Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Нежданный гость Агата Кристи Роман, написанный по мотивам детективной пьесы Агаты Кристи, имевшей бешеную популярность на театральных подмостках всего мира. При переложении пьеса ничуть не потеряла остроты, динамики, загадочности, а неожиданные повороты сюжета на бумаге смотрятся не менее органично, чем на сцене. Агата Кристи Нежданный гость The Unexpected Guest М. Юркан Глава 1 Незадолго до полуночи промозглым ноябрьским вечером вязкий туман заволакивал серой мглой участки и без того темной, обсаженной деревьями проселочной дороги в Южном Уэльсе, неподалеку от побережья Бристольского залива, откуда с унылой механической равномерностью доносились сигналы туманного горна. Изредка слышался отдаленный собачий лай и тоскливый крик ночной птицы. Те редкие дома, что виднелись вдоль дороги, – а она была немногим шире обычной улочки, – отстояли друг от друга примерно на полмили. На одном из своих темнейших участков дорога делала поворот, огибая обширный сад, в глубине которого высился красивый трехэтажный особняк, и именно в этом месте автомобиль и забуксовал, угодив передними колесами в дорожный кювет. После двух или трех попыток выехать из кювета водитель машины, должно быть, решил, что упорствовать бесполезно, и мотор умолк. Спустя пару минут из потерпевшего аварию автомобиля вылез водитель, захлопнув за собой дверь. Это был рыжеволосый мужчина лет тридцати пяти, довольно плотного телосложения; судя по всему, он был готов к длительной поездке, поскольку грубый твидовый костюм дополняли темное пальто и шляпа. Освещая путь карманным фонариком, он осторожно пошел к дому через лужайку с аккуратно подстриженной травой, остановившись на полпути, чтобы рассмотреть изящный фасад здания восемнадцатого века. Сторона дома, обращенная к дороге, была совершенно темной, и, продолжив свой путь, мужчина вскоре оказался возле ступеней крыльца. Повернувшись, он окинул взглядом пересеченную им лужайку и дорогу за ней, а затем направился прямо к двустворчатым застекленным дверям и, прижавшись ладонями к стеклу, попытался разглядеть что-нибудь за их темнотой. Не заметив там никаких признаков жизни, он постучал в дверь. Ответа не последовало, и, подождав немного, мужчина постучал вновь, но уже значительно громче. Поскольку на его стук так никто и не откликнулся, он потрогал дверную ручку. Дверь легко открылась, и он вступил в погруженную во мрак комнату. Войдя, он вновь остановился в ожидании, словно пытаясь уловить хоть какой-нибудь звук или движение. Наконец он спросил: – Э-эй! Есть кто-нибудь дома? – Луч его фонаря пробежал по комнате, позволив увидеть хорошо обставленный кабинет с большими стенными шкафами, заполненными книгами, а в центре комнаты, напротив входных дверей, стояла инвалидная коляска, в которой сидел красивый мужчина средних лет с пледом на коленях. Мужчина, казалось, уснул в своем кресле. – О, здравствуйте, – сказал незваный гость. – Я не хотел потревожить вас. Извините. Во всем виноват этот проклятый туман. Просто меня угораздило загнать машину в кювет, и я не имею ни малейшего представления, где сейчас нахожусь... О, я забыл закрыть дверь. Простите, пожалуйста. – Продолжая приносить извинения, он вернулся к дверям, закрыл их и задернул портьеры. – Должно быть, я где-то свернул с главного шоссе, – объяснил он. – Битый час, а то и больше я кружу по этому дорожному лабиринту, но все напрасно. Не дождавшись никакой реакции, незваный гость вновь повернулся к инвалидной коляске и спросил: – Вы спите? По-прежнему не получив ответа, он осветил фонариком лицо сидящего человека и резко остановился. Мужчина в кресле не открыл глаз и даже не пошевелился. Наклонившись, ночной гость дотронулся до его плеча, чтобы разбудить, но тело мужчины вдруг согнулось, и голова безжизненно поникла. – О господи! – воскликнул человек, державший фонарик. Он немного помедлил, словно решая, что делать дальше, а затем, осветив комнату и обнаружив возле одной из дверей выключатель, направился к нему, чтобы включить свет. Зажглась лампа над письменным столом. Гость положил фонарик на стол и, внимательно разглядывая человека в кресле, обошел вокруг него. Заметив еще одну дверь, возле которой также находился выключатель, он пересек комнату и щелкнул им, в результате чего зажглись лампы над двумя удобно расположенными журнальными столиками. Затем, вновь направившись к человеку в инвалидной коляске, он вдруг невольно вздрогнул, поскольку, впервые бросив взгляд на библиотечную нишу кабинета, увидел, что возле книжного шкафа стоит симпатичная светловолосая женщина лет тридцати в нарядном платье, поверх которого надет дополняющий его жакет. Ее руки были безвольно опущены, она стояла тихо и неподвижно, как статуя. Казалось, она старается даже не дышать. Какое-то время они молча разглядывали друг друга. Наконец мужчина нарушил молчание. – Он... он мертв! – воскликнул он. – Да, – отозвалась женщина голосом, лишенным всякого выражения. – Вы уже знаете? – спросил мужчина. – Да. Осторожно приблизившись к телу в инвалидной коляске, мужчина сказал: – Его застрелили. Выстрел в голову. Кто?.. Он не договорил, поскольку женщина медленно подняла правую руку, скрывавшуюся в складках ее платья. В руке у нее был револьвер. Мужчина вздрогнул и затаил дыхание. Осознав, что она, судя по всему, не намерена угрожать ему, он приблизился к ней и мягко взял у нее оружие. – Вы застрелили его? – спросил он. – Да, – немного помедлив, ответила женщина. Мужчина отошел от нее и положил револьвер на столик, расположенный рядом с инвалидной коляской. Задумчиво посмотрев на труп, он обвел комнату нерешительным взглядом. – Телефон находится там, – сказала женщина, кивнув в сторону письменного стола. – Телефон? – отозвался мужчина. Его голос прозвучал крайне удивленно. – Если вы хотите позвонить в полицию, – продолжила женщина все тем же бесстрастным, невыразительным тоном. Незнакомец недоумевающе взглянул на нее, словно не вполне понимая смысл ее слов. Наконец он сказал: – Так или иначе, несколько минут ничего не решают. Все равно им будет трудно добраться сюда в таком тумане. Мне хотелось бы узнать немного больше... – Он оборвал фразу и взглянул на труп. – Кто это? – Мой муж, – ответила женщина. Помолчав, она добавила: – Его имя Ричард Уорвик. Я Лора Уорвик. Мужчина продолжал внимательно смотреть на нее. – Понятно, – пробормотал он в конце концов. – Возможно, вам лучше... присесть? Лора Уорвик медленной и слегка нерешительной походкой направилась к дивану. Окинув взглядом комнату, мужчина спросил: – Может быть, дать вам... что-нибудь... выпить? Вы, наверное, в шоке. – Оттого, что застрелила своего мужа? – с холодной иронией уточнила она. К мужчине, по-видимому, вернулось самообладание, и он попытался подстроиться под ее тон: – Мне так показалось. Или это было просто вечернее развлечение? – Вечернее развлечение, – загадочно ответила Лора Уорвик, садясь на диван. Озадаченный ее словами, мужчина задумчиво нахмурился. – Но я была бы не против... выпить, – заметила она. Сняв шляпу и бросив ее в кресло, незнакомец налил бренди из графина, стоявшего на столике возле инвалидной коляски, и подал ей стакан. Она выпила, а мужчина, помолчав немного, сказал: – Теперь, я надеюсь, вы расскажете мне обо всем. Лора Уорвик подняла на него глаза. – Не лучше ли вам позвонить в полицию? – спросила она. – Всему свое время. Почему бы нам для начала не поболтать немного? Вреда в этом не будет – как вы считаете? – Он снял перчатки и, сунув их в карман, начал расстегивать пальто. Самообладание Лоры Уорвик начало испаряться. – Я не собираюсь... – раздраженно произнесла она и умолкла. После небольшой паузы она продолжила: – Кто вы такой? Как вас угораздило заехать сюда сегодня вечером? – Не дав ему времени для ответа, она воскликнула срывающимся голосом: – Ради бога, скажите же, кто вы такой! Глава 2 – Пожалуйста, – ответил мужчина. Он провел ладонью по волосам, окинул взглядом комнату, словно размышляя, с чего и как начать, а затем сказал: – Меня зовут Майкл Старкведдер. Я знаю, это довольно необычная фамилия. Он произнес ее еще раз более отчетливо. – По специальности я инженер. Работаю в англо-иранской фирме, недавно вернулся в Англию из командировки, с Персидского залива. – Он помолчал, по-видимому, припоминая какой-то эпизод из жизни на Ближнем Востоке, или, возможно, пытаясь решить, стоит ли вдаваться в подробности, и в итоге, пожав плечами, продолжил: – Пару дней я провел здесь, в Уэльсе, осматривая достопримечательности. Семья моей матери родом из этих мест, и я подумал, что смогу купить в ваших краях небольшой домик. Улыбаясь, он тряхнул головой. – Последние два... или, пожалуй, даже три часа я безнадежно плутал по здешним дорогам. Разъезжая по всем этим извилистым дорогам Южного Уэльса, я в итоге закончил свой путь в кювете! Повсюду густой туман. Я заметил ворота и дошел до вашего дома, надеясь добраться до телефона или, если повезет, найти пристанище на ночь. Повернув ручку двери, я обнаружил, что она не заперта, вошел в комнату. После чего я увидел... – Он махнул рукой в сторону инвалидной коляски, показывая на мертвеца, уткнувшегося головой в колени. Лора Уорвик посмотрела на него ничего не выражающим взглядом. – Сначала вы постучали по стеклу... несколько раз, – пробормотала она. – Все верно, я стучал. Но никто не отозвался. Лора затаила дыхание. – Да, я не отвечала, – едва слышно проговорила она. Старкведдер пристально взглянул на нее, словно пытаясь понять, о чем она думает. Он сделал шаг по направлению к инвалидной коляске, а затем вновь обернулся к сидящей на диване женщине. Надеясь вызвать ее на разговор, он повторил: – Как я уже говорил, я подергал ручку, и оказалось, что дверь не заперта, поэтому я вошел. – Дверь открывается, и неожиданный гость входит в дом, – уставившись в стакан с бренди, произнесла Лора, словно цитируя чьи-то слова. Она слегка поежилась. – Такие фразы всегда путали меня, когда я была ребенком. «Нежданный гость». – Вскинув голову, она пристально взглянула на неожиданного визитера и воскликнула с внезапной порывистостью: – Ну, почему вы не позвоните в полицию и не покончите со всем этим делом? Старкведдер обошел вокруг кресла с телом убитого. – Пока рановато, – сказал он. – Возможно, через пару минут... Можете вы сказать мне, почему убили его? – Я могу назвать вам несколько отличных причин, – ответила Лора, вновь с оттенком иронии в голосе. – Во-первых, его пьянство. Он очень много пил. Во-вторых, его жестокость. Он был невыносимо жесток. Я ненавидела его много лет. – Перехватив пристальный взгляд, брошенный на нее Старкведдером в этот момент, она со злостью спросила: – А что именно вы рассчитывали услышать от меня? – Вы ненавидели его много лет? – пробормотал Старкведдер, словно спрашивая сам себя. Он задумчиво посмотрел на убитого. – Однако сегодня вечером, должно быть, случилось нечто... нечто из ряда вон выходящее, не так ли? – спросил он. – Вы совершенно правы, – многозначительно ответила Лора. – Сегодня вечером действительно случилось нечто из ряда вон выходящее. И поэтому... я взяла пистолет со столика – он лежал там, рядом с ним... и застрелила его. Все оказалось так просто. – Бросив нетерпеливый взгляд на Старкведдера, она добавила: – Ну, что толку говорить об этом? В итоге вам все равно придется позвонить в полицию. Выбора нет. Выбора нет! – повторила она упавшим голосом. Старкведдер взглянул на нее издалека, прохаживаясь по комнате. – Все не так просто, как вы думаете, – заметил он. – Что не так просто? – спросила Лора. Ее голос звучал устало. Приблизившись к ней, Старкведдер заговорил медленно, явно обдумывая свои слова. – Не так просто сделать то, что вы настоятельно просите меня сделать. Вы – женщина. Очень привлекательная женщина. Лора пристально глянула на него. – Разве это имеет значение? – спросила она. – Теоретически, конечно, нет, – ответил Старкведдер почти радостным тоном. – Но с практической точки зрения – да. – Он отнес свое пальто в нишу, положил его на кресло и, вернувшись, остановился перед коляской с телом Ричарда Уорвика. – О, вы хотите быть рыцарем, – вяло заметила Лора. – Ну, назовите это любопытством, если предпочитаете, – сказал Старкведдер. – Мне все-таки интересно узнать, что именно здесь произошло. Лора помедлила с ответом. – Я уже рассказала вам, – наконец заметила она коротко. Старкведдер медленно обошел вокруг инвалидной коляски, глядя, словно зачарованный, на покоившееся в ней тело Лориного мужа. – Возможно, вы и сообщили мне кое-какие факты, – признал он. – Но это лишь голые факты, и ничего больше. – И я привела вам убедительные мотивы, – заметила Лора. – Мне нечего больше добавить. В любом случае, следует ли вам верить в то, что я рассказываю? Я ведь могла придумать любую выгодную мне историю. Вам только с моих слов известно, что Ричард был жестокой скотиной и пьяницей, что он отравлял мне жизнь и я ненавидела его. – Мне кажется, что последнее утверждение я могу принять безоговорочно, – сказал Старкведдер. – В конце концов, об этом свидетельствует целый ряд фактов. – Вновь подходя к дивану, он взглянул на Лору. – В то же время не кажется ли вам, что вы действовали чересчур радикально? Вы говорили, что ненавидите его уже много лет. Почему же вы просто не ушли от него? Наверняка это было бы гораздо проще. – Я не могла... У меня нет собственных денег, – нерешительно ответила Лора. – Дорогая моя, – сказал Старкведдер, – если бы вы смогли доказать, что он жестоко с вами обращался, постоянно пил и так далее, то добились бы развода... или, возможно, суд вынес бы решение о раздельном жительстве. А тогда вы получили бы алименты, или, как говорится, определенную сумму на содержание. – Он замолчал в ожидании ответа. Не сразу найдя, что ответить, Лора встала и, отвернувшись от него, направилась к столику, чтобы поставить стакан. – У вас есть дети? – спросил ее Старкведдер. – Нет... слава богу, нет, – ответила Лора. – Тогда почему же вы не бросили его? Явно пребывая в замешательстве, Лора повернулась к своему собеседнику. – В общем, – сказала она наконец, – ну... вы понимаете, теперь я унаследую все его деньги. – О нет, ничего подобного. Закон не позволит вам нажиться за счет преступления, – проинформировал ее Старкведдер и, сделав шаг навстречу Лоре, спросил: – Или вы рассчитывали... – Помолчав в нерешительности, он спросил: – На что же вы рассчитывали? – Я не понимаю, что вы имеете в виду, – сказала Лора. – Вы производите впечатление неглупой женщины, – сказал Старкведдер, глядя на нее. – Даже если бы вы унаследовали его деньги, то от них было бы мало проку, если вы собирались всю жизнь просидеть в тюрьме. – Удобно устроившись в кресле, он добавил: – Предположим, я не постучал бы в вашу дверь сегодня вечером. Что бы вы тогда стали делать? – Разве это важно? – Может, и нет, но мне интересно. Какую вы собирались придумать историю, если бы я вдруг не ввалился сюда и не поймал вас на месте преступления? Вы сказали бы, что это был несчастный случай? Или самоубийство? – Я не знаю! – воскликнула Лора. Вид у нее был совсем растерянный. Подойдя к дивану, она села, отвернувшись от Старкведдера. – Я не думала об этом, – добавила она. – Говорю же вам, я... у меня не было времени на раздумье. – Возможно, – согласился он. – Возможно, и так... Мне кажется, что это не было преднамеренным преступлением. Я думаю, что возникла некая побудительная причина. В сущности, я думаю, что ваш муж сказал нечто из ряда вон выходящее. Так было дело? – Это не имеет значения, уверяю вас, – ответила Лора. – И все-таки, что же именно он сказал? – настаивал Старкведдер. – О чем шла речь? Лора твердо взглянула на него. – Об этом я никогда и никому не скажу, – воскликнула она. Старкведдер, обойдя вокруг дивана, остановился за спиной Лоры. – Вас спросят об этом в суде, – сообщил он ей. – Я не стану отвечать. Они не смогут заставить меня ответить, – с мрачным видом заявила она. – Но вашему адвокату понадобятся такие сведения, – заметил Старкведдер. Перегнувшись через спинку дивана, он серьезно взглянул на Лору и добавил: – Это может иметь существенное значение. Лора повернулась к нему. – О, неужели вы не видите? – воскликнула она. – Неужели вы не понимаете? Мне не на что надеяться. Я готова к самому худшему. – А самое худшее именно в том, что я неожиданно вторгся в ваш дом? Если бы я не вошел... – Но вы вошли! – оборвала его Лора. – Да, я вошел, – согласился он. – И следовательно, вас ждет самое худшее. Так, судя по всему, вы рассуждаете? Она промолчала. Предложив ей сигарету и взяв одну себе, он сказал: – Давайте вернемся немного назад. Вы давно ненавидели своего мужа, и нынче вечером он сказал нечто такое, что переполнило чашу вашего терпения. Вы схватили револьвер, который лежал под рукой... – Он вдруг замолчал, задумчиво взглянув на лежащий на столике револьвер. – Но с чего вдруг он сидел здесь, вооружившись револьвером? Едва ли это обычное явление. – О нет, самое обычное, – сказала Лора. – Он любил стрелять по кошкам. Старкведдер в изумлении взглянул на нее. – По кошкам? – переспросил он. – Что ж, полагаю, мне придется дать некоторые пояснения, – смирившись, сказала Лора. Глава 3 Старкведдер несколько озадаченно посматривал на Лору. – Итак? – напомнил он ей, нарушив затянувшееся молчание. Лора глубоко вздохнула. Затем, глядя прямо перед собой, она начала говорить. – В прошлом Ричард был заядлым охотником, он охотился на крупных животных. Именно на сафари... в Кении мы с ним и познакомились. Тогда он был совершенно другим человеком. Или, возможно, тогда его достоинства затмевали его недостатки. И вы знаете, он действительно имел массу положительных качеств. Великодушие и смелость. Редкостная смелость. Женщины находили его весьма привлекательным мужчиной. Вдруг она взглянула на Старкведдера, казалось, впервые реально осознав его присутствие. Встретив ее взгляд, он щелкнул зажигалкой и дал ей прикурить, а затем прикурил и сам. – Что же было дальше? – спросил он. – Мы поженились вскоре после знакомства, – продолжала Лора. – Потом, спустя два года, произошло ужасное несчастье – его сильно покалечил лев. Он чудом избежал смерти, но с тех пор уже не мог нормально ходить, он стал инвалидом. – Она откинулась на спинку дивана, очевидно, почувствовав себя спокойнее, и Старкведдер устроился напротив нее, опустившись на скамеечку для ног. Лора затянулась сигаретой и выпустила струйку дыма. – Говорят, что несчастья закаляют волю, улучшают характер, – сказала она, – но Ричард не стал лучше. Напротив, стали развиваться все его отрицательные черты. Мстительность, склонность к садизму, пристрастие к спиртному. Он сделал жизнь в этом доме совершенно невыносимой для всех. Но все мы прощали ему это, ведь... ну, вы знаете, как обычно говорят: «Бедный Ричард, быть инвалидом так тяжело!» Конечно, нам не следовало мириться с его выходками. Сейчас я понимаю это. Наше смирение поддерживало в нем осознание того, что он отличается от нормальных людей, что ему все позволено и никто не призовет его к ответу, какие бы гадости он ни делал. Она встала с дивана и, подойдя к стоявшему рядом с креслом столику, стряхнула пепел в пепельницу. – Всю жизнь, – продолжала она, – Ричард любил охоту больше всего на свете. Поэтому, когда мы обосновались в этом доме, то каждый вечер, после того как все укладывались спать, он устраивался здесь, – она показала рукой на инвалидное кресло, – а Энджелл, его личный слуга и секретарь... а вернее сказать, мальчик на побегушках... так вот, Энджелл приносил ему бренди, а также ружье или револьвер из коллекции Ричарда и оставлял все это на столике рядом с ним. Двери в сад были обычно распахнуты настежь, и Ричард подолгу сидел против них, ожидая, когда блеснут во мраке кошачьи глаза или пробежит заблудившийся кролик, или, на худой конец, собака. Правда, в последнее время в нашей округе осталось не так уж много кроликов. Их подкосила какая-то болезнь – по-моему, она называется миксоматоз или как-то в этом роде. Но ему удавалось подстрелить довольно много кошек. – Она затянулась сигаретой. – Он даже днем стрелял по ним. И еще по птицам. – А что же ваши соседи, никогда не жаловались? – спросил ее Старкведдер. – О, естественно, жаловались, – ответила Лора, возвращаясь к дивану. – Понимаете, мы переехали сюда всего пару лет назад. Раньше мы жили на восточном побережье, в Норфолке. Там у нас было много неприятностей, поскольку один или два домашних любимца стали жертвами Ричарда. В сущности, именно поэтому мы и переехали сюда. Наш дом стоит особняком. Поблизости живет только один сосед, и больше на несколько миль вокруг нет ни одного жилого дома. Но зато здесь много белок, птиц и бездомных кошек. Помолчав немного, она возобновила рассказ. – По правде говоря, самым неприятным в Норфолке был случай с женщиной, которая однажды зашла в наш дом, собирая пожертвования для церковного праздника. Когда она уходила от дома по аллее, Ричард решил позабавиться и начал стрелять, целясь чуть правее и левее от нее. Он говорил, что она удирала, как заяц. И хохотал во все горло, рассказывая нам об этом. Я помню его слова о том, что ее жирные ягодицы дрожали, как желе. Но женщина обратилась в полицию, и дело кончилось ужасным скандалом. – Могу себе представить, – сдержанно заметил Старкведдер. – Правда, Ричард ловко вышел из положения, – сообщила ему Лора. – Естественно, у него было разрешение на все огнестрельное оружие из его коллекции, и он убедил полицейских, что стреляет исключительно по кроликам. Он отделался от обвинений бедной мисс Баттерфилд, заявив, что она просто нервная старая дева, вообразившая, что стреляют именно в нее, а он готов поклясться, что никогда не сделал бы ничего подобного. Ричард всегда умел внушать доверие. Ему не составило труда убедить полицию в своей невиновности. Старкведдер поднялся со скамеечки и прошел по кабинету к телу Ричарда Уорвика. – Ваш супруг, видимо, имел довольно извращенное чувство юмора, – с язвительной усмешкой сказал он и, бросив взгляд на столик, расположенный рядом с инвалидной коляской, добавил: – Я понимаю, что вы имеете в виду. Значит, оружие входило в программу его ежевечерних развлечений. Однако в эту ночь он, конечно, не мог рассчитывать на удачную охоту. Слишком густой туман. – О, это не важно, он всегда держал при себе оружие, – ответила Лора. – Каждый вечер. Оно было чем-то вроде детской игрушки. Иногда он любил пострелять в стену, делая своеобразные рисунки. Вон там, можете посмотреть, если хотите. – Она показала в сторону стеклянных дверей. – Слева внизу, за портьерой. Старкведдер проследовал в указанном направлении и, приподняв левый край портьеры, обнаружил в стене рисунок из пулевых отверстий. – Бог ты мой, он украсил стену своими собственными инициалами! «Р. У»... Надо же, обе буквы составлены из пулевых отверстий. Замечательно. – Он опустил портьеру и вернулся к Лоре. – Должен признать, что это чертовски меткие выстрелы. Гм, да. Должно быть, с ним было просто страшно жить. – Вот именно, – отозвалась Лора. Почти с истерической горячностью она вскочила с дивана и подошла к незваному гостю. – Неужели так необходимо продолжать обсуждать все это? – раздраженным тоном воскликнула она. – Зачем оттягивать то, что неизбежно должно случиться в итоге? Почему вы никак не осознаете, что вам придется позвонить в полицию? У вас нет выбора. Разве вы не понимаете, что оказали бы мне большую любезность, сделав это прямо сейчас? Или вы хотите, чтобы я сама позвонила туда? Я права? Отлично, я иду звонить. Она быстро пошла к телефону, но Старкведдер, направившись за ней, удержал ее руку, когда она собиралась поднять трубку. – Сначала мы должны поговорить, – сказал он ей. – Мы уже поговорили, – сказала Лора. – И в любом случае нам не о чем разговаривать. – Нет, есть о чем, – настаивал он. – Наверно, я поступаю глупо. Но мы должны попытаться найти какой-то выход из положения. – Выход из положения? Для меня? – спросила Лора с изумлением. – Да. Для вас. – Отойдя от нее на пару шагов, он обернулся и посмотрел прямо ей в глаза. – Хватит ли у вас смелости? – спросил он. – Сможете ли вы солгать в случае необходимости... и солгать убедительно? Лора пораженно смотрела на него. – Вы сошли с ума, – заявила она вместо ответа. – Возможно, – согласился Старкведдер. Она в растерянности тряхнула головой и сказала: – Вы не понимаете, на что вы идете. – Я очень хорошо понимаю, на что иду, – ответил он. – Скрывая преступление, я становлюсь его соучастником. – Но почему? – спросила Лора. – Почему? Старкведдер задумчиво посмотрел на нее, прежде чем ответить. – Действительно, почему? – наконец повторил он. Медленно, взвешивая каждое слово, он сказал: – По той простой причине, я полагаю, что вы очень симпатичная женщина, и мне бы не хотелось думать, что вы проведете в тюрьме лучшие годы своей жизни. В моем понимании это не менее ужасно, чем быть приговоренной к смертной казни через повешение. А сложившаяся ситуация представляется не слишком благоприятной для вас. Ваш муж был инвалидом и калекой. Любое свидетельство в данном случае может обернуться против вас, все будет зависеть от ваших показаний, а вы, похоже, совершенно не расположены давать их. Поэтому мне кажется маловероятным, что суд присяжных оправдает вас. Лора твердо взглянула на него. – Вы ведь совсем не знаете меня, – заметила она. – Все, что я вам наговорила, может оказаться ложью. – Может, – с готовностью согласился Старкведдер. – И возможно, я – простофиля. Однако я верю вам. Лора отвела взгляд и, повернувшись к нему спиной, опустилась на скамеечку для ног. На пару минут в комнате воцарилось молчание. Вдруг лучик надежды загорелся в глазах Лоры, и она, обернувшись к Старкведдеру, вопросительно посмотрела на него и затем едва заметно кивнула головой. – Да, – произнесла она. – Я могу солгать, если понадобится. – Отлично, – решительно воскликнул Старкведдер. – Теперь рассказывайте, и лучше побыстрее. – Подойдя к столику, стоящему возле инвалидного кресла, он стряхнул пепел в пепельницу. – Во-первых, кто именно сейчас находится в доме? Кто живет здесь? Немного помедлив, Лора почти машинально начала перечислять обитателей дома: – Здесь живут мать Ричарда, – сказала она, – и Бенни, то есть мисс Беннетт, но мы зовем ее Бенни, в общем, она выполняет обязанности экономки и секретаря. Бывшая медсестра. Она живет в этой семье целую вечность и всегда была очень предана Ричарду. Есть еще Энджелл. По-моему, я уже упоминала о нем. Он исполнял обязанности сиделки и санитара, короче, он был личным слугой Ричарда и полностью обслуживал его. – Много ли еще слуг живет в вашем доме? – Нет, больше нет, только приходящая прислуга... – Она помолчала. – О да, я чуть не забыла, – добавила она. – Конечно, есть еще Жан. – Жан? – резко спросил Старкведдер. – Кто он такой? Лора в замешательстве взглянула на него, не спеша с ответом. Затем с явной неохотой она сказала: – Он – сводный брат Ричарда, младший брат. Он... он живет с нами. Старкведдер подошел к скамеечке, на которой по-прежнему сидела Лора. – Давайте проясним ситуацию, – потребовал он. – Почему вы с такой неохотой говорите о Жане? После минутного колебания Лора заговорила, хотя в голосе ее все еще слышалась сдержанность и настороженность. – Жан – милый мальчик, – сказала она. – Очень ласковый и добрый юноша. Только... только он немного отличается от остальных людей. Я имею в виду, что таких, как он... обычно называют умственно отсталыми. – Понятно, – сочувственно пробормотал Старкведдер. – Но вы очень привязаны к нему, так ведь? – Да, – призналась Лора. – Да... Я очень люблю его. Поэтому... именно поэтому, по правде говоря, я и не могла так просто уйти от Ричарда. Из-за Жана. Понимаете, будь на то воля Ричарда, он предпочел бы отправить Жана в соответствующее учреждение. В какой-нибудь интернат для умственно отсталых. Старкведдер медленно обошел инвалидную коляску, в размышлении поглядывая на тело Ричарда Уорвика. – Понятно, – наконец пробормотал он. – Значит, таким образом он удерживал вас? То есть угрожал, что отошлет парня в интернат, если вы бросите его? – Да, – ответила Лора. – Если бы у меня... Если бы я сочла, что моих личных доходов хватит на содержание Жана и меня... Но я не могла быть уверена в этом. И кроме того, в любом случае Ричард, само собой, оставался официальным опекуном Жана. – Ричард был добр к нему? – поинтересовался Старкведдер. – Временами, – ответила она. – А... временами? – Он... Он довольно часто изводил Жана разговорами об интернате, – сказала Лора. – Он говорил Жану: «Там к тебе будут очень хорошо относиться, малыш. Тебе будет обеспечен надлежащий уход. А Лора, я уверен, будет навещать тебя пару раз в год». Он доводил Жана до такого ужаса, что тот начинал плакать и заикаться, умоляя оставить его дома. И тогда Ричард обычно откидывался на спинку кресла и хохотал. Запрокинув голову, он смеялся, смеялся, смеялся до слез. – Понятно, – сказал Старкведдер, пристально наблюдая за ней. Помолчав немного, он задумчиво повторил: – Понятно. Лора быстро встала и подошла к стоящему рядом с креслом столику, чтобы затушить окурок. – Вы не обязаны верить мне, – воскликнула она. – Вы можете не верить ни одному моему слову. Все, что вы узнали, я могла просто выдумать. – Я уже говорил вам, что готов рискнуть, – ответил Старкведдер. – А теперь, – продолжал он, – давайте поговорим об экономке... Как мне помнится, ее зовут Беннетт, или Бенни? Эта дама компетентна? Толкова? – Она отлично знает свое дело, это очень умная и энергичная особа, – заверила его Лора. Старкведдер прищелкнул пальцами. – Мне только что пришла в голову одна мысль, – сказал он. – Как случилось, что никто не услышал этого выстрела? – Ну, мать Ричарда уже в преклонном возрасте, она туговата на ухо, – ответила Лора. – Комната Бенни находится в другом конце дома, а Энджелл живет совершенно изолированно за дверью, обитой толстым войлоком. Остается еще, конечно, Жан. Его спальня на втором этаже, прямо над этим кабинетом. Правда, он рано ложится спать и спит очень крепко. – Кажется, все на редкость удачно складывается, – заметил Старкведдер. Лора выглядела озадаченной. – Но что вы предлагаете? – спросила она. – Представить это как самоубийство? Он вновь бросил взгляд на убитого. – Нет, – сказал он, отрицательно покачав головой. – Боюсь, версия самоубийства исключается. – Обойдя инвалидную коляску, он внимательно осмотрел труп Ричарда Уорвика и затем спросил: – Насколько я понимаю, он был правшой? – Да, – подтвердила Лора. – Тогда, к сожалению, я прав. То есть он просто не мог застрелиться под таким углом, – заявил он, указывая на огнестрельную рану в левом виске. – Кроме того, здесь нет пятен от ожога. – Поразмышляв немного, Старкведдер добавил: – Да, выстрел определенно был сделан с некоторого расстояния. Самоубийство исключается. – Он вновь ненадолго задумался, прежде чем продолжить. – Однако, разумеется, остается возможность несчастного случая. В конце концов, все могло произойти чисто случайно. После более продолжительного размышления он изложил свои соображения. – Итак, допустим, что я случайно зашел сюда нынче вечером. В сущности, так оно и было. В полной темноте я на ощупь вхожу в дом через эту дверь. – Он подошел к дверям и изобразил, как он, спотыкаясь, входит в кабинет. – Ричард подумал, что я грабитель, и наугад выстрелил в меня. В общем, это звучит вполне правдоподобно, если учесть все, что вы поведали мне о его подвигах. И что же дальше... Скажем, я подбегаю к нему, – Старкведдер быстро подошел к инвалидной коляске, – и пытаюсь отобрать у него револьвер... – Но он случайно выстреливает в ходе этой борьбы в себя, так? – нетерпеливо прервала его Лора. – Ну да, – согласился Старкведдер, но тотчас поправился: – Нет, ничего не выйдет. Как я уже сказал, полиция в два счета установит, что выстрел не мог быть сделан с такого близкого расстояния. – Вновь ненадолго задумавшись, он продолжил: – Итак, допустим, мне сразу удалось отобрать у него пистолет... Нет... – он покачал головой и расстроенно махнул руками. – Опять не выходит. Раз уж я обезоружил его, зачем, черт возьми, мне понадобилось стрелять? Да, боюсь, дело осложняется. – Ладно, – вздохнув, решительно произнес он. – Давайте все же остановимся на убийстве. Простое и очевидное убийство. Но убийцей должен быть кто-то посторонний. То есть преступление совершено таинственным незнакомцем или неизвестными злоумышленниками. – Он подошел к дверям, отодвинул портьеру и, словно в поисках вдохновения, уставился в темноту. – Может быть, настоящий ночной грабитель? – стремясь помочь ему, предположила Лора. Слегка поразмыслив над ее предложением, Старкведдер сказал: – Что ж, я полагаю, это мог бы быть и простой грабитель, но тогда вся ситуация выглядит не слишком правдоподобно. – Он помолчал и добавил: – А что, если рассмотреть вариант с каким-нибудь врагом? Возможно, это звучит мелодраматически, но, судя по тому, что вы мне рассказали о вашем муже, у него вполне могли быть враги. Я прав? – Да, пожалуй, – медленно ответила Лора с оттенком сомнения в голосе. – По-моему, у Ричарда были враги, только... – Пусть вас не волнует вопрос времени, – прервал ее Старкведдер. Затушив сигарету в пепельнице, он прошел мимо инвалидной коляски и остановился перед сидевшей на диване Лорой. – Расскажите мне о любых возможных врагах Ричарда. Под номером первым, я полагаю, могла бы значиться мисс... – ну, вы понимаете, мисс «дрожащие ягодицы» – та женщина, которой он устроил огневой коридор. Хотя не думаю, что она подходит на роль убийцы. Во всяком случае, она, наверное, по-прежнему живет в Норфолке, и было бы странно предположить, что она решила по дешевке съездить на дневном поезде в Уэльс и обратно, чтобы прикончить вашего мужа. Кто следующий? – требовательно спросил он. – Кто еще мог затаить злобу на него? На лице Лоры выразилось сомнение. Она поднялась с дивана, прошлась по комнате и начала расстегивать жакет. – Даже не знаю, – нерешительно сказала она. – Примерно год тому назад у нас служил один садовник, которого Ричард уволил, не дав ему никакой рекомендации. Тот мужчина очень обиделся на Ричарда и грозился отомстить ему. – Кто он такой? – спросил Старкведдер. – Местный житель? – Да, – ответила Лора. – Он родом из Лланфечана, это милях в четырех отсюда. – Она сняла жакет и положила его на ручку дивана. Старкведдер нахмурился. – Я не стал бы особенно рассчитывать на вашего садовника, – заметил он. – Можно не сомневаться, что в такой вечер он никуда не выходил, и у него будет отличное алиби. А если все-таки у него не окажется алиби или его подтвердит только его жена, то мы можем поставить под удар ни в чем не повинного парня. Нет, этот случай не подходит. Нам нужен враг из более далекого прошлого, которого было бы не так легко выследить. Видя, что Лора медленно ходит по комнате, пытаясь сосредоточиться, Старкведдер посоветовал ей: – Вспомните что-нибудь из тех времен, когда он охотился на львов и тигров. Кого-то из ваших знакомых в Кении, Южной Африке или Индии. Из тех мест, куда нашей полиции не так легко добраться. – Если бы я знала... – в отчаянии сказала Лора. – Если бы я только могла вспомнить хоть какие-то истории о тех днях, которые Ричард рассказывал нам время от времени. – Было бы неплохо также раздобыть соответствующий реквизит, – пробормотал Старкведдер. – Вы понимаете – какой-нибудь индийский тюрбан, небрежно наброшенный на этот графин, или нож племени мay-мay, или отравленную стрелу. – Сосредоточенно обдумывая возможные варианты, он обхватил голову руками. – А впрочем, черт с ними, – заявил он, – нам нужен просто некий мститель, человек, сильно обиженный на Ричарда. Думай, женщина. Думай, думай! – настойчиво бубнил он, приближаясь к Лоре. – Я... Я не могу думать, – ответила Лора срывающимся от огорчения голосом. – Вы рассказывали мне, каким порочным типом был ваш муж... Значит, у него явно бывали стычки или ссоры с людьми. Бог ты мой, должно же в конце концов быть нечто... – воскликнул он. Лора мерила шагами комнату, отчаянно пытаясь вспомнить что-нибудь. – Или некто, угрожавший ему. Возможно даже, эти угрозы были вполне оправданны, – подбадривал ее Старкведдер. Внезапно остановившись, Лора повернулась к нему. – Да, было такое... Я только что вспомнила, – воскликнула она и медленно добавила: – Был один человек, Ричард задавил его ребенка. Глава 4 Старкведдер пристально посмотрел на Лору. – Ричард задавил ребенка? – заинтересованно переспросил он. – Когда это было? – Это было около двух лет назад, – сказала Лора, – когда мы жили в Норфолке. Конечно, отец ребенка грозился отомстить ему. Старкведдер опустился на скамеечку. – А вот этот случай может нам пригодиться, – сказал он. – Для начала расскажите-ка мне все, что вы помните о нем. Лора ненадолго задумалась и начала рассказ. – Ричард возвращался из Кромера, – сказала она. – Он явно выпил лишнего, что, в общем-то, не представляло собой ничего необычного. Он гнал машину по маленькой деревушке на скорости около шестидесяти миль в час, и ее, очевидно, мотало из стороны в сторону. Ребенок, маленький мальчик, выбежал на дорогу из гостиницы. Ричард сбил его, и он мгновенно умер. – Вы хотите сказать, – уточнил Старкведдер, – что ваш муж водил машину, несмотря на свое увечье? – Да, водил... Правда, в его машине было сделано специальное устройство управления, но он действительно мог нормально водить этот автомобиль. – Ясно, – сказал Старкведдер. – И чем же закончилась эта история? Наверняка полиция могла обвинить Ричарда в непредумышленном убийстве. – Разумеется, было проведено расследование, – объяснила Лора и с горечью в голосе добавила: – Ричард был полностью оправдан. – Неужели там не было никаких свидетелей? – спросил ее Старкведдер. – Да нет, были, – ответила Лора. – Отец ребенка, – он видел, как все случилось. Но была еще его домашняя сиделка, сестра Уорбертон, которая ехала вместе с Ричардом в машине. Естественно, она тоже дала показания. И согласно им, машина шла на скорости меньше тридцати миль в час, а Ричард выпил всего лишь рюмочку хереса. Она заявила, что этот несчастный случай был совершенно неизбежен, что мальчик совершенно неожиданно выбежал на дорогу прямо под колеса машины. Полицейские поверили ей, а не отцу мальчика, который сказал, что машина виляла из стороны в сторону и шла на очень высокой скорости. Я понимаю, что несчастный отец... тогда слишком бурно выражал свои чувства, – Лора направилась к креслу, продолжая говорить, – и вполне понятно, почему все предпочли поверить сестре Уорбертон. Она казалась воплощенной честностью, высказывания ее отличались точностью и сдержанностью. Короче говоря, она внушала доверие. – А сами вы не были тогда в машине? – спросил Старкведдер. – Нет, не была, – ответила Лора. – Я была дома. – Но откуда же вы знаете, что показания упомянутой вами сиделки были заведомо ложными? – О, Ричард совершенно откровенно обсуждал все это дело, – с горечью сказала она. – Я очень хорошо помню, как они вернулись после расследования. Он говорил: «Браво, Уорби, замечательное получилось представление. Вероятно, ты избавила меня от долгого тюремного заключения». А она ответила: «Вы не заслужили такого избавления, мистер Уорвик. Вы же сами знаете, что ехали слишком быстро. Как жаль этого несчастного мальчика!» И тогда Ричард сказал: «О, забудь об этом! Я в долгу не останусь. Ну, стало одним сопляком меньше в нашем переполненном мире, стоит ли переживать? Пожалуй, даже хорошо, что он так быстро ушел в мир иной. Уверяю тебя, этот случай не помешает мне спать спокойно». Старкведдер поднялся со скамеечки и, глянув через плечо на тело Ричарда Уорвика, мрачно сказал: – Чем больше я слышу о вашем муже, тем больше мне хочется верить в то, что сегодняшний случай был не просто убийством, а оправданной самообороной. – Подойдя к Лоре, он продолжил: – Итак, что мы имеем? Этот мужчина, сын которого погиб. Отец ребенка. Как его звали? – По-моему, у него была какая-то шотландская фамилия, – ответила Лора, – с приставкой Мак-... Возможно, Мак-Леод? Или Мак-Край?.. Нет, не могу вспомнить. – Но вы должны вспомнить, – настаивал Старкведдер. – Давайте же, напрягитесь. Он все еще живет в Норфолке? – Нет, нет, – сказала Лора. – Он просто приезжал туда в гости. По-моему, к родственникам жены... Я вспомнила – он, кажется, приехал из Канады. – Канада... Однако это довольно далеко от Англии, – заметил Старкведдер. – Его придется поискать. М-да, – продолжал он, прохаживаясь за диваном, – да, я полагаю, данный вариант может нам подойти. Но, ради бога, постарайтесь вспомнить его имя. – Он направился к креслу, расположенному в нише, где оставил свое пальто, вынул из кармана перчатки и надел их. Затем, окинув комнату внимательным взглядом, он спросил: – У вас есть газеты? – Газеты? – удивленно переспросила Лора. – Не сегодняшние, – уточнил он, – вчерашние, а еще лучше позавчерашние. Поднявшись с дивана, Лора обошла кресло и остановилась перед стенным шкафом. – Здесь на полке есть немного старых газет. Мы оставляем их для растопки, – сказала она. Старкведдер присоединился к ней и, открыв дверцу шкафа, взял одну из газет. Взглянув на дату, он заявил: – Прекрасно. Как раз то, что нам нужно. – Он закрыл шкаф и, подойдя с газетой к письменному столу, извлек из ящика для корреспонденции пару ножниц. – Что вы собираетесь делать? – спросила Лора. – Мы собираемся сфабриковать улику. – Он многозначительно лязгнул ножницами. Лора, недоумевая, наблюдала за ним. – Но предположим, полиция сумеет найти этого мужчину. Что мы тогда будем делать? – спросила она. Старкведдер ласково улыбнулся ей. – Для этого ей потребуется затратить определенные усилия, если он по-прежнему живет в Канаде, – пояснил он с самодовольным видом. – И к тому времени, когда полиция наконец-то отыщет его, он, несомненно, будет иметь алиби на сегодняшний вечер. Весьма удачно, что подозреваемый проживает в нескольких тысячах миль от вашего дома. Идя по ложному следу, полицейские потеряют время, и им будет уже сложнее выяснить реальные обстоятельства дела. Все равно ничего лучшего мы не придумаем. А эта версия, во всяком случае, даст нам передышку. Лора выглядела встревоженной. – Мне это не нравится, – недовольно проворчала она. Старкведдер с легким раздражением взглянул на нее. – Моя дорогая, – напомнил он ей. – Вы не можете позволить себе быть слишком разборчивой. Но вы должны попытаться вспомнить имя того мужчины. – Я не могу, говорю же вам, не могу, – упрямо повторила Лора. – Может, это был Мак-Дугалл? Или Макинтош? – стремясь помочь ей, предположил он. Зажав уши руками, Лора отошла от него на пару шагов. – Перестаньте, – воскликнула она. – Вы делаете только хуже. Я уже вообще не уверена, начиналась ли его фамилия с Мак-... – Ладно, раз уж вы не можете вспомнить, то забудем об этом, – решил Старкведдер. – Попробуем обойтись без фамилии. А не помните ли вы случайно дату или нечто полезное в таком же роде? – О, дату я могу вам назвать, ее я отлично помню, – заявила Лора. – Это случилось пятнадцатого мая. Удивленный Старкведдер спросил: – Что за чудеса, как вы умудрились запомнить ее? – Просто это был день моего рождения, – с горечью в голосе сказала Лора. – А, понятно... Да... Ну что же, тогда решается одна маленькая проблема, – заметил Старкведдер. – Можно сказать, что удача нам немного улыбнулась. Эта газета вышла также пятнадцатого числа. – Он аккуратно вырезал дату с газетного листа. Подойдя к письменному столу, Лора бросила взгляд через плечо Старкведдера и обратила его внимание на то, что газета вышла в ноябре, а не в мае. – Да, – согласился он, – однако цифры найти труднее, чем буквы. Значит, май. Май, короткое слово... а вот отсюда возьмем «М». Теперь остается вырезать «А» и «Й». – Скажите же, черт возьми, что вы делаете? – воскликнула Лора. Оставив без внимания ее вопрос, Старкведдер уселся за письменный стол и спросил: – Есть здесь какой-нибудь клей? Пузырек с клеем стоял в ящике для бумаг, и Лора уже готова была взять его, но Старкведдер остановил ее. – Нет-нет, не трогайте пузырек, – предупредил он. – Вам не стоит оставлять на нем отпечатки пальцев. – Поскольку его руки были в перчатках, он взял пузырек и отвинтил крышку. – Как просто, оказывается, стать преступником, – продолжал он. – Так, здесь у нас имеется блокнот с обычной писчей бумагой... Отлично, на Британских островах такая бумага продается повсюду. – Достав из ящика блокнот, он начал наклеивать на первый лист слова и буквы. – Теперь смотрите сюда... Раз – два – три... Как же неудобно работать в перчатках! Однако вот что мы имеем в итоге: «Пятнадцатое мая. Оплачено полностью». Ой, надо же, «Май» отклеивается. – Он еще раз прижал буквы к листу. – Все готово. Как вам это понравится? Вырвав лист из блокнота, он показал его Лоре, а затем направился к инвалидной коляске с телом Ричарда Уорвика. – А теперь нужно аккуратненько, вот так, засунуть его в карман куртки. – Пока он проделывал эту операцию, на пол вдруг упала карманная зажигалка. – Ну-ка, посмотрим, что это за штуковина? Лора резко вскрикнула и попыталась опередить его, но Старкведдер, подняв зажигалку, уже рассматривал ее. – Отдайте ее мне, – задыхаясь от волнения, попросила Лора, – отдайте! Слегка удивившись, Старкведдер отдал ее Лоре. – Это... это моя зажигалка, – без всякой необходимости пояснила она. – Отлично, пусть будет ваша, – согласился он. – Только зачем же так волноваться по пустякам? – Он с любопытством посмотрел на нее. – Я надеюсь, вы не струсили? Повернувшись к нему спиной, Лора пошла к дивану. По пути она вытерла зажигалку об юбку, удаляя возможные отпечатки и позаботившись о том, чтобы Старкведдер не видел ее действий. – Нет, конечно, я не струсила, – заверила она его. Убедившись напоследок, что засунутое в нагрудный карман послание из газетных букв надежно удерживается лацканом куртки Ричарда Уорвика, Старкведдер вернулся к письменному столу, закрыл пузырек с клеем, снял перчатки и, вытащив носовой платок, взглянул на Лору. – Ну вот, у нас все готово! – объявил он. – Все готово для следующего шага. Где стакан, из которого вы недавно пили? Захватив свой стакан и оставив на столике зажигалку, Лора направилась к Старкведдеру. Он взял у нее стакан и уже собрался было протереть отпечатки, но вдруг изменил свое намерение. – Нет, нет... – пробормотал он, – это было бы глупо. – Почему? – поинтересовалась Лора. – Ведь на нем должны быть отпечатки, – пояснил он, – и не только на стакане, но и на графине. Во-первых, их точно касался тот универсальный слуга, а возможно, также и ваш муж. Полное отсутствие отпечатков было бы весьма подозрительным для полицейских. – Сделав глоток из стакана, который держал в руке, он добавил: – Теперь я должен подумать о том, как описать мое появление. Да, оказывается, не так-то просто совершить преступление! С внезапной порывистостью Лора воскликнула: – О, нет, не надо! Не вмешивайтесь в это дело. Они могут заподозрить и вас. Приятно удивленный, Старкведдер ответил: – Ну нет, я крайне респектабельная личность – вне всяких подозрений. Однако в некотором смысле я уже вмешался в это дело. В конце концов, моя машина торчит рядом с вашим домом, крепко засев в кювете. Но не беспокойтесь, в крайнем случае они смогут предъявить мне лишь обвинение в лжесвидетельстве и легком манипулировании с фактором времени. Хотя у них не будет для этого оснований, если вы хорошо сыграете свою роль. Испуганная Лора отвернулась от него и села на скамеечку для ног. Он обошел вокруг и прямо взглянул на нее. – Итак, – сказал Старкведдер, – вы готовы? – Готова? К чему? – спросила Лора. – Ну-ну, не раскисайте, вам надо собраться, – подбодрил он ее. Пребывая в каком-то оцепенении, она пробормотала: – Я чувствую... Как глупо... Я... я не в состоянии ни о чем думать. – Вам и не придется думать, – сообщил ей Старкведдер. – Вы просто должны выполнять приказы. Итак, вот наш план. Во-первых, есть ли в этом доме какая-нибудь печь? – Печь? – Лора задумалась и ответила: – Да, для разогрева парового котла. – Отлично. – Подойдя к письменному столу, он завернул в испорченную газету все бумажные обрезки. Вернувшись к Лоре, он протянул ей этот сверток. – Слушайте внимательно, – предупредил он. – Первым делом вы должны зайти на кухню и бросить это в печку. Затем вы подниметесь к себе в комнату, снимете платье и накинете халат... или пеньюар, – короче, то, что вы обычно надеваете перед сном. – Он помолчал и спросил: – У вас есть аспирин? Озадаченно взглянув на него, Лора ответила: – Да. Казалось, обдумывая и составляя план действий непосредственно по ходу разговора, Старкведдер продолжал: – Тогда... опустошите ваш пузырек, спустив таблетки в сортир. Потом зайдите к кому-нибудь... Ну, скажем, к свекрови или к вашей мисс... Беннетт, – так, кажется? – и попросите таблетку аспирина, сославшись на головную боль. Зайдя в комнату к кому-то из них, обязательно оставьте дверь открытой, чтобы вы обе могли услышать выстрел. – Какой выстрел? – удивленно уставившись на него, спросила Лора. Ничего не ответив, Старкведдер подошел к столику возле инвалидной коляски и взял револьвер. – Да, да, – рассеянно пробормотал он. – Я позабочусь об этом. – Он исследовал револьвер. – Гм... Я не сталкивался с таким видом оружия, – может, это военный сувенир? Лора поднялась со скамеечки. – Понятия не имею, – сказала она. – У Ричарда было несколько марок иностранных пистолетов. – Сомневаюсь, что он зарегистрирован, – все еще держа револьвер, сказал Старкведдер, словно разговаривал сам с собой. Лора присела на диван. – У Ричарда была какая:то лицензия, если вы это имеете в виду – официальное разрешение на его коллекцию, – пояснила она. – Да, я полагаю, он мог оформить его. Однако это не означает, что все оружие зарегистрировано на его имя. На самом деле люди обычно довольно небрежно относятся к такого рода вещам. Может, кто-то из ваших домашних имеет более точные сведения? – Возможно, Энджелл, – сказала Лора. – А это важно? – В общем, в соответствии с задуманным нами планом, – ответил он, прохаживаясь по кабинету, – отец ребенка, сбитого Ричардом... наш старина Мак, охваченный жаждой крови и мести, скорее всего вломился бы сюда, извергая проклятия, с собственным оружием. Однако, в конце концов, можно представить и другой вполне правдоподобный вариант. Наш преступник – кто бы он ни был – врывается сюда. Ричард спросонья хватается за свой револьвер. Но злоумышленник выхватывает у него оружие и стреляет. Я допускаю, что это звучит слегка надуманно, но тут уж ничего не поделаешь. Нам придется пойти на известный риск, в данной ситуации он просто неизбежен. Он положил револьвер на столик рядом с инвалидной коляской и подошел к Лоре. – Итак, – продолжал он, – все ли мы продумали? Надеюсь, что да. Ведь тот факт, что выстрел был сделан на четверть часа или минут на двадцать раньше, будет не очевиден ко времени прибытия полицейских. Они не смогут быстро доехать сюда в таком тумане. – Он подошел к дверям в сад и, приподняв край портьеры, взглянул на стену, украшенную пулевыми отверстиями. – «Р. У» – Ричард Уорвик. Очень удачно. Я постараюсь поставить сюда последнюю точку. Опустив занавес, он вернулся к Лоре. – Когда вы услышите выстрел, – продолжал он инструктировать ее, – вам нужно только изобразить тревогу и привести сюда мисс Беннетт или любого, с кем вы, возможно, встретитесь наверху. То есть ваша история проста: вы ничего не знаете. Вы ушли спать, но проснулись от ужасной головной боли, заглянули в аптечку и обнаружили, что у вас кончился аспирин... Вот и все, что вы знаете. Понятно? Лора кивнула. – Отлично, – сказал Старкведдер. – Все остальное предоставьте мне. Ну как, вы уже успокоились? – Да, кажется, успокоилась, – прошептала Лора. – Тогда вперед, идите и выполняйте ваше задание, – приказал он. Нерешительно помолчав, Лора вновь попыталась отговорить Старкведдера. – Вы... вы не должны делать этого. Не надо... Может, вам все-таки не стоит вмешиваться. – Довольно, пора кончать с рассуждениями, – решительно возразил Старкведдер. – У каждого свои понятия о вечерних развлечениях... Мы ведь только что говорили об этом, помните? Вам удалось развлечься, застрелив вашего мужа. Я развлекаюсь сейчас. Попросту говоря, я всегда имел тайное желание выяснить, удастся ли мне раскрутить детективную историю в реальной жизни. – Ободряюще улыбнувшись ей, он серьезно спросил: – Ну как, сможете ли вы сделать то, что я поручил вам? Лора кивнула: – Да. – Хорошо. Так, я вижу у вас есть часы. Отлично. Сколько вам понадобится времени, чтобы проделать все действия? Лора показала ему свои наручные часы, и он установил на своих такое же время. – До полуночи осталось десять минут, – заметил он. – Я могу дать вам три... или нет, четыре минуты. За четыре минуты вы дойдете до кухни, бросите газету в печку, затем подниметесь на второй этаж, переоденетесь в пеньюар и доберетесь до мисс Беннетт или кого-то еще. Ну как, Лора, сможете вы уложиться в это время? – спросил он, взглянув на нее с успокаивающей улыбкой. Лора кивнула. – Итак, – продолжал он, – ровно без пяти двенадцать вы услышите выстрел. Идите и действуйте. Направившись к двери, она обернулась и посмотрела на него, чувствуя неуверенность в собственных силах. Старкведдер быстро прошел по комнате и открыл перед ней дверь. – Вы же не собираетесь подвести меня под монастырь? – спросил он. – Нет, – едва слышно произнесла Лора. – Отлично. Она уже выходила из кабинета, когда Старкведдер заметил ее жакет, лежащий на ручке дивана. Окликнув Лору, он с улыбкой вручил ей забытую вещь. Наконец она ушла, и он закрыл за ней дверь. Глава 5 Оставшись один, Старкведдер немного помедлил у двери, быстро прикидывая в уме, что ему надо сделать. Затем он взглянул на часы и вынул пачку сигарет. Подойдя к стоявшему рядом с креслом столику, он хотел взять зажигалку, но заметил на одной из книжных полок фотографию Лоры. Он достал ее, внимательно рассмотрел и, улыбнувшись, поставил на место, потом прикурил сигарету и оставил зажигалку на столе. Вынув из кармана носовой платок, он стер все отпечатки с ручки кресла и с фотографии и подвинул кресло в исходное положение. Старкведдер забрал из пепельницы сигарету Лоры и, перейдя к другому столику, вынул также и свой окурок из пепельницы. Далее он направился к письменному столу и стер с него отпечатки, положил на место ножницы и блокнот и прикрыл его промокашкой. Проверяя, не осталось ли обрезков бумаги, он внимательно осмотрел пол перед столом и, обнаружив маленький кусочек, поднял его и сунул в карман брюк. Не забыв стереть отпечатки пальцев с выключателя у двери и со стула, он забрал свой фонарик с письменного стола и, пройдя к застекленным дверям, слегка отодвинул портьеру и осветил фонариком подходившую к дому аллею. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/agata-kristi/nezhdannyy-gost/?lfrom=390579938) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.