала кулаки, пытаясь совладать с нахлынувшими эмоциями. Парень поднял руку, остановил маршрутку, сел в нее и уехал. Маршрутка скрылась за поворотом. «Все, теперь уже поздно, – с расстройством и вместе с тем с облегчением подумала я. – Ты правильно поступила, что не устроила скандала. Ты поступила как сильный человек!» Тогда я еще не знала, что это была не победа, а начало моего поражения. На автомате я купила яйца в другом магазине и благополучно донесла их до дома. Отдала их маме, переоделась в чистую одежду, приготовила чай и отправилась в сад. В нашем саду среди деревьев стоит беседка, оплетенная вьющимися красными розами, которые сейчас цвели, и их цветы были похожи на крупные пылающие шары. Беседка – мое самое любимое место, она вся покрыта зеленью, словно скрыта от чужих глаз, и поэтому здесь очень удобно уединяться. Кроме того, у нас посажено много винограда столовых сортов. Я люблю ходить по стройным рядам винограда и смотреть на рубиновые, синие и желтые грозди, которые переливаются на солнце и висят среди зелени. А еще больше нравится есть виноград – и свежим, и в виде изюма, который сушим, и варенья, которое мы с мамой варим. Я села в беседку и постаралась успокоиться за чашкой горячего чая. От чая возникает чувство спокойствия и уюта. Встреча с парнем выбила меня из колеи. Да, я не устроила ему скандал, но нельзя не признать – в душе до сих пор не зажила рана от обиды, которую он причинил. Сейчас я учусь в школе № 44, но два года назад училась в школе № 19, и там у меня была лучшая подруга Ира Лисицына. У Иры был компьютер, а у меня в то время компьютера еще не имелось. Когда я приходила к ней в гости, то часто сидела на сайте знакомств. Там познакомилась с этим парнем по имени Ваня. В анкете висела его фотография, и я была просто очарована его внешностью. Впрочем, меня притягивала даже не внешность, а что-то другое. Может, это странно, но я чувствовала, что этот человек – мой! Иногда бывает в жизни, что встречаешь людей, которых прежде никогда не видел, и возникает ощущение, будто вы родные и знаете друг друга всю жизнь! Вот у меня возникло то же самое чувство, когда я увидела фотографию Вани и изучила его анкету. Я не сомневалась, ему пишут десятки девчонок, и поэтому боялась, что он мне не ответит. Но тем не менее решилась написать: «Привет. Познакомимся?» Он в это время находился на сайте и неожиданно ответил: «Привет! Давай!» Так у нас завязалась бурная переписка. В переписке часто бывает, когда один постоянно задает вопросы, а другой только отвечает на них и ничего не спрашивает. Получается такое одностороннее общение. Это довольно неприятно, когда ты спрашиваешь, а у тебя не спрашивают! Но в случае с Ваней все было по-другому. Он сам активно задавал вопросы, а я, в свою очередь, интересовалась им. У нас получилось равноценное общение, было заметно, что интерес взаимный, а не односторонний. Каждый день я жила от сообщения до сообщения, с нетерпением ждала, когда после школы смогу прийти к Ире, чтобы проверить почту. У нас нашлось много общих интересов, создавалось впечатление, что мы давно знаем друг друга. Потом обменялись телефонами и стали общаться по SMS или созваниваться. Переписка с ним была приятной, но голос оказался еще приятнее! Притягивающий, обволакивающий, приятного тембра… Мне хотелось слышать его голос постоянно, я была просто опьянена этим парнем. Но надо заметить одну деталь – мы общались уже несколько недель, а он еще не видел моей фотографии. В электронном виде фотографий у меня не было, а в настройках MMS в телефоне были какие-то сбои. Когда наше общение перевалило за два месяца, мы договорились встретиться. Перед этим он настойчиво попросил фотографию, чтобы заранее представить, как я выгляжу. Он был прав, потому что это нечестно – я его фотографии видела, а он мои – нет. И я нашла выход. У Иры был профессиональный цифровой фотоаппарат (ее папа работал фотографом), я объяснила ей ситуацию, и она сделала мне шикарные снимки – дома, на улице, на природе. Ира отнеслась к делу с пониманием и устроила настоящую фотосессию! Качество и красота снимков на профессиональном фотоаппарате потрясали! Я плохо пользовалась компьютером, и поэтому попросила Иру отправить Ване фотографии на электронный ящик. И вечером накануне нашей встречи с Ваней Ира отправила ему снимки. Я до сих пор помню дату – свидание было назначено на десятое ноября. Перед ним я страшно волновалась. Собиралась несколько часов – делала укладку, красила ресницы, тщательно подбирала одежду. И вот наконец пришла к условленному месту возле памятника А. С. Пушкину. Трясясь от волнения, я ждала Ваню и представляла, как мы встретимся, как посмотрим друг другу в глаза, как будем идти по улице и болтать. Интересно, как мы будем смотреться вместе?.. Он почему-то опаздывал. Я незаметно смотрела по сторонам, стараясь делать это невзначай, чтобы он не видел, что я с волнением его высматриваю. Внимательно вглядывалась в каждого проходившего мимо парня и пыталась узнать Ваню. Часто бывает, что в жизни человек выглядит не так, как на фотоснимке. Но ко мне не подходили парни, похожие на Ваню. И в мое лицо тоже никто не всматривался, пытаясь узнать. Его все не было. Он опаздывал уже на двадцать минут. Хотя парни, вообще-то, не должны опаздывать на встречу с девушкой. Я позвонила ему, чтобы спросить, скоро ли он придет. Но вдруг длинные гудки сменились короткими. Он почему-то сбросил звонок. Нехорошее подозрение стало закрадываться мне в сердце. Я снова позвонила. Но он снова сбросил звонок. Пальцами, которые от волнения не попадали на кнопки, я написала сообщение «Ваня, ты идешь?» Он ответил «Нет». Мир вокруг словно остановился. Эти слова подействовали на меня шокирующе, как ушат ледяной воды знойным летом. Я будто приросла к земле. Перечитывала слово «Нет» десятки раз, и каждый раз оно пронзало сердце, как острый кинжал. «Нет», «Нет», «Нет», «Нет»… «Наверное, я ему не понравилась на фотографиях, – поняла я. – Наверное, он сейчас стоит где-то неподалеку и смотрит на меня, какая я в жизни… И решил ко мне не подходить». Я была просто убита. Словно оглушенная, отправилась на остановку, села в автобус и поехала домой. Глаза смотрели в одну точку, но я ничего не видела. Было настолько плохо, обидно и унизительно, что я даже не хотела плакать. Но дома меня прорвало. Я заперлась в своей комнате и долго ревела. А когда немного успокоилась, то помчалась к Ире, все ей рассказала и залезла на сайт знакомств. Анкета Вани была удалена. Теперь мне все было более чем понятно. Он удалил анкету, чтобы я не приставала к нему с вопросами. Наверное, он создаст себе анкету под каким-то другим именем – чтобы я его не нашла. Сначала у меня возникло подозрение – может, он не получил фотографии? Может, Интернет дал сбои, и письмо не дошло? Но этот вариант сразу отпал – ведь если бы Ваня не получил фотографии, он сказал бы об этом. А он не пришел на встречу и даже удалил свою анкету. К тому же Ира сказала, что на почту пришел отчет о доставке. Я чувствовала себя просто растоптанной. Но старалась справляться с обидой – подавляла ее в себе, перемалывала, как жернова мельницы перемалывают зерна, пыталась не думать о Ване, не вспоминать, как стояла у памятника Пушкину и ждала, оглядывалась по сторонам, звонила… А он, наверное, спрятался… И смотрел на меня и усмехался… Такого в моей жизни еще никогда не было. Именно поэтому я была настолько потрясена. Но прошло время, а оно, как известно, лечит. И действительно – у меня получилось принять произошедшее и не думать об этом унизительном случае. Но сейчас, спустя два года, я столкнулась с Ваней в магазине. А он даже не узнал меня… Я вновь ощутила прежнее чувство позора. Оказывается, старая рана по-прежнему была открыта, хотя я думала, что она зажила. Но, выходит, нет. Не зажила. Ведь если бы я все забыла, то мне не было бы сейчас так обидно. Значит, рана была всего лишь под временной анестезией. И сейчас в магазине ее действие закончилось. «Надо пойти к Гуле, – вынырнув из неприятных воспоминаний, подумала я и допила остывший чай. Я посмотрела на ароматные розы. Их плети с роскошными букетами свисали прямо в беседку. – Уж кто-кто, а Гуля точно меня успокоит! Пожалуюсь ему на Таню и на Ваню». Гуля всегда действует на меня самым благоприятным образом – какие бы проблемы в жизни ни возникали, пообщавшись с Гулей, мне становится легче. Гуля – это мой голубь. У многих людей домашние животные – собаки, кошки, черепахи, но так получилось, что у нас дома живет голубь. Года полтора назад я шла мимо двухэтажного дома и вдруг увидела, как с крыши с большой траекторией летит на землю что-то белое. Сначала я не поняла, что это такое упало, но потом подошла поближе и ахнула: да ведь это же птенец! Молодой голубенок! У него были красивые белые перья и испуганные глаза. Голубь отчаянно пищал и пытался взлететь, но едва он взлетал, его странно заносило вбок, и он падал. Я присмотрелась и поняла, что у него сломано крыло. Наверное, сломалось при падении. На том месте, куда упал голубь, росла густая поляна одуванчиков. Он упал прямо на цветы и только благодаря этому не разбился. Я захотела подобрать голубенка, но как только к нему приближалась, он испуганно взлетал и тут же падал обратно на землю. Было похоже, будто он прыгает. Но он не прыгал, а просто не мог взлететь из-за сломанного крыла. В конце концов, у меня все-таки получилось его поймать. Он сидел в ладонях. Я чувствовала, как сердце малыша испуганно стучит. Я не могла положить его обратно в гнездо, потому что голуби жили на чердаке. Как бы я туда забралась? Но и оставить здесь на растерзание кошкам тоже не могла. К тому же ему нужно было оказать медицинскую помощь. Поэтому я взяла голубенка и отнесла в ветеринарную клинику. Врач сказал, что перелома крыла нет – это просто вывих, но за голубем нужно следить до полного выздоровления. Скорее всего, птенец учился летать и во время уроков упал на землю. Ветеринар определил, что это самец. Получив рекомендации, чем его кормить, я принесла птенца домой. Слава богу, голубя получилось выкормить, и он прижился у нас. Сначала он жил прямо в доме, но когда подрос, папа соорудил большой фанерный домик, жердочки, и мы поставили все это в сарае на чердаке. Теперь там располагался домик голубя, кормушка, поилка и даже ванночка, в которой он плескался. Получилась такая домашняя голубятня. По лестнице я поднималась на чердак, открывала дверь, заходила внутрь, а там стоял домик голубя. Я долго думала, какое дать ему имя, и решила назвать Гулей. Гуля стал ручным, он обожал всю нашу семью, а мы обожали его. Он был очень любопытным, ему все было интересно. Он ел из наших рук, терся о нас своей мягкой головкой и красиво ворковал. Гуля был не просто белого, а белоснежного цвета без всяких примесей других оттенков. Честно говоря, раньше я никогда не присматривалась к голубям, но теперь как следует рассмотрела Гулю и была поражена, какой он красивый. Казалось, глядя на него, что голубь постоянно улыбается, а глазки у него милые и будто стеснительные. Но однажды случилось страшное. К тому времени прошло три месяца, как Гуля у нас поселился. Как обычно, как-то раз я покормила Гулю и спустилась с чердака. Стоя на земле, подняла глаза на чердак и увидела, что дверь распахнута. Я забыла ее закрыть! Но что самое ужасное – в дверном проеме сидел Гуля. Он любопытно огляделся по сторонам и… полетел. Мое сердце оборвалось. «Улетел! – промелькнуло в голове. – Ну, все… Теперь навсегда улетит к голубям…» Гуля действительно улетел. Он покружил над сараем и взмыл в небо. Высоко-высоко я видела белую точку. Слезы полились ручьем. Я понимала, что голубь – это вольная птица и он, наверное, вернется в гнездо к своим родителям. Но за эти три месяца я сильно привыкла к нему, и было сложно осознать, что Гуля улетел насовсем. – Гу-уля-я! – глядя в небо и рыдая, кричала я. – Гуля, вернись! Гу-уля-я!.. Но понимала, что он не вернется. И вдруг произошло неожиданное. Белая точка в небе стала увеличиваться. Гуля снижался. Я услышала хлопанье крыльев. Почему-то, когда голуби летают, то громко хлопают крыльями. Гуля плавно спустился вниз и принялся кружить над нашим двором. – Гуля! – что есть силы закричала я. – Гуля! Вернись! Я выставила вперед раскрытую ладонь. Гуля всегда сидел на моей ладони, он привык к этому жесту. Он еще немного покружил, потом заметил ладонь и… приземлился на нее. Я крепко прижала Гулю к себе и, не веря своему счастью, взобралась на чердак и заперла там голубя. Я не могла поверить, что Гуля вернулся домой. За пять минут я испытала и ужас, что он улетел, и счастье, что вернулся. С этого дня я страшно боялась снова случайно оставить дверь открытой и всегда проверяла замок. Но как-то раз я заболела, лежала дома с температурой, и Гулю пошел кормить папа. Ситуация повторилась: папа нечаянно оставил дверь открытой, и Гуля улетел. Папа вбежал в дом с ужасом на лице и закричал: – Славка! Гуля улетел! Я забыла про свою болезнь, вскочила с кровати и помчалась на улицу. Голубь парил в небе. «Ну все, второй раз так не повезет, он больше не вернется», – обреченно подумала я. Но вдруг, немного порезвившись в воздухе, Гуля стал снижать высоту… И приземлился папе на голову. – Гуля! – засмеялся папа. – Щекотно! Я схватила голубя и снова помчалась на чердак. Но тут у меня в мыслях что-то щелкнуло. – Пап… – медленно сказала я. – А ведь он вернулся уже второй раз. Может, так будет всегда? Может, можно отпускать его летать, и он будет возвращаться? – Я не знаю… – засомневался папа. – Я бы все-таки не стал рисковать. Но ответ пришел сам собой. Через несколько дней в городе поднялся сильный ураган. Из-за шквальных порывов ветра стекло на чердаке разбилось, и Гуля снова улетел. И снова вернулся. – Так, все, хватит мучить птицу, – сказали родители. – Гуля уже доказал, что не бросит нас. Папа соорудил еще одну жердочку – двухметровый шест с перекладиной наверху, и мы поставили ее в саду. Гуля тут же взлетел на нее и восторженно заворковал. С тех пор Гуля делает что ему нравится – то чистит перья на жердочке, то где-то летает, то сидит на чердаке. А когда мы поливаем цветы из шланга, Гуля обожает плескаться под брызгами воды. В первое время, когда Гуля улетал, я не могла привыкнуть к этому, и сердце постоянно тревожно сжималось. Но он всегда возвращался обратно. И я наконец поняла: мы с Гулей – одна семья и он никогда не улетит! – У птицы есть крылья, и она должна летать, – рассуждал папа. – Если даже меня, человека, постоянно тянет в небо, то чего уж тогда говорить о птице? Ни один просторный чердак не заменит просторного неба! Я была согласна с папой и верила ему, потому что папа как никто другой знает, что такое небо. Он работает пилотом. Кстати говоря, с папиной профессией связана и история нашей семьи. Шестнадцать лет назад мама была выпускницей факультета психологии и начала работать в центре оказания психологической помощи населению. Мама работала как в кабинете, так и в поездках – выезжала в те места, где людям по каким-то причинам срочно требовалась психологическая помощь. Например, туда, где случилась какая-то катастрофа. Однажды осенью психологов из маминого центра отправили в срочную поездку – в тайге потерпел крушение военный самолет, который перевозил около ста человек военных. К месту крушения ехали родственники погибших и пострадавших, и им, как и членам экипажа и пассажирам, нужна была психологическая помощь. Мама с делегацией психологов прибыла в тайгу, в ближайший населенный пункт, куда отправили пострадавших. Во время крушения самолета несколько человек погибли, но многие выжили. Психологи разделили между собой людей, с которыми им предстояло работать. Маме достался молодой помощник пилота Алексей Казаков – красивый смуглый мужчина с казачьими корнями. Фамилия отражала его происхождение. Сначала они общались просто как психолог и пострадавший, но в один момент мама начала замечать, что их разговоры из психологического русла стали плавно перетекать во что-то более близкое. Они поняли, что нравятся друг другу. В один из дней пребывания в тайге мама решила отправиться в лес за ягодами. Тайга завораживала. Многокилометровый хвойный лес наполнен тишиной, которой никогда не бывает в городе. Тишина поглощала и окутывала. Иногда мама слышала шорохи пробегающих между деревьев и кустарников животных, пение и вскрикивания незнакомых таежных птиц, ну а ягод и грибов здесь было видимо-невидимо… Мама наслаждалась чистейшим воздухом, собирала дары леса и раздумывала над тем, какая же Россия огромная и великая – в ней есть и жаркие южные моря, и Северный Ледовитый океан, и пустыни, и тайга… Но вдруг мама вынырнула из мыслей и огляделась вокруг. Оказывается, размышляя о природе, она отвлеклась и перестала следить за тем, куда идет. Все вокруг было незнакомым, мама не могла понять, откуда пришла. Она присмотрелась к земле, чтобы увидеть свои следы и по примятой траве определить обратную дорогу, но трава здесь была настолько сочной и упругой, что совсем не приминалась. Мама поняла, что… заблудилась. Она испытала жуткий страх. Но еще страшнее стало, когда по своей неопытности оступилась на кочке и угодила прямиком в болото. Корзина с дарами природы упала на мягкую изумрудную траву, и ягоды с грибами рассыпались. Маму затягивала трясина. Она пыталась выбраться и кричала на всю округу. Но коварное болото было сильнее… Оно быстро поглощало маму. Устав бороться с коварным болотом, мама ослабела и потеряла сознание. Очнулась с высокой температурой в незнакомом бревенчатом домике. Она была накрыта пледом, рядом на стуле стояла чашка дымящегося чая с морошкой, на стене тикали старинные ходики, а неподалеку сидела незнакомая старушка и вязала теплый носок. Услышав мамин стон, она отложила вязание и, хромая на правую ногу, поспешила к ней: – Деточка, ты очнулась! – Где я? – спросила мама, обводя взглядом маленький домик. – Не волнуйся, все в порядке. Я услышала крик в лесу и еле успела! Ты упала в болото, я вытащила тебя багром. Откуда же ты такая? Не знаешь, что ли, что болота очень опасные? Болота бывают проходимыми или, наоборот, совсем непроходимыми! Ты угодила в топяное болото, в зыбун! – Я первый раз в лесу… – со слабостью ответила мама. – Я приехала в эту область по работе. И решила пойти в лес за ягодами и грибами… У нас на юге нет таких лесов, как здесь… А тем более болот… – Меня зовут баба Слава. – А меня Нина. – Поживешь пока у меня, – сказала старушка, отдернула занавеску и посмотрела в окно. – Долго шли дожди, и к городу никак не пройти, все размыло. Мама неделю прожила у бабы Славы. Как выяснилось позже, ее полное имя – Ярослава, и она всю свою жизнь прожила в лесу. Когда мама выздоровела и оказалась в городе, окружающие глазам своим не поверили. Они думали, что мама пропала где-то в тайге… Но она чудом выжила. Больше всех радовался маминому возвращению Алексей. Оказывается, он даже организовал поисковый отряд, чтобы они отыскали маму, но из-за сильного дождя болота размыло, и поисковики не могли в тайге ни проехать, ни пройти. С того дня между мамой и Алексеем завязался роман, а после романа была свадьба. У них родилась дочь, то есть я, и они назвали меня Ярославой в честь старушки, которая спасла маму в тайге. Меня все называют то Ярославой, то Славой, кому как удобнее. Папа переехал в мамин город, стал работать пилотом гражданской авиации, а мама по-прежнему работает психологом. И мне тоже очень нравится психология. Глава 2 Школьное посмешище Я накормила Гулю, поменяла воду в поилке и рассказала ему, какое потрясение перенесла час назад в продуктовом магазине. Гуля ласково потерся об меня головой, щекотно покусал нос клювом, и мне стало легче. Кстати, я приучила Гулю к одной вещи – когда он летает и я хочу, чтобы он вернулся и прилетел ко мне, то я начинаю свистеть, и Гуля прилетает на свист. Он очень хорошо обучился этому трюку. Гуля заворковал, и я успокоилась из-за Вани. Конечно, ситуация неприятная, но зачем зря переживать? Какой смысл в том, что буду накручивать себя и страдать? За это время многое случилось. Я уже другая и никогда не позволю, чтобы меня кто-то унизил. Ни он, ни кто-то еще… Когда Таня Кобылкина сегодня сказала: «Что-то ты слишком умная стала», она была права. Я не всегда была «такой умной», не всегда могла найти подход к людям. Тем более к таким сложным, как Таня. И в этой школе я тоже училась не всегда. Как я уже упоминала, с первого по десятый класс я училась в школе № 19. У меня была лучшая подруга Ира Лисицына, про которую я тоже уже рассказывала. Мы были неразлучны, проводили все время вместе. Мама Иры, тетя Наташа, раньше работала в институте преподавателем биологии, а потом устроилась в нашу школу завучем. Она это сделала для того, чтобы быть поближе к дочери. Всем известно – если мама работает в школе, то к ребенку особенное привилегированное отношение. Как среди учителей, так и среди одноклассников. Тем более если мать завуч. Когда тетя Наташа пришла работать в школу, Ира стала местной звездой. Одноклассники старались во всем ей угодить, пытались подружиться, чтобы таким образом быть поближе к «звездной» семье. Мне не надо было угождать Ире, потому что мы и так были лучшими подругами, и я не извлекала из дружбы никакой выгоды. После того как тетя Наташа пришла работать в школу, Иру частенько стало заносить – в ней появились властность, чувство вседозволенности и даже какая-то жестокость и высокомерность. Так как я была ее лучшей подругой, то со мной автоматически тоже считались все одноклассники. Хотя даже и без этого я сама по себе была общительной, веселой, участвовала во всех школьных мероприятиях. Но однажды в девятом классе моя жизнь перевернулась с ног на голову. Изменилось все, что только могло измениться. Теплым апрельским вечером мы гуляли с Ирой и обсуждали мальчиков из нашей школы. В параллельном классе учился парень по имени Юра – он был наглым, дерзким, но почему-то все девчонки вешались на него, как гирлянды на елку. А вот мне этот Юра никогда не нравился. – Не понимаю, чего все девчонки в нем находят, – искренне сказала я. – Какой-то он наглый. – Ты действительно ничего не понимаешь! – внезапно взвилась Ира. – Он не наглый! Он клёвый! Я не ожидала такой реакции. Стало ясно, что Ира тоже к нему неравнодушна. Но я не хотела соглашаться с ней, ведь наглость – это не достоинство. – А чего в нем клёвого? – заспорила я. – Он хамит учителям, перецеловался уже со всеми девчонками в школе, может себе позволить подойти к любой и обнять ее… – Да что ты вообще понимаешь в парнях?! – перебила меня Ира. – Это круто! Он настоящий мужик! – Он не мужик, а просто распущенный! Он ведет себя очень нескромно! – Слушай, да что ты понимаешь в парнях? – с усмешкой сказала Ира. – Если мне не изменяет память, пару месяцев назад ты уже нашла одного «принца» по имени Ваня, который даже не пришел с тобой на встречу. Ира ужалила в самое больное место. Она знала, как я переживала из-за Вани. За эту выходку я отплатила ей той же монетой. Усмехнулась и сказала: – Ну, я хоть с каким-то «принцем» общалась, а ты даже такого себе не можешь найти. Ира презрительно посмотрела на меня и процедила: – Ты еще пожалеешь, что сказала… Со мной так нельзя, дорогая! Запомни это! Ты совершила ошибку! Она резко развернулась и ушла домой. Некоторое время я пребывала в недоумении от ее реакции, а потом поняла, что Ира злится, скорее всего, не на меня, а на самого Юру. Судя по всему, он очень ей нравится, но я не замечала, чтобы он когда-то оказывал Ире знаки внимания, даже зная, что ее мама завуч. Очевидно, безразличие и равнодушие Юры обижает ее, и на меня она выплеснула все свое раздражение. Но как я могла промолчать, если она напомнила мне про Ваню?.. Она ведь знала, как я страдаю! Тогда я даже не предполагала, чем обернется наш разговор. На следующее утро я, как обычно, подошла к старому тополю. Каждое утро мы встречались здесь с Ирой и шли вместе в школу. Но сегодня она почему-то не пришла. Или уже ушла. «Наверное, она все еще обижена на меня за вчерашнее», – поняла я и отправилась в школу одна. Зашла в класс и увидела за нашей партой Иру. Мы сидели вместе. – Привет! – по пути сказала я всем. Но почему-то никто из одноклассников мне не ответил. – Привет, – повторила я. Но на меня снова никто не обратил внимания. «Я что, стала вдруг невидимкой?» – подумала я и посмотрела на Иру. На ее лице была самодовольная усмешка. В задумчивости я развернулась и села за другую парту. Во время большой перемены пошла в столовую, купила сок и булочку и направилась к столу, где сидели одноклассники. Хотела поставить стакан, но вдруг на то место, куда я собиралась сесть, одноклассница Настя поставила свою сумку. – Здесь занято, – пояснила она. – А что вообще происходит? – наконец не вытерпела я. Мне уже надоело смотреть весь этот спектакль. – Слава, иди отсюда, – презрительно сказала Настя. Сначала я не поверила своим ушам. Но по взгляду Насти поняла, что не ослышалась. – Сама иди отсюда! – в тон ответила я. Затем сдвинула в сторону ее сумку, села на освободившееся место и поставила еду на стол. «Вот так-то», – довольно подумала я. Но эффект вышел неожиданным – не сговариваясь, одноклассницы собрались и ушли за другой столик. Я осталась одна за всем столом, хотя остальные столы были забиты людьми. Весь день происходила какая-то ерунда – одноклассники игнорировали меня и смеялись за спиной. Но что самое противное – они стаей увивались за Ирой. Было яснее ясного, что она, лидер нашего класса, настроила всех против меня. На предпоследний урок не пришел учитель, и у нас образовалось «окно». Мы спустились на первый этаж к лавочкам и там стали ждать следующего урока. Я села на лавочку. Все одноклассники встали. Ира улыбнулась. – Может, хватит уже? – едва сдерживая эмоции, обратилась я к Ире. Внутри все клокотало от ярости. – Зачем ты настроила всех против меня? – А потому что ты лохушка, – с улыбкой ответила Ира. – И теперь все будут называть тебя именно так. Лохушка! Я обомлела. Но в следующий момент обомлела еще больше. Ира подошла ко мне и под одобрительное улюлюканье одноклассников подняла ногу и вытерла кроссовку о мою красивую черную юбку. – Ярослава лохушка! – дружно подхватили одноклассники и заливисто рассмеялись. Их ядовитый смех эхом разнесся по пустынному этажу. – Лохушка! Ком подступил к горлу. Слезы душили. Перед глазами стало мутно. – Это ты лохушка! – закричала я, как раненый зверь. Потом бросилась на Иру и расцарапала ей щеку. Но в следующее мгновение на меня кинулись все одноклассники и по примеру Иры стали вытирать об меня свою обувь. Я не могла справиться с этой озлобленной толпой. Расплакалась и выбежала из школы. Вслед раздался громкий многоголосый смех. На улице отряхнула юбку и пошла домой, как в тумане. Не понимала, почему это всё происходит. За что Ира так жестоко со мной обошлась? По какому праву она настроила против меня одноклассников? Ведь мы вчера поссорились из-за такой чепухи – поспорили о парнях! А сегодня меня игнорируют все одноклассники и вытирают об меня ноги. В прямом смысле слова. Я не могла поверить, что люди бывают такими жестокими. В голове не укладывалось. Казалось, это просто неприятный сон. Сейчас я проснусь, соберусь в школу, встречу у старого тополя Иру, и вместе пойдем в школу. Но я не просыпалась. Потому что все происходящее было правдой. Ира была авторитетом и без труда настроила людей против меня. Все пытались ей угодить и поэтому с радостью приняли идею унизить меня. И, наверное, кроме этого, они просто получали удовольствие от того, что нашли предмет для издевательств. Весь оставшийся день я провела в каком-то полубредовом состоянии. Ночью снились кошмары. Просыпалась среди ночи и пыталась понять – правда ли то, что сегодня случилось? Неужели Ира действительно настроила против меня класс и они вытерли об меня ноги? Бедная я. Бедная юбка! Родители подарили ее мне на день рождения. Эта юбка была моей самой любимой. И Ира это прекрасно знала… Я понимала, что все это правда, и в ужасе засыпала дальше. Я не представляла, как завтра пойду в школу и как теперь буду общаться с одноклассниками. На следующий день ситуация стала еще хуже. Весть о том, что в школе появилось новое посмешище, разнеслась среди параллели. И теперь ребята из параллели тоже начали надо мной насмехаться. Конечно же, они сами не понимали, за что идет травля, но им, наверное, это было и не важно. Им просто нравилось смеяться над человеком, и они пользовались этим по полной программе. Я шла по коридору, и каждый считал своим долгом ко мне прицепиться и сказать что-нибудь обидное. Я не могла совладать с этой ситуацией. Подростки – это стихия. Если они решат кого-то задавить, то это с легкостью получится. И у них получилось. Травля длилась два месяца – пока не начались летние каникулы. Помню, я шла домой после выставления годовых оценок, а по другую сторону дороги шли человек десять одноклассников и во весь голос кричали: «Лохушка! Лохушка!» Это было невыносимо. Я хотела куда-нибудь исчезнуть, испариться, чтобы кошмар наконец прекратился. Мне казалось, что все на свете – и обычные прохожие, и ведущие передач по телевизору, и мои соседи, и космонавты в космосе – знают, что я посмешище. Те три месяца летних каникул между девятым и десятым классом стали самыми счастливыми в моей жизни. Я отдохнула от издевательств. Все каникулы надеялась, что за это время одноклассники забудут обо мне, и в новом учебном году все будет хорошо. В конце августа были школьные сборы перед началом нового учебного года. Я переходила в десятый класс. Шла на сборы с трясущимися коленками и лихорадочно думала: «Забыли или нет? Забыли или нет? Забыли или нет?..» Когда подошла к одноклассникам, то по их насмешливым лицам стало ясно – они ничего не забыли. Они все помнят. Со мной никто не поздоровался. Все отвернулись в другую сторону, как будто меня здесь и не было. Я пришла домой и прорыдала всю ночь. В первую неделю сентября на перемене меня окружили одноклассники и угрожающе спросили: – Ты чего классной настучала? – Что? – не поняла я. – Ты чего классной настучала? – Я никому ничего не стучала! Выяснилось, что вчера после уроков классная руководительница Надежда Петровна втайне от меня провела классный час. Она просила класс угомониться и не приставать ко мне. Оказывается, Надежда Петровна заметила, что в классе происходит что-то странное. Но ее благая попытка утихомирить одноклассников только усугубила ситуацию – теперь они считали, что это я пожаловалась учительнице, и начали унижать еще больше. Я не хотела ходить в школу, потому что в школе не получала ничего, кроме обид. На всех переменах ко мне приставали. Больше всего не любила большую перемену, потому что за это время успевали поиздеваться дольше, чем на коротких переменах. Я старалась прятаться в темных коридорах или проводить перемены на этаже, где учатся начальные классы, чтобы быть менее заметной и не попадаться на глаза старшеклассникам. Настоящей пыткой было, когда меня вызывали к доске. Я стояла у доски, и весь класс презрительно смотрел на меня. Если я не знала, как выполнить задание, мне никто не подсказывал. Они с усмешкой смотрели, как я краснею и получаю низкие оценки. И никто не пытался помочь. Я не хотела рассказывать обо всем родителям, потому что от этого было бы только хуже. Они пошли бы в школу, устроили скандал, и тогда одноклассники окончательно бы меня растоптали. В мире было только одно живое существо, которому я могла довериться. Это Гуля. Гуле я могла рассказать все. И он меня понимал. Когда он видел, как я плачу, то начинал тереться своей мягкой белой головкой о мою щеку и успокаивающе ворковать. И мне становилось легче. Но… я не могла постоянно быть с Гулей. Каждый день приходилось ходить в школу, где я получала новые порции насмешек. Кажется, я уже даже стала привыкать к тому, что теперь буду жить так. У меня был толстый блокнот, и иногда я записывала в него все, что происходит. Это тоже был один из способов выговориться, с кем-то поделиться своими чувствами. Я стала жить как в тумане, находясь в постоянном страхе. Замкнулась в себе, меня ничего не радовало. Я боялась ходить в школу, потому что нервы уже не выдерживали ежедневных гадостей. Меня ничего не интересовало, я потеряла вкус к жизни. Перестала носить яркую одежду, перейдя на серую или черную – теперь мне было так комфортнее. Эти цвета отражали мое душевное состояние. В голове постоянно стучала одна-единственная мысль: скорее бы закончились уроки, чтобы можно было уйти домой. Каждую неделю я ждала выходные, потому что они были для меня как праздник. А потом однажды я нашла отличный выход из ситуации. Поняла, что можно просто-напросто прогуливать школу! Если в какой-то день папа или мама были дома, то утром я уходила из дома, но шла не в школу, а в любимую дубовую рощу неподалеку от дома, где проводила все время уроков, а потом возвращалась домой. Если дома никого не было – мама шла на работу с утра, а папа был в рейсе, то я даже и не выходила из дома. Иногда, правда, ходила в школу, но по большому счету я прогуляла практически весь сентябрь. Гром грянул, когда мама пошла на родительское собрание. Там она и узнала, что я почти месяц не была в школе. Весь вечер я просидела у окна, ожидая момента, когда мама пройдет мимо окон и я услышу стук ее каблуков. Я знала, что она будет сильно ругать. И вот наконец я услышала стук каблуков. Я сидела на диване. Мама вошла и пристально посмотрела на меня. – Я не поняла, что ты вообще вытворяешь? – Она была на взводе, но не кричала. И от этого становилось еще страшнее. Лучше бы она повысила голос. – Почему уроки прогуливаешь? Ярослава, ты сошла с ума? – Нет. Мама называла меня полным именем, только когда случалось что-то серьезное. – Тогда где ты пропадаешь вместо уроков?! – мама перешла на крик. – Ты что, влюбилась? У тебя парень? Я не понимаю, почему ты месяц не ходишь в школу! А ну, посмотри мне в глаза! Мама склонилась надо мной и всмотрелась в глаза. – Ты думаешь, я наркоманка? – предположила я. – А что еще мне остается думать? Разве нормальный человек может месяц не ходить в школу? Собирайся. – Куда? – Мы едем к врачу на обследование. – Никуда я не поеду! – сказала я, ушла к себе в комнату и захлопнула дверь. Мама помчалась следом, открыла дверь и влетела в комнату. – Собирайся, я сказала! – закричала она, открыла шкаф и стала бросать мне одежду. Мама сильно нервничала, раскраснелась, ее буквально трясло от злости. – Быстро собирайся! Если бы ты знала, как опозорила меня перед всеми родителями! Учительница на весь класс сказала, что ты месяц прогуливаешь уроки! В это мгновение меня прорвало. Я рухнула на кровать и разрыдалась. Слезы градом катились из глаз. Я плакала с надрывом и даже с неким упоением. – Мама, я не могу… – рыдала я. – Я больше так не могу… Я не могу больше это терпеть… Мама во все глаза смотрела на меня. Она была потрясена и, кажется, даже боялась ко мне прикоснуться. Но потом осторожно села рядом. – Славочка, доченька, что с тобой? – мама ласково обняла меня. – Ты можешь толком объяснить, что случилось? – Я изгой! – зажмурившись от ужаса и сжавшись в комок, прорыдала я. – Надо мной все издеваются… Меня унижают… Об меня вытерли ноги… Я школьное посмешище! – Что?.. – ошарашенно пробормотала мама. – Ты о чем? Кто вытер об тебя ноги? И я все рассказала маме. Все, что копилось во мне, наконец-то выплеснулось наружу. Мы разговаривали несколько часов. После того как я выговорилась, стало намного легче, как будто с плеч сняли тяжелую мокрую шубу. – Какой ужас… – мама качала головой и крепко обнимала меня. Ее глаза были широко раскрыты. – Бедная моя девочка… А я… я самая плохая мать на свете… – Почему? – Потому что работаю психологом: целыми днями помогаю людям справляться с их проблемами, но не заметила, как моя дочь буквально погибает! – Ты ни в чем не виновата… Я думала, что все наладится… А оно… с каждым днем все хуже… Мама вскочила с кровати. – Я должна была сразу заметить твое состояние! Должна была сразу все понять! А я… – она обреченно махнула рукой. – Ладно… Теперь надо решать, что делать дальше. – Я не хочу ходить в школу, – категорично отрезала я. – Мне надо подумать, – сказала мама. – Чуть позже вернемся к этому разговору. А сейчас идем ужинать. Мы поужинали. Мама какое-то время посидела одна в своей комнате, а затем пришла ко мне и высказала свои соображения: – В общем, я поняла – из этой ситуации есть как минимум два выхода. – Мама, о каких выходах ты говоришь? – удивилась я. – Я школьное посмешище! Здесь нет выхода! – Есть, – твердо возразила мама. – Первый выход такой: ты можешь наладить отношения с одноклассниками. Если ты этого хочешь, то нужно продумать четкую стратегию, как вернуть их расположение. – Его уже не вернешь! – уверенно сказала я. – И мне не нужно их расположение. Эти люди «хорошо» показали себя. У нас больше никогда не получится нормально общаться. – Вся проблема в Ире… – вздохнула мама. – Ты понимаешь, в любой компании всегда есть главный человек, лидер. Он выбирается гласно или негласно. Вот сама подумай – всегда везде есть кто-то, к чьему мнению прислушиваются больше всего. Правильно же? – Ну да, правильно, – подумав, согласилась я. – Сейчас больше всего прислушиваются к Ире. Но почему? А потому, что у нее авторитет благодаря маме. – Ну а как мне стать авторитетом? – спросила я. И сама же ответила: – Никак! Да я и не хочу становиться авторитетом! Мама! Эти люди искалечили меня! Я уже полгода живу в каком-то кошмаре! Я не хочу их знать! У меня нет никакого желания снова начинать общаться! Я уже никогда не смогу нормально с ними сосуществовать! – Хорошо, – согласно кивнула мама. – Я так и думала. Тогда есть второй выход. – Какой? – Перейти в другую школу, – пожала мама плечами. – Ты шутишь? – изумилась я. – Нет. Какие тут шутки? Ну а что тут такого? В любом случае хуже уже не будет, потому что хуже некуда, – сказала мама горькую правду. – Тебе учиться еще почти два года. Подумай – ты готова провести столько времени среди этих людей? – Нет, – вздрогнула я от такой перспективы. – Ну вот. Поэтому можно перейти в другую школу. Там будет новый класс. Те люди не будут знать тебя, а ты – их. И больше никакой авторитетной Иры, которая настраивает всех против тебя. Ты сможешь начать жизнь с чистого листа. После маминых слов словно исчезла окружавшая меня тьма. Я поняла, что выход действительно есть. А мне казалось, что ситуация совсем тупиковая… Но я была не права. Выход есть всегда! Главное, хорошо его поискать! – Я хочу в другую школу, – твердо сказала я. – Я хочу начать новую жизнь. – Но прежде чем ты это сделаешь, я кое-чему тебя научу, – загадочно улыбнулась мама. – Ты о чем? – В новой школе тебе надо будет постараться самой стать авторитетом. Ты должна так себя преподнести, чтобы все сразу почувствовали в тебе сильного человека. – Да разве же это возможно? – удивилась я. – Какой из меня авторитет? – Все возможно, Ярослава, – понимающе промолвила мама и крепко обняла. – Не переживай, доча. Я подробно тебе объясню, что нужно для этого сделать. С этого дня у меня действительно началась новая жизнь. Глава 3 Рецепт дружбы Мы решили, что я еще немного проучусь в прежней школе, и за это время мама объяснит, как подружиться с новым коллективом. Мама была высококлассным психологом. Она уже семнадцать лет работает в этой сфере, у нее даже есть свой психологический центр. Она очень хорошо разбирается в людях и многим помогает выпутаться из сложных жизненных ситуаций. Как-то мы с мамой сидели во дворе и пили чай за столиком в беседке. – В жизни человека часто возникают разные проблемы, и я помогаю людям с этими проблемами справиться, – рассказывала мама. – Проблемы бывают разными – одни связаны с самим человеком, а другие с обществом, которое его окружает. – Вот у меня как раз такое! – определила я. – У меня проблема с обществом! – Нужно учиться с ним жить. Вернее, в нем. Вот посмотри – у тебя проблемы с одноклассниками, да? – Да. Ну, и другие классы тоже ко мне пристают. – Это неважно. Сам эпицентр проблем – это одноклассники. – Ну и что мне нужно делать, чтобы найти общий язык с людьми? – поторопила я маму. – Расскажу один из способов. Твой класс сейчас напоминает стаю, которая на тебя набросилась. Но компания состоит из отдельных людей. Поэтому нужно искать общий язык не сразу со всеми, а с каждым отдельным человеком. Нужно брать каждого человека, анализировать его и пытаться понять, какой к нему можно найти подход, стараться определить его сердцевину. – Это как? – не поняла я. – Какая еще сердцевина? Мама рассмеялась: – Ну, я образно выразилась, чтобы было легче понять. Вот согласись – у каждого человека есть то, что имеет для него большое значение, то, что его больше всего волнует. Люди начинают дружить, когда у них появляются какие-то общие интересы, когда хотят в жизни одного и того же… Вот, например, со своей подругой Ларисой я познакомилась на кулинарном сайте – она тоже любит печь торты. Понимаешь? Людей связывают общие интересы. А вот ты, например, могла бы подружиться с человеком, у которого тоже есть голуби… – Да, могла бы! – согласилась я. – Ну вот. У каждого есть какие-то особенности. И если ты научишься смотреть на человека не просто как на прохожего, а если присмотришься к нему повнимательней, определишь, какой это человек, что ему важно в жизни, то тогда ты сможешь понять, как можно с ним подружиться. Я была потрясена. То, что сказала мама – с одной стороны, это так просто, а с другой стороны – это очень умно. А ведь правда – если определить, какие у человека интересы, ценности, то можно найти общий язык! – Короче говоря, абсолютно у каждого человека есть своя сердцевина, – резюмировала мама. – В принципе, я работаю точно так же. Это основа из основ всей психологии. Человек приходит ко мне на прием с какой-то проблемой, я с ним беседую и определяю, какой подход можно к нему найти. Я понимаю, что для него важно, понимаю, о чем можно говорить в его присутствии, а что только ранит. – Значит, мне нужно учиться внимательно общаться с людьми, и тогда я пойму, какой к кому подход можно найти, – сделала я вывод. – Да, доча, все правильно. Поэтому, когда придешь в новый класс – сразу изучай людей, которые тебя окружают. Если ты поймешь, кто чем интересуется, то сможешь подружиться с любым человеком. Я усвоила – над взаимоотношениями нужно работать. И тогда их можно изменить, если по каким-то причинам они не устраивают. Вооружившись новыми знаниями и задавшись целью начать жизнь с чистого листа, со второй четверти десятого класса я перешла в другую школу. Мне было страшно, но я понимала – другого выхода нет. Я решила, что теперь у меня все будет иначе, и снова захотелось носить такую же яркую одежду, какую носила до происшествия в прежнем классе. Я сняла с себя темные юбки и блузки и снова полюбила яркие – те, что так долго ждали меня в шкафу. Вместе с этими яркими красками я почувствовала, как сама наполняюсь разными цветами, прямо как радуга. И я поверила: в моей жизни все может быть хорошо! Новый класс воспринял меня настороженно, но не в штыки. Здесь никто не знал о случившемся, о том, как ко мне относились бывшие одноклассники. Новая классная руководительница Корнилова Зинаида Ивановна представила меня классу (позже я узнала, что классная носит прозвище Корзина – сокращение от фамилии и имени). Корзина преподавала географию. На перемене я взялась за дело. Окинула взглядом класс и определила, кто здесь лидер. С первого взгляда стало понятно, что лидером была красивая девчонка, стильно одетая, с голубыми глазами и очень ухоженными пышными каштановыми волосами. На шее висели стильные аксессуары голубого цвета, которые подчеркивали цвет глаз, а запястья украшали браслеты. Она была манерной, и у меня сложилось впечатление, что ее поведение слишком наигранно. Все вились вокруг нее. Она была настолько общительной, что находилась как бы одновременно в нескольких местах. «Она лидер, значит, с ней и надо начинать дружить, – дала я себе установку. – Если она отнесется ко мне нормально, значит, и другие отнесутся так же». Я принялась наблюдать за ней, как советовала мама. Ее звали Анжела Соколова. Она показывала девчонкам свой маникюр. Про маникюр Анжела разговаривала полперемены. «Значит, ее маникюр для нее важен», – решила я и стала размышлять, можно ли подружиться, если знаешь, что человеку интересен маникюр? Подумав, поняла – можно. Я вспомнила, что недавно читала в газете интересную статью про маникюр. И сейчас эти знания можно будет использовать. Вздохнув поглубже, чтобы успокоиться, я направилась к компании. При моем появлении новые одноклассницы притихли, потому что никто не знал, о чем можно разговаривать с новенькой. Я должна была первая задать тему разговора и произвести первое впечатление. Первое впечатление очень важно. Как говорится, нет второго шанса произвести первое впечатление. – Классный маникюр! – похвалила я Анжелу. Я старалась выглядеть спокойной, но сердце стучало так сильно, что я боялась, что оно проломит грудную клетку. – На какую он тему? – В смысле? – не поняла Анжела. – Ну, декоративный маникюр бывает разным, – сказала я и замолчала. Замолчала намеренно. Это была продуманная тактика. Я дала информацию, что маникюр бывает разным, и таким образом заинтриговала Анжелу. Оборвала фразу на самом интересном месте. А когда что-то обрывают на самом интересном месте, то людям хочется знать – что будет дальше? Теперь, скорее всего, Анжеле захочется спросить, а какой же бывает маникюр. – Да? – с интересом отозвалась Анжела. – А какой он бывает? «Сработало», – радостно подумала я, посмотрела на ее маникюр и объяснила. – Ну, вот у тебя на ногтях нарисованы узоры. Это просто декоративный маникюр. Но бывает маникюр сюжетный! – сообщила я и снова замолчала. «Сейчас кто-нибудь спросит, что такое сюжетный маникюр», – подумала я. Эта тактика нужна была для того, чтобы между нами завязалась не просто беседа, а такая беседа, чтобы у девчонок появился ко мне интерес. – А что такое сюжетный маникюр? – спросила другая девчонка. – Это когда нарисованы не просто узоры, а на каждом ногте разная картинка, и потом они складываются в целый сюжет! – с упоением рассказывала я информацию из газетной статьи. – Я как-то раз читала про конкурс маникюра. Одна маникюрша нарисовала во время конкурса на ногтях своей модели краткий сюжет «Анны Карениной», представляете? – Да ты что?! – поразилась Анжела. – Я даже не знала, что такое бывает. Ой, девчонки, идемте в столовую, а то есть хочется. Там и поговорим про маникюр! – она изучающе посмотрела на меня. – Как тебя… Ярослава? А ты уже была у нас в столовой? – Еще нет. – Прикинь, директор поставил в столовой барную стойку! – похвасталась Анжела. – Короче, пойдем, сейчас мы все тебе покажем! И мы отправились в столовую. Сердце колотилось еще сильнее, чем пять минут назад. Я поняла, что первый контакт с одноклассниками налажен. И все благодаря правильному поведению. У каждого человека всегда есть выбор, как себя повести. Я могла на перемене или забиться на последнюю парту и там просидеть весь день, так ни с кем и не познакомившись, а могла постараться подружиться. Так я только что и сделала. В этот же день я внимательно следила за всеми остальными одноклассниками и уже к концу дня могла сделать вывод: среди девчонок в классе лидером являлась Анжела, а среди парней – Олег. Он был среднего роста, спортивным, веселым, и все его разговоры были только о футболе. Значит, можно предположить, что футбол – это его «сердцевина». На другой перемене я подошла к нему и принялась «прощупывать»: – Футболом увлекаешься? – Ага, – ответил он и настороженно спросил: – А что? – Да просто я тоже люблю футбол. Ты где-нибудь занимаешься или так любишь мяч погонять? Олег приосанился и гордо ответил: – Я играю в юношеской команде «Олимп» в спортклубе «Викинг». – Да? – я сделала вид, что удивилась. – А я смотрю, знакомое лицо. Сначала подумала, что ошиблась. Как и в разговоре с Анжелой, оборвала фразу на самом интересном месте. – Ты о чем? – заинтересовался Олег. – Ну, мне кажется, я недавно видела тебя в «Викинге», ты играл с какой-то командой, – туманно ответила я. – Наверно, когда мы играли с «Рассветом»? – оживившись, предположил Олег. – Скорее всего, – согласилась я. Я понятия не имела ни о команде «Олимп», ни о команде «Рассвет», и вообще на футболе не была ни разу в жизни. Но построила разговор таким образом, что Олег сам все мне рассказал, но ему казалось, что я полностью в футбольной теме. – Слушай, ну ты крутая! – восхитился Олег. – Ну как тебе наша игра с «Рассветом»? – Классная! Вы молодцы! – Молодцы? – изумился Олег. – Но мы же там проиграли… Я почувствовала, что пол плывет под ногами. Я прокололась. Надо было как-то по-другому ответить, чтобы он сам дал понять, выиграли они или проиграли. – Ну и что, что проиграли? – как ни в чем не бывало ответила я. – Дело ведь не в выигрыше. Все равно было видно, что у вас хорошая техника. – Это точно! – согласился Олег. – Я тебе скажу, когда будет следующая игра. Приходи, если хочешь. – Конечно, обязательно приду! Я почувствовала удовлетворение. С Олегом тоже налажен контакт. Когда после уроков мы с классом выходили из школы, от внимания одноклассников у меня не было отбоя. Анжела шла со мной под руку, как с давней подругой, и рассказывала о салонах красоты, в которых бывала, – где какие цены и кто лучше всего делает стрижки, а Олег тянул в другую сторону и рассказывал о новых хитростях, которым учит его команду футбольный тренер. Я не могла поверить, что все это происходит со мной. В прежней школе я тоже была в центре внимания, но надо мной издевались. Когда я вернулась домой, мама с волнением спросила: – Ну как? – Все отлично! – я рассмеялась от счастья. – Все приняли меня хорошо! Я определила, кто лидер в классе, и сумела с ними подружиться! – Господи, как я рада! – с облегчением вздохнула мама. – Я так переживала! Но ты не расслабляйся. Сегодня было только положено начало. Теперь надо постоянно укреплять дружбу. Я последовала совету мамы и каждый день старалась все больше и больше внедряться в коллектив. Уже к концу второй четверти появилось ощущение, будто проучилась с этими ребятами всю жизнь. Я нашла общий язык абсолютно со всеми – и с лидерами, и с теми, кто в тени. Я старалась «раскусить» каждого человека, определяла его интересы и особенности. Все чувствовали меня «своим» человеком, и уже к концу четверти я очень органично вписалась в класс. С моим мнением считались, меня спрашивали, со мной советовались и делились секретами. В прежней школе я и представить себе не могла, что так может быть. Я вспоминала себя ту, прежнюю, и мне не верилось, что весь ужас действительно был. Такое ощущение, будто старая школа осталась в далеком прошлом. Да, я подружилась с одноклассниками, но у меня была еще одна идея. Я хотела, чтобы в классе было хорошо не только мне, но и всем остальным. Я определила, кто в классе является изгоем, и постепенно сделала так, что над этими людьми прекратили смеяться и стали общаться нормально. Я как никто другой знала, каково это – быть предметом насмешек. Теперь в классе больше не было ярко выраженных лидеров и изгоев, у всех стали равные права. Все начали уважать друг друга. И что самое главное, никто так и не понял, что я сдружила весь класс. Все это произошло в течение прошлого года. А сейчас был август, и я вернулась из магазина, в котором случайно встретилась с Ваней – парнем, который причинил мне боль. Я посадила Гулю на жердочку и подумала: «Забудь ты про этого Ваню! Вся боль в прошлом. И та, которую причинил Ваня, и ту, которую причинили одноклассники». Глава 4 Мир тесен Наступил конец августа. Это очень особенное, необыкновенное время – в душе легкая грусть по уходящему лету и одновременно волнение перед новым учебным годом. Я переходила в одиннадцатый класс, совсем забыв, что пару недель назад видела в магазине Ваню. Двадцать девятого августа я отправилась на сборы. В конце летних каникул классные руководители собирают учеников в школьном дворе, чтобы поговорить о будущем учебном годе и решить разные организационные вопросы. Подходя к школе, я еще издалека увидела, что весь двор заполнен людьми, собралось много классов, практически вся школа. Все были загорелые – видимо, на днях вернулись с моря. Я вошла во двор и принялась искать глазами одноклассников. «Вот они! – увидела я родные лица. – Надо же, как все выросли за лето!» Я подошла поближе и поздоровалась. Все начали наперебой сообщать мне новости, появившиеся за то время, что мы не виделись с практики, и спрашивать, чем занималась я. – Август прошел как-то обычно, – пожала я плечами. – Ездила к бабушке в деревню, а потом была дома. В августе созревает виноград, и нужно было постоянно собирать урожай. Я сушила изюм, варила варенье по старинному казачьему рецепту… Это так интересно! Когда варишь варенье из винограда, косточки всплывают наверх!.. – А мы с мамой летали в Таиланд, – перебила меня Анжела. Она элегантно поправила пышные каштановые волосы и закатила голубые глаза: – Вы себе не представляете, как делают массаж настоящие тайцы, а не те, что здесь у нас в салонах. У меня до сих пор столько впечатлений! Я хотела спросить у Анжелы, она в Таиланде занималась только массажем или еще ездила на экскурсии, но тактично промолчала. В прошлом году мы с Анжелой стали приятельницами, и она даже была у меня дома пару раз. Но это была не дружба, а именно приятельские отношения. Я не разделяла многих взглядов Анжелы. Ее отец владел турфирмой, и поэтому она часто куда-то летала, а мать была довольно востребованным дизайнером интерьеров. Анжела ни в чем не нуждалась и была очень избалованной и капризной. Она привыкла получать в жизни все и считала, что ей принадлежит весь мир. Ее интересовала только одежда и салоны красоты. Пожалуй, других интересов и не было. Я же была ее полной противоположностью. Как я уже говорила, люблю ездить к бабушке в деревню, выгонять рано утром коров на пастбище, обожаю лазить по деревьям и полоть траву в огороде. А Анжела, наверное, даже не знает, как выглядит корова. Она и на летнюю практику не приходит. Она считает, что рвать траву в школьном дворе – это ниже ее достоинства, и поэтому родители берут липовые справки у знакомых врачей, будто у Анжелы аллергия на траву. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/vadim-selin/lubov-so-vtoroy-popytki/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 119.00 руб.