Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Секреты профессионалов трейдинга. Методы, используемые профессионалами для успешной игры на финансовых рынках

Секреты профессионалов трейдинга. Методы, используемые профессионалами для успешной игры на финансовых рынках
Автор: Джек Буруджян Жанр: Зарубежная деловая литература, ценные бумаги, инвестиции Тип: Книга Издательство: СмартБук, И-рейд Год издания: 2010 Цена: 200.00 руб. Просмотры: 38 Скачать ознакомительный фрагмент FB2 EPUB RTF TXT КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 200.00 руб. ЧТО КАЧАТЬ и КАК ЧИТАТЬ
Секреты профессионалов трейдинга. Методы, используемые профессионалами для успешной игры на финансовых рынках Джек Буруджян Трейдинг на рынке акций, опционов, фьючерсов и валют – это искусство или наука? Какими качествами должен обладать хороший трейдер? В чем заключаются нюансы индексного арбитража? Используете ли вы технический анализ или беспорядочно блуждаете? На все эти и множество других вопросов отвечает автор книги, профессионал с более чем двадцатилетним стажем работы на финансовых рынках. Отвечает как на основе собственного опыта, так и приводит опыт других признанных мастеров трейдинга. Посредством занимательных историй и наглядных примеров автор проливает свет на секреты ежедневной динамики рынков и анализирует возможности извлечения прибыли на основе прогноза поведения участников рынков. Книга рассчитана на широкий круг читателей, кто так или иначе имеет дело с ценными бумагами и производными инструментами. Джек Буруджян Секреты профессионалов трейдинга Методы, используемые профессионалами для успешной игры на финансовых рынках Глава 1 Трейдинг – искусство, а не наука С моим старым другом Джоном Лабужевски (John Labuszewski) мы работали вместе в компании Никко Секьюритиз (Nikko Securities). Тогда я был главой департамента фьючерсной торговли по фондовым индексам на торговых площадках Chicago Mercantile Exchange (Чикагская товарная биржа, далее CME. – Примеч. пер.). Лабужевски был президентом фондов Никко и выполнял функцию катализатора в деле вовлечения своей компании в торговлю фьючерсами. Он был хорошо известен в Японии после того, как сумел превратить четыре крупнейшие японские брокерские компании в клиентов Рефко (Refco). Прекрасный рассказчик, он всегда начинал деловые встречи со старинной истории. А именно, с описания декадентского образа жизни древних римлян, сопровождавшегося избыточным потреблением вина. Спрос на перебродивший виноградный сок все увеличивался. Римлянам пришлось создать торговую сеть поставки и дистрибуции, в основе которой лежали контракты на будущую поставку. Наилучшего качества вино грузилось на самые надежные и быстроходные торговые суда. Напиток перевозился в освинцованных амфорах; свинец делал сосуды водонепроницаемыми и герметичными. Однако амфорный свинец постепенно отравлял вино, превращая чудесный напиток в ядовитую настойку. В заключении Лабужевски высказывал оригинальную мысль о том, что древнеримские фьючерсные контракты способствовали разрушению status quo посредством медленного отравления и дебилизации римской аристократии, мыслителей и управленцев высшего ранга. В конечном итоге, именно фьючерсы разрушили Римскую империю. Я рассказал об этом, потому что большинство торгующих на фьючерсном рынке не вполне четко представляют себе, что такое фьючерсы. Лабужевски этот анекдот помогал создать некий ментальный настрой, помогающий слушателям избавиться от всякого рода ложных представлений относительно предмета, который он собирался с ними обсудить – фьючерсных рынков. Общераспространенное мнение о всяком, кто торгует фьючерсами, как о рискованном человеке, довольно устойчиво. Этот любитель риска, согласно мнению широкой публики, бесконечно далек от образа классического предпринимателя, олицетворяющего собой саму суть капиталистического способа производства. Реальность же заключается в том, что фьючерсные рынки создают ликвидные инструменты для управления рисками. Что такое фьючерсы Образование двух бирж в Чикаго – Chicago Mercantile Exchange и Chicago Board of Trade (Чикагская торговая палата, далее CBOT. – Примеч. пер.) – привело к формированию фьючерсного рынка, целью которого было создание централизованного торгового места для определения справедливой цены. На торговой площадке СВОТ, где идет торговля зерном, даже сегодня еще можно повстречать старых торговцев, делающих бизнес с помощью фьючерсов точно так же, как это происходило в конце XIX века. Однако мир фьючерсов изменился окончательно и бесповоротно в 1971 году, после того, как председатель СМЕ Лео Меламид (Leo Melamed) вместе с Нобелевским лауреатом Милтоном Фридманом (Milton Friedman) реализовал революционную идею под названием International Monetary Market (Международный Денежный Рынок, далее IMM. – Примеч. пер.). Конечный продукт они назвали финансовыми фьючерсами. Этот шаг в эволюции фьючерсов уже не подразумевал итоговую физическую поставку торгуемого продукта, а предполагал денежные расчеты на момент истечения срока действия контракта. Эта инновация раскрыла двери биржи для институционалов и арбитражеров, прежде никогда не рассматривавших фьючерсы в качестве инструмента для генерирования легитимной доходности капитала. Короче говоря, запуск финансовых фьючерсов привел на рынки нового искушенного клиента. По мере быстрого разрастания нового сегмента биржевой деятельности резко увеличивалось число рабочих мест в компаниях, торгующих на рынке и обслуживающих его. Рост числа сотрудников отмечался во всех таких компаний, начиная от местных клиринговых (расчетных) палат (clearing houses, специальная организация, которая следит за осуществлением расчетов по сделкам и гарантирует их исполнение сторонами. – Примеч. пер.) в Чикаго и заканчивая крупными европейскими банками, игравшими до 1971 года главную роль на валютном рынке. В эпоху, предшествовавшую созданию IMM, эти банки наслаждались положением монополистов межбанковского рынка по валютам и по инструментам с фиксированным уровнем доходности. Отсутствие конкуренции позволяло им предлагать клиентам широкие спреды (разница между ценой покупки и ценой продажи). По сути своей, спреды являются источником прибыли, не омраченной никакими рисками. Совсем скоро всем заинтересованным лицам стало ясно, что новые чикагские фьючерсные рынки постепенно уводят клиентов из межбанка, становясь при этом все более эффективными. Поэтому со временем каждый банк, практиковавший обмен валют, стал рассматривать биржи в Чикаго не как пасынков-бастардов (bastard), а как обязательный элемент, учитываемый при каждой сделке. Кто и почему использует фьючерсы Один из наиболее часто задаваемых вопросов: «Кто на самом деле использует фьючерсы? И для чего он, черт возьми, это делает?». Обычный ответ звучит примерно так: «Фермеры и владельцы ранчо – для выявления как можно более объективной цены на свою продукцию. Спекулянты, имеющие свое собственное мнение относительно будущего движения цены, – для того, чтобы получить прибыль. Спредеры, торгующие как внутри одного рынка, так и на различных рынках. Торговля межрыночным спредом подразумевает продажу фьючерса с определенным месяцем поставки на одной бирже и одновременную покупку аналогичного фьючерса на другой бирже. Внутрирыночный спред означает одновременную покупку и продажу фьючерсов по разным месяцам поставки на одной бирже. Все это достаточно очевидно. Тем не менее, сказанного отнюдь не достаточно для выяснения роли каждой группы участников в деле формирования эффективного и ликвидного фьючерсного рынка. Трейдинг – нечто большее, чем банальное мастерство продажи на пике и покупки на дне ценового графика. Ушлый профессионал знает, когда та или иная группа участников выходит на рынок, что дает ему возможность рассчитать возможные последствия выставления ордеров. Такое понимание действий трейдеров не имеет ничего общего с транспарентностью рынка. Это вопрос анализа нужной информации, который потом трансформируется в интуитивное понимание происходящих на рынке событий. Каждому рынку присущи характерные для него особенности. Те, кто день за днем внимательно наблюдает за развитием событий, в конечном итоге научатся извлекать вполне ощутимую материальную пользу при изменении активности тех или иных участников рынка. К примеру, опытные трейдеры, давно работающие по фьючерсам на живой скот, знают, когда и в какой именно момент цикла забивки скота появляются на рынке хеджеры. Эти трейдеры способны сделать деньги на ценовых колебаниях. Опционы Как только начинающий трейдер приступает к изучению опционов, приходит понимание того, что опционы самодостаточны, это, в определенной степени, «мир в себе». Если сравнить фьючерсы с игрой в шашки, то к опционам надо относиться как к игре в трехмерные шахматы. Торговля опционами требует совершенно иного подхода, нежели работа с фьючерсами, более того – совершенно иного типа личности. Но в наше время уже нельзя утверждать, что психологический тип фьючерсного трейдера являет собой дерзкого и азартного игрока – любителя рисков, тогда как опционный трейдер – это осторожный, интеллектуальный умница. Сегодня мы наблюдаем слияние этих двух трейдинговых миров, все большую степень переплетения торговли фьючерсами и торговли опционами. Тем не менее, несмотря на взаимопроникающий характер современного трейдинга, финансовый мир продолжает считать опционщиков более, чем фьючерсных трейдеров, склонными к количественному анализу. Такое мнение во многом основано на том, что опционные рынки и их модели определения цены имеют в большей степени математический характер. Модель Блэка-Шоулза (The Black-Scholes model), используемая для калькуляции опционных цен, была создана в 1973 году Майроном Скоулзом (Myron Scholes) и Фишером Блэком (Fischer Black). Эта математическая формула используется всеми, кто работает с опционами, включая институционалов, в чьи инвестиционные портфели включены опционные контракты. Начинающие трейдеры очень часто не знают о том, что опционные сделки подчас столь масштабны, особенно при приближении срока истечения контракта или в конце месяца, что вполне могут заставить рынок двигаться странным образом. Чуть позже мы узнаем, как хорошие трейдеры извлекают преимущество из отклонений цены, возникающих при мощном опционном потоке. Кто является конечным потребителем на рынке опционов, и, что еще важнее, по каким причинам этот самый конечный потребитель работает с этими контрактами? Многие новички, вступающие в незнакомый им мир трейдинга, часто оставляют этот вопрос без внимания. Надо понимать, что все действующие лица рынков капитала, подверженные риску в том или ином секторе рынка, стремятся всеми возможными способами захеджироваться и добиться приемлемого соотношения риск/доходность (risk/reward). Люди продают покрытые коллы (covered calls) для увеличения доходности акций, или покупают путы (puts), страхуясь от падения стоимости портфелей. Существует немало грамотных инвесторов, понимающих природу опционных рынков и интенсивно использующих их при трейдинге, но они – скорее исключение, поэтому ордера, которые выставляются этим незначительным по масштабам рынка меньшинством, особых последствий для движений рынка не имеют. На рынке инструментов с фиксированным уровнем доходности (fixed-income) институционалы используют опционы при создании «крыши», «шапки и воротника» (для ухода от риска изменения процентных ставок). Тем самым, добиваясь желаемого кредитного плеча и страхуясь от значительных колебаний цены («крыша» – верхний предел процентной ставки при займе с плавающей процентной ставкой; «шапка и воротник» – условие кредита с плавающей процентной ставкой, исключающее превышение определенного максимума и снижение ниже установленного минимума. – Примеч. пер.). Таковы опционные стратегии, приводящие к креативным решениям проблемных вопросов по ипотечным кредитам на рынке недвижимости. На площадке СМЕ, где торгуют опционами на евродоллар (Eurodollar), совершаются значительные по объему сделки. Как бывший президент компании Коммерц Фьючерс (Commerz Futures), подразделения немецкого Коммерцбанка (Commerzbank), я получал из первых рук информацию, доказывавшую важность этих финансовых продуктов и значимость функции, выполняемой ими в процессе ценообразования всех сделок, имеющих отношение к рынку инструментов с фиксированным доходом. В конечном итоге, дело дошло до того, что все крупные мировые финансовые институционалы пришли к выводу: присутствие на чикагских рынках и их постоянный мониторинг не роскошь, а необходимость. Институционалы, результат работы которых зависит от состояния дел на фондовом рынке, обязательно используют опционы, причем по-разному. Помимо традиционных методов работы с опционными контрактами, институционалы – в частности, хеджевые фонды (hedge funds) – используют опционы для создания дополнительного кредитного плеча, что позволяет клиентам и инвесторам увеличивать волатильность своих портфельных вложений. Среди новых игроков в мире опционов находится множество индексных фондов (index funds), которые стремятся к увеличению прибыли, продавая премию либо против своих основных позиций, либо против секторной позиции. Такая стратегия дает им большую доходность на каждый миллион в их управлении, однако, с другой стороны, увеличивается и инвестиционный риск. Опционная премия и волатильность Спекулянтам опционы по душе, ведь при покупке опциона колл или пут они точно знают, что риск ограничен размером премии (premium). Это можно считать своего рода перестраховкой и удобным способом защиты портфеля при дирекционной торговле. Конечно, не все спекулянты являются профессиональными трейдерами. Следовательно, им недостает понимания нюансов опционного рынка, таких как временной фактор и волатильность (volatility). Как следствие, подчас дирекционный трейдинг оборачивается потерей, даже если верно определено направление движения цены. Хорошим примером может служить крах рынка образца 1987 года. Меня, начинающего трейдера, учили тому, что при обвале рынка необходимо сохранять присутствие духа, не поддаваться настроению момента. Это очень трудная задача, когда кажется, что все рушится. Я видел, как рынок опционов пут начал торговать на уровнях, соответствовавших моим представлениям об Армагеддоне. Дальше – хуже. Я в ужасе смотрел на клиентов, заполнявших рыночные ордера на покупку опционов пут по любой возможной цене, без какого-либо ясного осознания влияния взметнувшейся вверх волатильности на опционные премии. Я быстро понял, что работа на любом рынке без четкого понимания лежащих в основе ценообразования процессов – финансовое самоубийство, хоть и не означающее немедленную «смерть», но, как минимум, ведущее к медленной и подтачивающей силы «болезни». Профессиональные маркет-мейкеры на рынке опционов обладают совершенно иной ментальностью, определяемой их подходом к трейдингу. Их учат «делать рынок» по каждому страйку (strike price), а на некоторых биржах они даже обязаны выставлять двусторонние котировки по всем страйкам безотносительно к тому, какие позиции открыты их собственными фирмами. Есть поговорка, согласно которой хороший опционный маркет-мейкер умеет «выбирать пятицентовики из-под ковша бульдозера». Конечно, время от времени бульдозер их утюжит, но им приходится быть достаточно сообразительными для того, чтобы покрывать риски и вновь возвращаться на рынок. Один из наиболее хитрых секретов рынка заключается в том, что опционные трейдеры начинают покупать путы и коллы, когда на рынке воцаряется паника. Распространено мнение, будто все продают всё при мощных медвежьих движениях. Почему бы и нет? Всем известно – более 80 % всех контрактов по опционам не исполняется. Опционных трейдеров это никоим образом не волнует. Их учат иметь «длинную гамму» (gamma long) по позициям, которые они открыли. Смысл в том, что при сильных движениях волатильность увеличивается, что приводит к росту премий по всем опционным страйкам. Наиболее хитрые опционные трейдеры всегда хеджируются и вверх, и вниз, покупая так называемые бейби путы (baby puts) и бейби коллы (baby calls), которые истекают, ничего не стоя. Такие на первый взгляд бессмысленные опционные позиции открываются по многим причинам, и не в последнюю очередь потому, что позволяют риск-менеджеру компании спокойно спать по ночам. Майрон Шоулз, один из двух авторов модели Блэка-Шоулза, в течение двух лет был моим коллегой по совету директоров СМЕ. Блестящий мыслитель и Нобелевский лауреат, Шоулз с удовольствием рассказывал о том, что трейдеры не устают благодарить его за разработку формулы, благодаря которой они разбогатели. Для меня было большой честью работать рядом с таким человеком, а СМЕ должна благодарить Бога за то, что такая личность все еще числится среди ее директоров. Большинство сегодняшних опционных маркет-мейкеров используют то, что на Уолл-стрит называется дельта-нейтральным трейдингом (delta-neutral trading). Это опционная позиция, которая мало чувствительна к небольшим движениям цены соответствующего инструмента. Дельта-нейтральные сделки по опционам «привязаны» к фьючерсам, что означает маркет-нейтральную стратегию торговли. Такая стратегия дает трейдерам и инвесторам возможность торговли чистой волатильностью, без какого-либо «проскальзывания» (slippage) при входе и выходе из рынка. Выражаясь яснее, трейдеры в данном случае стремятся выжать прибыль из скорости движения или амплитуды ценовых колебаний, что в одно и то же время является как протекцией, так и возможностью сделки. Сезонные трейдеры имеют понимание того, что есть всего лишь три способа торговли на рынке: делать деньги на направлении движения цен, продолжительности открытия позиций и волатильности цен. Все три вышеозначенные переменные величины учитываются в цене любой сделки, совершаемой на денежных рынках. Сказанное не так уж сложно понять, однако не все индивидуальные инвесторы и трейдеры это признают. Торговля, ориентирующаяся на волатильность рынка, сильно отличается от торговли, ориентирующейся на направление или на время. Любой, кто рассматривает рынок на понятийном уровне, должен с этим согласиться. Наиболее простым для усвоения понятием является дирекционный трейдинг, к которому легко приходят трейдеры-новички. Мы каждый день рассматриваем возможность дирекционной торговли, принимая решение о покупке или продаже акций, бондов или любого иного инструмента из биржевого списка. Торговля волатильностью предоставляет инвесторам и трейдерам шанс генерирования прибыли из движения рынка безотносительно направления. Каждый, у кого есть понимание сути опционов, может торговать волатильностью, даже не будучи профессионалом. Вопрос лишь в том, готов ли он прилежно выполнять «домашнюю работу» и оперировать цифрами, чтобы выработать стратегию. Когда трейдер начинает использовать временной фактор в торговле, он обычно погружается в стратегии, связанные с продажей премий по далеким страйкам (out-of-the-money) или кредитными спредами (credit spreads) по опционам. За такими позициями надо постоянно и внимательно следить. Основанная на временном факторе стратегия должна учитывать сползание опционной премии к нулевой отметке по мере приближения срока истечения опциона. Такой подход игнорирует направление движения цены и волатильность в пользу величины временного отрезка, остающегося до даты истечения опциона. Ликвидность Люди посвящают годы изучению концепции ликвидности, но лишь немногие имеют реальное представление о ней. При исследовании ликвидности следует учитывать, что трейдерам приходится иметь дело с различными видами дневной ликвидности. Мерой измерения ликвидности рынка служит открытый интерес (open interest, сумма торгуемых производных контрактов) по данному фьючерсному контракту. Настоящим барометром здоровья контракта можно считать именно открытый интерес, а не проходящие через рынок торговые объемы. Например, когда мы только приступили к торговле фьючерсами на индексы S amp;P Mid-Cap 400 (Standard amp; Poor’s Mid-Cap 400, фондовый индекс, далее S amp;P Mid-Cap. – Примеч. пер.) и Russell 2000 (Russell 2000, фондовый индекс, далее Russell. – Примеч. пер.), действовало негласное правило, согласно которому институциональные инвесторы могли приступать к торговле этими инструментами, когда уровень открытого интереса зашкаливал за 5000 контрактов. Крупные клиенты называли это уровнем критической массы (critical mass level), который был необходим институциональным инвесторам для принятия решения о входе в рынок. В некоторых случаях уровень критической массы по открытым контрактам прямо зафиксирован в уставе компаний, что надежно защищает инвесторов от открытия позиций на неликвидном рынке. Показатель внутридневной ликвидности указывает нам на то, насколько крупными могут быть позиции, открываемые в течение дня, без риска сдвига рынка в момент входа или выхода. Один из секретов торговых площадок заключается в том, что подчас они (размеры позиций) могут быть больше самого рынка. Такое случается, когда трейдер открывает крупную внутридневную позицию и начинает испытывать трудности с управлением рисками по разным причинам, главная из которых – воздействие рынка. Случается, что частные трейдеры двигают рынок подобно институциональным. Происходит это в силу объема аккумулированных ими позиций. Время от времени ко мне обращаются с просьбой объяснить понятие ликвидности студентам или чиновникам, наблюдающим за торгами на СМЕ с гостевой галереи. Как правило, я прошу их зажмуриться и представить пруд с втекающими и вытекающими из него ручейками и потоками. Крупные потоки можно сравнить с институциональными игроками вроде Goldman Sachs, Merrill Lynch и так далее, а ручейки – с частными трейдерами. Это сравнение помогает моей аудитории лучше понять, что такое ликвидность, по крайней мере, приблизиться к пониманию вопроса. Отслеживая состояние дел с ликвидностью контракта, трейдеры наблюдают за денежными потоками, втекающими в рынок и вытекающими из него, и, что более важно, могут видеть, как меняется ликвидность в продолжение торговой сессии. Портфельные управляющие и менеджеры хеджевых фондов, рассматривая возможность открытия позиции по фьючерсу, первым делом смотрят на проскальзывание (slippage) при исполнении заказа. Насколько легко и гладко пройдет вход и выход из рынка? Как велико будет проскальзывание в момент исполнения ордеров? Наконец, каково состояние «здоровья» биржевого контракта? Поиск ответа на такие вопросы стал уже функцией полноценного управления деньгами со стороны трейдеров и сотрудников компаний, чьей задачей стало решение подобных вопросов. Метод решения таких задач подразумевает анализ открытого интереса или открытых по данному фьючерсному контракту позиций. Однако цифры открытого интереса подчас могут увести в ложном направлении, поскольку большое количество открытых позиций само по себе не гарантирует дневной ликвидности, необходимой для совершения крупной сделки. Это наиболее явно в случае с фьючерсами, которые используются в качестве пассивного инвестиционного инструмента. Примером этого может служить любой из товарных индексов – Goldman Sachs Commodity Index (Товарный индекс Голдман Сакс, далее GSCI. – Примеч. пер.) или Commodity Research Bureau (Индекс исследовательского бюро по товарам, далее CRB. – Примеч. пер.). Для этих контрактов характерны высокие цифры открытого интереса и в то же время низкие дневные объемы, но при необходимости маркетмейкеры и провайдеры ликвидности могут создать огромный рынок. Пассивные позиции открываются на основе стратегических выкладок, их продлевают из месяца в месяц и из квартала в квартал. Они приводят к так называемой «синтетической» (искусственной) подверженности риску инвесторов, работающих с огромным кредитным плечом. Такие позиции не требуют мониторинга на ежедневной основе. Я лично торговал фьючерсами по GSCI на площадке СМЕ, и мне хорошо известны их особенности. Перед входом в рынок большим количеством контрактов всегда надо было выяснить ситуацию с дневными объемами, величина которых должна была быть достаточной во избежание осложнений при открытии позиции. Сказанное справедливо не только для фьючерса на индекс, но и для контрактов по инструментам, входящим в GSCI. Несомненным достоинством этого фьючерса следует считать прекрасный показатель открытого интереса, поэтому при его продлении – физическом закрытии старых и открытии новых контрактов сразу перед истечением срока жизни фьючерса – мы наблюдаем определенную активность, что дает клиентам прекрасную возможность исполнить крупные ордера, особенно не наследив на рынке. Вопрос ликвидности решает судьбу контрактов. При запуске новых биржевых контрактов именно ликвидности уделяется наибольшее внимание. При официальном представлении фьючерса на индекс S amp;P 500 (Standard amp; Poor’s 500, фондовый индекс, далее S amp;P. – Примеч. пер.) все сотрудники СМЕ носили значки с надписью «15 минут, пожалуйста!». Таким способом руководство биржи просило всех трейдеров уделять 15 минут рабочего времени ежедневно на поддержку нового контракта. Я помню, как трейдеры, чьей специализацией были фьючерсы на свиную грудинку, живой скот и валюту, выступали в роли маркет-мейкеров по новому индексу, с которым их ничего не связывало, кроме чувства солидарности с руководством СМЕ. Они бесстрашно открывали позиции, прилагая усилия для того, чтобы концептуально новый биржевой продукт утвердился бы в этом жестоком и беспощадном мире финансов. Выражаясь проще, продукт, который биржи предлагают вниманию индустрии финансовых услуг – соединение ликвидности и кредитного плеча. Провайдеры ликвидности являют собой истинную сущность как СМЕ, так и любой другой биржи в мире. Кредитное плечо Многие инвесторы и трейдеры не имеют четкого представления о кредитном плече – как следствие, оно их пугает. Многие говорили мне о том, что прекрасно понимают принцип работы кредитного плеча и благодарны фьючерсам за то, что они предоставляют самый большой в финансовом мире рычаг. Говорили и покупали при этом фондовый индекс, за который платили 100 % маржи вместо того, чтобы открыть фьючерсную позицию с ее синтетической подверженностью риску, большим кредитным плечом и гибкостью. В конце концов, я перестал доверять уверениям в понимании принципа работы кредитного плеча. Быть может, лучшим примером использования институциональными инвесторами кредитного плеча являются индексные арбитражеры. Суть их работы в использовании несоответствия между значением собственно фьючерса на индекс и его составляющих. Совершаете ли вы арбитраж по индексам S amp;P 500, NASDAQ 100 (NASDAQ 100, фондовый индекс, далее NASDAQю – Примеч. пер.), Russell 2000 или GSCI – механика работы остается все той же. Структуры всех индексных арбитражей похожи друг на друга, как две капли воды. Разница лишь в том, что арбитраж товарного индекса требует открытия позиции по товарным фьючерсам, а в случае с фондовыми индексами открываются позиции по акциям. В любом случае, трейдер пытается извлечь преимущество из ценовых колебаний, базирующееся на том, что им рассматривается в качестве реального соотношения цен индекса и лежащих в его основе продуктов. Большинство арбитражных сделок результируются в прибыль, потому что при этом задействовано характерное для фьючерсов кредитное плечо 20 к 1. Без такого рычага институцональные инвесторы не смогли бы приносить на рынок столь огромные мультимиллиардные позиции, которые двигают рынок вверх-вниз, особенно во время истечения срока действия контрактов, когда индексы перенастраиваются. Плечо дает хеджевым фондам возможность увеличить доходность данного конкретного инструмента. Свидетельством тому распространенная в настоящее время практика использования синтетических фьючерсных позиций для реплицирования риска и продажи покрытых опционов колл, а также кредитных спредов, которые накладываются на основную позицию. Многие из таких хеджевых фондов предоставляют инвесторам то, что они называют двойными или тройными бета-фондами (beta-funds). Выражаясь простым языком, это означает вдвое или втрое большее кредитное плечо по сравнению с тем, что инвесторы получили бы при обыкновенном типе инвестиции. Наиболее важным аспектом работы с кредитным плечом надо считать управление рисками, которые сопутствуют подобного рода операциям. Хеджирование Истинные хеджеры составляют особую породу людей, не имеющую аналогов в мире денежных рынков. В старые времена хеджеры были именно такими, какими вы их себе представляете: разводящими скот владельцами ранчо и фермерами, чьей целью было «заморозить» будущую цену товара, который они производили. Сегодня хеджирование эволюционировало в стратегию столь изощренную, оно еще не было в продолжение всей истории существования товарных рынков. В наше время крупными хеджерами, которые двигают рынок, являются менеджеры фондов. Они желают застраховать риск всего портфеля без того, чтобы пострадал портфельный баланс. В случае ожидаемой слабости рынка портфельный менеджер считает оправданным и эффективным решением продажу фьючерсов, а не лежащих в их основе продуктов. Классическим примером являются менеджеры из компаний Фиделити (Fidelity) или Путнэм (Putnam), которые постоянно используют для страхования медвежьих рисков короткие позиции (short position, позиции, открытые в расчете на снижение цены. – Примеч. пер.) по фондовым индексам, вместо того, чтобы продавать отдельные акции. Трейдеры по свопам (swap) и форвардным процентным соглашениям (forward rate agreement, FRA) хеджируют каждую сделку, заменяя продукты с фиксированной ставкой на продукты с переменной ставкой, и наоборот. Для этого они используют фьючерсы или опционы на евродоллар, что превратило этот скромный специфический контракт в один из самых ликвидных в мире. Такие своповые сделки, в особенности те, что совершаются крупнейшими банками и другими финансовыми институтами, создали крупнейший в мире рынок для спредеров. Кстати, все вышесказанное отнюдь не означает, что на бирже уже не встретишь «старомодных» хеджеров – реальных производителей продуктов. Компании-ветераны типа Каргилл (Cargill) или ЭйДиЭм (ADM, Archer, Daniels amp; Midland) все еще на рынке и работают с теми же, что и сто лет назад, контрактами и по традиционной методике. Вопрос в том, при каких обстоятельствах хеджирование риска имеет смысл? В каких случаях расходы по операции хеджирования входят в конфликт с прибыльностью? Стратегия под названием динамичный хедж (dynamic hedging) была впервые опробована во время краха фондового рынка в 1987 году. По текущей цене продавались фьючерсы на фондовые индексы, дабы уйти от рисков при обваливающемся рынке. Это и спровоцировало обвал: динамичный хедж лишь сыграл на руку медведям. Стратегия привела к усилению интенсивности продаж и увеличению скорости и масштаба падения. Причин тому много, и с большинством удалось справиться благодаря оперативному и серьезному взаимодействию между биржами в Чикаго и нью-йоркскими фондовыми площадками. Роль посредника между ними сыграла Федеральная Резервная Система (Federal Reserve System, далее ФРС. – Примеч. пер.). Самым важным уроком, вынесенным из этих потрясений, был опыт того, что порой хеджирование не работает. Институциональным инвесторам потребовался крах фондового рынка для того, чтобы понять то, что фермерам было известно всегда – искусство хеджирования сложно до бесконечности! Знай рынок, на котором работаешь Одна из самых больших проблем, с которой мне пришлось периодически сталкиваться, – то, что люди совершают катастрофические сделки на рынках, суть работы которых не понимают. Нет ничего больнее, нежели наблюдать прекрасного трейдера по фьючерсу на индекс, пытающегося выкарабкаться из катастрофической позиции по фьючерсу на свинину. Сам трейдер ни за что не сможет объяснить, какого черта он влез в нее. Чрезвычайно важно внимательно наблюдать за рынком, на котором работаешь, понимать и чувствовать нюансы торговли на нем. Совершенно ясно, что граница, разделяющая хорошего трейдера и прекрасного трейдера, проходит через знание игроков и участников рынка, знание того, в какие моменты они открывают и закрывают позиции. С течением времени трейдеры учатся таким вещам, но только при условии тщательного наблюдения за рынком и скрупулезного выполнения «домашней работы». Одним из моих первых работодателей был отличный трейдер по имени Бинг Сунг (Bing Sung). Бинг был прирожденным гением: в 16 лет он закончил престижную Академию Филипса в Эндовере, штат Массачусетс, а в 18 лет защитил ученую степень в Гарвардском университете. К 21 году он уже был адъюнкт-профессором, преподававшим курс принятия аналитических решений в Гарварде. Я относился к Бингу как к учителю. Он обладал и ментальной силой, и прекрасным инстинктом игрока – эта комбинация превратила его в одного из самых выдающихся биржевых мыслителей из всех, кого мне посчастливилось повидать на своем веку. После занятий наукой в Гарварде он стал одним из управляющих Гарвардского Благотворительного фонда (Harvard Endowment Fund). Затем он попал на биржу, где я стал его помощником на площадке СМЕ, торгуя для него фьючерсами и опционами. Процесс работы перемежался диалогами, из которых я вынес больше, чем мне мог дать курс обучения в любом из самых лучших университетов. Я знаю лишь половину счета! Много уроков было мне преподано Бингом в эти первые годы. Я и по сей день употребляю множество «бингизмов». Подчас во время съемок в телестудии Блумберг ТВ (Bloomberg TV) или Си-Эн-Би-Си (CNBC) я ловлю себя на бессознательной тяге к красочным метафорам при описании событий. В такие моменты я всегда вспоминаю моего первого учителя. Долгие телефонные разговоры с Бингом давали мне массу информации к размышлению. Каждый раз при серьезном движении Бинг спрашивал моего мнения. В ответ на мои сообщения о рыночных потоках и технических уровнях он непременно говорил: «Джек, мой мальчик, это только половина счета. Это все равно, если бы ты сказал мне, что счет бейсбольного матча Cubs – White Sox 3)… молчание?» Помню, что растерялся, когда первый раз услышал этот комментарий. Может быть, Бинг просто капризничает? Но, в конце концов, я догадался, что он пытался дать мне знать о присутствии на рынке крупного игрока, который двигает цену – мы просто не видим его! Я объяснял ему, что наблюдаю за потоком ордеров, постоянно смотрю на табло или проверяю информацию через нашу сеть, поэтому могу утверждать, что имеет место размещение активов. В таких случаях Бинг всегда делал мне комплимент, а затем говорил: «Это пока только половина счета». Я отвечал, что, по-видимому, мне придется лучше делать домашнее задание. В ответ он смеялся и заканчивал разговор словами: «Не волнуйся, золотко, рано или поздно поймешь!». Бинг был настоящим кладезем информации. Он объяснял мне принципы мышления и действия институциональных трейдеров, рассказывал о стратегиях, лежащих в основе внутридневной волатильности. Вот один из запомнившихся мне «бингизмов»: «В справочник по трейдингу занесено более 2000 правил торговли (Бинг говорил о воображаемом «справочнике», якобы им составленном), но за всю свою карьеру я выучил только 20». Все это происходило уже более 20 лет назад. Думаю, сегодня Бинг сумел бы прочитать мне тысячу лекций по биржевой торговле, но зайди речь о правилах, он сказал бы, что вызубрил не больше 50. Однако подобные уроки не приносят результата, если трейдер не сумеет учесть их в процессе каждодневной работы. Профессионализм в игре на рынке не дается малой кровью. Как узнать полный счет? Как выполнить подготовительную работу в ситуации, когда рыночная информация не такая уж прозрачная? Подобными вопросами необходимо задаваться всем начинающим трейдерам, если они настроены действительно серьезно и не рассматривают торговлю на рынке как мимолетное увлечение. Новички бывают настолько очарованы графиками и техническими индикаторами, что полностью упускают из виду изучение действительных причин ценовых движений. Они не осознают насущной необходимости иметь доступ к источникам верной информации и то, что уши надо постоянно держать навостренными. Думаю, лучшими трейдерами надо считать тех, кто слышит и видит все, происходящее вокруг, а затем отсеивает информацию и использует ее при принятии решения. В середине октября 1987 года я был на постоянной телефонной связи с Бингом, и мы наблюдали начало обвала рынка. Для большей части трейдеров, работавших тогда на площадке, такое было в новинку. Мы никогда не сможем позабыть этих переживаний. Незадолго до этого Бинг и я здорово преуспели в открытии коротких позиций, но вскоре падение превратилось в нечто ужасающее. Уловив нотки страха в голосе Бинга, я сам испугался не на шутку. Разговор быстро перешел не на обсуждение возможных позиций, а на то, сможет ли система вынести происходящее. Не станет ли пробуксовывать экономика? Довольно скоро Бинг начал высказывать опасения по поводу всей банковской системы, от чего я заволновался еще больше. До того момента, я – трейдер 26 лет от роду – думал только о том, чтобы выиграть деньги. До меня никогда не доходило, что мы можем стать свидетелями коллапса банковской системы вследствие краха фондового рынка. К счастью для всех нас, как известно, система выдержала удар. Годы спустя появились исследования, в которых доказывалось, что систему спасли именно фьючерсы. В момент обвала они оказались единственным инструментом, посредством которого портфельные менеджеры имели возможность ограничить риски. Фьючерсы сыграли роль буфера на падающем рынке! Урок, вынесенный мною из увиденного и из моего общения с Бингом во время кризиса, заключался в необходимости не терять уважительного отношения к рынку. Он может вынести всех нас вперед ногами! Я также осознал важность домашней работы. За несколько месяцев до краха прибыльность на длинном конце кривой доходности процентных ставок (interest rate curve) поднялась до 10 процентов, что создало серьезный риск для долларов, инвестируемых в корпоративные бумаги. Бинг несколько раз указывал мне на эту угрозу, обнаруживая очередной ордер на размещение активов или отмечая рост волатильности опционных премий, задолго до разработки VIX (CBOE Volatility Index, индекс волатильности на бирже CBOE (Chicago Board Option Exchange), рассчитывается на основе SPX (Standard amp; Poor’ 500 index option), далее VIX. – Примеч. пер.). Несмотря на все эти предупреждения, я стал чувствовать рынок как трейдер лишь после того, как понаблюдал за реакцией рынка на все эти диспропорции. Метод Питера Линча Необходимость знания и понимания продукта, которым торгуешь, отнюдь не откровение, и справедливо не только в отношении фьючерсов. Питер Линч (Peter Lynch, в 80-90-х годах прошлого века стоявший во главе самого известного взаимного фонда Фиделити Магеллан (Fidelity Magellan), утверждал то же самое относительно рынка акций. Подход Линча к инвестированию является, вполне возможно, наиболее действенной методологией из всех, что может взять на вооружение обычный инвестор. Совет его прост: негоже покупать то, что не знаешь или не понимаешь! Я узнал на собственном опыте, что прогулка по торговому комплексу может принести больше пользы, чем скрупулезное изучение балансов компаний. Наблюдение за тем, что пользуется повышенным спросом у потребителя, даст вам четкое представление о превалирующих на потребительском рынке трендах, и, что еще важнее, поможет понять ситуацию с будущими доходами. Практического рода информация, получаемая с помощью наблюдений, вкупе с проверкой финансовых отчетов и ситуации с управлением компании позволит вам сформировать квалифицированное мнение касательно акций, состояния дел в секторе и во всей экономике. Что еще лучше, такой подход закладывает основу того, к чему стремятся все трейдеры – высокодоходной сделки! Я люблю рассказывать историю о том, как моя дочь Эмили обратила мое внимание на акции компании Клэйрз (Clair’s) – сети розничных продаж, пользующейся популярностью у девочек ее возраста. Эмили было 13 лет. Для нее и ее друзей магазины Клэйрз были местом, где тратились карманные деньги. Дочке был известен род моих занятий, она часто задавала мне вопросы о трейдинге. В конце концов, получив представление о сути биржевой работы, она как-то посоветовала мне вложиться в акции Клэйрз. Я считал мусором все, приносимое Эмили домой из этого магазина. По прошествии пары месяцев я понял, что не такой уж это и мусор, если столько подростков меняют его на деньги. В отчаянной попытке стать новым Уорреном Баффетом (Warren Buffett) Эмили обратилась ко мне с воззванием: «Папа, пожалуйста, послушайся меня! Я считаю, что ты обязательно должен купить акции Клэйрз, ведь это такой хороший магазин, множество людей делает там покупки!». Я погладил дочку по голове и пообещал заняться этим делом. На следующий день Клэйрз опубликовала отчет о доходах, оказавшихся выше прогнозируемых. В течение первых 10 минут торговой сессии цена на акцию взлетела на 10 процентов. Для каждого трейдера, специализирующегося на торговле акциями розничных компаний, будет весьма полезным иметь двух детей тинейджерского возраста, которые будут для него неиссякаемым источником ценной информации о потребительских привычках своего поколения. Со временем я взял себе за правило интересоваться покупками сына, дочери и их одноклассников. Таким способом я, с одной стороны, выполняю родительский долг, контролируя жизнь детей, а с другой – получаю информацию для выработки инвестиционной стратегии. Что такое фундаменталии Еще один секрет Уолл-стрит заключается в том, что большинство торгующих на рынке людей не имеют четкого представления о сути базового контракта (underlying contract), которым торгуют. Они не понимают композиции индексов и им неизвестен размер фьючерса по живому скоту, что не удерживает трейдеров от открытия крупных позиций на рынках, принцип работы которых остается для них тайной. Типичный пример. Большая часть профессиональных провайдеров ликвидности по фьючерсам на индекс S amp;P 500 – я имею в виду как трейдеров на площадке, так и тех, кто торгует через электронную систему – лишена понимания того, что лежит в основе контракта. Они не знают состава контракта и метода его перенастройки. Самые лучшие трейдеры обладают ясным пониманием фундаменталий, которые движут рынком на ежедневной основе, независимо от того, чем они торгуют в данный момент. Однажды, затронув тему знания рынка в беседе с одним из самых сильных трейдеров в Чикаго, я в ответ услышал: «Я смотрю телевизор, но мне совершенно не обязательно знать, как он устроен». Большинство обычных трейдеров и инвесторов уверены, что каждый, торгующий на биржевой площадке, является крупным экспертом в вопросе структуры денежного рынка. Абсолютно ошибочное мнение. Я часто говорю инвесторам, что их знание во многих случаях оказывается более глубоким и верным, нежели знание находящихся на торговой площадке профессионалов. Торговля на площадке намного более реальна и интенсивна по сравнению с многочасовым сиденьем за монитором. Трейдерам на площадке очень трудно действовать точно и аккуратно, ведь им приходится в одно и то же время следить за происходящим на торговой площадке и за бегущими строками на табло, где возьмет да и промелькнет заголовок, меняющий всю ситуацию на рынке. Образ мышления лемминга Во времена моего институционального брокерства судьба свела меня с двумя самыми изощренными трейдерами из мира индексного арбитража – с Винсом Маклафлином (Vince McLaughlin) и Деннисом ДеКором (Dennis DeCore). Они встретились в Merrill Lynch, когда денежным рынкам была представлена концепция фьючерсов на фондовые индексы. Индексный арбитраж извлекает преимущество из несоответствия цены фьючерса и лежащего в его основе актива. Винс и Деннис были пионерами этого дела, и со временем подняли индексный арбитраж на новые высоты. Чуть позднее мы подробно исследуем как различные методы арбитража, так и сопутствующие им побочные эффекты, влияющие на рынок в силу огромного объема арбитражных сделок. Годы, прошедшие в телефонных разговорах с Винсом и Деннисом, я считаю моими университетами. Благодаря этим двоим я обретал хорошее понимание происходящего во внешнем мире, знание о том, что влияет на фьючерсный рынок, понимание причин ценовых колебаний, возникающих вследствие тех или иных корпоративных событий, от которых фондовые индексы трясло и качало. Винс и Деннис открыли мне глаза на мир, который до этого был для меня закрыт. Ведь я делал свою карьеру в мире фьючерсов, а стихия фондового рынка была мне чужда и незнакома. Два этих мира сильно отличались друг от друга, в смысле культуры и регулятивного контроля, причем различия были возведены в ранг институциональных – со времени создания Комиссии по торговле товарными фьючерсами (Commodity Futures Trading Commission, CFTC). Вспоминая сегодня о днях, проведенных вместе с Винсом и Деннисом, я удивляюсь тому, сколь много я перенял от них в моем отношении к работе и рынку – вплоть до слов и поговорок, вошедших в мою трейдерскую плоть и кровь. Деннис, в частности, всегда смешно описывал то, что, по его мнению, было глупой сделкой. «Белая ворона» по натуре, он всегда пытался действовать вопреки сложившемуся рыночному тренду. Деннис любил наблюдать, как трейдеры двигают рынок и создают при этом атмосферу стадной паники, которая доводит цену до экстремальных значений. Он называл такие движения «прыжками леммингов». Каждый раз при сильном движении рынка в ту или иную сторону Деннис говорил мне: «Джек, лемминги опять здесь». Позвольте мне объяснить. Лемминг – грызун, имеющий репутацию склонного к суицидальным действиям. В Норвегии можно наблюдать стаи леммингов, прыгающих со скал в море. Это животное всегда ассоциировалось со стадной ментальностью безотносительно к тому, насколько деструктивен финал. Деннис любил рыночных «леммингов», поскольку возлагал большие надежды на стадные настроения. Они должны были довести цену до неадекватного уровня, что позволило бы ему открыть перспективные позиции. Он часто издевался над глупостью трейдеров, которые открывали огромные позиции лишь потому, что их сосед по площадке делал то же самое – между прочим, вполне типичная для биржевой торговой площадки ситуация. Классическим примером, иллюстрирующим ментальность лемминга, можно считать пузырь в системе NASDAQ (National Association of Securities Dealers Automated Quotation System; Система автоматизированных котировок Национальной ассоциации дилеров по ценным бумагам. NASDAQ– Примеч. пер.) образца второй половины девяностых. Никогда еще мне не доводилось видеть такое количество профессионалов, сбитых с толку происходившим на рынке акций в NASDAQ. Я знаю опытных и умных трейдеров, может быть, из числа наиболее опытных во всем мире финансов, которые на протяжении трех-четырех лет изо дня в день боролись с рынком, доведя себя до полного истощения в плане физическом, психологическом и финансовом. Когда лишь финансовый Армагеддон смог бы спасти их счета и позволил «остаться при своих». Ни о какой прибыли речь уже не могла идти. Эти люди были не зелеными новичками, а бывалыми профессионалами, остававшимися в игре 20 и более лет, полагавшими, что они имеют представления о механизмах, приводящих рынок в движение. Несколькими годами позже и на улицу, заселенную «медведями», пришел праздник, когда акции многих высокотехнологических компаний потеряли более 90 процентов своей стоимости, считая от пика, пришедшегося на конец 90-х. Именно ментальность леммингов протащила рынок до невиданных высот. Хороший трейдер, верно просчитавший ситуацию, может хорошо сыграть на таких колебаниях. Пожалуй, самое трудное для трейдера – быть «белой вороной», продавать или покупать, не считаясь с настроением толпы. Когда трейдер наблюдает за тем, как его коллеги входят в рынок, у него возникает боязнь опоздать на уходящий поезд. Вполне естественное чувство. Каждый трейдер, сумевший добиться успеха на площадке, приобретает то, что я называю трейдерским эго. Оно противится тому, чтобы прибыль оказалась эксклюзивной собственностью коллег по цеху, эго стремится ухватить кусок для себя. Главный урок, который я сумел извлечь из ментальности лемминга, заключается в том, что надо совершать свои собственные ошибки, а не заимствовать их у толпы. С какой стати я должен плясать под дудку человека, сидящего в своем офисе за тысячу миль от биржи, а не следовать своей собственной стратегии поведения, разработанной на основе наблюдений и анализа? Есть много прекрасных технарей и рыночных стратегов со сложившимся мнением по поводу направления движения рынка или воздействия геополитических факторов, но единственное, что имеет для меня значение – мое собственное мнение, сформированное в том числе и с учетом их работы. Это МОЕ мнение, которое либо принесет мне денег, либо результируется в выход из рынка с убытком. Совершай свои ошибки Я то и дело получаю звонки от людей, выступающих в роли адвокатов каких-то конкретных эмитентов или определенных стратегий. Я спрашиваю таких людей, почему они дают мне именно эти рекомендации. Исчерпав стандартный набор рекламных призывов и увещеваний, они, в конце концов, признаются в том, что единственной причиной, побудившей их дать совет, является факт присутствия названия акции или стратегии в соответствующем списке компании звонящего. Подобного рода настойчивые просьбы, я обычно отвечаю: «Большое спасибо, но я вполне способен совершать свои собственные ошибки. Я не нуждаюсь ни в Вас, ни в Вашей фирме для того, чтобы Вы делали их за меня». Меня всегда удивляла готовность людей рисковать своими деньгами, с таким трудом заработанными, покупая на них непроверенную и неполную информацию. Ирония в том, что такие скорые на руку инвесторы часто бывают образованными и довольно изощренными людьми в плане использования возможностей Интернета. Они тратят месяцы на изучение всех аспектов предстоящей покупки автомобиля, проходят многие мили в поисках достойного врача, и в то же время принимают трейдинговое решение на основе инстинктивного озарения или каприза. Слов нет, хорошего трейдера без хорошего инстинкта не бывает. Однако не подкрепленный домашней работой и анализом инстинкт есть не что иное, как интуиция постоянного клиента казино. В середине 90-х у меня был клиент, который торговал фьючерсами. Его личный торговый счет был одним из самых крупных индивидуальных счетов за всю историю моей биржевой торговли. Прирожденный игрок, он называл свой торговый счет «ходячим казино» («walking casino»). Баланс его счета выражался девятизначной цифрой, идею соотношения риска и прибыли он поймал лучше, чем кто бы то ни было, тем не менее, предпочтение он отдавал выигрышным сделкам на основе чувства, а не скрупулезного многодневного анализа. Больше всего на свете он любил выигрывать на рынке, причем радовали его не деньги, а то, что он оказывался прав. Я понимал, что столь успешный человек, сумевший сделать столько денег, не будет особенно расстраиваться из-за пары сотен тысяч зеленых, перекочевавших из графы «прибыли» в раздел «убытки». Здесь речь шла скорее о трейдерском эго, которое присутствовало при принятии каждого решения. Он испытывал чувство огромного удовлетворения при осознании своей правоты и глубокое разочарование, когда понимал, что был неправ, и надо закрывать позицию с минусом. Такие эмоции ни с чем не сравнимы! Этот человек выигрывал и проигрывал миллионы, когда работал со мной, но и сейчас он скажет, что наслаждался каждой минутой работы на бирже, поскольку все решения принимал самостоятельно. Для людей, преуспевших в других сферах бизнеса, фьючерсы обладают магнетической привлекательностью. Однако для того, чтобы прочувствовать действие, им совершенно необходимо провести аналогию между их основным родом деятельности и торговлей фьючерсами. Между прочим, одно из самых лучших описаний торговой площадки я услышал из уст этого самого клиента, который наблюдал за торгами, стоя рядом со мной на площадке. Он видел, как поступают заказы, и как трейдеры реагируют на них. Простояв в молчании минут 15, он повернулся ко мне и сказал: «Ах, это так похоже на торговлю запчастями к автомобилям». Я посмотрел на него в недоумении. «Видишь ли, Джек, – сказал он, – я раздавал клиентам колесные колпаки бесплатно, пока кто-то не спросил меня, сколько они стоят. С тех пор они стоят 10 долларов за штуку». Его сравнение фьючерсного рынка с торговлей запчастями, на которой он заработал миллионы, начав фактически с нуля, было неожиданным, но абсолютно блестящим! Он сказал, что по мере возрастания спроса на колесные колпаки цена на них шла вверх. Когда же спрос упал вместе с модой на использование колпаков, цена покатилась вниз. То же самое и на бирже. Его догадка была открытием очевидного! Она показала мне то, что заглушалось шумом площадки. Кристально ясный урок! Глава 2 Много званых, но мало избранных На голосовом рынке существовал свой собственный этикет – набор поведенческих правил, которые регулируют торговую активность на данной площадке. Трейдеры, совершившие поступок, не соответствовавший правилам, принятым на их площадке, обычно становились «невидимыми» для заполнявших ордера брокеров. Серьезным нарушением этикета считалось, когда трейдер, видя, что кто-то из его коллег пытается купить или продать ордер, перехватывал сделку или, что еще хуже, уже «созревшую» прибыль. Мои самые ранние трейдерские воспоминания связаны с постоянными перебежками от здания СВОТ до СМЕ и обратно. Мне запомнились два старых трейдера, затеявших перебранку. Вскоре ссора достигла такого накала, что непристойности полились рекой. Невысокий полный джентльмен лет пятидесяти обвинял другого господина в краже сделки. Слово за словом, коротышка размахнулся и врезал коллеге так сильно, что тот полетел на пол. Из карманов упавшего трейдера полетели во все стороны карандаши, бумаги, карточки заказов. В принципе, это зрелище не должно было меня смутить – я вырос в не самом благополучном районе на крайнем севере Чикаго. Тем не менее, было неприятно наблюдать за дерущимися, словно школьники, мужчинами, каждый из которых был старше моего отца. Когда прибежали сотрудники службы безопасности биржи, я стал невольным свидетелем разговора, из которого выяснил, что виновнику инцидента придется, в соответствии с правилами дисциплинарного кодекса биржи, уплатить штраф в размере около 500 долларов. В наши дни физическая агрессия может обойтись трейдеру в 30 тысяч долларов, плюс отстранение его от торговли на несколько месяцев. Наиболее вопиющие случаи приводят к изгнанию с площадки. В конце 70-х времена были иными, тогда еще на бирже царили обычаи сельских клубов. Получив от охранников информацию о размере грозившего ему штрафа, коротышка достал из кармана пригоршню стодолларовых купюр и бросил их на распростершееся тело поверженного врага. Один из охранников заметил, что количество купюр явно превышало сумму возможного штрафа, и не преминул сообщить об этом агрессору. «Берите все деньги, – ответил тот, – все равно, как только этот сукин сын поднимется, я его опять ударю». Увиденное оказалось для меня откровением. Помню, что я задался вопросом, достает ли мне качеств для занятия этим бизнесом? Я чесал затылок и пытался сообразить, хватит ли во мне агрессии разозлиться на кого-нибудь… за что-нибудь? Вне всякого сомнения, каждодневная работа на рынке и успешная биржевая карьера, складывающаяся на фоне организованного хаоса, требует определенного личностного типа. Могу сказать, что в тот день у меня на многое открылись глаза, когда я узнал, что деньги интенсифицируют эмоции в большей степени, нежели что-либо иное, за исключением религиозного фанатизма. Какими качествами должен обладать хороший трейдер Рынок выявляет худшее и лучшее в человеке, ибо торговля на бирже и постоянный риск капиталом рождают целый букет мощных эмоций довольно грубого свойства. Истинная суть человека выходит на поверхность, когда он или она сталкивается с болезненной проблемой закрытия убыточной позиции или принимает решение о входе в рынок. Трейдерская порода необычна. Суеверные по природе, некоторые работающие на площадках трейдеры известны тем, что годами носят одни и те же «счастливые» туфли или галстуки. Даже я ловил себя на желании проходить через один и тот же турникет или выпивать чашку кофе в определенном месте. День считался неполноценным, если не удавалось придерживаться заведенного ритуала. Так, каждый раз перед тем, как предстать перед телекамерами, – а случается это раз 15 в неделю – я прохожу на свое место на торговой площадке, откуда я делал бизнес в течение 15 лет. Стоя рядом с Джоном Скэрневеком (John Scarnavac), Эдрианом Берном (Adrian Byrne) и другими моими коллегами, я наблюдаю за рынком и новостями. Я чувствую, что для лучшего ощущения рыночного пульса, для того, чтобы дать телезрителям более верное представление о происходящих событиях, мне надо находиться в контакте с трейдерами и брокерами, ответственными за развитие ситуации. Скальперы Невозможно вникнуть в особенности характера трейдера без понимания того, что на свете существуют различные типы торговли. Личностная характеристика трейдера, который скальпирует рынок на внутридневной основе, сильно отличается от типа личности спредера, берущего на себя намного меньшие риски, пытающегося заморозить прибыль посредством противопоставления и взаимного уравновешивания рисков, присутствующих на различных рынках или в его секторах. В то же время личность скальпера (scalper) или спредера (spreader) совсем не похожа на личность позиционного трейдера. Все эти различные типы трейдеров обладают специфическими личностными качествами, которые позволяют их обладателям успешно заниматься своим делом. Общее в том, что на биржевой площадке успех от поражения отделяет способность к ментальной стойкости и психологическая выдержка. В этом трейдеры походят на спортсменов-профессионалов. В последние годы я пришел к выводу, что из спортсменов получаются прекрасные трейдеры. Примеров тому немало. Объяснить этот феномен нетрудно. Спортсмены хорошо тренированы как физически, так и ментально, они привыкли переносить нагрузки и стрессовые ситуации. У них нет иллюзий относительно того, что их профессиональный статус определяется не всей историей выступлений, а тем, как они сумели проявить себя в последнем сезоне, а в некоторых видах спорта – в прошлом матче. Мир спорта не склонен прощать неудачи, в этом он похож на мир трейдинга. Спорт и трейдинг Итак, никого не должно удивлять, когда покинувшие профессиональный спорт спортсмены пробуют свои силы на торговых площадках. Для них биржа является местом, где они могут трансформировать наработанные навыки самодисциплины и энергию в методологию трейдинга и контроль над своими действиями, без которого нельзя представить себе успешного трейдера. Наиболее успешными трейдерами становятся бывшие теннисисты и хоккеисты. Одно из объяснений в том, что их с раннего детства учат действиям как в атаке, так и в обороне. Переходя в наступление, они не перестают думать о защите. Обороняясь, они рассматривают возможные варианты атаки. Таков их подход к игре, который очень помогает им и в трейдинге. Сегодня на биржах работает много бывших теннисных профессионалов и полупрофессионалов. То же относится и к игрокам в хоккей, которые на торговой площадке действуют с не меньшим успехом, нежели на площадке ледовой. Одни из самых лучших трейдеров за всю историю существования торговой площадки фьючерсами на индекс S amp;P 500 пришли из спорта. Семья Хьюзов (Hughes) – Джордж, Джек и Джим (George, Jack, Jim); Трой Мюррей (Troy Murray); олимпийский чемпион Джек O’Каллаген (Jack O’Callaghan) и Марк Плэнтери (Mark Plantery) – вот далеко не полный список бывших хоккеистов, преуспевших на бирже. Марк Плэнтери и Джордж Хьюз с первых дней работы на площадке отличались бесстрашием и полным манкированием бычьей тактики, которая в то время была в моде. Они принесли с собой образ мыслей, сформировавшийся в годы их спортивной карьеры. Этот тип мышления идеально подходил для преодоления чувства страха перед торговлей. До того, как стать трейдером, Плэнтери около шесть лет играл в НХЛ и один сезон в Италии. Он выступал за Виннипег (Winnipeg), будучи защитником, специализировался на игре в меньшинстве. Я с благоговением слушал, как он и другие бывшие хоккеисты рассказывали о том, как они сражались против выдающихся игроков современности, включая великого Уэйна Гретцки (Wayne Gretzky). Среди массы трейдеров Плэнтери всегда выделялся эмоциональной отстраненностью, которую сохранял в самые напряженные моменты торговли. Марк не был самым крупным трейдером, в смысле размера средств под его управлением, но он брал свое благодаря упорной работе и решимости. Именно эти качества и превратили спортсмена в успешного трейдера. Можно было сколько угодно заглядывать ему в глаза – все равно никогда нельзя было угадать, проиграл он сегодня или выиграл. С самого начала было ясно, что это особенная личность. В первый же день самый агрессивный из всех трейдеров на площадке кинулся в его сторону, сжав кулаки и изрыгая проклятия. Не отступив ни на йоту, Плэнтери остановил нападавшего одним взглядом, после чего сказал ледяным голосом: «Можешь ударить, но придется сильно постараться… После ударю я». Засим последовало долгое и неловкое молчание. Но все уже было решено. Агрессия была пресечена, более того, Плэнтери утвердился в качестве человека, с которым лучше не связываться. Однако мужчиной его делало не только бесстрашие. Он аккуратно и четко выполнял всю подготовительную работу к каждой торговой сессии. Каждый раз, видя, как Марк изучает графики и заголовки газетных сообщений, я представлял его, смотрящим запись матча команды, против которой ему предстояло играть. Хьюз же, напротив, был воплощением скорости и решимости. Выпускник Гарварда, он использовал хоккейный опыт для развития бешеной скорости и интенсивности работы, благодаря чему и стал одним из лучших трейдеров на площадке фьючерсов на индекс S amp;P 500. Он с такой стремительностью влетал в рынок и выскакивал из него, что подчас длительности открытой позиции ему не хватало на запись в торговом билете. Не стоит думать, что сказанное распространяется на всех спортсменов. Это не так. Высокие и массивные атлеты на торговой площадке пользуются всего лишь одним преимуществом перед остальными, в буквальном смысле возвышаясь над массой, они более заметны брокерам, которые заполняют ордера. Так или иначе, факты свидетельствуют о том, что именно бывшие теннисисты и хоккеисты лучше других приспосабливаются к новому окружению и становятся хорошими трейдерами. Мышление великих игроков в теннис и в хоккей чем-то напоминает мышление шахматистов, рассчитывающих свои действия на несколько ходов вперед. Теннисистов учат автоматическому предвидению развития хода событий на два-три удара по мячу. Хоккеистам же приходится играть как в обороне, так и в нападении, независимо от их номинальной специализации. Однако хорошие трейдеры выходят не только из спортсменов. Среди успешных трейдеров можно обнаружить в прошлом строительных рабочих, электриков, мойщиков витрин и компьютерщиков. Бесконечный список профессий, брошенных белыми и синими воротничками ради возможности испытать счастье победы на фьючерсном рынке. Биржевая торговая площадка – одно из немногих мест в мире, где рядом стоят выпускник Гарварда, бывший водитель грузовика и экс-спортсмен, причем все они имеют, в общем-то, одинаковые шансы на успех. Усреднение убыточной позиции Начинающим трейдерам и «инвестиционной общественности» недостает понимания того, что личность трейдера влияет на используемый им метод торговли. К примеру, бывшие спортсмены часто становятся скальперами, потому что скальпирование на рынке не обходится без огромных затрат энергии. Скальперы находятся в рынке всего несколько секунд. Говорят, что скальпер, который продержал позицию дольше двух минут, влюбляется в нее и должен будет испытать всю прелесть обладания позицией, открытой без должной подготовки и анализа. Общераспространенная ошибка скальперов-новичков – открытие новых позиций в дополнение к ранее открытой позиции, которая находится в минусе. Таким образом они пытаются удержать среднюю цену позиции, несмотря на движение цены в неблагоприятном для них направлении. Очень часто трейдеры продолжают открываться в заранее заданном направлении, успевшим стать убыточным. Они стремятся выбраться на уровень безубыточности, а если повезет, то и закрыться с маленькой прибылью. Это называется усреднением убыточных позиций. Впервые сойдя на площадку, я повстречал там старого и мудрого человека, которого звали Сэм. Он относился ко мне с симпатией. Я все время пытался рассмешить Сэма, рассказывая ему шутки и анекдоты. Зная, что я новичок, он по утрам подходил к моему рабочему столу и задавал вопросы о предстоящем выходе экономических данных в надежде на то, что я рано или поздно начну обращать внимание на нужные индикаторы. Торгуя, я замечал на себе взгляд Сэма, наблюдавшего за мной из своего угла площадки. В конце моей первой рабочей недели Сэм – мой новый гуру – отвел меня в сторонку и сказал: «Джек, ты же армянин, верно? Не забывай, мой мальчик, что усреднение убытков убило больше армянских трейдеров, чем турки». Сказав это любящим тоном, он отошел прочь. Я не знал, что и подумать. Я был в шоке, потому что до этого момента занимался только усреднением позиций в минусе. Он видел, как я добавляю позиции одну за другой. Я открыл подряд четыре позиции, и все они были убыточными. В итоге я закрылся в минус. Логика моих действий основывалась на возможности отката, который позволил бы мне избежать потерь и закрыться по нулям. Задумайтесь, насколько глупый посыл! Да, я был неопытным трейдером, но, тем не менее, я провел несколько лет рядом с площадкой, пока не заимел счет. Поэтому мысль о том, что я совершил типичную для новичка ошибку, терзала мое сердце и хрупкое трейдерское эго. Замечание Сэма стало для меня хорошим уроком о соотношении риска и доходности. Нет смысла добавлять к плохим позициям еще такие же, увеличивая тем самым риск. Так нельзя торговать на рынке. Прирожденные трейдеры Про некоторых скальперов, которых я знал, вполне можно сказать, что они родились трейдерами. Квинтэссенцией этого понятия может служить Дональд Слайтер (Donald Sliter). Он вырос по соседству со мной в Роджерс Парке, в рабочем районе на севере Чикаго. Дональд считался там крутым парнем. Но в нем всегда было что-то, отличавшее его от остальных. Он был умнее. Когда его друзья лезли в бой, он всегда пытался разнять дерущихся. После попойки в баре он растаскивал товарищей по домам. Недостаток формального образования у Слайтера компенсировался прирожденным даром – наличием рыночного инстинкта. Не думаю, что ему было бы легко ответить на вопрос, благодаря каким качествам он преуспел на бирже. Его философия трейдинга основывалась на частоте совершения сделок. Было загляденьем наблюдать Дона за работой. Он играл на потоке ордеров, будто на скрипке. Из-под его смычка лилась прекрасная музыка, каждый аккорд которой был отдельным скальпом, закрывавшимся с прибылью. Он любил говорить, что весь рынок предпочитает торговать, отталкиваясь от уровней поддержки и сопротивления. Не понимая при этом, что между этими уровнями находятся сотни возможностей для прибыльных сделок. Именно такого рода мысли присущи скальперам. Позиционному трейдеру подобное не придет в голову. Главное качество скальпера – полная индифферентность по отношению к деньгам. При подведении итогов сессии скальперы говорят не о выигранных или проигранных долларах и центах, а о «тиках» (tick – минимальное изменение цены. – Примеч. пер.). Конечно, за любым «тиком» стоят конкретные доллары, но, быть может, безразличие к деньгам необходимо для людей, работающих с отвлеченными умозрительными величинами. Мой старый наставник Бинг Сунг часто повторял, что, скальпируя рынок, надо оставлять мозги дома. Если скальперы будут много думать над сделками, они вообще не смогут торговать. Скальперам совсем не обязательно думать об отвлеченной стоимости позиции и о риске, связанном с трейдингом. Самые лучшие из них, включая Слайтера, ставят свою активность в зависимость от частоты потока клиентских заказов и внутридневной ликвидности рынка. Любой скальпер скажет вам, что своим успехом он обязан в первую очередь нахождением на торговой площадке, в месте, где выявляется цена. Это и есть главная причина, дающая скальперам возможность открытия крупных позиций. В последние годы многие рынки, включая рынки фондовых индексов и фьючерсов по государственным облигациям, испытали на себе последствия популярности электронного трейдинга, вследствие чего уменьшилась роль физических площадок, как географических центров выявления цены. Что же случилось с биржевыми трейдерами после того, как биржевая торговля эволюционировала в направлении электронных платформ? В повестку дня многих ветеранов прежнего рынка стал вопрос выживания, они попытались переквалифицироваться в трейдеров электронных площадок. Они трансформировали скальпирование в иной вид искусства. Многие из постоянных «жителей торговой площадки» покинули ее и занялись спредами между е-мини (фьючерсные контракты с меньшими маржевыми требованиями по отношению к стандартным контрактам, торгуются через электронные платформы. – Примеч. пер.) и большими контрактами на индекс S amp;P 500. Следствием чего стало создание нового потока ликвидности. Что еще важнее, эти трейдеры начали применять привычную для них технику скальпирования, которой они овладели на голосовых площадках, при работе с еще большими объемами, причем на разных рынках. С платформ они входят в рынок не так часто, как на торговой площадке, зато теперь они работают одновременно на многих рынках, и эта диверсификация помогает поиску высокодоходных сделок. Спрединг Мир спрединга отличен от всех остальных торговых методологий. Спредером называют трейдера или инвестора, пытающегося извлечь прибыль из ценового несоответствия, дифференциала, который может образовываться на разных рынках. Некоторые специализируются на межрыночном спреде (intermarket spread) – разнице цены между двумя календарными месяцами поставки, другие работают по внутрирыночному спреду (intramarket spread), одновременно покупая и продавая два совершенно разных контракта. Например, внутрирыночным спредером считается трейдер, торгующий фьючерсом на свинину против фьючерса на живой скот, или фьючерс на индекс S amp;P 500 против фьючерса на индекс NASDAQ. Например, межрыночный спредер торгует фьючерсом на живой скот с поставкой в августе против фьючерса на тот же живой скот, но с поставкой, скажем, в сентябре, или декабрьским контрактом на индекс S amp;P 500 против контракта на индекс S amp;P 500, истекающего в марте. Межрыночный спред позволяет извлекать прибыль из сезонных корректировок контракта, а внутрирыночный спред базируется на ценовом дифференциале различных рынков. Спрединг получил распространение в 60-е годы, вместе с ростом популярности контрактов на живой скот. Одним из первопроходцев спрединга считается Джо Сигел (Joe Segal), работавший на сельскохозяйственных торговых площадках в Чикаго. Джо был хорошим маркет-мейкером, внесшим свой вклад в науку биржевой торговли. Суть его открытия заключалась в возможности работы по дифференциации цены фьючерсов с различными месяцами поставки. До Сигела никто не рассматривал спрединг в качестве действенного метода трейдинга. Более того, к нему относились с недоверием, считая лишь субпродуктом стратегии, целью которой было повышение эффективности рынка. Побочным, но крайне важным следствием развития спрединга стала мгновенная ликвидность. Трудно сказать, в каком состоянии были бы рынки без спредеров, которые приносят на рынок колоссальные объемы. Дополнительным импульсом к развитию спрединга стало введение валютных фьючерсов, быстро ставших лидерами отрасли. По мере того как финансовые фьючерсы набирали обороты в 70-х годах, трейдинг валютными фьючерсами становился все более популярным. Но даже опытные валютные трейдеры в большинстве своем не понимают того, что любая валютная сделка является, по сути, спредом. Дифференциал между валютами – швейцарским франком и евро, евро и йеной, йеной и британским фунтом, долларом США и любой валютой, какой вашей душе угодно – стал прекрасной возможностью развития валютного рынка (Forex, Foreign exchange). Спрединг является искусством, эволюционировавшим во множество стратегий. Он помог созданию огромного пула ликвидности на всех рынках и сыграл немаловажную роль в деле популяризации фьючерсов среди институциональных потребителей. Одним из секретов торговых площадок можно считать уникальность спрединга и личности спредера. Спредеры являются людьми, у которых отсутствует какая-либо предрасположенность к риску. Спредеры и опционы От спредеров можно часто услышать, что они присутствуют на рынке отнюдь не для того, чтобы брать на себя риски. Это довольно странный комментарий из уст людей, чья профессия – трейдинг, но реальность такова, что большинство спредеров действительно не берут на себя больших рисков. Вместо этого они изыскивают возможность получения прибыли, которую мгновенно фиксируют. Опционных трейдеров по сути можно считать спредерами. Мало кто из маркет-мейкеров, стоящих на площадке, где торгуются опционы на индекс OEX или SPX (OEX – фондовый индекс Standard amp; Poor’s 100; SPX – фондовый индекс Standard amp; Poor’s 500. – Примеч. пер.) на Chicago Board of Options Exchange (Чикагская биржа опционов, далее СВОЕ. – Примеч. пер.), спекулирует путами или коллами. Они, пожалуй, занимаются тем же, что и фьючерсные спредеры. Они выискивают ценовые отклонения, на которых можно заработать, и снижают риск, используя другой рынок или другую страйковую цену. Возможно, самой важной характеристикой типа личности спредера является его способность к быстрому мышлению. Скорость мыслительного процесса исключительно важна для трейдера опционами. Среди моих клиентов были трейдеры, работавшие на компанию Купер Неф (Cooper Neff) – деривативную компанию из Пенсильвании. Со временем компания Купер Неф превратилась в одну из лучших опционных компаний на Уолл-стрит. Произошло это благодаря передовому технологическому обеспечению и прекрасной команде интеллектуалов-трейдеров. Они разработали хороший метод набора персонала. Желающим поступить к ним на работу предлагался тест, в который были включены задачи по логике и математике. Обычно на выполнение теста давался один час, но компания Купер Неф требовала от соискателей рабочего места сдать его за 5-10 минут. Задачей теста было выяснить скорость мышления и оценку ситуации. Речь шла не об оценке знаний, а о том, сколь быстро работают их мозги. Компания Купер Неф при найме сотрудников делала ставку на мобильность рассудка и гибкость мышления. Худшее, что может позволить себе спредер, – это иметь собственное мнение относительно направления рынка. Самые лучшие в мире спредеры обладают наихудшей интуицией, когда речь заходит о будущем движении цены. Винс и Деннис, мои старые друзья и клиенты, которых я считаю одними из лучших индексных арбитражеров в мире, любили повторять, что, приходя по утрам на биржу, они оставляют свое мужское начало в запечатанном сосуде в раздевалке (я полагаю, уходя, они забирают его обратно). Тем самым они хотели сказать, что работают не для того, чтобы брать на себя непросчитанный риск. Еще одной серьезной фирмой по торговле опционами является компания Кей Си-Си Оу (KC–CO), которая поднялась чуть ли не с нуля в 80-е годы. Эта чикагская компания специализируется на биржевых опционных продуктах. Она была основана Кеном Хэгером (Ken Hager), одним из старейших трейдеров по опционам на фьючерсный индекс OEX на СВОЕ. Довольно быстро компания выросла настолько, что в ней работало примерно 80 трейдеров. Позже компания была куплена британским институционалом Эс. Джи. Варбург (S.G.Warburg). Покупка пришлась на время, когда крупнейшие игроки пришли к выводу о том, что, чтобы выжить, им требуются наиболее изощренные системы анализа рисков. В период с 1987 по 1992 годы маленькая региональная система торгового дома превратилась в глобальную институциональную методологию. Затем компания S.G.Warburg слилась с компанией Свис Банкорп. (Swiss Bancorp.), что привело к регулятивным сложностям, благодаря которым компания KC–CO смогла выкупить себя обратно. Обратный выкуп позволил первоначальным партнерам-основателям восстановить технологическое преимущество и перегруппировать прекрасный человеческий капитал, имеющий опыт торговли по всему миру. Соединение двух этих факторов позволило компании превратиться в игрока гигантского масштаба. Базирующаяся на количественном анализе методология, используемая KC–CO, Cooper Neff и другими успешными компаниями, специализирующимися на торговле деривативами, представляет именно тот тип техники, который до сегодняшнего дня используется во всех крупных банках и финансовых институтах. На биржевых площадках опционных трейдеров и многих спредеров называют «квант джоками» (“quant jocks” – жаргонное прозвище математиков. – Примеч. пер.), ведь в большинстве случаев они принимают торговые решения на основании математических выкладок, интуиция здесь не работает. Некоторые фьючерсные трейдеры воспринимают это жаргонное прозвище как оскорбление. Другие считают его проявлением зависти. Я принадлежу к последним, ибо смотрю на «квант джоков» именно с завистью. Мне по душе осознавать, что есть люди, способные при взгляде на цифры просчитать возможные риски. Многим из нас хотелось бы, чтобы наши мозги работали также быстро, как компьютер! Сказать о том, что личность позиционного трейдера уникальна, было бы преуменьшением. Позиционные трейдеры, в дополнение к дневной торговой активности, находящей отражение в балансах их счетов, являются также и инвесторами. Многие трейдеры, имея основную позицию, все время торгуют «вокруг» нее, что позволяет им улучшить цену по позиции. Например, хороший позиционный трейдер открывает в качестве основной длинную позицию (long position, позиции, открытые в расчете на повышение цены. – Примеч. пер.). В продолжение торговой сессии он много раз выходит из нее и снова входит, стремясь постоянно держать позицию открытой. Темперамент скальперов, спредеров и арбитражеров должен отвечать требованиям, предъявляемым соответствующим видом трейдинга. Высокоэнергичные и взрывные скальперы обладают чертами, в наибольшей мере подходящими для их стиля торговли. Однако эти же самые черты оказались бы гибельными для спредеров и арбитражеров, чья профессиональная судьба зависит от способности концентрации и систематического поиска математических аномалий. Одной из самых сложных задач в процессе обучения трейдингу является достижение понимания того, сколь разнятся типы трейдеров. Все, торгующие на рынках, даже принадлежащие к одной и той же категории трейдеров, отличаются друг от друга в подходе к решению наитруднейшей задачи: к принятию решения об открытии позиции. Как вам уже должно быть известно, великие трейдеры-маркет-мейкеры являются источником чистой энергии. Если это так, то в венах «настоящего» позиционного трейдера течет ледяная вода. Если бы мне дозволено было решать, какие трейдеры являются самыми лучшими в нашем бизнесе, я бы остановился на позиционных трейдерах. Лучше всего это мне объяснил один из самых богатых людей, которых мне довелось повстречать. На мой вопрос, как ему удалось скопить 300 миллионов долларов, он ответил, что важно было найти подходящую лошадь… и продолжать скакать на ней, пока она не пала! Поначалу я не понял смысла фразы, но потом догадался, что он хотел сказать. Для того чтобы сделать состояние, инвестору требуется долгосрочное видение и смелость, которая позволит ему вложить в дело деньги и материализовать свое видение. Если это видение верно, придерживайся его и успех придет. Очень трудно открывать любую позицию. Позиционные трейдеры Уровень энергии у них почти нулевой. Они открывают пассивную позицию, после чего сидят и смотрят на нее. Правила, которым они следуют, просты, и новичкам быстро становится известно о них: «не добавляй к убыточной позиции, добавляй только к выигрышной», «не наращивай убытки», «позволяй расти прибыли». Ничего сложного для понимания здесь нет, эти правила известны любому, в чьи жизненные планы входит стать фьючерсным трейдером. Другое дело, что только единицы из миллионов людей, торгующих по всему свету, станут настоящими трейдерами. Многие позиционные трейдеры скажут вам, что с выигрышной позицией управиться намного сложнее, чем с убыточной. Не так трудно понять, когда следует выйти из убыточной позиции, ограничив риск на определенном уровне, в то время как выигрышная позиция содержит некий элемент неизвестности. Лучшие позиционные трейдеры никогда не входят в рынок, не отдавая себе отчета в том, чего именно они ожидают от сделки. Дисциплинированные инвесторы понимают, что размещение стоп-ордеров на убытки является важной частью действенного управления деньгами, но когда открытая позиция находится в плюсе и, что еще важнее, когда они открывают новые позиции в дополнение к уже существующей, возникает новая ситуация в плане норм риск-менеджмента. Начинающим трейдерам сложно усвоить все эти тонкости, ведь самое простое – это открыть позицию и держать ее. Намного труднее достичь стабильности результатов, когда открываемые позиции раз за разом выходят в плюс. Стив Хелмс (Steve Helms) – один из лучших позиционных трейдеров на чикагских рынках. Выходец из Северной Каролины, Хелмс приехал в Чикаго после окончания университета Дэвидсон с намерением утвердиться в мире товарного трейдинга, к которому имел отношение еще в родном штате. По приезду он располагал довольно скромными средствами, однако быстро пошел в гору, став одним из лучших позиционных трейдеров по сельскохозяйственным фьючерсам на СМЕ. Хотя позже Хелмс и переместился на площадку фьючерса на индекс S amp;P 500, у него всегда было открыто одновременно несколько позиций на различных рынках. Хелмс стал прекрасным трейдером благодаря способности эмоционально отстраняться от трейдинга. Я провел многие часы, беседуя с ним, но мне так и не удалось ни разу поймать его взгляд. Глаза Хелмса постоянно блуждали по линиям котировок на табло Кватрона (Quotron – электронная брокерская система. – Примеч. пер.). Сила Хелмса как трейдера заключалась в глубоком знании рынка и терпении, помноженным на интуицию игрока. После открытия позиции трейдеры уже не могут смотреть на рынок взглядом стороннего наблюдателя. У них есть мнения, они сформировали их на базе анализа и, что намного важнее, они решились проверить действенность мнения, поставив на него деньги. Отличие Хелмса и других успешных позиционных трейдеров от общей массы в том, что они, открыв позицию после тщательно выполненной подготовительной работы, остаются настолько объективными по отношению к рынку, насколько это вообще возможно для человека. Это не только вопрос разработки методологии, базирующейся на комбинации технического анализа и фундаментальных факторов, – здесь требуется интуитивное понимание рынка. Многие позиционные трейдеры, разработав удобоваримый торговый план, учитывающий технические факторы и соответствующие фундаменталии, все-таки отказываются от его реализации, потому что интуиция не позволяет им это сделать. Все успешные трейдеры скажут вам, что предпочитают воздерживаться от явно напрашивающихся сделок, если ощущают некую угрозу на интуитивном уровне. Возвращаясь к фразе Бинга о том, что, занимаясь скальпированием, лучше оставлять мозги дома, я могу сказать, что для позиционного трейдера верно обратное. Ваши мозги работают в полную силу, когда открыта позиция. Заснув за рулем, вы рискуете угодить в аварию. Многие хорошие позиционные трейдеры говорили мне, что после возвращения домой они продолжают отслеживать цены по компьютеру. Они слушают телевизионные выпуски деловых новостей ранним утром и наблюдают за развитием событий на зарубежных рынках, когда все мы спим. Они подкарауливают новость, способную изменить течение событий на рынке. Хорошим примером служит речь бывшего председателя ФРС Алана Гринспена (Alan Greenspan), в которой он упомянул о «безрассудном воодушевлении» (“irrational exuberance”). В момент произнесения речи на рынках царила настоящая эйфория, быки правили бал, медведей нигде не было видно, а денежная политика властей выглядела убедительной. Короче говоря, рынок не был готов к таким словам. Председатель Гринспен, может быть, был прав в долгосрочной оценке ситуации, но предупреждение оказалось слишком уж ранним. Мы видели, как рынок мгновенно среагировал вниз, но провал оказался кратковременным. Рынок немедленно развернулся, после чего мы стали свидетелями бычьего рывка воистину грандиозных масштабов. Длившееся четыре года ралли подняло фондовые индексы S amp;P 500 и NASDAQ 100 до рекордных максимумов. Позиционный трейдер, отслеживавший реакцию на «безрассудное воодушевление», сообразил, что из реакции рынка можно сделать определенные и далеко идущие выводы. Истина состояла в том, что рынок не хотел идти вниз. Это должно было стать ясным предупреждением для всех, кто собирался продавать. Лучшие трейдеры поняли все: когда председатель ФРС говорит тебе, что акции немного переоценены, после чего рынок все-таки идет вверх, медведям лучше не высовываться! Много проницательных трейдеров сколотили себе состояния в последующие два-три года, потому что догадались о наступлении беспрецедентного по длительности периода роста корпоративных доходов в результате феномена 2000 года (Y2K). Опционные трейдеры В отличие от позиционных трейдеров, трейдеры опционами (если они не спредеры) по своему подходу к рынку напоминают роботов. Работающие на биржевой опционной площадке маркет-мейкеры проводят торговую сессию, уткнувшись носами в кипы бумаг с указанием цены по каждому страйку. Все трейдеры заняты изучением таблиц стоимости различных опционов и цен базовых инструментов. Другими словами, по таблицам определяется изменение значения опционной премии при движении рынка вверх или вниз. В таком трейдинге направление движения рынка отступает на задний план, и на авансцену выходят математические подсчеты. Мало кто знает о том, что группы торговцев опционами имеют своих людей на каждой опционной площадке и на каждом электронном рынке, дабы иметь полную информацию об интересующих их инструментах. Все серьезные фирмы представлены на опционных площадках как игроки на фондовые индексы S amp;P 500, OEX и SPX. ETF’s – это биржевые фонды (exchange-traded funds, ETF, см. далее), поведение которых влияет на другие рынки. Опционные трейдеры и их фирмы всегда пытались развить технологическую составляющую трейдинга до пределов, допускаемых биржами. Трейдинговые группы, подобные той, что я описал выше, хотели бы максимально компьютеризировать процесс торговли, что позволило бы их трейдерам мгновенно оценивать изменения в позициях. При движении рынка на используемых опционными фирмами переносных мониторах тут же отражаются все изменения по позициям и концентрация заказов на определенных страйках. В этих фирмах часто проводятся утренние совещания, на которых менеджеры и трейдеры согласовывают стратегию группового поведения. Такие совещания важны не только в информативном плане, но и как возможность коллективного мозгового штурма. Смысл совещаний – выработка линии поведения в случае неблагоприятного развития событий. Важно помнить о «роботообразном» характере работы опционных трейдеров, тщательно рассчитывающих все свои позиции. Метод их работы нацелен на фиксирование прибыли, уход от рисков, но в то же время они стремятся к тому, чтобы извлечь максимально возможную прибыль из значительных движений котировок. Опционные трейдеры являются финансовыми инженерами наших дней. Почти все современные финансовые и структурные продукты своим происхождением обязаны опционам. Многие опционные трейдеры, в конце концов, оказываются в штате международных финансовых корпораций, в которых занимаются торговлей комплексными внебиржевыми инструментами, стоимость контрактов по которым достигает астрономических величин. Как правило, контракты по этим внебиржевым инструментам заключаются между двумя квалифицированными институциональными инвесторами. В последние годы их значение возросло настолько, что они сумели занять важную нишу в сфере финансовых услуг. Интересно, что любой опционный трейдер или маркет-мейкер скажет вам, что нарабатывает свою прибыль за счет чужих хеджевых позиций, ведь клиент, желающий открыть позицию по опциону, или институциональный инвестор, решивший включить в свой инвестиционный портфель опционный инструмент, обычно делает это в форме хеджевой позиции. Опционные маркет-мейкеры живут за счет именно таких хеджевых позиций, исполняя заказы по ним. Без хеджеров мир опционов не был бы прибыльным. Очень редко по крупным институциональным ордерам открываются спекулятивные позиции. Во многих случаях – в особенности это справедливо по отношению к опционам по евродоллару на СМЕ, охватывающим короткий отрезок кривой доходности, – опционы используются для формирования «шапки и воротника». Это позволяет ипотечным и финансовым компаниям использовать кредиты с плавающей процентной ставкой. Нельзя не согласиться с тем, что опционы на евродоллар были созданы именно для этого. Смысл существования фьючерсного рынка – предоставление конечному потребителю дополнительных возможностей риск-менеджмента! Трейдерская натура Единственное, что объединяет разные типы трейдеров – скальперов, спредеров, позиционных трейдеров и трейдеров опционами, – все, преуспевшие в этом деле, обладают пониманием того, какими качествами должен обладать трейдер, способный на выживание. Торгующие на голосовом рынке скальперы двигают цену коллективными усилиями всего сообщества. Лучше всего это видно на примере нью-йоркских рынков: они до сих пор придерживаются луддистской ментальности, противясь всем электронным нововведениям. Если настрой площадки оказывается слишком бычьим или медвежьим, рынок реагирует соответствующим образом. Позиционный трейдер стремится воспользоваться ценовым отклонением, образующимся при чрезмерной концентрации трейдеров на одной из сторон. Как правило, он продает на бычьем рынке и покупает при обвалах. Спредеры, напротив, двигают одну из «ног» или сегмент рынка, в зависимости оттого, что происходит с другой «ногой» спреда. Так, при происходящих четыре раза в год переходах в момент экспирации текущего фьючерсного контракта по индексу S amp;P 500 на контракт следующего срока поставки, ликвидность по которому меньше, поступают крупные заказы, что приводит к резким и непредсказуемым движениям, выталкивающим спредеров в следующий месяц. Периоды временной неэффективности создают хорошие возможности для спредеров. Такое случается постоянно, как правило, в самом начале или под конец торговой сессии. Это хороший пример того, как одна часть трейдеров оказывает прямое воздействие на другую. Не могу припомнить, сколько раз мне довелось воспользоваться переходами с контракта на контракт по индексу S amp;P 500 с их ценовыми аномалиями, позволяющими спредерам в течение считанных секунд выигрывать приличные суммы. Каждая группа трейдеров прекрасно понимает важность наблюдения и оценки действий представителей остальных трейдерских «подвидов». Самые изощренные из числа позиционных трейдеров достоверно расскажут вам обо всем происходящем на рынке опционов, отслеживая косвенное воздействие крупного опционного ордера на цену базового инструмента. В таких ситуациях нетрудно догадаться, на какой стороне баррикады находится подразделение скальперов. Большинство трейдеров, безотносительно к избранному ими стилю работы, становятся жертвами погони за мгновенным вознаграждением. Это общий знаменатель для всех биржевых трейдеров. Я обнаружил в себе эту пагубную зависимость, когда заметил, что мне трудно остановиться после того, как звуки гонга известили об окончании торговой сессии. Казалось, что все в мире движется с замедленной скоростью по сравнению с сумасшедшим темпом бирж. Мне было трудно выключать источник внутренней энергии и приступать к исполнению роли отца и мужа в спокойном чикагском предместье. Все свои денежные вложения в повседневной жизни я стал оценивать с позиции соотношения прибыли и риска, пробравшейся в мое подсознание. Казалось невозможным инвестировать мои активы в некие проекты длительностью лет в 10 или 20, ведь для меня будущее было здесь и сейчас! Представьте себе, сколь скучными и нудными являются возможности управляющей недвижимостью компании или портфеля облигаций по сравнению с возможной доходностью фьючерсных контрактов. Мне стало очевидно, что тяга к мгновенному вознаграждению стала искажать мое восприятие действительности. А также что это может представлять опасность в плане управления семейным имуществом. Такова одна из причин, в силу которых скальперам и высокоэнергичным трейдерам с площадки бывает сложно адаптироваться к электронному трейдингу. Тем, кто, как и я, пришел на биржу в молодом возрасте, было очень сложно пережить электронную революцию, лишившую их культуры общения и чувства товарищества, к которым они привыкли на площадках. Фактически пересевшим за компьютеры трейдерам приходилось заново учиться профессии. Когда я занимался скальпированием, Бинг, советовал мне не очень задумываться над рынком. Внутридневной трейдинг на электронных платформах требует постоянно держать руку на пульсе рынка, следить за всеми событиями, которые могут привести к росту волатильности. С другой стороны, серьезным преимуществом торговых платформ является возможность торговать одновременно на нескольких рынках. Трейдеры, проведшие всю жизнь в толкучке, шуме и гаме площадки, переживают настоящий культурный шок, оказываясь в креслах перед молчаливыми мониторами, приглушенным экраном телевизора и наедине с бесчувственными позициями. Самое страшное – это ощущение собственной беспомощности. Трейдеры за мониторами торговых платформ чувствуют себя предоставленными на милость агрессора. Большинство трейдеров на площадке, когда-то создававших ликвидность продукта, привыкли считать право на первый отказ неотчуждаемой привилегией. Теперь экс-провайдеры ликвидности вглядываются в двухмерный экран, потеряв всякую надежду на мониторинг потока заказов или отслеживание общего настроения трейдерской общины. В лексиконе биржевых трейдеров появилась новая мантра, которую пришлось зазубрить всем ветеранам: меняйся вместе с новыми реалиями или исчезни! Глава 3 Знай свой рынок После того, как я впервые побывал на СМЕ, мой друг по колледжу попросил меня поехать с ним в Норс Шор – один из самых богатых жилых районов не только Чикаго, но и во всех Соединенных Штатов. Друг собирался обратиться к своему крестному отцу с просьбой о финансовой поддержке. С застроенной роскошными домами улицы мы свернули на берег Мичигана и остановились рядом с огромным особняком. Сначала я воспринял это, как неудачную шутку моего друга, но он объяснил, что мы действительно направляемся в дом его крестного отца – в то время председателя CBOT Ральфа Питерса (Ralph Peters). В качестве нового члена братства трейдеров я прослушал краткий образовательный курс, в котором немало внимания было уделено биографиям крупнейших трейдеров Чикаго. Карьера Питерса была темой моего первого урока. На сцене чикагских рынков он играл роль провидца, ставшего пионером внедрения в торговлю новых технологий. Репутация крупного трейдера гармонировала с его огромным ростом, но главное достояние Ральфа Питерса составляли, как тогда считалось, «выплавленные из высокопрочной стали» нервы. Его появление на рынке совпало с бычьим трендом – цены шли вверх без откатов в течение недели. Он тут же продал все, что мог. Приблизившийся к границе лимит-ап рынок (limit-up – верхний предел роста цен фьючерсов. – Примеч. пер.) благоприятствовал Питерсу, поскольку правила торговли позволяли ему открывать столько коротких позиций, сколько он хотел. Время совпало с Карибским кризисом, назревал ядерный конфликт, и на выходных могло случиться что угодно. Никому не улыбалась идея отправиться на уик-энд с грузом открытых позиций на продажу. Трейдеры фьючерсами на соевые бобы сгрудились вокруг Питерса и с изумлением наблюдали, как он тщательно заполняет бланки ордеров. На вопрос, что заставило его рискнуть таким огромным капиталом, он ответил: «Приходите в понедельник. Я буду либо мертвым, либо самым богатым трейдером на площадке». О финале этой истории можно прочесть в учебниках: Советский Союз развернул свои корабли, после этого рынок соевых бобов начал движение вниз в течение несколько дней. Движимый чувством признательности к рынку, позволившему ему разбогатеть, Питерс назвал свою виллу на Багамах – Сойя Бина (Soya Beana). Представьте себе, сколько мужества надо иметь, чтобы проделать такое! Впервые я услышал эту историю от его крестника по дороге к нему домой. Когда мы вошли, Питерс сидел за огромным рабочим столом. Не отрывая взгляда от монитора, он неожиданно спросил меня, собираюсь ли я попробовать себя на бирже, как его крестный сын? Я рассказал о намерении заняться юриспруденцией или политикой. Он встал, выпрямился во весь рост, нависнув надо мной подобно огромной башне, и сказал: «Мальчик, забудь об этой дребедени и иди на биржу. Это – самое высокооплачиваемое дело в мире. Но, чем бы ты ни занимался, знай свой рынок!». Тогда я в первый раз серьезно задумался о карьере на денежных рынках. Когда такой человек как Питерс посвящает тебя в один из секретов профессии, было бы неблагоразумно проигнорировать совет. Через несколько лет я познакомился с сыном Ральфа, который был трейдером на площадке фьючерсов на индекс S amp;P 500. Мы обедали вместе время от времени, беседуя о рынке и о его красочных персоналиях. Однажды речь зашла о Карибском кризисе, и сын Питерса спросил меня о том, что мне известно об истории с соевыми бобами. Я пересказал бесчисленное множество раз услышанную историю. Сын Питера откинулся назад, улыбаясь во все лицо. Когда я закончил, он придвинулся ко мне и сказал: «Ну, а теперь я расскажу тебе, дружище, как это было на самом деле». Оказалось, Ральф никогда не решался на крупную сделку без того, чтобы не узнать предварительно все, что возможно. Ставшая классикой сделка по соевым бобам не была исключением. Он обладал большой информационной сетью, раскинувшейся от Большой Калифорнийской долины до вашингтонских холмов. Он получил от своего контакта в дипломатической среде заверения в том, что корабли с ракетами на борту действительно повернули назад. Кризис можно считать законченным. Знай свой рынок! Лишь спустя десять лет после того, как Ральф Питерс произнес эту фразу в моем присутствии, до меня дошел ее истинный смысл. В нашем деле информация – это золото. Как учил меня позже Бинг Сунг, не влезай в рынок, не зная всей истории. Ральф умер несколько лет назад, но его подвиги на бирже продолжают оставаться легендарными. «Знай рынок, на котором торгуешь», – быть может, это лучший совет, который я когда-либо слышал. Достоверные сведения позволяют трейдеру входить в рынок с уверенностью и четко осознавать связанные с позицией риски. Важно обладать пониманием способов получения информации. Для трейдеров наибольшим секретом являются каждодневные обстоятельства, лежащие в основе дневной волатильности и то, как другие трейдеры работают с этой волатильной природой рынка в целях совершения высокодоходных сделок. Размещение средств Во время моих регулярных выступлений на телевизионном канале Блумберг мне часто приходится рассказывать о способах размещения активов и о том, как изменения модели размещения влияют на рынок. Размещение средств означает, выражаясь простыми словами, перераспределение средств из одного класса активов в другой. Для лучшего уяснения вопроса я дам описание базовой стратегии размещения активов и тактических нюансов, помогающих «точной настройке» позиций. Многие менеджеры фондов имеют собственные модели, с которыми они знакомят инвесторов. В этих моделях обычно указывается процентное соотношение средств, размещаемых в акции и государственные ценные бумаги, доля которых в инвестиционном портфеле наиболее значительна. Стратегическая инвестиционная модель может включать в себя, например, 50 % акций, 40 % государственных облигаций и 10 % альтернативных инструментов. При тактической перенастройке некий процент из акций переходит, скажем, в бонды. 5-процентное тактическое перемещение активов создаст новую композицию портфеля: 45 % акций, 45 % облигаций и 10 % альтернативных продуктов. Весь вопрос в том, как уловить момент вывода сделки на рынок с тем, чтобы извлечь пользу из ситуации? Время от времени мы наблюдаем за тем, как рынок сотрясают огромные по объемам сделки, связанные со стратегическим размещением активов крупными институциональными инвесторами. Требуются дни для аккумуляции таких колоссальных позиций, которые крайне «живучи» вследствие пассивного характера инвестиции. Когда я работал в Никко (Nikko), мне иногда доводилось участвовать в такого типа сделках, реализация которых растягивается на несколько дней. Надо исполнять огромные заказы, при этом минимально воздействуя на рынок. Стоимость сделок колебалась в пределах от 1 до 5 миллиардов долларов, а основной акцент приходился на рынки акций и облигаций. К нам поступали ордера одновременно на покупку фьючерса на индекс S amp;P 500 и продажу 30-летних бондов. Довольно скоро я понял, что смысл стратегии заключался именно в параллельности сделок. Продавая на одном рынке, мы столь же агрессивно покупали для клиента фьючерсы на бумаги с фиксированным уровнем доходности. Ордера на покупку большого количества контактов на индекс S amp;P 500 приходили к нам каждые полчаса. Осторожно и без лишнего шума размещая заказы, я краешком глаза наблюдал возбуждение медведей на площадке, где торговались фьючерсы на бонды. И чем больше я размещал эти ордера, тем острее чувствовал возможность генерирования прибыли на создаваемых объемами ценовых колебаниях. Японцы действовали сообща. Вместе с Никко свои портфели перетряхивали Номура (Nomura), Дайэва (Diawa) и другие крупные японские брокерские дома. Более скромного масштаба тактические размещения активов происходят намного чаще. Когда я рассказываю в своих телевыступлениях о том, что на рынке можно заметить признаки перераспределения активов, я обычно имею в виду тактическое размещение средств, влияние которого на рынок краткосрочно. Я часто замечал, что заказы перестают поступать, когда менеджеры европейских фондов заканчивают работу и уходят с рынка. Несмотря на круглосуточный характер торговли, наибольшие объемы приходятся на время перед закрытием бирж в Европе. Важно догадаться о типах выставляемых ордеров, которые задействованы в реализации сделки. Это позволяет трейдеру отслеживать воздействие исполнения ордеров на рынок. Исполнение ордеров сопровождается проскальзыванием и иного рода эффектами воздействия на рынок. Совершенно точно можно сказать, что с ордерами брокеры работают по-разному. Трейдеры знают, что некоторые крупные брокерские дома любят выставлять заказы с временными ограничениями на исполнение или используют другие без труда распознаваемые тактики. Пронырливому трейдеру не составит труда воспользоваться возможностью, догадавшись о происходящем, когда исполнение ордеров поручается не слишком проворным трейдерам. Часто рынки, на которых размещаются активы, двигаются в противоположных направлениях. Искушенным ветеранам рынка становится ясной подоплека происходящего при виде того, как одновременно с захлестнувшей фондовые индексы волной покупок происходит распродажа 10 и 30-летних облигаций. Однако сторонний взгляд неспособен разглядеть источник происхождения ордеров. Важно знать, стоят ли за ними иностранцы? «Страна происхождения» сделки важна постольку, поскольку проясняется вопрос вероятности исполнения заказа. Как правило, европейские и азиатские ордера исполняются до закрытия Европы, около 11 часов утра по чикагскому времени. Американский заказ будет продолжать висеть до 2 часов пополудни и даже дольше, ибо после закрытия физической биржи торговля продолжается в электронном формате. Размещение активов, связанных с валютным рынком Модель размещения включает в себя, помимо корпоративных и государственных ценных бумаг, еще и валютный рынок, определенным образом связанный с товарными рынками. Необходимость управления рисками колебания обменных курсов доллара по отношению к фунту, йене, евро, а теперь и юаню, никогда еще не была столь острой, как после создания еврозоны. Глобальный характер рынка обмена валюты делает их самой динамичной составляющей инвестиционного портфеля. Активное присутствие на валютном рынке (Forex, Foreign exchange) крупнейших мировых банков приводит к высокой ликвидности валютной торговли, что само собой создает прекрасные условия для работы трейдеров и инвесторов. Степень вовлеченности иностранцев очень велика, ведь при вложениях в американские акции они используют доллар в качестве дисконтного механизма. Это означает, что при ослаблении доллара европейские фонды покупают ценные бумаги американских компаний, надеясь на два сценария развития событий: на растущий фондовый рынок при контролируемом долларе или на стагнирующий фондовый рынок при увеличении обменного курса американской валюты. Смысл таких действий в том, что любое подорожание валюты принесет европейцам прибыль, даже если фондовый рынок стоит на месте, а на фоне роста акций прибыль только увеличится. Менеджеры фондов могут воспользоваться этой стратегией как при растущем, так и при падающем курсе доллара. В обоих случаях возросшая волатильность глобальных валютных рынков окажется движущей силой сделки. Впервые мне пришлось столкнуться с имеющим отношение к валютному рынку размещением активов, еще работая с японцами в Никко. В конце 80-х – начале 90-х годов масштабные перепады обменного курса между долларом и йеной создали плодородную почву для появления торговых методов, со временем разросшихся в наиболее влиятельные институциональные стратегии сегодняшнего дня. В то время я много размышлял над креативным потенциалом финансовой инженерии в плане конструкции сделок с валютной составляющей, что привело бы к разнообразным возможностям генерирования прибыли. Вследствие спотового характера валютных рынков большая часть объемов приходится именно на них, а не на фьючерсные биржи. Что касается размещения активов в инструменты с фиксированным уровнем доходности, то здесь фьючерсные рынки предоставляют выбор между скоростью и эффективностью использования продуктов. Задумайтесь, с какими техническими проблемами столкнется занимающийся размещением активов менеджер фонда, если ему придется размещать заказы по отдельным акциям, входящим в индекс S amp;P 500 вместо того, чтобы продать целую корзину фьючерсного контракта и обменять ее позже на наличные. На этом рынке обмена на активы, можно перевести позицию из фьючерсного инструмента в реальные акции, включенные в индекс, что позволяет менеджерам фондов оперативнее и эффективнее управляться с огромными суммами денег. Проблема менеджеров фондов в том, что, чем большими средствами они распоряжаются, тем труднее институциональным трейдерам исполнять заказы. Фьючерсные рынки дают трейдерам возможность более гибкого использования производных инструментов с кредитным плечом и требуемым уровнем ликвидности. Институциональным брокерам совершенно необходимо распознавать процесс размещения активов, ведь он служит причиной движения на рынке, и овладение такого рода информацией крайне важно. Грань, отделяющая плохих брокеров от хороших, проявляется в способности использовать движение рынка, порожденное размещением активов, в любом направлении. В своих посвященных анализу рынка телевыступлениях я обязательно высказываюсь по поводу того, что, по моему мнению, вполне может оказаться размещением средств на рынке инструментов с фиксированным уровнем доходности или на валютном рынке. Я рассказываю аудитории о важности грамотного обращения трейдеров с волатильностью. Вызванный крупными заказами прессинг надо использовать с выгодой, а не гоняться за прорывами и пытаться запрыгнуть на подножку уходящего поезда. Здесь очень многое зависит от терпения и выдержки. Когда Бинг впервые объяснил мне особенности размещения активов и их воздействие на дневные движения рынка, он рассказал мне о методе, позаимствованном от своего коллеги. Придя к выводу о том, что происходит размещение средств, надо выставить ордера выше и ниже рыночной цены, после чего сидеть и терпеливо дожидаться начала движения. Смысл урока можно резюмировать в словах: позвольте рынку придти к вам. Индексный арбитраж У меня были самые лучшие учителя по индексному арбитражу, каких можно было найти в то время: Винс Маклафлин и Деннис ДеКор. Винни и Денни, как их называло сообщество трейдеров, начали заниматься арбитражем по индексам примерно тогда, когда появились и сами индексы – в начале 80-х. В те времена они работали на Меррилл Линч (Merryll Lynch). На момент нашего знакомства Винни и Денни уже состоялись в качестве легенд бизнеса, сумевших поднять индексный арбитраж до уровня искусства, привлекавшего многих своей изысканностью и своеобразностью. Нью-йоркский ирландец Винс известен своей страстью к кельтской музыке. Говорят, в молодости он объездил Ирландию, зарабатывая на жизнь пением в пабах. Он был лучшим рассказчиком из всех, кого мне довелось услышать. Когда на рынке было затишье, мы часами слушали его байки, хохоча над красочными описаниями разного рода чудаков. Вся прелесть рассказов состояла в том, что эти люди существовали на самом деле, многие из них живы и сегодня. Денни являл собой прекрасное дополнение к Винни. Когда Винни захлестывали эмоции, его друг сохранял спокойствие и безмятежность. Дэнни был родом из Трентона, Нью-Джерси, вырос в рабочем итальянском районе. Опыт жизни в суровом окружении наложился у него на прирожденную способность к логике и работе с цифрами. Никто лучше Денни ДеКора не соединял в себе хитрых инстинктов игрока с возможностями рынка. Два этих трейдера прекрасно уравновешивали друг друга. Денни действовал отрезвляюще на Винни, склонного поддаваться эмоциям. В то же время, Винни мог завести Денни, когда в этом была нужда. Арбитраж по индексам является стратегией, извлекающей преимущество из ценового расхождения между активом, лежащим в основе фьючерсного контракта, и фьючерсом. Действия арбитражеров определяются их оценкой величины премии – спредовой разницы между активом и фьючерсом. Арбитражеры высчитывают так называемую «справедливую стоимость» премии (fair value premium), зависящую от нескольких факторов: отрезка времени, оставшегося до истечения срока действия контракта, дивидендного потока и стоимости капитала, который уплачивают институциональные инвесторы. Термины программа покупки (buy program) и программа продажи (sell program) заимствованы из профессионального сленга арбитражеров, появление которых на рынке раз и навсегда изменило природу рыночной ликвидности. Я начал работать с Винни и Дэнни после того, как они покинули Меррилл Линч. Их старый коллега предостерег меня задавать слишком много вопросов, ибо это может их насторожить. В ту пору индивидуальное знание особенностей трейдинга ценилось в нашем бизнесе на вес золота. Винни и Дэнни таким знанием обладали. Я понял, что, если хочу выучиться у них чему-нибудь, мне надо вести себя осторожно, не спешить и тщательно взвешивать все мои шаги. Работа арбитражера подразумевает концентрацию на многих вещах одновременно, но в первую очередь – на ситуации на торговой площадке. Надо спрогнозировать колебание цены еще до того, как оно возникнет, что даст арбитражеру возможность оперативного действия. Со временем, когда их настороженность сошла на нет, я начал выдавать им по телефону котировки с площадки. Чем больше времени я проводил, разговаривая с Винни или Дэнни, тем больше постигал суть их действий. Через пару лет я мог уже получить от них откровенный ответ на любой заданный вопрос. К моему удивлению, они все больше входили в роль моих наставников, рассказывая о многом, что влияло на фьючерсы. Нюансы индексного арбитража Среди множества вещей их тех, которым я научился у Винни и Дэнни, три самых главных – базисные уровни (basis levels), активность рынка EFP (exchange for physical, обмен на активы) и перенастройка (ребалансировка) индексов. Возможно, многим опытным трейдерам покажется странным, что я отдаю предпочтение этим трем аспектам, но я постараюсь объяснить их значимость и то, как работать с ними. Базовые уровни (базис) рынка показывают трейдеру разницу (спред) между активом и фьючерсом на него. Базис может быть премией – когда цена фьючерса превышает спотовую цену, или дисконтом – когда фьючерсный рынок торгуется ниже спотового, как это было в 1987 году. По утрам большинство выпусков бизнес-новостей сообщают о том, какой уровень считается справедливой стоимостью на текущий день. После начала торговой сессии необходимо отслеживать спред между фьючерсом и спотовым рынком. Наблюдая спред, грамотный трейдер догадается о том, сумеет ли ценовое давление спровоцировать вмешательство арбитражеров. При сильных движениях базисный уровень оказывается надежным индикатором арбитражной активности и того, как рынок усваивает поток ордеров, выставление которых происходит на основании сигналов компьютерных программ. Многие трейдеры любят «серфинг» на волнах, поднимаемых этими программами. Большинство индексных арбитражеров сначала открываются по фьючерсам и только потом посылают ордера на фондовый рынок, причем некоторые ограничиваются одной сделкой. Разновременный вход в рынок не может считаться истинным арбитражем. Это называется леггингом спреда (legging the spread, от leg (нога) – одна из сторон спредовой сделки. – Примеч. пер.) и означает явную спекуляцию на движении. Винни и Дэнни учили меня никогда не выходить из спредовой позиции в два приема. Внимательное наблюдение за базовыми уровнями может подсказать трейдерам будущий разворот цены. Если при медвежьих прорывах базис расширяется настолько, что программы на покупку начинают выдавать соответствующие сигналы, действия индексных арбитражеров вполне могут остановить движение. Справедливо и обратное: если при ралли базис оказывается слишком дешевым, арбитражеры способны остановить цену. Второй важный урок, обязательный для усвоения начинающими трейдерами, связан с существующим в мире арбитража рынком обмена фьючерсов на активы (EFP). Этот рынок позволяет трейдерам перескакивать из фьючерсов в активы и обратно. Важно отметить, что индексному арбитражеру для разработки и успешного применения стратегии необходим портфель. Позиционный портфель складывается двояким образом. Трейдер может дождаться ситуации, которая позволит ему торговать крупным базисом. Это случается, например, когда уровень рыночной премии благоприятствует продаже фьючерса и покупке актива, вследствие чего возникает портфель, превращающий арбитражную позицию де-факто в индексный фонд. Портфель может быть «найден» и на рынке обмена фьючерсов, и на рынке EFP, где любой институциональный игрок может отыскать контрагента для своей фьючерсной сделки. Чем важен портфель? Без портфеля арбитражеры как артиллеристы без снарядов. При обвалах рынка в распоряжении беспортфельного арбитражера остается только обременительная и проблемная техника открытия коротких позиций, эффективность которой нельзя сравнить с прибыльностью, получаемой при помощи компьютерной программы продаж. Важность этой информации дошла до меня, когда, работая вместе с Винни и Дэнни, я заметил, что никто на площадке не реализует программы продаж, несмотря на соблазнительное значение базиса. Не только Винни и Дэнни сохраняли нейтралитет – вообще никто не выставлял заказов ниже рыночной цены. Что-то не так! Я быстро позвонил моим ребятам и спросил, все ли в порядке с компьютерной системой на NYSE (New-York Stock Exchange, Нью-Йоркская фондовая биржа, далее NYSE, – Примеч. пер.)? Проблема была не в компьютерах. «На Уолл-стрит закончились портфели», – сказал мне Дэнни. В этот момент я увидел, как на рынок стали поступать программы на покупку с уровней, которые могли в лучшем случае стать безубыточными. Сообществу арбитражеров, как я понял, требуется создание портфеля. Они готовы чуть потерять при открытии позиций в расчете на приличную компенсацию при падении рынка. Перенастройка индексов Во время перенастройки индексов, которая происходит несколько раз в год, трейдеры получают прекрасную возможность заработать деньги. В такие дни Винни и Дэнни напоминали детей, которым сообщили о том, что Рождество наступит раньше положенного срока. Выведение из состава индекса акции по причине банкротства компании, смена акционеров компании или замена в индексе одного эмитента на другого – фантастическая возможность заработать. Но касается это лишь тех, кто привык хорошо выполнять «домашнюю работу», то есть имеет хорошую информационную и аналитическую подготовку. Недавнее добавление в индекс S amp;P 500 компании Гугл (Google) служит иллюстрацией того, как рынок усваивает информацию. Узнав о предстоящем событии, я посоветовал нашим брокерам сообщить клиентам о возможности покупки акций компании Гугл и фьючерса на индекс NASDAQ 100 или Russell 2000, и одновременной продажи фьючерса на индекс S amp;P 500. Смысл заключался в том, что инвестированные в индекс S amp;P сотни миллиардов долларов должны будут придти в некое движение, портфели будут пересматриваться. От такого перетряхивания портфелей никуда не деться, ибо в уставах многих индексных фондов прописано обязательство пересмотра инвестиционной стратегии в случае перенастройки индексов. Я немедленно сообщил аудитории телеканала Блумберг, что мы имеем дело с трейдом месяца, если не всего года. Те, кто воспользовался рекомендацией, заработали кругленькую сумму. Рынок повел себя «правильно»: несколько дней акции Гугла шли вверх вместе со значениями индексов Russell 2000 и NASDAQ 100, а S amp;P 500 стоял на месте. С этой моделью я впервые познакомился в конце 90-х, когда во время небывалого ралли по акциям высокотехнологических компаний в индекс S amp;P 500 добавили акции компании Джи-Ди-Эс Юнифэйс Корп. (JDS Uniphase Corp, биржевой тикер JDSU). В то время балом на рынке правила технология, и любая «высокотехнологическая» добавка к индексу привела бы к огромной волне покупок со стороны индексных фондов. Я видел, как Дэнни и Винни тихо, не привлекая излишнего внимания, покупают акции компании Джи-Ди-Эс-Ю и продают на рынке биржевой фонд SPDR (Standard amp; Poor’s Depositary Receipts, ETF, биржевой фонд, аналог индекса S amp;P 500, далее SPDR, – Примеч. пер.). Они без конца обсуждали между собой сделку, в конце концов, я попросил их объяснить мне смысл комбинации. Так я узнал о самой лучшей возможности из числа тех, что рынок может предложить трейдеру. Корпоративные новости С тех пор при изменении композиции индексов я действовал по апробированной Винни и Дэнни схеме, и должен сказать, что потенциал прибыли в таких ситуациях не сравним ни с каким иным событием на рынке. Впрочем, верно и обратное. Объемы торгов по акциям Майкрософт (Microsoft) резко выросли в день, когда компания объявила о выплате акционерам единовременных дивидендов в размере 30 миллиардов долларов. В то утро я вел «репортаж» (так называемый Squawk box – обычная для многих трейдинговых компаний практика комментирования новостных и рыночных событий по громкоговорителю. – Примеч. пер.) вместе с Марком Хейнсом (Mark Haines). Я высказался в том духе, что под конец сессии следует ожидать ралли, потому что индексные фонды будут реинвестировать полученные дивиденды. Так и случилось: индекс S amp;P 500 взлетел на 10 полных пунктов, а цена на акции компании Майкрософт, выплатившей по 3 дивидендных доллара на акцию, не изменилась. Небольшие добавления в индекс или исключения из него компаний происходят несколько раз в году, и Винни с Дэнни научили меня зарабатывать на таких событиях. Приходящие из штаб-квартир компаний новости, подобные объявлениям о выплате дивиденда или, наоборот, о том, что на этот раз акционеры остались без дохода, инициируют активность инвестиционных фондов и индексных арбитражеров. Особенно часто такое случается, когда объявляется о слиянии или приобретении контрольного пакета акций компании, что естественным образом влияет на ситуацию с открытыми позициями. Это называется динамичной погрешностью Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/dzhek-burudzhyan/sekrety-professionalov-treydinga-metody-ispolzuemye-professionalami-dlya-uspeshnoy-igry-na-finansovyh-rynkah/?lfrom=390579938) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.