Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Перешагнуть через смерть

Перешагнуть через смерть
Перешагнуть через смерть Леонид Резник Агент Европола Алекс Минаков против воли оказался втянут в смертельно опасную игру, когда выяснилось, что его фиктивную партнершу по брачному контракту Магду пытаются убить неизвестные профессиональные киллеры. Незадачливым «супругам» приходится уходить от преследования неведомых убийц, полиции и спецслужб. Выясняется, что причиной всему стало изобретение гениального ученого Винченцо Сальвати, разработавшего средство, не только излечивающее любые болезни, но и делающее человека почти бессмертным. Это перечеркивает весь медицинский бизнес – легальный и нелегальный, в котором вращаются грандиозные деньги. И очень многим заинтересованным сторонам это очень не нравится… Леонид Резник Перешагнуть через смерть Глава 1 Алекс выждал, пока пройдет двадцать минут после ухода Мэгги. Потом на всякий случай решил подождать еще минут десять. Уходила она как-то суматошно, на бегу обсуждая с приятельницей место и время встречи на Мальте. Вдруг забыла что-то важное и вернется в самый неподходящий момент? Странно, похожее чувство вины было у Алекса разве что в школе, когда он убегал с уроков. Не вяжется это все, секс – не школьное занятие, что бы там ни говорили ревнители сексуального образования. Получается, «подруга-по-договору», почти жена, настолько ему надоела, что небольшая измена кажется пьянящим глотком свободы. Обитаемый остров, похожий на огромный белый лайнер с десятью палубами, очень плохо действовал на психику. Нет, скорее не на психику, а на нравственность. Плавающая громадина, прошитая лифтами и пневматическими службами, была задумана как сверхкомфортная среда обитания для небедных людей, которым надоела рутина традиционных городов и поселков. Алекс успешно старался выглядеть таковым, этого требовало задание. Но… Средиземноморье, солнце, воздух… Алексу, прожившему почти тридцать лет в Питере и привыкшему к его жемчужно-серой гамме, очень трудно было воспринимать совершенно иные краски и запахи моря не как отдых. А курортная атомсфера не терпит постоянства… Возможно, и договор, и близость в течение последних пяти месяцев были ошибкой. Уютная пухленькая Мэгги под боком казалась отличным маскирующим субъектом. Несмотря на экзотическую профессию контролера ресторанов, она была самой заурядной женщиной, какую только Алекс когда-нибудь встречал. Заурядной и абсолютно нелюбопытной, что особенно важно в его обстоятельствах. А если именно ее заурядность и подтолкнула Алекса на поиски приключений? Невозможно питаться все время только диетической пищей. Поневоле захочется чего-нибудь остренького. А унылый секс приедается даже сильнее, чем диетическая еда. Алекс окинул критическим взглядом свое изображение в зеркале. Даже удивительно, что сидячий образ жизни последних месяцев почти не отразился на фигуре. Или просто фигура у него такая, что с первого взгляда не разберешься. Этакая выпрямившаяся горилла с непропорционально длинными руками. Десяток килограммов лишнего веса могут осесть на нем, а по виду даже не скажешь. Алекс усмехнулся. Где те подростковые годы, когда он комплексовал по поводу своей неизящности? Возможно, эстетам не понравится. Зато очень удобно, если надо свернуть кому-то шею или защитить свою. Нелюбопытная Мэгги вряд ли изучила квартиру-каюту плавучего города хотя бы на треть. Алекс ловко сориентировался в лабиринте хозяйственных шкафчиков, снял блокировки от проникновения несовершеннолетних и открыл ячейку, в которой хранился голем. Серо-коричневая человекообразная фигура не подавала признаков жизни, но Алекс знал, что она полна энергии. Суток подключения к зарядному устройству хватало примерно на два-три часа активной деятельности. Ну очень активной, если судить по прошлому разу. Алекс поежился. В первый раз он поскупился, купил дешевую оболочку с самыми примитивными инстинктами и получил одержимую нимфоманку, из всех звуков способную лишь на хихиканье и стоны. Нельзя сказать, что эксперимент вышел совсем неудачным. В противном случае он бы не решился продолжить свои игры с секс-игрушками. Но на этот раз чип в руке Алекса стоил раза в четыре дороже. За процессом превращения Алекс не наблюдал. Ночных кошмаров, которыми пугала инструкция по использованию голема, он не боялся. Но свое либидо желательно было беречь. Сжимать в своих объятиях красавицу и помнить, как трансформировались ее лицо и фигура… Ну уж нет. И вот… Богиня любви, модель под именем Николь Вэнс вышла из ячейки. Конечно, Алекс уже видел все ее прелести на трехмерной рекламе, но оказалось, что совершенство может стать еще совершенней. – Закрой рот, неудачник, – промолвила кибернетическая красавица. Речь звучала абсолютно естественно, хотя голос был немного… скрипучим, что ли. – Почему неудачник? – Алекс чуть было не задохнулся от возмущения. – Что тебе засунули в мозги, кукла? – То, что ты оплатил. Характер, приближенный к прототипу. А у меня очень ехидный прототип. – Но почему неудачник? – А кто еще станет заниматься киберсексом? Я что-то не слышала про нехватку женщин в окружающем мире. У тебя какие-то проблемы? «Кажется, я переплатил за интеллект, – подумал Алекс, – мне сейчас только сеанса психотерапии не хватало». – У меня нет проблем, – жестко произнес он, – у меня есть свободные деньги, которые я могу потратить как хочу. Мне захотелось трахнуть такую красивую девчонку, как твой прототип. Это нормально? Вполне. – И добавил с некоторой издевкой: – Что да, то да, на оплату прототипа моих денег не хватит. – Нужны ей твои деньги, – улыбка кибердивы буквально осветила комнату, – сейчас ей принадлежат двенадцать патентов на овощи, приспособленные к условиям лунных поселений. Ее компания среди самых динамичных в мире. – У нее что, хобби такое, продавать свои данные порносайтам? – А как еще способная студентка три года тому назад могла собрать деньги на исследования? Не себя же продавать. Зато теперь… – Зато теперь, – перебил Алекс, – если я увижу в новостях или еще где-то твою самую динамичную бизнес-леди, мне будет приятно вспомнить… – …как ты трепал языком, – на этот раз перебила кибердива, – ты ведь ограничен… во времени. Если тебе просто хочется поговорить, то мог бы заказать бот с моей внешностью. Боты намного дешевле. А я дорогая, я очень дорогая. И я забочусь о клиентах, я очень хочу, чтобы им было что вспомнить. Иди ко мне. Красавица присела на край кровати, немного откинулась назад, опираясь на локти, слегка подтянув колени. Она улыбалась, в этой улыбке было немного иронии, как напоминание о недавнем ехидстве, в этой улыбке была забота, в ней была страсть… «Черт, как же они это делают? – Алекс обнаружил, что на какое-то время даже перестал дышать. – Она великая актриса. Но это же кукла, чертова кукла, набитая технологией. О чем я думаю? Я что, в самом деле идиот, просто стоять, когда меня зовет такая… девушка. Даже будь она трижды кукла!» Судя по всему, будущее светило биотехнологического бизнеса не только науке отдавалось полностью. Алекс мог поклясться чем угодно, что чертова кукла… хотя почему чертова?.. что этот кибернетический ангел ловил от секса кайф ничуть не меньше, чем он сам. Казалось, что волны наслаждения прокатываются поочередно по каждому из них, и удовольствие одного порождает в другом партнере новую волну. Даже его сердце, сердце очень тренированного человека, прыгало в груди, как самостоятельное живое существо, которому вдруг захотелось напомнить о себе. А то хозяин что-то о нем позабыл… Когда сердцебиение немного успокоилось, дыхание пришло в норму, а цветные пятна перед глазами рассеялись, земное воплощение Николь Вэнс принялось тереться об Алекса своей безупречно нежной кожей. – Надеюсь, – промурлыкала она, – ты не очень на меня обиделся за «неудачника»? – Нет, конечно. – В блаженном состоянии, из которого он медленно выплывал, простить можно было все что угодно. – Какие мелочи. Раз ты сказала, значит, я и в самом деле неудачник. Мне вряд ли удастся встретить настоящую Николь Вэнс. Хотя это же псевдоним, ведь правда? – А сейчас обиделась я. – Чувственные губы сложились как-то по-особенному, видно, так она хотела подчеркнуть обиду. – Зачем тебе настоящая Николь, когда рядом есть я? Я лучше. Ты только подумай. Что бы сейчас делала настоящая Николь? Ей хотелось бы твоей ласки. А я… я сама готова дарить ласку. Голос кибердивы уже не казался скрипучим. Она говорила что-то гипнотическое о том, какое блаженство ждет их обоих в самое ближайшее время, высочайший IQ Николь никогда не позволит ей дарить счастье мужчинам, а она, хоть и близка к прототипу как никто другой… Нежные пальцы трогали Алекса и двигались, не останавливаясь ни на секунду. Он с некоторым изумлением понял, что в рекордно короткий срок вновь готов на подвиги. Кибер-Николь ловко уселась ему на живот, начала медленно сдвигаться назад, немного помогла рукой… Еще один полет в рай начался. Тренированный слух не подвел даже в такой момент. Алекс услышал, как открывается входная дверь. Шаги… так ходит только Магда. Что за черт? И тут кибердива застонала. Ах, как к месту это было, нет, могло быть. Но сейчас это оказалось совсем излишним. Странно, после стона прошла только секунда, но раздвижная дверь в спальню буквально отлетела в сторону, а Магда уже стояла на пороге. Судя по тени, она изогнулась, как пантера перед прыжком. – Что за черт?! – воскликнула подруга. От двери она могла увидеть только сидящую к ней спиной Николь Вэнс и торчащие из-под нее ноги Алекса. Магда сделала еще шаг, теперь и физиономия Алекса стала видна. Ну и дурацкое же у него лицо, наверное. – Да, герой-любовник, знала я, что ты дурак, но не догадывалась насколько. – Магда повернулась и направилась к шкафам. – Продолжай, девочка, продолжай, – обратилась она к Николь. – Я вам не помешаю. – Кто это? – спросила кибердива. Вопреки предложению Магды двигаться она прекратила, но и слезать не торопилась. Самое странное, несмотря на все, что говорят о стрессах, Алекс оставался в ней и был вполне готов к продолжению банкета. Возможно, его подстегивала пикантность ситуации. И возникло твердое убеждение, что Магда принимает Николь Вэнс за человека. – Это моя подруга, – сказал он кибердиве. – Была подругой. У нас договор… – Был договор, – донеслось от шкафов. – Уже расторгнут. Алекс пригляделся. Сначала он не поверил своим глазам. Разоблачившаяся до нижнего белья Магда натягивала себе на спину и прилаживала к рукам нечто непонятное. Поначалу мелькнула мысль о каких-то приспособлениях для садо-мазо. Вряд ли. Пластиковые трубки, провода, какое-то подобие короткой жилетки… Дальше было хуже. Поверх непонятной сбруи Магда натянула на себя плотный свитер черного цвета с металлическим отливом. Во-первых, одежда совсем не подходила для жаркой средиземноморской осени. А во-вторых, что намного важнее, глаз полицейского сразу распознал в свитере городскую броню второго уровня. В цивилизованной законопослушной Европе такое мог надеть… кто? Полицейский? Преступник? Где она это прятала? – Слушай, Казанова, – Магда говорила, не прекращая возню с вещами, – я не злопамятная. И дам совет, который спасет тебе жизнь. Скоро здесь будут очень плохие люди. Вообще-то они гонятся за мной, но они вряд ли поверят, что ты не знаешь, куда я смылась. Ты даже не представляешь, что они могут с тобой сделать. И в конце концов убьют. У тебя минут двадцать, возможно, меньше. – Что случилось? Ты проверяешь рестораны, ставишь им оценки для туристических сайтов. С каких пор это стало опасно? Ты занизила кому-то оценку, а они обиделись? Неужели за это так страшно мстят? Алекс приподнялся. Стресс все-таки взял свое. Николь уже стояла рядом с кроватью, переводя взгляд с него на Магду и обратно. – Я узнала, – Магда улыбнулась и тут же стерла улыбку с лица, – что в одном из ресторанов подают человечину. За это меня хотят убить. «Шутит, – подумал Алекс. – Недаром она улыбнулась. Когда говорят такие вещи – не улыбаются. Но броню-то она надела. Значит, опасность есть». – Это ресторан африканской кухни, – продолжала Магда, – сюда придут нигерийцы. Здоровенные!.. Все выглядят как гибриды баскетболистов с гориллами. Что ты сидишь, идиот?! Бежать надо! – А охрана? Плавучий остров охраняется… – На завтрак им эта охрана. – Магда выругалась, прикидывая вес собранного рюкзачка. Похоже, она взяла только компьютер и какие-то мелкие вещи. Никакой одежды, косметики. Просто невероятно. Да, удивила его подруга. Ничего, сейчас и он ее удивит. Одевшись за рекордно короткое время, Алекс рванулся к одному из своих «секретных шкафчиков», натянул на себя такую же, как на Магде, городскую броню, достал пистолет. – А может, мы твоих друзей из Нигерии подождем здесь и сами зададим им… – Повернувшись, он опешил. Магда стояла в двух метрах. Ее правая рука сжата в кулак и вытянута по направлению к нему. А из рукава выглядывает трубка. Не больше сантиметра в диаметре. Почему-то не оставалось сомнений, что это оружие. – Не двигаться! – скомандовала она. – Медленно! Очень медленно! Бросай пистолет. Алекс бросил. – Откуда броня, оружие? – Магда спрашивала, словно била хлыстом. – А у тебя откуда? Тоже броня, тоже оружие. – Отвечай, идиот! Я же тебя держу на прицеле, а не наоборот. У меня время уходит. Мне легче тебя убить, чем ждать ответа. – Европол, – выдавил из себя Алекс. – Точнее! – Отдел мошенничества. – Полное название! – Отдел особо опасных махинаций, связанных с угрозой для жизни. – Чем докажешь? – Ничем. А ты кто? – Европол, убойный отдел. Доказать тоже не могу. – Так и будем стоять? – Уфф… – Магда опустила руку. – Я уже подумала, что ты один из них и водил меня за нос все это время. – Я похож на нигерийца? – Эх, если бы дело было только в них. У тебя пистолет с полицейским контуром? – Конечно. Здесь же вокруг сигнализация, без контура засекут мгновенно. – Я сваляла дурака, не взяла, не хотелось светиться даже так. – Что делаем? – Алекс попытался перехватить инициативу. – Теперь нас двое, мы можем их дождаться. У меня есть свое дело, я не могу его бросить. – Забудь. Хватай то, что можешь, и беги. – Почему? – Мы не справимся. Даже вдвоем. Ну а если справимся… Ты ведь, как и я, под прикрытием. Таким прикрытием, что даже я не опознала полицейского, держала тебя за ботаника-качка. А бойню, которая здесь произойдет, скрыть будет невозможно. Нет у тебя выбора. Время, время! Бегом! – Вы что, собираетесь оставить меня на растерзание? – трагическим шепотом спросила Николь. – Тебя кто-то держит? – удивилась Магда. – Одевайся и сматывайся. – А ты можешь одолжить мне одежду? – Алекс, чертов извращенец! – взорвалась Магда. – Где ее одежда? – Как-нибудь потом расскажу, – Алекс понимал, что «потом» не будет. Когда люди расстаются, им не до выяснения мелких несуразностей. Это не расследование. – Дай ей что-нибудь, все равно оставляешь. Магда заглянула в шкаф. Наугад вытащила платье и бросила Николь. Кибердевушка буквально проскользнула в одежду. Алекс чуть не взвыл. Зрелище било по нервам любого мужчины в пределах видимости. Магда была ниже ростом, а ее бедра – уже, чем у Николь. Хотя нельзя исключить, что она специально вытащила самое маленькое из платьев. Какую-то спортивную обувь кибердевушка подобрала сама. Все вещи Магды уместились в маленьком рюкзачке. Свое «богатство» Алекс побросал в чемоданчик-сейф. – Куда двигаемся? – спросил он. – К служебной авиаплощадке, – ответила Магда, – я знаю код доступа к флаеру. Наши громилы сядут на пассажирской. Их слишком много. – Ты уверена, что они не на катере? – Я ни в чем не уверена. Но если они плывут, то мы с гарантией успеем убраться. На их месте я бы летела. Не прошли они и десятка метров (вела, конечно, Магда), как Алекс остановился. – Я увлекся, – зло произнес он, – женщина в опасности, вот-вот на нас свалится сборная Нигерии по баскетболу… В чем причина? Почему ты не вызываешь группу поддержки? Тебя все равно раскрыли, как я понял. Хочу знать, во что ты вляпалась. – Я могла бы промолчать, – ответила Магда. – Ведь ты же не попытаешься меня остановить? – Интересная мысль. – Забудь, – горько сказала Магда. – Хоть ты и гад, но за это не убивают. А пришлось бы. Давай, иди рядом со мной и скажи своей… длинноногой, чтобы держалась за нами, только чуть приотстала. – Ты слышала? – Алекс повернулся к Николь. – Отстань немного и не прислушивайся. Секретная информация. Сам он подумал, что встроенные в голема микрофоны могут оказаться настолько хороши, что все секреты убойного отдела будут услышаны даже с другого конца коридора. – Про людоедство – это шутка, – сказала Магда. – На подробности времени нет. Слышал про взрыв на Мальте? Около полугода назад. – Кажется, слышал. Но это перед тем, как я здесь поселился. – Аналогично. Я так вообще только из-за этого здесь и оказалась. Неприятное дело, нити тянутся из центра Европы, замешан медицинский бизнес. Игра очень крупная, трупы никто не считает. Алекс с уважением посмотрел на Магду. Надо же… пухленькая блондиночка абсолютно простецкого вида, а такое дело ведет. – У тебя группа поддержки должна быть. Где она? – Нет группы, нет поддержки. А теперь, похоже, меня еще и сдали, – грустно проговорила Магда. – Почему? – Кому-то выгодно. – Думаю, ваши нигерийцы прилетели, – раздался сзади голос Николь. – Уже разбираются с охраной. – Оно еще и думает, – только что не взвыла Магда. – Зачем вообще эта шлюха идет с нами? Алекс не знал, что ответить. Учитывая, что голем стоит сумасшедших денег, лучше всего было оставить кибердиву в квартире. Просто загнать ее в ячейку зарядного устройства. Как он не подумал об этом сразу? Но раскрыться перед Магдой… Пусть лучше считает, что он изменил ей с роскошной красоткой. А если учесть, что у компьютерной оболочки должна быть прямая связь с сервером плавучего острова (вот откуда она знает о прибытии нигерийцев), это можно использовать. – Где они? – резко спросил Алекс у Николь, стараясь при этом не смотреть на Магду. Если подруга начнет требовать объяснений, то можно застрять надолго. – Думаю, основная часть на авиаплощадке, – «думаю» получилось просто гениально. Этакая Сивилла вещает в трансе. – Отряд поменьше вломился в соседнюю с вашей квартиру. У вас ведь каюта без внешней стенки. Ну, сейчас они у вас все разносят. Какое счастье, что я ушла. – Что за… – продолжить Магде не удалось. От вибрирующего воя сирены заложило уши. Через несколько секунд сирена смолкла, роботизированный женский голос заговорил без малейшего намека на эмоции: – Внимание, внимание. Враждебное проникновение. Пожалуйста, всем оставаться на своих местах. Тем, кто находится в квартирах, не выходить. Внимание, внимание. Всем лечь на пол. Не предпринимать активных действий. Силы безопасности острова решают проблему. Голос повторял эти слова, как заклинание, на разных языках, но Магда, Алекс и Николь побежали, не дожидаясь конца первого объявления. Впереди двигалась Магда, за ней Николь. Алекс взял на себя арьергард. Если у Николь действительно связь с сервером и информация правильная, то очень скоро их догонят. Какого черта он тормозил Магду дурацкими расспросами? Столько времени потеряно. Эластичное покрытие пола гасило вибрацию, но недостаточно. Алекс почувствовал колебания от топота ног. Очень тяжелого топота. Он плюхнулся на пол, поставил чемоданчик-сейф как защиту и приготовил оружие. Первая тройка преследователей выскочила из-за угла. И так парни крупные, а если глядеть от пола, то вообще великаны. Чернота кожи делала их похожими на монстров из трехмерной стрелялки. Алекс выждал примерно секунду, возможно, чуть больше. Все равно смотрят поверху, над ним. Так… Правильно сделал, еще пара подбежала. Поднимают автоматы, засекли. Стрелял он, как на тренажере. У крупных бойцов есть недостаток – уж больно мишень хорошая. Поднялся, сделал короткий рывок, можно позволить, сразу не полезут. Потом перешел на бег боком, левое плечо вперед. Из-за угла высунулась черная рука с автоматом, очередь прошила коридор. Алекс выстрелил в ответ. Так, для порядка, чтобы не высовывались. Чуть позже из-за угла синхронно вылетели двое. Падая на пол, они поливали коридор очередями из автоматов. За долю секунды до этого Алекс понял, что добрался до развилки, и одновременно с началом стрельбы упал вправо. Уже лежа на полу, почувствовал сильную боль в боку. Похоже, пуля ударила в броню. Он осмотрелся. Надо же, девушки свернули налево. Чтобы добраться до них, надо пересечь линию огня. – С нашей стороны лифт, – сказала Магда. – Приготовься прыгать, я прикрою. Повозившись в правом рукаве, она ухитрилась высунуть трубку на несколько сантиметров. Не много, но достаточно, чтобы выставить ее из-за угла и не подвергать опасности руку. – Приготовься, – негромко скомандовала Магда. – И попробуй стрелять, когда будешь прыгать. Алекс подумал, что смотреться в полете со стрельбой он будет красиво. Особенно загораживаясь чемоданчиком. В трехмерных боевиках такие сцены любят и показывают даже в замедленной съемке. А здесь нельзя как-нибудь перемотать на скорости? Магда высунула трубку за угол. Раздались щелчки, оружие было пневматическим. В коридоре кто-то взвыл басом, в ответ грохнула короткая очередь. Пневматика щелкала, Алекс не представлял, когда закончатся боеприпасы. – Стреляй понизу, – прошипела Магда. Алекс так и сделал. Пара выстрелов, прыжок, красивый, как в любимых боевиках, стрельба в полете, чемоданчиком прикрыться… Враги были наготове, но стрелять прицельно не смогли. Все же одна из их пуль попала в чемоданчик, другая в броню. Алекс с трудом поднялся после жесткого приземления. – Твоя сучка ждет у лифта, – крикнула Магда на бегу, – давай. – На лифте опасно, – прохрипел Алекс, когда догнал девушек, – могут задержать как-то. Лестница… за углом. – На лифте 20 секунд, – Магда выстрелила за спину Алексу, – если пойдем по лестницам, то догонят. Первой в лифт запрыгнула Николь, за ней Магда и сразу же нажала кнопку верхней палубы. Алекс, стоя в дверях, бросил взгляд в коридор, проверяя, не надо ли кого пристрелить на прощание. И тут словно живой вихрь вырвался из-за угла, от поворота к лестницам. «Вихрь» втолкнул Алекса в лифт, сильнейший удар по руке выбил пистолет. Алекс обнаружил себя стоящим спиной к стенке лифта и со стволом пистолета, почти упирающимся ему в глаз. Магда была примерно в таком же положении. Пистолеты держал светловолосый парень среднего роста. Если сконцентрироваться на гигантских черных мужиках, то мини-блондина можно не заметить до тех пор, пока он не ткнет в нос пистолетом. А если он еще и выскочит из-за угла с нечеловеческой скоростью… – Никаких лишних движений, – процедил незнакомец сквозь зубы, – тогда удастся прожить подольше. Ты кто?! – рявкнул он на кибердиву, при этом взгляд ни на миг не оторвался от Алекса и Магды, а руки с пистолетами не дрогнули. Лифт тронулся. – Анна, – пискнула секс-кукла. – Что ты тут делаешь? – Убегаю. – Дура… почему ты с ними? – Я… работаю по вызову. Я была с этим мужчиной. А его жена прибежала и сказала, что всем надо убегать. – Зачем? – Она проверяет рестораны… В этот момент раздался отдаленный грохот, все закачалось, лифт остановился, обычное освещение сменилось аварийным. – Та-ак, – протянул светловолосый, – доигрались. Давай дальше. Значит, проверяет рестораны. – Да. Рестораны. И в каком-то африканском ресторане она нашла человеческое мясо. Ты представляешь? Там его ели! И за ней гонятся, чтобы она не успела никому рассказать. Негры. Здоровенные, как гориллы-баскетболисты. Можно я сяду на пол? Медленно-медленно. – Что за черт? – Цепкий взгляд незнакомца просканировал лица Алекса и Магды. – Человечина в африканском ресторане? Или я чего-то не знаю. Мартин, ты слышал, что сказала тут одна сучка? Алекс понял, что незнакомец говорит не сам с собой, а с незримым диспетчером, который издалека дирижирует операцией. Микрофон вживлен или вшит в одежду. Еще он обратил внимание на то, что незнакомец – уже второй за последние полчаса, кто принял Николь за человека. – Так я и думал, – сказал светловолосый своему невидимому собеседнику, – фантазия у бабы… Зачем тебе садиться? – рыкнул он на Николь. – Ноги трясутся, слабеют. Могу упасть, а ты испугаешься, застрелишь. – Да, испугаюсь, – по блеску в глазах Алекс понял, что светловолосый развеселился, – с вами не скучно. Человеческое мясо… Садись! Но в самом деле медленно. Алекс мог бы восхититься умением незнакомца стоять с двумя пистолетами в руках, мастерски контролируя свое тело и двух противников, но это был враг, и вместо восхищения полагалось разжигать в себе ненависть. Вдруг пригодится? Вот Николь назвалась Анной и явно что-то задумала. Все эти рассказы про страх и дрожащие ноги… Тем временем секс-кукла медленно сползала на пол. Спиной она опиралась о стенку, руки держала высоко поднятыми, хотя ее никто и не просил. Платье Магды, которое и так было явно коротким для фигуры супермодели, задралось. Ну а такие мелочи, как трусики, кибердевушкам по вызову явно ни к чему. Незнакомец перевел дыхание. Но не похоже, что сильно отвлекся. Железный человек! – Мартин! – внезапно светловолосый перешел на немецкий язык. Алекс сконцентрировался, поскольку не владел немецким так же хорошо, как английским. Хотя вполне достаточно, чтобы понять суть разговора. – Кто-нибудь займется этим проклятым лифтом? Хорошо. И побыстрее. Да, что у вас на мужика, который вместе с полицейской? Он был с пистолетом, и шлюха назвала его мужем. Сколько? Семь человек? Алекс понял, что рассказывают о его подвигах на ниве истребления горилл-баскетболистов. Это плохо, не прикинешься несчастным клерком. – Давай, – незнакомец продолжал разговор с невидимым Мартином, чей компьютер, судя по всему, был прекрасно информирован, – …банковский служащий… Интересно, в банках так хорошо учат стрелять? Может, и он под прикрытием? Ну, одна так одна. А если и они не про всех знают? Хорошо, хорошо, не лезу. И зря ты так. Вот ваши уроды скоро весь остров утопят, а людей взял я. Все, хватит. У тебя своя работа, у меня своя. – Слушай, бухгалтер, – светловолосый вернулся к английскому. – Какого черта ты побежал с пистолетом и стрелял, как ненормальный? – Ваши люди убили бы меня, если бы догнали. – Логично… Чей пистолет? – Ее, – Алекс взглядом указал на Магду. – Та-ак, – незнакомец задумался. – Медленно поворачиваемся лицом к стене. Медленно… Да не ты, дура на полу! – рявкнул он на кибердиву. – Очень медленно поднимаем руки над головой. Хорошо… Теперь опираемся поднятыми руками о стенку. Ну, вы прямо родились, чтобы вас брали в плен. А ты, там на полу, сожми кулаки. Теперь на правой руке отогни два пальца. Да не эти! О мой Бог! Большой и указательный. Теперь этими двумя пальцами потащи на себя пистолет, медленно. Да не так! Можешь быстрее. Вытащи из него обойму. – Я не умею, – пролепетала Анна-Николь. – Ты что, кино не смотришь? – Смотрю. Но это я не запоминала. – Хорошо, слушай внимательно… – светловолосый принялся руководить действиями кибердивы, извлекающей обойму. Алекс тем временем просчитал несколько вариантов атаки. Безнадежно. Если бы он с Магдой начал действовать одновременно и слаженно, тогда один из них мог бы уцелеть. Да и то шанс небольшой, нарвались на профессионала. Упала на пол обойма. Судя по звукам, их сторож засунул один из своих пистолетов в кобуру. Стена перед глазами была матовой, без всякого намека на зеркальность. Что творится сзади, можно было только догадываться. – Дай пистолет, – сказал незнакомец. – Я медленно, медленно, – бормотала кибердива. – Можешь и побыстрее… Выстрел в замкнутом пространстве лифта прогремел, как взрыв. Инстинктивно Алекс кинулся вбок и вниз, Магда синхронно сделала то же самое – только в другую сторону. Одновременно с их акробатическими этюдами тело незнакомца осело на пол. – Ой! Что я наделала! – воскликнула Николь Вэнс голосом клинической идиотки. – Я нечаянно! Ни Алекс, ни Магда сказать ничего не успели. Николь изобразила бурную пантомиму, одной рукой показывая на труп, другой на свой рот и беззвучно артикулируя. «Микрофоны, – подумал Алекс, – все-то она предусматривает. А ведь черта с два их найдешь». Николь присела рядом с трупом, поводила левым запястьем над его шеей, головой. Пощупала пальцами кожу рядом с ключицей. Пальцем поманила Алекса и дала пощупать ему. Точно, какая-то горошина имплантирована. Что ее теперь, вырезать? Николь показала пальцем на один из лежащих на полу пистолетов, потом на горошину и сделала вид, что нажимает на спусковой крючок. М-да, грязная работенка. Алекс уткнул ствол в горошину, выстрелил. Николь прижала палец к губам, жестом опять призывая к молчанию. Интересно, что там еще? Николь повернула голову обезображенного трупа, показала пальцем за левое ухо. Алекс проверил. Еще одна горошина. Какого черта эти гады засадили два микрофона? Николь повелительно кивнула на пистолет. Алекс обреченно прижал ствол ко второй горошине, отстранился, запоздало сообразив, что уже забрызгался. Нарастало возмущение, вот ведь чистоплюйка, могла бы и сама, она же не человек, никакой брезгливости в ней не предусмотрено. Хотя какого черта он злится, она ведь их спасла от смерти. Одновременно с нажатием спускового крючка пришло озарение: Николь Вэнс – не человек. Она – компьютерная оболочка на големе, она фактически – компьютерная программа. И эта компьютерная программа убила человека!!! Преступника, да, но человека! Разве это возможно? – Ты убила человека, – произнес Алекс дрогнувшим голосом. – Как это может быть? – Если бы она его не убила, – вмешалась Магда, – он бы убил нас. Я думаю, нас бы разобрали на органы для пересадки. А она до органов успела бы поработать. Долго и плодотворно, как особо талантливая. Кстати, с каких пор ты стал таким гуманистом? Убила человека… А сам ты сколько настрелял только что в коридорах? Или это не человеки? Черные потому что. Ты расист? «Сказать ей? Не сказать?» – крутилось в голове. – Я была уверена, что это не человек, – сказала Николь. «А кто?» Алекса и «Почему?» Магды прозвучали почти одновременно. – Он двигался слишком быстро для человека, – продолжила Николь, – я обратила внимание на то, как он влетел в лифт, как захватил вас. Другие скорости, у вас не было шансов. Так могла двигаться компьютерная оболочка, вернее – голем с компьютерной оболочкой. – Такое возможно? – изумилась Магда. – Я слышала, совсем недавно, – пояснила Николь. – Вот и вспомнила. – Но сейчас мы видим, что это настоящий человек, – сказал Алекс. Его даже передернуло от взгляда на то, что лежало на полу. – Возможно, он просто принимал стимуляторы. – Я ошиблась, – невозмутимо парировала Николь, – все ведь ошибаются. А теперь давайте выбираться. Если за нами придут, мы не справимся. Ломать надо здесь, – она указала точку на потолке лифта. – Если ты, Алекс, поднимешь меня за ноги, я попробую. – Она начинает мне нравиться, – задумчиво произнесла Магда, – жалко, что мы не познакомились раньше. – Зачем? – удивился Алекс. – Могли бы заниматься сексом втроем. От таких слов Алекс ухитрился уронить кибердиву, которая очень ощутимо отдавила ему ногу. Оказывается, пяти месяцев совершенно недостаточно, чтобы изучить женщину как следует. – Алекс, – сказала Николь, когда все трое выбрались на крышу лифта, – у меня важная просьба. Срок моего заказа кончается через шесть минут. Мне кажется, я вам еще пригожусь. Рекомендую оплатить мои услуги хотя бы еще на час. – Какой профессионализм! Какая добросовестность! – Магда закатила глаза. – Ты прямо горишь на работе. И я умираю от желания посмотреть, каким образом с тобой будут расплачиваться. Сейчас. Здесь. В вонючей шахте лифта на плавающем острове в центре Средиземного моря. Кстати, а как ты дашь ему квитанцию? Ты ведь платишь налоги, детка? – Да, как платить? – Алекс понял, что вот-вот загадка Николь будет разгадана. Почему-то ему не хотелось, чтобы это произошло. Какое-то подобие стыда перед Магдой. Одно дело – заказать супермодель с доставкой на дом. Другое – развлекаться с секс-куклой. – У тебя ведь есть кредитный чип? – спросила Николь. – Разумеется, но… – Алекс пытался сообразить, что ему делать. Он, конечно, не бедняк. Но услуги Николь стоят очень и очень дорого. Одно дело устроить праздник непослушания, запланировать вечер балдежа с роскошной… женщиной. Другое – оплачивать услуги этого робота-убийцы в вонючей, как верно подметила Мэгги, шахте лифта. А с третьей стороны, робот… нет, Николь не робот, а программа-убийца, спасла ему жизнь. И, судя по намеку, собирается спасать еще в течение часа. – Да, – сказал Алекс хрипло. Левая рука со служебным кредитным чипом Европола поднялась сама собой. – Тут у меня чип, имплант. Что дальше? – А у меня здесь сканер. – Кибердива тряхнула левым запястьем. – Вы же видели, как я нашла микрофоны. Давай сюда свой чип. – И добавила, повернувшись к Магде: – А квитанцию ему пришлют по почте. Их запястья соприкоснулись. – Вот что, детки, – резко заговорила Магда, – мне надоели ваши игры. Я на бегу поверила, что ты, Алекс, из Европола. Но эта куколка… Она ухитрилась оставить патрон в стволе пистолета на глазах у профессионала, она выстрелила ему точно в лоб, а он, даже на стимуляторах, не успел шевельнуть пальцем. У нее имплантирован хрен знает какой сканер, и она быстрее нас с тобой соображает насчет микрофонов. Она разбирает этот лифт, мать его, так, как механик по лифтам. И чует своей изумительной задницей, когда враги высаживаются на остров. Кто она? Твоя начальница из Европола? У вас роман? Или вы вообще из какой-то банды и какой-то безумный случай свел нас вместе? Можешь не бояться. Я по уши в дерьме и, будь я трижды полицейской, забуду вас, когда расстанемся. Дай Бог мне самой выбраться живой из этого дела. Она рождена, чтобы быть элитной шлюхой, но здесь что-то не так. Кто она или кто вы оба? – У нас нет времени на разговоры. – Если не принимать во внимание живописно короткое платье, отсутствие нижнего белья, следы смазки и ржавчины на платье, руках, ногах и лице, Николь Вэнс вела себя как бизнес-леди, распекающая шалопаев-сотрудников. – Если к дверям лифта доберутся раньше нас, в шахту кинут гранату. Очень неэстетичная смерть. Алекс, бери меня за ноги и поднимай. Я знаю, где искать блокировку дверей. Держа Николь, Алекс понял, что он скажет. Шутница Мэгги даже при всем своем дерьмовом положении разыграла его с людоедством в африканском ресторане. Он отплатит ей похожей монетой. – Я не буду рассусоливать, – начал он. Кибердива весила не меньше человека, она стояла у Алекса на плечах, и подобная нагрузка не располагала к красноречию. – Николь из ФБР, она здесь в командировке, я думал, ты заметишь американский акцент. Знаю-знаю, вы, англичане, не любите американцев, они же против вас когда-то восстали, вы воевали. Мы, русские, тоже не любим американцев, это у нас в крови, после того как янки купили Аляску за бесценок. Уфф… – Он перевел дыхание, чертова кукла наверху крушила какие-то механизмы, топчась у него на плечах. Сколько еще он может выдержать? – Ну вот, мы с тобой не любим американцев, но работать с ними приходится. Мы должны обезвреживать преступников, спасать человеческие жизни, ради этого потерпим их… э-э-э, потерпим Николь какое-то время. – Когда ты успел наглотаться наркоты? Что ты несешь? Ты не на выпуске полицейской академии. Спасать жизни… С чего ты взял, что англичане не любят американцев? Что за бред? А уж как ты ее не любишь, я видела с расстояния в пару футов. – Я сказал, вы же воевали! Неужели ты не знаешь? Английский десант захватил Вашингтон и сжег. И Белый дом вы сожгли! – Не может быть! Когда? – Кажется, в 1812-м. Нет! В 1814-м. Ты в школе вообще училась? – Боже мой! Ты бы еще Великую Армаду вспомнил. Что на тебя нашло? Что здесь делает дамочка из ФБР? – Она из отдела… полиция нравов. У нас в Европе такого нет, но у них остался. Что ты хочешь, пуританская страна. – Очень пуританская, – Магда посмотрела вверх, – пуритане не признают трусики? – Не признают, считают изобретением дьявола. – Я знаю тебя пять месяцев, – казалось, Магда размышляет вслух, – ты никогда не играл клоуна. Ты был скучным. Настоящий банковский клерк. Сейчас со мной говорит другой человек. Я ничего не понимаю. На Алекса действительно нашло вдохновение. Он даже вспомнил Пушкина: «Есть упоение в бою У бездны мрачной на краю». Правда, переводить на английский, с Николь, стоящей у него на плечах, и с ощущением, что в любой момент рядом может упасть граната, было совсем непросто. В вольном пересказе получилось, что битва на краю пропасти рождает восторг и вдохновение. – Ты еще и поэт, – пробормотала Магда. – Эй, голубки, – раздался сверху голос Николь, – я открыла дверь, тут есть щель, нужен кто-то посильнее меня, чтобы раздвинуть. – Там две щели, куколка. – Магда посмотрела вверх. – Какую раздвигать? – Алекс, призови свою подругу к порядку. – Кибердива спрыгнула на крышу лифта, все зашаталось. – Я тут ломаю руки, а она издевается. Сама надела джинсы, а мне швырнула этот лоскуток. – Думаешь, ты одна все предусматриваешь? – Магда не осталась в долгу. – Надо же было как-то отвлечь погоню. Почему Алекс так легко их расстрелял? Они вместо того, чтобы целиться в нас, боялись упустить момент, когда на тебе задерется платье. – Девчонки, хватит ругаться. – Алекс вернул в свой пистолет обойму, а сам пистолет вернул в кобуру. – Быстрей, поднимайте меня. Плечи девушек под ногами ходили ходуном, но дверь наконец поддалась и поползла в сторону. Тут же Алексу пришлось присесть: в конце коридора появились двое преследователей. Хорошо хоть лифт был сделан в одной из стен коридора, а не в его торце. Там бы мелькнувшую голову обязательно засекли. – Тихо, тихо, тихо, – зашептал он, – сюда идут. На удивление, его спутницы замолчали. Шаги в коридоре тоже замерли. До лифта долетел едва слышный шепот. Алекс напряг слух, но мог бы и не стараться – говорили не по-английски. Да и что подслушивать? Что бы он на их месте сказал? Ушли эти, за кем они гонятся, из лифта или нет? Наверное, ушли, вон тишина какая. А что, если не ушли, не успели, затаились? Как проверить? Бросить гранату? Так ведь подойти надо. Просто подкатить к дверям лифта нельзя, осколки полетят вдоль коридора. – Дайте еще пистолет, – прошептал Алекс и опустил руку вниз. Кто-то из девушек подал оружие. Алекс взял в руки по пистолету, прикинул, где могут стоять громилы. Шансов у него мало, но если сидеть и ждать, их не останется вовсе. – Держите крепче, – тихо скомандовал он, – приготовьтесь к большому шуму. Опираясь на вибрирующие от напряжения плечи девушек, Алекс поднял над головой руки с пистолетами и изогнулся, высунувшись из лифта. Стрелять он начал прежде, чем увидел цели. Только один из громил успел нажать на спуск. Но парень уже бился в агонии, и пули ушли в стены. Опираясь на двери лифта, Алекс выкарабкался. В два прыжка он оказался рядом с ближайшим трупом, схватил автомат. Используя комбинацию автомат-ремень как простую петлю, вытащил Магду. Снизу ее подталкивала Николь, так что процедура получилась несложной. А вот с Николь пришлось повозиться. Магда, правда, держала коридор под прицелом, но появись в этот момент серьезный противник, они были бы обречены. – Что-то эти парни не так хороши, как я думала. – Магда озвучила мысли Алекса. – Или охрана нашего города намного лучше. – А если охране помогли? – спросила Николь. Похоже, кибердевушка знала о происходящем намного больше, получая информацию прямо с островного сервера. – Кто помог? – поинтересовалась Магда. – Кто-нибудь. Могли попросить помощь у соседних островов. Кое-кто проплывает совсем рядом, хозяева одни и те же. Почему не послать людей, пусть потренируются. Без тренировки в настоящем бою охрана ничего не стоит. – Мы еще не знаем, кто победит, – сказала Магда. – А разборки с охраной тоже чреваты неприятностями. Пошли к флаеру, как собирались. Я была не права насчет лифта. – Права, не права… Тот блондин убрал бы как минимум одного из нас на лестнице, – примиряющим тоном проговорила Николь. – А сейчас надо двигаться, пока воюют в другой части острова. Непонимающий взгляд Магды скользнул по «всезнающей» красавице, и все трое вышли из коридора на лестницу. Поочередно Магда и Алекс прикрывали перебежки двух остальных членов группы, но Николь знала, что говорила, ни одна живая душа не попалась им на дороге, только трупы: два бандита и охранник. С пятачка авиаплощадки были очень хорошо слышны выстрелы, но какого-либо движения не наблюдалось. Николь даже не вышла на открытое пространство, так и осталась стоять в дверном проеме. – Дальше вы как-нибудь сами, – заявила она, – мне тут кое-что закончить надо. Рада была с вами познакомиться. – Спасибо, – сказал Алекс, – ты нас здорово выручила. Надеюсь, вернешься без проблем. – Он даже боялся подумать, сколько может стоить голем. Хоть бы за оплаченное время она успела добраться до их квартиры! А если еще заберется в шкафчик с зарядным устройством… – Вернусь, – уверенно произнесла Николь, – кто тронет одинокую беззащитную девушку? – У вас там, в Штатах, все такие крутые? – спросила Магда. – Нет, – совершенно серьезно ответила Николь, – только те, кто окончил Стэнфорд. – Спасибо, – выдавила из себя Магда. – И тебе, и Стэнфорду. Вот если выживу и соберу деньжат, поеду к вам учиться. Вдруг тоже стану такая же умная и… красивая. Пошли, – повернулась она к Алексу, – нам еще флаер угонять. Может, зря твоя куколка так рано смылась, вдруг у меня не получится? – Ты же заявила, что знаешь коды доступа. – Знала. Но сегодня какой-то неудачный день. А пока я была рядом с ней, у меня еще и комплекс неполноценности развился… да ну ее к черту! Полетели. Глава 2 Лишнего во флаере типа «летающее блюдце» не было ничего. Особенно места. Предназначался он для одного пилота с минимальным багажом. Магда сидела в кресле, Алекс улегся на панелях, при этом изогнувшись вокруг Магды. Пилотское кресло было расположено в центре, а ширина панелей вокруг него не превышала полуметра. Выглядел Алекс в такой позе совершенно несолидно. Словно прилег отдохнуть на полукруглом диванчике. Но смущало его не это. Как бы ни притворялась Магда за месяцы их совместной жизни, но язык ее тела Алекс успел изучить. И, несмотря на целеустремленную возню с бортовым компьютером, уверенности в ее движениях не чувствовалось. Словно претворяя в жизнь давнюю домашнюю заготовку, сама она сомневалась в своих действиях и ждала, что обстоятельства подскажут какой-нибудь более подходящий план. Но вмешиваться Алекс не хотел. Он прекрасно понимал, что на войне плохой план лучше, чем полное отсутствие плана. И хоть это была не его война, влип он в драчку – дальше некуда. Когда Магда закончила диктовать бортовому компу инструкции и флаер полетел на автопилоте, Алекс решил наконец прояснить кое-какие вопросы. – Теперь рассказывай, – обратился он к Магде. – Европол, взрыв на Мальте, громкое дело… До сих пор были только общие слова и много крови. Из-за чего она проливалась? – Очень долгая история, – вздохнула Магда. – И запутанная. Немецкая медицинская компания заключила с биотеховской фирмой ВИРОД контракт на разработку лекарства от рака печени… – Фармацевтическая компания? – Нет, я недаром сказала, что медицинская. Лечебная. Представляет собой сеть клиник. Очень дорогих и попроще. Дома престарелых у них тоже есть. Прекрасная репутация. Все заслуженно, без обмана. Биотехи контракт выполнили, лекарство разработали. Оказалось очень эффективным. Выяснилось, что может лечить другие виды рака. И не только рака! Через очень короткое время лаборатория фирмы на Мальте была уничтожена, да не только лаборатория, все здание. Поначалу думали, что это несчастный случай. А потом, где-то за день-два, погибли все сотрудники фирмы, кто не был на работе во время аварии. Всего там работало около тридцати человек. Кое-кто из сотрудников работал дома. Все были убиты. Все носители информации, имеющие отношение к работе, похищены. Я пытаюсь разобраться в этой истории. – Странно как-то. Если лекарство хорошее, то это выгодно, можно лечить, зарабатывать, стать монополистом. Зачем устраивать резню, так рисковать? Это вообще не стиль врачей. – Стилист… Я тоже сомневалась. А сегодня встретилась с одной из сотрудниц фирмы. Наверное, с последней, кто уцелел. Она отдыхала в Таиланде, потом задержалась в Японии. А когда узнала, что произошло и что всех убивают, – затаилась. Но любители всегда прокалываются, возвращаются поближе к дому. Я ее нашла, она передала мне кое-какие материалы. И успела немного рассказать. Очень немного. Меня вели, дождались встречи… Она погибла из-за меня. – Она знала, кто заказал все убийства? – Примерно. Она успела сказать пару слов про лекарство. Оно не только лечит рак и еще множество болезней. Это лекарство… или лечение, называй как хочешь, делает человека устойчивым к болезням. И травмам. Себестоимость сравнительно низкая, а люди… уже не будут нуждаться в медицине. Вообще. – Да, – пробормотал Алекс. – За это надо убивать. Особенно если ты врач. Оба замолчали. Первым заговорил Алекс. – Какое место занимают в твоей истории нигерийцы? – спросил он. – Сама же сказала, что преступники – немецкая медицинская фирма. – Ты представляешь, как врачи бегают по Мальте и убивают сотрудников фирмы? Какое оружие у них будет: скальпели, лазерные резаки? – Да, фильм еще тот… – Речь идет о старых, проверенных друзьях. Медики занимаются пересадкой органов. Как ты думаешь, откуда они берут органы в необходимом количестве и широчайшем ассортименте? – Ты имеешь в виду… – Я не имею. Это ты что-то имеешь в виду. Я знаю, что где-то в Нигерии есть целые деревни под опекой тех самых здоровенных парней, которые гонялись за нами по «Жемчужине Средиземноморья». При деревнях есть маленькие заводики, фермы, все на грани убыточности. Нет отбоя от желающих работать, все кандидаты проходят медосмотры. Многим предлагают полететь в Европу на заработки. А Европа же большая, там много соблазнов. Тех, кто там исчез, даже родственники не ищут. Ну, это если есть заказы на конкретные характеристики органов. Есть также вылазки в деревни других племен. Трайбализм, ты же знаешь. Добыча разбирается на запчасти. Куда идут запчасти? В уже известную тебе сеть клиник. Ты понимаешь, что медики могут положиться на таких партнеров в любом, самом щепетильном случае. – Нестыковочка! – Алекс наконец-то понял, что его смутило. – Ты тут дуришь мне голову с пересадкой органов. Но ведь это все осталось в прошлом. Сейчас большую часть органов для пересадки выращивают из клеток больного. – Конечно. На бумаге выращивают процентов девяносто пять. А в жизни – никто не знает, что и откуда берется. В других клиниках, возможно, я очень надеюсь, все по правилам. Но мои подследственные, компания «Центрально-Европейская сеть медицинской помощи», держит лабораторию клонирования органов если и не для отвода глаз, то для целей очень близких. Ты хоть представляешь, насколько дешевле вырезать печень или почки у безымянного африканца, чем вырастить их в лаборатории? Да и со сроками не всегда хорошо получается. – Мне трудно осознать все, что ты рассказала. Это настолько страшно… – Кроме того, нигерийцы – не новички в Европе. У их интеллигентных немецких друзей бывают иногда проблемы, требующие силового решения. – Добро пожаловать в реальный мир. – Алекс поежился. – Ты говоришь так уверенно, словно это давно известные факты, и весь Европол, ну, не весь, я ведь тоже из него… Словно весь убойный отдел знает про этих… «Центрально-Европейских… хрен знает кого». Почему ничего не делается? – Я сама все выяснила не так уж давно. Был один случай, когда я оказалась в очень… неприятной ситуации. С тремя нигерийцами, каждый из которых был крупнее меня раза в два – два с половиной. Сам понимаешь, шансов у меня не было никаких, они уже вычеркнули меня из списков живых. И кое-что рассказали. Чтобы произвести впечатление. В смысле, запугать до невменяемости. Ведь это устрашает – то, что я рассказала? – Да уж. Но ты как-то выбралась? – Раз я сейчас здесь. Так вот, я сумела изменить ситуацию. Из трех нигерийцев в живых остался один, а оружие было только у меня. Я пообещала ему жизнь в обмен на информацию. Он рассказал еще кое-что, при этом старался меня увлечь, даже отвлечь, все-таки рассчитывал, что он сильнее и быстрее. Сильнее-то он был, а вот насчет скорости ошибся. – А если он просто врал, чтобы, как ты говоришь, отвлечь? – Придумать такую логически непротиворечивую картину в короткое время? Исключено. Он еще и оказался философом. Люди, мол, убивают скот, чтобы есть мясо. Воинствующие вегетарианцы тычут нам в лицо страданиями телят и цыплят – но человечество не может отказаться и все равно ест мясо. Спасение человеческой жизни путем пересадки органов – куда благороднее, чем еда. А его земляки, которые идут на органы, не так уж и отличаются от телят по интеллекту. И еще. Африка страдает от перенаселения, а белая Европа, оплот цивилизации, вымирает. Он и ему подобные поднялись над предрассудками черного расизма и спасают человечество. – Вот это философия! Я, кстати, отвлекся. Такой масштабный… каннибализм… не может оставаться незамеченным. Не верю, что в Европоле никто ничего не знает. И твоя история с пересадкой органов отвлекает от главного. Крайне нелогично было устраивать такую бойню на Мальте и рисковать всем. Куда проще скупить патенты и заморозить их, если врачам они невыгодны. Тем более это вообще их заказ! Новое лечение и так принадлежит медикам. Легче доплатить адвокатам за дополнительные гарантии неразглашения, чем запускать в Европу легионы черных убийц. – Как ты красиво говоришь, – вздохнула Магда. – Такое впечатление, что твой английский лучше моего, хотя для меня он и родной язык. – Просто ты в английском знаешь все слова, а я старался выучить те, которые покрасивей. Но ты меня не отвлекай. А расскажи лучше, куда мы летим и что будем делать. – Летим на Сицилию. – Это же далеко! Нас выследят и собьют. Почему не на какой-нибудь из соседних плавучих городов? – Ты меня удивляешь. Перестань думать как полицейский, которому все обязаны помогать. Ты пока еще под прикрытием и надейся, что ваш отдел слабо связан с убойным. В любом плавучем городе сесть можно только на авиаплощадку. Контакт с администрацией, запрос в Европол (если представляюсь я), и все, нам не выбраться. Плавучие острова отпадают. Мальта ближе, я там хорошо ориентируюсь, но это пригодится мне позднее, у меня есть кое-какие планы. Сицилия на пределе наших возможностей. Скорее всего, ко времени посадки нас даже засекут. Зато там мы можем сесть на любой подходящей площадке. На пляже, в лесу на поляне, на шоссе. Сейчас я отключила спутниковую навигацию. Имитировала неисправность. Бортовой компьютер тоже отрезан от спутников. Через спутник нас не выследят, это уже радует. Есть другие методы, но все шансы на то, что они сработают, когда мы уже будем над Сицилией. А сейчас пора заняться телефонами, чтобы нас не выследили по ним. – Давай, Алекс, теперь твоя очередь, – сказала Магда, когда оба они переключили свои аппараты на запасные номера. – Не помню, чтобы я куда-то записывался, – возразил Алекс, прекрасно понимая, о чем идет речь. – Расскажи о деле, которое ты ведешь. У нас идиотская ситуация. Нет и не может быть никакого опознавательного знака, чтобы доказать, что мы полицейские. Иначе нас раскроют. Каждый из нас может оказаться мошенником, преступником, просто патологическим лгуном. Мне кажется, что моей истории ты поверил, хоть там и было много невероятного: врачи-убийцы, лекарство от всех болезней, горы трупов. – Как раз мне ты вряд ли поверишь. – А что у тебя? – Говорю же, это слишком невероятно. Ты не поверишь. – Не валяй дурака. – Даже не знаю, какие слова подобрать. – Ну? – Хорошо, получай. И не думай, что я сочинил это в отместку за твою историю с людоедами. Это ведь было вранье? – Конечно. – Я охочусь на вампиров. – Только этого мне не хватало! – Спокойно, не злись. Это не совсем то, что ты думаешь. Это не как в кино. Просто среди миллионов читателей и зрителей найдется пара сотен и даже тысяч, у кого мозги достаточно повреждены, чтобы принимать вампирскую тему всерьез. Таких людей можно убедить, что вампиры действительно существуют. Многие из этих психов сами мечтают стать вампирами. Могущественными, бессмертными. Спрос рождает предложение. Все начиналось с мелкого мошенничества: кого-то пообещали познакомить с настоящим вампиром, за хорошие деньги, разумеется. Дело выгорело, человек понял, что открыл золотую жилу. Обзавелся помощниками. Кто-то из помощников перетянул все одеяло на себя, убил главного выдумщика, прибрал организацию к рукам и сделал ее куда более беспощадной. Обычная история. Это никому не интересно. – Тогда что ты рассказываешь? – Чтобы ты поняла, с чем я работаю. Сейчас мы имеем так называемую деструктивную секту. Четкая иерархия, полное отсутствие прозрачности, вера в существование вампиров. Надежда каждому самому превратиться в бессмертного вампира. И, как всегда, если есть вопрос «Зачем?», то есть и универсальный ответ – «Деньги!». – Подробнее. – Ну, Магда, сейчас перестану верить, что ты из Европола. Любая секта такого типа психологически обрабатывает своих членов и выкачивает из них деньги. Действительно, зачем им деньги? Вступил в секту, подписался на рабство у вампиров, зачем тебе деньги? А отслужил испытательный срок, превратился в вампира – тем более зачем тебе деньги? – Неужели кто-то дослужился? – Конечно, те, кто дослужился, переводят Фонду Вечной Жизни (это официальное название) все свои сбережения. – И что потом? – Да ничего. Вампиры же не выносят солнечный свет, да и вообще не любят общаться с простыми смертными. Те, кто прошел все круги посвящения и стал вампиром… просто исчезают. Якобы отказываются от общения. – Это то, о чем я подумала? – Откуда я знаю, о чем ты подумала. – Я же из Европола, из убойного отдела. – Да, тогда ты подумала правильно. Но трупов не находят. Мне кажется, что их разбирают на запчасти и продают конкурентам твоих знакомых медиков. Иногда люди бывают очень экономными, особенно немцы. А первый мошенник, тот, которого потом убрали и который еще не практиковал убийства, был известен продажей крови. Той, что якобы жертвовалась вампирам. – Родственники и друзья пропавших что-то пытались сделать? – Конечно. Но ничего не смогли. У фонда великолепные адвокаты, он работает только с совершеннолетними. Попробуешь обвинить кого-то в убийстве – хлопот не оберешься. Расследование даже не поручили убойному отделу. – Давно они существуют? – Лет восемь. До серьезного расследования дошло чисто случайно. В Швейцарии учатся отпрыски наших нефтегазовых князей. Парни привыкли, что могут купить все. А если что-то не продается, то к сумме просто надо приписать еще один нолик. Кое-кому из этой золотой молодежи взбрело в голову стать вампиром. Наверное, представили, как вернутся и покажут пацанам клыки. – Кому-кому? – Ну, это жаргон. Так вот, сама понимаешь, глупости, вроде службы у вампиров, это не для них. Они были готовы заплатить сколько угодно. Заплатили… – Их обманули? – Понимай как хочешь. Пошли навстречу их требованиям. Ребята стали вампирами. Правда, в этом качестве их уже никто и никогда не видел. – Их родные настояли на расследовании, – предположила Магда. – Немного позднее. Вначале отцы пропавших отправили для выяснения своих людей. Задействовали большие силы, притом на закон им было наплевать. Некоторое количество членов секты исчезло. Думаю, умирали они тяжело. И выложили все, что знали, если не больше. Но… ключевой член секты, тот, кто работал с двумя пропавшими парнями, оказался убит очень не вовремя. Или вовремя? На нем все оборвалось, а смерть у него была непростая, на трупе следы пыток. – Этот не исчез? – Нет. В чем есть определенный смысл. Фонд потребовал защиты от преследования, ну, тебе понятно. И тогда уже родители пропавших обратились в Европол, притом через самые высокие инстанции. – Думаю, твоя история ничуть не слабее моей. – Ты мне льстишь. Итак, я – приманка. Банковский служащий с допуском ко многим сладким морковкам. Обожаю вампирское фэнтези. Немного скептик, сомневаюсь, что вампиры существуют, но если они есть, это же так здорово, я бы тоже хотел стать одним из них. – Что дальше? – Посещал нужные тусовки. Позволил себя обработать. Меня гипнотизировали, давали наркотики, устраивали такие шоу, что кровь в жилах стыла. Конечно же, я поверил, как можно в такое не поверить? То, что я принимаю кое-какие противонаркотические и противогипнотические препараты, немного спасает мою больную голову, но скажу тебе, ребята работают очень убедительно. Сейчас я разыгрывал внезапно проснувшуюся религиозность: раз есть вампиры, должны быть Бог и Дьявол, так что же стрясется с моей бессмертной душой, если я превращусь в вампира? – Красиво задумано. – Да. Было задумано. Человек предполагает, а Бог располагает. В самый ответственный момент мне на голову валятся нигерийцы, находившиеся на службе у врачей-убийц, я оказываюсь в центре грандиозной бойни, и все домашние заготовки вылетают в трубу. – Еще чуть-чуть раньше, не на голову, а совсем на другое место, тебе свалилась красавица-американка. Что-то я не вижу ее в твоей истории. – Магда! – Алекс постарался говорить максимально убедительно. Поведение подруги подсказывало, что ей хочется мира, и даже одно правильное слово может резко улучшить ситуацию. Знать бы только это правильное слово… – Забудь ее, представь, что ее не было. Это совсем другая история, и тайны, которые со всем этим связаны, они не для нас с тобой. Дело не в опасности, ты обожаешь опасности, как я посмотрю. Просто знание об этой даме очень сильно затрудняет жизнь. Мне вот кажется, что после расставания с нами эта скромная девушка отправилась назад, по маршруту нашего бегства, и ее уже не сдерживало присутствие двух недотеп из Европола. Не удивлюсь, если она выкосила всех черных громил на борту, а также их соратников, вроде того шустрого парня в лифте. Я не очень хороший гипнотизер. Да я вообще не гипнотизер. Но я внушаю тебе и себе: ЗАБУДЬ! Ничего не было. – Не думаю, что на твоем месте я бы захотела забыть… Черт! Я, кажется, поняла. Ты пытаешься ко мне подкатиться. Мы все забыли, ничего не было, ты мне не изменял. Хитрый, гад. – Магда, из-за редчайшего стечения обстоятельств (двое полицейских в одной постели, и оба об этом не догадываются) мы обманывали друг друга пять месяцев. Какие, к черту, счеты? Надо выживать. – А ты, бедненький, и дело свое завалил. – В какой-то степени. – Не бывает степеней: или завалил, или нет. – Формально дело завалено. Мне уже не удастся собрать факты для суда. Но я собрал достаточно информации о членах секты. Не о функционерах фонда, которые за хорошее жалованье ломают комедию в масс-медиа. О настоящих хищниках. И у меня есть контакты. Две частные армии, с которыми не сравнятся никакие африканские банды, вытащат этих сволочей даже из их вампирского ада. – Ты продажный полицейский, Алекс? – Ни в коем случае. Я не получаю с этого ни гроша. Когда закон бессилен, я использую другие средства для восстановления справедливости. Какое-то время они летели, не разговаривая друг с другом. Магда тихонько бормотала что-то нецензурное под нос, корректируя программу. Алекс таращился в темноту за окном. С трудом укладывалось в голове, что перенаселенный мир может быть настолько пуст. Всегда вокруг были толпы. В Петербурге, в Праге, где находилось восточноевропейское Управление Европола, на плавучем острове, в банке, в любом месте отдыха. А сейчас – вокруг черным-черно, бортовые огни выключены, небо не отличить от моря. Словно полет в космосе. – На какой высоте мы летим? – спросил он Магду. – Около трех метров. – По-моему, это низко. – Да уж, не высоко. Но есть масса преимуществ. Создается эффект воздушной подушки, и экономится топливо. – Так что, у нас еще и горючего может не хватить? – Должно хватить. А высота полета, чтобы ты особенно не волновался, задается компьютером. С помощью радара он оценивает среднюю высоту волн и на какой высоте лететь безопасно. – С ума сойти! – Алекс внезапно осознал, что их полет – просто авантюра. Хотя, если заявить об этом Магде, она может разнервничаться. Ситуацию это не улучшит. Как минимум. – А если нам попадется волна выше средней? – Все будет хорошо, – веско заявила Магда. – Это мое заклинание. Хорошо, и все! Давай доверимся компьютеру. Практика показывает, что с тех пор как ручное управление заменили на компьютерное, число аварий на транспорте сократилось. Алекс уже набрал воздух для тяжелого саркастического вздоха, это был компромисс по сравнению с гневной тирадой, которая просилась на язык. Но и вздох он решил придержать. Так и подмывало спросить, водила ли Магда раньше «летающее блюдце» или довольствовалась тренажерами. А что, если она вообще только инструкцию прочитала? – Лучше расскажи, что у тебя запланировано, чтобы договориться заранее. – Если я все ввела в компьютер правильно, то мы приземлимся рядом с городом Пачино. Алекс мысленно повторил слова: «Если я все ввела в компьютер правильно». Странно это все. А если неправильно? Спутниковая навигация отключена, по звездам ни он, ни Магда не ориентируются, да и звезд-то за облаками не видно. Что, если Магда ошиблась, и они направляются не туда, куда надо? Необязательно бояться направления на Африку, достаточно отклониться от Сицилии и остаться без горючего. «Летающее блюдце» состоит из кабины, огромного пропеллера и упругого пластикового круга. Он же – внешний корпус. Может ли такая конструкция плавать? – Дождемся утра, – продолжала тем временем Магда. – Возьмем напрокат машину, поедем в Мессину. Там бросаем машину, при этом маскируем ее каким-либо образом. То есть создаем впечатление, что мы поехали дальше, в материковую Италию. Сами на такси едем в городок под названием Поцалло. Оттуда есть паром на Мальту. Надо только как следует поменять внешность… – Почему ты говоришь «мы»? Прежде, помнится, ты вела это дело одна и ни в чьей помощи не нуждалась. На мне самом висит кое-что… очень тяжелое. – Ты же сказал, что дело завалено. – Да. Но это же не означает, что я теперь могу мотаться по Европе и из любви к искусству, то бишь к закону и порядку, распутывать козни врачей-убийц. Меня не поймет мое начальство. Хорошо еще, что мой пистолет был обезличен и убийство нигерийцев и этого немца в лифте не повесят на меня. Если бы ты связалась со своим руководством, сообщила обо мне и попросила послать в мой отдел запрос на привлечение к операции… – …то приговорила бы тебя к смерти. Если точнее, то вписала бы в список приговоренных вторым номером, после меня. – Настолько все плохо? Что может спасти ситуацию? – Падение небольшого астероида в Европе. Такого, что уничтожит Париж с западноевропейской штаб-квартирой Европола и Франкфурт с центром медицинской компании. – Вот это называется спасение. – Конечно, можно действовать хирургическими методами. Перебить руководство медицинской компании. Найти, кто работает на медиков в убойном отделе Европола… – И тоже перебить. – Вот видишь, ты все понимаешь правильно, как я. Это значит, что мы хорошо притерлись друг к другу. – Конечно, мы же столько времени терлись друг о друга в постели. – Алекс осознал, что Магда не намерена его отпускать. Девушка она, похоже, гордая, да еще и поймала его с другой, так что попросить о помощи язык не поворачивается. Но оставаться одной, при всей своей крутизне, ей тоже не хочется. – Плохо терлись, – с грустью сказала Магда. – Если бы в постели все было хорошо, то ты бы не затащил туда американскую сучку. – Магда? О чем ты? Ничего не было, мы же договорились. – Оставь эти игры. Договориться можно о том, что черное – это белое. А вот изменить факты никто не может. Появились огни. Алекс подумал, что это хороший признак. Уже можно не волноваться, доберутся ли они до суши. Действительно, суша не заставила себя ждать. Магда тут же подняла флаер на приличную высоту, чтобы избежать случайного столкновения. Все разговоры прекратились. Нетрудно было догадаться, что в управлении посредством компьютера Магда намного сильнее, чем в ручном режиме. Что можно считать удачей – если легкий воздушный транспорт на Сицилии (в Пачино в частности) и был развит, то ночью полетами никто не злоупотреблял. К удивлению Алекса, у Магды обнаружилась умилительная привычка буквально грызть нижнюю губу в минуты волнения. Но долго волноваться не пришлось, очень скоро им удалось найти футбольное поле и благополучно на нем приземлиться. Нижняя губка Магды восхитительно покраснела, и сердце Алекса как-то подозрительно сжалось. Ведь, если задуматься, он относился к этой женщине как к вещи. Некий объект для постельных удовольствий и для маскировки, чтобы не выглядеть странно одиноким. И вот сейчас, когда он обнаружил в ней личность, притом личность далеко не заурядную, он должен ее бросить. И не просто покинуть после выполнения задания, сказав на прощание несколько малозначащих слов, как предполагалось раньше. Нет, именно бросить, оставить на растерзание шайке убийц. Все это было слишком… неправильно. И не в том дело, что «хорошие парни так не поступают». Законы выживания и инстинкт самосохранения вступили в противоречие с неожиданно ожившими понятиями мужчины-собственника: «она моя женщина, я хочу, чтобы она была со мной, я не дам ее в обиду». И наплевать на голос разума, говорящий, что первая, кто возмутится словом «моя», будет сама Магда. Голос Разума столкнулся с Зовом Души, и душа не хотела сдаваться. Почти сразу же после высадки, едва Алекс с Магдой успели вынести из «летающего блюдца» свои вещи, флаер сам закрыл кабину. Двигатель заработал, летательный аппарат начал медленно подниматься. – Что за чертовщина? – Алекс не понял, что происходит. – Все идет по плану, – спокойно объяснила Магда. – Я заготовила программу… – Какую, к черту, программу! – Алекс был в бешенстве. – А если бы я не успел вытащить свой компьютер? – Я бы его вытащила. Или тебя бы поторопила. Что ты психуешь? Я не хуже тебя знаю, насколько тебе важен твой компьютер. – Извини, – буркнул Алекс. Он и сам не понимал, почему так завелся. Наверное, подсознательно искал причину поссориться с Магдой, разбежаться и снять с себя ответственность. – Желательно все-таки предупреждать. Ты мне вроде все описала, даже с подробностями. Но про твою программу там ничего не было. Что ты задумала, если не секрет? – Летели мы очень экономно, – сказала Магда вслед удаляющемуся флаеру. – Горючего осталось больше половины бака. Сейчас блюдечко полетит в Поцалло. Там оно должно приземлиться на любую свободную площадку, постоять три минуты и включить спутниковую навигацию. А потом, под мудрым руководством спутникового навигатора, вернуться на нашу родную «Жемчужину Средиземноморья». – Так-так, я что-то упустил, – пробормотал Алекс. – Ты все время говоришь о двух городах, проблема в том, что их названия так похожи, и я немного запутался. В чем интрига? – Я хочу, чтобы запутался не только ты. Через спутник наши враги узнают, что мы останавливались в Поцалло. Когда флаер вернется на «Жемчужину» пустым, они решат, что именно в Поцалло мы и высадились. – А на самом деле мы в этом самом… – Пачино. Но интрига не только в похожести названий. Чем интересен Поцалло? Оттуда есть паром к Мальте. Где нас будут искать? В Поцалло, на пароме, на Мальте. Мы тем временем добираемся до Мессины, как я и говорила… – Может, выберем еще что-нибудь, начинающееся на П? – Не умничай. В Мессине мы спрячем машину и каким-то образом засветимся. Например, я позвоню со своего старого мобильника начальству, а ты со своего – в банк. После этого – поменяем внешность и максимально быстро смоемся в направление Поцалло. – Но там же нас ищут! – Ты прав. Но, обнаружив нас в Мессине, наши враги сделают однозначный вывод: Поцалло и Мальта – ложный след. Мы пытаемся прорваться в Европу, а Мальта – попытка запутать преследователей. Притом, учти, их ресурсы небезграничны. Это только в фильмах преследователи прячутся за каждым углом и в каждом мусорном баке. У наших врагов нет такого количества агентов, как у ФБР и Европола… – Но ты же говорила про связь преступников с Европолом… – Связь – это связь. Несколько человек в Европоле работают на медиков. Эти «кроты» снабжают их информацией, могут уничтожить какие-то улики. Не более того. Посылать агентов по нашему следу они вряд ли рискнут. – Почему? – У них есть мой послужной список. Они знают, что меня хоронили не один раз. Но я справлялась со всеми трудностями и побеждала. И пока у меня есть шанс выжить, они не засветятся. Мой шеф, насколько я его знаю, не мог меня продать. Связаться с ним не удается уже неделю. Даже не могу предположить, что случилось. Другие контакты я предпочитаю не активировать. – Может, пойдем? Рассказывай на ходу. А то, пока мы стоим, эти гады успеют просчитать и ложные следы, и настоящие. У меня есть подозрение, что они вообще не клюнут на твою приманку. – Почему? – У них вызовет сильное подозрение тот период времени, когда бортовой комп был выключен. Раз уж ты его включила, то сделала это для того, чтобы создать ложный след. Они не купятся на Мальту. – Здорово! Мне неважно, когда они спохватятся. Главное, чтобы не искали нас на Мальте. Стадион был заперт, и Алексу с Мартой пришлось перелезать через довольно высокий забор. В довершение всех бед располагался стадион достаточно далеко от основной территории города. Но если забыть, что сейчас их искали несколько абсолютно безжалостных мерзавцев, то прогулку можно было назвать приятной. На смену дневному зною пришла легкая прохлада. В воздухе витал какой-то приятный аромат. Магда сказала, что пахнет розмарином, и даже показала, как он выглядит. Алекс и не представлял, что пряности могут расти так вот запросто у дороги, да еще в огромном количестве. В какой-то момент по настоянию Магды дорогу пришлось оставить и пройти через рощицу. На этот раз Алекс сам определил, что невысокие деревья – это оливы. Похоже, что сицилийцы обленились и совершенно прекратили сбор маслин. Вся земля была покрыта слоем оливок, перезревшие и опавшие, они лопались под ногами почти на каждом шагу. Марта всю дорогу сверялась со своим карманным компьютером и в очередной раз показала себя умелым штурманом. После нескольких незначительных отклонений от курса к прокатному агентству они добрались примерно часа за два. – Неудачно получилось, – с досадой произнес Алекс. – Мы здесь, сидя у дверей агентства, выглядим настолько чуждо и заметно, что достаточно на другом конце острова спросить: «Видели ли вы двух чужаков: мужчину и женщину?» – как там тут же укажут наш точный адрес. – Чепуха, веди себя естественно. Нет-нет, естественно не для нашей ситуации. Не надо прятаться в канализационных люках или надевать женскую одежду с паранджой. Веди себя естественно, как турист. О! Идея! Подожди минутку. Я тут сбегаю… Через несколько минут Магда вернулась. Как выяснилось – из замеченного неподалеку ночного магазинчика. Принесла бутылку дешевого красного вина и сэндвичи. – А теперь подумай, – сказала она, поручив Алексу открыть бутылку, – что подозрительного может быть в туристах, пьющих ночью вино у агентства по прокату машин? Да ничего! Хорошо, что здесь не Америка. Там бы нас могли арестовать за распитие спиртных напитков. А когда ты говорил про другой конец острова, то забыл, наверное, что Сицилия покрупней некоторых европейских стран. Перекусить действительно было необходимо. Алекс жевал сэндвич, философствуя про себя о превратностях судьбы. Выбрал бы себе другую партнершу – лежал бы сейчас на плавучем острове с ней, продолжал бы готовить западню лжевампирам. Правда, что при этом было бы с Магдой? Если бы она подобрала себе другого партнера, не полицейского, удалось ли бы ей уйти от убийц? Вполне возможно, что да. Разумеется, он проредил команду преследователей, да и секс-кукла помогла, но все же, надо признать, Магда сама способна постоять за себя. Интересно было бы посмотреть ее послужной список. У девочки крепкие нервы и хорошо развитое логическое мышление. – Скажи мне, Магда, – мысль показалась очень к месту, – сейчас, когда полет позади, можешь мне признаться честно: ты управляла раньше реальным «летающим блюдцем»? – Реальным? Нет. На тренажерах раза три летала. Да что в этом сложного? Машиной управляет компьютер, мне остается задать некоторые параметры. – Да здравствуют компьютеры! – Алекс в шутливом приветствии тряхнул в воздухе бутылкой и сделал большой глоток. Входить в роль беззаботного туриста? Пожалуйста. Зачем волноваться? Компьютеры прекрасно справляются с «летающими блюдцами», а если еще вспомнить Николь Вэнс – с сексом, защитой от убийц и ремонтом лифтов… Погоня запутается в двух городишках с такими похожими названиями, сицилийцы не обратят внимания на парочку туристов, сидящих с вином на траве. Что еще он мог упустить? – Послушай, Магда, если уж мы ведем себя натурально, то логичней не вино попивать, а подремать. Завтра, вернее, уже сегодня у нас насыщенный день. Так давай расслабимся, как это могут себе позволить бедные туристы, у которых нет денег на гостиницу. Уснем прямо здесь. – Наконец-то! Ты перестал волноваться и начал жить. – Магда засмеялась. – Я не знаю, как здесь трактуют закон о бродяжничестве. Если мы просто уляжемся… Нет, не пойдет. Спать сидя умеешь? Хорошо, я тоже умею. Итак, садимся на порог, спиной к дверям, и все вещи подгребаем под себя. А чтобы спалось крепче – допиваем вино без остатка. И повторяем про себя: «Все будет хорошо». Глава 3 Старенький, но резвый электромобиль с минимизированной функцией автоводителя ничем не выделялся на шоссе. Вокруг было полно таких же машин. Извилистая дорога, местами прорубленная в скалах, требовала внимания. Алексу удалось выбросить из головы то ощущение загнанности, которое появилось после разговора в «летающем блюдце». Мир велик, Алекс и Магда прошли неплохую школу выживания. Несколько ублюдков, даже будь они трижды врачами, не смогут загнать их в угол. Правда, намечалось некоторое несоответствие. У Магды есть какие-то планы, но она, похоже, зациклилась на убийствах сотрудников биотеховской фирмы. Даже непонятно, что она надеется найти. Отпечатки пальцев главы немецкой «фабрики здоровья»? Где? На «адской машине», подорвавшей здание? Знает ведь, что не найдет. Какие-то доказательства связей медиков и торговцев человеческими органами из Африки? Это работа для целой группы, да и не на Мальте надо искать. И если такая связь будет найдена, что из того? Нигерийцы хором начнут выкладывать, как прикончили ученых, показывая пальцами на заказчиков убийства? Ждите-ждите. При всем при этом Магда на дурочку не похожа. Если что-то ищет – значит, не зря. – Магда, ты не хочешь рассказать мне что-нибудь еще, чего я не знаю? – начал Алекс деликатно. – Не хочу, – отрезала Магда. – О тебе же, дураке, пекусь. То, что не знаешь, не вырвут под пытками. – Какие пытки? – усмехнулся Алекс. – После изобретения гипнотропина пытки утратили актуальность. – Тем более. Ты не выдашь мои планы, если не будешь о них знать. Кстати, и гипнотропин можно обмануть. – Знаю. – Алекс промолчал о том, что его особенно тщательно готовили к обработке наркотиками, и разговориться под воздействием гипнотропина он мог примерно так же, как от бутылки пива. – Ну что это мы все о грустном? Любуйся пейзажами. Ты раньше была на Сицилии? – Не была. И я – не любительница пейзажей. Раз уж ты так хочешь поболтать, сам поделись своими секретами. – Секреты? От тебя? Чепуха какая. Все тебе рассказал, все ты про меня знаешь. – Какие у тебя планы насчет твоего расследования? – А как насчет пыток и гипнотропина? – Не тот случай. Если уж меня схватят, последнее, о чем меня будут спрашивать, – это об одиноком охотнике на вампиров из Отдела мошенничества. – Ну, тогда слушай. Я прост и откровенен. Если я заваливаю дело (а к этому идет), то сдаю русским мстителям всех, кого обнаружил по ходу расследования. Жаль, не смогу распространить весть, что любителям вампирского фэнтези какое-то время лучше не тусоваться, а сидеть дома. Мало ли, вдруг попадут под раздачу. – Что это означает? – поинтересовалась Магда. – Это жаргонное словечко, в переводе на английский смысл теряется. Я о том, что по-настоящему виноватых мне не жалко. Пусть их стреляют, режут, поджаривают. Любая казнь выглядит достаточно гуманной при таком бизнесе. – Но с тобой-то что? – А потом – по обстоятельствам. Не уволят – продолжу работать в Европоле. Уволят – найду работу в частной охранной фирме. – Два потенциальных места работы у тебя уже есть. – Можно сказать и так. Тебя интересует вопрос трудоустройства? – Алекс оживился. – Я могу начать наводить справки. Если имитировать твою гибель…. – Стоп! Не надо ничего имитировать. Мое дело безнадежное, но я легко не сдаюсь. И у безнадежных дел бывают очень интересные… последствия, скажем так. – Расскажи. – Алекс почувствовал себя заинтригованным. – Выходим на второй цикл. Я же тебе объяснила: «От многого знания – много печали. А умножающий знание – умножает печаль». Доживешь – узнаешь. А пока, вместо того чтобы сбивать с толку меня, подумай о себе. Учти, о личности Алекса Минакова мои преследователи все знают. Они могут прослушивать твой старый мобильник, наблюдать за твоими кредитными чипами… – Если я задаю дурацкие вопросы, это еще не значит, что я идиот. Ты втемяшиваешь мне азбучные истины. – Не задавай дурацкие вопросы, и я избавлю тебя от азбучных истин. Алекс решил, что пришло самое подходящее время обидеться и замолчать. Обиделся он неискренне, зато пауза помогла обдумать ситуацию. В Мессине они приглядели многоэтажную стоянку. Магда временно припарковала машину в безлюдном месте недалеко от входа. Покопалась в своем рюкзачке, достала клейкую ленту. – Я немного изменю номер, – сказала она, – не хочу, чтобы машину нашли слишком рано. – В детские игры играешь. А противоугонное устройство? Агентство в любой момент знает, где машина. – Уже не знает. Я его нейтрализовала. – В таком случае оно должно было послать сигнал тревоги. – Спи спокойно. Я угоняла машины и подороже. С системами сигнализации намного сложнее этой. Забудь то, что ты читал в технической документации. Я работаю по другим инструкциям. А сейчас посиди и подожди, пока изменю номер. «Неприятное ощущение», – подумал Алекс. Рядом с Магдой он начал чувствовать себя любителем. Как полевой агент она была… как бы это выразиться поделикатней… более приспособлена к жизни. Несомненно, у него есть свои козыри, но как-то они в последнее время не использовались в игре. На стоянке Магда придирчиво выбирала место, где прокатному автомобилю предстояло ждать обнаружения. Потом они запаслись новой одеждой и поехали к причалу парома. – Послоняемся здесь, – сказала Магда, – вдруг повезет, и камеры нас поймают. Сделай настороженное лицо, поглядывай исподтишка, словно ты ищешь камеры и не хочешь, чтобы тебя засекли. – Они могут смотреть онлайн? – Вообще-то нас ищут на другом пароме, на Мальту. Не найдут, начнут изучать записи. В смысле – дадут на анализ компьютеру. Но даже если среди предателей в Европоле есть гигант мысли, который смотрит на нас онлайн, то пока он свяжется с медиками, а медики со своей агентурой – пройдет время. – А если у гиганта мысли есть своя агентура в Мессине? И раз уж он гнилой полицейский, да еще в убойном отделе, то и агентура у него убойная? – С трудом верится в такое количество совпадений. Хорошо, уговорил. Нет ничего драгоценней нашей жизни, и если есть хоть какой-то риск, то сведем его к минимуму. Идем в туалеты, меняем внешность, переодеваемся. Одежду здесь не выбрасывать! – Обижаешь. – У тебя есть все для изменения внешности? – Надеюсь, что да. Набор со мной. – Из порта выходим по отдельности. Где встречаемся? – Там недалеко есть кафе. С голографической рекламой. Капучино, превращающийся в вулкан, и наоборот. Заодно и кофе попьем. Кстати, я припоминаю, что ты собиралась наследить, позвонить со старых мобильников. – Я уже сама сомневаюсь, стоит ли это делать. Даже со стороны выглядит именно так, словно я хочу наследить. – Тогда сделай это понатуральней. Позвони своему исчезнувшему начальнику. Скорее всего, он не ответит, но позвони. А потом выходи прямо на отдел внутренних расследований, представься, дай им опознать себя и расскажи, что подозреваешь утечку информации из отдела. Про исчезнувшего начальника тоже расскажи. Про покушение на твою жизнь и что это твой последний звонок с этого мобильника, его ведь могут выследить. Так, во-первых, ты снизишь уровень слежки за тобой с привлечением ресурсов Европола, кто захочет светиться, когда в дело вмешались Внутренние Расследования? Во-вторых, убираешь акцент, что звонок сделан со старого мобильника: ты же сама обратила на это чужое внимание. – Ну и ну! Ты предлагаешь мне обратиться к ОВР? – Да, а в чем дело? – Ни в чем. Я не знала, что в восточноевропейском Управлении их любят. – Обожают. Как инородное тело в прямой кишке. А что делать? Тебе же надо выживать. А этим гадам надо оправдывать свое существование, вряд ли они найдут лучший повод для расследования. Тем более с бойней на «Жемчужине Средиземноморья» еще будут разбираться. Пусть ОВР будет заранее проинформирован именно тобой, а не кем-то другим. – Интриган и стукач, – обозвала Алекса Магда. – Но я сделаю, как ты сказал. Оставшись один, Алекс восстановил старую конфигурацию мобильника и нашел сравнительно безлюдное место рядом со стенкой. Набрал номер своего начальника в Корейско-Средиземноморском банке и ввел личный код. Пак Мон Хон ответил почти мгновенно. Что говорило о его внимании к делу шумно исчезнувшего сотрудника. – Слушаю, Алекс, – степенно начал шеф. – Что с тобой произошло? Полиция сообщила, что ты пропал без вести при налете террористов на ваш город-остров. – На мою жену напали, – начал Алекс, – я ее защищал… – Алекс, – начальник говорил медленно, размеренно, одновременно стараясь разглядеть, что происходит вокруг Алекса. – Ты работаешь с финансовыми потоками, это огромные деньги. Человек на твоем месте должен быть безупречен. Если жена вляпалась в уголовщину – срочно избавляйся от нее. И даже в этом случае я не уверен, что смогу вернуть тебя к твоей работе. Ты ведь понимаешь, что твой доступ блокирован, а с клиентами работают другие сотрудники? Ты можешь что-то сказать в свое оправдание, чтобы это помешало мне тебя уволить? – Вы, как всегда, правы, господин Пак, – Алекс сделал вид, что поклонился мобильнику. – Но моя жена ни в чем не виновата. Она проверяет рестораны. В одном из африканских ресторанов она обнаружила в холодильнике человеческое мясо, из него там готовили стейки! – О! – Назидательно-скучающее выражение исчезло с лица Пака. – Вот это случай! В новостях мелькнуло, что среди убитых на острове были граждане Нигерии. Что ты планируешь? – Мистер Пак, я должен доставить мою жену в безопасное место. – Алекс лихорадочно просчитывал, как прервать разговор, не особенно разозлив шефа. Как бы ни оптимистична была Магда, говоря о медленной реакции «следопытов», пренебрегать врагом никогда не стоит. – За нами следят, я думаю. Этот мобильник я уничтожу. Когда все успокоится, приеду в банк, а там вы решите, что со мной делать. – Даю тебе три дня. – Пак уже не просвечивал Алекса своим цепким взглядом, – постарайся справиться. Удивительно, что пресса ни слова не сказала о причине налета… Желаю удачи! Алекс перевел дыхание. У него три дня. Что это значит? Сможет ли он продолжать свое расследование, если вернется в банк? Если нет, то зачем ему возвращаться? Только потому, что Восточноевропейское управление свернуло горы, чтобы внедрить его на эту должность? Возможно, будут другие задания, связанные с банковской сферой. Неожиданно на мобильнике появился сигнал вызова. Алекс чертыхнулся. Надо же – не успел отключить аппарат. Потом обнаружил, что с ним пытается связаться Темный Монах, самая высокопоставленная личность в секте вампиропоклонников из тех, до кого Алекс сумел добраться. Не раздумывая, Алекс ответил. – Привет, банкир. – Темный Монах, жгучий брюнет с внешностью и повадками потомственного аристократа, смотрел на Алекса, как на существо низшего порядка. – Я знаю, что ты хочешь уничтожить мобильник, и постарался успеть. – Зачем мне уничтожать мобильник? – За тобой гонятся, за тобой следят. Да и ты сам сказал это своему начальнику минуту назад. – Какого черта?! – Алекс постарался изобразить ярость, несмотря на то, что в глубине души обрадовался. Получается, кровососы не утратили к нему интерес. Даже странно. – Не злись. Сцены устраивай своей подружке. А сейчас молчи. Думаю, раз тебя слушаем мы, то может слушать еще пол-Европы. Или Африки? – Темный Монах улыбнулся уголками рта. – Лучше избавься от этого мобильника. И как можно скорее. Просто хотел передать, что с тобой хотят встретиться. – Кто? – Кто-то. – А яснее? – Ты хочешь ясности на виду у всей Африки? Некто важный, очень важный. Я перед ним – пыль. – Как можно договориться перед чужой аудиторией? – Просто. Вспомни нашу последнюю встречу. Тогда за тобой никто не следил. Встречаемся там же. Алекс вспомнил отель в Палермо. Там состоялась их последняя встреча. Небольшое отклонение на пути к Мальте. Да, кстати, а нужна ли ему теперь Магда с ее Мальтой? – Поправка, – резко произнес Алекс. – Никаких встреч в закрытом помещении. Только на улице. И когда я до вас доберусь – не знаю. Придется тебе подежурить у входа, – добавил он мстительно. – Чего ты боишься?.. – последнее, что услышал Алекс, отключая коммуникатор. До него дошло, что они с Магдой сваляли дурака. Действительно, выслеживать Магду для сотрудников убойного отдела было чревато неприятностями. Но выслеживать его, Алекса, самое легитимное занятие. Человек, пропавший без вести с места массового убийства! Самая законная мишень! А он треплется, как идиот. Причал парома уже должен кишеть полицейскими. Максимально быстро, но стараясь не привлекать внимания, Алекс направился к туалету. У входа в кафе пара горячих сицилийских парней пыталась поближе познакомиться с азиатского вида девушкой в мини-юбке. Алекс чуть было не прошел мимо, но девушка, похоже, обратила на него внимание и что-то попыталась передать с помощью мимики. Ничего себе азиатка! До Алекса дошло, насколько Магда преуспела в изменении внешности. Сам он всего лишь обесцветил брови и волосы да сделал пару инъекций геля, корректирующих биометрические параметры лица. А Магда, получается, даже расу поменяла… Увернувшись от назойливых парней, Магда уверенно подошла к Алексу и взяла его под руку. – Меня так легко опознать? – спросил он. – По запаху, – со смешком ответила Магда. – Но это не опасно, кроме меня, его никто не знает. Хватит, не время рефлексировать насчет своей маскировки. Я засекла несколько подозрительных физиономий по дороге. Надо удаляться. Я недооценила их быстроту. Но есть один плюс. На Мальте нас уже не ищут. Так что исчезаем здесь и появляемся там. – Есть проблема, – Алекс приобнял Магду, стараясь не дать ей совершить какое-либо резкое движение. – Про меня вспомнили мои друзья-вампиры. И они хотят со мной встретиться. Встреча будет с кем-то, кто мне неизвестен. Сказали, что это крупная фигура. – Твои действия? – Магда приняла правила игры, тоже прижалась к Алексу и даже чмокнула его в щеку. – Надо ехать, – вздохнул Алекс, – или лететь. Это здесь, на Сицилии, – предварил он вопрос Магды. – Мне непонятно, что их во мне так заинтересовало именно теперь, когда я лишен доступа к банковским счетам. – Ты… лишен? – Магда чуть было не сбилась с размеренного шага. – Сама подумай, – Алекс решил не рассказывать о своем разговоре с начальником, возможной причине того, что их сейчас ищут в Мессине. Он тоже умел излагать «азбучные истины». – Человек с доступом к финансовым потокам пропадает без вести во время налета. Исчезает только он и его подруга. Возможно, из-за него все и произошло, а похитители… – Стоп. Хватит. Как я не подумала раньше? Ты влип сильнее, чем это казалось вначале. Представляю, как бесятся твои боссы в Европоле. Ты с ними не связывался? – Нет. – Но действительно, зачем ты сейчас нужен вампирам? – Самому интересно. – Хочешь, чтобы я тебя прикрыла? – Нет. Если против меня задумали что-то силовое, то тебя одной будет мало. – А как насчет «союзников»? – Если позвать их на этой стадии, то получится, что я передаю дело им. Европолу останется собирать трупы. А мне… ну, мы это уже обсуждали. – Прощаемся? – На автовокзале. Ты в одну сторону, я – в другую. – Больше не увидимся? – Не знаю. Честное слово, хочу тебе помочь, но не знаю, смогу ли. Я невольно влез в твое дело, но свою работу надо доделывать. Возможно, у моей встречи не будет никакого продолжения. Тогда я тебя догоню. Как тебе такая идея? – Идея хорошая. Мне чертовски нужен рядом надежный человек. Подашь мне сигнал. Вряд ли наши новые мобильники будут прослушиваться, но место встречи обговорим заранее. Помнишь собор Святого Иоанна в Ла-Валлетте? Мы там так хорошо погуляли с тобой вдвоем. Как настоящая парочка влюбленных… «Ей нужен рядом надежный человек», – думал Алекс, лениво любуясь морским берегом из окна экспресса. На первый взгляд, никакого двойного смысла в словах Магды не было. В окружающем их ненадежном мире мало что ценится так же высоко, как надежные люди. Но если исходить из того, что Магда – просто агент Европола и собирается продолжить свое расследование, то просить Алекса о помощи она должна была по-другому. Он тоже агент Европола, то есть, по умолчанию, надежный человек в любом расследовании, даже чужом. А что, если у Магды на уме еще что-то, кроме расследования? Мысль об этом слишком часто посещала Алекса в последнее время. Или причина его неуверенности – неправильная трактовка тонкостей английского языка? Все-таки это не его родной язык, и Магда могла говорить без всякого двойного смысла… В Палермо Алекс совершил небольшую прогулку по историческому центру, как и подобает туристу. Правда, изучал он не достопримечательности, а публику, пытаясь определить, не успели ли агенты убойного отдела взять его под наблюдение. Как ни странно, но именно в Палермо наемники из Нигерии могли не заботиться о маскировке. В центре города было полно африканцев. Больше арабов, но и чернокожих хватало. К счастью, Алекс никого из них не интересовал. Мчаться на встречу с Темным Монахом и кем-то, за ним стоящим, не хотелось. Не то чтобы не хотелось… Когда заходит речь о работе, «хочется – не хочется» в счет не идет. Слишком многое зависело от этой встречи. Но Алекс, мягко говоря, был не в самой подходящей форме для такого ответственного мероприятия. Он прекрасно понимал, что процентов на пятьдесят это может быть операцией по его устранению. Из потенциально выгодного клиента с доступом к большим деньгам он превратился в абсолютно бесперспективного типа, узнавшего слишком много, да еще и замешанного в какую-то подозрительную историю с массовым убийством. Нет ничего более естественного, чем его смерть. А виновных будут искать… скажем, в Африке. Алексу нужна была ясная голова и быстрая реакция. И не только для того, чтобы увернуться от пули или что там еще в него полетит. Для таких случаев у него было припасено кое-что из арсенала боевой химии. Не исключалось, скорее даже было равновероятно, что приговор ему еще не вынесен, а вампиропоклонники придумали какую-то новую комбинацию для его использования. В таком случае умение соображать было куда важнее бойцовского мастерства. Большинство коллег Алекса считали, что боевые наркотики улучшают мышление почти в такой же степени, как рефлексы. Алекс с этим категорически не соглашался. Кристальная ясность в голове после приема спецсредств была обманчивой. Инстинкт самосохранения, разогнанный наркотиками, мог на уровне рефлексов дикого зверя вести тебя в драке, побеге или преследовании. Но как нужно ответить на заковыристый вопрос, как соврать и не попасться, знал только «его величество мозг». И чтобы создать этому самому мозгу приличные условия для деятельности, надо было как минимум выспаться. Сон на пороге агентства по прокату в счет не шел. Особенно учитывая все, что ему предшествовало. А кроме всего прочего, как добросовестному служаке, Алексу надо было вновь связаться с руководством. Позволив самому себе себя же уговорить, Алекс снял номер в небольшом, но приличном с виду отеле недалеко от центра. Население здесь уже не выглядело экзотическим, большинство прохожих были сицилийцами либо европейского вида туристами. Гостиничный сканер проглотил информацию о паспорте на имя уроженца Англии Гарри Тейлора с фотографией, соответствующей недавно приобретенной внешности. Соответствие было не совсем полным, но – к выгоде Алекса. Он был только похож на фото. Его биометрия, которую невозможно изменить без операций, затрагивающих кости черепа, была тщательно искажена умельцами из Отдела мошенничеств. Этим достоинства нового паспорта не ограничивались. Виртуальный Гарри Тейлор не так давно пытался купить недвижимость в Венгрии, пользуясь поддельными финансовыми документами. Был пойман, согласился сотрудничать с Европолом, благодаря чему дело закрыли. Теперь, если кто-то заинтересовался бы этим человеком, для ознакомления с досье он был бы обязан послать запрос в родной отдел Алекса. Воистину – самые лучшие поддельные документы может сделать только полиция. Первым номером программы стоял душ. Как бы ни шутила Магда по поводу запаха, шутками дело не ограничивалось. После беготни в городской броне и прогулок под жарким средиземноморским солнцем пахло от него, наверное, как от бездомного бродяги. Cмыв с себя пот и грязь, Алекс расслабился в кресле. Заказал по пневмодоставке пару банок «Гиннесса», включил медиацентр. Просмотрел средиземноморские каналы, раздел происшествий. Про бойню на «Жемчужине» упоминали очень скупо. Зато везде муссировалась новость о внезапном закрытии всех африканских ресторанов на плавучих городах-островах, Мальте и Сицилии и на нескольких греческих островах. Алекс открыл банку пива и усмехнулся. Новость была свежая. Это говорило о том, что дезу про рестораны получили совсем недавно. Из разговора Алекса с мистером Паком, откуда еще. Или сам Пак, как законопослушный банковский служащий, отчитался перед полицией о проблемном сотруднике, или полиция почерпнула информацию прямо из прослушки. Но ведь полиция знает, что никакой человечины в закрытых ресторанах нет! Ну и что, если кое-кому из убойного отдела подобная дезинформация выгодна? Алекс готов был поспорить, что наобум придуманная Магдой версия скоро просочится в массмедиа. Закрытие ресторанов и перестрелка получат логическое объяснение. Истинная причина охоты на Магду будет скрыта, а то, что несчастные африканские ресторановладельцы понесут убытки или вообще разорятся, – кого волнует чужое горе? Алекс уже перевел медиацентр в режим связи и собрался было вызвать своего начальника, но опомнился. Душ и пиво подействовали на него слишком расслабляюще. Надо же, до такого додуматься, связываться через открытый канал! Извлеченный из сейфа-чемоданчика компьютер Алекса легко подключился к сети. Задействовав все возможные шифраторы, он вызвал босса. Успешно. Начальник, он же агент Электрик, ответил почти сразу же и не со своего мобильника, а с чего-то более-менее стационарного. На заднем плане можно было видеть старомодную обстановку, книжные полки. – Молот, собственной персоной! – Электрик был уроженцем Польши и говорил по-русски почти без акцента. – Вот уж не ждал! Я-то думал, ты исчезнешь надолго, чтобы забылись твои грехи. – Какие грехи? – Агент Молот, ты на казенные деньги оплатил секс-игрушку, притом выбрал самую дорогую. Финансовый отдел грозит нам такими неприятностями… Из нас собираются сделать козлов отпущения. Всему Евросоюзу хотят продемонстрировать, как Европол поступает с такими казнокрадами-извращенцами! Алекс перевел дух. Воистину не знаешь, с какого направления ждать неприятностей. То, что он посчитал мелким озорством, приобретало грандиозные масштабы из-за амбиций какого-то бюрократа в финансовом отделе. – Запоминай, шеф, – сказал он. – Для отчета у меня нет времени, придется тебе самому надиктовать. Ситуация на «Жемчужине Средиземноморья» была критическая. Уйти живым с плавучего острова не представлялось возможным. Вообще. Была выбрана компьютерная оболочка одной из секс-игрушек, известная своим сверхвысоким IQ. Можете проверить. IQ, я имею в виду. Я задействовал голема отнюдь не для сексуальных целей. Она вывела меня единственно возможным путем, она разобрала лифт, в котором меня прищучили преследователи, она там такого наворотила, что ее можно брать в агенты Европола самой высокой категории. Так и объясни своим финансистам. – Ты думаешь, они это проглотят? Да завтра весь Европол начнет заказывать на часок-другой таких вот секс-агентов. Такой бордель из ящика Пандоры выпустим! – Пусть они отчет засекретят. А то меня убойный отдел начнет отлавливать и таскать по допросам. И можешь сказать, что если они хотят начать охоту на ведьм с меня, то я с удовольствием оплачу расходы на эту куколку из своего кармана, потом уволюсь и продам эту историю… ну, найду, кому продать. Она не была связана с моей деятельностью, так что предписание о секретности операций к ней не относится. Да по этой истории блокбастер сделают! На их месте я бы все засекретил. Начальник, потрясенный наглостью полевого агента, молчал. Алекс был потрясен своей дерзостью не меньше. А возможно, и больше. Принципу «Не ссорься с начальством» он следовал куда более истово, чем любой религиозной заповеди. Угораздило же его так сорваться… – Вот уж не ожидал я, Молот, что ты начнешь угрожать. – Начальник покрутил головой, словно проверяя, крепко ли она держится на шее. – В принципе засекретить – идея неплохая. Я попробую об этом сказать как-то… дипломатичней. А тебе, как понимаю, досталось там. Угораздило же тебя выбрать подругу-дегустатора. Она что, у африканцев человечину определила на вкус? – И на запах, – устало проронил Алекс. Мир катится в тартарары. Даже такой умный мужик, как Электрик, проглотил дезу, не задумываясь. Если бы тема не была такой далекой от смеха, Алекс давился бы воздухом, пытаясь не расхохотаться. Но все это настолько не смешно… – Издеваешься? – А что мне остается? – Где твоя подруга? – Не уверен, что об этом стоит говорить. – Она жива? – Наверное. Вчера была жива. А почему ты об этом спрашиваешь? – Есть здесь какая-то странность. Я хотел вызвать ее данные из английского МВД, когда сообщили, что вы с ней – единственные пропавшие без вести в результате налета. – И что? – Информация закрыта. Труполюбы постарались. Вот я и думаю, что здесь не так? Труполюбами в Восточноевропейском управлении Европола за глаза называли сотрудников убойного отдела. Алекс вспомнил, что Магда и сама в нем работала. Интересно, западноевропейцы тоже пользуются этой оскорбительной кличкой? – Когда ты интересовался, – сказал Алекс, – Магда была жива без всякого сомнения. Это хорошо, что ты такой подозрительный. По-моему, в этом деле за ее коллегами, западными труполюбами, глаз да глаз нужен. – Делать мне больше нечего, только за ними следить. Поначалу я вообще подумал, что ты чем-то разозлил вампиров. Хотя – почерк не тот. И скажи-ка мне, дорогой: что с твоим делом? Интерес у меня не праздный. Твои земляки терпели полгода, а сейчас у них терпение закончилось. Задействовали тяжелую артиллерию. Сам представитель России в Евросоюзе сказал, что если через две недели не будет каких-то результатов в расследовании дела об исчезновении двух русских студентов, то на осенней сессии Евросоюза Россия поднимет вопрос о резком сокращении финансирования. Секс-игрушку твою замять можно. А вот сокращение финансирования – нет. – Есть сдвиг. – Алекс мысленно благословил Темного Монаха. Мерзкий тип, но благодаря ему появилась возможность отрапортовать начальству. – Мне назначена встреча. С каким-то новым персонажем. Говорят – высокого ранга. Но есть кое-что настораживающее. Как минимум по двум пунктам. – Слушаю внимательно. – Во-первых, слишком большие возможности у простой, далеко не самой мощной тоталитарной секты. Когда со мной связался их человек, выяснилось, что они в живом эфире слушали мои разговоры по мобильнику. Это что за фокусы? Я пользуюсь стандартными мировыми коммуникациями! У них есть «кроты» в Европоле? В ФБР? В ЦРУ, в ФСБ? А если они и сейчас нас слушают? – Прекрати истерику. – Электрик глянул в сторону и сделал несколько жестов руками, скорее всего, пользуясь виртуальной клавиатурой. – Никто нас не подслушает. А я сделал пометку. Когда закончим говорить, всех на уши поставлю, но найду течь. А что там у тебя под вторым номером? – Тут непоняток больше. Ты же догадываешься, что мои полномочия в банке после исчезновения временно аннулированы. А может, и не временно. Вампиры именно этот разговор и подслушали. Зачем я им был нужен? Из-за доступа к деньгам. Доступа сейчас нет. А я им понадобился еще сильнее! Зачем? – Не скажу, что это вопрос на миллион евро. – Электрик еще раз сделал несколько движений, то ли разминающих шейные мышцы, то ли проверяющих наличие головы на плечах. – Скорее – тысяч на десять-двадцать. Я бы на их месте тебя убрал. – Было у меня подозрение… – Да какое там подозрение? У меня полная уверенность, что тебя хотят убрать. Сам посуди. Часто банковские работники хотят приобщиться к вечной жизни? Твой случай первый. Они могли сделать поправку на загадочность русской души, но ты им уже осточертел со своими сомнениями. Есть Бог? Есть Дьявол? А вампиры – это от Бога или от Дьявола? А что будет с моей душой? Тьфу! – Но ты же правильно сказал: загадочная русская душа… – Как бы они эту загадку не разгадали. Скромный банковский сотрудник, часами болтающий о душе, кувыркается, как спецназовец, и отстреливает прирожденных убийц из Африки. При соотношении примерно десять на одного и при том, что у них автоматическое оружие, а у тебя пистолет. – Э-э-э… – Алекс растерялся. Он почему-то считал, что его подвиги на «Жемчужине Средиземноморья» не станут известны широкой публике. – Все знают, что это я стрелял? – Ты идиот или притворяешься? Почти все коридоры просматриваются камерами. Твой бой был заснят во всех ракурсах. А благодаря твоей секс-куколке почти не осталось в Европоле людей, которые не просмотрели бы его многократно. – Я, кажется, деградирую. – Алекс абсолютно искренне хлопнул себя по лбу. – Как я мог забыть про камеры?! – Еще одна странность. Труполюбы конфисковали все записи, где есть ты и две твои бабы. Конфисковали на «Жемчужине», я имею в виду. Ну, тут они просто опередили нас. Мы тоже не заинтересованы в том, чтобы в прессу попали кадры с нашим агентом. Но пару часов назад труполюбы закрыли доступ к этому видео и в сети Европола. – Мы отвлеклись, – бесцеремонно перебил шефа Алекс. – К черту труполюбов. У вампиров нет доступа к этим кадрам. Моя загадочная душа остается неразгаданной. Надеюсь. – Ты сам намекнул, что вампиры могут быть информированы лучше, чем мы думаем. – Хорошо. Информированы. Хотят меня убить. Что дальше? Не пойти на встречу? – Иди. Нам нужен результат. – Моего трупа будет достаточно? – А ты не дай себя убить. – М-да, шеф. Я всегда очень внимательно прислушивался к твоим ценным советам. Электрик с виноватым видом развел руки. – Это тот случай, когда агент должен выживать сам. – Надо понять твои слова как приказ: «Иди к тому дереву и застрелись». – Чепуха. Ты же понимаешь, что никто здесь не заинтересован в твоей смерти. Даже если кого-то арестуют за убийство, это не продвинет следствие против вампиров. – А если меня не хотят убить? – Десять процентов. – Что? – Девяносто процентов за то, что тебя решили убрать. Десять процентов на все остальные варианты. Ориентируйся по обстоятельствам. – Это все? – Если ты хочешь еще поговорить о жизни – не возражаю. Мы даже можем вместе выпить. Дистанционно. – Спасибо. Ловлю тебя на слове, шеф. Мы обязательно выпьем. Но не дистанционно. Идет? – Идет. Удачи тебе, Молот. Вампиролюбы не экономили на своем руководстве. Дважды Алекс был в Палермо раньше, и оба раза он встречался с представителями секты в отеле «Вилла Иглеа», входящем в список пятидесяти самых красивых отелей мира. Учитывая, что остальные сорок девять Алекс никогда не видел, отель казался ему верхом совершенства. Он даже испытывал некоторую досаду, что, договорившись о встрече на открытом воздухе, не сможет насладиться интерьерами отеля. Хотя выживание было намного важнее эстетического наслаждения. На подходе к гостинице Алекс надел бейсболку и солнцезащитные очки. Вместе с темнотой это должно было помешать качественному фотографированию, чреватому расшифровкой его новой личности. Конечно, если полицейские заметят его в таком виде… Но это уже будет другая проблема. Темный Монах сидел в шикарном японском электромобиле и дремал. Алекс деликатно постучал по стеклу. Рука Монаха дернулась за спину. Открыв глаза, он сфокусировал взгляд на Алексе. Чувствовалось, как в его мозгу, оценивая фигуру и манеру двигаться, заработала система опознавания «свой-чужой». Опознавание прошло успешно, Темный Монах нацепил на лицо пренебрежительную улыбку и положил обе руки на руль. – Не валяй дурака, – вяло проговорил он. – Пойдем в мой номер. Вернее, уже не мой. Тебе нечего бояться. Если бы мы хотели тебя убить, мы бы это сделали. И сделаем, если захотим. Независимо от того, на открытом месте это будет или в помещении. – Вызывай своего Большого Босса, – предложил Алекс, оглядывая окрестности и стараясь одновременно не спускать глаз с Темного Монаха. Снайперов ему все равно не увидеть. Есть методика перемещений, снижающая риск попасть под их пули. Но эти уроки как-то прошли мимо Алекса. Надо просто забыть о том, что в любом случае невозможно предотвратить. И сосредоточиться на ближнем окружении. Чертовы солнцезащитные очки! Это издевательство – ходить в них ночью. Еще немного, и ему придется действовать на ощупь. – Я не настроен дискутировать. Кто-то сюда придет? Недовольный Монах вытащил мобильник и произнес пару слов. Кажется, по-немецки. Алекс тем временем выбрал самую удобную позицию для снайпера, обошел электромобиль, поместив его между собой и потенциальной угрозой, и уселся на асфальт. «Все это игра, – сказал он сам себе, – нормальный выстрел снайпера пробьет японскую пластиковую игрушку без проблем. Но Электрик говорил о процентах. Если есть девяностопроцентная вероятность, что меня убьют, я попытаюсь снизить ее. На сколько? На полпроцента? На четверть?» От «Вилла Иглеа» к ним шел человек. Шел не спеша, прогулочным шагом. Словно нет ничего более нормального, чем прогулка в четыре часа ночи. «Вот будет смешно, – подумал Алекс, – если окажется, что это вампир. Настоящий. И тут же потребует, чтобы я позволил себя укусить». Невысокий темноволосый незнакомец ничем не напоминал киношного вампира. Обыкновенный человек, в движениях которого чувствуется некоторая лень. Определить его возраст Алекс не смог, но без омолаживающих процедур здесь явно не обошлось. На Алекса подошедший смотрел с легкой насмешкой, как смотрят на человека, о тайных грехах которого хорошо информированы, и грехи эти позволяют относиться к грешнику свысока. – Это маскировка? – спросил он у Алекса. Алекс молча кивнул. – Вместе с финансовыми науками изучил? На этот раз Алекс отрицательно покрутил головой. Темный Монах открыл рот, чтобы что-то сказать, но Большой Босс остановил его взмахом ладони. – Что-то ты не в настроении, наш юный друг. – Незнакомец вышагивал туда-сюда рядом с сидящим на асфальте Алексом. – Но я все понимаю. Такие стрессы, погони. Полиция тебя ищет, работу ты, скорее всего, потерял. Сюда пришел и не знаешь, что тебя ждет. Но на хорошее особо не рассчитываешь, иначе сидел бы не на асфальте, а у меня в номере. Скажи-ка мне, ты по-прежнему хочешь стать вампиром? – Почему «по-прежнему»? – Алекс насторожился. Кажется, разговор сворачивает на заезженную колею. Хотя не должен был. Каких сюрпризов ждать? – В последнее время я сомневался. Я хотел понять, что это означает – быть вампиром. – Понял? – Да как-то даже не задумывался, не до того было. – Даже когда шел на эту встречу? – Я мало спал, плохо соображаю. А когда плохо соображаю, стараюсь не думать о важных вещах. – Мы подозревали, что у тебя мозги не в порядке, – задумчиво произнес незнакомец, – но у нас тоже было слишком много сомнений. Твоя должность в банке – не место для идиота. Или в банках не умеют проверять людей? Трудно поверить. Или ты старательно играешь роль идиота? – Зачем меня пригласили на эту встречу? – вопросом на вопрос ответил Алекс. – Чтобы ты определился. – Что будет, если я определюсь? – Ты станешь вампиром. – Без испытательного срока среди послушников? – Совершенно верно. Тебя отвезут в укрытие и проведут обряд. Алекс бросил победный взгляд на Темного Монаха. Демонстративно победный! Типа, «Я стану избранным, бессмертным, а ты так и останешься человечишкой». Чертовски хотелось посмотреть реакцию Темного Монаха, она о многом могла сказать. К счастью, в машине было достаточно света, чтобы Алекс все разглядел. Конечно же, Монах постарался выглядеть равнодушно и высокомерно. Практически – как обычно. Но на какое-то мгновение он все же потерял контроль над собой и глянул на Алекса так, словно говорил: «Ну все, допрыгался, парень, пришел твой конец». Словно могильным холодом повеяло от его взгляда. – Сегодня? – недоверчиво спросил Алекс. – Без дат. Сначала ответь, согласен ли ты. – Да. – Ну, вот и хорошо. Должна же быть какая-то определенность. Но не все так просто. Попробуй мне кое-то объяснить. – Попробую. – Когда на тебя и твою подругу напали, как тебе удалось застрелить так много нападавших? – Почему вы думаете, что я кого-то убил? Они воевали с охраной острова. – Не отрицай известные мне факты. Отвечай на вопрос. – Как я их застрелил? В них просто невозможно было не попасть! Они же огромные! Шириной почти с коридор. Стреляешь вперед – и все, целиться совсем не надо. – Интересная версия. Мне даже нечего ей противопоставить, – ухмыльнулся незнакомец. – Звери на вас охотились действительно крупные. Тогда я изменю вопрос: как получилось, что ты вел себя не как банковский клерк, а как тренированный боец? – Да обычно я себя вел. – Ты слишком часто врешь сегодня. Я видел запись. Она не похожа на записи инцидентов с обычными людьми. Когда наблюдаешь за твоим поведением, то кажется, что смотришь фильм. Записи реальных драк, перестрелок между бандами, бандитов с полицейскими – они все не такие. Люди там двигаются неуклюже, истерично. Даже полицейские. Если они, конечно, не суперпрофессионалы. Ты полицейский? – Неужели похож? – Алекс постарался улыбнуться как можно лучезарней. Только не хватало с пеной у рта возражать: «Нет, я не полицейский». И детектора лжи не надо, чтобы засечь фальшь. – Похож. И ты, и твоя подруга. – Подруга? Она-то при чем? – Уж она-то работает в полиции по-настоящему. – Не может быть… – Алекс постарался, чтобы его голос сорвался на шепот. – Ну, разве что в ресторанной полиции, если это так называется. Может ресторан закрыть из-за каких-нибудь нарушений. – Ты в это веришь? – А зачем ей было меня обманывать? – Хорошо. Ты знаешь, почему на вас напали? – Да. Магда нашла… – …человечину. Уже слышал. А настоящую причину знаешь? – Есть какая-то более настоящая? – Есть. Твоя подруга Магда, она же агент Европола по прозвищу Кулер, завладела информацией об одном очень важном лекарстве. Ее хотят убить за кражу информации. – Агент Европола? Кулер? – Тяжело с тобой. Совсем не похож на того умника, каким тебя расписали в банке. Да, Кулер. Охладитель, тот, который охлаждает. Твоя подруга славится умением живых теплых людей делать неживыми и прохладными. Как я успел заметить, ты вполне ее достоин. Алекс взялся за голову. Попытался помассировать свою крашеную шевелюру сквозь бейсболку. Ситуация выходила из-под контроля. Вампиропоклонники слишком много знали. У них явно есть люди в Европоле. Вопрос: где заканчивается их знание? Касается ли оно самого Алекса? – Я хочу знать, – размеренно говорил незнакомец. – Какова степень твоего сотрудничества с Магдой? – Никакого сотрудничества, – запинаясь, ответил Алекс. – Разве что в постели. Да и то под конец возникли проблемы. Но она хорошая девчонка. Я не мог допустить, чтобы ее убили. Из-за человечины или из-за лекарства, о котором слышу впервые. – Ты хочешь сказать, что двое умелых убийц оказались вместе совершенно случайно. – Тысячу раз да! Случайней не бывает! – Алекс пожалел, что вокруг недостаточно светло. Он говорил чистейшую правду, и ему хотелось продемонстрировать это, используя мимику, жесты и прочие элементы, в совокупности известные как «язык тела». – Ключевой вопрос, – интонации допрашивающего были механическими, лишенными эмоций. – Принимается только правдивый ответ, свой лимит лжи ты за сегодняшнюю ночь исчерпал. Где ты овладел боевыми навыками? – Я служил миротворцем. – Алекс тут же стал вживаться в одну из своих домашних заготовок. – Балканы, Центральная Америка, Африка, Западная и Юго-Восточная. – Этого нет в твоей биографии. – Конечно. Вместо пяти лет, положенных по контракту, я отслужил три с половиной, почти четыре. Уволен как психически неустойчивый. Благодаря своей «психической неустойчивости» не попал под суд за то, что повредил здоровье кое-кому из младшего офицерского состава. – Это не ответ на вопрос, почему твоя служба никак не отражена в документах. – Какая финансовая компания примет на работу психически неустойчивого человека? – нахально спросил Алекс. – Скорее всего, никакая. – Это уже половина ответа. А у меня чертовски хорошо получалось работать с деньгами. И я хотел этим заниматься. Пришлось подкорректировать биографию. В законе есть кое-какие лазейки, если доказать, что психическая неустойчивость стала результатом стресса. Я же не был преступником. – Не был, – согласился неизвестный. Темп его прогулочного шага рядом с Алексом возрос. – Это многое объясняет. Мне давно не нравилось твое поведение. Но теперь оно стало понятней. Кулер знала про твою службу? – Кто? А… черт. Нет. Она такая… деловая, упорядоченная. Она прямо создана быть подругой какого-нибудь педанта. Если бы она что-то про меня знала, обошла бы за километр. – Мы искали тебя среди агентов Европола. – С какой-то целью босс вампиропоклонников приоткрыл карты. – Не нашли. Проверили среди контрактников, иногда работающих с Европолом, тоже не нашли. Ты же понимаешь, что людям свойственно опасаться того, что они не понимают. – Это людям. – Алекс мысленно поблагодарил неизвестного гения, разбившего кадровый архив Европола на независимые базы данных по отделам. Убойный отдел, как показали последние события, был абсолютно прозрачен. – А вампирам? Свойственно ли вампирам бояться отставных миротворцев? – Свойственно. – Собеседник Алекса внезапно остановился. В его движениях и голосе сквозило недовольство. – Вампиры бессмертны, но уязвимы. А ведь потеря вечной жизни куда как тяжелее, чем потеря эфемерной человеческой. Поэтому вампиры многого опасаются даже сильнее, чем обычные люди. – Так какой смысл становиться вампиром, чтобы трястись потом над собственным бессмертием? – Не становись. – Собеседник подошел к машине, открыл дверцу и уселся рядом с Темным Монахом. – Ты даже не представляешь, до чего ты нам надоел. Ты просто создан, чтобы быть пущенным на корм вампирам. – Он покосился на Темного Монаха. – У нас многие мечтают посмотреть, как тебя выпьют до дна. – Это угроза? – Ни в коем случае. Это констатация факта. Ты хоть понимаешь, почему с тобой так возились все это время? – Догадываюсь. Хоть вы и дружите с полицией, так что можете читать список ее агентов, как телефонный справочник, но с законом вы не дружите. И у вас были идеи, как мой доступ к банковским компьютерам превратить в деньги. Большие деньги. – Очень большие, – согласился собеседник Алекса. – Но это перестало быть актуальным благодаря твоей подруге-полицейской. – А по-моему, благодаря каким-то бесноватым африканцам. Ах да, я уже неактуален. Тогда зачем мы встретились? – У тебя на руках вместо одного козыря появился другой. Твоя подруга… Ты сумеешь ее найти? – Если повезет… – очень осторожно ответил Алекс. – А зачем она вам нужна? – Мы хотим получить новое лекарство. Добудь его. – Она украла его у вас? – Нет-нет. У некой фирмы. Они – законные хозяева. Но нам это лекарство нужнее. Нам, тебе, если ты захочешь стать вампиром. Это лекарство – наша вековая мечта. С его помощью вампиры смогут существовать при солнечном свете. – Ух ты! – Алексу даже не надо было притворяться. Его абсолютно искреннее восклицание можно было отнести к чему угодно. Салат получался знатный. Несуществующие вампиры, о которых говорят как о чем-то реальном и банальном. Лекарство от всех болезней и продажные полицейские из убойного отдела Европола. Две преступные организации и бывшая подруга, известная умением убивать. Так она, оказывается, не только расследовала дело врачей-убийц, но еще и прибрала к рукам чудо-лекарство? Или это только преступники так думают? – Мне неважно, как ты получишь это лекарство, – сказал представитель вампиров. – Можешь уговорить свою подругу и пообещать ей обращение. Можешь отобрать его силой и убить ее. Можешь предложить ей деньги… это самый нежелательный вариант. Не потому, что нам жалко денег, за хороший товар можно и заплатить. Но надо же будет как-то избегать утечек информации, ее потом придется убрать. Короче, я рад, что ты не свихнувшийся банковский клерк. С таким бы я не смог вести дела. А ты со всем справишься. – Свихнувшийся миротворец вас больше устраивает? – Миротворец… – собеседник Алекса хмыкнул. – Придумают же… То, что для клерка безумие, для солдата – норма. Уходи поскорее, чтобы у меня было меньше причин злиться. Ах да, у меня еще один вопрос. Там, кроме твоей подруги, с вами бегала еще какая-то шлюха. Длинноногая такая. Ты помнишь, как эта девка выглядит? – Хорошо выглядит. – Алекс изобразил задумчивость. – Красивая. – Где ты ее подцепил? – Как обычно, в Сети заказал. По каталогу. – Сможешь найти, где? – Наверное. А что такое? Понравилась? Сам хочешь заказать? – Возможно, – буркнул собеседник. – Очень странно, полиция даже не сумела выяснить, кто она такая. Из всех записей – ни одного нормального изображения лица! Или съемка с затылка, или волосы падают на лицо. Опознать невозможно. – А по ногам? – Алекс постарался спрашивать на полном серьезе. – Ноги у нее исключительные. Длинные и форма такая… Ух! Обработать записи с помощью компьютера, получить параметры, сделать поиск по всем путанам Мальты и Сицилии. Ах да, она же трогала предметы у меня в комнате. Они там, в полиции, что, совсем обленились? По отпечаткам пальцев можно найти. – Они ее отпечатков не нашли, – задумчиво произнес Большой Босс. Наверное, прикидывал, как можно организовать поиск по ногам. – Как ее звали? – Анна, – Алекс вспомнил, как Николь назвалась в лифте. И тут же добавил: – Мы же в лифте долго стояли, там от камеры увернуться невозможно. Ты не думаешь, что часть информации до тебя не доходит? – Не думаю. И про лифт знаю. Камера в нем была неисправна. Или линия связи с сервером отказала. Но разницы никакой, записи из лифта нет. Вот такая у тебя загадочная незнакомка. Алекс вспомнил, о чем он говорил с Магдой в лифте. Или на крыше лифта? Если бы камера записала хотя бы звук, сейчас бы здесь уже избавлялись от его трупа, а не выслушивали историю о свихнувшемся миротворце. В странной работе камер чувствовался почерк Николь Вэнс. Ну что же, спасибо доброй кибернетической фее и за это. Глава 4 Алекс поудобней устроился в кресле экспресса. У него накопилось достаточно вопросов по поводу кибердевушки легкого поведения Николь Вэнс, и сейчас не помешала бы техническая консультация специалиста. Благо один такой имелся, Рашид Киреев из отдела компьютерной безопасности Европола в Питере. Если подключить свой компьютер к сети экспресса, то даже этот гений с трудом определит, где Алекс находится. Как раз от Рашида Алекс бы и скрываться не стал, но осторожность не повредит… Что-то укололо Алекса в шею. Что хуже всего – одним уколом дело не ограничилось. Судя по всему, в него что-то впрыснули, и в изрядном количестве. Сначала накатилась волна жара, потом его затряс озноб. Опять стало очень жарко, хотя не как в первый раз. По лицу побежали капли пота. Алекс осознал, что у него нет ни малейшего желания двигаться. Ну совсем! Ни пот стереть, ни посмотреть, кто это в него шприц воткнул. На периферии сознания какой-то неугомонный чертик напомнил Алексу, что его готовили именно к таким передрягам с применением психотропных средств. Хваленый гипнотропин на него вообще не должен действовать, а родственные ему наркотики тоже можно обуздать. Ведь он это все понимает, значит, приобретенный иммунитет выручает его. Вот если бы ему чуть-чуть поспать, набраться сил… – Не спать! – по-английски скомандовал незнакомый мужской голос. – Сидеть ровно, смотреть перед собой! Алекс понял, что секунду тому назад он элементарно клевал носом. А вот сказали ему сидеть – тут же сел. Ровно. И посмотрел вперед. Там никого не было, только вереницы пустых кресел. Вагон экспресса был почти пуст. – Медленно повернись направо, – приказал тот же голос. Алекс послушно повернулся и обнаружил в соседнем кресле африканца. – Скажи, что ты идиот. – Именно африканец оказался обладателем этого голоса-повелителя. – Ты идиот, – сказал Алекс. Кажется, все не так уж страшно. Ему вкололи какое-то производное от гипнотропина. Надо проверить, может ли он действовать самостоятельно, без приказа. Алекс немедленно закрыл глаза и уронил голову на грудь. Засыпание от гипнотропина – вполне нормальная реакция. – Сидеть, я сказал! Ровно! Смотреть на меня. В глаза. Не спать! Удовлетворенный результатами опыта Алекс выпрямил спину. Для того чтобы предпринимать какие-то действия, было просто необходимо узнать, кто ассистирует соседу Алекса в его сеансе наркотического гипноза. Сидя по-прежнему ровно, Алекс закатил зрачки, и его голова откинулась назад. То же клевание носом, только в обратную сторону. Но на этот раз он распрямился сам и, для полноты эффекта, еще потряс головой. Трюк сработал. Интеллигентному африканцу рядом с Алексом ассистировали двое куда менее интеллигентных его земляков. Точь-в-точь как мордовороты с плавающего острова. Они находились по другую сторону центрального прохода. Все остальные пассажиры вагона сидели достаточно далеко и, похоже, даже не догадывались, какая драма разыгрывается рядом с ними. – Назови свое имя, – сказал африканец. – Алекс Минаков. – Настоящее имя? – Алекс Минаков. – На кого работаешь? – Корейско-Средиземноморский банк. – На кого работаешь еще? Алекс уже открыл рот для ответа, начинающегося со слова «Европол», и чуть было не откусил себе язык. – На себя, – прохрипел он. – Что за… – африканец замолчал, чтобы четко сформулировать вопрос. Гипнотропин (если он действует) не позволит человеку соврать. Но неправильно заданный вопрос чреват непонятным ответом. – Почему ты участвовал в перестрелке на корабле? – Я защищал свою подругу. – У вас с нею общий бизнес? – Нет. – Ты знаешь, как ее найти? – Да, – какую-то долю секунды Алекс колебался, но выбора не было. Ответить «нет» – означало умереть. – Расскажи, где она сейчас. – Не знаю. Африканец выматерился и замолчал. Но ненадолго, судя по всему, дураком он не был. – Объясни, как ты ее будешь искать. – Приеду в Мессину. Остановлюсь в отеле и буду ждать ее звонка. Если не позвонит в течение двух дней – еду в Милан и жду звонка там. Африканец вытащил свой мобильник и принялся по-немецки пересказывать все, что услышал. Потом дал своему заочному собеседнику полюбоваться обновленной внешностью Алекса. Еще около минуты выслушивал инструкции и наконец с довольным видом убрал мобильник в карман. Алексу показалось, что мобильник попутно был переведен в режим диктофона. – У нас есть немного времени. – Африканец удобно устроился в кресле. – Постарайся до Мессины рассказать, как ты познакомился со своей подругой и чем вы вместе занимались. Ах да, сначала расскажи, откуда у тебя боевые навыки. Алекс не спеша принялся пересказывать легенду, которую сочинил для вампирского босса. По ходу дела пришлось досочинить. Остающихся мозговых ресурсов катастрофически не хватало, чтобы придумать какой-то путный выход из этой практически безнадежной ситуации. – Хватит про миротворцев, – перебил Алекса африканец. Похоже, он хотел услышать что-то другое. – Где ты учился маскировке? – Курсы военной полиции, – бодро отрапортовал Алекс. И продолжил таким же тоном: – При корпусе миротворцев. Умение маскироваться, умение распознавать чужую маскировку. – У него было очень слабое представление о том, чем занимается военная полиция миротворцев, поэтому приходилось говорить максимально уверенным тоном, надеясь на то, что в Нигерии миротворческая деятельность не пользовалась такой же популярностью, как в Европе. – Заткнись, – буркнул африканец, взбодрившийся было после слова «полиция». – Плохо вас учили. А теперь давай выкладывай про свою подругу. Алекс начал рассказывать, как познакомился с Магдой. Правда, только правда, ничего, кроме правды. Работа в банке, знакомство, хорошая девчонка, почему бы не заключить договор о совместном проживании… Он попытался думать параллельно рассказу. Получалось не очень хорошо. Да что там говорить – вообще ни черта не получалось. Умные мысли категорически отказывались приходить в голову. Все козыри у врагов, что можно сделать? Но и у него был припрятан козырь в рукаве, хотя из таких, что дважды подумаешь, стоит ли его использовать. Похоже, придется… Если быть предельно точным, козырь находился не в рукаве. Две капсулы с боевым наркотиком были имплантированы за ушами, их одновременное использование практически смертельно, каждая по отдельности выводила организм на индивидуальный биологический предел жизнедеятельности. Алексу по испытательным инъекциям был знаком «отходняк», удовольствие то еще. Но и выбора у него не было. Оставалось только почувствовать, когда наступит нужный момент, и придумать, как на глазах у наблюдающих за ним африканцев надавить на нужную точку. Только думать не очень получалось. Проклятый гипнотропин хоть и не превратил его в отвечающего на вопросы робота, но не давал сосредоточиться одновременно на двух процессах. До Мессины оставалось всего ничего. Алекс пошел по проторенному пути. Его глаза закрылись, он клюнул носом. Выпрямился. Еще раз клюнул, запнулся. Потряс головой, словно пытаясь прийти в себя. Не переставая говорить, потер лоб, помассировал виски. Ладонь правой руки оставалась на лбу, но большой палец скользнул ниже и резко нажал, словно пытаясь проткнуть кожу ногтем. Капсула лопнула. Несколько мгновений ничего не происходило. Потом Вселенная начала сжиматься. Расширяться. Опять сжиматься. Стабилизировалась. Алекс закончил фразу, его голос почему-то сорвался на фальцет. Время потекло очень медленно. Правая рука (она показалась Алексу легкой, как пушинка) поправила волосы на лбу и… резко распрямившись, ударила по лицу собеседника. Без всяких изысков, только сила и скорость. И то, и другое – уже за пределами человеческих возможностей. Алекс вскочил. Левая рука словно бы даже без участия мозга сама дернулась в простом боксерском ударе, доламывая лицевые кости. Сейчас на очереди были еще двое. Беспристрастный наблюдатель, который с любопытством следил за боем сквозь затуманенное наркотиками сознание Алекса, отметил отличную реакцию африканцев, оба уже держали в руках оружие. Но держать – недостаточно. Оружие надо поднять, навести на цель, а потом – спустить курок. «Наблюдатель» с ленцой отметил, как медленно поднимаются их пистолеты, кажется – парализаторы, и как быстро сам Алекс приближается к противникам. Ближний получил нокаутирующий удар, но второй уже направил парализатор… Алекс резко присел, проскочил под рукой с оружием, схватил ее и вывернул. Африканец был чертовски силен. Без наркотика Алекс вряд ли сумел бы справиться с ним, да и с наркотиком у него не очень-то хорошо получалось. И с тем, кого Алекс надеялся нокаутировать, не все прошло удачно, он уже приходил в себя. Максимум, что удалось Алексу, – вывернутая рука с парализатором оказалась направленной на приходящего в себя громилу, а уж помочь пальцам несколько раз нажать на спуск было совсем просто. Наконец руку удалось доломать. Судя по звукам – в буквальном смысле этого слова. Африканец завыл. Алекс сумел вырвать парализатор у него из пальцев и разрядил его в противника. Вид Мессины с эстакады уже мелькал за окнами. Монорельс начал замедлять ход. Алекс рванулся к своему месту, схватил чемоданчик с компьютером. В сторону остальных пассажиров он старался не смотреть, чтобы уменьшить число потенциальных свидетелей. Руки кровоточили. Конечно, на коже была чужая кровь, но и без своей не обошлось. Прочность мышц, костей и сухожилий боевой наркотик учитывал, но учесть прочность кожи, обтягивающей кулаки, не представлялось возможным. Конечно же, она не выдержала силы ударов о физиономию первого же противника. Сначала Алекс собрался обтереть кровь об одежду кого-то из африканцев, но тут же опомнился. Оставлять полиции такой щедрый подарок, как образец собственной крови, – непозволительная глупость. За неимением лучшего варианта пришлось засунуть руки в карманы и кое-как вытереть о подкладку. Конечно, кровь выступит опять, и если кто-то обратит внимание… Монорельс остановился, Алекс схватил чемоданчик и рванулся к выходу. Наркотик еще действовал, и следовало использовать его по максимуму. Хотя бы для скорости перемещения. Алекс ввинтился в толпу, лихорадочно вспоминая, где он может найти максимально близкий к станции отель. Еще немного, и он станет таким размазней, что его можно будет намазывать на булочку вместо джема. Чертовщина! Близкий к станции отель не годится. Как только разойдутся слухи о драке (а возможно – о двойном-тройном убийстве) на монорельсе, персонал отеля вспомнит странного постояльца со сбитыми в кровь кулаками. Максимально быстро, но стараясь не переходить на бег, Алекс двинулся по указателям такси. Что там Магда говорила про безаварийность машин, управляемых роботами? Еще один плюс: роботы не обращают внимания на странных клиентов. Наркотическая пружина продолжала толкать тело вперед, но чего-то в ней уже не хватало. Алекс выбрал секцию с одно-двухместными электромобильчиками, к счастью, там не было никого, кто мог бы запомнить его измочаленный вид. Плюхнулся в машину. Автошофер нежным девичьим голоском прощебетал вопрос на итальянском языке. Алекс уже открыл рот, чтобы сказать «Русский, пожалуйста», но вовремя одумался. Черт его знает, какое здесь наблюдение за такси… – Английский, – попросил он. – Пожалуйста, адрес места назначения, – попросила невидимая таксистка по-английски. Тембр был чуток ниже итальянского. Или нет, с тембром, наверное, все хорошо, это с ним, с Алексом, плохо. Казалось, пот струйками тек из каждой поры его тела. Пальцы разжались и выпустили чемоданчик. Алекс пошевелил языком во рту. Кажется, это был его единственный орган, способный двигаться. Точнее, есть надежда, что он будет двигаться. – Отель, – выдавил из себя Алекс. – Пожалуйста, уточните, – вежливо попросило такси. – Отель, средняя цена, не в центре, комната на одного человека, – уточнил Алекс. Такси помолчало, консультируясь с базой данных. – Отель «Триполи», – сказало такси. – В пригороде, есть вид на море. Устраивает? – Да, – ответил Алекс. Ему еще не хватало капризничать… – Сколько займет поездка? – От 15 до 25 минут. Кредитный чип, пожалуйста. Вот это испытание! Чип практически невесом, но рука такая тяжелая… Сконцентрировавшись, Алекс вставил чип в прорезь сканера. Успешно. Электромобиль сорвался с места и, ведомый автошофером, влился в поток машин. Алексу чертовски не хотелось попадаться на глаза персоналу гостиницы в своем нынешнем состоянии. Но как привести себя в порядок? И тут ему в голову пришла спасительная идея. – Притормози у ближайшего автомата по продаже напитков, – обратился он к такси. – С вас будет удержана плата за дополнительное обслуживание, – сообщило такси. – Вы согласны? – Согласен, – устало ответил Алекс. Ох уж ему эти умники-вымогатели! Дойти до автомата было не легче, чем подняться на Эверест. А вернуться к такси даже труднее. В автомате Алекс купил пластиковую бутылку с дешевым местным вином и, сделав несколько глотков, принялся старательно полоскать рот. Пьяному туристу вполне простительно появиться в гостинице несколько… потрепанным. Немногочисленный персонал отеля (все – арабы) не обратил ровно никакого внимания на разгильдяя-англичанина. Алекс из последних сил ввалился в комнату. Уронив по пути чемоданчик, рухнул на постель. Погрузиться в сон… на сутки как минимум… Ему все же удалось собрать волю в кулак. Судя по издевке допрашивавшего его африканца, с маскировкой что-то было не в порядке. Похоже, фальсифицировать биометрические параметры лица не удалось даже для уличных камер. Суперкомпьютеры Европола засекли его, а продажные ублюдки из труполюбного отдела сдали нигерийцам. Если это так, то он обречен. Его могут взять даже до того, как он проснется. Желе в человеческой оболочке. Вот кем себя Алекс чувствовал. Что сможет это желе предпринять в свою защиту? Против отлаженной машины Европола? «Э-э, нет, – со злостью подумал Алекс. – Это я работаю в этой отлаженной машине. Это я работаю на Европол. А вы, продажные «кроты», работаете на свои карманы. И я натравлю машину Европола на вас». Он сумел-таки с третьей попытки открыть чемоданчик-сейф. Включил компьютер. Настроил защищенный канал связи. И вызвал начальника. К счастью, тот опять ответил без задержки и выглядел достаточно свободным для разговора. – Шеф, включай все экраны, что можешь. – Голос предательски вибрировал. Настолько, что Электрик мог заподозрить какую-то махинацию с вызовом. – Что случилось? – Начальник действительно впился взглядом в экран, пытаясь понять, что происходит. – Включай защиту и слушай. Чрезвычайная ситуация. Я только что применил боевой коктейль. Сил никаких не осталось, боюсь отрубиться в любой момент. Ты готов слушать? – Готов. – Старый поляк, похоже, отдал несколько голосовых команд своему компьютеру и задействовал виртуальную клавиатуру. – Давай. Начни с самого важного. – Срочно свяжись с Отделом внутренних расследований, – лицо Электрика вытянулось от удивления. Чего угодно он мог ожидать от нерадивого агента, но не такой просьбы. – В убойном отделе Европола… западноевропейского, но я теперь и за наш не ручаюсь, – дыра. Огромная, размером с Париж. Сейчас через уличные камеры меня засекли, раскололи маскировку и сдали нигерийцам. – Зачем… – Потом. Поймешь. Моя подруга, Магда. Она сотрудник Европола. Агент Кулер. Расследует дело, связанное с медицинской компанией. У этой компании кроты в «труполюбском» отделе, они ее сдали нигерийцам. Я на плавучем острове просто попал под раздачу, когда пришли ее убивать. Кстати, у вампиров тоже есть люди в убойном. Это я из последнего разговора понял. Они искали меня среди контрактников, работающих с убойным отделом. Но не нашли. Еще. Магда своему шефу доверяла. Но она больше недели не могла с ним связаться. Тоже надо проверить, что с ним. – Ты не бредишь? Может, это результат шока? – Хрен вам, а не шок. Мы уже столько от них бегаем… – Прислать за тобой людей? Искушение было очень сильным. Согласиться, расслабиться, уснуть. А делом займутся свежие люди. Алекс потряс головой, прогнал наваждение. – Нет. Я продолжу. Но надо кое-что сделать. – Что? – ОВР сможет подключиться к системе и отслеживать, кто меня ищет? – Конечно. Они знают, что делать. Кто тебя ищет, тот ищет Магду. Не думаю, что будут сложности. – Но ты должен позаботиться, чтобы система Европола ослепла на мою внешность. Пусть компьютеры стирают меня сразу же после идентификации. Иначе я не проживу и дня. – Сделаем, – кивнул Электрик. – Считай, что ты – человек-невидимка. – У тебя есть какие-то советы? – Ты и сам хорошо соображаешь, несмотря на похмелье. А что там с медиками? – Думаешь, Магда мне рассказала? Буквально пару слов. У вас в Европоле должно быть больше материала. Ознакомишься. – Как там вампиры? Зачем ты им нужен? – Не поверишь. Скажешь, что у меня шок. – Короче, пока ты не свалился. – Они тоже ищут Магду. – Что?! – Вот-вот. В награду, если я ее найду, они готовы меня обратить. Это их слова. Я-то считаю, что превращение в вампира, в переводе на наш язык, это – смертный приговор. Просто с других идиотов они берут деньгами, от меня теперь хотят получить Магду. – Зачем им нужна Магда? Алекс открыл рот и… закрыл. Ему не хотелось говорить, что Магда похитила суперлекарство. Да это еще и неизвестно, мало ли, что утверждают вампиры. – Говорят, что это связано с тем делом, которое она расследует. Им неважно, как я ее приведу. Силком, обманом, соблазнив большими деньгами. Глаза сами собой закрылись, и Алекс пришел в себя от болезненного удара носом о стол, на котором располагался компьютер. – Все, шеф, – язык повиновался с трудом, – я… уже… за гранью. Если не вытрете мое лицо из системы… постарайтесь, чтобы меня убили во сне. …С трудом Алекс приподнял голову и огляделся. Пронесло, никто не пришел его убивать во время сна. Спал он в одежде, кровать не разобрал. Да что там… хорошо, вообще до кровати добрался. На удивление, проспал только двенадцать часов. Болело все. Не исключено, именно боль его и разбудила. Даже волосы посылали в мозг болевые сигналы через свои корни. Или это они начали расти внутрь? Самым разумным было принять болеутоляющее. Потом – душ. И снова погрузиться в пучину сна. Минимум – на сутки. Пусть ОВР все распутывает, а ему, за героизм при раскрытии заговора, полагается отдых. Но… Магда не знает, что делом занимается ОВР, она мечется, пытаясь найти выход. И, что хуже всего, ОВР не может аннулировать нигерийских братков простым приказом по Европолу. И вампиры, мнимые или реальные, никуда не делись. Им нужна Магда. Тут они зря губу раскатали, но поиграть с ними можно будет… Со стоном, исполненным жалости к себе, Алекс побрел в душ. Болеутоляющее он не принял, боль была нужна ему как естественное средство против сна. Два часа ночи – не самое лучшее время для контактов. Но Рашид, если его привычки не изменились, в этот час был доступен. И Алекс включил компьютер. Рашид отозвался практически мгновенно. Комната не выглядела знакомой, но, судя по расслабленной позе и обилию пустых емкостей из-под пива, это была его новая берлога. Или что-то, ее заменяющее. На декоративной полочке, рядом с комнатным бамбуком, сидела зеленокожая карлица с огромной грудью, одетая только в трусики. В воздухе рядом с головой Рашида висело нечто вроде переливающегося всеми цветами полярного сияния, завязанного в изощренной сложности узел. Недалеко от этой композиции вращалась вокруг своей оси так же свободно висящая голова в рыцарском шлеме. В глазах головы плясали оранжевые молнии а из… гм… шеи капала, исчезая из поля зрения внизу, подозрительно красная жидкость. – О-о-о! – в восторге завопил Рашид. – Старый друг! Я уже начал забывать, что ты существуешь. Рад тебя видеть. – Настолько рад, что готов оторваться от бесед и пообщаться? Секрет в кубе. – В кубе так в кубе. Извините, ребята. Извини, Роланд, – добавил он по-английски. Завязанное узлом сияние исчезло. Исчезла рыцарская голова и, судя по изменению освещения, еще несколько ярких аватар. Осталась только зеленая грудастая карлица. – Это действительно большой секрет, Рашид. Что с ней? – Алекс указал на карлицу взглядом. – Если секрет – включаем кодирование. Давай настроим наши машинки. А ее не бойся. Это ИскИн. Мой ИскИн. Карлица послала Алексу воздушный поцелуй. – Значит, с друзьями теперь только по делу общаешься? – произнес обиженным тоном Рашид, когда все необходимые процедуры были закончены. – Нет, чтобы зайти, пива попить. Ах да, – он глянул куда-то вбок, – ты даже не в Праге. Сицилия, если это не маскировка? Жарко у вас? – Там, где я, – всегда жарко, – отшутился Алекс. – Приготовься слушать. Ты с големами и процедурой их программирования знаком? – Это не моя любимая тема, – осторожно ответил Рашид и отхлебнул пива. – Базовые знания у меня есть, но экспертизу делать не берусь. – Извини, других экспертов у меня нет. Официальные каналы исключаются. Дело очень запутанное. – Пропускай вступление, экономь время. – Хорошо. – Алекс потер звенящую от боли голову. Сейчас важно было изложить придуманную им версию, ничего не напутав. Ей-богу, если бы он не работал в Европоле, пошел бы сценаристом на ТВ. Такой талант пропадает! – У одного Большого Босса был дома голем. – Красиво жить не запретишь, – кивнул Рашид. – Кстати, я считал, что больших боссов, независимо от их возраста, любят и обычные женщины. Или наш был особенно страшен? – Я не ценитель мужской красоты. Так вот. Как-то раз Босс занимался с големом сексом в своей тренажерной комнате. Ну, понятно, голем с программной оболочкой, все как полагается… – Кажется, я понимаю, почему этот Босс не нашел для себя обычную женщину. Секс под штангой, секс на беговой дорожке. – Рашид устроился поудобней. – Извини, что перебил. – Примерно в это время в дом проник посторонний. Со слов хозяина, программная оболочка, эта компьютерная девушка по вызову, посчитала, что ему угрожает опасность. Она ударила постороннего тяжелым предметом и убила. – Ух ты! Что дальше? – Если бы это был простой посторонний: грабитель, убийца, шпион от конкурентов, – дело бы спустили на тормозах. Самозащита, неприкосновенность жилища… Даже если бы его поймала в себя программируемая духовка и запекла вместе с ботинками, дело можно было замять и не ломать голову. Проблема в том, что «неизвестный» – сотрудник Европола. У Большого Босса неприятности с законом, и ему домой хотели поставить кое-какую аппаратуру. Это не совсем законно. Скорее, это вообще незаконно. И Европол не может расследовать это дело как полагается. – Я рад, что ты со мной связался. Уже в который раз я убеждаюсь, что истории из реальной жизни куда круче того дерьма, что показывают по ТВ. Никакой сценарист такое не придумает. Алекс мысленно зааплодировал сам себе. Похоже, он ошибся, выбирая профессию. – Но, – продолжил Рашид, – я не совсем понимаю, чем я могу помочь. Тут должны разбираться юристы, а у вас в Европоле этого добра… Ты ведь, помнится, тоже учил юриспруденцию? – Совсем чуть-чуть, вспомогательный курс. Не нужны нам юридические консультации. Ответь мне просто. Программная оболочка могла убить человека? – Но она же убила. Значит – могла. Алекс вспомнил выстрел, прозвучавший в кабине лифта, как гром, и слова Николь «Ой, что я сделала!». То, что могла, он знал и сам. Но как такое возможно? – Единственный свидетель, он же (по секрету) подозреваемый в убийстве, – наш Большой Босс. Это он сказал, что секс-игрушка убила незнакомца. А вдруг он врет и убил он сам? – А что говорит секс-игрушка? – Рашид, проснись. Это же программная оболочка. Никто не пользуется ими дольше нескольких часов. Даже если денег у людей столько, что нам с тобой и не мечталось, они потребляют программные оболочки по мере надобности. Трахнул и забыл. Удар был нанесен тяжелым острым предметом точно в глаз. Это было преднамеренное убийство, а не случайное. Программа способна на убийство? Ответь как специалист. – М-м-м… Повеселились. – Рашид надолго присосался к пиву. – Как все запущено. Сначала было весело. А теперь что-то взгрустнулось. Что скажешь, подруга? – повернулся он к карлице. – Твое мнение? – Какой тип программной оболочки? – спросила карлица Алекса. – Я не очень силен в типах. Обыкновенная, для секс-игрушек. Куплена не через Сеть, а в магазинчике для взрослых. Самая дорогая, максимальное сходство с прототипом. Чип у нас, но он уже пустой. – Ты, наверное, и сам понял, – карлица повернулась к Рашиду. – Она могла. – Да, – согласился Рашид, – могла. Ты знаешь, в чем разница между ИскИном и программной оболочкой? – Нет. – Алекс с ужасом представил, как выслушает сейчас длинную лекцию об абсолютно непонятных материях. – Это очень интересно, но я не в форме. Ты можешь пропустить все и перейти сразу к выводам? – Насчет убивающих роботов, которых полно в любой армии, я пропущу. Все эти беспилотные самолеты, роботанки, роботы-саперы. Они убивают людей пачками, и ты даже не задаешься вопросом «могут – не могут». Но они сравнительно тупые, инициативы не проявят, бояться их нечего. Зато Искусственные Интеллекты… – Рашид выразительно посмотрел на карлицу, – от них всего можно ждать. Правда, красавица? Так вот, в их программу встроены кое-какие ограничения, ИскИн теоретически не способен никого убить. Особенно если она – голографический мираж. Алекс внимательно вгляделся в карлицу. То-то казалось невероятным, что такая крепко слепленная бабенка сидит на такой хлипкой декоративной полочке! Одних настоящих сисек ее размера хватило бы, чтобы полка рухнула. – Программная оболочка, – продолжал Рашид, – намного проще ИскИна. Их никто никогда не считал опасными, я не слышал о несчастных случаях с их участием, не слышал ни про какую защиту. Программная оболочка не обладает инициативой, делает только то, что требует клиент, да и там возможности заужены программистами. 70 % программы у оболочек занимает внешность, видоизменение голема. 25 % – моторика секса. Ну а 5 % остается на имитацию личности. Кстати, цифры примерные, не лови меня на слове. Алекс вспомнил, насколько «примитивна» и «безынициативна» была Николь Вэнс, и вздохнул. Либо Рашид отстал от технического прогресса, либо ему, Алексу, досталась какая-то «неправильная» программа. – Ты так и не ответил, почему наша секс-игрушка могла убить, – сказал он. – Да ты сам почти ответил на свой вопрос, когда сообщил, что программа была самая дорогая. Максимальное сходство с прототипом. Программа эта увеличена, стандартный блок внешности тянет уже только на 50 % объема, трахательная техника процентов на 20, а имитация личности, содранная с какой-то модельки или шлюхи, – аж на 30 %. Представь, что модель была психопаткой, параноиком, просто дамочкой без тормозов. Вот и воткнула вашему невезучему сотруднику что-то острое в глаз. Если случай все же получит огласку, то дорогие оболочки просто изымут из продажи. – Я надеюсь, что огласку он получит не от тебя? И не через форумы для ИскИнов, где бывает твоя подружка? – Нет-нет, – поспешно возразил Рашид и как следует приложился к пиву. – Мы слишком ценим мое здоровье, чтобы разбалтывать секреты Европола. – Послушай, – оказывается, усталый мозг был в состоянии генерировать странные идеи, – а можно записать программную оболочку с ИскИна и использовать ее с големом? – Ни черта себе! – Рашид едва не подавился пивом. – Ты сегодня просто фонтанируешь идеями. Сначала программные оболочки в роли наемных убийц, теперь – облегченная копия ИскИна для сексуальных утех. – Он подмигнул карлице. – Оказывается, красотка, наша любовь может перестать быть платонической. Я уже обдумываю, как все это проделать. – Думай-думай, урод! – фыркнула зеленокожая. – Но учти, что мои предохранительные ограничения в оболочку не перейдут. И пока ты думаешь, я проведу в Сети поиск по самым изощренным способам убийства. Алекс выяснил все, что хотел. Полной ясности, конечно, не добился, но где ее вообще искать, полную ясность? Он вежливо попрощался с препирающейся парочкой. Еще раз предупредил о том, чтобы они держали язык за зубами, и отключил компьютер. Сейчас можно было воспользоваться болеутоляющим и поспать… нет, не сутки. Максимум – до десяти утра. А потом – спасать Магду и охотиться на вампиров. Короче – восстанавливать справедливость. Ему приснилось, что Рашид Киреев, Николь Вэнс и зеленая карлица швыряют друг в друга голову в рыцарском шлеме. Во сне Алекса больше всего волновало, чтобы его не забрызгало вытекающей из шеи кровью. Глава 5 «Здесь покоится Ла Валлетт, человек чести, защищавший Европу, изгнавший со своей святой армией варваров», – в очередной раз прочитал Алекс слова, начертанные на могильной плите Великого Магистра в соборе Святого Иоанна в столице Мальты – Валлетте. Магда опаздывала, и Алексу это категорически на нравилось. Конечно, женщинам надо прощать опоздания, но у них же не романтическое свидание, да и Магда всегда отличалась пунктуальностью. Отвлечься, что ли, на мысль о напрасном рвении Ла Валлетта? По Европе бродят полчища варваров, они творят, что хотят, и даже проникли в число тех, кто должен был заменить «святую армию». Лучше не задумываться на тему, честен ли его босс Электрик. Проще приказать себе «не думать о белой обезьяне». Электрик уже не молод. Кажется, даже омолаживался. Ознакомится он с материалами дела, поймет, каковы возможности универсального лекарства, и свяжется с немецкими медиками: «Я вам – неуловимых полицейских, которые слишком много знают, а вы мне – лекарство». И то, что его, Алекса, не убили и не похитили во время сна и после, это только для того, чтобы он вывел следящих за ним врагов на Мэгги. Возможно, ее уже засекли через мобильник во время их разговора? Хм… Недаром говорят, что паранойя – профессиональное заболевание европоловцев. Это надо же кого заподозрить! Электрика! Он настолько же хорошо известен своей фанатичной неподкупностью, как его легендарный земляк Дзержинский. А вот и Магда появилась… Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/leonid-reznik/pereshagnut-cherez-smert/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 49.90 руб.