Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Чародей из Гнэльфбурга Михаил Александрович Каришнев-Лубоцкий Про гнэльфов из Гнэльфбурга #1 Михаил Каришнев-Лубоцкий Чародей из Гнэльфбурга повесть-сказка Глава первая Феи в наши времена – большая редкость, вот почему ворон Карл, долгое время равнодушно сидевший в полусонном состоянии на дереве перед домом, в котором жили гнэльфы Миниберы, сразу оживился, как только увидел возле закрытого окна двух крылатых сестричек – Амалию и Матильду. «Прилетели, не запылились! – подумал он, глядя сверху вниз на крошечных фей, прилипших носами к оконному стеклу. – Любят поглазеть на новорожденных старые плутовки!» И ворон Карл был прав: сестрички обожали разглядывать грудных младенцев. – Смотри, смотри, Амалия, у мальчика синие глазки! – ворковала младшая фея, тыча крохотным пальчиком в окно. – Совсем как у его матушки госпожи Ренаты! – Зато волосы как у господина Эдварда: кудрявые и золотистые, – отметила более спокойная старшая сестричка-фея, – мальчик будет счастливцем, все рыжие – везунчики. – Согласна, но только наполовину! Мальчик будет счастливцем, но он не рыжий! Он – светлый шатен! – Его назовут Минибером, он станет скрипачом и будет рыжим! – предсказала язвительная Амалия. Услышав это, Матильда побагровела от гнева, ее крылья слегка затекли, и она чуть было не шлепнулась на землю. – Ты собралась гадать новорожденному мальчику в такой неподходящий момент? Повиснув в воздухе как стрекоза, и не имея под руками ни кофейной гущи, ни расплавленного воска?! Серьезные дела так не делаются, Амалия! Немедленно прекрати свои неуместные шуточки, иначе нашего Миниберчика в будущем могут ожидать большие неприятности! Старшая сестричка весело рассмеялась: – Вот видишь, Тильди, я оказалась права: ты сама назвала ребенка Минибером! От судьбы не уйдешь, даже не пытайся! Поняв, какую оплошность она допустила, Матильда слегка притихла. – Не будем больше предсказывать малышу, – попросила младшая фея старшую сестру, – судьба гнэльфа не игрушка, ею нельзя заниматься мимоходом… – Простите, что вмешиваюсь в чужой разговор, милые дамы, но судьба Минибера давно известна, – вдруг подал с дерева свой голос ворон Карл. – Достаточно только взять в библиотеке книгу «Колесо Фортуны» и заглянуть в нее. Том второй, страница шестьсот тридцать восьмая, семнадцатая строка сверху. – Господин Карл, как вы нас напугали! – ахнула смущенно Матильда. – И давно вы здесь сидите? – Разве это имеет какое-нибудь значение? – удивился ворон. – Часа три или четыре, одним словом, сущий пустяк. – И вы, конечно, видели, как мы заглядывали в чужие окна? – Я это и сейчас вижу. Да вы сами можете подтвердить правоту моих слов! Матильда смутилась еще сильнее: – Надеюсь, вы понимаете, господин Карл, что мы это делаем из лучших побуждений… – Разве любопытство теперь зачислено в разряд лучших побуждений? – искренне поразился старый ворон. – Тогда я совсем отстал от современной жизни, милые дамы! – Не любопытство, а любознательность подтолкнула нас сделать это, господин Всезнайка, – объяснила непонятливой птице бойкая Амалия, – на одного гнэльфа в Бербурге стало больше – разве это не событие? – Событие, – согласился ворон, – но не самое первое за сегодняшний день. – А какое же первое? – удивились сестрички-феи. – Рождение девочки Энни в семье господина Штильтойфера. Она появилась на свет минут на пять раньше вашего Минибера. – Мы ее проворонили! – честно призналась Матильда и огорченно взмахнула ручками. – Проворонили, как самые настоящие вороны! – Чего не могу сказать о себе… – с затаенной гордостью в голосе проговорил старый ворон Карл и с достоинством вздернул свой клюв высоко вверх. Глава вторая Визит в библиотеку сестрички-феи решили временно отложить. Они понимали, что с толстенной книгой им вдвоем не справиться, а звать на помощь кого-нибудь из посторонних не очень-то хотелось. – Погадаем сначала на кофейной гуще, – предложила Амалия, когда сестрички возвращались к себе домой от Миниберов, – старый испытанный способ – он не подведет! – Кофе купим самый лучший! – строго сказала Матильда и ловко облетела фонарный столб. – Не станем скупиться ради такого случая! – Да уж, – поддакнула ей Амалия и тоже удачно миновала опасную преграду, – экономить на детях грех! Феи впорхнули в открытую форточку продуктового магазина и устремились к полкам, уставленным упаковками и банками всевозможных сортов чая и кофе. На немногочисленных покупателей, гуляющих по магазину с корзиночками и колясочками, сестры не обратили никакого внимания – им было просто не до них. – Купим «Гадалку», – предложила Амалия, увидев яркую пачку с красивой этикеткой, – пожалуй, это самый подходящий для нас сорт! – А он не растворимый? – недоверчиво прошептала Матильда и покосилась на торопыгу-сестру. Амалия достала из сумочки крохотные очки и, водрузив их на нос, прочитала написанный на пачке текст. – Можешь не волноваться: он молотый! – доложила она через секунду. – Тогда плати деньги и мы уходим. Амалия спрятала очки в сумочку и вынула из нее сложенную вчетверо купюру в десять гнэльфдингов. Зажала деньги покрепче в ладошке и полетела к кассиру, прячась от посторонних глаз за полками с товаром. Когда от кассы отошел покупатель, фея вспорхнула на столик и положила перед изумленной кассиршей деньги. – Это за кофе «Гадалка». Сдачу можете взять себе на чай. Извините, но я спешу. До свидания! И она улетела к сестре, которая уже сидела на форточке с пачкой кофе в руках. – Сдачу ты, конечно, не взяла? – поинтересовалась Матильда. – Ты всегда была страшной мотовкой! И, покачав укоризненно головой, она выпорхнула на улицу. Пристыженная Амалия нехотя полетела следом за сестричкой. Настроение у нее было слегка испорчено: чего она не любила, так это упреки. Особенно такие, которые ей нечем было крыть! Глава третья Когда кофейная гуща выпала в осадок и образовала на дне глубокой фарфоровой чашки небольшую горку с крошечными впадинами и бугорками, Матильда торжественно произнесла: – Все сходится, Амалия! Мальчишку назовут Минибером, он будет рыжим, как отец, а в отрочестве его будет поджидать целая куча неприятностей! – В отрочестве всегда бывают неприятности, такой уж это возраст… – попробовала смягчить удар зловещего предсказания добрая Амалия. Но ее сестра была безжалостна в своей правдивости: – Возраст тут ни при чем. Козни проклятой Эфалии испортят жизнь мальчишке. Она где-то здесь, эта колдунья, в Бербурге, хотя и сидит пока под замком. – Волшебник Гэг заточил ее вместе с сестричкой Скорпиной в зеркала, – кивнула головой Амалия, – но в какие именно зеркала?! – Зеркало с колдуньей Скорпиной хранится в музее Гнэльфбурга, – Матильда ткнула чайной ложечкой в канавку, делящую горку кофейной гущи на две неравных половинки, – а вот зеркало с Эфалией лежит где-то в нашем городе, на пересечении Сиреневой и Ягодной улиц. – В доме Штильтойферов! – догадалась Амалия, и лицо ее вдруг побледнело от волнения. – В доме, в котором сегодня родилась девочка-гнэльф!! – Ее назовут Энни, – произнесла Матильда тихим голосом и ткнула ложечкой в ровный бугорок на краю кофейной горки. – Девчонке тоже светят большие неприятности в недалеком будущем… – А разве их нельзя отвести? – Амалия посмотрела на сестру и добавила, поясняя: – Я имею в виду неприятности. Неужели мы будем вот так сидеть, сложа руки, и ждать, когда на Минибера и Энни свалятся разные беды? Матильда пожала плечами: – От судьбы не уйдешь… Что будет – то будет, ты сама это знаешь. – И все-таки мы должны им помочь! – Амалия постучала кулачком по столу. – Заваривай новую порцию, будем дальше гадать. – Ты решила извести весь кофе за один вечер? Нужно быть экономной, Энни может подождать и до завтра. – Лучше я изведу кофе, чем сама изведусь! – Амалия схватила кофейник и, налив в него воды, поставила на плиту. – Потом погадаем еще и на картах, посмотрим, что они нам подскажут. – Делай, что хочешь, Амалия! – рассердилась Матильда. – Тебя с детства избаловали, и ты не знаешь слова «нет»! На этот раз Амалия проглотила упрек без особой обиды: ведь он сопровождался разрешением заваривать кофе! Она весело принялась за дело, и уже через пять минут волшебное варево было готово. – Так и есть! – воскликнула Амалия, когда новая порция кофейной гущи улеглась на дно фарфоровой чашки. – Колдунья Эфалия напакостит и этой девочке! – Все это случится в один несчастливый день, – прошептала Матильда, заглядывая через плечо сестры в полупустую чашку, – в день, когда им обоим исполнится по тринадцать лет… Обозленная Амалия снова стукнула кулачком по столу, да так сильно, что посуда, которая стояла на нем, подпрыгнула вверх и со звоном упала обратно на стол. При этом сквозь звон фарфора сестрички-феи явственно расслышали жалобный стон, похожий на мольбу: «Х-Х-Х-И-И-И-И-ЛЬ-Ф-Ф-Ф!..» Амалия и Матильда испуганно вздрогнули и переглянулись. Они поняли, что это сама судьба призывала их прийти на помощь несчастным Энни и Миниберу в трудный для них час испытаний… Глава четвертая Если за окнами бушует весна, а на школьной доске висит разноцветная карта мира, то поневоле начнешь мечтать о путешествиях и дальних странах, о приключениях и всяких чудесах, о том, чего так не хватает в обыденной скучной жизни… – Минибер! – разбудил громкий учительский окрик. – Я! – К доске! – Есть! Рыжеволосый мальчишка-гнэльф встал из-за стола, шагнул вперед и тут же растянулся на полу, споткнувшись на ровном месте. Весь класс захохотал, а учитель географии Крайдтафель побагровел от гнева. – Минибер! Снова твои штучки-дрючки? Кажется, ты не в цирке! – Я знаю, господин учитель… Просто у меня ноги запутались… Новый залп смеха оглушил Крайдтафеля. После того как класс немного утих, учитель проговорил: – Надеюсь, язык у тебя не станет запутываться. В твои двенадцать лет нужно быть посерьезнее! – Уже тринадцать! – поправил Крайдтафеля Минибер и, подойдя к учительскому столу, добавил, тяжело вздыхая: – Через два дня – тринадцать: ужасная цифра! – Ничего, придется потерпеть, а через годик ты от нее избавишься. – Крайдтафель посмотрел на ученика, потом на карту, прикрепленную к доске, и, как бы невзначай, спросил: – Скажи, дорогой, ты случайно не помнишь, где жил Альтерфатти, когда ему было тринадцать лет? – В Винтервальде у дедушки Шнапса, – выпалил Минибер. – Верно! – обрадовался учитель, слегка ошеломленный его познаниями. – Наверное, тебе даже известно, где этот самый Винтервальд находится? Указка перекочевала из рук Крайдтафеля в руки ученика. – Винтервальд находится… – Минибер сделал небольшую паузу и с мольбой посмотрел на своего приятеля Бакси. Бакси мгновенно скорчил ужасную рожу, а жестами изобразил пловца, переплывающего бурную реку. – Винтервальд находится возле Ройберзее! – догадался Минибер и неуверенно ткнул указкой в голубое пятно на карте. Половина класса дружно рассмеялась, оставив другую половину в полном недоумении. – Понятно! – весело ухмыльнулся Крайдтафель. – Кажется, наш Минибер снова сделал географическое открытие: он переименовал Гутенвальдское озеро в Ройберзее! – Неужели? – искренне удивился Минибер, а вместе с ним и та половина класса, которая не смеялась над его ответом. – Винтервальд находится севернее, – подсказал учитель нерадивому ученику. Острие указки медленно поползло от центра карты в ее правый нижний угол. По мере приближения указки к заветной, но ошибочной цели в классе снова стал зарождаться смех. Не дав ему как следует окрепнуть, Крайдтафель поспешил на выручку Миниберу: – Севернее, это значит выше… – Вот здесь? – Указка слепо ткнулась в другое голубое пятно. – А если подумать?.. Указка нехотя проползла по карте еще чуть-чуть вверх и уперлась в узкую синюю полоску, похожую на запятую. – Кажется, нашел! – радостно доложил Минибер учителю и всему классу. – С трех раз – неплохое достижение! Минибер покраснел и смущенно потупил взор. – На пятерку я не претендую… – А на четверку? Минибер неуверенно развел руками: – Пожалуй, тоже нет… Если только с минусом… – А с двумя минусами? В честь дня рождения? – Крайдтафель подошел к столу и взял авторучку. – В такой день для тебя не жалко и трех минусов! – Нет-нет! – испугался Минибер. – Излишества ни к чему! Если мои родители увидят в дневнике четверку с ТРЕМЯ ПЛЮСАМИ – они не поверят своим глазам! – И правильно сделают. Я тоже не всегда верю СВОИМ УШАМ. – Крайдтафель поставил Миниберу отметку и отпустил его с миром. Все-таки он сегодня почти именинник! А гнэльфы привыкли делать именинникам подарки. Даже если эти гнэльфы – школьные учителя… Глава пятая Вернувшись на свое место, Минибер облегченно вздохнул, достал из кармана носовой платок и вытер со лба пот. Все-таки он здорово сейчас потрудился – отыскал родину самого Альтерфатти, это не каждому дано… – Держи послание! – услышал вдруг Минибер за спиной хрипловатый шепот приятеля Бакси. – Пахнет духами, смотри не чихни! Записка с коротким адресом «МИНИБЕРУ» действительно источала приятный аромат. «ГНЭЛЬФБУРГСКАЯ РОЗА», – догадался Минибер, вспомнив, что это любимые духи его мамы. В классе «Гнэльфбургскую Розу» предпочитали три ученицы: кудряшка Ним, долговязая Бумпа и белокурая красавица Энни. «Неужели письмо от Энни?!» – подумал Минибер, и снова его лоб покрылся испариной. Получить послание от первой красотки класса – великая честь любому мальчишке! Дрожащими руками Минибер развернул записку и сразу же посмотрел вниз – на подпись. Так и есть: писала ее Энни Штильтойфер! Минибер перевел взгляд на текст и прочитал само послание. Оно гласило: «Если ты уведешь всех мальчишек на свой день рождения, то получишь в лоб!» «Ого, – подумал Минибер и почесал затылок, – мне, кажется, угрожают!» Он вырвал из тетради листок и торопливо написал ответ: «И не мечтай! Мальчишек я уже пригласил. А до лба моего тебе не дотянуться, Коротышка Энни!» Когда Энни получила ответное послание и прочитала его, то вся покрылась пунцовыми пятнами. Мало того, что этот вредный мальчишка решил испортить ЕЕ день рождения, так он еще и смеется над ней, называет ее «Коротышкой»! В детстве родители иногда называли шутливо свою дочку за малый рост «Энни-Пенни», но «Коротышкой» – никто и никогда! Энни скомкала записку Минибера и, улучив мгновение, когда учитель отвернулся к доске, швырнула свой артиллерийский снаряд в противного мальчишку. ХЛОП! – врезалось бумажное ядро в лоб долговязой Бумпы. – Мимо! – громко воскликнул Минибер и, не скрывая своей радости, засмеялся. Крайдтафель вздрогнул. – В отличие от тебя, Минибер, я никогда не попадаю указкой мимо, – сказал он, чуть-чуть растягивая слова. По классу тихо прокатился смешок. – Вы правы, господин учитель, я ошибся… – Минибер опустил голову и закрыл глаза, стараясь не расхохотаться еще громче. – Извини, я целилась не в тебя, – прошептала виновато Энни озадаченной Бумпе. – Испортился прицел? Это бывает! – улыбнулась Бумпа и метко отправила скомканную записку по назначению. ХЛОП! – ударился бумажный шарик о крепкий и широкий лоб зазевавшегося Минибера. – Прекратите охоту на мух! – рассердился Крайдтафель. – И смотрите на карту: иначе вы никогда не узнаете, где находится река Гандикап! Услышав о бедных и несчастных мушках, класс почему-то снова дружно захихикал. Не привыкший оставаться в долгу Минибер вырвал из тетради еще один лист и начал сминать его в твердый увесистый шарик. Но запустить свой снаряд в полет он не успел: в этот момент прозвенел звонок, и все ринулись в коридор, а оттуда на улицу. Уроки на сегодня кончились! Глава шестая Энни вошла в дом и удивилась: какая тишина царила здесь! – «Неужели, – подумала Энни, – все куда-то разбежались, и она хоть на минутку может побыть теперь одна и не отвечать ежесекундно на всякие занудные вопросы старших?!» Энни поднялась на второй этаж, но и там не нашла ни одной живой души. Девочка радостно потерла ладошки и собралась было идти в свою комнату, как вдруг заметила, что дверь в кабинет отца чуть-чуть приоткрыта. Неужели папа все-таки остался дома?! Энни на цыпочках подкралась к кабинету и заглянула внутрь. Отца там не было! Дневные лекции на тему «Как себя вести» отменялись до вечера, а теперь можно устроить небольшой, но приятный праздник. Энни весело крутанулась на одной ножке и вновь оказалась лицом к открытому кабинету. «Господи, да папочку, кажется, сдуло тайфуном! Он почему-то не только не запер дверь, но и оставил связку ключей в своем сейфе!» Энни раньше никогда не лазила по чужим сейфам, ей хватало и других грехов, но ее любопытство родилось чуть-чуть раньше ее самой, и теперь оно толкало девочку подойти к хранилищу отцовских секретов и посмотреть на то, ЧТО ТАМ ЛЕЖИТ. Старших нужно слушаться, это Энни хорошо усвоила. Она не стала пререкаться со своим любопытством и послушно подошла к металлическому ящику. РРРР!! – прорычала дверца сейфа, нехотя приоткрывая богатства, которые она скрывала. Груда бумаг и старая деревянная шкатулка – вот и все, что нашла Энни в этом бронированном ящике для мусора. Обиженно надув губки, она взяла в руки невзрачную шкатулку и заглянула в нее. Золотых перстней и бриллиантовых колье, как и следовало ожидать, в шкатулке не оказалось. Лежали в ней несколько пожелтевших листочков, исписанных готическим шрифтом, крошечный самодельный альбомчик, украшенный розочками и голубками, да маленькое белое зеркальце с треснувшей костяной ручкой. «Хранит как память о матери, – догадалась Энни, – а может быть, даже о своей бабушке: письмам лет сто – не меньше!» Она взяла в руки зеркальце и посмотрелась в него. И обомлела: из зеркала глядела на нее древняя старуха в черной с короткой вуалью шляпке на голове и темно-синем шерстяном платье с высоким глухим воротником до самого подбородка! – Здравствуй, Энни, рада тебя видеть! – первой нарушила молчание старуха из зеркала. – Вот уже сколько лет я ждала этого счастливого часа и, признаюсь тебе, очень соскучилась! – Кто вы? – вскрикнула ошеломленная девочка, не догадываясь даже отвести свой взгляд от взгляда загадочной незнакомки. – И как вы сюда попали?! – Попала я сюда, разумеется, при помощи волшебства. Когда-нибудь я расскажу тебе об этом поподробнее. А вот представиться я должна сейчас! – И старушка, гордо приподняв подбородок, важно произнесла свое имя: – Эфалия Штильтойфер, троюродная прабабушка двоюродного дяди твоего отца! – Значит, вы моя родственница? – Да, моя крошка. Хотя мне самой не понятно, кем мы друг другу приходимся… – Чудеса-а-а… – протянула нараспев Энни, – моя родственница сидит в зеркале и не может оттуда выбраться… – Козни волшебника Гэга, дорогая… Но мы их преодолеем – дай срок! – Старушка еще выше приподняла остренький подбородок и тоном, не терпящим возражений, сказала Энни: – Настоящие чудеса начнутся потом! И делать их станешь ты сама! Я знала, что мы с тобою встретимся, и очень ждала этой минуты… – Но что я могу?! – Многое, Энни, многое… По наследству нужно передавать не только фамильные драгоценности и недвижимость, но и природные дарования. Ты со мной согласна, моя крошка? – Наверное, госпожа Эфалия… – Называй меня просто бабушкой, Энни, к чему эти церемонии! Так вот… О чем это я говорила? Проклятая память – она стала так меня подводить! – Вы говорили о наследстве… – Да, Энни, я вспомнила! Как видишь, золота и драгоценностей у меня нет: все потеряно безвозвратно. Но я не горюю. И знаешь почему? Потому что я умею колдовать! Услышав это, Энни побледнела. Однако старушка из зеркала поспешила ее успокоить: – Лучше уметь колдовать, чем не уметь колдовать. У тебя найдутся аргументы против? – Нет… – выдавила из себя через силу Энни. – У меня тоже. Кажется, мы начинаем с тобой находить общий язык! – Эфалия Штильтойфер противно хихикнула и подмигнула растерянной девочке левым глазом. – Слушай меня, и ты не пожалеешь! Я просто обязана теперь научить тебя своему искусству! Это мой долг как твоей родственницы. Для начала ты сделаешь какой-нибудь пустячок… Например, слегка насолишь своему однокласснику, который не пригласил тебя на день рождения. Как его имя, дорогая? – Минибер… Но откуда вам известно, что он не пригласил меня на свой день рождения?! – Я прочитала об этом в твоих глазах. Когда-нибудь я научу тебя читать по глазам, но сейчас мы займемся другими делами… – Я не хочу мстить Миниберу! – опомнилась Энни. – У меня послезавтра тоже день рождения, и я тоже не позвала его в гости. Мы с Минибером квиты! – Когда ты увидишь, как он веселится с мальчишками на своей вечеринке, оставив тебя скучать с одними девочками, ты захочешь ему насолить… А подготовиться к этому можно заранее! Никогда ничего не делай в спешке, Энни, и тогда у тебя все будет получаться. – Старушка перевела дыхание и после небольшой паузы спросила деловым тоном: – У тебя есть красивое зеркальце? Подари его Миниберу! Я умею властвовать над зеркалами, могу превращать их в мои орудия чародейства. Но сначала запомни волшебное заклинание: его необходимо будет произнести перед зеркалом, которое ты подаришь Миниберу. – А с ним не случится большого несчастья? Я не хочу причинять горя ему и его родителям! – Мальчик перестанет задирать свой нос, только и всего! А ты посмеешься, когда увидишь его физиономию. – Старушка замерла, прислушиваясь к каким-то отдаленным звукам, и строго сказала: – Хватит терять попусту время, дорогая! Скоро придет твой отец, а ты еще не выучила заклинание! Повторяй за мной и смотри не забудь его! И она нараспев стала диктовать: Коала, пиала, ромалэ, каюк! Пусть нос твой загнется, как остренький крюк! А глазки, как в сказке, разъедутся вбок — С паршивой овечки хоть шерсточки клок! Слова в заклинании были наполовину непонятными, но Энни их сразу хорошо запомнила: память у нее была отличная! Когда Эфалия Штильтойфер убедилась, что девочка затвердила заклинание назубок, она радостно улыбнулась: – С половиной дела покончено! Теперь осталась другая половина: подарить заговоренное зеркальце Миниберу! – Не могу же я заявиться на день рождения без приглашения, – напомнила Энни забывчивой старушке. – А ты и не приходи! Гордость – прекрасное чувство, и я всегда его уважала. – Эфалия Штильтойфер понизила голос и ласковым доверительным тоном посоветовала: – Ты должна подарить зеркальце накануне вечеринки. Столкнись послезавтра утром на перемене с этим противным мальчишкой и скажи ему приблизительно так: «Вот тебе мой маленький подарок, Минибер! Извини, но я дарю то, что оказалось сейчас под рукой!» – А если он не возьмет зеркальце? – Возьмет, обязательно возьмет! Он растеряется, увидев тебя, а ты ему и вложишь в руки свой сувенир. Ну что, договорились? Энни не успела ответить, потому что в этот момент внизу хлопнула входная дверь. Старуха и девочка испуганно вздрогнули, и тут же изображение Эфалии Штильтойфер стало бледнеть и таять прямо на глазах у Энни. Миг – и оно исчезло совсем. Девочка очнулась от столбняка и торопливо положила зеркальце обратно в шкатулку, а саму шкатулку сунула в сейф. Только успела прикрыть скрипучую дверцу, как в кабинет вошел отец. – Что ты здесь делаешь, Энни? – спросил он девочку, увидев ее возле письменного стола. – Почему ты не в своей комнате или гостиной? – Я пришла из колледжа минуту назад и никого не нашла в доме… Вас всех словно ветром сдуло, папа! – Мама еще с утра отправилась к подруге, а меня срочно вызвали на службу… – Отец Энни вдруг вздрогнул и побледнел: – Господи, я второпях не закрыл сейф! Он стремглав кинулся к заветному металлическому ящику и стал проверять, все ли там лежит на месте. Убедившись, что все в порядке, он облегченно вздохнул: – Кажется, пронесло… Бумаги никто не трогал… После чего внимательно посмотрел на дочку и тихо, как бы невзначай, спросил у нее: – А ты, Энни, не брала шкатулку? И Энни, которая раньше никогда не лгала отцу, на этот раз сказала ему неправду: – Нет, папа, шкатулку я не брала… Глава седьмая Ровно в полночь фея Амалия положила на стол последнюю карту из толстой колоды и, не поворачиваясь к сестре, сидевшей с ней рядом, сказала с грустью: – Теперь мне все ясно… Колдунья Эфалия затеяла недоброе дело против Минибера… Сама она не может покинуть зеркало, чары волшебника Гэга очень сильны, но ей невольно окажет помощь бедняжка Энни… – С девочкой тоже случится беда? – дрогнувшим голосом спросила Матильда. – Как видишь… – Амалия ткнула пальчиком в семерку червей. – Что-то нарушит план коварной колдуньи, и от этого пострадает Энни… – А Минибер? С ним ничего не случится? Амалия потрогала карты, лежавшие рядом с червонным валетом, и неуверенно произнесла: – Он тоже попадет в беду, но я пока не могу сказать в какую… Матильда всплеснула ручками: – Гадай быстрее, Амалия! На картах, на кофе, на растопленном воске… Мы должны спасти Минибера и Энни, мы с тобой поклялись это сделать! – Что-то я не помню насчет каких-то клятв… – пробурчала недовольно Амалия, однако достала из шкафчика еще одну колоду карт и стала торопливо раскладывать ее на кухонном столе. – Эфалия хочет заколдовать Минибера с помощью зеркальца, которое должна подарить мальчику доверчивая Энни… – Это зеркальце надо похитить! – тут же предложила сообразительная Матильда. – Она подарит ему другое зеркальце… – …которое мы сами подсунем Энни! – Матильда весело засмеялась и захлопала в ладошки. – Осталось узнать, КАКОЕ зеркальце должна подарить Миниберу обманутая девочка, и купить ей точно такое! Амалия тяжело вздохнула и достала из кухонного шкафчика ярко начищенный таз для варки варенья. – Растапливай воск и капай в чашку с водой, – сказала она сестре, – а я начну говорить заклинание. Может быть, нам и повезет: когда-то я неплохо умела находить пропавшие предметы. Счастье улыбнулось Амалии и на этот раз: уже минут через пять в сверкающем донышке медного таза возникло смутное видение, которое вскоре оформилось в ясное и четкое изображение небольшого красивого зеркальца с резной ручкой. – Я видела такие в магазине на Вишневой улице! – обрадованно воскликнула Матильда. – Хотела купить, но пожалела пятнадцать гнэльфдингов! – Теперь нам придется раскошелиться, – проворчала Амалия, убирая медный таз обратно в шкафчик, – завтра же утром ты отправишься в магазин и купишь эту злосчастную безделушку. А вечером, когда стемнеет, мы слетаем к Энни и сделаем то, что задумали. А сейчас, Тильди, ложись немедленно спать! И старшая сестричка-фея решительно выключила свет. – Спокойной ночи, – прошептала младшая сестра и села на свою кроватку, – хотя какая тут может быть «спокойная ночь»!.. Глава восьмая Наступивший новый день тянулся словно резиновый. Еле-еле дождались сестрички-феи наступления темноты. Когда на Бербург все-таки опустился долгожданный сумрак и в окнах горожан стали вспыхивать огоньки электрических ламп, Амалия сказала чуть дрогнувшим голосом: – Пора! Бери зеркальце, и летим! Матильда сунула новенькое зеркальце с костяной ручкой в свою сумочку, поправила шляпку на голове и кивнула сестре: – Я готова! Летим! Феи открыли форточку и одна за другой выпорхнули в густой сад, тихо шелестевший листвой. – Какая темнотища! – пожаловалась Амалия младшей сестре. – Того и гляди… Что-то глухо стукнуло рядом с Матильдой о яблоню и упало на землю. – Ой! – вскрикнула подслеповатая, как и сестра, Матильда. – Здесь кто-то есть! – Никого здесь нет, – донеслось откуда-то снизу из зарослей цветов и трав, – это я шлепнулась… – Нужно быть поосторожнее! – нравоучительно посоветовала Матильда. И тут же сама налетела лбом на большую старую грушу. – Ой!.. Понаставили тут деревьев!.. – пискнула она, пикируя прямо на голову сестричке. – Если мы будем так спешить, то и к утру не доберемся до намеченной цели, – мудро заметила Амалия, помогая Матильде выбираться из пут зеленого горошка и фасоли. – Лучше лететь не спеша, так будет вернее. – Ничего, теперь мы не стукнемся, – успокоила ее младшая сестра. – Ты уверена? – Еще бы! У нас теперь во лбу есть у каждой по яркому фонарику! И Матильда была права: огромные синяки на лбах торопливых сестричек с этой минуты прекрасно освещали им путь в ночи. Феи выбрались из цветочных клумб и овощных грядок, стряхнули с платьев прилипшую пыльцу и вновь взмыли в воздух. – Летим к Штильтойферам! – сказала Амалия. – Скоро начнется новый сериал, и наверняка все семейство будет торчать у телевизора. – В нашем распоряжении не больше часа, но этот час наш! – кивнула головой Матильда. Глава девятая Умная Амалия не ошиблась: ровно в половине девятого вся семья Штильтойферов собралась в гостиной у телевизора, чтобы смотреть новый захватывающий детектив с интригующим названием «Хватай, лови, держи!» Вот почему сестрички-феи без всякого страха принялись заглядывать в окна комнат на втором этаже и, наконец, обнаружили спальню Энни. – Нам сюда! – воскликнула Матильда, увидев оклеенную портретами поп-музыкантов и кинозвезд стену и большого плюшевого Альтерфатти в одежде Санта-Клауса, лежащего в кресле. – Это наверняка ее комната! Амалия толкнула рукой форточку, и – о, счастье! – она отворилась. – Я чувствую себя настоящей взломщицей, – призналась Матильда, влетая вслед за сестрой в спальню Энни, – хотя совесть моя совершенно чиста, и мы с тобой делаем благое дело. – Только время покажет, насколько оно благое, – проворчала чуть слышно Амалия и принялась рыться в тумбочке, которая стояла возле кровати. – Странно: зеркала здесь, кажется, нет! В ящиках его не оказалось тоже. – Посмотри в сумочке, – посоветовала Матильда, копаясь сама среди книг и журналов, которыми был забит старинный книжный шкаф. – Есть! – весело доложила Амалия, доставая из сумки Энни Штильтойфер небольшое зеркальце. Но тут же грустно добавила: – Но это – другое… Оставив в покое журналы и книги, Матильда перепорхнула на коврик возле кровати. – Ну, если и под подушкой нет… – нараспев произнесла она и взялась за огромную пуховую подушку. С трудом откинув ее в сторону, Матильда радостно воскликнула: – Нашла! Нашла! Вот оно наше зеркальце! – Пока еще не наше, – поправила сестру Амалия, – меняй зеркала скорее, и летим домой! – Сейчас… – Матильда дрожащими от волнения руками стала расстегивать замочек на своей дамской сумочке. – Проклятье! Заело! Внезапно за стеной раздался какой-то подозрительный шум, который через секунду превратился в оглушительный грохот. Казалось, что кто-то в соседней комнате собрался разнести в клочья всю мебель и разрушить все, что подвернется под руку. – Это у меня в кабинете! – догадался отец Энни и ринулся из гостиной наверх. – Я вызову полицию и скорую помощь! – крикнула ему вслед супруга. – Полицию для жуликов и скорую – для нас! «Неужели это фрау Эфалия решила порезвиться?»– подумала Энни и побледнела как мел. И она угадала: ужасный тарарам устроила старая колдунья. Почуяв присутствие в соседней комнате сестричек-фей, пленница заколдованного зеркала разбушевалась не на шутку. С помощью заклинаний она заставила металлический сейф сдвинуться с места и начать атаку на стену, разделяющую кабинет господина Штильтойфера от комнаты Энни. Стена была крепкая и выдержала первый натиск, но за первым последовал второй, третий… – Это Эфалия, нам нужно бежать! – вскрикнула Матильда, роняя на пол зеркальце и сумочку. От удара сумочка открылась, и из нее выпало зеркальце, которое сестрички-феи принесли для замены. Оба зеркальца легли рядом, и теперь близорукие крылатые старушки не могли отличить их друг от друга. Подобрав сумочку, Амалия хотела поднять с пола и зеркала, но в этот момент дверь в спальню распахнулась, и на пороге возникла хозяйка дома. – Они здесь! Они здесь! – завизжала она оглушительно. – Это две воровки, и я их поймала!! – А вот и нет! – оскорбленно воскликнула Амалия, хватая сестру за руку. – Во-первых, мы не воровки, а во-вторых, вы нас не поймали! И она, таща Матильду на буксире, выпорхнула вместе с ней в открытую форточку. «Кажется, я схожу с ума… Они улетели!..» – подумала фрау Штильтойфер и вышла в коридор. Заглянула в кабинет мужа и тихо спросила: – Что-то случилось, дорогой? Или мне все это показалось? – Какое «показалось»! Жулики хотели унести мой сейф, но почему-то не через окно или дверь, а через стену соседней комнаты! Но это им не удалось, конечно, и тогда они просто-напросто испарились! – Они улетели в форточку… Поймав недоуменный взгляд супруга, фрау Штильтойфер добавила: – Да-да, это были две маленькие крылатые старушки! Они улетели в окно, я сама это видела! – Две старушки пытались унести мой сейф?! – А вот этого я не говорила… Вряд ли они с ним справились: старушки были такие маленькие… Глава десятая Когда Энни вошла в свою комнату, она сразу же увидела на коврике возле кровати два одинаковых зеркальца. «Тут что-то неладно, – подумала смышленая девочка, – и с колдовством мне лучше не связываться! Если крылатые старушки начали в форточки выпархивать, как утверждает мама, зеркала раздваиваться, а сейфы по кабинетам скакать – самое время от сомнительных шуток отказаться!» Она подобрала с пола оба зеркальца, завернула их в старую газету и вышла в коридор. – Ты куда? – удивилась фрау Штильтойфер, увидев, что дочь направляется к парадной двери. – Уже ночь! Пора спать! – Я на минутку… – и Энни выскользнула на улицу. Стрелой она подлетела к мусорному баку и, приподняв крышку, кинула сверток в прожорливое чрево. – Вот теперь можно спать! – весело прошептала Энни и ловко повернулась на каблучках на сто восемьдесят градусов. Но не успела она сделать и двух шагов в сторону дома, как услышала внутри металлического бака подозрительное шуршание и треск раздираемой в клочки бумаги. «Наверное, крысы!!» – подумала испуганно девочка и пулей метнулась в дом. Захлопнула за собою дверь, заперла на три оборота замок и накинула цепочку. И только после этого у нее чуть-чуть отлегло от сердца. Пожелав родителям спокойной ночи, Энни поднялась на второй этаж и вошла в свою комнату. Мельком взглянула на окно и увидела, что форточка по-прежнему открыта настежь. «Вряд ли ко мне вернутся ночью крылатые старушки», – подумала она с легкой улыбкой, однако форточку прикрыла и заперла ее на задвижку. – Будем считать, что у меня сегодня был день чудес! – сказала Энни сама себе и стала стелить постель. – А завтра я обязательно выведаю у папочки секрет волшебного зеркальца из шкатулки! И если узнаю, что фрау Эфалия не наша родственница… – Энни на секунду задумалась и вдруг громко рассмеялась: —…она отправится следом за двумя своими собратьями! Глава одиннадцатая Но Энни ошиблась: в мусорном баке скреблись и шуршали не крысы. Не успела девочка вбежать к себе в дом, как из-под крышки, неплотно надвинутой на металлический бак, заструился белый, похожий на облако, пар. Выскользнув из грязной вонючей западни, он опустился на землю и стал сгущаться, принимая постепенно очертания женской фигуры. Прозрачное, колеблющееся при малейшем дуновении ветерка создание очень походило и лицом, и одеянием на зеркальную пленницу – колдунью Эфалию. Но это была не она сама, а ее фантом. Прошелестев белесыми губами вслед убегающей девочке проклятье, фантом оттолкнулся от земли и медленно поплыл по воздуху в сторону городского сквера. Перелетев через него, он свернул на Проспект Альтерфатти и вскоре достиг желанной цели – дома, в котором жил мальчишка по имени Минибер. Час был довольно поздний, и в доме светились только три окна. Фантом заглянул в одно из них и увидел пожилую женщину с книгой в руках, сидящую в мягком уютном кресле. Заглянул в другое и увидел огромную собаку, играющую на диване с черной, как смоль, кошкой. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/mihail-karishnev-lubockiy/charodey-iz-gnelfburga/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 5.99 руб.