Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Мой подельник Твиттер Анатолий Петрович Сигов Кибер-Вор В сложный, тонкий, бурлящий мир цифровых технологий вихрем ворвалась талантливая и обаятельная мошенница. Американка российского происхождения Вероника в США зарабатывала себе на жизнь взломом банковских счетов. От преследования закона ей пришлось бежать на историческую родину. В Москве она устраивается на работу в крупный инвестиционный фонд, становится любовницей президента фонда Сергея и сообщницей оператора ПК Константина. Вместе с Костей Вероника берется за разработку программы взлома, намереваясь с ее помощью «облегчить» банковские счета своего любовника. В свою очередь Сергей разрабатывает тайную операцию по выводу денег фонда за границу и бегству из России. Сергей знает о намерениях Вероники и Константина взломать банковские счета фонда и переманивает Константина на свою сторону. В свою очередь жена Сергея пытается перетянуть на свою сторону Веронику. Все участники этой криминальной драмы пытаются обхитрить друг друга и завладеть деньгами фонда. И вдруг незадолго до начала операции по проникновению в компьютерную систему фонда Вероника узнает о предательстве… Анатолий Сигов Мой подельник Твиттер Дигитальные пираты Данное произведение – игра воображения автора. Имена, образы, названия и события вымышлены, и любое сходство с живущими или умершими лицами, событиями, организациями или названиями чисто случайно. Вероника Самолет пробивался к земле через сплошную пелену облаков. После двенадцати часов полета и двух пересадок ныла спина, затекли ноги и голова гудела от шума моторов, плача детей и постоянных разговоров вокруг. Борт был заполнен. Одни летели в гости, другие возвращались домой. Постоянно о чем-то разговаривали. Уходили, приходили и уходили вновь. Приходилось вставать, чтобы кого-то пропускать. Она не привыкла быть надолго запертой в окружении такого количества людей. В Нью-Йорке ей приходилось пользоваться подземкой, но она могла позволить себе избегать часов пик. Кроме того, вся ее жизнь последние несколько лет требовала, чтобы она, как говорят американцы, «сохраняла низкий профиль» и перемещалась по городам, избегая самолетов, где могли отследить ее передвижения по стране. Сказать по правде, она, американка, вообще впервые в жизни летела в самолете. Летела в никуда, чтобы укрыться от силы, дыхание которой стала ощущать все ближе и ближе за своей спиной. …Ее привезли в Америку из Ленинграда, когда ей было два года. Мама каким-то образом познакомилась с заезжим американцем, во времена смутного времени перестройки попавшим в этот город. На волне всеобщей эйфории он влюбился, женился и вывез мать и дочку в Америку. Вскоре после приезда эйфория прошла, столкнувшись с суровым бытом в Америке. Крохотный домик на окраине небольшого городка. Ежедневный вечерний досуг перед телевизором, который показывал шоу или сериалы с нелепыми шутками и еще спортивные матчи с непонятными правилами. Еженедельное посещение проповедей в церкви, где почему-то требовалось самому участвовать в шоу, петь, хлопать в ладоши и по команде изображать, как ты любишь Бога. И еще работа на фабрике, куда матери нужно было ехать к пяти утра, чтобы упаковывать в картонные коробки какие-то изделия, так как другой работы для специалиста с советским высшим образованием в Америке не нашлось. На фабрике работали в основном мексиканки, ненавидевшие всех белых, в особенности тех, кто плохо говорил по-английски. Муж-американец, слетавший на последние деньги в разваливавшийся Советский Союз, чтобы там сказочно разбогатеть, когда этого не случилось, засел перед телевизором с 6 pack, упаковкой для шести бутылок с пивом, и чувствовал себя счастливым, что мог не работать, а получать пособие по безработице для себя и всяческие выплаты от штата за ребенка. Надо отдать должное маме. Как только она оформила документы, тут же ушла от своего американского благодетеля и поселилась с дочкой ближе к центру городка, где нашла новую работу, воспользовалась так называемой восьмой программой для оплаты жилья и определила девочку в детский сад, содержавшийся за счет города. Это давало возможность выжить. Развод с мужем оказался несложной и быстрой процедурой, так как домик принадлежал кому-то из родственников, а доходов, кроме пособия по безработице, у него не было. Единственное, о чем он сожалел, – так это о потерянных денежных выплатах за дочь. Детский, или, как говорят в Америке, «предшкольный», сад был забит черными детьми, их полагалось называть афроамериканцами. Если прибавить к этому черных воспитательниц, оказалось, что Вероника смогла выдержать там всего несколько дней, после чего, сказав твердое «нет», упала на пол и устроила матери грандиозную истерику. Каким-то образом мама скооперировалась с другими родителями и дотянула ее до школы, куда она стала ездить на желтеньком автобусе и где могла находиться до шести вечера, пока мать не возвращалась с работы. В школе Вероника Ярборо, мама оставила фамилию бывшего мужа, чувствовала себя не намного лучше, чем в «предшкольном» саду. Она стеснялась своего произношения, своей неприспособленности к окружающей жизни. Детей, остававшихся после занятий в школе, развлекали рисованием, лепкой из пластилина и другими так называемыми арт-проектами. Когда установили компьютеры для старших классов, она несколько раз видела, как старшеклассники писали свои работы и как легко могли копировать их друг у друга. Воспользовавшись как-то тем, что один из старшеклассников ушел, не закрыв свой компьютер, она, стуча одним пальцем по клавишам, испортила всю написанную работу или, вернее, то, что школьник скопировал из работы соседа. Это был первый шаг к тому, что составит в будущем ее собственный путь в жизни – проникновение и захват информации. Она росла вместе с ростом компьютерной техники и информационных технологий. Быстро прошла стадию компьютерных игр, а от написания школьных работ перешла к их копированию у других. Старалась отслеживать все новшества. В то время как сверстники проводили время в закусочной рядом со школой и ели мороженое, Вероника сидела за компьютером в школьной библиотеке, так как мать не имела возможности купить ей собственный. Затем были учебники по программированию, на которые тратились последние деньги. Но настоящий переворот совершил Интернет. Она окунулась в него, как в океан, пока не сделала открытие, что информация стоит денег. В школе торговали все и всем: сигаретами в пачках и поштучно, пивом, кое-чем покрепче, даже наркотиками. Но ее нишей стала информация. Она начала с продажи школьных работ младшим классам и менее продвинутым одноклассникам. Вместо того чтобы тратить деньги, она их зарабатывала и наконец смогла купить у одного из учеников старенький компьютер, что позволило ей работать дома после закрытия школы. В школе она производила несколько странное впечатление высокой, не очень опрятной девочки, с вечно озабоченным лицом и воспаленными глазами. Но все знали, что у нее имеется практически любая необходимая информация и ее можно купить или обменять на что-либо. Через несколько месяцев Вероника приобрела более продвинутый комп, при этом мать даже не заметила замены. Но возникла одна проблема. Когда в массовом порядке стали появляться интернет-магазины, где можно было купить товары по ценам значительно ниже, чем в городе, оказалось, что для расчетов за них требовались кредитные карточки. Абсолютно бессмысленно было говорить об этом с матерью. Значит, необходимо приобрести свою. Выловив в почтовом ящике одно из бесчисленных предложений об открытии карточки, Вероника заполнила его от имени матери и, к собственному удивлению, вскоре получила красивый кусок пластика, который вводил ее в мир электронных денег и безграничных возможностей. Она легко решила и технические вопросы с внесением денег в счет оплаты покупок по карточке. Это можно было делать наличными в банке, и никто не задавал вопросов о ее возрасте. Один старшеклассник за деньги открыл для нее почтовый ящик в частной фирме, занимающейся экспедированием мелких грузов, и пошел поток товаров и денег. Все было хорошо до тех пор, пока она не нарвалась на сайт, предлагавший пиво из Канады почти в два раза дешевле розничных цен. Приближались летние каникулы, и Вероника подумала, что пиво должно быть востребовано на вечеринках, посвященных окончанию учебного года. Она оплатила покупку, но товар не поступил, и продавец на запросы не отвечал. Это стало для нее открытием – оказывается, Интернет может отнимать чужие деньги. Предстояло решить задачу: где взять оборотные деньги взамен утерянных, чтобы продолжить операцию «деньги – товар – деньги». А что если исключить из этой формулы товар, который был самым рисковым элементом в схеме, а только вкладывать деньги, чтобы получать деньги? Используя свои знания программирования, Вероника создала собственный виртуальный магазин с сотнями товаров других фирм, которые реально их имели и занимались отправкой. Она просто пересылала получаемые заказы в эти фирмы, и те выплачивали Веронике определенные, хотя и небольшие отчисления от продаж. Она постоянно совершенствовала дизайн своего сайта для пользователей. Это занимало все ее время, зато стало приносить настоящие, живые деньги из виртуального пространства. Вероника больше и больше погружалась в глубины нового для себя мира, где в отличие от реальной жизни чувствовала себя равной среди других. Школа отходила на второй план. Она была там на хорошем счету, так как знала, где взять ответы на контрольные работы для себя и для других. Правда, друзей у нее не было – просто не интересно общаться с непосвященными, использовавшими ее океан информации только для серфинга в виде игр, скачивания музыки и обмена сообщениями с неведомыми друзьями по переписке. Впервые о мировых возможностях Интернета Вероника задумалась, когда еще в школе случайно попала на европейский сайт, где на плохом английском предлагались какие-то непонятные лекарства. Проведя быстрый поиск, она нашла, что это анаболики и другие препараты для наращивания мускульной ткани, не лицензированные для использования в США. Идея пришла мгновенно. Составить красивый сайт с мужественными и накачанными мужчинами не составило труда. Но она уже отошла от возни с товарами, а пересылать заказы куда-то в Европу представлялось очень проблематичным. Поэтому схема, которую использовал канадский торговец пивом, лишивший ее когда-то с таким трудом заработанных денег и потом исчезнувший из виртуального пространства, показалась вполне логичной. Проблема состояла в получении денег заказчиков. Вероника не могла использовать карточку на имя своей матери, так как в случае расследования это грозило неприятностями для нее самой и для ничего не подозревающей женщины. Ответ опять пришел из виртуального пространства. Кто-то предлагал данные на людей из нескольких городов, включая номера социального страхования, необходимые для открытия кредитных карточек. Понятно, что эта информация украдена, но Вероника решилась все же купить данные на одну женщину, проживающую в ее городе. Сумма была незначительная, и ее не жаль потерять в случае недобросовестности продавца. Но, к удивлению, все необходимые данные пришли. Проверить через Интернет достоверность того, что подобный человек действительно существует, в Америке не составляло труда. Заполнить бланк с просьбой об открытии карточки заняло пару минут, техническая задача по замене адреса тоже не составляла труда. Вероника впервые стала обладателем чужого имени и чужой жизни. Сайт благодаря баннерам на других популярных сайтах имел успех в течение трех месяцев и благополучно исчез из виртуального пространства, когда количество жалоб на непоступление заказов стремительно возросло. Она повторила этот же трюк с новыми сайтами, продающими другие ходовые товары, и в результате стала владелицей модели компьютера нового поколения. Но приходилось искать новые пути, чтобы на шаг опередить других, так как Интернет был переполнен копировщиками, мгновенно перенимающими чужой успех. К шестнадцати годам Вероника испробовала все трюки с И-бэем и другими сайтами, используя жадность клиентов, стремившихся купить дорогую электронику и другие товары за полцены. У нее появились деньги не только для новой техники, а наконец и для себя. После окончания школы Вероника поступила на курсы программистов в Чикаго и быстро собрала вещи. Маме она сказала, что, когда вернется после окончания обучения, сразу же найдет работу, но и она, и мать прекрасно понимали, что в этом городке она уже никогда не появится. …Вдруг Вероника ощутила мягкий удар и, выйдя из состояния дремоты, увидела, как самолет бежит по земле. Кто-то зааплодировал. Стюардесса объявила о прибытии в аэропорт Шереметьево и о температуре в Москве. Бегство закончилось. Наступал новый период жизни, и от этой мысли ей почему-то стало по-настоящему страшно. Костик В соседнем кубике оживленно болтали, пользуясь тем, что начальница куда-то ушла. Он напряженно вглядывался в экран, пытаясь понять тенденцию изменения курса швейцарского франка по отношению к иене, падавшего по отношению к фунту. Вывести формулу, позволяющую определять подобные тенденции на рынке Forex, было его заветной мечтой, но, к сожалению, заниматься этим он мог только в короткие промежутки времени, когда отсутствовала начальница. Он знал, что лучшие умы бьются над проблемой, надеясь в одночасье сказочно разбогатеть, но также понимал, что подобная математическая формула вряд ли существует либо настолько сложна, что не по силам никакому самому мощному компьютеру. Но мечта есть мечта, и всегда хочется надеяться. По крайней мере, подобная гимнастика для ума позволяла скрасить рутину рабочего дня во время недолгих отлучек начальницы. Из соседнего кубика выпорхнула ярко накрашенная девица и, проходя мимо, бросила: – Костик! Я ненадолго. «Да хоть навсегда». Почему-то она считала, что он обязательно прикроет ее перед начальницей. С тех пор как он себя помнил, все называли его Костиком. Родился он в частном доме в пригороде Иркутска и рос в эпоху, которая почему-то вместо развала называлась перестройкой. Отца не помнил, как и большинство ребят из его района. Мама никогда о нем не говорила, а он и не спрашивал. В их районе одни отцы сидели, но, по крайней мере, после отсидки возвращались, а другие просто куда-то сгинули или умерли от водки, и это было навсегда. Для себя он решил, что это как раз тот случай, когда навсегда. Предприятия закрывались одно за другим, работы не было, деньги ничего не стоили, люди пытались как-то выживать. Пытались выжить и они. Мать, бухгалтер по профессии, что-то перепродавала, но выручал в основном огород. Пацаны носились по улицам, предоставленные сами себе, у каждого была своя кличка, а он всегда оставался Костиком. Школа находилась в старом здании, построенном после войны и с тех пор, кажется, не ремонтировавшемся. По коридорам гуляли сквозняки, а зимой было очень холодно. Учителями работали уставшие от жизни женщины, месяцами не получавшие зарплаты и думавшие только о том, как бы выжить в это смутное время. Любимым предметом у Костика сразу же стала арифметика. Ему нравилось разгадывать задачки, складывая или отнимая на пальцах. Даже дома, пока не было мамы, он завороженно загибал пальцы, радуясь каждому полученному ответу. Цифры и их изображение таили в себе какую-то необъяснимую магию. Но некоторые из них нравились больше других. Единица – это солдат, двойка – лебедь. Он почему-то сразу решил, что восьмерка, с ее плавными изгибами, – его цифра. Время шло. Костик переходил из класса в класс с неизменной пятеркой по математике. В пригороде, где они жили, ничего не менялось. Их дом, как и все в округе, потихоньку ветшал, выбоины на дорогах становились глубже, люди разъезжались в поисках лучшей жизни. Костик тоже решил, что уедет из их покосившегося домика куда-нибудь туда, где жизнь подчинена жестким правилам математики, где много света и по ночам не воют собаки. Став старше, он открыл для себя алгебру и геометрию с их неумолимыми законами и логикой. Учебник алгебры самостоятельно осилил за месяц и, сидя на уроках математики, не понимал, как другие могут сонно следить за учительницей и мечтать об окончании урока, совершенно не осознавая магии комбинаций чисел и знаков. Другие пацаны собирались кучками и рассказывали друг другу истории о старших братьях, которые собирали бригады, обирали хозяев ларьков и ожесточенно воевали с другими такими же бригадами. Каждый день хоронили кого-то погибшего в этих стычках. Все соседи высыпали на улицу, чтобы собраться вокруг табуретки с портретом вчерашнего мальчишки, незаметно ставшего взрослым и ушедшего из жизни в самом начале пути. Но на смену им подрастали новые бойцы и уходили из дома в еще более злой мир, чтобы отвоевать там свое место или погибнуть. Они качались, смотрели по видику фильмы с Сильвестром Сталлоне и завистливыми взглядами провожали японские иномарки, когда те заезжали в их район. Они знали по именам всех городских криминальных авторитетов и все легенды, которые о них слагались. Это была смена, уже со школьной скамьи морально готовая к войнам. Костик постепенно отходил от своих бывших уличных друзей, проводя все больше времени в библиотеке, где с увлечением читал книги о жизни замечательных людей, проецируя эту жизнь на себя и стараясь предугадать, как бы он повел себя в той или иной ситуации. Но библиотека была запущенной, как и все остальное, книжный фонд ветхим, не пополнявшимся многие годы, и скоро там не осталось ни одной непрочитанной книги на эту тему, а остальные его не интересовали. В школе все те же учителя, кутаясь в платки от холода, рассказывали о расположении континентов на Земле, физических законах, названных в честь иностранцев, открывших их, об элементах из таблицы Менделеева. Учеников в классах становилось заметно меньше. Одни уезжали с родителями в поисках лучшей доли, другие переезжали поближе к центру города, так как их родители разбогатели на торговле, некоторые попросту бросали школу и слонялись по улицам, не зная, чем себя занять. По вечерам девочки ходили со старшими парнями на единственную в их районе дискотеку, печально знаменитую драками. Казалось, никого ничто не волновало, кроме как повеселее прожить сегодняшний день. Мать нашла работу продавцом где-то в центре города и пропадала там целыми днями, появляясь лишь поздно вечером, чтобы приготовить кастрюлю супа на три дня и постирать вещи. С утра она вновь исчезала, оставляя Костику список того, что тот должен был сделать в течение дня. Особенно пристально требовалось следить за отоплением в холодные зимние месяцы. Потом мать стала оставаться в городе и на ночь, он в одиночестве, лежа в темноте, прислушивался к скрипам и шорохам старого дома. Как-то к нему зашли его старые приятели по улице. Принесли пиво и сигареты. После этого нашествия осталась головная боль на всю ночь и разбитая посуда, поэтому он стал пресекать все попытки повторить подобный визит и все более отдалялся от своих сверстников. Однажды Костик поехал в центр города, где работала его мать, и увидел вывеску «Интернет-клуб». Он уже слышал про Интернет и, заинтересованный, остановился. Увидев, как внутрь зашли несколько мальчишек, тоже решился войти и очутился в полутемном помещении, заполненном гулом автомашин и звуками выстрелов. За многочисленными компьютерами сидели ребята и с увлечением играли в гонки и перестрелки. Приглядевшись, Костик заметил вход в следующую комнату, где перед мерцающими экранами сидели ребята и девушки постарше. Он почувствовал волнение, так как понял, что это и есть Интернет. Дома он попросил у матери денег на один час работы с компьютером и вскоре вернулся обратно в клуб. Пожилой мужчина кратко объяснил, что нужно делать, и он остался один на один с чудесной машиной. Сначала ничего не получалось, но методом проб и ошибок он быстро освоил азы. К сожалению, на это ушел оплаченный час, и появившийся пожилой мужчина потребовал освободить место для следующего посетителя. С тех пор как он узнал, что такое компьютер, время для него стало делиться на «до» и «после». Костик стал использовать любую возможность, чтобы поехать в клуб и посидеть в компьютерном зале. Его не интересовали электронные игры, этот этап он прошел, даже не заходя туда. Его сферой сразу же стал Интернет, в котором было все, ответы почти на все поставленные вопросы, включая предстоящие контрольные работы в школе. Проштудировав русские сайты, он перешел на английские и тут же столкнулся с проблемой английского языка. Объем информации на английском в тысячи раз превышал то, что можно было прочитать по-русски. Но английский Костику плохо давался в школе. Он взялся за словарь и постепенно общий смысл тем, которые его волновали, стал доходить до него. Время шло, мать окончательно переселилась в город и стала работать бухгалтером в фирме, с хозяином которой она жила. Дома в поселке стремительно раскупались разбогатевшими бизнесменами, строившими на их месте коттеджи, пользуясь близостью к городу и к озеру. Мать тоже продала дом и после окончания школы проводила Костика в Новосибирск, куда он уехал поступать в университет. Она дала ему денег на дорогу и на первое время и пообещала присылать еще. Покидал он родные места без всякого сожаления. И хотя пообещал матери, что приедет обратно после окончания университета, в глубине души понимал, что в этот город никогда уже не вернется. …Задумавшись, Костик едва не пропустил приход Моргуши, как за глаза звали начальницу, постоянно моргавшую глазами. Костик быстро убрал с экрана графики Forex, и на нем появились таблицы, за заполнение которых ему платили деньги. Эта рутина здесь называлась работой. Вероника В очереди на паспортный контроль не оставляла мысль, что, как только она предъявит свой паспорт, к ней подойдут и уведут в особую комнату, а потом арестуют и отправят под конвоем обратно в Америку. Пограничник же, едва взглянув на нее, молча поставил печать и бросил ее паспорт на стойку. Когда она, наконец, получила свой чемодан и покатила его мимо таможенников, опять подумалось, что сейчас к ней подойдут и вытрясут все деньги, которые она везла под платьем. Но таможенники выглядели усталыми и недовольными жизнью, и никто просто не обратил на нее внимания. Когда она вышла в зал, дюжина молодых и не очень людей в одинаковых кожаных куртках стали наперебой предлагать такси. Она уже знала от своих виртуальных корреспондентов, бывавших в Москве, что безопаснее и дешевле взять машину через одно из агентств в аэропорту. И подсказали интернет-сайт агентства. Девушка, к которой она обратилась, даже не посмотрела на бумагу с подтверждением заказа, а лишь назвала сумму, которую предстояло заплатить, затем крикнула мужчине в неизменной кожаной куртке: «Давай! Поезжай!» – и через пять минут Вероника уже сидела в машине какой-то европейской марки, довольно чистой внутри. Водитель попался не очень разговорчивый, что ее только обрадовало. Стояла унылая дождливая погода. Дорога представляла собой медленное перемещение из одной пробки в другую, и она, откинув голову, закрыла глаза. Обучение профессии программиста давалось Веронике легко, поэтому оставалось много времени на то, чтобы открывать все новые и новые уровни в мировом информационном пространстве. Деньги стремительно подходили к концу, поэтому требовались новые идеи для продолжения учебы и для жизни в большом городе. Вероника вспомнила о воришке, продававшем в Интернете данные на людей, украденные, очевидно, в какой-то организации. Проведя поиск, она обнаружила, что существует рынок подобной информации, и цены на нем стремительно идут вверх, при этом ценятся большие базы данных. Продолжая исследование, она попала в неожиданное место, которого всегда опасалась, – в суд. По закону гражданские дела в суде являются общедоступной информацией, любой желающий имеет право ознакомиться с ней. И Вероника стала регулярным посетителем архивов судов города, где на микрофильмах хранилась информация, имеющая большую стоимость на виртуальном рынке. Первая база данных ушла практически мгновенно. Она понимала, что эти данные вряд ли будут использоваться в законных целях, поэтому проявила осторожность, отправляя их с компьютера, установленного не дома, а на курсах, где она училась. Затем были еще и еще. Общение с покупателями позволило ей войти в виртуальный форум хакеров. Они никогда не видели друг друга, прятались за придуманными именами типа Зеленый Дракон или Кррррраб777 и могли находиться в любой точке планеты, ведя увлекательную игру, позволяющую зарабатывать деньги, сидя дома. Здесь существовали свои законы, свой язык общения и свой кодекс поведения. Это сообщество заменило ей друзей, которых у Вероники никогда не было. Приходилось ограничивать себя, чтобы не вызывать подозрений у персонала архивов, где она представлялась ассистентом крупной юридической фирмы. Затем в газетах и по телевизору стали появляться материалы об эпидемии использования личных данных для открытия кредитных карточек на чужие фамилии, и Вероника поняла, что этот бизнес для нее закончился. На курсах она ни с кем так и не сблизилась. Правда, был один парень, заходил время от времени, приносил пиво и смотрел у нее спортивные матчи. Перед его приходом она прятала свой компьютер, так как вряд ли смогла бы объяснить, на какие деньги приобрела такую дорогую модель. А главное, его присутствие и комментарии к происходящему на телеэкране мешали ей работать. Когда он предложил жить вместе, чтобы экономить на расходах по аренде квартиры, и она представила себе их совместное проживание, то сразу решила, что с парнем пора заканчивать. Отношения постепенно сошли на нет, и Вероника смогла без помех продолжать делать то, что ей больше всего нравилось. В то время на курсах программистов часто рассказывали истории о хакерах, которые вторгались в компьютерные сети различных организаций, включая правительственные, взламывая защитные программы. Это делалось из чистого хулиганства или просто чтобы доказать миру свое превосходство. Но из общения с членами форума Вероника знала то, о чем не печаталось в газетах. Хакеры научились взламывать сети банков и опустошать счета на значительные суммы. Из опасений за свою репутацию банки никогда не давали в прессу информацию о таких набегах, но по закону были обязаны сообщать в ФБР, и Веронику это пугало. Учеба на курсах программистов и деньги закончились одновременно. Нужна была либо работа, либо новый источник дохода в виртуальном пространстве. Как всегда, она обратилась к форуму хакеров, который на каком-то этапе своего существования почему-то стал называться Черным Гномом. К этому времени на форуме произошли кардинальные изменения. Он стал окончательно закрытым, отсеялись все лишние, и была введена система защиты с паролями. Новых членов принимали только по рекомендации не менее двух участников форума. Эти предосторожности были вроде ответа на новую опасность. ФБР начало охоту на хакеров, но они не считали ее слишком опасной. Ведь ФБР – это огромная бюрократическая машина, куда шли работать далеко не самые светлые умы. Маленькие зарплаты и отсутствие перспектив не привлекали грамотных профессионалов. Гораздо опаснее стали частные фирмы, которые нанимались банками и крупными фирмами для защиты своих сетей и поисков тех, кто пытался их расколоть. На эти цели выделялись большие деньги, и вскоре образовалось сообщество фирм, противодействующих проникновению в локальные сети, которое плотно сотрудничало с ФБР. Именно с помощью информации, полученной от таких фирм, ФБР радостно возвестило об арестах нескольких кибержуликов. Из форума пришло предложение. Так как взлом локальных сетей становился слишком сложной задачей для одиночек, следовало объединить усилия нескольких хакеров. И Веронике предложили конкретный план действий с детальным разъяснением роли каждого и долей участия в распределении денег, если он сработает. План был тщательно продуман и требовал определенной подготовки. Вероника получила через курьерскую почту программу, которую ей следовало запустить в строго определенное время. Она не могла сделать это со своего компьютера, так как ее могли легко вычислить. Пришлось искать библиотеку с компьютерным залом в другом районе города, надеть парик и изменить внешность на случай, если там будут установлены видеокамеры. Первая попытка оказалась неудачной. Что-то не сработало, и одновременной атаки не получилось. Но в плане предусматривалось и это – ровно через полчаса следовало повторить попытку. Вновь неудача! Вероника быстро покинула помещение библиотеки, а дома, проанализировав еще раз программу, признала, что она была написана талантливым автором – ни одного видимого изъяна. Но кто-то, в отличие от нее, этот изъян нашел. Следующий диск, который она получила, содержал некоторые изменения, благодаря которым очередная попытка наконец-то удалась. Вероника решила, что это – начало новой жизни. Через две недели пришел пакет с несколькими чеками. Денег оказалось меньше, чем она рассчитывала, так как значительная сумма ушла на отмывание денег через подставные счета. Ее доля была самой маленькой, основное получили автор программы и организатор взлома. Но этого хватило, чтобы продержаться какое-то время. Еще большее разочарование наступило тогда, когда она узнала от ДвойногоДжо, за которым на форуме Черный Гном скрывался организатор взлома, что программой вряд ли удастся воспользоваться повторно, потому что на следующий день после взлома большинство банков уже знали о бреши, которую нашел автор программы в системе защиты, и она была устранена. Эти ребята тоже объединились и наладили надежную систему взаимной информации. Проанализировав имеющуюся у нее программу, использованную при взломе, Вероника пришла к выводу, что она сама вряд ли сможет создать что-либо подобное. К сожалению, ее таланта на такое не хватит. Некоторое время она занималась тем, что у профессионалов называлось Phishing и Pharming, то есть переадресовкой ничего не подозревающих пользователей на фальшивые веб-сайты, выглядевшие точной копией настоящих, для получения информации и последующей ее продажи через форум Черный Гном. Но это были нерегулярные доходы, а новых предложений больше не поступало. Деньги постепенно подходили к концу, срочно требовался новый прорыв. Идея пришла, когда Вероника смотрела местные новости, где говорилось о суде над сотрудницей банка, попытавшейся перевести деньги с чужого счета на счет своего приятеля. Как всегда, она обратилась на форум. Ответ был единодушен. «Инсайдер», как его называли, казался выигрышным вариантом. Но где взять «инсайдера», работающего на фирме-жертве и готового к сотрудничеству? Вероника подумала, что таким «инсайдером» могла стать только она сама. Но на подобный шаг трудно было решиться, тем более что перед ней сразу возникло несколько проблем. Одна из них – новое имя. Учась на курсах, Веронике удалось получить номер социального страхования одной из студенток. Водительские права любого штата, общепринятый идентификационный документ в Америке, можно было получить на одном из проверенных сайтов в Англии, там же напечатать и карточку социального страхования. Изготовить любой диплом предлагал один из американских сайтов. На форуме подтвердили надежность обоих поставщиков, и через каких-нибудь две недели Вероника превратилась в Аманду Саммерс, которая тут же начала поиск работы. Прежде всего она сняла недорогую квартиру на новое имя. Опасаясь, что банки будут тщательно проверять каждого кандидата на работу, Вероника сосредоточила поиск на небольших коммерческих фирмах. Вскоре ее стали приглашать на собеседования, и одно из предложений выглядело весьма заманчиво – крупная фирма по снабжению автомобильными запчастями, работающая во многих штатах страны. Прежде чем выйти на работу, пришлось съездить в городок, где родилась и училась настоящая Аманда Саммерс, и запомнить основные достопримечательности: названия школ, где она могла учиться, и церквей, которые могли посещать ее родители. Городок находился недалеко от Чикаго, и вполне вероятно, что на фирме мог работать кто-то из этих мест. Так что на первую в своей жизни настоящую работу Вероника пришла во всеоружии. …– Приехали, – строгим голосом произнес водитель, и Вероника очнулась от полудремы. Машина стояла около большого, сильно потрепанного дома. Она расплатилась, вышла из машины и направилась к подъезду. Подъезд выглядел еще более запущенным. В нем было грязно и пахло кошками. Вероника мужественно начала подъем на третий этаж, где обитала родственница матери, единственное знакомое лицо в этом большом городе. Костик Моргуша скрылась у себя за стеклянной перегородкой, откуда могла наблюдать за всеми, и пришлось вновь заняться нудной и утомительной в своем однообразии работой… Странно, но с первого момента учебы в университете в Новосибирске его тоже сразу стали звать Костиком. Ему удалось поступить на факультет информатики, несмотря на высокий конкурс и недостаточное знание английского. Так он оказался в общежитии университета, в комнате на трех человек, в которой фактически жили четверо. С ними обитала подруга одного из старшекурсников, которую отчислили за неуспеваемость и ей некуда было приткнуться. Вообще, переход к самостоятельной жизни дался Костику нелегко. Он так долго жил в изоляции и тишине, где единственные посторонние звуки – свист ветра и скрипы старого дома, что ему трудно было привыкнуть к реалиям общежития, когда студенты запросто заходили друг к другу занять хлеба или просто поболтать, не считаясь с тем, что кто-то уже спит, и когда дни рождения перерастали в гулянья с музыкой и смехом далеко за полночь. Заниматься он мог только в библиотеке и сидел там до закрытия, просто не хотелось возвращаться в общежитие с его шумом, суетой и постоянно хлопающими дверями. Он понимал, что невозможно надеяться только на мать и на стипендию, чтобы жить в большом городе, и схватился за работу реализатора в коммерческой палатке, когда один из старшекурсников ушел оттуда. Прошло то время, когда бригады обирали коммерсантов, они уже поделили город и завладели почти всеми торговыми точками. Зарплата было небольшая, покупателей немного. Но всю вторую половину дня Костик занимался в палатке, прерываясь лишь для того, чтобы отпустить товар редкому покупателю, и поздно вечером, после закрытия и сдачи выручки немногословному кавказцу, устало возвращался в общежитие. Работу он потерял зимой, когда, в один прекрасный день подойдя к палатке, обнаружил, что она сгорела дотла. В соседней точке сказали, что ночью ее подожгли конкуренты, и Костик понял, что этот источник дохода иссяк, а найти подобный зимой было проблематично. В университете расширили компьютерный зал, но его все равно не хватало для всех желающих, и приходилось записываться заранее. За тот час, когда удавалось прорваться к компьютеру, Костик старался получить максимум информации. Подводил лишь английский язык, дававшийся с трудом. Несмотря на это, он открывал для себя все новые форумы, где участники обсуждали различные проблемы, связанные с информатикой, и получил много полезных для себя сведений. Так он впервые узнал о существовании хакеров и об их подвигах. Участники форумов в большинстве своем одобряли действия хакеров и даже восхищались, считая их вызовом крупным фирмам и всей системе в целом. Где-то на третьем курсе студенты стали собираться в группы и писать хакерские программы. Это стало модной темой обсуждения в общежитии. Из уст в уста передавались истории о каких-то ребятах из России, которые взламывали сети банков и в результате ездили на «Мерседесах» по Лазурному Берегу. Но, судя по студентам его факультета, никто из них так и не разбогател, хотя Костик знал, что некоторые пытались применить на практике написанные ими программы. Костик, как и другие, тоже попытался написать хакерскую программу, но быстро понял, что, прежде чем атаковать, необходимо понять принцип обороны. Как студенту факультета информатики, ему полагалось довольно много времени для работы на компьютере, и он стал использовать его, чтобы написать не программу нападения, а программу защиты от него. Она отнимала много сил, потому что, не имея друзей, Костик работал один. К концу третьего месяца программа была вчерне готова, и он переключился на выявление возможных дыр… Наступила сессия, затем лето. В родной Иркутск Костик не собирался возвращаться. Мать вышла замуж, у нее была новая семья, сложные отношения с мужем и со свекровью, и он чувствовал, что будет там лишним. Зато удалось найти новую торговую точку. На этот раз он продавал книги. Когда не было покупателей, пытался сам читать книжные новинки, но его ничего не интересовало, кроме литературы по специальности. Шли дни, похожие один на другой. Ничего не менялось, кроме времен года и соседей по комнате. Старшекурсник, живший с девушкой, защитил диплом, шумно отпраздновал это событие и исчез со своей пассией. Затем исчез и второй. На их места приходили новенькие, и как-то незаметно он сам стал старшекурсником. Главное, что волновало студентов его курса, – это будущая работа. Все понимали, что рабочих мест меньше, чем выпускников. Рассказывали чудесные истории, как бывшие отстающие студенты становились сетевыми администраторами в крупных организациях с огромными зарплатами, как выпускники уезжали за границу и организовывали там процветающие фирмы… И хотя Костик учился хорошо, он понимал, что хорошая учеба не означает хорошей работы, и все чаще задумывался над тем, что делать дальше. Будущее представлялось далеко не радужным, отчего на душе было тревожно. Он снова вернулся к программе, которую разрабатывал. Приходили разные идейки, но всегда что-то мешало заниматься ими, и дело почти не двигалось. Кроме того, это была работа для души, и он сильно сомневался, что она сможет пригодиться в будущем. Свою программу по защите сетей Костик сделал темой дипломной работы. Его научный руководитель сомневался, сможет ли студент осилить такую сложную тему, но он смог. Его дипломная работа была признана лучшей, и вскоре он оказался на перепутье: позади – красный диплом в руках, а впереди – десятки непонятных туманных дорог. В течение месяца он должен был покинуть общежитие. Поиски жилья и работы в этом городе показали, что у выпускника с красным дипломом практически нет никаких перспектив. В виде подарка за успешное окончание университета мать прислала немного денег, и Костик недолго думая купил билет и покатил на поезде в Москву… – Ты опять не успел сделать работу? – проплыла мимо него Моргуша, направляясь вместе со всеми домой. Костик давно перестал обращать внимание на подобные наезды. Ему просто хотелось побыть в тишине, один на один с компьютером, поработать над программой, которую так и не закончил, и подумать над формулой Forex, которую так и не открыл. Вероника – А ты что, и вправду американка? – спросила женщина, открывшая ей дверь. Она объяснила, что Мария, мамина родственница, ушла и не сказала, когда вернется. Вероника сидела на табуретке в довольно просторной кухне и оглядывала обстановку. Несколько столов, шкафов, одна плита и отсутствие холодильника. Женщина что-то готовила на плите, успевая при этом говорить без устали. Вероника так и не поняла, почему она хозяйничает на кухне у маминой родственницы. И еще ее удивило количество дверей в коридоре квартиры. Родственница писала маме про две комнаты. Женщина начала рассказывать длинную историю о том, как Мария окрутила соседа-алкоголика, женила его на себе, а когда тот умер, получила вторую комнату в квартире. Это было уж совсем непонятно. – А почему у вас так много комнат? У вас тут что, хостел? – Вероника не смогла найти в своем словарном запасе соответствующего русского эквивалента. Тут не поняла женщина. Она немного подумала и ответила: – Какой же здесь отель? Это квартира, и даже приватизированная. А отели там… – И неопределенно махнула рукой куда-то в сторону. Вероника стала мысленно анализировать свои телефонные переговоры с родственницей и пришла к выводу, что в будущем ей необходимо проявлять осторожность, так как ее недостаточные познания языка и русских условий могут привести к серьезным ошибкам. Две комнаты в России не означают то же самое, что в Америке. И четыреста долларов в месяц за одну из комнат, которые она согласилась платить, не означали удачной сделки, как это ей представлялось. Но обратного пути уже не было. Вероника сидела молча, а женщина все продолжала говорить, и, казалось, ничто не сможет ее остановить. Вероника прислонилась головой к шкафу и постаралась отключиться от бесконечных непонятных и не нужных ей историй. …Работа в фирме запчастей, на которую она устроилась, была скучной и утомительной. Особенно раздражал парик и большие, вполлица, очки. Она дала себе месяц на то, чтобы осмотреться и ничего не предпринимать. Месяц тянулся медленно, но, наконец, закончился. Еще месяц ушел на понимание системы расчетов за покупаемые запчасти. Неожиданным оказалось участие известной бухгалтерской фирмы в системе расчетов с поставщиками, но это даже помогло в реализации плана, так как позволяло выиграть время – когда еще две фирмы выяснят, кто виноват в том, что должно было произойти. А пока Вероника регулярно находилась в контакте через Интернет с тем, кто называл себя ДвойнойДжо. Где-то к середине третьего месяца программа была завершена, и Вероника получила диск. Она с трудом дождалась очередного четверга, когда фирма производила расчеты с поставщиками, и за десять минут до своего обеденного перерыва запустила программу в систему. Затем вынула диск, тщательно протерла свой рабочий стол и компьютер и навсегда покинула свое место работы. Пройдя два квартала, сняла парик и очки, выбросила их вместе с документами на несчастную Аманду Саммерс, зашла на стоянку, где оставила свою машину с заранее собранными вещами, и выехала из города по направлению на восток. Ее путь лежал в великий город Нью-Йорк. В дороге она узнала от ДвойногоДжо, что программа сработала. Вместо нескольких поставщиков деньги поступили на заранее открытые подставные счета, с которых были немедленно сняты, и оставался всего лишь один день до того, как начнется расследование. Вероника была уверена, что не оставила никаких следов. Она заранее взломала базу данных курсов программистов, где училась, и заменила свою фотографию на чужую, уничтожила отпечатки пальцев на работе и в квартире, которую снимала, очистила свой компьютер от всей информации, связанной со взломом. Поэтому, когда на горизонте стала всплывать панорама Нью-Йорка, ей казалось, что начинается новая интересная жизнь. В Нью-Йорке Вероника поселилась под именем некой Вирджинии Хойт, данные на которую заполучила из форума хакеров. По мере того как средства отмывались, на ее счета стали поступать деньги от операции в Чикаго. Скрупулезность во взаимных расчетах была непременным условием членства в форуме. Денег вновь оказалось меньше, чем она рассчитывала, хотя даже они казались ей огромной суммой. В прессе о взломе не появилось ни слова. Видимо, для фирмы репутация была дороже, чем потерянные деньги. Но Нью-Йорк – это город соблазнов, город, который высасывал деньги быстрее, чем они поступали. Вероника сказала себе «стоп» и стала обдумывать, что делать дальше. Времени было мало. После каждого успеха появлялся сонм копировщиков, пытавшихся сделать то же самое, но значительно худшими средствами. Прозвучал и тревожный звонок из Черного Гнома. Выяснилось, что кто-то посторонний взломал защиту и какое-то время контролировал обмен сообщениями между членами форума. Немедленно был введена система PGP 1024 бита для шифрования сообщений. Теоретически это надежная программа, но кто знает, чем располагают государственные организации после 11 сентября? Поиски новой работы привели Веронику в крупную фирму, управляющую сетью супермаркетов. Система внутренней безопасности здесь была более жесткой, чем в фирме запчастей, но и финальный приз мог быть значительно выше в случае удачи. Приходилось соблюдать меры собственной безопасности. Обмен сообщениями с Черным Гномом она свела к минимуму, несмотря на систему шифрования сообщений, и осуществлялся он лишь через беспроводную связь. А через месяц начала поиск уязвимых мест системы защиты компьютерной сети супермаркетов. Это была тяжелая, но увлекательная работа. «Относись к этому как к игре», – постоянно говорила она сама себе. После нескольких безуспешных попыток удалось установить screen scraper в компьютере менеджера по расчетам с поставщиками, позволяющий следить за картинкой на экране, благодаря чему стали понятны принципы осуществления расчетных операций. К концу третьего месяца ДвойнойДжо, как ему казалось, справился с программой. Вероника испробовала ее на одной платежной операции, которую представили как техническую ошибку в системе. Программа ДвойногоДжо сработала, и она уже знала, что нужно делать дальше. В один из дней программа была запущена, отпечатки пальцев стерты, парик и документы очередной жертвы полетели в мусорный ящик, и машина понесла ее на юг, в город Атланту. Именно там, в Атланте, прозвучал очередной тревожный звонок. Один из членов Черного Гнома с помощью «инсайдера» смог получить информацию на людей, состоящих на учете в базе данных ФБР. Эта организация тоже была коррумпированной! За такую информацию просили немалые деньги, но Вероника запросила, что имеется на нее. Результат оказался неутешительным: «Подозревается в незаконных попытках вторжения в электронные базы данных. Местопребывание неизвестно». ДвойнойДжо предупредил, что внедрение «инсайдеров» стало хитом сезона и что частные фирмы начали предупреждать своих клиентов об опасности такого рода и предлагать практику проверки всего персонала, допускаемого для работы во внутренних компьютерных сетях. Вероника поняла, что торговые фирмы для нее стали опасны, и устроилась на работу в крупную адвокатскую фирму, занимающую целый этаж в центре города. Адвокаты – слишком занятые люди, чтобы обращать внимание на защиту собственной компьютерной сети, и уже через пару недель она знала все о движении денег внутри фирмы. Конечно, суммы менее значительные, чем в торговых фирмах, но и доступ к ним облегчен. Дальнейшее уже дело техники, и вскоре Вероника снова мчалась по дороге, теперь уже на запад, в город Хьюстон. В Хьюстоне она получила очередное неприятное предупреждение. У некоторых членов форума начались неприятности с ФБР, и многие стали выезжать в соседние страны. Вероника была уверена, что проявила максимум осторожности, но все же еще раз проверила базу данных ФБР. Формулировка в ее деле изменилась. Добавились слова: «Установить местонахождение и допросить по…» – далее следовал список нескольких расследований, куда были включены и ее операции. В дальнейшем она могла попасть в список разыскиваемых лиц, размещенный на интернет-сайте ФБР, а Вероника не имела никакого желания там оказаться, поэтому быстро пересекла мексиканскую границу. В Мексике она пробыла недолго. Проанализировав, где можно обосноваться с максимальным комфортом и безопасностью, Вероника решила, что наиболее оптимальное место – только Москва… – Ты уже здесь? – На кухню вплыла крупная женщина, ее родственница, которую она видела впервые в жизни. Костик – А ты че, и вправду программист? – спросил его при первой встрече сын дальней родственницы матери, жившей в Москве. Костик не стал утруждать себя объяснениями, что он специалист по информационным технологиям. Парень просто его не понял бы. Он перешел в последний класс в школе и мечтал лишь о том, как после окончания «закосит» от армии и уедет почему-то именно в Канаду, чтобы заработать там кучу денег. Этот адрес в Москве дала Костику мать, и он поселился у ее родственницы. Та была женщиной одинокой, работала где-то с утра до вечера, деньги зарабатывала небольшие, поэтому была безумно рада получать дополнительный, хотя и небольшой доход от Костика, делившего одну комнату с ее сыном, вообще-то неплохим парнем, но из тех, кого жизнь еще не шмякнула хорошенько оземь. Он приходил поздно вечером, по-хозяйски включал свет и начинал долго и шумно что-то передвигать, пока, наконец, не затихал на своей кровати. Иногда от него пахло пивом, и тогда он пытался затеять разговор о жизни. Но по большому счету они ладили, и Костик философски считал, что могло быть и хуже. Поиск работы в Москве провел его по полному кругу через агентства, бравшие деньги за то, что снабжали информацией годичной давности, и через тех, кто много обещал, но с нулевым результатом. Он сам стал давать объявления в газетах, на которые не получил ни одного ответа. Костик решил начать с профессии системного администратора, но везде требовался опыт работы, не говоря уже о московской регистрации. Никого не интересовал его красный диплом, полученный в Новосибирске. На рынке рабочей силы в области информационных технологий был переизбыток выпускников-москвичей, и хорошая работа в Москве, как и везде, расходилась по «своим». Деньги, полученные от матери, постепенно таяли, и он стал снижать планку требований. Чтобы зарабатывать хотя бы на жизнь, Костик устроился на полставки в одну из больниц, но это занимало время, которое можно было бы использовать для поиска настоящей работы. Жизнь в Москве затягивала на нем петлю, из которой, как казалось, вырваться невозможно. О возвращении в родной город не могло быть и речи. Там работы не было вовсе, да и мать, по-видимому, совсем не жаждала его видеть. За время, проведенное в столице, Костик ни разу не прикоснулся к компьютеру, так как посещать интернет-клубы было не по карману. Пришлось еще раз попросить денег у матери, и хотя их получил, он понял, что это в последний раз. Как-то сын родственницы пришел с новым предложением. Он где-то прослышал о ребятах, которые от имени мифических русских девушек вели переписку в Интернете с иностранцами, ищущими невест в России. – Они с этих козлов срубили столько бабла! – восхищенно повторял он. Парень предложил организовать переписку от имени девицы, которую притащил с собой. Девица, собственно говоря, и не требовалась, так как можно было поместить в Интернете любую фотографию. Но в разговоре она упомянула, что ее сестра устраивается на работу оператором ПК в некий финансовый фонд, и через пару минут Костик уже знал адрес данного учреждения. На следующее утро он появился в офисе фонда, но его ждало разочарование. Набирались лишь операторы для ввода информации в базу данных. Это была плохо оплачиваемая работа, не требующая квалификации, но от отчаяния он заполнил анкету и попал на собеседование к полной, постоянно моргающей женщине, которая удивилась, увидев его перед собой, так как на подобную работу претендовали только девушки. По не вполне понятным причинам она приняла его на работу, и он попал в компанию нескольких девиц, каждая из которых сидела в своем, огороженном с трех сторон кубике. Работа оказалась скучной и однообразной, но вполне устраивала Костика, так как ее было не слишком много и оставалось время для себя. Кроме того, здесь в его распоряжении находился компьютер, который можно было использовать, когда Моргуша отсутствовала, или после работы, пока не приходила уборщица. Интернет сотрудникам его отдела не полагался, но, используя свои навыки, он проник в информационную систему фонда и организовал для себя доступ во Всемирную паутину. Это несколько скрашивало пребывание на работе и давало доступ к последним новостям в области информационных технологий. Костик понимал, что стоит на нижней ступени иерархической лестницы в организации. Фонду требовались лишь финансисты, а не программисты, поэтому карьеру здесь не сделаешь. Целыми днями он был обязан сидеть в своем кубике, не имея доступа даже к телефону для поиска другой работы, и уже опасался, что полностью деградирует как специалист, если так будет продолжаться дальше. Он все еще жил у родственников, так как денег, получаемых в фирме, не хватало на аренду даже комнаты в коммунальной квартире. Приходилось не только выслушивать прожекты парня, которые ему порядком надоели, но и делать за него домашние задания. Костик начал уже задыхаться от безысходности, от рутины в должности оператора ПК, от невозможности найти настоящую полноценную работу, где можно было реализовать себя. Программа стояла на месте, так как он не мог сосредоточиться, постоянно ожидая прихода то Моргуши, то уборщицы. Forex не давался по той же причине. Необходимо было что-то предпринять, чтобы не сойти с ума. Вероника Предоставленная ей комната была темной, с затхлым воздухом и заставлена старой потрепанной мебелью. Из рассказов соседки она поняла, что это та самая комната, где жил и ушел в мир иной бывший супруг-алкоголик. Больше всего Вероника мечтала остаться одной и расслабиться, но необходимо было сделать то, о чем ее предупредила мама перед отъездом: вручить подарки. Это святое! Деньги деньгами, но родственнику должен быть преподнесен подарок. Без этого нельзя! По совету мамы перед отъездом она купила на распродаже в магазине кофточки самого большого размера, но, увидев тетю Марию, засомневалась, сможет ли та в них влезть. Заулыбавшаяся при виде подарков тетя Мария вдруг предложила: – А что, деточка, сбегала бы ты в магазин и взяла бы «Изабеллочки» или «Тамяночки». Отпразднуем твой приезд. Неожиданное предложение. Вероника не знала подобных названий, но глядя на круглое и лоснящееся лицо родственницы, поняла, что это какие-то спиртные напитки. «Так. Усопший алкоголик, судя по всему, успел сильно повлиять на свою последнюю жену, прежде чем ушел в мир иной». Пробормотав что-то о дальней дороге и усталости, Вероника не поддержала тетю, и та, обидевшись, поджала губки, недовольная своей новоприобретенной американской родственницей. Смягчило ее сердце лишь появление на столе четырех зеленых купюр, которые быстро исчезли в одном из карманов. – Ну, отдыхай, отдыхай! – заторопилась она, и дверь за ней закрылась. Через час, лежа на жесткой кровати под тяжеленным одеялом, Вероника хотела, наконец, забыть обо всем, но нервное возбуждение не проходило. В голову лезли разные неприятные мысли о том, куда и зачем она приехала. Только сейчас она поняла, какой это чужой и непонятный мир. Но, наконец, усталость взяла свое, и Вероника провалилась в глубокий сон. Утром она проснулась от стуков, шагов, говора в коридоре, звуков радио и, лежа в кровати, попыталась проанализировать ситуацию. Прежде всего, следовало привыкнуть к тому, что здесь ее имя произносилось с ударением на «и» вместо «о». И еще она заметила, что не понимает многих слов и выражений. Очевидно, русский язык во многом изменился с того времени, когда ее мать покинула Советский Союз. Необходимо срочно найти новую квартиру. Она не могла себе представить, как будет ждать очереди в ванную, готовить еду в компании чужих людей и пользоваться холодильником, стоящим в комнате тети Марии. А куда девать наличные деньги, которые находились при ней? Да и ноутбук нельзя оставлять в квартире, где столько посторонних людей. В ходе поиска квартиры она досконально изучила специфический московский рынок аренды: бюро, которые давали адреса квартир, сданных шесть месяцев назад, «черные» риелторы, получающие аренду за первый месяц и исчезающие впоследствии. День проходил за днем, деньги таяли, а она все еще находилась в квартире тетушки Марии. Одновременно Вероника сдала в несколько фирм по трудоустройству свое резюме с приложением дипломов, которые предварительно купила через Интернет. Там удивлялись и спрашивали, почему она приехала в Москву, но резюме все же приняли, даже пригласили на пару собеседований, но, видимо, из чистого любопытства. Кульминацией стал переезд от тети Марии во вполне приличную квартиру, в которую она не смогла попасть на следующий день, так как замок был заменен, а вызванная милиция отказалась ей помочь и уехала. На стуки и звонки никто так и не открыл, поэтому пришлось поселиться в гостинице с ноутбуком, с которым она не расставалась, но без вещей и договора на аренду, они остались в квартире. На третий день, когда она снова стояла у дверей и звонила, какой-то человек открыл дверь и сказал, что снял квартиру, вселился только час назад и ничего не знает. Вероника поняла, что и уплаченные деньги, и все ее вещи окончательно потеряны. Она, одинокий охотник за чужими деньгами, в этом городе превратилась в жертву хорошо отлаженной машины по отъему денег, ее денег. Привезенные доллары стремительно подходили к концу, и ее охватило отчаяние. Именно в этот момент ей позвонили по мобильному и пригласили на очередное собеседование. В Америке на беседу с потенциальным работодателем требовалось приходить в скромном деловом костюме и с минимальной косметикой. Но одежда, которую Вероника привезла с собой для подобных посещений, осталась в злополучной квартире. Пришлось покупать все заново, начиная с зубной щетки. Москва оказалась городом еще более дорогим, чем Нью-Йорк, поэтому сначала она засомневалась, стоит ли тратиться и вообще идти на собеседование. Но ее заинтересовало название фирмы, включавшее в себя слова «инвестиционный фонд», и она купила нейтральный костюм на все случаи жизни и явилась по указанному адресу. Как всегда, попала к женщине, начальнику отдела кадров, которая, бегло просмотрев ее документы, сказала: – Ну, это будет решать Сергей Михайлович, – и повела ее на последний этаж. Судя по размеру приемной, Сергей Михайлович был руководителем организации. Начальник отдела кадров ушла, оставив ее дожидаться приема в обществе секретарши, подчеркнуто не обращавшей на посетительницу никакого внимания. Зато Вероника от скуки принялась внимательно разглядывать ее. Она уже знала цены и зарплаты в Москве и никак не могла понять, как при такой зарплате эта молодая женщина могла позволить себе приобрести подобную одежду. И во сколько нужно вставать по утрам, чтобы успевать сделать такой макияж и соорудить на голове подобное произведение? Секретарша шуршала какими-то бумагами, изображая активную деятельность. Минуты шли, а Сергей Михайлович все еще был недоступен. К нему пару раз входили и выходили люди. Наконец, когда она уже собиралась встать и уйти, дошла очередь и до нее. За столом огромного кабинета сидел слегка расплывшийся и начинающий лысеть мужчина лет сорока с небольшим. Вероника в полном молчании прошла к креслу и буквально плюхнулась в него. Сергей Михайлович так же молча просматривал ее бумаги. – Ну, и что вас привело в Москву? – задал он, наконец, традиционный вопрос. – Деньги. – Пришлось повторить заезженную шутку: – Все американские деньги теперь здесь, у вас, а у нас остались лишь кредитные карточки. Я хочу забрать назад хотя бы часть наших американских денег. Сергей Михайлович, до этого никак не реагировавший на ее слова, оторвался от бумаг и, откинувшись в кресле, посмотрел на нее. – Ну и как, понравилась вам Москва? – Нет. Люди нелюбезны друг к другу, и слишком много жуликов. – Уже успели влететь в лохотрон? Этого слова она не знала, как и многих других из новояза, но догадалась, что оно могло означать. – Да. Я попыталась снять квартиру. – И вас развели на деньги. Ну, это дело святое! – произнес он почему-то довольным тоном. Опять она не поняла, что может быть в этом святого. Вообще, разговор с самого начала пошел в каком-то странном направлении. Как бы в подтверждение этого Сергей Михайлович протянул ей листок бумаги и спросил: – Как написано это письмо в отношении правильности английского языка? Вероника бегло пробежала текст. Это было указание о перечислении определенных сумм на какие-то расчетные счета в различных банках. На секунду она засомневалась, не путает ли Сергей Михайлович ее с кем-то другим. Она же не эксперт в области лингвистики, а специалист по информационным технологиям. – Нормально. Конечно, это русский английский, но адресат вас поймет. – Нет. Это мне не подходит! – строго проговорил Сергей Михайлович. – Сделайте так, чтобы это был британский английский. Письмо пойдет в Англию. А я пока позвоню. Очередная странность. Ее уже приняли на работу в качестве корректора? Сделав в письме несколько стилистических исправлений, Вероника положила письмо на стол руководителя фирмы. Сергей Михайлович не стал его просматривать, а наконец перешел к конкретному вопросу, по которому она, в общем-то, и пришла. – Ну и что вы можете нам предложить, учитывая вашу квалификацию? Все написано в ее резюме. По-видимому, нужно добавить что-то более весомое. – Я попробую взломать систему защиты компьютерной сети и покажу, как вашу организацию могут ограбить на миллион долларов. Для этого мне потребуется четыре недели. – Ну-ну, – усмехнулся Сергей Михайлович. – У нас установлена… – И с гордостью назвал известную программу по защите сетей. – Тогда на взлом уйдет не четыре, а шесть недель. – О’кей. Сделай это! – вдруг как-то по-детски радостно проговорил он. – Покажи Биллу, кто он есть на самом деле. «Билл» окончательно сбил Веронику с толку. Биллу Гейтсу или Биллу Клинтону? – Есть тут такой Билл Андерсен. Американец. Не знаешь его? «Я что, должна знать всех американцев, обитающих в Москве?» – подумала она, но промолчала, да ему и не нужен был ответ. – Он организовал фирмешку, занимающуюся установкой таких программ. Сноб и прохиндей! Устроил тут мне лекцию о том, какой он продвинутый и лучший в мире. Утри-ка ему нос! Во-первых, она не поняла, почему его больше волнует, как утереть нос Биллу Андерсену, а не перспектива потерять деньги. Во-вторых, для нее все еще оставался загадкой принцип употребления в Москве «ты» и «вы». Может быть, мама неправильно ее учила? Сергей Михайлович потер руки и сделал совсем уж неожиданное предложение: – Так. Обеденное время. Давай-ка поедем и быстренько перекусим. Ты же не занята? – Ответа ему, по-видимому, опять не требовалось. – Подожди меня внизу около выхода на стоянку для машин! Я сейчас спущусь. «У него здесь принято обедать с каждым кандидатом на работу? Если так, то они скоро разорятся». Обед проходил в полупустом ресторане, где предлагался бизнес-ланч. Было чисто, красиво и неуютно. Вероника сразу поняла, что бизнес-ланч в Москве отличается от подобного в Америке. Сергей Михайлович сразу же заказал себе двойной скотч безо льда и бутылку вина к обеду. В Америке это вызвало бы изумление у официанта и публики, а в Москве – ничего, все прошло без косых взглядов. Она ограничилась минеральной водой. За обедом ей пришлось в подробностях рассказать о своих приключениях с попытками снять квартиру. Каждый эпизод вызывал у него довольный смех, а после истории с потерей вещей он заметил: – Вероника! Считай, что тебе просто повезло, хотя бы потому, что тебя не побили. Эти ребята не любят настырных. Скорее всего, он был прав, и она миновала худшее, но в данный момент ее интересовало, как она должна его называть. Сергей и на «ты»? Но ведь он, может, ее будущий начальник? Опыта общения в Москве у Вероники было маловато, поэтому она решила избегать обращений и посмотреть, как будут развиваться события дальше и что означает это приглашение на обед. Она не спеша попивала минералку, а бутылка вина стремительно приближалась к концу. «Интересно, а как Сергей Михайлович после этого поедет на работу и как будет проводить совещание, назначенное на два часа, о котором он говорил?» За обедом они почти не разговаривали, а несколько раз вообще надолго замолкали, так как не находилось общих тем. Говорил в основном Сергей Михайлович, а она лишь иногда отвечала коротко «да» или «нет». Хотя он был одним из тех, кому не нужен ответ и кто привык слушать только самого себя. За кофе, отхлебывая из рюмки коньяк, Сергей Михайлович, наконец, приступил к финальной части разговора, ради которой обед и затевался. – Итак, ты хочешь у нас работать? Странный вопрос. Ради чего же она пришла? – Тогда условия: три тысячи евро в месяц, и будешь моей подругой. Подобное предложение, сделанное так буднично и просто, повергло ее в шок. Здесь что, всех девушек берут на работу на таких условиях? Молчание затягивалось. Чтобы выиграть время, она взяла в руки бокал с водой и медленно отпила. Есть ли у нее иные возможности? Если и есть, то очень туманные. В Штаты возвращаться нельзя. Надежда устроиться в России призрачна. Деньги подходят к концу. Пришлось вспомнить американский принцип пытаться продать себя максимально дорого при устройстве на работу, который, правда, в Америке имел несколько иное значение, чем в России. – Четыре тысячи и квартира. – Квартира?! – Сергей Михайлович от удивления поднял одну бровь. – Аренда в хорошем доме недалеко от работы. – Договорились! – облегченно выдохнул он. Сделка состоялась. Ее купили. Но интересно знать, на какую все же должность ее приняли? – Личный помощник. И не забудь пробить защиту. Нужно поставить Билла на место. Ну конечно, она постарается! Ради этого и пришла на работу. К концу дня в гостиницу приехал шофер и перевез ее. Дом был построен несколько лет назад. Полностью оборудованная и довольно просторная квартира, предоставленная Сергеем Михайловичем, была обставлена мебелью с претензией, но с совершенно голыми стенами и без мелочей, которые обычно придают квартирам жилой вид. Одним словом, казенная! В шкафу она нашла мужской халат и тапочки, скорее всего принадлежавшие хозяину, Сергею Михайловичу, который, по-видимому, использовал квартиру для специфических личных нужд. Это навело Веронику на мысль о том, на какой срок она принята на работу и как скоро он перестанет нуждаться в ее услугах. Весь следующий день прошел в хлопотах по организации рабочего места, которое, к негодованию секретарши, оказалось в огромной приемной Сергея Михайловича. Вероника быстро перевела на английский пару посланий в Англию, и, когда принесла шефу одно из них, он как можно небрежнее сказал: – Я сегодня заеду и посмотрю, как ты устроилась. Конечно, этого следовало ожидать, но она не думала, что все произойдет так скоро. Сергей Михайлович явился вечером и попытался по-хозяйски открыть дверь своим ключом, но она оказалась на цепочке. Вероника, встретив гостя, постаралась быть максимально вежливой, но твердой. – Давайте договоримся, что вы заранее предупреждаете, в какое время приходите, и звоните в дверь. Ему это не понравилось, но он смолчал. Сергей Михайлович принес с собой торт и бутылку коньяка. Беседа как-то не клеилась, и Вероника решила разговорить шефа, направив разговор на профессиональные темы. Конечно, начала она с фонда. – Наша организация зарегистрирована в Англии. Это закрытый инвестиционный фонд, куда мы привлекаем вклады физических и юридических лиц из России и стран СНГ. Средства вкладываются в так называемые фонды фондов в различных странах, которые держат портфели акций коммерческих компаний. Сергей Михайлович говорил заученными фразами, словно выступал на презентации. Чтобы как-то перевести разговор в форму диалога, пришлось лихорадочно вспоминать все, что она знала о финансах. – А какова степень риска и уровень ликвидности вложений? Прежде чем ответить, он налил себе еще рюмку коньяка и стал объяснять, как работает система, старательно обходя тему степени рисков. – Почему вы работаете через посредников в Англии и Швейцарии, а не напрямую с брокерами? Вопрос, как ей показалось, был неудобен для Сергея Михайловича, но, подумав, он слегка улыбнулся и ответил: – А как, думаешь, мы можем отсекать премию для руководства нашей организации? «Премией для руководства» у него назывался откат ему лично из комиссионных посредника. Торт стоял нетронутым, а бутылка коньяка была уже наполовину пуста. Наполнив очередную рюмку, шеф предложил: – Давай продолжим разговор в постели. Вероника не считала себя искушенной женщиной, но Сергей Михайлович в постели оказался настоящей катастрофой. Он тоже это понял, некоторое время лежал молча, но потом обрел прежнюю самоуверенность и попытался отнестись к произошедшему с юмором. Воспользовавшись ситуацией, Вероника решила урегулировать одну проблему и одновременно определить форму общения между ними. – Сергей! – Она впервые назвала его по имени. – Мне на время нужен компьютер, чтобы я могла спокойно работать дома по вечерам. Ей действительно был нужен еще один ПК, чтобы через Интернет выходить на связь с членами Черного Гнома. ФБР и коммерческие фирмы – ловцы хакеров научились засекать компьютеры, с которых велась переписка, и даже страны, откуда осуществлялся выход в Интернет. Поэтому она не хотела засвечивать свой собственный. – Подойдет модель Dell, которая стоит у нас в конторе? Напомни мне завтра! Я пошлю шофера. Вскоре Сергей Михайлович попрощался, слегка чмокнув ее в щеку, и ушел. Закрывая за ним дверь, Вероника опять подумала, долго ли это протянется. Времени присматриваться могло не быть, поэтому следующий день она начала со знакомства с архитектурой компьютерной сети и системой защиты. Это была двухуровневая защита, взломать которую, по утверждению ДвойногоДжо, было трудно, но возможно при наличии «инсайдера». Вскоре она поняла, что сама никак не может стать подобным «инсайдером», так как не имеет доступа к вводу информации в систему. Перевод денег проходил цепочку, начинающуюся с отдела операционистов, который невозможно миновать. Обдумав все это, при очередном посещении кабинета Сергея Михайловича по поводу перевода документа на английский язык Вероника заручилась его разрешением на проведение бесед с сотрудниками организации по вопросам безопасности компьютерной сети. Приходилось быть осторожной, так как бдительное око секретарши фиксировало каждый ее шаг, а потом – Вероника нисколько в этом не сомневалась – все докладывалось шефу. Она ловила на себе удивленные взгляды других сотрудников, заходящих в кабинет Сергея Михайловича, но никто не пытался с ней заговорить, за что она была им очень благодарна. Меньше всего ей хотелось бы распространяться, кто она и что там делает. Следующим шагом было посещение отдела, где в систему вводилась вся информация. Пока начальник отдела, неопрятная, постоянно моргающая женщина, объясняла то, что Вероника знала сама, она незаметно оглядывалась по сторонам. Все сотрудники – молодые девочки и один парнишка. Выглядел он как-то несовременно – редкие светлые волосы, немодно свешивающиеся на лоб, такая же немодная одежда, и сам он весь какой-то серый. Сразу стало понятно, что на девочек нет никакой надежды. Оставался молодой человек, другого выбора у нее, по-видимому, не было. Костя Очередной скучный день начался как обычно. Основной хитростью в их отделе было работать как можно медленнее. Иначе то, что Костя делал за день, можно было бы сделать за один час. Но это невыгодно всем – сотрудникам, потому что большинство из них пришлось бы уволить, Моргуше, потому что уменьшенный численный состав снизил бы ее статус в компании, и без того невысокий. Наконец наступило время обеда. Приходилось экономить на всем, поэтому Костик приносил еду из дома и обедал на рабочем месте. Придя в буфет, чтобы налить кипяток для чая, он сразу заметил молодую женщину, которая приходила к Моргуше. Посетители были редкими гостями в их отделе, но молодая женщина просидела за стеклянной перегородкой довольно долго. Моргуша что-то усиленно ей объясняла, тыкая пальцем в экран компьютера. Женщина сидела с чашкой кофе лицом к двери, что-то читала и, казалось, кого-то поджидала. Он никогда не видел ее раньше. Неброская, темный деловой костюм, узкие очки для чтения на худощавом лице. Как ему показалось, она внимательно посмотрела на него. После перерыва она снова пришла в их отдел. Моргуши не было, и Костик, воспользовавшись моментом, рассматривал очередные графики Forex, делая пометки. Увидев ее, он тут же убрал графики с экрана. Убедившись, что Моргуши нет на месте, женщина ушла. Вечером, когда все сотрудники покинули свои кубики и Костик остался один, он начал в очередной раз критически просматривать свое детище – хакерскую программу, которую с перерывами писал уже несколько лет. Чего-то в ней не хватало, было какое-то несовершенство. Увлекшись, он не заметил, как дверь сзади открылась, а услышав шорох за спиной, подумал: «Почему уборщица пришла сегодня так рано?» Костик обернулся – в дверях стояла та самая женщина в темном костюме. – Здравствуйте, можно войти? – спросила она и, не дожидаясь ответа, двинулась к нему. Он не нашелся, что ответить, и лишь автоматически убрал с экрана программу. – Меня зовут Вероника. Я работаю здесь второй день и никого не знаю, – продолжала между тем молодая женщина. – Я давно хотела научиться играть на рынке Forex, но знаю, что это сложно. Если не отрываю вас от дел, не смогли бы вы научить меня основным принципам? – Она говорила со странным акцентом: мягко, слегка грассируя и растягивая слова. «Наверное, из Прибалтики», – решил Костик и вежливо проговорил: – Да, конечно. Я ничем не занят. Женщина взяла стул из соседнего кубика и села рядом с ним. – Меня зовут Вероника. А вас как? – Константин. Он вывел на экран демонстрационные таблицы и графики одного из Forex-сайтов и стал рассказывать, что и как нужно делать. Она задавала вопросы, судя по которым было видно, что она быстро схватывала суть, и вскоре подошла к вопросу, который волновал и его: как создать систему, позволяющую выигрывать. Но им помешала появившаяся уборщица. – А знаете, Константин, – улыбнулась женщина. Она была единственной, кто так его назвал. – Это очень интересно! Давайте продолжим в другом месте. Вы не заняты? – Нет, – вырвалось у него. – Тогда встретимся на улице, – предложила она и быстро вышла. Конечно, встретиться и продолжить разговор куда приятнее, чем возвращаться в переполненном вагоне метро домой и ожидать прихода дебильного сына хозяйки. Но все так стремительно, слишком стремительно. У Костика возникло чувство, что им играют или его используют в каких-то своих целях. На улице Вероника быстро поймала машину и сказала водителю адрес. Костя был еще плохо знаком с Москвой и не знал, куда они едут. Но машина вскоре остановилась, и они вышли у большого, недавно выстроенного дома. Она бодро направилась к подъезду, и ему ничего не оставалось, как молча следовать за ней. Он ни о чем не спрашивал, и она не пускалась в объяснения. В лифте оба молчали. Повозившись с замками, Вероника открыла дверь, и они вошли в квартиру. Костик снял куртку и ботинки и прошел в комнату. – Располагайтесь. Я сейчас приду, – сказала Вероника и исчезла. У него было время оглядеться. Квартира какая-то холодная, как номер в гостинице, ничего лишнего. Он чувствовал себя напряженно от необычности всего происходящего. На столике лежал ноутбук, и Костик не удержался, открыл крышку и взглянул на модель. Мощная машина с беспроводной связью. И очень дорогая! Тут появилась Вероника, которая успела переодеться в теплый спортивный костюм, отчего сразу стала выглядеть значительно моложе. Костик понял, что она примерно его возраста, и сразу почувствовал себя комфортнее. Тапочки, которые она ему принесла, совсем успокоили его. – Я сейчас приготовлю что-нибудь перекусить. Не хотите выпить? У меня есть хороший коньяк. – Нет. Спасибо. Вероника принесла из кухни поднос с бутербродами и чаем, и они продолжили разговор о системе технического анализа в Forex. Костик немного поколебался и достал диск со своими расчетами. Она просмотрела его на компьютере и удивленно повернулась к Костику: – Это работает? Что он мог ответить? – Пока нет, требуется доработка. – Константин, а вы уверены, что «марджин» 1 к 100 вообще позволяет выигрывать у системы? Они ведь работают даже 1 к 2 или 1 к 5. Вы делали расчеты, применяя теорию вероятности? – Да. Теоретически шанс выиграть такой же, как у рулетки. Но существуют же профессиональные игроки в рулетку. Их немного, но они есть. – Вы верите, что такую формулу действительно возможно вывести? – Мне нужно во что-то верить, иначе я сойду с ума. Вероника внимательно посмотрела на него, а Костик подумал, что зря выговаривается перед этой незнакомой женщиной. Он даже не спросил, кто она и чем занимается в их организации. Хотя какая разница? Он подошел к той черте, когда ему уже было все равно. Завтра это приключение закончится, и они будут лишь вежливо кивать друг другу, случайно сталкиваясь в коридорах. – Константин, не хотите еще чая? – спросила Вероника. – Пожалуйста, зовите меня Костя. – Хорошо, Костя, – улыбнувшись, сказала она и пошла на кухню. Пока ее не было, он заглянул в ноутбук. Впечатляюще! Все мировые достижения! Несложная проверка показала наличие скрытых программ. Учитывая дополнительный блок памяти, там могли храниться настоящие сокровища. За второй чашкой чая Вероника неожиданно предложила: – Костя, меня очень заинтересовала ваша идея. У меня нет друзей в этом городе. Можете приходить сюда, и мы вместе могли бы поработать над формулой. Ну, конечно, не каждый день, но хотя бы иногда. – Хорошо. Это был очередной сюрприз сегодняшнего дня. Они надолго замолчали, и Костя понял, что пора уходить. Он поблагодарил за чай и поднялся, она, узнав, где он живет, вызвала по телефону такси. Когда он одевался, Вероника протянула ему деньги: – Они сказали, что такси будет стоить шестьсот рублей. Костик безропотно взял их, потому что понимал: возвращаться в такой поздний час в его район может ему дорого обойтись, если на улицах болтаются такие парни, как сын хозяйки. По дороге, сидя в машине, от тепла и возникшего чувства безопасности Костик слегка расслабился и попытался проанализировать события дня. Что-то не состыковывалось. Эта Вероника слишком умна, чтобы ей требовалась помощь Костика в освоении азов Forex. Формула – тоже очень проблематична, и она, несомненно, знала это, по отдельным фразам было понятно, что она хорошо разбирается в программировании. К тому же он далеко не Антонио Бандерас. Что же тогда? Ждать, как будут развиваться события дальше. По крайней мере, жизнь становилась интереснее… Вероника Ей казалось, что она сделала правильный выбор. Этот молодой человек, Костя, оказался довольно податливым и способным на многое. Несомненно, он умен, одинок и недоволен своей работой и положением. Судя по его одежде и поведению, у него были проблемы с деньгами. Как далеко он готов пойти, чтобы заработать их? Заработать хорошие деньги. Из-за отсутствия времени приходилось действовать быстро, минуя стадию постепенного знакомства, и Вероника надеялась, что не испугала его своим наскоком. Конечно, рискованно было приводить его сразу в дом, но, поговорив с ним, она пришла к выводу, что он не из болтливых и завтра об их встрече не будут чесать языками в их фирме, к тому же достаточно милый. Особенно умилило ее, когда на пороге он сразу же снял ботинки и потопал в комнату в спустившихся носках синего цвета. Итак, предстояло продолжение. Костя мог оказаться существенным элементом ее плана. С нового компьютера, доставленного шофером из фирмы, она связалась с ДвойнымДжо и изложила ему ситуацию с компьютерной сетью организации. Тот подтвердил, что проблем не возникнет, но нужно время. А из сайта Черного Гнома она узнала, что один из членов форума был пойман на чем-то и, очевидно, стал сотрудничать с ФБР, поэтому необходима предельная осторожность. В коммуникациях между собой они повысили степень PGP до 2048 битов для шифрования своих сообщений. Для вскрытия ключа в 2048 бит потребуются десятилетия, даже если применить супермощные машины. На следующий день, опять с коньяком, но без торта, пришел Сергей Михайлович, или Сергей, как он разрешил себя называть вне работы. Усталый и какой-то взвинченный. Выпив большую дозу коньяка, он развалился в кресле и, казалось, даже не хотел разговаривать. Вероника и не настаивала. Они включили телевизор и стали смотреть новости, изредка обмениваясь комментариями. А когда легли в постель, он долго лежал без движений, полуобняв ее и думая о чем-то своем. Секс в эту ночь был короткий и какой-то бесстрастный, словно они выполняли нудную работу. Затем Сергей сразу же заснул и захрапел. Вероника надела халат, взяла ноутбук и вышла на кухню, плотно закрыв дверь. Но работать не хотелось. Да и нужно ли это? Складывалась непростая ситуация, когда ее план зависел от двух мужчин, с каждым из которых были неопределенные отношения, готовые оборваться в любой момент. А хуже состояния неопределенности нет ничего! Она услышала, как в комнате одевается Сергей. Уже стоя в коридоре перед дверью, он сказал на прощание: – Извини. Сегодня был дрянной день, и у меня поганое настроение. Утром на работе пронесся маленький вихрь. В приемную влетела дама в немыслимом полушубке и прямиком направилась в кабинет Сергея Михайловича. Оттуда тут же вылетели два сотрудника, дверь громко захлопнулась, и из кабинета раздался неприятный визгливый женский голос, который не могли заглушить даже закрытые двери. Веронике стало стыдно, словно она подслушивает что-то неприличное, и она решила пойти в буфет выпить кофе. Там она столкнулась с Костиком, но он, бросив на нее мимолетный взгляд, молча повернулся и ушел. Молодец! Инстинктивно он принял правильную форму общения между ними на людях. Вероника просидела в буфете около получаса, а когда вернулась, увидела, как уборщица выносит из кабинета шефа какие-то осколки в мусорной корзине. Вечером она позвонила по номеру телефона, который оставил ей Костя, и пригласила его зайти в гости. Он сразу согласился. Следующий день была суббота, и Костя пришел пораньше. Она устроила традиционное чаепитие, заметив при этом: – Я плохая хозяйка. Могу предложить лишь то, что есть в холодильнике. Костик от всего отказался, и они приступили к главному, ради чего встретились сегодня. – Костя, – начала Вероника, – меня взяли на работу в фонд для проверки надежности защиты компьютерной сети. Взяли временно. Моя задача состоит в том, чтобы найти уязвимое место в защите и исправить положение. Или не найти ничего и удалиться. У меня есть наработки по предыдущим подобным проверкам сетей, и вскоре я их получу. Но мне хотелось бы знать мнение специалиста-практика, который знаком с архитектурой сети. Вы же знакомы с основами программирования? Конечно, то, что она сказала, было полуправдой, и его ответ должен показать, пойдет ли он на сотрудничество. Костик объяснил ей, что он окончил университет, а работает в фирме потому, что не смог найти ничего подходящего для себя. Говорилось это с такими горькими интонациями, что Вероника поняла: самый верный способ сделать из него союзника – это повысить его самооценку до такого уровня, чтобы он захотел быстро и эффективно достичь какой-то цели. Например, заработать много денег. – Я уверена, что вы умный и способный молодой человек, – продолжала она. – Через несколько лет вы будете лежать на пляже на каком-нибудь острове в Карибском море и вспоминать о своей нынешней работе как о курьезном эпизоде в своей жизни. Услышав такую откровенную лесть, Костик с некоторым удивлением посмотрел на нее, но ничего не ответил, и разговор перешел на профессиональные темы. – Что касается программы защиты, то она была подстроена под требования заказчика несколько лет назад и считалась тогда неуязвимой, – сказал он. – Однако с тех пор в нее не вносились улучшения, впоследствии разработанные фирмой, и ее нельзя сейчас признать совершенной, хотя это все еще сильная программа. Но прогресс идет вперед, и хакеры всегда идут на шаг впереди прогресса, верно? Последний вопрос ей не понравился, и Вероника решила его проигнорировать. Во всем остальном она поверила, что он знает, о чем говорит. Костя стал объяснять некоторые детали, и она поняла, что он разбирается в вопросе значительно лучше, чем она ожидала. Разговор прервал телефонный звонок. Звонил Сергей Михайлович. Он был пьян. Очень пьян. Вероника выскочила на кухню и прикрыла за собой дверь. Сергей Михайлович сказал, что направляется к ней и скоро будет. Никакие аргументы типа мытья головы или стирки белья на него не подействовали. Она вошла в комнату, увидела вопрошающий взгляд Костика и развела руками. – Костя… – Понял, – просто сказал он и стал собираться. Через пять минут после его ухода заявился Сергей Михайлович. Без коньяка, но с цветами. Он прошел в комнату, включил телевизор и сказал, как будто оправдываясь: – В бане были. Затем попытался поймать ее за руку и усадить рядом, но промахнулся. Вероника под предлогом, что идет готовить чай, исчезла на кухне. Когда чайник вскипел, она услышала из комнаты богатырский храп. Заглянула в комнату и, убедившись, что Сергей Михайлович спит в одежде поперек дивана, удалилась обратно на кухню. Сергей Михайлович становился проблемой. Сегодняшняя беседа с Костей убедила ее, что он совершенно необходим. Но непредсказуемые посещения Сергея Михайловича ставили под угрозу весь ее план. С другой стороны, если она уйдет из этой квартиры, то, скорее всего, потеряет работу. Было уже темно, Вероника сидела и пила чай на кухне, когда услышала звуки льющейся воды из ванной комнаты. Это означало, что Сергей Михайлович встал и приводит себя в порядок. Вскоре он появился на кухне, его мокрые волосы были зачесаны назад. – Дай чайку! – хрипло попросил он с виноватым лицом нашкодившего мальчишки. За чаем Сергей стал рассказывать последние московские истории, и даже пару раз рассмешил ее. Оказалось, что, когда он не играет роль крутого бизнесмена, это вполне милый мужчина. Веронике даже стало интересно с ним. – Ты видела вчера мою благоверную? – улыбнувшись, спросил он. Это слово было ей незнакомо, но она догадалась, что оно означает. – Думаю, да. Но я сразу же ушла в буфет. Как-то неудобно стало, будто я подслушиваю. – И правильно сделала! Ничего приятного ты бы не услышала. Одни матюги. – Вчерашнее посещение, кажется, стало темой для бурного обсуждения. Думаю, твоя секретарша не удержалась, чтобы не рассказать об этом паре подруг, и в результате об этом узнали все. Это, конечно, не мое дело, но есть бизнес, и есть дом. Нельзя ли договориться с ней, чтобы… – Нельзя! – жестко прервал ее Сергей. – Я не могу запретить члену правления появляться в фирме. Тем более что их там двое против меня – она и ее папаша. Все встало на свои места. Классический семейный финансовый треугольник. – Плюс климактерический синдром, – добавил он. На кухне воцарилось молчание, которое через некоторое время нарушил снова Сергей. – Будь осторожна с моей секретаршей! – неожиданно выпалил он. – Я знаю. Она все тебе докладывает. – Она все докладывает моей жене. Костя Повторная встреча с Вероникой оставила двойственное ощущение. С одной стороны, он обрадовался, когда она позвонила в пятницу вечером и пригласила в гости, с другой – он никак не мог отделаться от ощущения, что им играют и хотят использовать, и это сильно его угнетало. Версия о том, что Веронику наняли временно, чтобы она нашла дыры в защите сети, показалась ему надуманной, но вслух он ничего не сказал. Несомненно, она была профессионалом, хорошим профессионалом, но не более того. Программист после пятиминутного разговора с другим программистом, как правило, понимает уровень его подготовки. Если она хочет найти дыры в защите, самой ей не справиться. В этом он не сомневался, но решил сейчас не заморачиваться, настолько ему было хорошо и уютно за чаем и приятной профессиональной беседой. К тому же он заметил, что у нее появился новенький, только что распакованный Dell, такой же, как у них на работе, и они заговорили о защитной программе – тема, интересовавшая их обоих. Оживленному разговору помешал телефонный звонок, и Вероника торопливо ушла на кухню, откуда был слышен ее сдавленный голос. Когда она вернулась через пару минут, Костя встал и пошел одеваться… В понедельник утром он успел урвать для себя час, прежде чем стали появляться сотрудницы отдела. – Костик! Ты что сидишь такой мечтательный? Влюбился? – В комнату влетела Моргуша. – Я мечтаю о том, как через несколько лет буду лежать на пляже где-нибудь на острове в Карибском море и вспоминать о своей нынешней работе как о курьезном эпизоде в моей жизни. Его поразило, что он буквально процитировал Веронику. Хотя сама фраза была какой-то ненастоящей, несвойственной ей, Костя не мог не признать, что это предположение ему понравилось. Моргуша внимательно взглянула на него, но не нашлась, что ответить. Через два дня вновь позвонила Вероника, сказала, что у нее есть что-то интересное для него, и спросила, может ли он прийти. Костик ждал этого звонка, поэтому очень обрадовался. Интересным оказался диск с программой, о которой она говорила, и он провел целый час перед компьютером, прежде чем вынести свой вердикт. – Есть несколько оригинальных решений, хотя база не новая, ее уже неоднократно использовали. Если вы установите улучшения, которые за последний год создала фирма-разработчик программы защиты, система будет защищена, и подобная хакерская программа не сработает. – А если не установлю? – услышал он в ответ. Вопрос был неожиданным. У Костика вдруг возникло ощущение, что его постепенно подводят к какому-то решению, о котором он сейчас мог только догадываться. «Ну, что же, посмотрим, каким будет следующий ход», – подумал он, а вслух сказал: – Я думаю, что тогда вероятность взлома будет пятьдесят на пятьдесят, хотя не совсем уверен, и мне нужно подумать. Но в любом случае об этом происшествии тут же станет известно системному администратору. – Тогда подумайте! – предложила ему Вероника с усмешкой и ушла на кухню. Ему фактически предложили роль гипотетического взломщика, который должен был вторгнуться в недостаточно защищенную систему, существовавшую в их организации. Вопрос, почему не установить дополнения к программе защиты, пока остался без ответа, но он решил, что обязательно узнает об этом на следующем этапе. Задача была интригующей! Победить в одиночку и проникнуть в крепость, которую совместно строили десятки людей, – это ли не высшая форма доказать себе и другим: я лучше, умнее, профессиональнее, я выше вас всех? Даже если разгадка впоследствии будет использована для улучшения защиты этой самой крепости. Программу, находившуюся в распоряжении Вероники, несомненно, написал талантливый автор. Костик не знал, кто именно, но ясно, что Вероника не могла быть ее создателем. То, что он сам занимался разработкой хакерской программы, помогло ему быстро разобраться с задачей. Эта программа, конечно же, был шагом вперед по сравнению с тем, что сделал он, но и ее он не мог назвать верхом совершенства. Даже на первый взгляд она имела изъяны применительно к программе, которую предстояло взломать. Если покопаться глубже, по-видимому, найдутся и другие огрехи, которые можно исправить с помощью его собственных наработок. У Костика было слабое представление о вопросах интеллектуальной собственности, но в данном конкретном случае он не сомневался, что кто-то получил материальное вознаграждение за свою работу по написанию программы, и он считал, что его часть работы также должна быть соответствующим образом оплачена. Он не представлял, как этот вопрос обсудить с Вероникой, так же как и другие, накопившиеся у него. Он слышал, как она с кем-то разговаривала по телефону на кухне, но на этот раз это уже был не сдавленный шепот. Когда Вероника появилась в комнате, она выглядела слегка озабоченной, но спокойной, и Костик понял, что беседа будет продолжена. – Я просмотрел программу. Она скорее не сработает, чем сработает. – И он в общих чертах обрисовал недоработки. – Тогда программу придется отправить обратно, – задумчиво произнесла Вероника. – Я не знаю, сколько времени это займет, и не уверена, смогут ли там вообще исправить недочеты. – При интенсивной работе потребуется около месяца, если разработчик знает, в каком направлении двигаться, – заметил Костик. – Вы уверены, что так долго? У меня, по-видимому, совсем не остается времени, – медленно проговорила она. Костик на ее слова никак не отреагировал, на данном этапе его волновало другое. – Существуют ли авторские права на эту программу? Они защищены? Кому она принадлежит? – Программа принадлежит мне, – жестко ответила Вероника. – Что касается авторских прав, то пусть вас это не беспокоит. Автор никаких претензий предъявлять не будет. А почему вы спрашиваете? – В программе есть некоторые интересные находки. Если бы я мог их использовать, то значительно улучшил бы те наработки, которые имеются у меня. Она задумчиво посмотрела на него. – Ваши наработки? Вы уже работали в этом направлении? Я не знала. – Да. У меня многое сделано. Но я не могу завершить программу, потому что приходится заниматься этим урывками на работе, когда меня никто не видит. – Но вы можете приходить и работать здесь. Конечно, не каждый день, но по возможности часто. – Спасибо. А вы? Я не буду мешать? – Если бы мешали, я бы не предложила, – засмеялась Вероника. – Хорошо. Но вы мне сразу скажите, если я стану причинять неудобства. – Конечно, скажу, – вновь засмеялась она. Было уже поздно, и Костик стал собираться домой. Говорить о вознаграждении он так и не решился и отложил разговор до следующего раза. В прихожей вместе с деньгами на такси Вероника неожиданно вручила ему ключи и сказала: – Можете начинать в пятницу вечером. Я уеду на несколько дней, а вы располагайтесь и работайте. Я оставлю постельное белье, чтобы вы не теряли время на дорогу. И буду вам звонить. Вероника Она сомневалась в правильности своего решения. Пока Костя сидел в комнате и изучал ее программу, позвонил Сергей. Вероника испугалась, что повторится прошлая история, но он был трезв и говорил деловым тоном. Сергей сообщил, что в пятницу летит в Лондон, и она должна поехать вместе с ним, чтобы помочь с переводом, и что это очень важно. Ей не совсем была понятна ее роль в этой поездке, так как Сергей вполне сносно говорил по-английски. Кроме того, поездка вызывала несколько вопросов. Вероника регулярно проверяла веб-сайты ФБР и Интерпола и пока не находила себя в списках разыскиваемых, но, может, существуют другие списки, которыми обмениваются полиции США и Англии? Отношения с Сергеем были неопределенными, и она не представляла, сколько еще времени мужчина, находящийся в кризисе среднего возраста, будет держать ее в своей организации, где ее роль сводилась к переводам его собственной исходящей корреспонденции. В любой момент он может пуститься в очередное приключение, надобность в ней отпадет, и весь план будет разрушен. Двойственное чувство оставила и новость о том, что Костя имеет собственные наработки хакерской программы. Это означало, что он тоже жаждал быстрых денег, и его роль в ее плане постепенно становилась слишком значительной, особенно после того, как в его руках окажется хакерская программа Вероники. Не станет ли ее план в будущем уже его планом? С тяжелым чувством Вероника начала собираться в дорогу. За день до отъезда опять появилась жена Сергея. Прежде чем влететь в кабинет, она остановилась и внимательно посмотрела на девушку, показывая этим, что она в курсе их отношений с Сергеем. А по кривой ухмылке секретарши Вероника догадалась, откуда поступила эта информация. Когда на фирме узнали, что Вероника летит в Англию, от секретарши стали исходить прямо волны отрицательной энергии, и с этим нужно было что-то делать. В самолете шеф и его помощница сидели в бизнес-классе. Сергей потягивал коньяк и просматривал газеты. Веронику же интересовал чисто житейский вопрос: – Жена не имела претензий, что я поехала с тобой и вообще по поводу наших отношений? – Я же не имею претензий, что она спит с моей секретаршей, – буркнул из-за газеты Сергей. Неожиданное заявление. А она-то думала, что он сам с ней спит. – Твоя секретарша скоро спалит меня взглядом, и ты лишишься ценного специалиста по информационным технологиям. – Я бы спалил ее на костре, если бы у меня был повод. Дай мне этот повод, и от нее останется только пепел. Остаток пути Вероника ни о чем не могла думать, кроме как о паспортном контроле в Лондоне. В очереди у нее начался легкий озноб, но чиновник не проявил ни малейшего интереса к ее американскому паспорту, и вскоре они уже ехали в город по непривычной левой стороне дороги. Поселились в гостинице на Оксфорд-стрит, улице роскошных гостиниц и магазинов с сумасшедшими ценами. С самого начала она оговорила, что будет жить в отдельном номере, и Сергей нисколько не возражал против этого. К ее удивлению, несмотря на фундаментальный фасад гостиницы и роскошный вестибюль, номер оказался очень скромным, прокуренным и с расшатанной мебелью, видавшей лучшие времена. Сергей сразу же распорядился, чтобы они прошлись по магазинам, где он придирчиво отбирал одежду и прочие вещи для девочки четырнадцати лет. Как оказалось, для дочки, которая училась в английской школе. По всем покупкам Вероника должна была давать свои экспертные заключения. Когда вечером с горой пакетов они появились в гостинице, ее единственным желанием было скинуть обувь, добраться до постели и уснуть. Завтракала она одна, так как Сергей рано утром уехал в школу, находившуюся в одном из зеленых пригородов города. Он предупредил, что вернется в воскресенье вечером, поэтому всю субботу Вероника неторопливо бродила по центру города, отдыхала на скамейках в парках и наслаждалась солнечным, хотя и прохладным днем. А вечером зашла в колоритный паб послушать настоящий английский язык. Мужчины и женщины с таким азартом обсуждали футбольный матч, что казалось, вот-вот вспыхнет драка. Но все обошлось. Драки в английских пабах происходят крайне редко. Когда она вернулась в гостиницу, к ее удивлению, в ячейке для ключей лежала записка от Сергея, извещавшая, что он находится в баре. Сергей был пьян и зол. Пришлось сесть и выслушать все, что у него накипело. – Ты представляешь? Она явилась со своим английским бойфрендом. Полным придурком, с татуировками и пирсингом. Старше ее на три года. Да они уже трахаются по полной программе. И куда эта долбаная английская школа смотрит? Ученикам здесь все позволено. Ей на хер не нужны были мои подарки. Единственное, что ее интересовало, – сколько бабок я привез. Не удивлюсь, если узнаю, что они даже курят дурь. И так далее. Вероника молча выслушивала его обиды на дочь, жену, родственников, вообще на весь мир. Ему просто нужно было выговориться. За этот вечер она многое узнала о нем самом, о его семье и об их взаимоотношениях. Информации было даже слишком много. Завтра Сергей пожалеет, что выплеснул на нее всю семейную грязь. Она заикнулась было, что ему пора идти спать. – И ты тоже! Все в этой жизни мне указывают и куда-то направляют. Не уподобляйся им! Я – кот, который ходит сам по себе. Никакие уговоры не помогали. Он становился все более и более агрессивным. В конце концов ей пришлось просто уйти, предупредив бармена, чтобы тот не давал ему больше выпивки. В воскресенье с утра Сергей был плох, очень плох. Ей удалось почти силой заставить его пройтись по парку, покормить лебедей в прудах, посидеть на лавочке. В хорошую погоду Лондон производит умиротворяющее впечатление, и казалось, что Сергей как-то просветлел и успокоился. В понедельник он уехал на встречу со своим английским партнером, и она опять осталась одна. Посещение многоэтажных и роскошных магазинов принесло мало радости. Тяжелая работа началась для нее во второй половине дня, когда появился Сергей с пачкой документов. Это были приложения и меморандумы к некоему договору о приобретении пая в коммерческой компании, написанные таким витиеватым средневековым языком, каким излагали свои мысли только английские юристы. Веронике пришлось продираться сквозь языковые джунгли, значение некоторых слов она сама не понимала. Сергей терпеливо слушал, задавал вопросы и делал пометки для себя. Они закончили только к вечеру, и Вероника вышла на улицу прогуляться. Город готовился к Рождеству, и ночной Лондон весь переливался огнями. Было прохладно, но безветренно. Множество людей неторопливо шли по улицам, любуясь витринами и прикидывая, что будут дарить близким. Вернувшись в гостиницу, она заглянула в бар и увидела Сергея в обществе пожилого мужчины в черном костюме. Сергей помахал ей рукой и, когда она подошла, представил: – Важа Шалвович! Познакомьтесь. Это Вероника, мой помощник и консультант из Америки. Черные крашеные волосы Важа Шалвович зачесывал набок, чтобы прикрыть огромную лысину, он был толстым и очень опасным. – У меня там брату принадлежит ресторан «Одесса» и еще кое-что на Брайтоне, – начал он с ходу. – Я в Нью-Йорке никогда не была на Брайтон-Бич. Важа Шалвович на лету поймал намек и, повернувшись к Сергею, спросил: – На чем мы остановились? – Я буду ужинать в ресторане, – продолжила Вероника, намеренно обращаясь только к Сергею. Интуиция, как правило, никогда не подводила ее, и ощущение опасности после встречи с Важей Шалвовичем не проходило. Сергей, пребывавший в хорошем расположении духа, вскоре присоединился к ней за ужином. – Не опасно вести дела с такими? – не удержалась Вероника. – Это – кавказский авторитет. Успел награбить столько, что не знает, куда истратить. Не опасно, пока он в тебе заинтересован. – А потом? – А потом лучше держаться подальше. После ресторана Сергей впервые за всю поездку зашел к ней в номер. В эту ночь он был нежен и чувственен, и она в первый раз почувствовала удовлетворение от пребывания с ним в постели. Ей показалось, что он испытывал то же чувство. Покидая номер, он сказал: – Завтра с утра у нас серьезная встреча. Пожалуйста, будь готова. Слово «пожалуйста» она тоже услышала от него впервые. Вероника и Сергей То, что называлось «серьезной встречей», происходило в адвокатской конторе, возраст которой, судя по портретам на стенах, насчитывал лет двести. Адвокат был под стать конторе: старый и презрительный к иностранцам-посетителям, не владеющим в достаточной мере его британским английским языком, корни которого уходили в средневековое прошлое. Они провели у него два часа, пытаясь объяснить, какие изменения необходимо внести в документы, при этом адвокат втягивал их в дискуссию о значении тех или иных терминов в британском понимании, что приводило к раздражению, которым, как казалось, адвокат наслаждался. Закончилось тем, что он объявил: из-за огромного объема работы подготовить документы сможет лишь через месяц, чем привел Сергея в полнейший шок. Когда они вышли на улицу, чтобы вдохнуть свежего воздуха после затхлой адвокатской конторы, и Вероника узнала почасовую ставку адвоката, ей захотелось напиться так же, как и Сергею. Они зашли в паб и дали волю чувствам. Сергей громко матерился и ругал адвоката, английские порядки и даже левостороннее движение на улицах. Она поддержала его, вспомнив, с каким видом адвокат отворачивался к портретам предков, когда слышал ее американский английский. В конце концов Сергей не выдержал и в сердцах бросил: – Ну их к черту! Пойдем в гостиницу и потрахаемся от души. Слова прозвучали грубо, но совсем не покоробили Веронику. Это было лучше, чем если бы Сергей просто напился. В гостинице они валялись в постели, смотрели телевизор, дурачились, заказывали еду прямо в номер. Сергей был необычайно весел и рассказывал смешные истории из своей жизни. – Я приехал в Москву поступать в финансовый институт из Луганска. – Вероника даже не знала, где находится этот город. – Учился плохо, на одни тройки. В основном гулял с девушками. После окончания института с помощью друзей кое-как устроился в банк простым клерком. Потом вырос на одну ступеньку и стал замом начальника отдела. Сейчас сам уже не помню, какого. Там на меня положил глаз гендиректор и женил на своей дочке. Обычная история всех провинциалов, многократно описанная в литературе и показанная в телесериалах, только эта была с русским колоритом. – А мне нравится Лондон, – неожиданно переменил тему Сергей. – Англичане – сволочи, но тем не менее я бы хотел здесь жить. – Он помолчал немного и добавил: – Знаешь что? Позвони адвокату и попроси подготовить документы через неделю. Пообещай бабки за скорость! Если я позвоню, обязательно изматерю его. Было противно звонить этому английскому снобу, но ничего другого не оставалось. Сергей возвел ее в ранг личного консультанта, и это обязывало. Адвокат оказался на месте и быстро согласился выполнить работу, правда, за двойной гонорар. Сергей выругался, но кивнул головой. Сделка была заключена. – Зачем тебе нужна такая срочность? Это же бешеные деньги! – Я хочу побыстрее переехать и жить в Лондоне, – коротко ответил он. Вечером Сергей пошел по магазинам покупать подарки к Новому году, а Вероника спустилась вниз, чтобы проверить электронную почту. Было лишь одно короткое послание от Кости о том, что он активно работает и что все в порядке. За последние дни Москва и связанные с ней проблемы отошли куда-то в тень, но послание Кости опять вернуло ее к действительности, приподнятое настроение мгновенно испарилось. Москва опять нахально напомнила о себе на следующий день. С утра Сергей уехал повидаться с дочкой и вручить новогодние подарки. Вернулся он, как и в прошлый раз, в мрачном настроении, в довершение ко всему раздался звонок из Москвы. Выслушав сообщение и положив трубку, он сказал: – Собирайся. Завтра вылетаем обратно. Моя разбилась на машине. – Что-нибудь серьезное? – Она в больнице. Ударилась лицом и грудью. Въехала в столб и разбила джип вдребезги. Наверное, опять была пьяная. Пришлось возвращаться раньше срока. Положение обязывало, чтобы заботливый муж примчался из командировки и находился у постели пострадавшей жены. По мере того как самолет приближался к Москве, Сергей все больше входил в роль Сергея Михайловича, главы процветающего фонда. – За тобой этот долбаный английский юрист. Выжди пять дней и сделай запрос, готовы ли документы. Если нет, то пригрози, что не заплатим ему за срочность. Чтобы ночами не спал, но документы сделал! Далее последовала длинная фраза о том, что он думает об английском адвокате. Вероника хотела спросить, какой у нее все же статус в компании, но потом решила отложить этот вопрос до лучших времен. Комбинация из разбившейся жены и непутевой дочки плюс возвращение в Москву действовали на Сергея Михайловича угнетающе. – И не забудь! Сейчас самое время убрать эту суку из моего предбанника, пока из-за выбитых зубов Людочка может только шипеть, а не говорить. «Людочка» – это жена, «сука» – секретарша, мысленно перевела Вероника. – Ты расколола защитную программу? – вдруг спросил Сергей. – Ты мне обещала. Вопрос ей не понравился. – Задача близка к завершению. А что, это срочно? Зачем тебе вообще это нужно? – Чтобы утереть нос Биллу Андерсену, – прозвучал ответ, в который трудно было поверить. Указаний больше не последовало, Сергей задремал, закрыв лицо газетой, а Вероника, чтобы как-то убить время в полете, стала перебирать документы английского адвоката. Это были бесконечные приложения и меморандумы к некоему отсутствующему документу о приобретении пая в какой-то организации, который Сергей, очевидно, собирался купить. Еще в самом начале, при переводе и обсуждении документов у адвоката, что-то показалось ей странным, но в тот момент она была полностью поглощена хитросплетениями казуистического английского языка, и это «что-то» ускользнуло от нее. Сейчас она вновь просмотрела пункты, которые обсуждались в конторе. Все они касались прав и обязанностей продавца. Но если Сергей покупает, то почему его волнуют пункты, касающиеся продавца, а не покупателя, каким он является? Ответ мог быть только один: потому что он не покупает, как она считала, а продает. Это открытие предстояло обдумать. Все разговоры Сергея о переезде в Англию она связывала с приобретением там бизнеса. Видимо, ошибалась. Не с приобретением, а с его продажей. Что касается предмета продажи, единственное, что ему принадлежало, – это пай в фонде. Из этого следует, что обсуждать он мог лишь продажу этого пая. Причем, судя по заданию адвокату, срочную продажу. Остается вопрос – кому. Ответ напрашивался только один: Важе Шалвовичу. Исходя из этого, у нее, по-видимому, оставалось даже меньше времени, чем она рассчитывала. – Почему ты собираешься продать свой пай этому кавказскому вору в законе? Он же опасный человек, – осторожно обратилась она к Сергею. Он поднял голову, медленно сложил газету и ответил: – Потому что моя семья становится еще более опасной, чем Важа Шалвович. Вероника и Костя – Ну, и какие подарки вы привезли из Лондона? – вместо приветствия спросила секретарша, когда утром на следующий день после приезда Вероника пришла на работу. Вообще-то, секретарша в последнее время перестала не только разговаривать с Вероникой, но даже здороваться. Сегодня же она не могла отказать себе в удовольствии поддеть девушку. Сергей на работе так и не появился, и она поехала в магазин, специализирующийся на шпионской аппаратуре. В Москве был бум на скрытые видеокамеры, но Вероника уже выяснила, что, помимо камер, там продавались и другие занятные приспособления, некоторые из которых невозможно было купить даже в Америке. Она приобрела одно из них – Powerstroke – и вернулась обратно в офис. Подходило обеденное время. Секретарша, как всегда, оделась и ушла на прогулку по магазинам, и Вероника быстро установила купленное приспособление в клавиатуру компьютера секретарши. Вся операция не заняла и пяти минут. Теперь она могла контролировать все, что та набирала на клавиатуре. В первую очередь Веронику интересовали пароли на вход. После перерыва секретарша занялась своим любимым делом: с загадочным видом что-то читала на экране компьютера, затем медленно печатала на клавиатуре, изредка улыбаясь. Судя по небольшой скорости печати, Вероника предположила, что она набирает текст не на русском языке. Ровно в шесть вечера секретарша вылетела из кабинета. Выждав пятнадцать минут и убедившись, что та не вернется за какой-нибудь забытой вещью, Вероника включила ее компьютер, набрала пароль, который уже знала, и вошла в базу документов, где увидела аккуратный набор файлов, каждый из которых назван мужским именем. Файлов было не меньше двадцати, и содержали они фотографии и копии обмена электронными сообщениями. Это была переписка с мужчинами, ищущими русских невест. Судя по текстам, с некоторыми из них секретарша встречалась, когда те приезжали в Москву. Вероника скопировала все файлы и проверила ее электронный адрес. Здесь тоже переписка с женихами, которую секретарша еще не успела перевести в файлы. Как только она закончила с компьютером секретарши и вынула Powerstroke из клавиатуры, в приемную ворвался запыхавшийся Сергей и, слегка кивнув ей, сразу же прошел в свой кабинет. Вероника заглянула туда и увидела, что он сидит за столом и подписывает горы документов, скопившихся за день. Сергей был взвинчен и совсем не напоминал того расслабленного и веселого Сергея, каким запомнился ей в Лондоне. Он буркнул что-то неразборчивое, и Вероника решила отложить до следующего дня разговор о секретарше. Она уже поняла, что сегодня Сергей к ней не придет, поэтому можно позвать Костю. Приходилось быть вдвойне осторожной, лавируя между двумя мужчинами. Костя уже ждал ее у подъезда. Зайдя в комнату, она сразу заговорила о секретарше. – Эту суку все ненавидят, – ответил Костя. – Она хамит, ни с кем не здоровается. Считает, если спит с шефом, она второй человек в организации. Сплетни были Веронике неинтересны, зато проблему необходимо было решать срочно. Она спросила напрямик: – Что можно сделать, чтобы ее уволили? Костя, конечно, удивился, но ничем не проявил своего удивления. Ответил только: – Однажды, после того как она нахамила Эду, тот рассовал ее документы по другим конвертам, и был большой скандал. Эд – нескладный молодой парень, возивший тележку с документами между кабинетами и этажами. Он заходил в кабинеты и приносил конверты, а оттуда забирал заранее подготовленные конверты с документами для других отделов, раскладывал их по ячейкам и вез тележку в следующий кабинет, и так до самого вечера. Подобная технология существовала с девятнадцатого века и благополучно дожила до электронного двадцать первого. От монотонности работы его спасали лишь наушники с рок-музыкой, которые он никогда не снимал. – Умный парень и многим интересуется, – продолжал Костя, – но ничего не хочет делать. Это стиль жизни. Я его хорошо знаю. Он консультируется у меня по вопросам программного обеспечения. И будет только рад насолить этой стерве. Но его могут за это выгнать. – Костя! Поговорите с ним завтра с утра. Пусть сделает то же самое, что и в прошлый раз, и непременно утром. Это важно! Его тогда никто не выгонит. – Хорошо, поговорю, – с сомнением ответил Костя. Он нравился Веронике тем, что не задавал лишних вопросов; с ним было удобно и просто. За традиционным чаем Костя в общих чертах рассказал, что пытается сделать гибрид из двух программ, а это – очень кропотливая работа. – Сколько времени вам нужно, чтобы ее закончить? Они все еще были на «вы». – Может быть, месяц, – пожал плечами Костя. Вероника догадывалась, что он ждет от нее чего-то еще, но не знала, как начать. Неопределенность в их отношениях становилась препятствием, и кто-то должен был сделать первый шаг. Скорее всего, она. Молчание затягивалось. По всему было видно, что сегодня Костя работать на ее компьютере не собирается. Из вежливости она предложила ему еще чай и бутерброды, но он отказался. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/anatoliy-sigov/moy-podelnik-tvitter/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 119.00 руб.