Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Ночная гостья Юлия Андреевна Архарова Срединный мир #1 Каким станет мир после Последней войны, особенно если ее выиграли не люди, а эльфы? Как жить или, вернее, выживать людям, если немногие уцелевшие получили статус рабов и только в нескольких вольных городах можно ощутить призрачный запах свободы?.. На полуэльфийку Рийну, воровку и авантюристку, обрушивается череда неудач, таинственный князь изгоев собирается отправиться в дальнее плавание, а избалованный повеса-эльф решает почтить своим вниманием один из вольных человеческих городов. Они не герои и не стремятся ими быть. Но кого интересует их мнение?.. Юлия Архарова Ночная гостья Пролог Рэйа Арелина Арелина стояла на скале. На самой высокой скале, на которую она только смогла взобраться. Темно-синие ногти, еще недавно длинные и ухоженные, изломаны. От изящной белоснежной туники остались одни лохмотья, которые уже почти не скрывают тело с бесчисленным множеством ссадин и синяков. Холодно. На лице застыли дорожки слез. Каждый выдох оставляет иней на губах. Некогда верный спутник, ветер, злобно треплет обрывки одежды и прядки криво обрезанных волос цвета индиго. Ветер злится. Он обижен, он не понимает, почему повелительница больше не слышит его. Еще совсем недавно рэйа Арелина была почти богиней, а теперь она почти человек. Только обреченный на вечность. Жить мучительно больно. Впрочем, Арелина уже и не живет, она умерла в тот миг, когда в Срединном мире истаяли последние крупицы магии. Сейчас Арелина лишь существует. Некоторое время цепляться за жизнь ее заставлял долг. Перед своим народом и перед самим миром. Но ее сородичей больше нет. Почти все ушли… А мир? Он как-нибудь справится сам. Тем более что Арелина уже ничем не может ему помочь. Как, впрочем, и вообще никому. Только себе… Уйти… Достойно… Резкий порыв свирепого ветра бросил в лицо ворох рассерженных колючих снежинок, толкнул вперед. Камень предательски треснул под ногами. Уступ рухнул вниз, увлекая за собой худенькую фигурку. Возможно, Арелина успела бы извернуться, зацепиться за что-нибудь ободранными в кровь пальцами. Но зачем продлевать агонию?.. Полет. Полет. Полет!!! Земля так близко… Арелина проснулась. Открыла глаза. Выпуталась из кокона влажных от пота простыней. Облегченно вздохнула – сон. Всего лишь сон. Один из вариантов возможного будущего… Самый желанный. Глава 1 Рийна Ноорваль Ночь со 2-го на 3-й день Атанарил-лин 223 года от О.В. – Ну, ты готова? – тихо спросил Дорг. Я подошла к узкой бойнице, в которую вполне смог бы проскользнуть кто-нибудь гибкий и худощавый, то есть такой, как я. В нерешительности замерла. Даже на секунду выпускать из поля зрения моего спутника – высокого, немного сутулого человека с нервным лицом – не хотелось, не говоря уже о том, чтобы поворачиваться к нему спиной… Очень неприятный человек этот помощник коменданта Дорг Стройл. И не только внешне. Водились за Стройлом кое-какие грешки. К счастью, Дорг слишком жаден и труслив, чтобы предать. А еще отнюдь не глуп. Помощник коменданта знал: если Посредник хотя бы заподозрит его в двойной игре, то в Таннисе не найдется места, где удастся укрыться от карающей длани главы Гильдии Теней. Да и эльфы к раскаявшимся преступникам никогда в особом милосердии замечены не были. Эх, если бы не приз в виде весело звенящего мешочка л’релей, то я бы еще восемь раз подумала, стоит ли связываться с этим пронырой Доргом. Но уже пару месяцев не было крупных заказов, да и мелкотой меня Такима-покровительница не особо баловала. И дела так обстояли не только у меня, а у всех коллег по ремеслу. Что-то назревало. Что-то заставляло потенциальных заказчиков и самого Посредника быть настороже и лишний раз не рисковать… Да, большая часть моей работы лежит по другую сторону закона и вряд ли придется по нраву как эльфийскому Наместнику, так и человеческому бургомистру Танниса. Кое-кто из недоброжелателей презрительно называет меня воровкой-домушницей, но это не совсем верно. Ведь я – Ночная гостья, специалист широкого профиля по выполнению различных деликатных поручений. А право именовать себя подобным образом в Гильдии Теней кому попало не дается, его еще надо заслужить… Так что если вам нужно что-нибудь забрать из охраняемого и труднодоступного места, то это ко мне. И если вы хотите оставить записку на прикроватной тумбочке злейшего врага, то, думаю, мы тоже договоримся. Но если вам нужно кого-нибудь отправить в Пекло или в объятия всемилостивейшей Матери Араш, то тут я ничем не смогу помочь. Банальным уличным грабежом и различным членовредительством тоже не занимаюсь. В этот раз я подписалась на не совсем типичный для меня заказ. Да что там говорить, поиск древних безделушек в Старом городе – это совсем не мой профиль! Но отсутствие работы уже явно начинало напрягать, да и без дела я долго сидеть не привыкла. И потом – я ведь не в свободный поиск отправилась, да и Старый город не такая уж незнакомая для меня территория. К тому же Посредник дал удивительно точную наводку. Может, до цели добраться будет и нелегко, но и заплатят мне за выполнение этого заказа очень хорошо. – Эй! Что случилось? – вырвал меня из задумчивости встревоженный голос помощника коменданта. – Ничего. – Я тряхнула головой, отгоняя несвоевременные мысли, и осторожно выглянула из бойницы. В Старом городе царила ночь. Тихая. Безлунная. Внизу лежала зона отчуждения шириной в полторы сотни метров. Все здания и сооружения на ее территории уже давно были разобраны или сожжены, и лишь кое-где виднелись остатки фундаментов и котлованы подвалов. За то время, что мы провели в башне, ни я, ни Дорг не заметили внизу ни малейшего движения. Как будто Старый город вымер… Ошибочное мнение – я прекрасно знала, что за Стеной и прилегающей территорией сейчас наблюдает множество глаз. – Готова, – кивнула я. – Хорошо. Учти, мои ребята тоже могут захотеть потренироваться в меткости. Сама знаешь, как у нас любят перебежчиков. Я усмехнулась. Помним. А как же. И потом, что может быть лучше для начала рабочей ночи, чем легкая пробежка под перекрестным огнем?.. Впрочем, утро у меня будет еще веселее. – Знаю, Дорг, знаю… – промурлыкала я. Стройл поморщился, но продолжил: – Учти, попадешься – вытаскивать не буду! Сам приложу все усилия, чтобы ты не встретила рассвет. – Да не волнуйся, я не маленькая. Чай, не впервой! Не нравилась мне нервозность Дорга. Ох, не нравилась! Мелькнула трусливая мыслишка: а может, стоит отказаться, пока не поздно… Яростно отбросила негодную искусительницу в сторону. Даже не думать! Теперь дело не только в деньгах и сомнительном удовольствии от приключения, а уже в репутации, которую я кровью и потом зарабатывала последние восемь лет. Стоит только раз не выполнить заказ, на который подписалась, и мало того что придется уплатить солидный штраф, но и Посредник может больше не доверить мне особую работу. Так и буду потом всякой мелочовкой перебиваться! Дорг подал мне светло-серый плащ, сшитый из старой мешковины, который являлся одним из необходимых элементов маскировки. Правда, временным. Я затянула тесемки плаща, накинула на голову капюшон. Теперь я по крайней мере не буду выделяться на Стене из белого песчаника в своей темно-серой одежде. Стройл привязал один конец веревки к металлической скобе, вбитой недалеко от бойницы, и теперь держал моток в руках. Я проверила узел, внимательно осмотрела веревку. – Не доверяешь? – усмехнулся помощник коменданта. – Ну почему же. Просто не хочу случайно свалиться со Стены высотой в пятнадцать метров. Мало ли что в жизни бывает. – А-а-а… Ну тогда ладно, – нервно улыбнулся Дорг. – Я буду ждать тебя три ночи подряд на Граутской башне. Но смотри, позже пяти утра даже и не думай появляться… И пусть Такима тебя бережет. Я кивнула и резко взмахнула рукой: – Давай! Моток веревки устремился вниз, и не успела она еще коснуться земли, как я, быстро перебирая руками, заскользила по ней. Повезло. Вроде пока не заметили или не посчитали нужным вмешаться. Светлый плащ отлетел в сторону, веревка стала быстро подниматься вверх, а я понеслась через зону отчуждения. Передвигалась я короткими перебежками, низко пригнувшись, используя изредка попадающиеся остовы фундаментов, чахлые кустарники и неровности рельефа для укрытий. Скатилась в котлован. – Уф-ф… – облегченно выдохнула. Две трети пути пройдены. И, похоже, пока Такима-покровительница милостива ко мне. Тихое утробное рычание, раздавшееся из-за спины, показало, что я слишком поторопилась с последним утверждением. Развернулась. Шкара! Я резко прыгнула и рубанула с’каашем по шее притаившейся зверюги. Тщательно вытерла клинок о свалявшуюся гриву. Глухо сквозь зубы выругалась. Жалко животинку – так некстати подвернулась. При всей моей любви к кошачьему племени выбора у меня сейчас не было. Неважно, что шкара лишь раза в два превышает размерами свою отдаленную родственницу кошку и питается в основном падалью. Эта зверюга могла меня выдать и к тому же занимала так необходимое мне укрытие. Я подползла к краю котлована, осторожно выглянула из-за развалин фундамента. Мне осталось преодолеть всего метров пятьдесят, но зато по выжженному полю. Посмотрела на Стену. Факелов не прибавилось, и, судя по всему, тревогу никто не поднимал. Криво усмехнулась – как всегда, Городской совет экономит на жалованье, а дружинники потихоньку перепродают дорогущее ночное зелье на сторону. Той же Гильдии Теней и старогородцам, к примеру. Сами же блюстители порядка, не употребив снадобье, ночью слепы аки щенята. Ночное зелье было изобретено специально для дружинников лет этак пятьдесят назад. Хотя, чует мое сердце, никаким открытием тут и не пахло, просто откопали где-то старый манускриптик с готовым рецептом – и все дела. Только вот ущербным каким-то продукт наших алхимиков оказался. Во-первых, действовало снадобье всего три часа и принимать его можно было не чаще чем раз в сутки, а лучше и того реже. Во-вторых, оно обладало целым букетом противопоказаний и побочных действий. Дружинники спустя десяток лет регулярного использования этого эликсирчика начинали постепенно слепнуть и глохнуть, а может, и еще какие-то изменения в их организмах происходили… Не знаю, я на вскрытиях не присутствовала… Только для городских властей многочисленные побочные действия зелья блекли на фоне его достоинств. Неудивительно, ведь ночное зелье позволяло лучше видеть в темноте, обостряло слух и обладало сильным тонизирующим эффектом, а значит, тем же дружинникам не грозило заснуть на посту. Но то, что было важным для городских властей, для меня таковым отнюдь не являлось. Ночным зрением я и так обладала – спасибо папочке-эльфу, что постарался. На слух, по той же причине, я тоже никогда не жаловалась, да и заснуть на работе не боялась – к ночному образу жизни я привыкла с детства, и порой, наоборот, приходилось пить снадобья, чтобы заснуть. Неудивительно, что из десяти дружинников, которые охраняли по ночам покой жителей Танниса, зелье принимали в лучшем случае двое. Впереди лежали развалины домов, кое-где разбавленные редкой растительностью. Этот сектор для проникновения я выбрала не случайно. Он принадлежал князю Асдану, у которого, по последним сведениям, дела складывались не слишком хорошо – осведомитель утверждал, что между этим сектором и соседним должна вот-вот начаться полномасштабная война. По меркам Старого города, конечно. Так что все и без того немногочисленные силы Асдан собрал на западной границе сектора, а рубеж оставил почти открытым. Я устремилась вперед, мигом преодолела выжженное поле и влетела на территорию Старого города. Наблюдателя почуяла гораздо раньше, чем увидела. Всего один! Только бы у него арбалета не было… Старогородец, выхватив меч, бросился мне наперерез. Дур-р-рак! Решил выслужиться перед начальством! Я бросилась прямо на бойца. Поднырнула под руку с мечом и вонзила с’кааш аккурат под правую лопатку. Наблюдатель дернулся, захрипел и начал заваливаться. Я придержала старогородца и полоснула клинком по горлу. Затем наклонилась, быстро вытерла с’кааш об одежду бойца и отволокла тело в сторону ближайших развалин, заросших чахлыми деревцами. Окинула тело внимательным взглядом… и тут же одернула себя. Что ценного может быть у безусого мальчишки, которого заведомо списали, отправив одного охранять рубеж? Ничего. Да и не время сейчас собирать трофеи. Я прикрыла тело ветками кустарника. Парой аккуратно сломанных веток замела следы крови, забросала все мелким мусором. А теперь бегом отсюда. В то, что наблюдателя оставили надолго одного, я не верила. Либо у него был напарник, который по каким-то причинам сейчас на месте отсутствовал, либо все наблюдательные пункты время от времени обходит патруль. А скорее всего, и то и другое. Мальчишку рано или поздно найдут – в этом я не сомневалась. И теперь стремилась оказаться как можно дальше от места прорыва и максимально запутать следы. Ненавижу работать в Старом городе! Если в Новом городе считалось не просто особым шиком, но еще и жизненной необходимостью провернуть операцию максимально тихо и бескровно, то тут так никогда не получалось. Нет, совесть меня не мучила, хотя и кровь пускать лишний раз я не любила. Да и, по правде говоря, шкару мне было намного больше жаль, чем этого незадачливого мальчишку… Он сам выбрал свою судьбу. Неважно, родился он в Старом городе, бежал сюда или был выдворен из Нового. За достойную и сытую жизнь нужно бороться! А неудачники… чего их жалеть? Сами виноваты. Быстрым шагом я направилась вдоль узкой улочки. Здесь, на окраине, дома были в основном невысокие, в один-два этажа, и многие из них разобрали еще при строительстве Нового города. Открытые пространства – неважно, будь то проплешины развалин или проулки, – я преодолевала перебежками. Под окнами или остовами фундаментов передвигалась пригнувшись, а то и вообще ползком. И при этом внимательно смотрела под ноги: скатившийся камень или треснувший осколок стекла могли привлечь чье-то внимание. На первом же перекрестке свернула направо и теперь двигалась по узким проулкам, пытаясь выдержать общее направление на юго-юго-восток. Несколько раз я чуяла чье-то присутствие и опасные места обходила стороной. Один раз чуть не налетела на голодную виверну, в другой – только чудо спасло меня от знакомства с когтями кашарахи. Все, дальше путь по земле продолжать слишком опасно. Рано или поздно не услежу и на еще какого-нибудь бойца налечу или с «милой» зверушкой нос к носу столкнусь. Я остановилась около дома, стены которого были сложены из крупных, нарочито грубо обработанных глыб. Оно и лучше. По такой стене взбираться одно удовольствие. Осмотрелась, прислушалась. Вокруг не было никого, кто мог бы меня заметить. Пока… Нужно спешить. Стянула с рук перчатки и засунула их за пояс. Подпрыгнула, уцепилась за небольшой выступ, подтянулась. Дальнейший путь труда не составил – благо щелей в кладке достаточно… Ну вот. Здравствуй, крыша! Я подползла к трубе, прислонилась к ней. Теперь можно немного передохнуть и осмотреться. Дом, крышу которого я облюбовала, находился на небольшой возвышенности, а дальше к югу рельеф плавно понижался. Так что наиболее сохранившаяся и густонаселенная часть бывшей столицы была передо мной как на ладони. И, надо сказать, Старый город даже сегодня, когда со времен его славы и могущества минуло больше двухсот лет, впечатлял. Особенно сейчас, ночью. Благодаря моему ночному зрению я прекрасно видела следы его былого великолепия. Высокие стройные здания щеголяли почти не тронутыми временем барельефами. Кое-где еще сохранились изящные кованые балкончики и решетки. А острые шпили башен то тут, то там пронзали небо. И если бы не пустые глазницы окон и дверей, в которых нет-нет да и мерцали огни, и не завалы, которые перегораживали семь широких проспектов-лучей, ведущих в зловещую тьму на юге, можно было бы решить, что город спит. Я осторожно кралась по крышам, каждый раз пробуя ногой глиняную черепицу, прежде чем на нее наступить. Нет, все-таки как я не люблю работать в Старом городе! Но когда за работу столько платят, а надо всего лишь пробраться в полуразрушенный замок на границе Мертвого города и забрать некий ларчик, то как удержаться? Правда, началось мое ночное приключение не очень хорошо, да и вообще есть у меня какое-то нехорошее предчувствие… Горько усмехнулась. Какой-то у меня сегодня «особо позитивный» настрой, с таким только на дело идти! Шутки шутками, но в Старом городе опасностей гораздо больше, чем в Новом, будет. Разве что за Стену стражи заглядывают реже, но так тут и своих фиертопротивных тварей полно, да и местное население – это в большинстве своем бандиты-отморозки. К тому же почти все здания в Старом городе настолько ветхи, что, кажется, стоит только дунуть, как они развалятся. Мне же приходится путешествовать по их крышам и тихо молиться, чтобы стропила выдержали. Впрочем, путешествие по узким запутанным улочкам грозит гораздо большей опасностью. Двести лет назад мы проиграли войну… Войну людей и нелюдей… Войну, которую сиятельные эльфы гордо именуют Элиарай ару, а мы – просто Последней. И для нас она действительно стала последней, ибо люди фактически перестали существовать как вид. Теперь мы раса рабов и изгнанников. После того как были разрушены все человеческие города, большая часть людей погибла, а немногие выжившие угнаны в рабство, нелюди вдруг решили проявить милосердие. И в разных концах материка Тауры на месте разрушенных городов появилось несколько вольных территорий – своеобразных резерваций для жалких остатков человеческой расы. Более того, нелюди даже отпустили часть своих рабов. Правда, очень и очень малую часть. Сейчас люди могли свободно жить только на шести сравнительно небольших клочках земли. А стоило им выйти за их пределы, как они тут же становились бесправными рабами. Но даже на вольных территориях свобода была понятием более чем относительным. Номинальная власть в резервации находилась в руках бургомистра-человека, реальная же была сосредоточена в руках Наместника, принадлежащего к той расе, на территории которой находился данный вольный город. Более того, каждый год все люди были обязаны уплатить в казну огромный налог за право жить свободными. И вот уже больше двухсот лет самым большим материком Срединного мира правили две расы: эльфы и орки. Гномов ничто, кроме гор, не интересовало, тролли тоже из своих заснеженных пустошей не спешили выбираться. Эйсин, если они действительно существовали, жили себе тихонько в кольце неприступных гор на севере… А то, что творилось на других материках и архипелагах Срединного мира, оставалось загадкой – эльфы благоразумно закрыли Тауру и прилегающие к материку острова от всего мира. Мой дом – это Таннис. Когда-то этот город был столицей Великой Империи Алрин – самой просвещенной и могущественной страны в Срединном мире, а сейчас от него мало что осталось… Императорский дворец вместе с островом, на котором он стоял, еще в первый день войны опустился на дно морское. Сам Таннис продержался несколько дольше. Минули всего-то пара лет, и большая часть города превратилась в сплошную мешанину из щебня, камня и древесины, то есть в развалины, населенные духами прошлых лет и всякими тварями. Сейчас это место иначе как Мертвым городом или «мертвяком» не называли. От некогда великолепного Танниса осталась лишь северная сторона, позднее нареченная Старым городом. Но люди не захотели селиться поблизости от Мертвого города с его василисками, гулями и тому подобными созданиями. Вот так и появился Новый город. Бургомистр Акрив еще сто двадцать лет назад объявил Старый город свободной зоной, в которой не действуют никакие людские законы, и туда стали высылать преступников, бездомных, нищих, попрошаек и просто неугодных властям людей под лозунгом: «Очистим Новый город от грязи!». А на границе Нового города со Старым выстроили Стену, где стала нести неусыпный дозор городская дружина. Так что попасть в Старый город гораздо проще, чем выбраться из него. Чистка, собственно говоря, продолжалась и по сей день. И в категорию «грязи» попадали не только всякие преступные элементы, но и простые горожане. Не уплатил ежегодный городской налог или, не дай Фиерт, косо посмотрел на какого-нибудь заезжего нелюдя – и все, ты в долговой яме. А из нее два пути, если, конечно, вовремя не отстегнешь кругленькую сумму в пользу городской казны – на невольничий рынок или, ежели твоя натура не пользуется спросом, сюда, в Старый город. Вот и получилось, что окраина бывшей имперской столицы превратилась в кормушку для тварей, обитающих в Мертвом городе, и приют для преступников и неудачников. Обитатели Старого города не спешили пополнить ряды нежити или найти последнее пристанище в желудке какой-нибудь виверны, и как только число ссыльных перевалило за несколько десятков, образовалась Старогородческая Община. Количество жителей свободной зоны росло, обитателей Мертвого города тоже меньше не становилось. А учитывая, что законопослушных мирных граждан среди старогородцев было крайне мало, в то время как амбициозных забияк с лихвой хватало, то и у Общины вскоре появилось несколько оппозиционеров. В итоге Общины через несколько лет не стало, а саму зону поделили (по принципу «кто сколько ухватил») на сектора, которые теперь вели между собой постоянную войну за власть, территорию и крайне ограниченные ресурсы. В Новом Таннисе ходили упорные слухи, что нестабильную обстановку в Старом городе сознательно поддерживал Городской совет, которому было невыгодно появление по соседству с городом неподвластного ему образования. Я вовсе не горела желанием угодить на стол, в виде позднего ужина или раннего завтрака, какого-нибудь «милого» создания с красными глазами и клыками в пол-ладони. Да и с местными князьками, которых, по последним слухам, насчитывалось более двух десятков, встречи предпочла бы избежать. Вот я и решила идти по крышам. По-настоящему опасных летучих тварей в Старом городе так и не завелось, да и всякий преступный и не очень люд предпочитал крыши избегать. Наверху вообще безопаснее, если не принимать в расчет Стражей, конечно. А вот если тебе не повезло и ты встретил Стража, то все – можешь смело записывать себя в покойники. Да… Незавидная перспектива! Но в моем случае это оправданный риск. Как и любое другое разумное существо, я не стремлюсь перейти дорогу Стражу. Только вот чую их я… И тут дело вовсе не в сильно развитом обонянии, да и от Стражей вряд ли чем-нибудь таким сверхвыдающимся пахнет. Это только редкие сказители, осмелившиеся упомянуть их в преданиях, приписывают Стражам «запах смерти, разложения и страха». Мой удивительный дар распространяется не только на Стражей, но и на другие существа, не обделенные разумом. Странный талант… Ни в одной из книг, а их прочитано мною было немало, я даже малейшего упоминания о чем-то похожем не нашла. Более того, я даже не могла сказать, что этот дар достался мне в наследство от папочки-эльфа. Ну не входит подобное чутье в перечень присущих эльфам способностей! Хотя и тут ничего нельзя сказать со всей определенностью. Этот народ нам (себя я все-таки предпочитаю относить к людям) так и остался непонятен. И вполне возможно, что и дар этот у эльфов встречается, хотя и редко, или же они его наличие скрывают… Я же, по вполне понятным причинам, о своем таланте не кричу на каждом углу. О нем вообще никто не знает. За годы тренировок и опытов над собой, любимой, я уяснила одно: чем меньше популяция существ каждого конкретного вида, тем четче и ярче я ощущаю каждого его представителя. Людей не чувствую почти совсем, повезет, если за пару десятков шагов распознаю. А вот Стражей, эльфов, орков и прочих разумных ощущаю хорошо. Существ малоразумных, к которым относятся некоторые местные зверушки, я чую, так сказать, на грани слышимости, но тем не менее лучше уж так, чем вообще никак… Но это все, если не вслушиваться. В противном случае мое восприятие в разы обостряется, так что и чокнуться недолго, а реакция, наоборот, замедляется, я вообще несколько отрешаюсь от окружающей обстановки. Так что отпускаю я на волю свой дар лишь время от времени и то при необходимости. Пока все было тихо и спокойно, как только может быть в Старом городе. То есть выли кашарахи и гули, внизу в переулках переговаривались патрульные из числа старогородцев, где-то недалеко на северо-западе, судя по звукам, шла нехилая сеча. И вот тут дорога из крыш прервалась. Передо мной лежал один из знаменитых лучей-проспектов, если не ошибаюсь, Парчовый. Раньше вдоль него располагались многочисленные модные магазины и салоны, а теперь он зиял пустыми оконными и дверными проемами. Шириной проспект был метров шесть-семь – такое расстояние и с разбега-то не всегда перепрыгнешь. Но, мало того, ни один дом на той стороне не выглядел достаточно крепким, чтобы я могла его даже рассматривать как площадку для приземления. Что ж, придется спускаться. В поиске наиболее удобного места для спуска я осторожно свесилась с крыши… и чуть не рухнула вниз. Прямо на меня смотрели два огромных фосфоресцирующих глаза. Пасечник! Это только я могу нарваться на тварь, само существование которой ученые мужи из Академии ставят под сомнение! Притаившаяся тварюга, в отличие от меня, не занималась самобичеванием, а прикидывала, как бы поскорее мной перекусить. Острое жало взбило фонтанчики из черепицы в опасной близости от моей головы. Лишь в последний момент я успела откатиться в сторону, и только чудо удержало меня от незапланированного полета вниз головой. И тут случилось то, чего я давно боялась и со страхом ждала. Стропила не выдержали. Одно из них треснуло и стало заваливаться вниз, увлекая за собой остальные. Мне не оставалось ничего другого, как спрыгнуть с крыши. Вы когда-нибудь прыгали с крыши двухэтажного дома? И притом экспромтом, без подготовки? И это если учитывать, что оба этажа имеют высоту больше трех метров каждый да плюс фундамент… То-то же! Вот и мне пришлось не сладко. В полете я как-то умудрилась сгруппироваться, но даже так мое приземление на брусчатку вряд ли можно было назвать мягким. Ничего себе не сломала – и то хорошо. Я вскочила на ноги. Ну где этот хайдашев пасечник?! Драться с тварью у меня и в мыслях не было, но вот понять, куда от пасечника драпать и нет ли поблизости других столь опасных созданий, жизненно необходимо… Вдруг раздался жуткий грохот, и все пространство вокруг заполонила настоящая туча из строительной пыли и мелкого мусора. Дом рухнул и, кажется, потянул за собой парочку соседних зданий. Я упала обратно на брусчатку, свернулась замысловатым клубком, пытаясь защитить голову от… Да от чего угодно! Сейчас лучше чуть-чуть переждать, чем вслепую искать путь в какой-нибудь близлежащий переулок. Посреди широкой улицы всяко безопасней! Ух! Такима миловала. На меня ничего не упало, только немного пылью припорошило. Я поднялась на ноги. Быстро осмотрелась по сторонам. От здания, крыша которого недавно служила мне приютом, не осталось почти ничего. Лишь огромная груда камней, увенчанная обломками стропил и балок. Паре соседних домов тоже сильно досталось, но, слава Такиме, рухнули они не полностью. Просто безумно хотелось чихнуть. Нет. Нельзя! Я и так на пару с тварюгой-пасечником чуть половину Старого города не перебудила. Хорошо еще, что пасечник теперь покоится под завалом. Даже если он и остался жив, то вряд ли скоро сможет выбраться. Не знаю, что вдруг побудило меня повернуться. Пресловутый инстинкт? Или тот самый странный дар? – Хайдаш! – в сердцах выругалась я. Пасечник находился буквально в трех шагах от меня и, как мне показалось, обескураженно поводил из стороны в сторону той частью тела, которую при должной фантазии можно было интерпретировать как его голову. Похоже, тоже приходил в себя. В противном случае, думаю, он бы не замедлил на меня напасть. Как он ко мне подкрался? Когда?.. Или это второй?! Неважно! Тварь плотоядно ощерилась, показав клыки, и хищно изогнула гигантский хвост. Мне сразу вспомнился магистр Райдо, который утверждал, что моллюск просто не может вырасти до такого размера. Ага, как же! А мускулистое тело больше двух метров в длину, покрытое толстым слоем слизи, с небольшой (относительно его размеров, конечно) раковиной вы не хотите? Вообще тварь больше всего напоминала улитку, которой каким-то чудом прилепили скорпионий хвост. И сейчас эта загадка эволюции собиралась мной поужинать или же использовать мое тело для воспроизведения потомства. Последнее являлось непроверенной информацией, но мне, при всей моей любви к науке и лично магистру Райдо, ставить на себе смертельные опыты не хотелось. Та-а-ак! Вспоминаем, что известно об этой твари, кроме особенностей ее размножения? Медлительна (еще бы, улитка-переросток), жало на хвосте и слизь ядовиты, а сам хвост чрезвычайно подвижен и тем самым компенсирует общую заторможенность организма. Бежать!!! Все эти мысли пронеслись у меня в голове за какую-то долю секунды, но все же это промедление чуть было не стоило мне жизни. Казалось бы, я стояла на безопасном расстоянии от твари. Ан нет! Хвост хлестнул по мостовой, и лишь стремительный прыжок в сторону спас меня от поражения ядовитым жалом. Дальнейшее напоминало какую-то безумную пляску смерти. Я прыгала, крутилась волчком, пытаясь уйти от смертоносной иглы. Пока мне везло, но выскользнуть из зоны поражения все никак не удавалось. Пасечник, а точнее, его хвост, всякий раз оказывался проворнее. Но страшнее было другое – гигантская тварь медленно приближалась, загоняя меня в узкий проулок между домами. Там мне просто не хватит пространства для маневров! А почему, собственно, я только уклоняюсь от атак пасечника, а сама не нападаю? Спасительная мысль пришла неожиданно. В очередной раз уворачиваясь от жала, я прыгнула не назад или в сторону, как раньше, а вперед. И оказалась в мертвой зоне. Недолго думая рубанула по основанию хвоста. Пасечник дико заверещал и попытался развернуться. Я, решив не затягивать теперь, когда тварь лишилась своего самого грозного оружия, отпрыгнула назад и оказалась прямо перед его оскаленной мордой. Резко воткнула оба клинка почти по самую гарду в глаза твари. Пасечник дернулся, заревел, тело его изогнулось, и меня отшвырнуло на несколько шагов, да так, что я проехалась пару метров по мостовой. – Хайдаш! – шепотом помянула я Отвергнутого бога. Посмотрела на пасечника. Огромную тушу твари сотрясали предсмертные судороги. Я с облегчением вздохнула и прислушалась. Похоже, что наше маленькое сражение пока еще никого не заинтересовало, по крайней мере, повышенного внимания разумных к своей скромной персоне я не чувствовала. И то верно – немного найдется идиотов, которые бросятся на вой какой-нибудь твари. Скорее уж большинство здравомыслящих существ посчитает за благо оказаться от этого места как можно дальше… А вот кто-нибудь из хищников или тех же падальщиков на шум вполне может и прибежать. Осторожно поднялась. Вроде ничего не сломала, хотя парой десятков синяков и ссадин я сегодня ночью точно обзавелась. Подошла к твари на расстояние в пару шагов. Затем стремительно прыгнула вперед, выдернула клинки из пустых глазниц и не менее стремительно отпрыгнула назад. Но, похоже, все мои предосторожности оказались ни к чему. Тварь никак не отреагировала на мои телодвижения, даже не шелохнулась. А я только чудом не поскользнулась на слизи, которая обильно покрывала мостовую вокруг туши пасечника. Я отошла на обочину улицы. Опустилась на корточки и быстро несколько раз воткнула с’кааши в землю, очищая их от слизи и крови пасечника, и только потом отправила клинки в ножны на поясе. А теперь быстро убираться отсюда! Если и не хищники, то крааги вопли пасечника точно не оставят без внимания, а значит, на этой улице скоро будет жарко. Падальщиков как таковых я не боялась. Небольшие, размером с три ладони, шустрые существа, чем-то напоминающие крыс-переростков, весьма уязвимы и в одиночку или малой группой никогда не нападают на человека. Но вот когда их собиралось хотя бы несколько десятков… В общем, лучше бы мне забраться куда-нибудь повыше: крааги насытятся пасечником довольно быстро и тут же примутся искать всей стаей новую жертву. А может, и не падальщики, а какая другая тварь решит здесь пропитание поискать? Я свернула в первый же переулок и теперь быстро шла вдоль улицы, высматривая подходящее здание. О, вот и оно! Взобраться на крышу этого дома труда не составит, как и продолжить путь «по верхам». В рядок с приглянувшимся мне зданием стояло несколько домов, притом так, что их крыши чуть ли не соприкасались. Надеюсь, в этот раз я смогу достигнуть цели, не спускаясь на… Чужое разумное и, судя по всему, крайне недоброжелательное внимание я заметила слишком поздно. Из подворотни выбежали трое мужчин с обнаженными мечами. – Стой, если жизнь дорога! – крикнул один из старогородцев, по-видимому, командир. – Назови себя! «Надо же, как мне повезло. Эти ребята сначала спрашивают, а только потом грозятся на ленточки порезать», – мелькнула несвоевременная мысль. Так их всего трое или?.. На миг отпустить с поводка свой дар, вслушаться в окружающее пространство… Еще двое, кажется, засели на последнем этаже того самого приглянувшего мне здания. Стрелки? Скорее всего… Шестой и, по-видимому, последний патрульный притаился где-то во дворе. Прикрывает или находится в резерве на случай непредвиденных обстоятельств? С четверкой бойцов я, может, и справлюсь. Но если в засаде действительно стрелки?! От двух одновременных выстрелов я вряд ли увернусь. Да еще, Хайдаш побери, эти крааги! Я ведь совсем недалеко от туши пасечника отошла. На обдумывание решения и пары секунд не ушло, и вот я уже поднимаю руки вверх, чтобы скрестить их в древнем примирительном жесте над головой. Но падать на колени и просить милости не буду. Не дождетесь! – Я – гостья из-за Стены! В двухстах шагах отсюда я завалила пасечника и теперь ищу, где укрыться. – Гостья, говоришь? – подозрительно переспросил командир патрульных. – Лицо открой. Только медленно. Без глупостей! Осторожно, стараясь не делать резких движений, стянула с лица платок, затем распутала завязки и откинула на спину капюшон. Длинная огненно-рыжая коса упала на спину. Теперь любой увидит, что я женщина, а значит, есть шанс, что мне решат сохранить жизнь. Во время своих ночных прогулок я всегда одевалась так, чтобы издали сойти за мужчину. Вот и сейчас на мне были замшевые брюки, заправленные в кожаные сапоги до колен, и свободная, наглухо застегнутая куртка с капюшоном. Стоит ли говорить, что вся моя одежда, включая экипировку: притороченный за спиной мешок, ремень, ножны с двумя с’каашами, кошели на поясе – имела темно-серый окрас. – Ой! Гляди ж, это девка! – обомлел один из патрульных. – От тож! Да ладная такая… – аж причмокнул второй. – Из-за самой Стены прям?! Так за что ж такую – и к нам? – продолжил издеваться первый. Надо же, стихами заговорили! Ну да, поглумиться над беззащитным противником – это ведь святое! – Ты что, не слышал? В гости она к нам собралась! – не остался в долгу подельник. Любой разумный, немного знакомый с теневой жизнью хотя бы одного из вольных городов, давно бы понял, что имеет дело с Гильдией Теней. К тому же я прямым текстом заявила, что являюсь гостьей. Но то ли мужики мне попались не шибко умные, то ли они действительно надо мной издевались… Или же официальное название моей профессии – «Ночной гость» – им было неизвестно. – А ну молчать! – рявкнул командир патрульных и обратился ко мне: – Пасечника, говоришь, завалила? Я кивнула. Надеюсь, вид у меня сейчас достаточно испуганный и обескураженный. – Слышали, как же, – криво усмехнулся старогородец. – Вы такой шум подняли, что только глухой и не мог услышать. Да и то вряд ли… Ты, я вижу, девка не промах, если такую тварь в одиночку завалила? А вот это вопрос с подвохом. Точнее, даже два вопроса. – Ну вообще-то, – я неловко улыбнулась, – пасечник мне достался бесхвостый, видно, кто-то до меня успел ему обрезание сделать. Но и так повозиться порядком пришлось. Хорошо еще, что тварь эта такая медлительная и неповоротливая. Что мне еще оставалось делать? Только показывать, какая я милая и практически безобидная, и надеяться, что меня не воспримут всерьез. Ведь я всего лишь девка, которая обрядилась в мужской костюм и обзавелась парой резалок… Патрульный ненадолго задумался, окинул меня оценивающим взглядом. – Ну что ж, это многое объясняет… – почесал короткую бороденку. – Сама с нами пойдешь или сопротивляться будешь? Я грустно усмехнулась: – А у меня есть шансы? – Заполучить пару лишних синяков запросто. – Ну тогда у меня не остается выхода. – Именно так. Оружие. – Патрульный сделал весьма красноречивый жест в сторону моих с’каашей. А вот их мне этому сброду отдавать совсем не хотелось. С’кааши, короткие, чуть изогнутые клинки, ковали гномы исключительно для эльфов. В свободной продаже такое оружие появлялось крайне редко и означало, что еще одним ушастым отродьем стало на свете меньше или же хозяин-человек решил избавиться от опасной улики. Да и потом дороги мне эти клинки как память. Ведь это то немногое, что осталось мне от учителя. – Неужто трое таких славных воинов испугались слабой девки? – насмешливо спросила я. Незачем патрульным знать, что их стрелков я уже давно заметила. – Такой ли уж слабой? С пасечником даже без хвоста дано справиться далеко не каждому. Да и ты, если бы не могла за себя постоять, в Старый город не отправилась бы. Хайдаш побери! А этот командир отнюдь не глуп. Я потянулась к клинкам на поясе… Отдать или все же попытаться?.. Спасли меня, как ни странно, крааги. Точнее, не оставили выбора. Со стороны моего недавнего сражения с пасечником донеслись характерный шум и попискивание, которые может издавать только стая падальщиков, спешащая на поживу. Командир грубо выругался, а парочка патрульных начала нервно поглядывать по сторонам. Встречаться с голодными краагами никому не хотелось. – Ладно! Нет времени с тобой сейчас разбираться! Тут скоро от краагов не продохнуть будет. Попробуешь шалить – мигом по башке получишь, – пригрозил командир патрульных. – Погонь, Жука, уходим через трюм! Девка на вашей совести! Глаз с нее не спускайте! И смотрите, не попортите подарок Капитану! Пара вышеупомянутых патрульных подскочила ко мне, подхватила под локотки и настойчиво потащила куда-то в глубь подворотни. Я не сопротивлялась. Просто не видела смысла. И потом, отбиться всемером от краагов у нас всяко больше шансов будет, чем у меня одной. Краем глаза я успела заметить, как командир сделал несколько резких взмахов руками – видимо, сигналил затаившимся стрелкам – и только затем поспешил за нами. Глава 2 Рийна Ноорваль Ночь со 2-го на 3-й день Атанарил-лин 223 года от О.В. Я вместе с парочкой патрульных вбежала во двор. У подъезда с выломанной дверью старогородцы остановились. Замешкались. Похоже, они просто не знали, что делать дальше. – Куда теперь? На крышу? – спросила я. Патрульные переглянулись. – Нет, – сказал один из конвоиров, а затем крикнул: – Брейн, быстрее! Я обернулась. Через двор бежал чумазый мальчишка, за ним тяжело пыхтел Брейн… А в подворотню вбегали уже первые крааги. – Жука! В трюм! Быстрее!!! Парнишка споткнулся о какую-то железяку и кубарем полетел в пыль. Брейн подхватил его за шкирку и бросился к нам… Что было дальше, я уже не видела – старогородцы увлекли меня в глубь дома. Мы быстро пересекли небольшой холл, вышли на лестничную площадку. К моему удивлению, путь наш дальше лежал не вверх – на крыши, а вниз – в подвал… Ну да, правильно. Патрульные ведь говорили о трюме. На миг зародилась надежда. Вот оно – идеальное место и время для побега. Вырваться – и бегом. Вверх. На крыши. А там они меня только и видели… Да вот держали меня старогородцы очень неудачно – за локти, вывернув руки назад. Из такой позиции не так-то легко и просто выкрутиться… Ударила пяткой по колену одного конвоира. Чуть промазала. Обидно. Но захват ослаб. Вывернулась ужом. Левой с разворота в кадык второму… Не успела. Холодная сталь царапает шею. Яростный шепот в ухо: – Дернешься – прирежу! Скажу потом, так и было. Тоненькая теплая струйка стекает по шее. Отрезвляет. – Всё. – Я поднимаю вверх левую руку. Не получилось. Но попытаться стоило… Погонь откинул обитую металлическими листами крышку люка и спрыгнул вниз. Ну а мне, конечно, не то что галантно предложить руку или уж тем более внизу поймать, никто даже посветить не удосужился. Жука толкнул меня в спину, и я рухнула вниз. Чудо, как вообще успела сгруппироваться… Впрочем, приземлилась неожиданно мягко. Мои ладони и ступни глубоко погрузились в какую-то мягкую рыхлую субстанцию: не то перегной, не то еще что. Быстро перекатом ушла в сторону, освобождая место высадки. И, как оказалось, вовремя. Не успела я еще завершить маневр, как спрыгнул Жука. Я вскочила. Замерла. Прислушалась. Больше никого, кроме парочки патрульных, поблизости не ощущалось. Ну и на том спасибо. Темно. Сыро. Пахнет плесенью или еще какой-то гадостью. Прикинув расстояние до тускло-серого квадрата на потолке, коим отсюда виднелся люк, я мысленно присвистнула – метра четыре, не меньше. Отметила про себя, что если бы не моя эльфийская ловкость, дело могло закончиться сломанной ногой или чем похуже. Больше мне рассмотреть ничего не удалось. Слишком уж темно тут было даже для моего ночного зрения. Впрочем, не прошло и минуты, как Жука и Погонь зажгли по факелу. Ну так что же это за трюм, в котором мне повезло оказаться?! Три стены, сложенные из больших каменных блоков, покрыты не то мхом, не то слизью, не то и тем и другим, вместе взятым, – проверять не тянет, четвертая – теряется во мраке. Так. Похоже, мы в туннеле, который раньше использовался для отвода сточных вод из города. Или это не туннель, а… Меня будто обухом огрели, и я изумленно завертела головой. Это не туннель… Нет! Это знаменитые Катакомбы Старого города! У нас в городе ходили о них даже не легенды, а так, баечки, которым практически никто не верил, которые (туннели, а не баечки) якобы соединяли между собой все сектора города. Не верили… а, похоже, зря. Кстати, от люка вниз шла металлическая лестница. Та самая лестница, про которую сказать мне никто не удосужился. И по ней сейчас быстро спускались мальчишка и Брейн. – Ну вот… Теперь до нас крааги точно не доберутся, – сказал командир патрульных, поправляя перевязь с мечом. – Пойдем, устроим нашей гостье познавательную экскурсию. – Брейн, девка шалит! Вон Погони чуть колено не разбила, – не преминул пожаловаться на меня Жука. – Ой ли? – Я насмешливо вздернула бровь. – А что же он тогда по подвалам так резво скачет? – Погонь? – Да-а-а!.. – Патрульный расстроенно махнул рукой. – Синяк будет, конечно. Но если б не Жука, то девки давно бы уже след простыл. Брейн ненадолго задумался. Погонь и Жука тем временем как бы невзначай зашли мне за спину. А вот это нехорошо. Это очень нехорошо! Я приготовилась к прыжку, к броску… да к чему угодно. Но пока медлила, ждала, что скажет командир патрульных. – Рыпаться не советую, – предупреждающе поднял руку Брейн. – По Катакомбам ты одна далеко не уйдешь, а наверху падальщики. Так что я предлагаю тихо-мирно сдать оружие, а то… Хайдаш побери! Что это самое «а то», и так понятно. В лучшем случае – оглушат, свяжут и этаким беспомощным кулем потащат дальше. А могут порезать немного или синяков наставить для пущей острастки. Хотя лицо портить или что-то специально ломать вряд ли будут – слишком я ценный товар. Только вот если бы все так просто… Я прекрасно видела, что справлюсь с этой компанией. Брейна особо серьезным противником не назовешь, Жуку и Погонь тем более, ну а мальчишку вообще можно не принимать в расчет, но… выхода у меня действительно нет. Эх, нужно было все-таки рискнуть там, наверху. – Хорошо. – Я кивнула. – Только осторожнее, без фокусов. Давай сюда свои кинжальчики! Я хотела возмутиться столь пренебрежительным отношением к своим клинкам, но быстро передумала. Откуда этой шайке старогородцев знать, что в простых ножнах скрываются легендарные эльфийские с’кааши? Ведь не дура же я, чтобы открыто расхаживать по городу, пусть и Старому, с таким оружием! Тут, если поймают, штрафом или конфискацией имущества не отделаешься, тут будут ждать меня пыточные подвалы, а потом и казнь… Мой учитель от самих с’каашей оставил только сердолловые клинки, а эфесы и ножны заменил на более простые и невзрачные. Но опять-таки даже по клинку не каждый сможет в моих «кинжальчиках» знаменитое эльфийское оружие опознать. Ведь сейчас так модно металл чернить… Другое дело, что далеко не каждый богатей может купить своей жене колечко из сердолла – слишком это дорогой и редкий металл. Для Брейна и Погони, которые были отнюдь не скромной комплекции, мои клинки длиной чуть меньше локтя действительно представлялись детскими игрушками и серьезных опасений не вызывали. Неудивительно, что мне поначалу разрешили оставить их у себя. Отстегнула ножны с клинками и протянула их Брейну. – Надеюсь, вы сохраните мое оружие в целости и сохранности. Оно очень дорого мне. – Думаешь, что сможешь заполучить его обратно? – Не сомневаюсь. – Ну-ну, – недоверчиво хмыкнул Брейн. – Остальное! Мешок, кошели тоже давай. Отстегнула с голени ножны с охотничьим ножом. Затем отдала тот самый заплечный мешок и кошели. Ну вот, теперь все. Видите, я даже никакого намека на агрессию не проявляю. Только обыскивать меня не надо, ладно? – Жука, а обыщи хорошенько нашу гостью. Мысленно выругалась. Нет, вовсе не сальная улыбочка Жуки была тому причиной. Хотя в том, что тебя собирается лапать грязный потный мужик, сложно найти что-то хорошее. Но для дела и это можно стерпеть, если бы не вероятность того, что старогородец может обнаружить что-то, что ему совсем не следует. – Нет. Только не он. – Не он? – насмешливо приподнял бровь Брейн. – А кто тогда? – Ну если так не доверяете, то пусть меня обыщет мальчишка. – Сажа, как ты смотришь на предложение нашей гостьи? – усмехнулся командир патрульных. – Э-э-э… можно попробовать, – пожал плечами сорванец. Этот Сажа покраснел? Или мне только кажется? Я ободряюще улыбнулась парнишке. – Вот именно, что попробовать, – рассмеялся Брейн. – Думаю, тебе такой опыт пойдет на пользу! Удивительно, но обыскивал меня Сажа очень деликатно и не велся на скабрезные советы патрульных. Правда, все рекомендации Брейна мальчишка с точностью выполнял, и это дало кое-какие результаты. Так уловом Сажи стали связка отмычек и маленькая коробочка с алхимическим порошком. А вот совсем крохотный, больше похожий на шило, нож в сапоге он прозевал. Как и леску-удавку, запрятанную в шов куртки. Ну все не так плохо, как могло бы быть. – Молодец, малыш, – улыбнулся Брейн и взлохматил парню лохмы. – Эй, Брейн, прекрати! И я не малыш!! – Так, – продолжил командир патрульных, не обратив никакого внимания на возмущение мальчишки, – мы что-то слишком задержались. Жука, идешь первым, я за тобой! Погонь, отвечаешь за девку головой! Сажа, не отставай! Коридор имел весьма солидный уклон, потолок вскоре тоже понизился и теперь не превышал двух метров. Как ни странно, слой перегноя (назовем эту субстанцию условно так, сдавать ее образцы в Академию, дабы выяснить точный состав смеси, не вижу смысла) постепенно исчез совсем. Туннель вильнул пару раз, и вскоре впереди забрезжил тусклый свет. Через пару десятков шагов наш далеко не узенький коридорчик влился в другой, который, наверное, был раза в два шире, а его сводчатый потолок как минимум в полтора раза выше. Новый туннель был хорошо освещен и, что удивительно, поддерживался в чистоте. Брейн поднял руку, призывая остановиться, потушил оба ставших теперь ненужными факела и спрятал их в нише стены. – Гостья, – произнеся это слово, командир патрульных как-то очень нехорошо усмехнулся, – ты бы опустила капюшон пониже, а то мало ли что? – Что? – недоуменно переспросила я, но капюшон все же накинула и надвинула пониже. – А то, дорогая моя, – опять эта ухмылка! – что девки, да тем более такие молодые и красивые, здесь редкость. Неприятности нам из-за тебя не нужны. – И, сказав это, Брейн неторопливо двинулся дальше по коридору. Я поплелась за ним следом. Утешало меня сейчас лишь одно. Если мое чувство направления не обманывало, то я пока не сильно отклонилась от заданного курса. Думать о том, что будет дальше, не хотелось. Оставалось надеяться только на то, что этот их Капитан окажется вменяемым человеком или от него удастся откупиться. А может, все-таки представится возможность сбежать? Ведь должны же мы когда-нибудь подняться наверх? Катакомбы являлись поистине удивительным сооружением. От главного туннеля под немыслимыми углами отходило множество ответвлений. На потолке колеблющийся свет факелов время от времени выхватывал люки, похожие на тот, через который мы проникли сюда. Несколько раз нам по дороге попадались группы путников, которые спешили куда-то по своим делам и на нас не обращали никакого внимания. После очередной такой встречи я подергала мальчишку, шедшего от меня слева, за рукав. – А что, все эти люди тоже… хм… подданные вашего князя? По бокам от меня послышались сдавленные смешки, видно, мои слова патрульных очень позабавили. Наконец отсмеявшись, Погонь сказал: – Ну девка, ты даешь! Это ж дорога! – Дорога? – Да, это действительно дорога, – сказал Сажа. – И она связывает все сектора Старого города. Я удивленно посмотрела на мальчишку. Что-то мне подсказывает, что он не так прост, как кажется. Слишком правильная у него речь для простого сорванца, выросшего в Старом городе. Одно непонятно: зачем брать в патруль ребенка? Ведь Саже на вид лет двенадцать-тринадцать, вряд ли больше. Правда, сама я в этом возрасте ребенком уже отнюдь не была. – А раньше, говорят, такая же была и под Мертвым городом, – после небольшой паузы добавил малец. – И что?.. Твари из «мертвяка» в Катакомбы не пробираются? – Дык еще первые поселенцы обвалили все проходы, ведущие в ту сторону, – сказал Погонь. – А еще алхимики помогли, пропитали грунт какими-то своими зельями так, что черви даже близко к проходам не подползают, – добавил Сажа. Интересно… Раз тут были замешаны алхимики, значит, об этих туннелях знают в Городском совете. Да и Посредник, скорее всего, в курсе. – А почему тогда эти люди, – я указала на старогородцев, свернувших в один из боковых коридоров, – не нападают на нас? – Э-э-э, девка, в том-то и дело. Все разногласия, которые существуют там, – Погонь выразительно поднял палец вверх, – забываются тут. Иначе мы бы все давно пошли на корм краагам. Я задумалась: и действительно, в такой организации жизни есть своя логика. Выходит, что в свободной от каких-либо законов зоне есть место, где закон все же действует. Только вот на гостей он вряд ли распространяется. Тут мне в голову закралась странная шальная мысль, которая тем не менее объясняла многое. Осталось только придумать, как спросить, чтобы не вызвать подозрений. – Действительно, – протянула я. – Такое положение дел более чем разумно… Если бы торговцам из Нового города приходилось каждый раз вступать в бой, то, боюсь, поставки к вам быстро прекратились бы. – Ага, – кивнул мальчишка. – А так и им хорошо, и мы от голода не умрем. Вот так… И как я только не догадалась раньше? Ведь это так просто. Так просто! Старогородцы имели гораздо более тесные отношения с Новым городом, чем думало большинство. Они нам всякие старинные вещички, шкуры, рога, копыта и органы различных тварей… и конечно же контрабанду! С которой кормилась чуть ли не треть города. И неплохо жила, скажу я вам. Хотя зачастую и сама толком не знала об истинных причинах своего благополучия. А мы им – еду, одежду и оружие. И чтобы не смущать немногочисленных добропорядочных граждан Танниса и содержать подобные действа в секрете от ушастых и прочих нелюдей, лучше всего подходят Катакомбы. Которых вроде бы и нет! Я грустно улыбнулась. Как просто! Катакомбы имеют выход, и скорее всего не один, на территории Нового города. Нет, я точно дура. Притом полная! Всего-то и надо было за хорошее вознаграждение попросить одного из старогородцев провести… А ведь провели бы. До ближайшего поворота. А потом – здравствуй, невольничий рынок. Но в одном я ни секунды не сомневалась: Посредник знал о Катакомбах. Теперь осталось только придумать, как это можно использовать. Но об этом я подумаю потом, сейчас есть более насущные проблемы. – Скажи, – обратилась я к мальчишке, – ваш Капитан – он кто? Князь? – Он очень не любит, когда его князем зовут, злится. А так по всему выходит, что князь. Только вам его лучше Капитаном величать. – Капитаном? Злится? Почему? – Ну кто его знает… Может, его милость вам и расскажет. – Мальчишка мне весело подмигнул, а затем с серьезным видом добавил: – Не дело нам, простым патрульным, обсуждать прихоти его, – и рассмеялся. Брейн цыкнул что-то вроде «Разговорчики!», и Сажа тут же изобразил, что закрывает рот на замок и выбрасывает ключ. И теперь с хитрой ухмылкой на чумазой мордашке игнорировал все мои вопросы, хотя было видно, что ответить ему очень хочется. Но раз отец-командир велит, он будет молчать. Капитан… Слышала я что-то о князе с таким прозвищем. Но, хоть убейте, не помню что. Да и неудивительно. Князей в Старом городе уже более двух десятков, а границы секторов, численность населения и личность самого князя – вещи слишком непостоянные, чуть ли не каждый день ситуация меняется. Так что все знать попросту невозможно. Вот и я, собираясь на дело, разузнала только о секторах, граничащих со Стеной, и даже эти сведения обошлись мне очень дорого. Конечно, не помешала бы информация и о том, на чьей территории расположен интересующий меня объект, но тогда возможные конкуренты могли догадаться о цели моего пути. А это мне совсем ни к чему. Наша компания свернула с главной магистрали в какой-то туннель поменьше, а затем остановилась перед обитой металлическими листами дверью с небольшим окошечком посередине. В которую Брейн тут же принялся усиленно колотить. – Эй! Вы, там, открывайте!!! Просыпайтесь, ранковы дети! Окошечко приоткрылось, и в нем появилась заспанная физиономия разбойного вида. Она насмешливо уставилась на нас левым глазом (правый у оной отсутствовал), пару раз моргнула и выдала: – Брейн, ельфоф выродок, хорош орать! Отпираю я… – И загремела замками. У меня мелькнула мысль, что, несмотря на кажущуюся безопасность «дороги», все не так просто, и прецеденты бывают, а береженого, как говорится, «ельф» не сожрет. Дверь бесшумно отворилась, явив здоровенную бабищу – хозяйку той самой физиономии, – рядом с которой даже Брейн выглядел щупленьким подростком. У меня мелькнула мысль, что при виде этой охранницы добрая половина моих знакомых модниц попросту удавилась бы. Нет, вовсе не от зависти. От ужаса! Из-под видавшей виды кольчужной безрукавки выглядывало линялое розовое платье, а на голову женщина залихватски повязала аналогичного цвета шарф. Картину довершала здоровенная палица, которой охранница легко поигрывала. По моим весьма скромным прикидкам, наличие в данной особе хотя бы четверти тролльей крови сомнению не подлежало. Весь боевой задор Брейна куда-то делся, и сам он как-то сник. – Здравствуй, Клотильда. Пропустишь нас или нам так в дверях и стоять? – Пущу, куда ж денусь… А вот и наша пропащая душа! Сажа, дитятко мое, мы уж богу нашему, Фиерту, за упокой души твоей молиться собрались… Всю базу облазили, а ты, оказывается, в патрульные подался! Клотильда попыталась отвесить пройдохе подзатыльник, но тот ловко увернулся и спрятался за спину Брейна. – Ну ничего, Капитан быстро вправит тебе мозги, а если мало покажется, то я добавлю. Сажа под грозным взглядом охранницы испуганно сжался и втянул голову в плечи. – Теть Кло, так я ведь не один. Я с ребятами, – испуганно затараторил мальчишка. – Зато я краагов видел! Брейн схватил парнишку за плечи, развернул к себе и резко встряхнул. – Так! Что я слышу? Капитан не разрешал тебе принимать участие в патрулировании сектора! Сажа горестно вздохнул и покачал головой. – Ну я тебе еще припомню, как обманывать дядьку Брейна! И если после разговора с Капитаном и Кло ты еще сможешь на стул сесть, то после беседы со мной вряд ли. Понял?! Мальчишка усиленно закивал головой так, что казалось, она вот-вот не выдержит таких нагрузок и отвалится. А парнишка-то переигрывает, подумала я. Он ничуть не жалеет и при возможности с радостью повторит приключение. – Ладно, потом с ним разберемся. Заходите… Ой! А кто это с вами? – спохватилась Кло. – Хм… А ну-ка покажись! – и резко сдернула с меня капюшон. Да, я могла бы увернуться, но зачем лишний раз злить старогородцев? – Надо же, девица! – восхитилась женщина. – И где вы такую красоту откопали?! – Прям на улице словили, – хохотнул Жука. – Ну как мы могли такую ягодку пропустить? – Да, ягодка, не то слово, – сказала Кло, нагло рассматривая меня. – Эх, будет Капитану подарок! Терпеть не могу, когда меня так игнорируют, будто я и не живое разумное существо вовсе, а бездушный товар… Но об этом нужно было думать раньше! Прежде чем лезть в Катакомбы, прежде чем отправляться ночью в Старый город, прежде чем вообще подписываться на этот заказ! Возникла мысль, что, несмотря на астрономическую сумму в пятьсот л’релей, я продешевила. Если вернусь (эй, что за панические мысли!), нужно будет выбить из Посредника побольше. Что ж, пора о себе напомнить, а что, я ж не какая-то немая вещь. – Я была бы вам премного благодарна, если бы вы указали мне место, где я могла бы отдохнуть и привести себя в порядок перед встречей с Капитаном. – Опа! А девка-то с характером! – воскликнула Клотильда и удивленно приподняла выбеленную бровь. – Что-нибудь еще? Наглеть так наглеть! – Горячей воды, мыла, расческу, полотенце и какую-нибудь одежду взамен моей. А это, – я указала на свой порядком испачканный костюм и мило улыбнулась, – почистить или постирать. Похоже, моя наглость произвела на старогородцев неизгладимое впечатление, и на пару мгновений они превратились в восковые статуи. Сажа восхищенно уставился на меня, Погонь с Жукой изумленно хватали ртом воздух, Брейн побагровел от ярости, и только Кло ласково улыбнулась. Примерно так, как улыбается хищник своему обеду. – Тише, дорогой. – Женщина положила руку на плечо Брейну, успокаивая его. – Ну что ж, окажем нашей гостье достойный прием. Великанша отошла в сторону и пропустила нас внутрь. Привратницкая оказалась на удивление просторной комнатой. Разве что вот потолок в этом помещении был совсем не высок, и махине Кло приходилось все время ходить ссутулившись, чтобы не стукнуться головой о какую-нибудь балку. В центре комнаты стоял большой деревянный стол с двумя скамьями, на которых восседало трое старогородцев. Мужчины с нескрываемым любопытством разглядывали меня и тихонько меж собой обменивались сальными шуточками. Ну хорошо, что на всю привратницкую не орали. И то ладно. Я заметила, что из комнаты вели два коридора и одна дверь. Интересно, дальше меня поведут куда? – Ну девка… – дав мне осмотреться, начала Кло. Похоже, пришла пора представиться. Да и не люблю я, когда меня девкой кличут, как какую-нибудь трактирную служанку. – Нефрит. – Что… нефрит? – Зови меня Нефрит, я тебе не девка… Тьфу! То есть у меня имя есть. – Та самая Нефрит? – удивился Брейн. – А что, если и та? – гордо вскинула я голову. На самом деле меня зовут Рийна, хотя можно и просто Ри. А Нефрит – это мой рабочий псевдоним. Мне двадцать пять, но благодаря безымянному папочке-эльфу мало кто даст больше восемнадцати. Ведь даже толика эльфийской крови творит удивительные вещи. Лет до шестнадцати ты взрослеешь, как все, ну, может, чуть медленнее, затем взросление, а следовательно, и старение замедляется в разы. Нет, бессмертия это не дает (по крайней мере, я так думаю), но лет до двухсот смогу дожить молодой и полной сил. А может, и больше? Кто знает. Ведь полукровок старше попросту нет. Днем я веду вполне обычную и законопослушную жизнь: учусь в Академии, руковожу собственной швейной мастерской. Правда, некоторую пикантность моей репутации придает то, что моя мать является хозяйкой Веселого дома, в котором и я сама, согласно молве, проживала лет этак до пятнадцати. Так что выгодное замужество мне не грозит, но об этом я как раз ничуть и не жалею… Только старогородцев это уже не касается. Им и имени Нефрит за глаза и уши должно хватить. Еще бы! Какая-никакая, а местная знаменитость. Удивительная ночь сегодня выдалась у подданных одного старогородского князя со странным прозвищем Капитан. Похоже, эти подданные всю ночь только и делают, что удивляются. Правда, на этот раз старогородцы справились, как ни странно, довольно быстро. Видно, уже привыкли. А жаль. – Нефрит, или Как-Тебя-Там-На-Самом-Деле, сейчас тебя тетушка Кло еще немного обыщет. А то наш малец, – кивок в сторону притихшего Сажи, – и пропустить мог чего. Я равнодушно пожала плечами. А у меня есть выбор? Возмущайся, не возмущайся – делу не поможет. Клотильда умело и быстро обыскала меня и, к ее неимоверному сожалению, ничего не нашла. Лишь Такима знает, сколько мне пришлось приложить усилий, чтобы не улыбнуться, нет, наоборот, выглядеть расстроенной. – Вот теперь точно все. Погонь, Жука, проводите девку в комнату Капитана, об остальном я позабочусь. Сажа, свободен! А ты, Брейнушка, сделай милость, задержись. Кло кокетливо улыбнулась и подмигнула Брейну. Затем она отцепила ключ с огромной связки на поясе и бросила его Погони. Патрульный ловко поймал ключ и легонько подтолкнул меня к одному из коридоров. И, разумеется, этот коридор вел не куда-нибудь, а еще дальше вниз. Сегодня у меня не ночь, а сплошные невезения! Хотя какая ночь? Если не ошибаюсь, через час уже рассветет. А значит, теперь, даже если мне удастся выбраться из этой юдоли скорби, вернуться в Таннис я смогу только следующей ночью. Да-а-а… Заманчивая перспектива – провести сутки в Старом городе. Погонь, придерживая за локоток, вел меня по широкому светлому коридору. Похоже, что наш таинственный Капитан на факелах не имел привычки экономить. Жука шествовал в паре шагов позади. – Погонь… Ты ведь Погонь, да? Можно спросить? – Ну спрашивай. – Эта Клотильда, она кто? – А, Кло… – Старогородец усмехнулся. – Так это жинка Брейна, – и тут же горестно вздохнул: – повезло мужику, удивительно толковая и хозяйственная баба. Она много чем тут заведует… Капитан ей очень доверяет. Я тихо хихикнула. Да, просто удивительная пара, теперь стали понятны некоторые странности в поведении Брейна. Я поставила себе на заметку, что с Клотильдой лучше не ссориться – себе дороже выйдет. Мой конвоир остановился у одной из дверей, отпер ее ключом и втолкнул меня внутрь. Глава 3 Рийна Ноорваль 3-й день Атанарил-лин 223 года от О.В. Дверь с грохотом захлопнулась за моей спиной. Благословенная Такима! Благословенная тишина! Как же я по ней соскучилась (по тишине, а вовсе не по объятиям богини, оказаться в которых совсем не спешила). Последние несколько часов меня все время сопровождали разговоры, звуки шагов, звон мечей, которые отнюдь не услаждали мой слух. Как же все-таки иногда прекрасно просто побыть одной. В тишине и в темноте. Мой любезный конвоир не удосужился ни зажечь в комнате свечи, ни оставить мне факел. Забыл? Или просто не посчитал нужным? Тишина и теплая бархатная темнота окружали меня, обволакивали, уговаривали расслабиться, забыться в их объятиях. Я оперлась спиной на дверь. Колени подогнулись. Устало сползла по двери вниз. Уютно свернулась клубочком у порога. Хорошо. Как же хорошо, когда не нужно никуда спешить, бежать, бороться за существование. Хорошо, когда нужно просто ждать, когда в данный конкретный момент времени от тебя ничего не зависит. Хорошо… Нет, я вовсе не отдалась на откуп судьбе, и у меня не опустились руки. Просто я перестала судорожно искать выход из сложившейся ситуации. Теперь, когда я оказалась одна в запертой комнате, осталось не так много вариантов развития событий. Ведь даже если случится чудо и мне удастся вырваться из этой комнаты и покинуть территорию базы, я не жилец. Без оружия и вещей мне из Старого города не выбраться. А значит, остается одно – ждать Капитана и надеяться, что мне с ним удастся договориться. Хм… Я так и не узнала, давно ли местному князьку подвластен этот сектор. Если уже больше полугода, то, считай, мне повезло. Два раза в год Посредник заключал особый договор с хозяевами секторов, по которому оные за определенное вознаграждение обязались не чинить препятствий и по возможности даже помогать искателям древностей на своей территории. Стоит ли говорить, что вознаграждение взималось отнюдь не с Посредника, а с самого искателя. Попался – плати! Другое дело, что князьки, бывало, менялись чаще чем раз в полгода, да и не всех интересовала возможная выгода, отморозков хватало. Мой же случай еще усугубляется тем, что я девушка молодая и, не без лишней скромности могу сказать, красивая. И сейчас я полностью во власти таинственного Капитана. Он может меня убить, избить, изнасиловать и даже продать в рабство оркам или, того хуже, эльфам. Капитан в своем праве – меня схватили его люди и на его территории, а значит, я принадлежу ему. Так что у меня, по сути, два пути: откупиться или убить Капитана и умереть самой. И последнее, как ни печально, с большей долей вероятности. На роль рабыни и подстилки я категорически не согласна. Я спокойна, совершенно спокойна. Нет смысла сжигать последние силы и метаться, словно зверь в клетке, наоборот, лучше расслабиться, отдохнуть и собраться с силами для последнего рывка. Правда, в моей меркантильной головке билась еще одна мысль: «Сколько предлагать откупных?» Среднестатистическая молодая рабыня стоит л’релей триста. А сколько могу стоить я при самом плохом раскладе? Четыреста? Пятьсот? Или того больше?.. В принципе, я и на тысячу л’релей потяну, другое дело, что безумно жалко такие деньги выкидывать на ветер. Дверь начала открываться, и я чуть было не упала спиной назад. В последний момент успела откатиться в сторону и теперь, прикрыв от яркого света глаза рукой, пыталась рассмотреть вошедших. Ими оказались уже известный мне Сажа с факелом в руке и двое незнакомых мужчин, тащивших огромную бадью. Замыкала же процессию Клотильда с охапкой полотенец и какого-то подозрительно розового тряпья. – Ой! Тебя что, Погонь в темноте оставил? – оторопело спросил Сажа. – А что, незаметно?! – насмешливо спросила я. – Это и есть ваше обещанное гостеприимство? Тут из-за спины Сажи вынырнула неугомонная Кло. – Ну чего встал! Чего вылупился! Девку, что ли, никогда не видел?! А ну быстро зажигай свечи! И вообще, не путайся у меня под ногами! Я болезненно поморщилась. Тишина, где ты, благословенная тишина? Ау?! Клотильда бросилась командовать мужиками с бадьей, которые, дескать, не так и не туда ее ставили. Потом накинулась на Сажу, который якобы слишком медленно зажигал свечи. И лишь после того, как комната стала максимально освещена, бадья оказалась установлена аккурат по центру – между кроватью, креслом и входной дверью, и пока все посторонние элементы, то есть лица мужеского полу, не были выпровожены, женщина так и не удостоила меня своим вниманием. Все это время я сидела на полу у распахнутой настежь двери и даже не пыталась сбежать. Наверное, мое поведение могло кому-нибудь показаться странным. Вот она – дверь к свободе! Дерзай, беги! Но интуиция мне подсказывала, что ничем хорошим подобная затея не увенчается. Точнее, не интуиция, а мое пресловутое чутье. В коридоре притаились еще как минимум два человека, так что путь на свободу мне был заказан. Ловушка? Или всего лишь страховка? А может, дань уважения знаменитой гостье вроде почетного караула? Сомнительно… Наконец дверь захлопнулась и кем-то особо старательным закрылась на ключ снаружи, а Клотильда обратила на меня свое внимание. – Умненькая девонька! Красивенькая девонька! – мурлыкала она. – А ну-ка, вставай, золотце мое ненаглядное! Я подняла глаза: Клотильда розовой горой возвышалась надо мной. Нехотя поднялась, цепляясь за дверной косяк. Краем сознания я с удивлением отметила то, что охранница явилась ко мне не только без палицы, но и кольчужную безрукавку сняла. Неужели я выгляжу настолько слабой и безобидной? Правда, силой мне бороться с этакой великаншей бессмысленно, а жало – тонкий стилет, припрятанный у меня в сапоге, – вряд ли сможет преодолеть жировую прослойку данной особы и причинить Кло существенный вред. Эх, сюда бы мои с’кааши, мечтательно подумала я… Хотя о чем это я? Кло на меня пока не нападала, не угрожала, а только издевалась, а от словесных нападок еще никто не умирал. – Умница, деточка! Давай, солнышко, иди сюда, миленькая! Снимай одежку, лапонька моя, складывай вот сюда в кучку! Залезай в ванну, сейчас тетя Клотильда будет тебе спинку тереть! Или умирал?! Я гневно уставилась на великаншу. Видит Такима, мне еще больше захотелось, чтобы мои клинки оказались в зоне досягаемости. – Кло, скажи, к чему весь этот цирк? За воду, полотенце и прочее, конечно, спасибо, но я не маленькая девочка и вполне могу помыться сама. Клотильда рассмеялась: – Дык ты ведь ждала, что мы окажем тебе гостеприимство, вот мы и оказываем. – О, я крайне признательна вам за столь искреннюю заботу о моей скромной особе. Но можно без издевок, Кло? Я очень устала… Клотильда весело, видно кому-то подражая, сказала: – Ну раз милостивая госпожа настаивает… – Милостивая госпожа смиренно просит, – всем своим видом изображая кротость и покорность, сказала я. – Ну хорошо. Думаю, не стоит говорить, что всякие глупости делать я тебе крайне не советую… Я приду через час. Клотильда подошла к двери и забарабанила в нее своими огромными кулачищами. – Кло, подожди! Скажи, когда придет ваш Капитан? – Капитан? Хм… часа через два где-то. Дверь медленно приоткрылась, и из-за нее выглянула любопытная мордашка Сажи. Кло толкнула его растопыренной ладонью в лицо и со словами: «Не для твоих бесстыжих глаз смотреть, как девица наша ванну принимает!» – захлопнула за собой дверь. – Я уже «их». Мило… – пробормотала я и кисло улыбнулась. Подошла к бадье, потрогала воду. Горррячая! Хорошо! Но для начала неплохо осмотреться. Капитану принадлежала большая и на удивление уютная комната. Низкий, плохо оштукатуренный сводчатый потолок поддерживали четыре колонны. Впрочем, и они тоже, как и стены, не отказались бы от услуг хорошего штукатура и маляра. Да только в проглядывающем то тут, то там красном кирпиче с белыми прожилками раствора и содержалась как минимум половина очарования княжеской спальни. А если кого-то вдруг начинали мучить сомнения относительно назначения этой комнаты, то стоило бросить взгляд в ее центр. Там, между колонн, находилось ложе поистине императорских размеров, притом сами колонны, казалось, выступали лишь в роли столбиков для черного балдахина. Последний, правда, наличествовал только за изголовьем, отделяя гардероб. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/uliya-arharova/nochnaya-gostya/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 79.99 руб.