Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Зачем России Марин Ле Пен

Зачем России Марин Ле Пен
Зачем России Марин Ле Пен Владимир Викторович Большаков Политические тайны XXI века Одна из самых острых проблем, с которой столкнулась Европа в XXI веке, – нелегальная иммиграция. Причем для Франции, впрочем как и для России, разрешение ее стало первостепенной задачей. Террористические акты и регулярные вспышки насилия в иммигрантских кварталах, грабежи и убийства ни в чем не повинных граждан, даже детей, стали обычным явлением в современной Европе. Если не остановить это нашествие, – утверждает лидер правой партии «Национальный фронт» и кандидат в президенты Франции 2012 г. Марин Ле Пен, – оно может обернуться утратой национальной самобытности тех стран, которые ему подверглись, и полномасштабной катастрофой. Как ведут борьбу с этой угрозой «Национальный фронт» и его лидеры в своем «крестовом походе» за Францию для французов, читайте в новой книге Владимира Большакова. Владимир Большаков Зачем России Марин Ле Пен © Большаков В. В., 2012 © ООО Издательство «Алгоритм», 2012 * * * От автора 15 марта 2012 года радиостанция «Эхо Москвы» в программе «48 минут» предложила своим слушателям ответить на вопрос: «Хотели бы Вы, чтобы такой человек, как Марин Ле Пен, лидер Национального фронта Франции, возглавляла Россию?» Итоги опроса таковы: «Да» – 63,3 %. «Нет» – 32,0 %. «Затрудняюсь ответить» – 4,7 %. Результат, я думаю для сугубо либерального «Эха» был столь же неожиданным, как и сам вопрос для многих его слушателей. Дело, видимо, в том, что тематика предвыборных выступлений Марин Ле Пен, как раньше высказывания Жан-Мари Ле Пена, ее отца и предшественника на посту президента откровенно правой партии «Национальный фронт», с некоторых пор все больше привлекают российскую аудиторию. Такой интерес, как очевидно, объясняется тем, что при всем различии наших стран, мы столкнулись с одними и теми же проблемами – неконтролируемой иммиграцией и напрямую связанными с ней агрессивной преступностью этнических группировок, терроризмом, насилием и наркотрафиком. Нелегальный приток дешевой рабочей силы приводит к обвалу рынка труда как во Франции, так и в России, где коренным жителям теперь все труднее найти хорошо оплачиваемую работу. Все это ведет к падению качества жизни, катастрофическому упадку системы образования, социального обеспечения и здравоохранения, к деградации культуры и падению нравов. Нелегальная иммиграция и неконтролируемая миграция наносят прямой ущерб российской экономике. Если в России действительно наступает эра инновации, как нас уверяет властный тандем, то ей уже не нужен дешевый труд неквалифицированных гастарбайтеров. Он, по сути дела, бесполезен и лишь мешает притоку необходимых России высококвалифицированных специалистов, в первую очередь из русских семей, оставшихся за пределами России после развала СССР. Увы, нелегальная иммиграция, равно как и неконтролируемое перемещение населения из дотационных регионов РФ в центральные, – первопричина многих наших бед. В «Национальном фронте» Франции рассматривают эту аналогичную нашей напасть как относительно бескровную, но все-таки оккупацию. Продолжая эту аналогию, могу сказать, что коррумпированные чиновники и силовики РФ жизненно заинтересованы в сохранении и наращивании этого вторжения инородцев и иноземцев в Россию. Они – своего рода коллаборационисты, типа тех вишистов, которые помогали Гитлеру управлять оккупированной Францией. Не секрет, что «новые оккупанты», вторгшиеся в Россию – главный источник их обогащения за счет взяток и поборов с этих, по сути дела, глубоко несчастных людей. Беженцы из Ливии и Египта, из Сирии и Туниса, готовые на плотах из картонных ящиков пересечь Средиземное море, чтобы только попасть в Италию или Францию – это такие же изгои, как и проникающие в Россию всеми правдами и неправдами жители разоренной Киргизии, обездоленного Таджикистана и выходцы из Абхазии, Южной Осетии и российских регионов хронической безработицы, прежде всего из республик Северного Кавказа. Мы не знаем, как решить эту проблему. А вот Марин Ле Пен знает, что надо делать, чтоб уберечь нацию от такой напасти, как бесконтрольная иммиграция. Она открыто говорит о причинах этого явления, и к ее мнению действительно стоит прислушаться. В интервью российской газете «Коммерсант» Марин Ле Пен сказала: «Глобализация парадоксальным образом ускорила отход от национальной идентичности. В мире, где людей пытаются любой ценой оторвать от их корней, сделать из них только потребителей, в определенный момент маятник возвращается: происходит возврат к идентичности или через ощущение принадлежности к нации, к существующим в стране ценностям, или, если эти ценности ослаблены, через религию. Таков смысл исследования, проведенного и напечатанного в газете Le Monde. Оно наделало много шума. Исследование касается парижских пригородов, и в нем делается вывод, что отсутствие там ценностей Французской Республики привело к замене национальной идентичности идентичностью религиозной. В результате возникает ситуация, когда на вопрос «Вы француз?» можно услышать ответ: «Нет. Я мусульманин». Сегодня глобализация, которая противоречит природе человека, ускорила развитие этого феномена. Он усугубляется всевозможными трудностями, существующими в нашем обществе, – безработицей, коррупцией и т. д. И с этим феноменом необходимо считаться. И Россия, и Франция – европейские страны. И для нас это настоящая проблема» («Коммерсантъ», № 43 (947), Коммерсант-Власть. 31.10.2011). Марин Ле Пен считает, что глобализация мировой экономики не менее опасное проявление современного тоталитаризма, чем радикальный исламизм, провозгласивший глобальный джихад за создание «всемирного исламского халифата». Она противопоставляет эти два понятия, так же, как в свое время противопоставляли нацизм и коммунизм. Но глобализация и радикальный исламизм – это, как ни странно, две стороны одной и той же медали по имени современный тоталитаризм. Речь идет о новых претензиях на мировое господство. Глобалисты ведут свой «джихад» за мондиализацию под лозунгами прав человека, демократии и рыночной экономики. Исламисты также объявили глобальный джихад, добиваясь создания Всемирного халифата с Кораном в руках и под зеленым знаменем ислама. Но так же, как глобалисты не верят ни в Бога, ни в дьявола, а уж тем более не намерены соблюдать права человека где бы то ни было, если это будет мешать их целям и возможности получать сверхприбыль, так и исламисты вовсе не намерены следовать заветам Пророка. Они извращают смысл Корана и суть ислама, используя, казалось бы, невинные религиозные постулаты для распространения своего влияния и власти на весь мир. И тем, и другим для достижения их целей необходимы одержимые люди без роду и племени, лишенные национальных корней и национальной идентичности, не принимающие на дух культуру и обычаи тех стран, где они волею судьбы оказались, и ненавидящие те народы, среди которых живут. Это – те, кого сегодня называют «номадами», новыми кочевниками, мигрирующими по планете по азимутам спроса на рабочую силу и пушечное мясо. Одних объединяет стремление к наживе. Других – религиозный фанатизм. Третьих – неистребимое желание все отобрать и все поделить. Никому из них Родина не нужна, у перекати-поле корней нет. Где-то эти «два тоталитаризма», о которых говорит Марин Ле Пен, противоборствуют, где-то объективно помогают друг другу. В любом случае они оказывают разрушительное воздействие на современное общество и его окружающую среду, как природную, так и политическую. И не исключено, что слияние этих тоталитаризмов на базе общих целей может привести к глобальному взрыву, как при слиянии двух половинок обогащенного урана в атомной бомбе. Патриотизм, любовь к своему народу и своей Родине, верность своей истории, вере и цивилизации – вот что только и способно остановить агрессию и того, и другого тоталитаризма. И, видимо, недалек от истины основатель «Национального фронта» Жан-Мари Ле Пен, когда говорит, что теперь пришло время нового лозунга – вместо «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», пора призвать к объединению националистов всех стран. 2012-й – год президентских выборов во Франции, в которых Марин Ле Пен выступила как один из трех наиболее влиятельных претендентов, наряду с президентом Франции Николя Саркози и лидером социалистов Франсуа Оландом. Она предложила действенную программу не столько даже преобразований, сколько приведения в порядок всей системы управления французским государством. В первую очередь – это контроль над нелегальной иммиграцией и тем, что ее объективно поощряет. Но это лишь часть ее программы. «Голосуя за меня, французы открыли дверь навстречу переменам», – заявляет лидер «Национального фронта». По ее словам, Франция стоит на пороге «демократической мирной революции консервативного типа». В рамках этой революции, конечно, произойдут перемены не только во внутренней, но и во внешней политике Франции. Марин Ле Пен выступает за ее выход из блока НАТО и за радикальное улучшение отношений с Россией. Во многом ее взгляды схожи с подходом национально-патриотических сил нашей страны к мировым и внутренним проблемам. Лидерам России, где почти одновременно с Францией также произошла смена президентов, право, есть что из программы Марин Ле Пен позаимствовать. Эта книга не была задумана как некий рецептурный справочник для политиков, ищущих популярности. Вы найдете в ней рассказ о лидерах правой Франции, об их предшественниках и их кумирах, о тех, кто целью своей жизни избрал борьбу за Францию для французов, так же, как многие из нас избрали путь борьбы за Россию для русских. К судьбам французов я не могу быть равнодушным. Я проработал корреспондентом во Франции почти 15 лет и знаю тех, о ком пишу, и страну, где они живут, не только по книгам и прессе, но и по личным впечатлениям. Больше всего при работе над этой книгой меня интересовало то, откуда вышли ее герои и как пришли к своим нынешним убеждениям. Во многом, поэтому, перед вами рассказ не только о них, но и об истории правого движения и о политической борьбе в сегодняшней Франции, о ее самых острых проблемах, которые волнуют французский народ, как и нас всех, уже потому, что проблемы у нас во многом общие. Перед началом президентской кампании 2012 года Марин Ле Пен задали такой вопрос: «Не секрет, что в России у вас много единомышленников. Что бы вы им посоветовали?» Она ответила: «У меня нет привычки вмешиваться во внутренние дела иностранных государств. Я глава французской политической партии, и моя основная задача – удовлетворять ожидания и защищать интересы своих соотечественников. Тем не менее, мне кажется, что русские очень дорожат своим национальным суверенитетом, национальной идентичностью и геостратегическими интересами. И я могу только пожелать им сохранять это направление». В Рунете реакция на это заявление Марин была однозначной: «Эх, нам бы таких националистов…» Тут, как говорится, ни прибавить, ни убавить. Глава первая. «Тулузский стрелок» Тулуза – древний город. Задолго до того, как она появилась на карте Франции, там, на берегах реки Гаронны было основано галльское поселение Толоса. В 106 г. до н. э. его захватили римляне, а с падением Римской империи город под разными названиями переходил из рук в руки, пока окончательно не стал Тулузой и не перешел под эгиду французской короны. Это произошло в конце X века. Как нигде во Франции, в Тулузе веками сохранялось культурное наследие Древнего Рима – от римского права до римского классицизма в архитектуре. С 1299 года здесь действует университет, один из самых древних в Европе. У Тулузы своеобразная архитектура, ее называют «розовым городом» из-за цвета кирпича – традиционного материала, из которого был выстроен старый город редкой красоты. Нельзя пройти мимо древних храмов Тулузы. Великая романская базилика Сен-Сернен строилась на месте позднеантичного храма в 1080–1120 гг. Она внесена в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Туристам обязательно покажут здесь первый храм доминиканского ордена – церковь якобитов XIII–XIV веков в готическом стиле, где находится могила великого богослова Фомы Аквинского, и конечно, Кафедральный собор Сент-Этьен. Он был заложен в 1073 году и строился не одну сотню лет. Как центр высокой культуры во Франции, Тулуза всегда привлекала к себе литераторов и ученых, и вовсе не случайно при Шарле де Голле в Тулузе разместились Национальный центр космических исследований и связанные с ним предприятия оборонной и авиакосмической отраслей. Начался быстрый рост города, что сопровождалось не только быстрым экономическим и социальным подъемом, строительством современных кварталов и новых пригородов, но и быстрым прибыванием числа иммигрантов. После изгнания французов из Алжира, а затем после трех арабо-израильских войн в Тулузе нашли приют свыше 2500 еврейских семей. Мусульман, в основном выходцев из стран Магриба, прежде всего из того же Алжира, здесь куда больше – около 40 тысяч человек на полумиллионное население города. Как и в Париже, арабы здесь живут кучно, и в арабские кварталы и пригороды по вечерам белому человеку лучше не заходить. Да и в центре, в чем я сам убедился, побывав там однажды, арабская молодежь тусуется по вечерам, нередко задирая прохожих, и затевает драки по любому поводу, чаще всего после проигрыша знаменитой футбольной команды Тулузы. В основном они – уже давно граждане Франции, но часто не похожи на французов не только внешне, но и внутренне. В их среде задают тон те, кто отказывается от интеграции во французское общество. Это те, чья духовная родина там, откуда пришли их родители. Их верой стал тот ваххабитский ислам, во имя которого «Аль-Каида» и подобные ей организации исламского терроризма устраивают в последние годы теракты по всему миру. Царящая во Франции толерантность не мешает проповедникам исламского экстремизма вербовать себе все новых и новых сторонников среди арабской молодежи. А нежелание властей связываться с экстремистами, пока они не взялись за оружие, только способствует тому, что «черные пригороды» постепенно превращаются в пороховые бочки, которые могут рвануть в любой момент, как это случалось не раз в «Большом Париже» в 2000-е годы. В Тулузе, как и в других больших городах Франции, коренные жители с тревогой говорили об этом. И все же в розовом городе до поры у многих были розовые представления о том, на что действительно способны те арабские мальчики, которые кричат на футбольных матчах: «Мы – из Аль-Каиды! Мы вас будем резать!» И конечно, никто не ожидал, что в мирной и тихой Тулузе прольется кровь… Тулуза. Площадь перед парламентом Это случилось в марте 2012 года. 30-летний старший сержант 1-го полка парашютно-десантного обеспечения Имад ибн Знатен, марокканец по происхождению, служивший в Тулузе, захотел продать свой мотоцикл и разместил объявление о том в Интернете. На это откликнулся некий Мохаммед. Они договорились о встрече в воскресенье 12 марта. Когда Иман припарковал свой мотоцикл возле спорткомплекса в жилом районе Тулузы, неизвестный, с виду тоже араб, подъехав к нему на скутере, выстрелил ему в голову из автомата. Полиция не успела еще толком расследовать это убийство, как 16 марта, в Монтобане, пригороде Тулузы, неизвестный на скутере атаковал группу военнослужащих, столпившихся возле банкомата. Двое военных погибли на месте, а третий в критическом состоянии был доставлен в госпиталь. Это произошло буквально напротив воинской части, в которой они служили. Преступнику, однако, и на этот раз удалось уйти от преследования. Свидетельница того убийства рассказала, что стрелял в военных мужчина среднего роста, на левой щеке которого есть отметина: «то ли татуировка, то ли шрам». Полиция начала поиски преступника. По всем признакам он был местным жителем, который отлично ориентировался в Тулузе и Монтобане. Выяснилась и другая деталь – убийца и в первом и во втором случае снимал свои жертвы на видеокамеру. Уже позже, когда эти видеозаписи появились в Интернете, стало ясно, зачем он это делал. Восьмилетнюю Мирьям «тулузский стрелок» убил контрольным выстрелом в голову Пока шло расследование, поднимались досье, опрашивались свидетели и очевидцы теперь уже двух убийств, случилось самой страшное – «тулузский стрелок», как стали звать убийцу на скутере, в понедельник утром 19 марта подъехал на мотороллере к еврейскому колледжу «Оцарот ха-Тора» в Тулузе. Не говоря ни слова, он открыл стрельбу по группе учеников, родителей и преподавателей, после чего скрылся. Все это он сам снял на видеокамеру с широкоугольным объективом. От рук стрелка погибли 30-летний гражданин Израиля, преподаватель школы, его двое детей в возрасте 3 и 6 лет и дочь директора колледжа. Тяжело был ранен 17-летний подросток, которого доставили в больницу в Тулузе. Маленькую Мирьям, 8-летнюю дочь Яков Монсонего, директора еврейского колледжа, убийца застрелил у него на глазах. «Это воплощение зла побежало за моей девочкой, схватило ее за волосы и выстрелило ей в голову», – рассказал Яков журналистам. И добавил, что убийца хладнокровно проверил, действительно ли он убил девочку, и сделал контрольный выстрел. «Просто ужасно, что такое зло может существовать на земле», – сказал он. Мирьям – поздний ребенок. Родители ее очень любили. «Что мне теперь делать в старости? Я чувствую себя как Иов, это страшный экзамен, которому Бог подвергает меня», – добавил Яков. Уже позже в Израиле, куда привезли хоронить убитых в еврейском колледже в Тулузе, премьер-министр Израиля Нетаньяху, попросив почтить минутой молчания память жертв теракта во Франции, скажет: «Речь идет о трагическом событии. Контрольный выстрел по восьмилетней девочке – это проявление чудовищной жестокости и бесчеловечности». Каким же зверем надо было быть, чтобы так жестоко расправиться с ни в чем не повинным, поистине очаровательным и беспомощным ребенком, да еще при этом хладнокровно заснять все это на видеокамеру! Этого выродка вскоре все-таки обнаружили. Убийцей военных, кстати, французов арабского происхождения, которые, как выяснилось, принимали участие в военных действиях в Афганистане, а также детей и преподавателя еврейской школы «Оцарот ха-Тора» в Тулузе, убил исламский «джихадист», 24-летний житель Тулузы Мохаммед Мера. Ученики еврейской школы оплакивают убитых Вскоре после того, как президент Саркози клятвенно пообещал перед телекамерами, что убийцу найдут, к делу подключилась военная разведка и полиция вышла на его след. Буквально до последнего момента следствие разрабатывало в качестве основных две версии – исламистскую и неонацистскую. По второй вроде бы все сходилось – убиты были арабы и евреи. Но оказалось, что убийцей был французский гражданин алжирского происхождения. Французские газеты подробно расписывали, как следователи нашли дистрибьютора, у которого некий араб допытывался, как отключить на мопеде «трекер», позволяющий локализовать машину в случае угона. Тот дал полиции его подробное описание. Затем удалось отследить IP-адрес компьютера, с которого Мохаммед назначал встречу своей первой жертве – сержанту-десантнику Имаду ибн Зиатену. Окончательно вышли на его след, когда в полицию позвонил ночной редактор телеканала France-24. Он сообщил, что в час ночи неизвестный позвонил ему и представился автором последних трех убийств в Тулузе, дав при этом точное описание места и обстоятельств этих преступлений. Он объяснил, почему начал свой персональный джихад. Говорил, что будет и дальше мстить французским военным за участие в войне против афганцев, а также «евреям, которые убивают наших братьев в Палестине». Адрес IP, с которого звонили, подтвердил данные полиции. К тому времени там уже точно знали, где скрывается убийца… Франция в те дни напоминала развороченный улей. Возмущение и страх жили рядом. Пока никто не знал еще, кто этот террорист, что последует за теми убийствами, которые он уже совершил. И, конечно, многие вспоминали о тех терактах, которые уже стали историей, но остались навсегда в памяти французов. И в моей памяти тоже. По следам террористов …Я приехал в Париж 12 сентября 1986 года. И так получилось тогда, что с самого начала моей работы во Франции корреспондентом «Правды» я едва ли не ежедневно писал о терактах во французской столице. Париж было не узнать в те дни. Город-праздник, по характеристике Хемингуэя, «который всегда с тобой», туристическая Мекка, где многоязычная толпа фланирует по Елисейским Полям и магазинам на Больших Бульварах, вдруг как-то сразу приутих и замер… «Париж в панике», – шел через всю первую полосу заголовок в газете «Матэн». «Ужас становится обычным», – утверждала «Либерасьон». Репортаж в «Фигаро» об очередном террористическом акте заканчивался словами: «Итак, пять покушений за десять дней». Волна террора действительно захлестнула французскую столицу в те сентябрьские дни 1986 года. 4 сентября. В 18.30 обнаружена бомба в парижском метро на станции «Лионский вокзал». Она чудом не взорвалась. 9 сентября. В семь часов вечера бомба рванула в вестибюле парижской мэрии. Одна женщина убита. Четверо тяжело ранены, в том числе шестилетний ребенок. 12 сентября. В парижском деловом пригороде Дефанс в жилом комплексе, где всегда людно, в кафе в час обеда взорвалась бомба. Ранен 41 человек. 14 сентября. Служащий клуба «Рено», где всегда полно туристов и автолюбителей обнаружил замаскированную бомбу. Когда ее попытались обезвредить, она взорвалась. Один полицейский убит, еще двое, в том числе обнаруживший бомбу служащий, тяжело ранены. 15 сентября, полдень. Террористы нанесли еще один удар и тоже, как всегда, там, где возможно наибольшее число жертв. На этот раз выбрали префектуру парижской полиции, расположенную рядом с собором Нотр-Дам-де-Пари. Один человек убит. Еще 51 ранен. Полицейские машины метались как ошалелые по городу, оглушительно воя сиренами, но так никого и не нашли. Террористы заявили о себе сами. На этот раз «пальму первенства» оспаривали две никому ранее не известные организации. Первая – некий «комитет солидарности с арабскими и ближневосточными политическими заключенными» и вторая, незадолго до этого объявившаяся, – «сторонники права и свободы». И та, и другая распространили в Бейруте и в Париже соответствующие «коммюнике», взяв на себя ответственность за сентябрьские взрывы. «Комитет» потребовал освобождения нескольких человек, осужденных во Франции по обвинению в причастности к терроризму. «Сторонники», помимо этих требований добивались изменения политики Франции на Ближнем Востоке. И те и другие угрожали – если не выполните наши требования, будем взрывать и дальше. В письме из Бейрута была названа главная цель – Елисейский дворец, резиденция президента Франции. Они не шутили. 17 сентября среди бела дня прогремел новый взрыв. На этот раз на Монпарнасе, на улице Ренн у «Тати», «бюджетного» магазина, популярного у парижской бедноты и советских туристов. Цель, время и место были выбраны с изощренной жестокостью. В послеобеденные часы у «Тати» всегда много покупателей, которые роются в развалах, подбирая себе нехитрый товар. Прямо в эту толпу из проезжавшего по улице Ренн автомобиля бросили мощную бомбу. Наших там, к счастью, не оказалось. Но на месте теракта остались пятеро убитых и более 60 человек раненых. Из них 12 – тяжело. После этого меры безопасности еще усилили, хотя, казалось бы, куда больше. Обычно полиция во Франции предпочитает работать в скрытом режиме – по улице патрули не ходят. А в том кровавом сентябре патрули полиции и спецназа (военизированной охраны – CRS) были повсюду. Нельзя было войти без проверки ни в универмаг, ни в гостиницу, ни в музей, не говоря уже о правительственных учреждениях. …Проехать на улицу Ренн было трудно даже на следующий день после взрыва в «Тати». Кое-как я припарковал свою машину неподалеку от станции метро «Монпарнас бьянвеню». Страшновато звучало это игривое название станции в переводе с французского – «Добро пожаловать на Монпарнас», когда происшедшая в 200 метрах от нее трагедия еще не ушла с телеэкранов и жила здесь своей странной жизнью. …Вот и дом 140. Универмаг «Тати». Как ни странно, он работает, хотя следы теракта видны невооруженным глазом. Выбитые стекла. Вывороченная железная обивка, выбоины на тротуаре. Рядом, за наскоро установленным ограждением две искореженные машины. В одной так и остались пакеты «Тати» в фирменную клеточку цветов французского флага – видно не успели ребята отъехать, когда рвануло. Живы ли они? Ранены? Улица Ренн жива. По-прежнему идут в «Тати» постоянные покупатели – люд небогатый, которому не по карману пассажи богатых универмагов вроде «Галери Лафайет» и «Прамтам». Здесь все дешево. И потому так много иммигрантского люда – негров, арабов, турок. Многие женщины закутаны в хиджабы так, что волос не видно. Не все пришли сюда за покупками. Тут больше зевак – все хотят увидеть своими глазами то, во что верить не хотелось. Шесть человек убиты. Около 60 – ранено. Дети, женщины. Здесь немало очевидцев. Кого-то взрыв застал на подъезде к «Тати», кто-то был внутри. Каждый излагает свою версию. И видно, не в первый раз. Пожилой брюнет в беретке роняет фразу: «Да, в страшное время мы живем. Вроде бы и не война, а вот поди ж ты…» «Война это, – вмешивается в разговор усатый детина в кожаной куртке, – марксисты и арабы начали против нас эту войну, именно они. Понаехали тут со всей Африки. Одна чернота повсюду». «Перестрелять бы эту рвань, и дело с концом», – бросает на ходу чистенький, надушенный старикашка с зонтиком-тросточкой и в старомодном канотье. Седой негр с двумя орденскими нашивками (во Франции не носят обычно орденские планки. А нашивки, как будто цветные ниточки, в глаза не бросаются) не дает ему уйти. Он все время молчал, а тут не выдержал: «Нет, вы постойте. Вот вы говорите, что это арабы… Но они чаще всего бедные люди. Ну, зачем им взрывать таких же бедняков здесь в «Тати»? Зачем? Чепуха какая-то. Это сделали богатые люди, с большими деньгами. Не сами, конечно, кого-то наняли. Но до них не добраться… А вы говорите – перестрелять!» «Сразу видно, что коммунист», – шипит старикашка. «Я – деголлевец, – парирует ветеран. – Я с генералом Францию освобождал. А вот вы где тогда были? Случайно не у Петэна?». Старикашка ретируется под хохот толпы, а ветеран продолжает ораторствовать. Его слушают и не слушают. Скорее раздумывают про себя – кто прав? Никто не понимал тогда, чьих это рук дело. Кто стоял за спиной террористов? Версий было много. Широкой публике дело подавали так. Арабская террористическая организация «Ливанские революционные вооруженные фракции» (ФАРЛ) создала в начале 80-х годов разветвленную сеть в Западной Европе для организации террористических актов против израильских и американских должностных лиц. ФАРЛ, как объявили в ходе следствия, действует и во Франции. В Париже и других городах появились тысячи афиш с портретами двух подозреваемых ливанцев с обещанием вознаграждения в миллион франков тому, кто поможет их обнаружить и арестовать. В конечном итоге был арестован член Революционного движения арабского союза Жорж Ибрагим Абдалла. По обвинению в проведении ряда терактов он был осужден во Франции на 4 года. Имел ли он прямое отношение к тем сентябрьским взрывам? Известно было, что за два года до этого, он сам 25 октября 1984 года добровольно сдался французской полиции в Лионе. На допросе он сообщил, что к «фракциям» никакого отношения не имеет, а состоит в организации «Революционное движение арабского союза» (РДАС). Тогда его осудили на четыре года, хотя конкретного обвинения в организации терактов ему так и не предъявили за отсутствием доказательств. Но «клан Абдаллы» – сам Жорж Ибрагим и его шесть братьев – автоматически становились козлами отпущения, как только где-то срабатывала бомба. После каждого взрыва в Париже или других городах Франции его виновниками называли то одного, то другого брата. На них объявлялся розыск по всей Франции и всему миру, их портреты вместе с объявлениями о розыске вывешивались по всей стране. То же самое повторилось и в сентябре 1986-го. Миллион франков был обещан за их поимку. Между тем они и не скрывались. Жили в Ливане, откуда не выезжали все последнее время и были готовы приехать и дать показания французской полиции. Тем не менее их разыскивали по всей Франции. Действительно ли ливанские братья стояли за сентябрьскими взрывами во Франции или нет, так и осталось неизвестным. И этому не следует удивляться. Террористы нередко придумывают имена тех организаций, от имени которых берут ответственность за тот или иной теракт. Это – простая маскировка, к которой прибегают и реальные исламские джихадистские группировки, и террористы-одиночки, ведущие джихад самостоятельно. У исламского терроризма есть как бы общее направление – в данном случае «Белая Франция», которую организаторы нового джихада вознамерились уничтожить. И кто это сделает конкретно, не столь уж важно. Важно направление главного удара. Французский политолог Тьерри Вольтон отмечает, что исламистский терроризм не представляет собой единой структуры с общим управлением. Отдельные группы существуют автономно и часто не связаны друг с другом. Вот поэтому среди организаторов терактов в Европе и, в частности, во Франции так много одиночек и то возникающих, то исчезающих «комитетов», «сторонников» и т. д., и т. п. В наши дни объявление глобального джихада за создание мирового «исламского халифата» формально связывают с самым крупным террористическим актом, организованным «Аль-Каидой» 11 сентября 2001 года – атакой на здания Всемирного торгового центра в Нью-Йорке и здание Пентагона в Вашингтоне. Однако джихад этот начался куда раньше. История ислама знает немало тому примеров. В наше время чаще всего исламский терроризм связывают с «Аль-Каидой», хотя это всего лишь одна из боевых организаций армии международного терроризма. После своего создания в 1988 году «Аль-Каида» направила острие борьбы против США и стран Западной Европы, а также их сторонников в исламских странах. Взрывы в столицах Кении и Танзании в 1998 году стали сигналом «Аль-Каиды» к организации свержения светских режимов в исламских странах, что ей в ряде случаев удалось, и объявлением о начале всемирного джихада за создание «Великого исламского халифата» (см.: Lawrence Wright. The Looming Tower: Al-Qaeda and the Road to 9/11. – New York: Knopf, 2006). Но при этом чаще всего «джихадисты» подставляют под теракты именно своих единоверцев и нередко организуют теракты в самых святых для мусульман местах, как это было с захватом Великой Мечети в Мекке в 1980 году исламскими экстремистами. Центральное разведывательное управление США полагает, что абсолютное большинство террористических организаций в мире имеют отношение к радикальному исламизму. Так, по данным ЦРУ только в 2004 году из 80 международных террористических организаций 72 представляли воинствующий ислам. В том году они совершили более 650 терактов, в которых погибло 1907 человек. Спустя почти десять лет после тех сентябрьских событий 1986 года в Париже террористы взорвали бомбу на станции парижского метро Гар-Сан Мишель. Опять рядом с Собором Парижской Богоматери. Район этот всегда полон туристов и молодежи – рядом Сорбонна, другие вузы. Взрыв грянул как раз в тот момент, когда поезд подходил к платформе станции. В шестом вагоне состава свободных мест не было. Начинался час пик. В результате жертв было много – четверо убитых и 62 человека ранены, из них тридцать тяжело. Я видел, как их выносили из метро в близлежащие кафе в Латинском квартале. Один вид изуродованных и окровавленных людей приводил парижан в состояние полного шока. А через несколько дней после этого очередной взрыв бомбы, изготовленной из газового баллона, прогремел неподалеку от Триумфальной арки, где тоже всегда полно туристов. Убитых, к счастью не было, но 17 человек раненых увезли в госпиталь. Вновь надрывно выли сирены «Скорой помощи», пожарных и полиции. Метались по городу патрули, всюду была усилена охрана, как и в сентябре 1986-го. Но и на этот раз террористы успешно скрылись. Лишь через несколько недель удалось выяснить, что те взрывы организовала алжирская «Вооруженная исламская группа», обосновавшаяся в Испании в Сарагосе, куда исламисты проникали под видом сезонных рабочих. Алжирский след вновь обнаружился в начале 1990-х гг. Алжирские исламские террористы попытались надавить на Францию, чтобы заставить ее отказаться от поддержки военного режима. В 1994 в Алжире был захвачен самолет «Эр Франс» с 184 пассажирами. Добиваясь разрешения на вылет во Францию, террористы убили одного из пассажиров. Получив, таким образом, разрешение на взлет, они направили самолет в Марсель, где сразу же по приземлении его атаковали бойцы французского спецназа РЕЙД. Террористы были уничтожены на месте, все пассажиры спасены. 28 марта 1995 в Лилле, накануне встречи «большой семерки» полиции все же удалось настичь террористов после того, как они попытались взорвать автомобиль у здания, где должна была проходить встреча. В автомобиль были заложены детонатор и три емкости с бензином. Детонатор сработал, но бензин не взорвался. Террористы попытались скрыться, направившись в сторону Бельгии, но в небольшом городке на границе были блокированы в одном из домов. Полиция провела штурм, в результате чего 3 террориста были убиты. Трое других пытались выехать в Бельгию на автомобиле (на границе один человек убит, один скрылся, один схвачен). В 1996 г. (ноябрь – декабрь) исламские террористы организовали новую серию взрывов в парижском метро. По обвинению в участии в той взрывной кампании 19 человек были арестованы. В сентябре 2010-го террористы решили по-своему отметить годовщину сентябрьских взрывов 1986 года. Стало известно, что полиции удалось раскрыть заговор, участники которого намеревались совершить террористические акты в крупных европейских городах, нацелившись на места массового скопления публики, в том числе на туристические достопримечательности и пять крупнейших международных аэропортов Европы. И вот 14 сентября в полицию позвонил неизвестный и сообщил, что на Эйфелевой башне заложена бомба. Всех, кто там был, немедленно эвакуировали. Затем последовал второй звонок с тем же предупреждением. Те, кто был в Париже, знают, что обычно на трех уровнях этой башни находятся несколько сотен туристов одновременно и еще больше стоит в очередях, чтобы туда попасть. Звонившие явно рассчитывали на панику, в которой при срочной эвакуации могли бы быть многочисленные жертвы. К счастью все обошлось. Несколько групп саперов обследовали все этажи башни. Бомбы не нашли. Но телефонные террористы продолжали держать французскую столицу в напряжении. Вечером того же дня час спустя после второй эвакуации туристов с Эйфелевой башни, в Управление парижского транспорта поступило анонимное сообщение о заложенной бомбе все на той же станции парижской подземки «Сен-Мишель». 21 сентября во Франции был повышен уровень террористической угрозы. Париж окружили мощным кордоном безопасности. Имаму Большой парижской мечети выделили охрану из трех человек. Алжирские спецслужбы предупредили Париж – женщина-камикадзе, подготовленная в одной из «ячеек» «Аль-Каиды», готова взорвать себя во Франции. Министр внутренних дел Брис Ортефе подтвердил: «Угроза – реальная, наша бдительность усилена». Угрозы поступали, прежде всего, от «Аль-Каиды исламского Магриба» (АКИМ), в состав которой входят до 400 фанатиков. Именно они в июле того года убили французского заложника после рейда французских военных в Мавритании, когда спецназовцы уничтожили семь террористов. «Аль-Каида» клялась отомстить за них и заодно наказать Францию за новый закон, запрещающий ношение паранджи. Еще тогда французская разведка предупреждала, что на территории Франции опасность исходит от отдельных боевиков, фанатиков, уехавших в Ирак, Пакистан или Афганистан. Они могут вернуться на родину с желанием совершить теракт. 5 октября власти страны объявили об аресте 12 человек в ходе антитеррористического рейда на юге Франции. 18 октября 2010 г. стало известно, что Франция получила новые предупреждения от спецслужб Саудовской Аравии о возможном террористическом нападении. Как заявил министр внутренних дел Франции Брис Ортефе в интервью Би-би-си, угроза исходит от «Аль-Каиды», действующей на Аравийском полуострове, которая нацелилась на Европу и, в частности, на Францию. «Аль-Каида» взяла на себя ответственность за похищение в октябре 2010 года в Нигере семерых иностранцев, в том числе пятерых граждан Франции. Это похищение было непосредственно осуществлено «Организацией Аль-Каида в Исламском Магрибе», известной ранее как Салафистская группа проповеди и джихада (фр. Groupe Salafiste pour la Prеdication et le Combat, GSPC). Эта фундаменталистская исламская вооруженная группировка базируется в Алжире и действует не только в разного рода конфликтах в странах Магриба, но и в других бывших колониях Франции в Африке. В видеозаписи, распространенной «Аль-Каидой» 11 сентября 2006 года, заместитель Усамы бен Ладена Айман аз-Завахири объявил, что «Салафистская группа проповеди и джихада» присоединилась к организации «Аль-Каида»… пусть это будет костью в горле американских и французских крестоносцев и их союзников и посеет страх в сердцах французских предателей и сынов изменников». В обнародованном в октябре аудиообращении бен Ладен уже требовал от Франции вывести войска из Афганистана, угрожая убийством французских граждан. И правительство Франции выразило готовность вступить в переговоры с североафриканским филиалом «Аль-Каиды» с целью добиться освобождения французских заложников. Пожалуй, впервые «Аль-Каида» получила такого рода дипломатическое признание. Но это лишний раз подтвердило правило – с террористами нельзя вести переговоры. Их можно только уничтожать. Лидер филиала «Аль-Каиды» в странах Магриба Абдельмалек Друкдель тут же заявил телекомпании Al-Jazeera., что Париж может добиться освобождения похищенных в Нигере французских заложников лишь на прямых переговорах с Усамой бен Ладеном. Дальше – больше. Немецкая радиостанция «Дойче Велле» после соответствующих передач арабского канала «Аль-Джазира» сообщила, что бен Ладен призвал своих сторонников мстить Франции за принятие законов, притесняющих мусульман. Он, в частности, утверждал, что мусульмане во Франции подвергаются несправедливому обращению» со стороны властей и заявлял, что французские мусульмане в сложившейся обстановке «вправе» ответить на это насильственными действиями, дабы противостоять введенному во Франции запрету на ношение таких традиционных элементов женской одежды, как хиджаб. По сути дела, бен Ладен призывал к газавату, т. е. к «военному джихаду», или «джихаду меча». Радикальные толкователи ислама, прежде всего ваххабиты (сулафиты), призывают к такому «священному походу», когда в какой-то стране мусульманам запрещают исповедовать свою религию в полном объеме, если их притесняют и т. д. Также ваххабиты оправдывают применение насилия в случае, если мусульмане, обратившиеся с исламским призывом к представителям других религий в странах их проживания, встретили препятствие со стороны властей этих государств. Другими словами, если мусульманам фактически запрещено миссионерствовать, вести проповедь ислама. Этот подход типичен для проповедников всемирного джихада, таких, как бен Ладен (см.: Ефим Резван. Зеркало Корана. «Звезда» 2008, № 11). Отделение «Аль-Каиды» в странах Магриба (АКИМ) предупреждало еще в июле 2010 года: «Враг Аллаха, Саркози, мы говорим: «Ты упустил возможность и открыл дорогу кошмару для тебя и твоей страны». Под угрозой этого кошмара Франция с тех пор живет постоянно. В начале ноября 2010 г. французская радиостанция France info сообщила, что полиция задержала пятерых предполагаемых террористов. Два террориста были арестованы в аэропорту имени Шарля де Голля при высадке с прибывших туда рейсов, а три – в самом Париже. Как выяснилось, они были членами группировки, занимающейся подготовкой террористов-смертников в приграничных районах Афганистана и Пакистана. Вплоть до того момента, как «тулузский стрелок» начал отстреливать французских военных, полиция и спецслужбы Франции вели охоту на террористов на территории всей страны. Однажды даже арестовали в Париже пятерых чеченцев, подготовленных «Аль-Каидой» для совершения терактов во Франции. Но вот Мохаммеда Мера почему-то упустили из виду. Французский спецназ в действии Был «тулузский стрелок» связан с «Аль-Каидой» или нет, так и не удалось до конца выяснить. Поначалу в полиции заявляли, что он едва ли не прямой агент бен Ладена, а затем эту информацию дезавуировали. Но вот неожиданно для всех 22 марта 2012 г. о своей причастности к подготовке убийств в Тулузе объявила группировка исламистов «Джунд аль-Халифат», («Солдаты Халифата»), связанная с уже известной нам организацией «Аль-Каида в странах исламского Магриба» (АКИМ), действующей на севере Африки. «Джунд аль-Халифат» ранее брала на себя ответственность за теракты в Афганистане и Южном Казахстане. В распространенном в Интернете заявлении исламистов признается, что убийства в Тулузе и Морибане были совершены «одним из рыцарей ислама Юсуфом Французским» – так исламисты называют теперь Мохаммеда Мера и разделяют с ним ответственность за совершенные им злодеяния. Авторы этого заявления также потребовали, чтобы Франция пересмотрела «враждебную политику в отношении мусульман во всем мире» и «отказалась от враждебного отношения к исламу». Как и в приведенном выше заявлении бен Ладена, «Джунд аль-Халифат» угрожала: «Если наши требования не будут услышаны, Францию ожидают лишь несчастье и разрушение» (ИТАР-ТАСС, Росбалт, 23.03.2012). Это сообщение было размещено на интернет-форуме «Шамих аль-Ислам», традиционно публикующем заявления «Аль-Каиды» и связанных с ней группировок. В ночь на 22 марта бойцы «Рейда» окружили дом 17 на улице Сержанта Винье, где на втором этаже Мера занимал квартиру, которую он облюбовал для своего убежища, превратив ее в настоящий ДОТ. Осада продолжалась более тридцати часов. За это время террорист ранил пятерых бойцов «Рейда». Операцией руководил сам министр внутренних дел Франции Клод Геан. Он заявил, что задача спецназа взять подозреваемого живым. Мера пытались уговорить сдаться. К осажденному дому привезли даже его мать и брата. Но повлиять на него не удалось. Он играл с полицией в кошки-мышки и явно наслаждался тем, что держит в напряжении всю Францию. Мера удалось обмануть полицейских. Он сказал, что сдаст свое оружие в обмен на переговорное устройство и действительно выбросил из окна кольт 45-го калибра (по гильзам, найденным на месте трех убийств, похоже было, что именно этот пистолет он использовал). Но оказалось, что в его ДОТе были еще два автомата и с десяток обойм. Только на вторые сутки спецназ пошел на штурм его убежища. В перестрелке Мера попытался бежать и, бешено отстреливаясь, выпрыгнул из окна. В этот момент его и подстрелил снайпер. Пока шла осада, журналисты не теряли времени даром. В печати появлялись все новые и новые подробности о «тулузском стрелке». И тут-то оказалось, что это – старый знакомый не только тулузской полиции, но и французских спецслужб. Он был давно у них на заметке. Как рассказал журналистам шеф МВД Клод Геан, передало Би-би-си, Центральная дирекция внутренней разведки Франции (DCRI) держала убийцу «на крючке» в течение нескольких лет. К. Геан также подтвердил распространенную во французских СМИ информацию о том, что подозреваемый бывал в Афганистане и Пакистане. В контрразведке Франции знали, и это позднее публично признал тот же министр К. Геан, что Мера имел связи со сторонниками воинственного салафизма[1 - Салафизм, или ваххабизм (от араб. ???????? – религиозно-политическое движение в исламе, признанное сектой во многих странах и являющееся официальной идеологией Саудовской Аравии, оформившееся в XVIII веке. Ваххабизм назван по имени Мухаммада ибн Абд аль-Ваххаба ат-Тамими (1703–1792), являющегося последователем Ибн Таймийа (1263–1328). Как правило, сторонники его идей сами называют себя салафитами. Мухаммад ибн Абд-аль-Ваххаб полагал, что настоящий ислам практиковался только первыми тремя поколениями последователей пророка Мухаммеда («Аль-Саляф Ас-Салих»), и протестовал против всех последующих инноваций, считая их привнесенной извне ересью (справка приведена по Википедии).] Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/vladimir-bolshakov/zachem-rossii-marin-le-pen/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом. notes Примечания 1 Салафизм, или ваххабизм (от араб. ???????? – религиозно-политическое движение в исламе, признанное сектой во многих странах и являющееся официальной идеологией Саудовской Аравии, оформившееся в XVIII веке. Ваххабизм назван по имени Мухаммада ибн Абд аль-Ваххаба ат-Тамими (1703–1792), являющегося последователем Ибн Таймийа (1263–1328). Как правило, сторонники его идей сами называют себя салафитами. Мухаммад ибн Абд-аль-Ваххаб полагал, что настоящий ислам практиковался только первыми тремя поколениями последователей пророка Мухаммеда («Аль-Саляф Ас-Салих»), и протестовал против всех последующих инноваций, считая их привнесенной извне ересью (справка приведена по Википедии).
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 176.00 руб.