Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Осторожно: пуппитролли! Михаил Александрович Каришнев-Лубоцкий Про гнэльфов из ГнэльфбургаПриключения Морса и Крюшона #2 Михаил Александрович Каришнев-Лубоцкий Осторожно пуппитролли! Вместо предисловия Когда-то давным-давно гнэльфы жили и там, и сям, и даже повсюду. Но потом народу на земном шаре потихоньку прибавилось, и гнэльфам пришлось ужаться и поселиться в пределах нынешней территории. Старейшины гнэльфов срочно провели границу, а их жены придумали и сшили красивый красивый государственный флаг из разноцветных лоскутков. Потом самый мудрый и грамотный гнэльф по имени Альтерфатти заперся на три дня и три ночи в своем кабинете и сочинил за этот кратчайший срок для сородичей Конституцию и Свод Законов. Когда с формальностями было покончено, гнэльфы облегченно вздохнули и стали жить так, как жили прежде: весело, но в заботах. А вы ведь знаете, как проходит подобная жизнь: быстро, словно один счастливый миг… Не успели гнэльфы и опомниться, а уже наступили наши дни. Ну что ж, оно, возможно, и к лучшему. Ведь именно в это время и произошла та история, о которой я хочу вам рассказать. Глава первая Однажды в Гнэльфбурге на Яблоневой улице появилось настоящее чудовище. Тихо повизгивая и покряхтывая, оно проползло мимо дома, в котором жил Крюшон, и остановилось в тупичке на ничейной территории в тени двух каштанов. Это чудовище было стареньким ржавым трейлером, с вмятинами на боках и запыленными окошками, задернутыми изнутри линялыми занавесками. Тащил трейлер такой же древний, как и он сам, автомобиль синего цвета, покрашенный почему-то в отдельных местах ядовитой оранжевой краской. – Интересно, кто бы это мог быть? – спросил Крюшон своего долговязого приятеля Морса и кивнул на странную чудо-технику. – Наверное, путешественник… Морс почти угадал: за рулем автомобиля сидел старый морской волк Торнадо Нордвест, известный всему Гнэльфбургу бродяга и скиталец, ушедший полвека назад из отчего дома на поиски приключений и только теперь вернувшийся к родному очагу. – Привет, ребятишки! – сказал он, вылезая из тесной машины, и дружески помахал Крюшону и Морсу загорелой рукой. – Когда-то здесь, – Торнадо ткнул указательным пальцем куда-то вниз себе под ноги, – стояла хижина старины Нордвеста. Ее случайно не смыло волной во время шторма? – Нет, – ответил ошарашенный странным вопросом Крюшон, – не смыло. – Он перевел дыхание и торопливо добавил: – Сколько себя помню, тут ни волн, ни шторма не было, одни каштаны и клумбы, да еще наш дом! А господин Нордвест давно отсюда уехал. Седенький гнэльф, услышав его слова, печально вздохнул: – Этого и следовало ожидать… Что ж, остались наши каштаны, а это уже немало! Он похлопал ладонью по стволу старого дерева и принялся отцеплять автомобиль. Морс и Крюшон подошли к нему поближе и спросили хором: – Вам не помочь? – Спасибо, ребятки, но я привык все делать сам. – Старичок на секунду оторвался от своей работы и протянул мальчикам мозолистую ладонь: – Будем знакомы: Торнадо Нордвест, в прошлом – моряк, а теперь – пенсионер. Ваш земляк и сосед, между прочим! – Мы о вас кое-что слышали, – признался Крюшон, – в Гнэльфбурге о вас помнят. – Я был первым из тех, кто стал моряком. Гнэльфбуржцы раньше не стремились к морю. Один я нашелся такой смелый! Морс и Крюшон пожали руку старому морскому волку и, назвав свои имена, еще раз предложили помощь. – Принесите холодной чистой водички моему Крузейро. Он, поди, умирает от жажды. Седенький гнэльф открыл дверцу трейлера, залез внутрь и вскоре выбрался оттуда с большой клеткой в руках, в которой сидел красавец – попугай. – Знакомься, Круз, это наши новые соседи и друзья! – Стррелять из ррогатки гррех, – ни с того, ни с сего заявил вдруг попугай и добавил: – Прриятней прроводить врремя на морре: фиррма «Пилигррим» гаррантиррует ррадостное настрроение и укррепление вашего здорровья! – Скорее воды! Крузейро начал заговариваться! – испугался старик Торнадо и поставил клетку в тень. Морс и Крюшон со всех ног бросились за водой. Когда попугай напился и немного пришел в себя, он заявил: – Прроклятая жарра! Мог бы сварриться! Прропасть в ррасцвете лет – прреступление! После чего внимательно посмотрел на юных гнэльфов оценивающим взглядом и веско изрек: – Хоррошие рребята! Гррех не подрружиться! – Я тоже так думаю! – расплылся в улыбке его хозяин. Глава вторая С этой минуты Морс и Крюшон стали постоянно пропадать у морского волка в его стареньком трейлере. Рассказы Нордвеста о былых путешествиях по морям и океанам буквально околдовывали юных гнэльфов, иногда мальчишкам даже начинало казаться, что они в этот момент не сидят в тесном домике на колесах, а находятся на белоснежной яхте где-то далеко-далеко от Гнэльфбурга и открывают новые земли и новые острова. Попугай тоже охотно слушал истории своего хозяина, но иногда позволял себе нахальство прерывать их плавный ход какой-нибудь репликой. Так, например, когда Торнадо Нордвест рассказывал о сражении с пиратами в Проливе Морской Феи, Крузейро важно сообщил: – Три дня шли бои, на пятый все смолкло! А когда Торнадо повествовал о поисках Волшебного Меча на Змеиных Островах, попугай по секрету шепнул Крюшону и Морсу: – Старрик брредит, на этих острровах прропало сокрровище пиррата Грринго! Иногда Крузейро и сам принимался делиться воспоминаниями, и у него это получалось не хуже, чем у хозяина. Так вскоре Крюшон и Морс узнали, что разговорчивый попугай – «сиррота с ррождения», но когда-то и у него был родной и любимый брат по имени Артуро, с которым он сидел в «рроскошной и пррекррасной» клетке у одного морского капитана целых двенадцать лет и еще три месяца. Однажды в Сказочном Море произошло кораблекрушение, и капитан перед гибелью судна успел совершить благородный поступок – он открыл клетку и выпустил на свободу братьев-попугаев. – Крругом был мррак, морре рревело, – рассказывал Крузейро мальчишкам, нервно переступая с лапки на лапку и подергивая головой при воспоминании о былых ужасах. – Грром грремел, рраскат за рраскатом… Морре прроглотило коррабль… Я посмотррел вокрруг – прропали все! Я кррикнул: – «Арртурро! Арртурро!..» Но бррат исчез… Проговорив эти слова, Крузейро взглянул на Крюшона и Морса, ища у них сочувствия. И найдя его в их добрых и по-детски наивных глазах, он нервно склюнул зернышко у себя под лапками и громко, явно играя на публику, крикнул: – Мой бррат! Он прропал! На острровах! На прроклятых острровах! Пррощай, Арртурро, и до встрречи в лучшем из мирров! – Погоди хоронить Артурчика, жив твой братец! – поморщился Торнадо и погладил шершавой ладонью взгрустнувшего попугая по загривку. – Летает сейчас твой шалопай Артуро где-нибудь среди лиан и тебя вспоминает. Не горюй, Круз, вы по триста лет живете – еще свидитесь! – После дождичка в четверрг? – поинтересовался тут же попугай. – Когда ррак на горре свистнет? – И, ехидно скосив на хозяина левый глаз, спросил с подковыркой: – А почему тогда Арртурро телегрраммы не пррисылает? Сррочные – прресррочные? – Потому что с этих островов не то, что телеграммы послать, а и самому– то выбраться проблема! – сказал сердито Торнадо. – Сказочное Море для неопытных путешественников – настоящая ловушка! – Сказочное Море? – переспросил Морс. – А разве есть такое? – Есть. От Ватерзальца рукой подать. Морс посмотрел на Крюшона: – Скоро из нашего колледжа одна группа учеников поедет в Ватерзальц, а оттуда в морской круиз на яхте «Сувенир»! – А вы с ними не поплывете? – поинтересовался Торнадо Нордвест. – Что может быть лучше хорошей прогулки по морю да еще и под парусами! – Увы, мы с Морсиком уже немного поплавали! – смущенно признался Крюшон. И пояснил: – У доски, на уроке… – В круиз берут только круглых отличников, – поставил точку в неприятном разговоре Морс. – Жаль, – вздохнул старый моряк. – хотя поездка в Ватерзальц еще не означает поездку на Радужный Архипелаг, но все-таки это уже кое-что… – Радужный Архипелаг? – удивился Морс. – А это еще что за географическая новость? Признаюсь, я впервые про такой архипелаг слышу! – И я впервые, – поддакнул Крюшон, – в Гнэльфландском море такого архипелага нет! – В Гнэльфландском море его нет, а в Сказочном – есть. Торнадо достал из рундука небольшую шкатулку, открыл ее и вынул оттуда старую, потертую на сгибах, карту и несколько пожелтевших от времени листочков бумаги, исписанных одними цифрами. Старый моряк разложил карту на столе и ткнул в нее скрюченным указательным пальцем: – Вот Сказочное море, а вот Радужный Архипелаг! Морс и Крюшон с любопытством склонились над картой. Крузейро, который сидел не в клетке, а разгуливал на свободе, взлетел на полочку над их головами и тоже уставился в карту своими умными оранжевыми глазами. – Между Гнэльфландским и Сказочным морями находится какой-то перешеек, – разглядел Морс небольшую коричневую полоску, разделяющую два синих пятна на карте. – Если его прорыть, получится канал, который превратит два моря в одно! Торнадо усмехнулся: – Если бы Сказочное море было обыкновенным морем, то, наверное, так бы давно все и сделали. Но оно – Сказочное! И оно указано только на этой карте! – Рредкий экземплярр! – поддакнул Крузейро. – Ррарритет! Пиррат потеррял – Торрнадо подобррал! Хррани каррту, Торрнадо, крругом ворры! – Мы не воры, – обиделся крюшон, приняв слова болтливой птицы в свой и Морсика адрес. – Вы дррузья! – торопливо поправился Крузейро. – Прростите за дуррацкую фрразу! Выррвалось, гррешен! Торнадо Нордвест укоризненно покачал головой и продолжил свои объяснения. – Этот перешеек, – он ткнул пальцем в узкую коричневую полоску на карте, – называется Грот Неприятных Сюрпризов. Это – пещера, по которой корабли могут случайно или по доброй воле их владельцев попасть из Гнэльфландского моря в Сказочное. Быстрое течение засасывает суда, которые оказываются поблизости от Грота, и несет их с игромной скоростью по подземной реке. – А вернуться обратно нельзя? – поинтересовался Морс на всякий случай. – Если поставить, например, мощные двигатели на корабль или добавить паруса? – Никакие двигатели там не помогут. Единственный шанс вернуться в Ватерзальц – дождаться, когда на какой-нибудь Понедельник выпадет тринадцатое число. В этот день таинственное течение меняет свое направление, и счастливчик-корабль может удачно пройти по Гроту Неприятных Сюрпризов, если… – Если не прропадет по дорроге! – выкрикнул Крузейро и дважды поклонился хозяину, словно прося прощения за то, что его перебил. – Стррашные монстрры, кррылатые зверри – не Гррот, а кошмарр! И попугай снова стал бить поклоны и переступать с лапки на лапку, не забывая при этом поглядывать умными глазками то на Морса, то на Крюшона, а то и на старину Нордвеста. – В Гроте живут чудовища? – спросил бывалого моряка-бродягу любопытный Морс. – Вы их видели сами, господин Торнадо? – Нет! – испуганно замахал руками старичок. – Если бы я с ними встретился, вряд ли сидел бы сейчас рядом с вами! – А мне прришлось встрретиться, – проговорил Крузейро и на минутку прекратил бить поклоны и исполнять замысловатый танец. – Кррылатые котярры чуть не сожррали Арртурро! Они выдеррнули мое перро! Морряки пррикррыли нас паррусами… Урра моррякам! – Ура, ура, – лениво поддакнул Торнадо Нордвест. – Честь им и слава. Но было бы лучше, если бы они дружно залаяли на этих крылатых котов и кошек. Говорят, здорово помогает! – А моррские монстрры Топпа и Хлоппа? – вспомнил вдруг Крузейро. – Это такой кошмарр!.. Трри прробоины – корраблю кррышка! Но прронесло, прронесло… Коррабль прроплыл Грот. – Нужно было всем дружно закрыть глаза и показать Топпе и Хлоппе языки, – сказал Торнадо Нордвест тоном знатока. – Говорят, это неплохо помогает при встрече с Подводными Стражами! – Брред! – тут же заявил Крузейро. – Дуррацкое прреданье! – Может быть, может быть, – не стал спорить Торнадо. Он свернул карту и убрал ее вместе с загадочными листочками бумаги обратно в шкатулку. – Когда-нибудь ученые расшифруют эти странные записи, а пока пусть они хранятся у меня в рундучке. А вы, ребятки, будете моими наследниками! – Нотарриуса прригласить? – поинтересовался тут же Крузейро у хозяина. И сам ответил на свой вопрос: – Пррочь, пррочь форрмальности! Морряки не вррут! – Вот именно! – улыбнулся Торнадо Нордвест и стал угощать Крюшона и Морса крепким чаем и сладкими пирожками, которые он испек в походной печке-духовке. Глава третья В Гнэльфбурге на Вишневой улице, совсем неподалеку от того места, где жили Морс и Крюшон, стоял огромный кирпичного цвета дом. Его разделяла на две равных части полукруглая бетонная арка. Если пройти под ее тяжелыми мрачными сводами, то можно оказаться во дворе, в глубине которого вы обнаружите еще один дом – маленький, старенький, всего в два этажа, но зато с мезонином и большим подвалом, в котором с недавних пор жил злой старикашка по имени Кракофакс. Кракофакс был пуппитролль. Несмотря на свой маленький рост – гнэльфы по сравнению с ним казались настоящими великанами, – этот седенький с лысинкой на макушке старичок мог устраивать при желании всем окружающим довольно крупные неприятности. А желания у него, как ни странно, не исчезали с возрастом, а наоборот, все прибавлялись и прибавлялись. Единственное, что удерживало Кракофакса от козней, так это его откровенная трусость, которую он почему-то называл «Здравым Смыслом». Так, например, Здравый смысл заставлял пуппитролля безвылазно сидеть в темном и сыром подвале и только изредка разрешал ему на минутку высовывать нос на улицу. – Я – чародей! Я могу становиться невидимым! – говорил Кракофакс Здравому Смыслу, пытаясь снять его запрет появляться на улицах почаще. Но Здравый Смысл категорично заявлял: – Нет, тебя затопчут эти дылды-гнэльфы! Или ты попадешь под машину! Или тебя укусит какая-нибудь собака, и ты заболеешь бешенством! Кракофакс выслушивал эти поучения, сжимая от негодования кулачки и краснея от гнева и ярости, как переспевший помидор. Однако вскоре покорно смирялся и оставался сидеть дома в тоскливом одиночестве. Но вот однажды, когда на дворе вовсю лил проливной дождь и стоял непроглядный мрак, старенький пуппитролль отважился совершить небольшую прогулку по пустынным улочкам Гнэльфбурга. «В такую погоду даже бешеные собаки попрятались по щелям», – резонно подумал он и стал напяливать на себя тесный, мышиного цвета, плащик. Надев на лысую голову старую фетровую шляпу, он взял в руки дырявый зонтик, который украл неделю назад из кукольного домика у какой-то зазевавшейся девчонки, и вышел через щель в двери в небольшой дворик. Быстро прошмыгнул под бетонной аркой и оказался на улице, залитой огнями витрин, реклам и электрических фонарей. «Куда пойти? Налево или направо?» – подумал Кракофакс и, махнув рукой, повернул направо. И вскоре он оказался у лучшего в городе магазина игрушек, украшенного гигантской вывеской: «ЛАПУНДЕР И СЫНОВЬЯ ЛУЧШИЕ В МИРЕ ИГРЫ И ИГРУШКИ!» Все пуппитролли неравнодушны к игрушкам, и Кракофакс не был исключением. Когда он увидел за толстым витринным стеклом тысячу плюшевых мопсов и слоников, кошек и крокодилов, зайцев и бегемотиков, овечек и козликов, а также сотню-другую самолетов, автомобилей, паровозов и космических ракет, у него от волнения сперло в груди дыхание, и он прилип посиневшим от холода носом к еще более холодному мокрому стеклу. Бледно-голубенькие глазенки пуппитролля бегали то вправо, то влево, то вверх, то вниз и все никак не могли остановиться на какой-нибудь одной игрушке и рассмотреть ее внимательным взглядом знатока. И все-таки минуты через три его блуждающий лихорадочный взор вдруг застыл на невыразительной и довольно уродливой кукле: Кракофакс увидел в витрине мальчика-пуппитролля в дурацком клоунском наряде, сидевшего на неказистом сереньком ослике. «Да это же Тупсифокс! – взволнованно подумал любитель ночных прогулок под дождем и еще сильнее прижался носом к холодному стеклу. – Ну да, Тупсифокс, сын моей сестрички Пуппилотты!». Придя в себя от изумления, Кракофакс принялся стучать кулачком по витрине и подавать племяннику знаки, пытаясь привлечь его внимание к своей особе. Но глупый мальчишка сидел на осле, как приклеенный, и тупо смотрел в одну точку завороженным взглядом изумрудно-зеленых кошачьих глаз, не делая даже слабых попыток пошевельнуться или хотя бы моргнуть. «Не иначе как он заколдован! – решил Кракофакс после десятиминутных плясок в луже перед магазинной витриной. – Нормальный пуппитролль в его возрасте не просидит и секунды на одном месте без движения, а этот красавчик уподобился музейной статуе и даже не хочет подмигнуть родному дяде!» Кракофакс нагнулся и, сняв с левой ноги дырявый башмак, вылил из него воду обратно в лужу. Потом снова обулся и, почувствовав некоторое облегчение, решил сделать доброе дело. – ФРАНТИ – ЭКС – ФУРР! ХЕЛЕНУМ – ОРР – ФУКС! – произнес он известное ему заклинание и добавил: – Только ради моей сестрички я оживляю этого осла. Если бы не Пуппилотта… Кракофакс не договорил, потому что в этот момент он с изумлением увидел, как за витриной началось твориться что-то несусветное: все ослики – а их там оказалось не менее двух десятков, – вдруг стали бегать, прыгать, скакать, лягаться и, радостно выкрикивая свое излюбленное «иа – иа!», принялись от всей души разбрасывать по сторонам все остальные игрушки. «Кажется, я что-то напутал, – догадался умный Кракофакс и смущенно хихикнул: – Придется напрячь мозги и вспомнить другое заклинание!» Но как он ни пыжился, у него ничего не получилось: Тупсифокс по-прежнему валялся в углу витрины без всяких признаков жизни, зато к гарцующим осликам добавились прыгающие кенгуру, обезьяны и кролики. Когда по огромной территории витринного царства забегали свистящие через каждую секунду паровозики и громко сигналящие автомобили, Кракофакс решил остановиться и хорошенько все обмозговать. Однако для этого надо было вернуться домой и для начала согреться чашкой горячего кофе и переодеться в сухую и теплую одежду. Взглянув еще раз на беднягу племянника, с которого какая-то нахальная обезьянка пыталась сдернуть красный клоунский колпак, огорченный пуппитролль засеменил обратно в свой заброшенный подвал. «Ничего, – утешал он самого себя, шлепая хлюпающими ботинками по многочисленным лужицам, – завтра я вернусь сюда и сделаю все как нужно! А сейчас я должен позаботиться о собственном здоровье: валяться с простудой в моем-то возрасте – тоже мне удовольствие!» Глава четвертая Вернувшись домой, Кракофакс зажег огарок стеариновой свечи и поставил на спиртовку облезлый кофейник. Затем он с наслаждением содрал с себя мокрую липкую одежду, вытерся насухо полотенцем, которое он тоже стащил все у той же рассеянной девочки из ее кукольного домика, и облачился в длинный, до пят, халатик, сшитый из разноцветных лоскутков. Плеснул в чашку переваренный кофе и плюхнулся в кресло. «Столичная жизнь пока не приносит мне особой радости, – подумал он, отхлебывая горький и вонючий напиток, – но не будем впадать в уныние: у нас бывали деньки и похуже!» Кракофакс вспомнил томительные годы, которые он провел будучи безмолвным гипсовым изваянием в шкафчике у чародея Клауса, и мысли его вновь закрутились вокруг племянника. «Странно: мне удалось оживить даже древние паровозы и современные ракеты, не говоря уж о стадах крокодилов и кроликов. И только дурачок Тупсифокс остался неподвижно лежать в своем шутовском наряде. Значит, я совершил непростительную ошибку. Но какую?» И тут его осенило: – Ну, конечно! Я позабыл снять ЧУЖОЕ ЗАКЛЯТЬЕ! Ведь кто-то же заворожил его, превратив в обыкновенную куклу! Кракофакс поставил чашку на ящик, служивший ему одновременно и столом, и тумбочкой, и шифоньером, поднялся из кресла и забегал по своему темному жилищу взад и вперед, заложив руки за спину. «Я даже не знаю, кто его заколдовал: может быть, это был великий чародей, а может быть, просто жалкий любитель белой и черной магии. Ну что ж, для сына моей дорогой сестрички я не стану жадничать и лениться – завтра же использую свое редчайшее волшебство. Правда, после него немножко побаливает голова и трясутся руки, но что делать, что делать… Иногда надо быть и щедрым: маленькие слабости только оттеняют величие!» Седенький коротышка-пуппитролль взглянул на проржавленный циферблат, висевший на стене, и тихонечко охнул: – Два часа ночи! «Завтра» уже наступило! Он загасил огарок свечи и юрко, как рыбка, нырнул в постель. Накрывшись одеялом до самого носа и устроившись поудобнее на жесткой подушке, Кракофакс проговорил, обращаясь куда-то в темноту: – Морра и Хлорра, марш на пост! И смотрите, чтобы до семи часов утра никто не потревожил мой драгоценный сон! Тут же в ответ ему раздался противный испуганный писк, и через секунду у постели пуппитролля встали на ночное дежурство два зубастых стража: серая домашняя мышь Морра и одичавший беленький хомячок по прозвищу Хлорра. Кракофакс посмотрел на их черные силуэты, довольно ухмыльнулся и, закрыв усталые глазки, сладко захрапел, распугивая этим храпом затаившихся по дальним углам пауков, мокриц и тараканов. Глава пятая В дневное время Кракофакс, как мы помним, не любил выбираться на улицу еще больше, чем в вечернее. Но, увы, иногда ему приходилось это делать. Вот и теперь, едва проснувшись и торопливо проглотив вчерашний кофе и позавчерашний бутерброд с заплесневелым сыром, он надел «выходной» костюм – другого у него просто не было, – и выскочил из подвала во двор. Горошинкой прокатился под аркой и оказался на оживленной улице. Шагая по тротуару, крошка-пуппитролль старался держаться поближе к фасадам зданий: быть затоптанным сотнями долговязых гнэльфов, никогда не смотревших себе под ноги, ему явно не хотелось. Добравшись до магазина «ЛАПУНДЕР И СЫНОВЬЯ», Кракофакс облегченно вздохнул: его племянник Тупсифокс по-прежнему торчал в витрине. Только теперь он был не на ослике, а гордовосседал на огромном, золотистого цвета, пуделе, которого вчера – это Кракофакс точно помнил – в витрине не было. «Владелец магазина заменил все ожившие игрушки на новые! – догадался пуппитролль. – Хорошо, что он не прихватил заодно и Тупсифокса: ищи тогда, бедолагу, неизвестно где!» Но Кракофакс недолго радовался встрече с племянником. Не прошло и минуты после его прихода, как за витринным стеклом возник продавец, который вдруг бережно взял в руки сынка Пуппилотты и тут же исчез вместе с ним в глубине магазина. «Кажется, я появился вовремя!» – подумал пуппитролль и покатился к дверям, ведущим в царство игрушек. Ловко лавируя между ног долговязых гнэльфов, крошка Кракофакс пересек огромный зал и живым и невредимым добрался до кассы. «А я – везунчик! – мелькнуло у него в голове, когда он увидел возле окошка солидную полную даму и маленькую пухленькую девочку, сжимающую в объятьях беднягу Тупсифокса. – Еще мгновение, и мой племянник исчез бы, не простившись с дядей!» Конечно, Кракофакс мог бы использовать свое умение колдовать прямо сейчас, но, поразмыслив, он не стал этого делать. Зачем привлекать ненужное внимание к своей скромной персоне? Аплодисментов не дождешься, а вот неприятностей можно получить сколько угодно. «Вдруг среди этих покупателей затесался хоть один чародей? Тогда между нами обязательно завяжется дуэль, и не известно, кто из нее выйдет победителем, – размышлял Кракофакс. – Нет, лучше я посмотрю, куда отнесут моего племянничка, а уж потом возьмусь за дело и освобожу его от чужого заклятья, а заодно и от этой девчонки.» Приняв такое решение, хитрый пуппитролль отбежал в сторонку и начал следить за мамашей и дочкой, купивших Тупсифокса. На его счастье, гнаться за ними по пятам пришлось недолго: гнэльфины жили всего в двух кварталах от игрушечного магазина. Кракофакс запомнил дом, в который они вошли, и, достав из кармана мятый платок, вытер со лба пот и облегченно вздохнул: – Ну, дорогой Тупсифокс, прощай до вечера! Скоро увидимся! И с этими словами он неспеша зашагал в свой подвальчик на Вишневой улице. Глава шестая Вечером, когда город вновь засиял электрическими огнями ажурных фонарей, роскошных витрин и весело перемигивающихся реклам и вывесок, Кракофакс отправился вызволять беднягу племянника. Он быстро докатился до нужного дома, ловко проник туда через маленькое отверстие в парадной двери, сделанное для кошки, и принялся искать комнату, в которой должен был сидеть в заточении несчастный Тупсифокс. Старый пуппитролль уже по опыту знал, где обычно размещаются детские, поэтому уверенно влетел в одну из приоткрытых дверей на втором этаже и… натолкнулся на толстого мальчишку-гнэльфа. Крюшон, а это был, конечно же, он, как раз собирался захлопнуть дверь, и Кракофакс еле успел выскочить обратно в коридор. «Наверное, это брат той девчонки, – решил ищейка-пуппитролль и побрел неспеша к соседней комнате. – Тупсифокса у него нет и не было. Что ж, заглянем тогда к сестренке!» Едва переступив порог, Кракофакс сразу же увидел дорогого племянника. Бедняжка Тупсифокс лежал распластанный на игрушечной кроватке носом вниз, а пухленькая девочка-гнэльф, сопя от усердия, ставила ему на голую спину медицинские банки. Рядом с ней на тумбочке лежали шприц, пачка горчичников и куча разноцветных пилюль. «Банки – пустяк, – подумал старый пуппитролль, приближаясь к юной врачихе и ее жертве короткими шажками и поглядывая искоса на гору приспособлений для пыток, заботливо приготовленных сестренкой Крюшона для своего нового пациента. – Горчичники тоже ерунда, даже если их сотня. Шприц – это похуже, девчонка может вкатить моему племяннику ЧТО-НИБУДЬ НЕ ТО И НЕ ТАК. Но будем рассчитывать на лучшее. А вот если она накормит пилюлями несчастного мальчишку…» При мысли о возможном печальном исходе у Кракофакса по спине прошел холодок и задрожали руки. «Девчонку нужно остановить! Иначе мне некого будет расколдовывать!» Седенький пуппитролль решительно снял с головы шляпу и сбросил с плеч мешающий двигаться плащ. После этого взмахнул руками и громко произнес: – ФЕРРИ – ТЕРРИ – БУММ! ИНТА – ПЛИНТА – СУММ! ОТАР – АГАР! ФЭСС! И в ту же секунду сестричка Крюшона испуганно ойкнула, отшвырнула от себя последнюю банку, которую еще не успела поставить на спину Тупсифоксу, и плаксиво запричитала: – Ой, я совсем забыла про уроки! Если я не сделаю их до десяти часов, мне попадет от мамы! Придется идти за помощью к брату – одной мне не справиться! И она пулей вылетела из своей комнаты и помчалась к Крюшону. Кракофакс удовлетворенно потер ладошки и приблизился к кроватке, на которой лежал его племянник. Брезгливо поморщившись, он стряхнул с Тупсифокса стеклянные банки и одернул ему задранную выше лопаток курточку. – Ну-с, теперь приступим… Чародей-пуппитролль протянул над бездыханным телом своего племянника подрагивающие от волнения руки и тихо проговорил: – ТЕРРИ – ФЕРРИ – БАМС! ТУЛЛА – СНУЛЛА – ХОПС! АРРА – О, ОРРО – А! ХЕПС – ХИПС – ХАПС! Лежащего поверх одеяла без движения Тупсифокса вдруг затрясло как в лихорадке, и Кракофакс даже немного испугался, подумав, что снова напутал с заклинанием. Но вскоре мальчишку перестало трясти, и он перевернулся с живота на спину. Посмотрел удивленно на белоснежный потолок, парящий высоко над его головою, и тихо спросил, обращаясь неизвестно к кому: – Где это я? – В больнице, – охотно ответил Кракофакс и весело хихикнул: – Сейчас тебе будут делать укол и ставить горчичники! А потом накормят пилюлями и дадут их запить горькой микстурой! Мальчишка перевел взгляд с потолка на тумбочку, увидел шприц и лекарства и, заикаясь, проговорил: – Я не хочу укол… И горчичники с пилюлями я тоже не хочу… – Тогда прекрати валяться в чужой постели и живо вставай! Нам надо побыстрее отсюда сматываться, пока девчонка не вернулась и не продолжила над тобой свои медицинские опыты! Тупсифокс послушно спрыгнул с кровати и начал обувать клоунские башмаки. При этом он изподлобья бросал косые испуганные взгляды, пытаясь обнаружить в комнате невидимого собеседника. Не найдя его, мальчишка не выдержал и спросил: – Простите, но с кем я разговариваю? Я что-то вас нигде не вижу! Кракофакс прошептал заклинание и предстал перед Тупсифоксом во всей красе. – Меня зовут Кракофакс. Твоя мамаша – моя сестра. Значит, ты – мой племянник. Понятно? – Понятно, дядюшка Кракофакс! – радостно воскликнул Тупсифокс и кинулся к нему с объятиями. – То-то мне показалось, что я вас где-то видел! А вы, оказывается, мой дядя! Но старый пуппитролль, не привыкший к проявлениям родственных чувств, оттолкнул от себя племянника и глухо проворчал: – Терпеть не могу телячьих нежностей! Лучше побыстрее одевайся и – марш отсюда! Тупсифокс напялил на голову шутовской колпак, подтянул цветастые клоунские штаны и через секунду доложил сердитому дяде: – Я готов! Кракофакс окинул племянника оценивающим взглядом с ног до головы и насмешливо хмыкнул: – Этот наряд тебе купила твоя матушка Пуппилотта? – Нет, она его не покупала. Однажды мимо нашего дома проезжала повозка с бродячим кукольным цирком, и моя мамочка прихватила у них один чемоданчик на память… А в нем оказался этот костюм. Он совершенно новый, дядя, его совсем недавно сшили! – Пожалуй, Пуппилотта поступила мудро: тратить деньги на одежду глупым мальчишкам, конечно же, излишнее расточительство. Кракофакс сгреб лекарства с тумбочки в свой карман, сунул Тупсифоксу в руки игрушечную стиральную машину и скомандовал: – А теперь повторяй за мной и смотри ничего не напутай! И он громко и внятно произнес: – ФОРР – МОРР – УПС! ХОРР – ГНОРР – ПУПС! ЭРРА – ФЭРРА – ТОП! ФЭРРА – МЭРРА – ХЛОП! Племянник Кракофакса на память никогда не жаловался и заклинание повторил слово в слово. И тут же превратился в невидимку, как и его дядюшка. – Ну вот, – удовлетворенно хмыкнул Кракофакс, – сейчас можно отправляться домой без опаски: эти ротозеи гнэльфы нас не заметят! И он, схватив невидимку Тупсифокса за широкий рукав клоунской курточки, направился вместе с ним из комнаты сестры Крюшона в коридор, а оттуда на улицу через уже знакомый ему кошачий лаз. Глава седьмая Приведя племянника в свой подвал, Кракофакс сказал: – Чувствуй себя как дома, Тупси. И добавил чуть слышно: – Если, конечно, сможешь… После чего старый пуппитролль произнес заклинание, с помощью которого вновь стал видимым. Тупсифокс повторил следом за ним волшебные слова и, обретя обычный вид, принялся совать свой любопытный нос во все углы. – А это что? А это зачем? А это для чего? – посыпался град дурацких вопросов на голову усталого дядюшки. Не выдержав этого, Кракофакс сердито рявкнул: – Сядь на стул и закрой рот! Иначе я сам превращу тебя в бессловесную куклу! Угроза подействовала, и болтливый племянничек покорно присел на краешек облезлого стула. – Я только хотел узнать, для чего нужны эти вещи, – он ткнул рукой в сторону груды всякого хлама, заботливо натасканного Кракофаксом в этот подвал. – Здесь так много всего, что сразу и не разберешь что к чему… Владелец несметных богатств самодовольно хмыкнул, услышав слова изумленного мальчишки, и отволок к горе вещей свою новую добычу – стиральную машину. – Каждый из этих предметов может пригодиться мне в любой момент, – сказал Кракофакс и переложил из кармана плаща украденные лекарства в маленькую сахарницу, которую он выудил из кучи бесценного хлама. – Даже сломанный будильник?! – удивился маленький пуппитролль, заметив на вершине мусорной пирамиды небольшие часы без стрелок и стекла. – Даже он, – подтвердил Кракофакс. – Вдруг я найду точно такой же, но без пружины? Из двух сломанных будильников можно сделать один хороший! – И, считая объяснения законченными, он сурово произнес: – Сегодня, так и быть, я тебя накормлю и напою. А завтра, будь добр, проваливай обратно к Пуппилотте. Пусть она заботится о сыночке, а я на своей шее тебе сидеть не дам! Тупсифокс побледнел: – Мне пока опасно возвращаться домой, меня могут поймать грабители Хапс и Пуфф… Мне тогда не поздоровится! – Кто такие Хапс и Пуфф? Почему они должны обязательно тебя ловить? Они – пуппитролли? – Нет! – Тупсифокс соскочил со стула и, стоя, начал рассказывать дядюшке о своих злоключениях: – Они – гнэльфы! Гнэльфы-воришки! Я познакомился с ними случайно, и Пуфф пригласил меня позабавиться. Он так и сказал: «Пойдем позабавимся, Тупси, над одним старичком-ученым.» Каким-то дядюшкой Клаусом… Теперь побледнел Кракофакс: – И ты пошел?! – Они дали мне вкусную шоколадку и пообещали дать вторую. Хапс просил меня сделать сущий пустячок – залезть в форточку к этому Дядюшке Клаусу и открыть окно. – И ты залез?! – Они подсадили меня. Но я мог бы залезть в форточку и сам, без посторонней помощи! Я очень ловкий, дядя! Кракофакс усмехнулся: – Ты – ловкач, я не спорю. Ну, рассказывай дальше о своих подвигах. Что случилось после того, как ты забрался в чужой дом? – Почти ничего. Задвижка на окне оказалась такой тугой, что я, открывая ее, даже не заметил, как этот Дядюшка Клаус подкрался ко мне сзади и сцапал меня за шиворот. – Ну? И что было дальше? – Я молчал как рыба! Но он все понял и сказал: «Ты был глупой игрушкой в руках воров и жуликов. Но теперь все будет иначе – я превращу тебя в настоящую игрушку для детей.» И он, этот старик, что-то прошептал над моей головой, и я стал куклой-клоуном! Кракофакс выслушал рассказ племянника до конца и огорченно проговорил: – Сын моей сестры Пуппилотты решил ограбить самого Дядюшку Клауса! Лучшего чародея во всем Гнэльфбурге! Какая глупость, какое легкомыслие, Тупсифокс! Поверь, мне очень стыдно за тебя! Племянник немного опешил: – Да я и не собирался его грабить, я только хотел открыть окно… – Для настоящих жуликов! И всего за одну шоколадку! – За две, – робко поправил дядюшку Тупсифокс. Но старый пуппитролль только усмехнулся в ответ: – Вторую шоколадку они бы тебе не дали! Эти воришки не так глупы, чтобы расставаться с шоколадкой после сделанной работы! Кракофакс побегал по подвалу взад-вперед, чтобы хоть немного успокоиться, и, когда остановился, решительно сказал: – Хорошо, ты останешься здесь на какое-то время. Но даром я кормить тебя не стану – придется поработать! Эти растяпы-гнэльфы постоянно теряют деньги, в основном, правда, мелочь… Ты станешь собирать потерянные монетки и приносить их мне. – Все-все? – поинтересовался Тупсифокс. – Все-все. – Я так люблю пирожные с кремом, – грустно произнес малыш. Но Кракофакс не пожелал его даже выслушать до конца: – Разговор закончен! Или ты станешь работать, или возвращайся к мамочке и своим друзьям-грабителям! В ответ Тупсифокс шмыгнул носом и жалобно пробубнил: – Ладно-ладно, дядюшка… Вот разбогатею, а тебе ничего не дам! Тогда попляшешь! Кракофакс невольно рассмеялся: – Ты разбогатеешь? С чего бы это? – Найду клад, привезу его в Гнэльфланд… И разбогатею! Кракофакс разразился новым приступом смеха: – Ты отыщещь клад?! Интересно знать, в каком это месте ты его найдешь? – А вот этого я пока не знаю, – вздохнул печально Тупсифокс и снова шмыгнул носом. – Но скоро, надеюсь, узжнаю… – От кого? – От брата той девчонки, что пробовала меня лечить. Кажется, его зовут Крюшон. Он шептался о кладе и какой-то пиратской карте со своим дружком. Но я-то все слышал! Кракофакс подошел к племяннику поближе и уставился на него сверлящим насквозь взглядом: – Рассказывай все! И только попробуй что-нибудь от меня утаить! Глава восьмая Во вторник Морс и Крюшон так закружились со своими делами, что не удосужились даже на минутку заглянуть к старине Торнадо и его славному попугаю Крузейро. Зато в среду, как только прозвенел последний звонок с уроков, они бросились сразу же к новым друзьям в их потрепанный, но всегда гостеприимный, трейлер. – Торрнадо, они прришли! – вместо приветствия заявил попугай, увидев на пороге двух запыхавшихся мальчиков. – Прроснись и пой, Торрнадо Норрдвест! Паррдон, говорри о прроклятых недрругах! Мои неррвы на прределе, ррасказывай сам! Крузейро переступил с лапки на лапку и, покосившись на бывшего моряка, продолжавшего безмятежно спать, оглушительно выкрикнул: – Пожарр!! Горрим!! Покряхтывая и позевывая, Торнадо Нордвест поднялся с убогой лежанки и уставился на торчавших в открытых дверях Крюшона и Морса. – Привет! Где пожар? – Нигде, – недоуменно развел руками юный толстячок. – Ложная тревога! Крузейро пошутил! – добавил Морс. – Прредпочту пожарр! Пуппитрролли хуже пожарра! – заявил попугай и перепорхнул со стола на шкафчик. Устроившись там поудобнее, он повторил свою просьбу: – Торрнадо, ррасскажи им о недрругах! О прроклятых пуппитрроллях! А мне, будь добрр, плесни ррому. Паррдон, валеррьянки! – Ты здорово перетрусил, мой милый Круз! – проговорил старый моряк. – Пуппитролли коварны, ты прав, но и мы с тобой не дурачки! – Ррешил ррискнуть? Прроверрить споррную веррсию? – скосил левый глаз на хозяина говорун Крузейро, одновременно поглядывая правым оком на блюдечко и на крадущегося к нему паука. – О каких пуппитроллях речь? – поинтересовался морс и захлопнул за собой дверцу трейлера. – Кто это такие, господин нордвест? Мы о них впервые с Крюшоном слышим! – Пуппитролли – маленькие коварные существа, которые норовят устраивать честным и благородным гнэльфам всякие пакости, – объяснил Торнадо. – Пуппитрролль пррятался под ррундуком! – воскликнул Крузейро и грациозным жестом отбросил нахального паучка подальше от своего блюдечка. – Торрнадо рродился в ррубашке: его рразбудил мой кррик! Пуппитрролль удррал – морре кррови не прролилось! – Ты вопил как оглашенный, – кивнул головой старый моряк, – я тоже чуть, было, не вылетел из трейлера с перепугу! – Лучше перреоррать, чем недооррать, – мудро заметил попугай и расколол вкусный орешек. – Пуппитрролли веррнутся: они прронюхали прро каррту пирратов. – Это еще не известно! – попробовал поспорить с разговорчивой птицей Нордвест, но упрямый Крузейро тут же заявил: – А кто ррылся под ррундуком? Кто вскррыл коррзину и перрекопал твое белье? – Карта и шифрограммы хранятся в шкатулке, – напомнил попугаю старый моряк. Крузейро отвесил ему глубокий поклон: – Ты пррав, я не споррю! Но ворришки-пуппитрролли до них доберрутся! Дай сррок! – Они получат от меня хорошую выволочку, а не карту капитана Гольдгульдена! – возмущенно заявил Торнадо Нордвест. Однако попугай был другого мнения. И он не стал скрывать его ни от хозяина, ни от новых дружков-гнэльфов. – Пуппитрролли коваррны. Рраз они ррешили укррасть каррту пирратов, они укррадут ее. Каррту нужно перрепррятать! – Куда? – удивился бывший морской волк. – В наших с тобою хоромах не так уж много места для надежных тайников! – Подаррим ее дррузьям! Брравым рребятишкам! Моррс и Кррюшон запррячут каррту! – Ты предлагаешь подарить карту и шифрограммы Крюшону и Морсу? – Торнадо взглянул на юных гнэльфов и почесал затылок. – Что ж, это идея! Вряд ли мы с тобой когда-нибудь отправимся в плавание по Радужному Архипелагу, милый Круз, а вот они… – Мы тоже пока не думали о таком путешествии, – робко проговорил побледневший почему-то Крюшон и дернул долговязого приятеля за рукав рубашки. – Ведь это так, Морс? – Пока не думали, а позже, наверное, подумаем. Если расшифруем текст пиратского письма, то почему бы и не попробовать съездить когда-нибудь за кладом? – Вот теперь я, кажется, слышу речь настоящего мужчины! – обрадовался Торнадо Нордвест и полез в рундук за шкатулкой. – Держите, ребятки, эти драгоценные бумаги, и, не дай Бог, если они попадут в лапы к пуппитроллям! – Мы расшифруем текст, выучим его наизусть, а потом уничтожим Гольдгульденовское послание, – сказал Морс, принимая пиратские реликвии. – А карта без пояснений к ней вряд ли заинтересует пуппитроллей. Я прав, Крузейро? – Ты пррав, но все-рравно беррегись! Пуппитрролли коваррны и врредны, как виррусы грриппа! Морс спрятал карту и шифрограммы за пазуху и, поблагодарив старого моряка и его попугая за бесценный подарок, вышел из трейлера и торопливо зашагал к своему дому. Что оставалось делать бедняжке Крюшончику? Нехотя поплелся он следом за неразлучным дружком. Его грызли дурные предчувствия, но расстаться с лучшим приятелем он никак не мог. Глава девятая Прибежав к Морсу домой, друзья заперлись в его комнате и разложили на столе бесценные бумаги. – Мы должны во что бы то ни стало разгадать этот шифр! – воскликнул Морс и ударил кулаком по листку, уссеянному ровными рядами цифр и непонятных точек, значков и крестиков. – А что это шифр, сомнений быть не может! – Сомнений нет, это верно, – вздохнул Крюшон и посмотрел на загадочную цифровую вязь, от которой рябило в глазах. – Но как мы его разгадаем, Морсик? Будем подставлять вместо цифр буковки? – Ты угадал, Крюш! Сейчас я возьму алфавит, и мы с тобой поменяем всю эту арифметику на нормальные буквы! Морс вытащил из письменного стола букварь, который хранил как память о первых днях учебы в школе, и, торопливо переписав на отдельный лист бумаги верхнюю строку пиратского послания, стал проставлять под цифрами соответствующие им в алфавите буквы. Так, например, под цифрой «1» он написал букву «А», а под цифрой «13» букву «Л». – Какая-то ерунда получилась, – проговорил озадаченный Морс, когда закончил свой труд и отложил карандаш в сторону. – Мы, кажется, пошли с тобой по неверному пути. – Хорошо, что мы поняли это в самом начале! – обрадовался Крюшон. – Давай-ка бросим все эти бумажки и сходим в кафе полакомимся мороженым! В такую жару… Морс перебил его на полуслове: – Нет, Крюш, пока не расшифруем послание капитана Гольдгульдена, мы никуда не пойдем! – Он вдруг хлопнул себя ладонью по лбу: – Идея! Мы попробуем поставить под первые цифра имя славного пирата! Самая первая цифра, наверное, расшифровывается как «Я», а другие тогда будут означать имя и фамилию хитрого пирата! Морс снова схватил карандаш и начертал под начальными цифрами имя и фамилию знаменитого флибустьера. Потом, переписав на отдельный лист весь текст послания, обозначил карандашом уже известные ему цифры-буквы. – Кажется, теперь мы на верном пути! – воскликнул Морс, закончив титанический труд. – Но нам еще нужно узнать оставшиеся буквы. – Куда-то он нас заведет этот «верный путь»? – многозначительно вздохнул Крюшон и, склонившись над листом бумаги, дал приятелю дельный совет: – По-моему, третье слово в послании должно быть «капитан». Смотри, что получается: «Я, Густав Гольдгульден, капитан…» – Молодец, Крюшончик! – подпрыгнул от радости на стуле восхищенный Морс и хлопнул друга ладонью по плечу. – Ты наверняка попал в точку! – Чего не скажешь о тебе, – проворчал обиженно Крюшон и потер ушибленное место. – Ты попал по плечу, а это не совсем приятно… – Извини, больше не буду! Морс снова схватил карандаш и принялся писать под угаданными другом цифрами нужные буквы. Не прошло и часа, как весь текст Гольдгульденовского письма был расшифрован. Он гласил: «Я, Густав Гольдгульден, капитан славной калоши „Хитрый Петер“, в здравом рассудке и на трезвую голову составил эту карту и это описание. Мой клад закопан на одном из островов Радужного Архипелага. Все острова указаны на карте, но остров с сокровищами на ней не отмечен. Пусть тот, кто осмелится на поиски клада, сначала хорошенько пошевелит мозгами. Дуракам золото ни к чему! Найдя нужный остров, скрестите шпаги. В месте пересечения найдете сестричку грот-мачты. Деревянная пиявка укажет на железного краба, под ржавой лапой которого и покоится клад. Если поставите свечки за упокой душ моих корсаров, то могу пообещать, что я не буду приходить к вам по ночам за своим сокровищем. Остаюсь верный своему слову Г. Г. – младший. _______________________________________________________ Эту детскую считалку я сочинил сам, когда сидел на проклятом острове в ожидании смерти. Но я остался жив, а вместе со мной уцелела и считалка. Теперь я дарю ее вам в наследство! Г. Г. – младший.» – Ну вот, а теперь возьмемся за считалку, – сказал Морс и положил перед собой чистый листок бумаги и вторую пиратскую шифровку. – Надеюсь, мы с ней не провозимся так долго, как с основным письмом. – А, может быть, с ней не нужно сейчас возиться? – робко поинтересовался Крюшон и посмотрел на приятеля. – Сходим, лучше, в кафе, отдохнем, развеемся… Но Морс был безжалостен: – Нет, Крюш, пока не расшифруем весь текст до конца, мы отдыхать не будем! И он склонился над столом и принялся выписывать под цифрами необходимые буквы. Вскоре и с этой работой было покончено. Морс распрямил спину и с явным удовольствием прочитал гольдгульденовское творение вслух: Эта считалка откроет секрет. (Может, откроет, а, может, и нет!). Вычти союзы, вычти предлоги — – Вот ты, дружок, и на верной дороге! Смело по ней ты в поход отправляйся, Монстра увидишь – не трусь, огрызайся, (Первым успеешь коль ты огрызнуться, Целым сумеешь домой ты вернуться!) Главное, помни: на трудном пути Остров сокровищ ты должен найти! – А он шутник, этот капитан, – сказал Крюшон, прослушав стишок-загадку, – нет, чтобы все просто и ясно написать, так ему обязательно нужно написать с подвохом! А нам тут из-за него приходится головы ломать. – Клады легко в руки не даются, это всем известно, – вздохнул усталый Морс, – но ничего, сейчас мы возьмемся за карту и… – Нет! – взвизгнул, не выдержав, Крюшон. – Никакой карты я не желаю видеть! Только после перерыва! Если я не съем сейчас две порции мороженого и не выпью хотя бы одну бутылку сока, я умру! А мне так не хочется этого делать, Морсик, особенно теперь, в конце учебного года! – Хорошо-хорошо! – поспешил его успокоить приятель. – Займемся картой после мороженого! Ты какое хочешь? – Клубничное с марципанами, но могу обойтись и малиновым – я не привередлив. – Ты получишь и то и другое! – воскликнул Морс. – Сегодня я тебя угощаю, а вскоре и ты, и я, наверное, сможем угостить всех учеников нашего колледжа! И даже не один раз! – Мы с тобой так разбогатеем? – догадался Крюшон и медленно двинулся к двери. – Ты снова попал в точку, Крюшончик! Скоро мы станем миллионерами! Нет, миллиардерами! – Ну что ж, тогда я готов угостить весь колледж… Кроме доктора Шприца! – спохватился вдруг толстячок и коснулся ладонью того места, куда накануне безжалостный врач вонзил иглу, длиной в три мерхендюйма. – Теперь я не могу свободно сидеть… И все из-за него, нашего доктора Шприца! Глава десятая Передохнув в кафе «Айсберг» после утомительных трудов, приятели вновь вернулись в дом к непоседе Морсу. – Ну и что мы будем делать с помощью этой считалки? – спросил Крюшон, перечитав еще раз стишок капитана Гольдгульдена. – Играть в прятки на переменах? – Мы будем искать сокровища! – воскликнул Морс, потрясая в воздухе бумажками с расшифрованными посланиями предводителя пиратов. – Эта считалка – ключ к нахождению нужного острова! Того острова, на котором закопан клад! Он быстро развернул старинную карту и ткнул пальцем в первый попавшийся, изображенный на ней, кружок: – Мы прочтем эту считалку без предлогов и союзов и узнаем, какой остров нам нужно искать! – И с какого же острова ты начнешь отсчитывать? – искренне поинтересовался Крюшон. Морс немного опешил: – Верно, об этом я не подумал… Внезапно его осенило, и он сказал: – Архипелаг называется Радужным! В этом разгадка! Посмотри, Крюшончик, все острова на карте покрашены в разные цвета: красный, синий, зеленый, желтый, оранжевый, фиолетовый, голубой… – Понимаю-понимаю! – обрадовался юный толстячок. – Присвоим порядковые номера островам по цветам радуги – и дело в шляпе! – Ты умница, Крюшон! – похвалил приятеля Морс. – Почему тебя не ценят наши учителя так, как ценю тебя я, уму непостижимо! – Не будь к ним очень строг, дорогой Морсик. Ошибаться свойственно всем гнэльфам, и учителя – не исключение. – Какому острову присвоим почетный первый номер? – перебил скромнягу Крюшона Морс. – Ты помнишь в какой последовательности расположены цвета в радуге? – Конечно, помню! – Толстощекий мальчишка прикрыл глазки и, сосредоточившись, отчеканил как на уроке: – «Каждый Охотник Желает Знать, Где Сидит Фазан». Номер первый – красный цвет! – Отлично! – Морс взял фломастер и торопливо начертил на бумаге семь одинаковых кружочков, расположив их по окружности, словно танцоров в хороводе. Вот так: После чего пометил каждый кружочек цифрой и буквой. Крюшон заглянул через плечо приятеля и увидел такую картину: – Ну что, приступим к поиску клада? – спросил Морс, дав Крюшончику время полюбоваться на свое творение. – Приступим, – прошептал толстячок в ответ. Морс взял в руки листок с расшифрованной считалкой и, спотыкаясь на ненужных для важного дела предлогах и союзах, принялся за поиски острова с кладом пирата Гольдгульдена. Вскоре этот остров был найден: им оказался тот, что был покрашен желтой краской. – Проверим еще раз, вдруг я ошибся, – разумно решил Морс и снова повторил считалку, тыча фломастером при каждом произнесенном вслух слове в нарисованные на бумаге кружочки. Но и при втором пересчете фломастер застыл на кружке, помеченном буквой «Ж» и цифрой «3». – Все правильно, клад закопан на Желтом острове! – подвел итог удовлетворенный Морс и подмигнул приятелю: – Дело осталось за малым: нужно туда попасть, и тогда пиратское золото станет нашим! – Такие маленькие дела пахнут большими неприятностями, – проворчал Крюшон и отодвинулся от стола с заманчивыми шифрограммами и картой. – Болтаться по морям – занятие не для гнэльфов… – Торнадо болтался и остался жив, – напомнил Морс. – А кроме старины Нордвеста, есть и другие моряки среди гнэльфов. – Они все богачи? – поинтересовался Крюшон и уставился на друга своими умными проницательными глазками. – Ну, не все… Им просто не повезло… – А мы с тобой – счастливчики, ты это хотел сказать? – Мы разгадали шифр, мы разобрались с картой – разве этого мало? После некоторого раздумья Крюшон тихо вздохнул: – Для того, чтобы влипнуть в жуткую историю, вполне достаточно… Увидев, что друг ни на шутку встревожился, Морс похлопал его легонько по плечу и весело произнес: – Не расстраивайся, Крюшончик, корабля у нас нет и на горизонте его пока не предвидится. Наверняка пройдут годы, прежде чем нам с тобою удастся отправиться в плавание. Так что вытри нос и скушай еще одно мороженое! Проговорив эти слова, он взял приятеля за руку и провел его на кухню. Там, открыв холодильник, Морс достал стаканчик прекрасного шоколадного мороженого и протянул его другу. – Держи, Крюш, ты заработал это угощенье по праву. Без твоих умнейших советов я вряд ли справился бы с проклятыми шифрами. Спасибо тебе, и больше не волнуйся: в ближайшее время мы с тобой никуда не поплывем! – Хотелось бы на это надеяться… – вздохнул Крюшон и с аппетитом принялся уплетать мороженое. Глава одиннадцатая Вернувшись домой с вечерней прогулки, Кракофакс не лег, как обычно, спать, а принялся ходить по сумрачному подвалу взад и вперед, о чем-то сосредоточенно думая. Наконец, сделав сто тридцать восьмой разворот, он резко остановился у стены и, ткнув указательным пальцем в лежащего на диване племянника, отрывисто произнес: – Завтра пойдешь к Крюшону! И узнаешь у него все про карту. Ты понял? Тупсифокс утвердительно кивнул головой, но тут же отрицательно замотал ею из стороны в сторону: – Он мне ничего не расскажет! Кто ятакой, чтобы допрашивать гнэльфов? Да он меня на одну ладошку положит, другой прихлопнет – от меня только мокрое место останется! Кракофакс сердито поднял правую руку вверх и повелительным жестом остановил племянника: – Помолчи, Тупсифокс, и послушай старого умного дядюшку. Ты, наверное, забыл, что ты – пуппитролль? А пуппитролли всегда обманывали доверчивых гнэльфов! Расскажешь ему какую-нибудь слезливую историю о дедушке-пирате, который плавал на одном корыте вместе с капитаном Гольдгульденом по Сказочному морю. А теперь и ты, и твои безутешные родители хотели бы навестить те места, где похоронен ваш дед и отец, но только вы не знаете, как туда попасть… Да мало ли что можно наплести этому простачку Крюшону! В крайнем случае, ты его запугаешь. – Я?! – Тупсифокс посмотрел на дядю, думая, что тот шутит. Но Кракофакс был настроен как никогда серьезно. – Да разве я смогу его запугать?! – Применишь парочку фокусов, которым я тебя обучу, и он испугается. Толстячки обычно трусливы, ты в этом скоро сам убедишься. – А почему бы, дядюшка, вам не попробовать самому встретиться с Крюшоном? У вас, наверное, и фокусы, и все остальное получше выйдет, чем у меня! Кракофакс печально вздохнул: – Я уже побывал в разведке, дорогой племянничек, и не далее, как час тому назад! Я ходил к моряку Нордвесту, но, увы, ничего не нашел у него в трейлере. Вдобавок, меня заметил проклятый попугай, который так раскричался, что я даже немного оглох. Пришлось спасаться бегством, иначе бы я стал инвалидом! – Попугай вас увидел? – недоверчиво улыбнулся Тупсифокс. – Невидимок никто разглядеть не может, уж я-то знаю! Но Кракофакс ему объяснил, разводя смущенно руками: – Когда я отправился к Нордвесту, то все время думал о пиратском кладе. Золотые монеты так и сверкали у меня перед глазами, так и сверкали! Из-за этого я позабыл произнести заклинание и не превратился в невидимку. Такая непростительная рассеянность! – Попугай был большой? – поинтересовался Тупсифокс, и в его глазах загорелся озорной огонек. – Огромный! – не чуя подвоха, ответил Кракофакс. – Он мог бы вас запросто склюнуть! – радостно воскликнул юный пуппитролль и весело расхохотался. – Да, ты прав, я чудом уцелел. – Кракофакс смутился еще сильнее и, чтобы не доставлять племяннику удовольствия видеть и дальше его унижение, громко повторил свой приказ: – Итак, ты завтра идешь к Крюшону. А сейчас ложись и спи. Спокойной ночи! Старый пуппитролль погасил огарок свечи, подошел к своей постели и, снимая с себя одежду, тихонько позвал ночных сторожей. И послушные ему Хлорра и Морра тут же выползли из нор и встали, как вкопанные, у его кровати на привычное ночное дежурство. Глава двенадцатая Удача – капризная дама. Если однажды она решит повернуться к вам спиной, знайте: это надолго! С тех пор, как Кракофакс и его племянник пронюхали о карте пирата Гольдгульдена, им перестало везти почти во всем. Кофе у них по утрам начал постоянно выкипать, ужин пригорать, а все энергичные попытки добыть сведения о месте, где закопан клад, заканчивались полным провалом. Чего только ни делал Тупсифокс, когда заявился к Крюшону в ночь со Среды на Четверг! Он пугал, умолял, лил крокодиловы слезы и применял гипноз – все тщетно. Испуганный гнэльф твердил одно и то же, как заведенный: – «Я ничего не помню! А все бумажки с расшифровками Морс почему-то сжег! Там говорилось про какие-то острова, ржавые лапы и деревянные пиявки… Такая глупость, что я все позабыл!». Вернувшись к дядюшке с пустыми руками, Тупсифокс сказал: – Этот тюфяк не врет. Он, правда, ничего не помнит. А его приятель Морс ни за что не расскажет нам про пиратский клад: он, кажется, сам не прочь за ним отправиться! Этот хитрюга сжег все бумаги капитана Гольдгульдена, а нужные сведения хранит теперь в своей голове. Измученный Тупсифокс повалился без сил на диван, а его дядюшка, злобно сверкнув красноватыми глазками, принялся мерить подвал быстрыми, но короткими, шажочками. Кракофакс и до этого мало верил в то, что его племяннику удастся выудить у толстяка Крюшона важные сведения. И теперь, когда он удостоверился в своей правоте, Кракофакс еще сильнее рассердился на проклятых гнэльфов, скрывающих от него секрет пиратского клада, и еще больше захотел узнать о нем все до мельчайших деталей. «Глупенький Морс мечтает сам раздобыть драгоценности? Что ж, я помогу ему в этом. Пусть отправляется в путешествие, а мы с Тупсифоксом последуем за ним вдогонку. И тогда мы еще посмотрим, кто из нас первым возьмет ценный приз!» Кракофакс ехидно хихикнул и, подойдя к дивану, толкнул спящего племянника кулачком в плечо: – Я кое-что придумал, лежебока! Протри глаза и внимательно слушай! Тупсифокс недовольно заворчал, однако послушно оторвал голову от подушки и уставился на дядю. – Ну, что вам не спится, уже ночь! – жалобно протянул он и принялся тереть глаза, сладко позевывая. – Самые умные мысли приходят пуппитроллям именно по ночам! – сказал Кракофакс и плюхнулся в скрипучее кресло. – Меня осенило: я знаю, что нужно делать, чтобы золото пиратов досталось нам! Тупсифокс снова взглянул на дядю, но уже с нескрываемым интересом. – В колледже «Кузница вундеркиндов», в котором учатся эти шалопаи Морс и Крюшон, есть традиция отправлять каждый год во время летних каникул лучших учеников в морской круиз. Как раз через неделю такая группа собирается ехать в Ватерзальц, чтобы сесть там на яхту «Сувенир» и попутешествовать по Гнэльфландскому морю. Я прочитал об этом в вечернем выпуске газеты «Вот так новости!» и знаю о поездке точно! – Разве Морс и Крюшон отличники? – Нет, – ухмыльнулся Кракофакс, – куда им! Но нам с тобой придется сделать их отличниками, хотя бы на время. – Я сам ничего не знаю! – гордо заявил Тупсифокс и запыхтел от негодования. – Учить других – занятие не для меня! – Ты не понял! – улыбнулся Кракофакс. – Мы поступим так, как обычно поступают все пуппитролли в подобных случаях: мы подделаем документы Крюшона и Морса! И – самое главное – впишем их имена в списки отъезжающих! – Ну, это другое дело, – облегченно вздохнул Тупсифокс и снова прилег на подушку. – На такие шуточки я всегда готов пойти с большой охотой! – Тогда вставай, не будем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня. – Мы пойдем прямо сейчас?! – ахнул усталый мальчишка и подскочил на диване как ошпаренный. – Я хочу спать, я уже досыта наработался, дядя! Но Кракофакс был неумолим: – Поднимайся, лежебока! Отдохнешь, когда получишь свою долю клада. Бери пример с меня: хоть я и не молод, но всегда готов отправиться на поиски приключений! Старичок-пуппитролль натянул на плечи узенький кукольный плащик, нахлобучил на голову шляпу и привычно произнес заклинание, чтобы стать невидимым. После этого нырнул в щель под дверью, быстро миновал дворик и арку и зашагал в сторону колледжа «Кузница вундеркиндов». Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/mihail-karishnev-lubockiy/ostorozhno-puppitrolli/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 9.99 руб.