Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Мадам Бо-Пип на ранчо

Мадам Бо-Пип на ранчо
Мадам Бо-Пип на ранчо О. Генри Коловращение «– Тетя Эллен, – весело сказала Октавия, метко швырнув черными лайковыми перчатками в важного персидского кота на подоконнике. – Я – нищая. – Ты так любишь преувеличивать, дорогая Октавия, – мягко заметила тетя Эллен, опуская газету. – Если у тебя сейчас нет мелочи на конфеты, поищи мой кошелек в ящике письменного стола. Октавия Бопри сняла шляпу и, обняв руками колени, уселась на низенькой скамеечке рядом с креслом своей тетки. Но и в этом неудобном положении ее тонкая фигура, облаченная в модный траурный костюм, не потеряла своей грациозности. Октавия тщетно пыталась придать требуемую обстоятельствами серьезность своему юному, оживленному лицу и сверкающим, жизнерадостным глазам…» О. Генри Мадам Бо-Пип на ранчо © Гурова И., перевод. Наследники © Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Э», 2015 * * * У крошки Бо-Пип голосок охрип – Разбежались ее овечки. Не надо их звать: все вернутся опять, Хвосты завернув в колечки.     «Сказки Матери-Гусыни» – Тетя Эллен, – весело сказала Октавия, метко швырнув черными лайковыми перчатками в важного персидского кота на подоконнике. – Я – нищая. – Ты так любишь преувеличивать, дорогая Октавия, – мягко заметила тетя Эллен, опуская газету. – Если у тебя сейчас нет мелочи на конфеты, поищи мой кошелек в ящике письменного стола. Октавия Бопри сняла шляпу и, обняв руками колени, уселась на низенькой скамеечке рядом с креслом своей тетки. Но и в этом неудобном положении ее тонкая фигура, облаченная в модный траурный костюм, не потеряла своей грациозности. Октавия тщетно пыталась придать требуемую обстоятельствами серьезность своему юному, оживленному лицу и сверкающим, жизнерадостным глазам. – Тетя, милая, дело не в конфетах. Это самая настоящая, ничем не прикрытая скучная нищета: меня ждут платья в рассрочку, чищенные бензином перчатки и, может быть, обеды в час дня. Я только что от моего поверенного, тетя, и – «Подайте, сударыня, бедной обездоленной! Цветы, мадам? Бутоньерку, сударь? Карандаши, сэр, три штуки пять центов, помогите бедной вдове!» Хорошо у меня получается, тетечка? Или я напрасно брала уроки декламации, и мое ораторское искусство не поможет мне снискать хлеб насущный? – Постарайся хоть минуту быть серьезной, дорогая, – сказала тетя Эллен, роняя газету на пол, – и объясни мне, что это значит. Состояние полковника Бопри… – Состояние полковника Бопри, – прервала Октавия, сопровождая свои слова надлежащим драматическим жестом, – солидно, как воздушный замок. Недвижимость полковника Бопри – ветер, акции полковника Бопри – вода, прибыли полковника Бопри выбыли. Данной речи не хватает юридических терминов, которые мне только что пришлось выслушивать в течение часа, но в переводе они означают именно это. – Октавия! – Было заметно, что тетя Эллен обеспокоена. – Я не могу поверить. Он производил впечатление миллионера. И ведь его представили сами де Пейстеры! Октавия рассмеялась, затем обрела надлежащую серьезность. – De mortuis nil[1 - «О мертвых ничего…» – начало латинской поговорки «О мертвых ничего, кроме хорошего».], тетя, даже и конца поговорки. Милейший полковник – какой подделкой он оказался! Свои обязательства я выполнила честно – вот я вся здесь. Статьи: глаза, пальцы, ногти, молодость, старинный род, завидные светские связи – что и требовалось по контракту. Никаких дутых акций. – Октавия подняла с полу газету. – Но я не собираюсь хныкать – так, кажется, называются жалобы на судьбу, когда игра проиграна? – Она спокойно переворачивала страницы газеты. – «Курс акций» – не нужно. «Светские новости» – с этим кончено. Вот моя страница: «Спрос и предложение труда». Посмотрим «предложение». Разве Ван-Дрессеры могут «просить»? Горничные, кухарки, продавщицы, стенографистки… – Дорогая, – голос тети Эллен дрогнул, – не говори так, прошу тебя. Даже если твои дела в столь плачевном состоянии, остаются мои три тысячи… Октавия вскочила и запечатлела звонкий поцелуй на нежной восковой щеке чопорной старой девы. – Тетя, душечка, ваших трех тысяч хватает только на ваш любимый китайский чай и на стерилизованные сливки для кота. Я знаю, что вы будете рады помочь мне, но я предпочту пасть с горных высот, подобно Вельзевулу, а не бродить, как Пери, у черного хода, пытаясь услышать музыку. Я буду работать. Другого выхода нет. Я… Ах, я совсем забыла. Кое-что уцелело в катастрофе. Корраль, нет, ранчо в… ах да, в Техасе. Актив, как выразился милейший Бэннистер. Как он был доволен, что может хоть про что-то сказать «свободно от обязательств». Где-то в этих глупых бумагах, которые он заставил меня взять с собой, есть описание ранчо. Я сейчас поищу. Октавия нашла свою сумку и извлекла из нее длинный конверт с напечатанными на машинке документами. – Ранчо в Техасе, – вздохнула тетя Эллен, – по-моему, больше похоже на пассив, чем на актив. Ведь там водятся сколопендры, ковбои и фанданго[2 - Испанский танец.]. – «Ранчо Де Лас Сомбрас, – читала Октавия ядовитолиловые строчки, – расположено в ста десяти милях к юго-востоку от Сан-Антонио и в тридцати восьми милях от Нопаля, ближайшей железнодорожной станции. Ранчо включает семь тысяч шестьсот восемьдесят акров орошаемых земель, право собственности на которые утверждено патентом штата, и двадцать две квадратных мили, или четырнадцать тысяч восемьдесят акров, частично арендованных на условии ежегодного возобновления аренды, частично купленных на основании акта о двадцатилетней рассрочке. На ранчо восемь тысяч породистых овец-мериносов, необходимое количество лошадей, повозок и прочего оборудования; дом из кирпича, шесть комнат, удобно меблированных согласно с требованиями климата. Все обнесено крепкой изгородью из колючей проволоки. Теперешний управляющий производит впечатление человека умелого и надежного. В его руках дело, которое сильно пострадало от небрежности и дурного управления, начинает приносить доход. Эта собственность приобретена полковником Бопри у одного из западных оросительных синдикатов. Право на владение представляется несомненным. При правильном управлении и учитывая естественное возрастание стоимости участка, ранчо Де Лас Сомбрас может стать для своего владельца надежным источником приличного дохода». Когда Октавия кончила, тетя Эллен издала нечто, настолько напоминавшее презрительное фырканье, насколько это допускается хорошим тоном. – В этом описании, – заявила она с непреклонной подозрительностью столичной жительницы, – не упоминается ни о сколопендрах, ни об индейцах. И ведь ты никогда не любила баранины, Октавия. Не понимаю, какую пользу ты собираешься извлечь из этой… э… пустыни. Но Октавия не слышала. Ее глаза смотрели в беспредельную даль, губы полураскрылись, лицо осветилось священным безумием исследователя, беспокойным стремлением искателя приключений. Вдруг она ликующе захлопала в ладоши. – Проблема разрешается сама собой, тетечка, – вскричала она. – Я поеду на это ранчо. Я буду там жить. Я научусь любить баранину и попробую отыскать положительные стороны в характере сколопендр – на почтительном расстоянии, разумеется. Это как раз то, что мне нужно. Новая жизнь на смену старой, которая кончается сегодня. Это выход, тетя, а не тупик. Подумайте только – скачка по просторам прерий, ветер, треплющий волосы, возвращение к земле, снова сказки растущей травы и диких цветов без названия! Это будет дивно. Как, по-вашему, стать ли мне пастушкой Ватто в соломенной шляпе, с посохом, чтобы отгонять гадких волков от овечек, или типичной стриженой девушкой с ранчо на Западе – помните иллюстрации в воскресных газетах? Пожалуй, я предпочту второе, и мое изображение тоже появится в газете – я верхом на лошади, а с седла свисают пумы, сраженные моей рукой. И будет подпись: «С Пятой авеню в прерии Техаса», а рядом напечатают фотографии старого особняка Ван-Дрессеров и церкви, где я венчалась. В редакциях нет моего портрета, но его закажут художнику. Я буду дикая, косматая и буду продавать свою шерсть. – Октавия! – Все возражения, для которых тетя Эллен не находила слов, слились в этом возгласе. – Ни слова, тетя. Я еду. Я увижу ночное небо, опрокинутое над землей, как крышка огромной масленки. Я опять подружусь со звездами, ведь я не болтала с ними с тех пор, как была совсем крошкой. Я хочу уехать. Мне все надоело. Я рада, что у меня нет денег. Я готова благословить полковника Вопри за это ранчо и простить все его мыльные пузыри. Пусть жизнь там будет трудной и одинокой. Я… Так мне и надо! Мое сердце было закрыто для всего, кроме жалкого тщеславия. Я… Ах, я хочу уехать отсюда и забыть – забыть! Октавия неожиданно соскользнула на пол, спрятала разгоревшееся лицо в коленях тетки и зарыдала. Тетя Эллен склонилась над ней и погладила каштановые волосы. – Я не знала, – сказала она мягко. – Этого я не знала. Кто это был, дорогая? Когда миссис Октавия Бопри, урожденная Ван-Дрессер, сошла с поезда в Нопале, она на мгновение утратила ту светскую уверенность, которая отличала каждое ее движение. Город возник совсем недавно и, казалось, был сооружен наспех из неотесанных бревен и хлопающего брезента. И хотя в поведении личностей, слонявшихся по станции, не было ничего вызывающего, чувствовалось, что каждый из граждан города всегда равно готов к нападению и к отпору. Октавия стояла на платформе у входа на телеграф и пыталась угадать в этой прогуливающейся вразвалку толпе управляющего ранчо Де Лас Сомбрас, которому мистер Бэннистер поручил встретить ее на станции. Пожалуй, вот этот серьезный пожилой человек в синей фланелевой рубахе с белым галстуком. Но нет, он прошел мимо и, когда их взгляды встретились, поспешил отвести глаза, как делают южане при встрече с незнакомой дамой. Управляющий должен был бы сразу найти ее, подумала она, сердясь, что ей приходится ждать. Не так уж много в Нопале молодых женщин, одетых в самые модные серые дорожные костюмы. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/vilyam-genri/madam-bo-pip-na-rancho/?lfrom=390579938) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом. notes Сноски 1 «О мертвых ничего…» – начало латинской поговорки «О мертвых ничего, кроме хорошего». 2 Испанский танец.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 29.95 руб.