Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Семь тысяч Я Евгений Юрьевич Лукин Любовь Александровна Лукина Он решил изменить историю. Для этого пришлось украсть в музее вооружение. И день за днем, семь тысяч раз перебрасываться во вторник 31 мая 1223 года Любовь Лукина, Евгений Лукин Семь тысяч я Я сразу же заподозрил неладное, увидев в его квартире оседланную лошадь. – Как это ты ее на седьмой этаж? – оторопело спросил я, обходя сторонкой большое дышащее животное. – Лифтом? Он горько усмехнулся в ответ. – Лифтом… – повторил он. – Да разве такая зверюга в лифте поместится? В поводу вел. По ступенькам… Собственно, я уже тогда имел право арестовать его. Лошадь была не просто оседлана – на ней был чалдар… Что такое чалдар? Это, знаете, такая попона из металлических пластинок. Похищена в феврале прошлого года из энского исторического музея вместе с мелкокольчатой броней и доспехом типа «зерцало». – Удивляешься… – с удовлетворением отметил он. – Понимаю тебя. Он уже ничего не скрывал. Комнату перегораживало длинное кавалерийское копье, а к столу был прислонен меч, восстановленный недавно специалистами по крыжу XII века. Кроме него из экспозиции пропал еще, помнится, полный комплект боевых ножей. Я решил не засвечиваться раньше времени и, изобразив растерянность, присел на диван. – Значит, летим исправлять историю? – придав голосу легкую дрожь, спросил я. – Летим, – подтвердил он. – Рязань? – Калка! – Произнеся это, он выпрямился и сбросил домашний халат. От груди и плеч моего подопечного отскочили и брызнули врассыпную по комнате светлые блики. Его торс облегала сияющая мелкокольчатая броня, усиленная доспехом типа «зерцало». А вот и пропавшие ножички, все три: засапожный, поясной и подсайдашный… Услышав грозное слово «Калка», лошадь испуганно всхрапнула и вышибла копытом две паркетные шашки. И тут меня осенило, что у него ведь могут быть и сообщники… – Сними ты с себя это железо! – искусно делая вид, что нервничаю, сказал я. – Тебя ж там первый татарин срубит! Знаешь ведь поговорку: один в поле не воин! Крючок был заглочен с лету. – Один? – прищурившись, переспросил он. – А кто тебе сказал, что я там буду один? В поле? Уверен, что лицо недоумка вышло у меня на славу. – А кто второй? – Я. – Хм… А первый тогда кто? – Лошадь переступила с ноги на ногу и мотнула головой, как бы отгоняя мысль о предстоящем кошмаре. – Ну хорошо… – смилостивился он. – Сейчас объясню… И возложил длань на высокое седло, куда, по всей видимости, и была вмонтирована портативная машина времени марки «минихрон», украденная три года назад прямо из сейфа энской лаборатории. – Итак, я включаю, как ты уже догадался, устройство и перебрасываюсь вместе с лошадью во вторник 31 мая 1223 года. Провожу там весь день до вечера. К вечеру возвращаюсь. Отдыхаю, сплю, а назавтра… – Он сделал паузу, за время которой стал выше и стройнее. – А назавтра я снова включаю устройство и снова перебрасываюсь во вторник 31 мая 1223 года! Вместе с лошадью! То есть нас теперь там уже – сколько? – Ну, четверо, – сказал я. – С лошадьми… И осекся. Я понял, куда он клонит. – То же самое я делаю и послезавтра, и послепослезавтра! – Глаза его сверкали, голос гремел. – Семь тысяч дней подряд я перебрасываюсь туда вместе с лошадью и провожу там весь день до вечера. Я трачу на это без малого двадцать лет, но зато во вторник 31 мая 1223 года в окрестностях реки Калки возникает войско из семи тысяч всадников! И оно заходит татарам в тыл!.. Весь в металле, словно памятник самому себе, он стоял посреди комнаты, чуть выдвинув вперед правую ногу, и в гладкой стали поножа отражалось мое опрокинутое лицо. «Брать! – тяжко ударила мысль. – Брать немедленно!..» Но тут он дернул за свисающий с потолка шнурок, на который я как-то не обратил внимания, и со свистом развернувшаяся сеть из витого капрона во мгновение ока спеленала меня по рукам и ногам. – Почему бы тебе не предъявить свое удостоверение? – мягко осведомился он. – Ты ведь из Группы Охраны Истории, не так ли? «Спокойствие! – скомандовал я себе. – Главное, не делать резких движений!.. Это витой капрон!» – Ты, видимо, хочешь сказать, – вкрадчиво продолжал он, – что мои семь тысяч будут слишком уж уязвимы? Что достаточно устранить меня сегодняшнего – и не будет уже ни меня завтрашнего, ни меня послезавтрашнего… Достаточно, короче, прервать цепочку – и все мое войско испарится на глазах у татар. Так? – Да, – хрипло сказал я. – Именно так… – Так вот, во время дела, – ликующе известил он, – я сегодняшний буду находиться в самом безопасном месте. Как и я завтрашний, как и я послезавтрашний… А вот последние будут первыми. То есть пойдут в первых рядах… – Между прочим, дом окружен, – угрюмо соврал я. Он тонко улыбнулся в ответ. – И окрестности Калки тоже? Мне нечего было на это сказать. На моих глазах он препоясался мечом и взял копье. Затем выпрямился и с княжеским высокомерием вздернул русую недавно отпущенную бородку. Я понял, что сейчас он изречет что-нибудь на прощанье. Что-нибудь историческое. – Татарское иго, – изрек он, – позорная страница русской истории. Я вырву эту страницу. Причем ударение сделал, авантюрист, не на слове «вырву», а на слове «я». Потом запустил руку под седло и, на что-то там нажав, исчез. Вместе с лошадью. * * * – Семь тысяч? – Руки шефа взметнулись над столом – то ли он хотел воздеть их к потолку, то ли схватиться за голову. – Семь тысяч… А ты сказал ему, что у него прабабка – татарка? – Н-нет… – ответил я. – А что? В самом деле? – Откуда я знаю? – огрызнулся шеф. – Надо было сказать!.. Его заместитель по XIII веку давно уже бегал из угла в угол. Возле стенда «Сохраним наше прошлое!» резко обернулся: – Почему ты не хочешь оставить засаду на его квартире? – Потому что он туда больше носа не покажет, – ворчливо отозвался шеф. – Будь уверен, ночлег он себе подготовил на все семь тысяч дней. Как и стойло для лошади. А вот где его теперь искать, это стойло?.. Нет, брать его, конечно, надо там – в тринадцатом веке… – Как? – В том-то и дело – как?.. Шеф поставил локти на стол и уронил тяжелую голову в растопыренные пальцы. – Семь тысяч, семь тысяч… – забормотал он. – Ведь это же надо что придумал, босяк!.. – Но, может быть, нам… – осторожно начал заместитель, – в порядке исключения… разрешат… – Снять блокаду? – Шеф безнадежно усмехнулся. Я тоже. Дело в том, что прошлое по решению мирового сообщества блокировано с текущего момента и по пятнадцатый век включительно – на большее пока мощностей не хватает… А ловко было бы: вырубить на минутку генераторы, потом – шасть в позавчера – и в наручники авантюриста… Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/evgeniy-lukin/sem-tysyach-ya/?lfrom=390579938) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 5.99 руб.