Сетевая библиотекаСетевая библиотека
В степи Артём Веселый Этюды Артёма Весёлого «Партизанский отряд матроса Рогачева замирил восставших казаков Ейского отдела и возвращался ко дворам. Дотошные разведчики пронюхали, будто в недалекой станице в старой казенке хранятся запасы водки. Весть мигом облетела ночевавший в степи отряд. Самовольно собрался митинг…» Артем Веселый В степи Партизанский отряд матроса Рогачева замирил восставших казаков Ейского отдела и возвращался ко дворам. Дотошные разведчики пронюхали, будто в недалекой станице в старой казенке хранятся запасы водки. Весть мигом облетела ночевавший в степи отряд. Самовольно собрался митинг. Рогачев, гарцуя на коне в гуще партизан, кричал: – Ребята, контрики подсовывают нам отраву! Долой белокопытых! Напьемся – быть нам перебитыми! Не напьемся – завтра будем дома! Кто за бутылку готов продать совесть и свою драгоценную жизнь? Долой прихлебателей царизма! Я, ваш выборный командир, приказываю не поддаваться на провокацию! Казенку надо сжечь, водку выпустить в речку! – Правильно, – подпрыгнул корноухий вихрастый мальчишка и завертелся на одной ноге. – Неправильно, – отозвался другой партизан, – чего же ее жечь, не керосин. – Спалить таку-сяку мать! – взвизгнул пулеметчик Титька. – Жалко, братцы. – Яд, – убежденно сказал подслеповатый старичишка Евсей. – Сорок лет пью и чувствую – яд. – Комиссары сами пьянствуют, а нас одерживают. Суки! – Верно. Ты, Рогач, на себя оглянись. Рогачев, происходивший из крестьян станицы Старо-Щербиновской, действительно прославился по Тамани не только незаурядной храбростью, но и разгулом. – Братцы, – обрадовавшись догадке, заговорил рассудительный печник Нестеренко, – как мы с победой и как мы сознательные, то должны ее, эту треклятую зелью, разбавить водой, чтоб не так в голову ударяла, и с криком «ура» выпить всю до капли. – Совесть ваша, дядечка, серая, – с сожалением глядя на Нестеренко, сказал вихрастый мальчишка. Приподнятый над кучкой хуторян рябоватый матрос Васька Галаган махнул бескозыркой: – Уважаемые, и чего такое вы раскудахтались? Дело яснее плеши. Забрать водку – раз, выдать по бутылке на рыло – два, остатки продать и разделить деньги поровну… Тут и всей нашей смуте крышка. Командиру удалось настоять лишь на том, чтобы не ходить в станицу всем табуном. Были поданы подводы. Выбранные от рот делегаты, возглавляемые каптенармусом, двинулись в поход. В томительном ожидании прошел и час и два – посылы не возвращались. На выручку была послана конная разведка. Разведчики, божась страшными божбами, ускакали и тоже пропали. Солнце покатилось за полдень. Партизаны загалдели: – Делегаты называются… Выглохтят все сами. – Известно, темный народ. – Товарищи, а не пахнет ли тут изменой? Может, их там перебили давно, а мы тут ворожим? К возу Рогачева подходили все новые и новые партии партизан, требуя отправки. Трубач проиграл сбор. Отряд построился и, выставив охранение, в полном боевом порядке двинулся на станицу. В станице перед казенкой гудела тысячная толпа. В помещении перепившиеся делегаты горланили песни и плясали гопака. Из распахнутых на улицу окон производилась дешевая распродажа водки. Партизаны всю дорогу уговаривались бить своих выборных, но, дорвавшись до цели, забыли уговор и, сшибая друг друга, кинулись к ящикам. Гульнули на славу. Горе подружило Максима с Васькой Галаганом. Проснулся Максим первым – его испугала тишина, – схватился за пояс: кобуры с наганом не было. Он огляделся… Просторная горница, в окнах зелень и солнце, на столе острыми огнями искрился пустой графин. Рядом, локоть в локоть, спал матрос. – Э, слышь-ка, – принялся он его расталкивать, – слышь-ка, морячок! – А! – открыл тот затекшие мутные глаза и сел. – Ты чего? – Где мы? – Где ж нам быть, как не у попа? – У меня наган сперли. – А? Наган? – Матрос цоп: кольта не было. – О, курвы, срезали! Дверь скрипнула. В горницу заглянул поп. – Самоварчик прикажете? – Где наши? – грозно спросил моряк, спрыгнув с постели и став в боевую позу. – Ушли. – Почему не доложил, лярва? – Будил, не добудился. – Давно выступили? – На заре. – Куда затырил наши самопалы? – Не ведаю. – Врешь, лохмач! Вынь да выложь. – Васька уцепил его за бороду. – А также где мой карабин? – Не ведаю, – еще смиреннее ответил поп, стараясь высвободить бороду. – Вы вчера пришли ко мне пеши и безоружны, из карманов одни бутылки торчали. – Это хуторские хапнули, больше некому, – сказал Максим. – Они тут свой партизанский отряд собирают, а оружия нехваток… Беда, с голыми руками пропадем ни за понюх табаку. Васька выдернул из-за голенища бомбу: – Есть одна. – Мало. – Мало? – Матрос свистнул. – Да я тебе с этой самой штукой любой кубанский город завоюю. Лошади есть? – повернулся он к попу. – За лошадей мы заплатим. – И рад бы услужить, да нету. Жена с работником на хутор за рассадой уехала. Босая девка внесла кипящий самовар. – Долой! – приказал матрос. – Некогда чайничать. Прощай, батя, молись угодникам за доброту нашу. Безоружные партизаны прошли из конца в конец всю улицу в поисках подводы, но подводы им никто не дал. Изрыгая складную, как псалмы, ругань, они покурили за околицей, переобулись и бодро зашагали по пыльной дороге. Под солнцем курилась степь, свистали суслики, дремали курганы, омываемые полынными ветрами. – Переложил, – поморщился моряк, – брюхо крутит и крутит. – С перепою, – знающе сказал Максим. – На кружку кипятку намешай горсть золы и выпей, первое средство. – Надо попробовать, а то несет меня, как волка. Вскакиваю ночью, сортир не знаю где, забегаю в чулан, вижу, на гвозде поповы праздничные сапоги висят… Ну, в один я напорол с верхом, а в другой не хватило. Оба заржали так, что пахавший за версту мужик остановил лошадь и перекрестился. Подошли, поздоровались. – Будь добрым человеком, дай воды. – Угорели? Пойдемте на стан, угощу. На стану, спрятавшись от жары под телегу, пуская сладкую слюну, спала дряхлая репьястая собака. – Што за люди будете и далече ль путь держите? – спросил мужик, оглядывая гостей. – От полка отстали, – сказал Максим. – Не видал, не проезжали? – Какой, дозвольте узнать, партии будете? По разговору, похоже, свои, кубанцы? – Мы свои в доску, – ответил матрос. – У меня отец кубанец, дед кубанец, и сам я тут в окрестностях безвыездно сорок лет живу. – Та-ак… Полка не видал, а банда у нас гуляет. – Где? – Вон хуторок. Вторую неделю стоят. – Чья банда? – Шут их разберет. Какие-то полтавские… И с белыми дерутся, и красным спуску не дают. Васька, скроив престрашную рожу, пропел с пригнуской: Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/artem-veselyy/v-stepi/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 9.00 руб.