Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Пила судьбы

$ 49.90
Пила судьбы
Об авторе:Автобиография
Тип:Книга
Цена:49.90 руб.
Издательство:Эксмо
Год издания:2008
Просмотры:  7
Скачать ознакомительный фрагмент
Пила судьбы Виктор Ночкин Илья Новак «Завидев блондина, Анита уставилась на него во все глаза – вот уж красавец! И как раз в ее вкусе: здоровый, кудрявый, крупные правильные черты лица и подбородок что твоя наковальня. Она всегда питала слабость к таким шикарным раздолбаям без страха и упрека. Анита шла между двумя стражниками, еще двое топали сзади и спереди. Руки у нее были стянуты за спиной, на шее – цепь, конец которой держал шедший впереди сержант. Блондин же просто направлялся куда-то по своим делам, но, увидав их, встал столбом. Нарядом незнакомцу служили кожаные штаны и кожаная безрукавка – расстегнутая, обнажающая мускулистую грудь, поросшую светлым кучерявым волосом. На ремне меч, на подбородке шрам, на лице двухдневная щетина – наверное, будет колоться, если… и глаза голубые!..» Илья Новак, Виктор Ночкин Пила судьбы Завидев блондина, Анита уставилась на него во все глаза – вот уж красавец! И как раз в ее вкусе: здоровый, кудрявый, крупные правильные черты лица и подбородок что твоя наковальня. Она всегда питала слабость к таким шикарным раздолбаям без страха и упрека. Анита шла между двумя стражниками, еще двое топали сзади и спереди. Руки у нее были стянуты за спиной, на шее – цепь, конец которой держал шедший впереди сержант. Блондин же просто направлялся куда-то по своим делам, но, увидав их, встал столбом. Нарядом незнакомцу служили кожаные штаны и кожаная безрукавка – расстегнутая, обнажающая мускулистую грудь, поросшую светлым кучерявым волосом. На ремне меч, на подбородке шрам, на лице двухдневная щетина – наверное, будет колоться, если… и глаза голубые! Анита расправила плечи так, что вырез платья на груди разошелся шире. Хотя бюст у нее был во всех смыслах не особо выдающийся, но он таки был, и вообще, она отлично знала, как выглядит: невысокая, смуглая, черные, коротко стриженные волосы, губы бантиком, подбородок с ямочкой, а глаза большие и слегка раскосые. И ноги длинные. На платье справа имелся не то чтобы разрез, а скорее разрыв – след от потасовки со стражниками, когда неподалеку от городской стены они поймали ее. Длинный разрыв, аж до пояса. Взгляд Аниты скользнул вдоль улицы, но тут же сам собой вернулся к блондину. – Эй, вы… – голос у него был какой надо, старая Беринда называла такие голоса «баритонами». – Куды ее ведете? Стражники остановились, когда незнакомец преградил им дорогу. – Ты какого хрена тута стал? – рыкнул сержант. Все конвоиры, кроме сержанта, толстого и багроволицего, были ничем не примечательными личностями. А начальник их с самого начала проявлял к Аните интерес, заглядывал в вырез ее платья и пару раз назвал «дочкой». Они с блондином встали друг перед другом, чуть не упираясь животами. – Ты чиво? – спросил сержант. Незнакомец был выше его на голову. – А ты чиво? – откликнулся блондин. – На хрен с дороги! – Отпусти ее. – Отпустить? Да ты кто таков ваще? Эта ж ведьма! – Теперь сержант чуть не подпрыгивал, будто задиристый петух. Глаза Аниты сами собой распахнулись, подбородок приподнялся. – Уходи, путник! – сказала она и поняла, что голос прозвучал так, как если бы она произнесла: «Иди ко мне». – А ты молчи! – зазвенев цепью, толстяк обернулся к ней. Блондин шагнул вперед, и сержант толкнул его в грудь. Вернее, попытался, потому что здоровяк перехватил руку (пленнице показалось, что он сделал это машинально), вывернул и дернул так, что сержант полетел на мостовую, выпустив конец цепи. Другие конвоиры закричали, и какое-то время вокруг замершей Аниты мелькали кулаки и раздавались вопли. Никто не успел вытащить оружия – противники стояли почти вплотную друг к другу, драка началась и закончилась быстро. Вскоре стражники валялись на мостовой и стонали, а блондин возвышался над ними, растерянно хлопая своими голубыми глазами – кажется, он только сейчас понял, что произошло. Сержант встал на четвереньки, помотал головой и нашарил висевшую на шнурке сигнальную дуду. – Беги! – крикнула незнакомцу Анита, оглядываясь. Справа сплошные высокие заборы, а слева, между двумя домами, ограда в половину человеческого роста. – Топай отсюда! Сейчас другие появятся… Сержант засвистел на всю улицу. Стражники поднимались. Блондин наконец сообразил, что к чему: схватил Аниту в охапку и сиганул через ограду. В полутемном сарае-развалюхе он поставил Аниту на ноги. После бешеной гонки, когда здоровяк, прижимая ее к себе, петлял по дворам и перемахивал через изгороди, голова слегка кружилась. Анита, покачнувшись, боком привалилась к непрошеному спасителю. – Пенек! Чурбан! – простонала она, тяжело дыша. – Чиво? – удивился он. – Я ж тибе спас. Она поморщилась и сказала: – Ладно, теперь уж что. Тебя как звать? – Тремлоу. Шон Тремлоу. – Он взял ее за плечи и повернул спиной к себе. – Э! Ты чего делаешь? – Так эта… ошейник снять… – И как ты собираешься его сни… На ошейнике спереди была петля, а сзади – две дужки и замок. Анита качнулась, когда Шон дернул его и с хрустом сломал. Потом прошуршал меч, и разрезанные веревки упали с ее рук. Даже имя у него было мужественное. Когда Шон Тремлоу, бросив сломанный ошейник на пол, вновь встал перед ней и окинул взглядом с ног до головы, у Аниты слегка задрожали колени. Она быстро заговорила, пытаясь скрыть смущение: – Ну, спасибо тебе. Смельчак выискался. Шон, говоришь? А я – Анита. Анита Бенсай, так меня зовут. Что ты делаешь в Пер-Амбое, Шон Тремлоу? Они стояли рядом, глядя друг на друга, для чего Аните пришлось задрать голову вверх – ее макушка едва доставала до его груди. Шон сунул меч в ножны, почесал шрам на подбородке и развел руками. – Хожу вот, – промямлил он. Так и есть, решила она, умом мы не блещем, да? Но зато… – Тута турнир скоро должон быть, вот я и… А эти… – он махнул рукой куда-то за спину. – Чиво они тебя схватили? – Ну… – Анита обошла Тремлоу по кругу, искоса разглядывая его. – Решили, что я ведьма. А в Пер-Амбое теперь правит Валдо Мосин, слышал ведь про такого, и он ведьм сюда не пускает, а тех, кто попадает к нему, он… Ну, ты знаешь – всякие ведь слухи ходят… Слишком много говорю, решила она, да еще и голос дрожит. Надо успокоиться… – Ты чернявая, – заявил Шон. – Потому с ведьмой спутамши. Он медленно поднял руку, вновь почесал подбородок, глянул по сторонам и шумно вздохнул. На мужественном лице отразилась внутренняя борьба. Анита поняла: до Тремлоу тоже наконец дошло, что они стоят в таком располагающем к любезностям месте, как заброшенный сарай, полный соломы… Она попятилась было, но Шон, что-то проворчав, одной рукой обхватил ее за талию, а второй за плечи, и притянул к себе. В первое мгновение Анита обмякла, повисла на его руках, сложив губы сердечком и чуть ли не поджав ноги, но потом чувство долга взяло вверх – она заорала, несколько раз ударила его кулаками по плечам, уперлась в грудь и оттолкнула. – Отвали! – А чиво? – засопел Шон и отступил. Обиделся, надо же. Чувствуя, что коленки опять дрожат, а внизу живота тепло и даже вроде как сладко, она оправила платье. Грудь ее тяжело вздымалась. – Ты ж сама… – Шон, ссутулившись, отвернулся. – Что, что я сама? – Сама… так сатрела… – Как я смотрела? Ничего я не… – Она замолчала. Ну да, смотрела. Ей даже стало жалко Шона – он сейчас напоминал медведя, перед которым сначала поставили кадушку с медом, а когда он вознамерился сунуть внутрь морду, убрали. – Ну ладно, Шон Тремлоу, не сердись. Она схватила здоровяка за руку и выволокла из сарая, потому что место это и вправду было опасным. Снаружи высилась стена бурьяна, за ней – изгороди. Крыши замка, стоящего на холме в центре лесного города Пер-Амбой, сверкали в солнечных лучах. – Ты не серчай, – сказала Анита. – Просто я так сразу не могу. – Чиво не можешь? – Я еще не готова к этому, понимаешь? – Чиво – не готова? – Ну, мне надо… то есть чтобы… Мы должны лучше узнать друг друга, познакомиться поближе, то-се… – Так давай поближе! – обрадовался здоровяк, хватая ее за талию, но Анита сбросила его руку. – Нет! В смысле… Ты что, никогда не ухаживал за девушками? Шон с легким удивлением воззрился на нее. – Зачем девок-то… Я все больше мужиков… – Что?! – испугалась она. Не может быть! Этакий дивный образчик мужчины пропадает зазря… Но как же так, почему он тогда к ней… – Не, я к тому што… – Тремлоу неопределенно махнул рукой, потом хлопнул по рукояти меча. – Как, бывало, уха… уходишь кого-нибудь! Я и четырех зараз ухадить могу, ежели некрупные попадутся… Анита почувствовала облегчение. – А! Нет… Я говорю, что ты, например… Ну, можешь сводить меня куда-нибудь пообедать. Я ж даже не завтракала сегодня, а уже полдень. Деньги есть у тебя? Сколько? Ого! На трактир точно хватит. Только меня теперь искать будут, надо найти какой-нибудь захудалый. И по улицам осторожно ходить. Идем, идем, Шон Тремлоу. В трактире народу было немного, и они сели возле окна. Хозяин, стоя так, чтобы Шон не видел, вовсю пялился на Аниту. Она заметила, что Тремлоу за столом расположился лицом к дверям. Может, не просто наемник, подумала она, может, бандит какой? Хотя… слишком добродушный для бандита. Она ограничилась куриным крылышком с вареной картофелиной, запив все это стаканом разведенного холодной водой вина. Шон подналег на баранину в остром соусе, сжевал краюху хлеба и вылакал две кружки пива. Манерами он не блистал, но все же какое-то понятие о застольном этикете имел – допив вторую кружку и громогласно рыгнув, Тремлоу изящно промокнул рот краем жилетки, а после вытер руки о штаны. – Ты вообще чем занимаешься? – спросила Анита, догрызая крылышко. – Ну… – он с довольным видом откинулся на стуле. – Я эта… навроде наемник. – И зачем прибыл в Пер-Амбой? Думаешь тут работенку какую найти? – Ага. Склонившись над тарелкой, Анита исподлобья разглядывала его. Старая Беринда говорила: девицы твоего типа, мелкие и худые, любят мордоворотов богатырского сложения. Анита отнекивалась, отвечала, что она предпочитает утонченных умных мужчин, но про себя понимала, что старуха права. С утонченным умным мужчиной приятно поговорить, все остальное приятнее делать с богатырем. В идеале, конечно, желательно найти умного, тонко чувствующего богатыря, с которым после всего еще и поболтать можно, но такие на свете не водятся. Она широко зевнула, прикрыв рот ладошкой. Поспать этой ночью не удалось – сначала паром, потом пришлось долго идти по лесу, а утром, когда среди деревьев уже замаячила городская стена, она попалась на глаза стражникам… – Спать хочу, – сказала Анита. – Ближе к вечеру надо что-то решать, а сейчас слишком жарко, голова не варит. Ты чем думаешь заняться? Лицо Тремлоу не отличалось особой выразительностью, но по нему ясно можно было понять, чем он сейчас предпочел бы заняться. – У тебя ж еще монеты остались? Он похлопал по поясу, на котором болтался кошель. – Так сними комнату в этом трактире. До вечера, а там поглядим. Шон радостно заморгал, по-своему поняв предложение снять комнату, и пошел договариваться с трактирщиком. Когда они поднимались по лестнице на второй этаж, Анита повернулась к Тремлоу, со счастливым видом топающему следом, и сказала: – Ты не лыбься. Я и вправду просто поспать хочу, понял? Улыбка увяла, и Шон вновь стал напоминать обиженного медведя-альбиноса. В комнате Анита стащила туфли, но больше ничего снимать не стала и улеглась на кровать под стеной. Окно закрывала серенькая занавеска, здесь было прохладней, чем в зале на первом этаже. С улицы доносились приглушенные голоса горожан, ржание лошадей, иногда стучали колеса по камням. Вытянувшись на спине, она запрокинула руку за голову и прикрыла глаза. Шон походил-походил от стены к стене, а потом сказал: – Я тады погуляю. – Погуляешь? – сонно переспросила она. – Похожу по городу, мож, чего тересного увидаю… увижу. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/viktor-nochkin/pila-sudby/?lfrom=390579938) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.