Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Круглые грани Земли

Круглые грани Земли
Круглые грани Земли Борис Анатольевич Долинго Странник по Граням #3 По искусственной планете – шестигранному цилиндру, путешествует землянин Богдан Домрачев, давным-давно попавший сюда, и получивший прозвище Лис. Неожиданно он оказывается в положении беглеца, преследуемого неизвестными, но очень могущественными врагами. В смертельной гонке Лис обретает не слишком надёжных союзников – нескольких тех самых Творцов, которых он безуспешно искал все годы. Они, как и сам Лис, вынуждены спасаться от древнего порождения собственной цивилизации – шаровиков, некой формы искусственного интеллекта, способной захватывать людские тела. Перед Лисом и двумя выжившими Творцами встаёт выбор: либо отсиживаться в одном из искусственных миров, постоянно ожидая вторжения врагов, либо раз и навсегда поставить точки в древнем конфликте… Борис Долинго Круглые грани Земли Глава 1 Когда-то, когда он жил на Земле, его звали Богданом. Потом он попал в Мир Терпа, где стал Лисом. Накануне возвращения Лис проснулся очень рано. Терп и Монра ещё спали, и он решил никого пока не будить. Лис вышел на верхнюю площадку центральной башни, туда, откуда когда-то впервые увидел туманные дали Верхнего Торцевого Плато. Всё так же, как и много лет назад желтоватая дымка, в которой пропадали каналы, протекавшие через сад Дворца, скрывала горизонт. Всё так же вокруг царила тишина. Облокотившись о парапет, Лис невольно задумался, вспоминая годы, проведённые здесь. На поразительной планете в форме гранёного цилиндра он оказался благодаря стечению невероятных обстоятельств. В груде металлолома во дворе заштатного уральского заводика Лис, тогда просто молодой инженер Богдан Домрачев, увидел странную штуку – серый полукруг, похожий на металлический, но имевший для этого слишком малый вес. Буквально через день неизвестный мужчина, представившийся сотрудником Латвийской Академии Наук, нашёл Богдана и предложил вернуть полукруг за вознаграждение. Богдан, желавший во что бы то ни стало разобраться в предназначении непонятной вещицы, начал торговаться с «латышом». Эта игра чуть не стоила ему жизни. Полукруг, как выяснилось, являлся частью устройства, предназначенного для перемещения через пространства, и Ингвар Янович, как назвался мужчина, заставил Богдана отдать деталь, а незадачливого пытливого исследователя собирался ликвидировать. Подвело «латыша» желание покрасоваться перед жертвой, и при этом поскорее привести устройство в действие. Сейчас Лис мог улыбаться воспоминаниям, а тогда лишь счастливый случай помог, да и смертельная опасность придала силы. Он сумел оглушить врага, но ненароком привёл в действие прибор, и оказался переброшен в неизвестный мир. По вполне понятным причинам Богдан не слишком горел тогда желанием немедленно возвращаться домой. Он стал считать себя в значительной степени хозяином Мира Граней, живущим инкогнито среди его обитателей увлекательной жизнью своеобразного странника-плейбоя. Именно за годы этой жизни он приобрёл прозвище Лис, ставшее вторым именем. Однако не далее, как две недели тому назад старая мечта – познакомиться с таинственной и почти исчезнувшей тысячи лет назад расой, создававшей искусственные миры, осуществилась. Спасавшиеся от собственного порождения – шаровиков, четверо Творцов бежали в мир Терпа: сначала во Дворец, а потом, не успев организовать там должную оборону, на одну из граней планеты, по случайности как раз на ту, где находился тогда Лис. Туда же за ними устремились шаровики. Во время погони и схваток только он и женщина-Творец по имени Монра выжили, добрались до секретного Арсенала и начали штурм Дворца. К счастью в это момент они встретили настоящего хозяина мира Граней – Терпа, вернувшегося с Земли и тоже попавшего в переделку с шаровиками. Втроём они сумели дать настоящий бой отвратительным созданиям, но столкнулись с загадочным фактом: шаровиками руководил давешний знакомец Лиса, Ингвар Янович. В перестрелке раненый Лисом, фальшивый латыш бежал, и, как выяснилось, бежал на Землю. Таким образом, перед троицей встала дилемма: отсиживаться в искусственных мирах Творцов, каждую минуту ожидая новых нападений, или же отправиться на Землю, чтобы, несмотря на опасности и явное неравенство сил, поставить точку в затянувшемся на тысячелетия конфликте шаровиков и Творцов… – О чём размышляешь? – раздался сзади голос Терпа. Лис повернулся и сделал жест рукой, указывая вдаль: – Именно эту картину я наблюдал, когда впервые попал в твой мир. Знаешь, все эти годы – вот как один день!.. – Нам пора: лучше прибыть на место пораньше. Кто рано встаёт… – Тому бог подаёт! – пробормотал Лис и покачал головой, в который раз удивляясь познаниям этого Творца в земном фольклоре. Терп, проведший многие годы на Земле, прекрасно знал местные условия, а с учётом того, что Лис отсутствовал там 15 лет, в современной обстановке разбирался, безусловно, намного лучше него. Спустя час после того, как разбудили Монру, все трое стояли в одном из залов, где располагалась точка перехода, настроенная на нужное место на Земле. – Ну, готов встретиться с родиной? – На губах Терпа играла лёгкая усмешка. – Всегда готов! – пионерским салютом ответил Лис, хотя у него в душе и имелись некоторые сомнения. И, видя, что Терп намеревается вступить в зону точки перехода, придержал его: – Подожди! Можно я – первый? Терп хотел пошутить, но передумал и молча уступил дорогу. – Будь осторожнее! – предупредила Монра. Лис кивнул, приготовил лучемёт и шагнул на меленький постамент, ставший сейчас для него дорогой домой. Как обычно почувствовалось лишь дуновение воздуха. Лис машинально моргнул в момент перехода, а когда открыл глаза, то увидел перед собой довольно крутой каменистый склон, покрытый густой сосновой порослью, среди которой громоздились отдельные высокие деревья. Над головой простиралось небо с обширными клочьями ватно-белых и серых облаков. Лучи утреннего солнца, отражаясь на них, добавляли изумительно нежные розово-золотистые с пурпуром тона, а в разрывах между облаками голубело небо – цвет, который Лис отвык видеть над собой. Оглядевшись, он определил, что находится на вершине каменистого склона в типично уральской местности. Редко стоящие сосны не закрывали обзор, и видно было далеко. Плавные изгибы лесистых холмов вдали покрывал лес, тоже в основном сосновый, но местами виднелись и лиственные породы. Как и говорил Терп, лето здесь находилось в своём апогее. Судя по каплям, блестевшим на траве и кустах, недавно прошёл сильный дождь, но было очень тепло, и воздух густел ароматами хвои, смолы, трав, лесных цветов и ягод. Доносилось щебетание птиц, а, подняв голову, Лис увидел проносящихся высоко в небе редких стрижей – значит, должно распогодится. Представители мира насекомых Земли напомнили о себе, впившись в открытый участок шеи. Лис чертыхнулся и забытым резким движением прихлопнул комара: в мире Терпа кровососущие насекомые отсутствовали на всех гранях кроме доисторической. Местность казалась совершенно пустынной, только вдалеке виднелась цепочка опор линии электропередачи. Откуда-то долетело завывание, похожее на гудок локомотива, но больше никаких «звуков цивилизации» слышно не было, лишь легкий ветерок шумел кронами высившихся вокруг деревьев. Рядом появился Терп, а через несколько секунд и Монра. – Думаешь, нас здесь не отследят? – спросил Лис. – Теоретически возможно, – пожал плечами Терп, – но маловероятно. Даже если те, кто нас интересует, контролируют обстановку настолько, что знают про данную точку перехода и могут определить, когда ей воспользовались, вряд ли они держат поблизости наблюдателей. У нас в любом случае есть время уйти. А поскольку эту точку ставил я лично… – Терп на минуту замялся, – полагаю, о ней не знает вообще никто. Кроме того, она односторонняя, и, надеюсь, интерес к ней у наших вероятных противников будет пониженный. – Как-то нет у тебя в голосе стопроцентной уверенности, – усмехнулся Лис. – И ты же сам говорил, что у них или у него был Ключ. Терп кивнул: – Да, был, поэтому я сейчас уже ничему не удивлюсь. Но один Ключ ты добыл как трофей, и вряд ли они валяются пачками. Монра глубоко вдохнула свежий воздух: – Где же вонь, которой ты пугал? – спросила она Лиса; тот сделал неопределённый жест, продолжая думать о другом. – Подожди, – ответил за Лиса Терп, – мы на почти дикой природе, а вот попадём в город! Там и успеешь нанюхаться. То есть ты полагаешь, отследить нас сложно? – повторил Лис, глядя на Терпа. – Смотри: время у нашего противника имелось, ведь прошло уже более суток, а? – Как бы то ни было, вряд ли отследят так быстро, но это не значит, что мы можем торчать здесь и терять время, наслаждаясь природой. Нам надо как можно скорее затеряться в большом городе. Если, не приведи господи, я ошибаюсь, здесь очень удобное место нас накрыть: тихо, и свидетелей нет. Поэтому не даю никаких гарантий, держите оружие наготове. Идёмте, нам нужно выйти к дороге – тут километров семь через лес. Они начали спускаться по склону, настолько крутого местами, что приходилось держаться за мелкие сосенки и кусты, чтобы не съехать вниз. Лис оглянулся на то место, где располагалась точка перехода. Поверхность активного элемента маскировалась под плоскую гранитную плиту, производившую своими неправильными краями впечатление совершенно естественного образования. Вряд ли кто-то из посторонних, кто мог случайно попасть сюда, заподозрил бы истинное назначение этого объекта. Лис, как мог, постарался запомнить сам холм, окружающую растительность и ориентир на опоры ЛЭП. Хотя, по словам Терпа, точка и была односторонней, в случае необходимости с помощью Ключа ей можно воспользоваться в обратном направлении. У подножия холма трава стала гуще, и джинсы, красовавшиеся на всех троих, быстро вымокли почти до колен. Лис, Монра и Терп оделись с таким расчётом, чтобы любой сторонний наблюдатель мог спокойно принять их за любителей пеших прогулок по лесу. Они могли успешно сойти за группку студентов, выбравшихся на природу посидеть у костра и распить бутылочку-другую. Экипировка была совершенно обычная для данного времени на Земле, благо Терп мог подсказать, что сейчас носят. Как выяснилось, в некоторых моментах мода мало изменилась, и Лис даже хотел надеть свой старый, но хорошо сохранившийся джинсовый костюм. Оказалось, что костюм ему мал: физически Лис стал куда мощнее, чем Богдан был в 25 лет. Пришлось создавать с помощью установок Дворца новый костюм, но Лис сделал его почти точной копией старого, добавив клетчатую рубашку с короткими рукавами. По картинкам-образцам, которые нашлись у Терпа, Монра тоже выбрала джинсы, облегающий хлопчатобумажный свитерок и лёгкую куртку-ветровку. Дабы роскошные рыжие волосы не сразу бросались в глаза, она заколола их и надела бейсболку с длинным козырьком, поскольку подстригаться категорически не хотела. Терп оделся почти так же, как и Лис, только костюм у него был из вываренной джинсовки, а рубашку под курткой заменила чёрная футболка. Из обуви все надели кроссовки: даже Творцам не удалось придумать более удобную обувь, не вызывавшую любопытства у посторонних. Монра, осмотрев себя перед зеркалом, заметила, что по сравнению с её последним посещением этого мира одежда стала намного удобнее. Терп, усмехнувшись, туманно пояснил, что всё это – весьма частный случай выбора возможного гардероба. Из оружия они прихватили только разные типы лучемётов и мини-гранатомёты любимые Монрой. У Лиса, как всегда, присутствовал верный нервно-паралитический браслет – Творцы ни разу не спросили его про эту бирюльку, а он не сказал ничего даже Монре. Кроме того, в сумках-рюкзачках у всех троих имелись некоторое снаряжение, которое могло оказаться полезным в задуманном мероприятии. Лис очень хотел взять пистолеты, но опасался серьёзных осложнений, могущих возникнуть с властями. Терп согласился: он даже предположил, что те, против кого они собираются действовать, могут использовать факт незаконного ношения огнестрельного оружия и при удобном стечение обстоятельств «сдать» троицу правоохранительным органам, лишив её, таким образом, свободы действия, если не смогут по каким-то причинам сделать этого сами. – А при наличии у нас одних нестандартных предметов Он или они вряд ли станут так действовать: не думаю, что им хочется, чтобы власти Земли увидели необычное оружие и прочие штучки. А уж если нам вдруг потребуется пистолет или автомат, мы достанем всё на месте. Лис выразил сильное сомнение, что там, куда они направляются в данный момент, можно запросто найти «стволы», но Терп заверил, что это будет не сложно. Во-первых, у него самого имеются кое-какие связи, а, во-вторых, ситуация в бывшем Советском Союзе сильно изменилась. – Сейчас там есть районы, где оружие можно купить буквально на базаре, – сказал он и, заметив удивлённо вскинутые брови Лиса, добавил: – Сам увидишь, там слишком многое иначе по сравнению со временем, когда ты покинул свой мир. Когда они вышли на достаточно ровную поверхность, Лис спросил Терпа, в какой конкретно местности располагается его точка. – Я пользовался ей всего два раза за те годы, как генерировал данный переход. Отсюда часа полтора ходу до старого шоссе Свердловск – Челябинск. Мы выйдем примерно на пятидесятый километр, и там будет уже весьма населённая местность. – Ага! – Лис вскинул брови. – Это, получается, недалеко от такого городка – Сысерть? – Точно, – подтвердил Терп, – такой городишко тут рядом. Лис неплохо представлял себе этот район. Когда-то у него имелась подружка родом из Сысерти, учившаяся в Свердловском педагогическом институте, и он много раз один и с компаниями ездил в эти места. Природа вокруг была великолепная, и Лису нравилось выбираться на своеобразные пикники. Вообще, в хорошую погоду уральская природа предоставляла великолепные возможности для отдыха: леса, озёра, речки. А что может быть приятнее, чем сидеть в прекрасный солнечный день у воды под сенью сосен, поедать только что приготовленный шашлычок, запивая его красным винцом или, на худой конец, пивом? Рядом пара приятелей, с которыми можно перекинуться шутками, хорошие девчонки. Ветерок приятно обдувает разгорячённый от костра лоб, а в воздухе носятся обворожительные запахи жаренного мяса, дымка, хвои… Единственным недостатком того весёлого времени стало то, что, волей-неволей, ему всё-таки приходилось иногда довольно тесно общаться с родителями Гали (так звали подругу Лиса, а точнее Богдана). Естественно, спустя непродолжительное время, папа и мама девушки начали настаивать на внесение законности в отношения их дочери с парнем, слишком часто катавшим её на собственном автомобиле и, видимо, ещё как-то употреблявшим девушку по назначению. Всё усугубилось и тем, что Галя также начала проявлять нездоровый, по мнению Лиса, интерес к постоянному поселению в его свердловской квартире, и он плавно прекратил отношения с ней. Лис тряхнул головой: оказывается, почти ничего не забылось. Группа двинулась через лес в направлении, указанном Терпом. Местами сильно мешал густой подлесок, но очень скоро они вышли на дорогу, петлявшую среди сосен, и фактически представлявшую собой накатанную колёсами телег и грузовиков тропу. Терп удовлетворённо кивнул и объявил, что дорога эта является основным ориентиром. Она должна вывести их к просеке и высоковольтной линии, вдоль которой можно спуститься к шоссе. Скоро впереди замаячило большое поле, и дорога потянулась по его краю. За деревьями впереди, там, где поле кончалось, Лис увидел вышки ЛЭП. Когда людям оставалось пройти примерно метров триста до места, где снова нужно было сворачивать под своды леса, они услышали в небе рокот мотора. В первый момент Лису показалось, что низко летит самолёт, но звук приближался чересчур медленно, и только через минуту-другую в поле зрения появился лёгкий вертолёт. Лис даже узнал машину – Ми-2. Они переглянулся с остальными – совпадение? Терп нахмурился: вертолёт летел точно со стороны шоссе в направлении, откуда шли люди. – Вы думаете, эта штука связана с нашим появлением? – спросила Монра. Терп пожал плечами: – Не думаю, что могли всё подготовить так быстро, но чёрт его знает… Надеюсь, что нас не заметили. В любом случае, пошли быстрее – нужно выйти к шоссе, поймать машину и уехать в город. – А ты не опасаешься, что мы можем сесть в подставную машину? – высказал опасение Лис. – В специально подосланную? – Маловероятно, но стопроцентной гарантии не дам, нужно будет присмотреться, в какую садиться. Желательно в такую, где будет один водитель. Но один водитель, опять же, может не остановиться, видя нашу компанию. – Можно сесть и в автобус, – подсказал Лис. Терп покивал, продолжая рассматривать вертолёт. Тем временем вертолёт, похоже, сделав круг над холмом, с которого троица недавно спустилась, вернулся и пошёл над лесной дорогой. Люди отступили под кроны деревьев. Монра вынула лучемёт, сняв оружие с предохранителя. Лис предостерегающе поднял руку: – Ты же не собираешься сбивать вертолёт прямо здесь! Может, он летит тут случайно? – Что-то много совпадений для случайного появления этого, как ты называешь, вертолёта. Все трое встали под большой сосной, росшей немного в стороне от дороги. Вертолёт летел низко, метрах в пяти-шести над кронами деревьев, и наблюдатель вполне мог заметить людей внизу. Машина прошла мимо и стала удаляться в направлении, куда собирались идти Лис и его спутники. Все уже вздохнули с облегчением, но через несколько секунд вертолёт круто развернулся и лёг на обратный курс. Лис подумал, что, демонстрируя желание явно скрыться под деревьями, они лишь сильнее привлекают внимание. Те, кто, возможно, ищет прошедших через точку перехода, не могут знать, как выглядят эти люди, а мало ли кто просто бродит в лесу? Вполне может статься, что, они вызовут меньше подозрений, просто спокойно продолжая идти по дороге. – Может быть, ищут вовсе не нас, а совершают, например, облёт лесничества? – высказал предположение Лис. – Возможно… – Терп задумчиво рассматривал вертолёт. Машина зависла над полем всего метрах в пятидесяти напротив места, где под сосной стояла компания. Через открытую дверь пассажирского отсека хорошо просматривались находившиеся внутри люди людей. Сидевший у самого проёма держал в руках автомат. Экипаж вертолёта в свою очередь разглядывал компанию на земле. – Давайте пойдём в лес, как будто нас ничего не касается, – предложил Лис, и дружелюбно помахав рукой вертолёту. – Пожалуй, – согласился Терп. – Идём, как шли, посмотрим. Они хотели двинуться в глубь леса, но как только люди повернулись, включился мегафон, установленный на вертолёте. – Приказываю всем оставаться на месте! – прогремел усиленный динамиком голос. – Проверка документов! Вертолёт начал опускаться, и Лис увидел, что в кабине помимо людей находится ещё и собака, явно привычная к полётам и натасканная на преследование, поскольку сейчас, почувствовав любимую работу, псина рвалась к открытой двери, нисколько не пугаясь высоты, почти готовая спрыгнуть вниз. – За деревья! – крикнул Терп. – Рассредоточимся и займём оборону. Люди бросились бежать, но с вертолёта ударила автоматная очередь. Стрелявший специально взял слишком высокий прицел, отсекая беглецов от густого подлеска, и струя свинца прошла над головам, прочертив ствол сосны, у которой они стояли, и взрыв траву на опушке. Посыпалась кора и сучки, сбитые пулями. Лис выругался и дёрнул Монру на землю. Терп бросился на траву, покрытую опавшей хвоей, почти в то же мгновение. Лис, машинально матерясь по-русски, вытащил лучемёт, но чуть-чуть опоздал. Рядом сверкнул тонкий луч, и машина с перерубленными лопастями, немного заваливаясь на бок, камнем рухнула на самом краю поля. Один из срезанных кусков винта просвистел надо головами и упал где-то далеко в зарослях. При падении из кабины выбросило человека, с пристёгнутым к руке поводком собаки. Человек и собака перекувыркнулись в воздухе и врезались в пашню практически одновременно с рухнувшей машиной, подтверждая закон, открытый в своё время Галилеем. Вопреки опасениям Лиса, упавший вертолёт не загорелся. Терп махнул рукой, призывая осмотреть место падения. Лис крикнул, что может взорваться керосин. Монра не поняла его, но Терп как более осведомлённый о свойствах земной техники прекрасно сознавал ситуацию. – Понимаю, надо осторожно. Нам важно узнать, кто это. Может, мы сразу выйдем на след. С оружием наготове они приблизились к лежащему с сильным креном вертолёту. Лис правильно определил число людей: помимо пилота в вертолёте находились трое в незнакомой серой униформе. Рядом в траве завозились. Вывалившийся из кабины пёс издал рычание и попытался ползти к подошедшим людям, натягивая поводок, обмотанный вокруг запястья неподвижно лежавшего человека. У собаки, судя по всему, перебило позвоночник, но она была приучена нападать на врагов до последней минуты жизни. Лис выстрелил и пёс, взвизгнув, затих. Человеку, выпавшему вместе с собакой, судя по изгибу тела и повороту головы, уже не помогла бы никакая реанимация. Поскольку винт после выстрела Монры практически перестал существовать, вертолёт рухнул на землю так резко, что, несмотря на небольшую высоту, удар вывел из строя всех, находившихся внутри. Пилот висел на ремнях, и изо рта его бежала тонкая струйка крови. Военному, сидевшему у самой двери и стрелявшему, тоже не повезло, несмотря на пристёгнутую страховку. Ремень был натянут не плотно, и человека, выбросив из кабины, по пояс придавило корпусом вертолёта. Когда люди подошли, он уже умер. Внутри оказался молодой человек, тоже одетый в незнакомую Лису форму. На нём красовались погоны со звёздочками старшего лейтенанта и нашивка на рукаве с бело-сине-красным флагом и надписью «РОССИЯ-ОМОН». Ремень спас ему жизнь, но парень пока оставался без сознания. – Что такое «ОМОН»? – наморщил лоб Лис: он, казалось, слышал такое слово, но забыл, что оно значит. – Отряд милиции особого назначения объяснил Терп. – Появился в восьмидесятых годах ещё в СССР. Служит для выполнения спец-операций против банд-формирований, торговцев наркотиками, мафиозных структур и тому подобное. Мы, видимо, для кого-то тоже особо опасные. Лис хмыкнул и подумал, что в Советском Союзе действительно произошли изменения, в которые ему вникать и вникать. Пилот тоже остался жив, во всяком случае, пока – он лежал в кресле и хрипел, пуская кровавые слюни. Лис и Терп, косясь на капавший из бака керосин, оттащили остатки экипажа в сторону от вертолёта. Офицер казался совершенно безжизненным и лежал без движения. Лётчик стонал и непроизвольно пытался делать какие-то движения руками и ногами. – Кто тебя послал? – Терп приподнял голову лётчика и легонько похлопал его по щекам. Мужчина лет сорока-сорока пяти на мгновение открыл глаза, мутные, совершенно отупевшие от боли, захрипел и повис на руках Терпа. – У него же шок, – заметила Монра. – Вы ждёте, что он вам что-то скажет? – Сейчас! – Терп покопался в сумке и вытащил иньектор. – Скажет всё, что знает. Он сделал пилоту укол обезболивающего и тут же ввёл «препарат правды». Человек на несколько секунд перестал стонать, затих, а потом медленно открыл глаза, словно удивляясь, что боль прошла. Лису стало жаль его. В конце концов, это был такой же землянин, как и он сам, скорее всего, исполнявший чей-то приказ и не имевший ничего против них лично. Но, как говорится, на войне как на войне. И, поскольку на войне очень часто всё персонально для тебя решается именно в данное мгновение, получается, что дело не столько в том, кто где-то и когда-то отдал приказ, а в том, кто, исполняя этот приказ, стреляет именно в тебя сию минуту, пусть даже и не испытывая личной неприязни. – Зачем напали на нас? – Терп задал вопрос по-русски, и Лис машинально отметил его правильную, абсолютно без акцента речь. Мужчина, похоже, получил серьёзные внутренние повреждения. Он открыл рот, закашлялся, и на губах у него снова появилась кровь. Вдобавок ко всему, он прикусил язык и выбил несколько зубов, которые, не переставая хрипеть и кашлять, сплюнул вместе с кровью на голубую форменную рубашку. – Мы не нападали… Ловим опасных преступников… в распоряжении… ОМОНа, – шепеляво выдавил лётчик. – Приказали вылететь на ликвидацию бандитов… Вы похожи… – Кто вас послал конкретно? – настаивал Терп. – Командир отряда Нигматуллин вызвал… приказал: в распоряжение ОМОНа. Лейтенант… – Лётчик еле заметно мотнул головой назад, – ему подчинялся… – Откуда узнали, что мы здесь? – Передали, что видели… Что вы будете в Свердловск пробираться… или в Челябинск. Приказано вылететь сюда… Уничтожить тех, кто у холма, в районе птицефабрики… – Какой ещё птицефабрики? – не поняла Монра. – Здесь недалеко, кстати, была когда-то птицефабрика, – вспомнил Лис. – При чём тут птицефабрика? – Терп слегка потряс мужчину за плечо. Пилот слабо мотнул головой: – Там были преступники… трое… – Ты считаешь, что мы – бандиты? – заключил Терп. – Не знаю… – прохрипел пилот. – Офицер крикнул… что видит преступников. – Но мы-то ни на какой птицефабрике не были! Мужчина поднял веки, и его затуманенный от боли взгляд мазнул по лицам Терпа, Лиса и Монры: – Ребята, не убивайте… дети у меня. Я же вам всё сказал… чего знаю… Он захрипел, вдруг обмяк и затих. – Кажется, готов, – с сожалением сказал Творец. – А второй как раз приходит в себя, – сообщила Монра, следившая за лейтенантом. Офицер застонал и попытался приподняться, с удивлением разглядывая людей. – У нас мало времени, – напомнил, словно извиняясь, Терп и сделал пока плохо соображавшему после удара человеку укол стимулятора вместе с «ПП». – Быстро, рассказывай, кто отдал приказ преследовать нас? – поинтересовался он. Молодой офицер удивлённо смотрел на троицу. – Непосредственно мой командир, майор Гончаров, начальник нашего отряда… А откуда с вами женщина? – Почему тебя это так удивляет? – усмехнулся Лис. – Лучше скажи, как вы нашли нас так быстро? – Лейтенант скорчил гримасу непонимания: – Да мы почти сразу на вас наткнулись. Нам приказали прочесать с воздуха данный участок, рассчитывали, что банда всё ещё здесь. – Да какая банда?! – возмутился Лис, обращаясь, скорее, к Терпу. – Им так всё могли представить, – Терп кивнул на офицера. – Ясно, что они простые исполнители. Лис несколько секунд смотрел на него молча. – Не сомневаюсь, что и этот майор тоже просто исполнитель, – заявил Терп, – но через него уже, возможно, удастся выйти на кого-то посерьёзнее. – Я что-то плохо соображаю, – Лис помотал головой. – Если Некто, о ком говорил ты, может здесь распоряжаться специальными подразделениями милиции, то нам вообще ни хрена не светит! Но всё равно не понимаю, как они могли нас так быстро засечь?! – Видимо, узнали про мою точку перехода в этом районе, установили датчики, а когда мы прошли моментально послали вертолёт… – Вы бы хоть не разговаривали по-русски, – посоветовала Монра, показав пальцем на лейтенанта, слушавшего разговор Лиса и Терпа, вытаращив глаза. – М-да, действительно, – согласился Терп, – но, в общем-то, он всё равно явно не понимает то, что слышит. Вам дали индикатор? – Что? – не понял парень. – Вам дали какое-то устройство, чтобы выслеживать нас? Омоновец замотал головой, уставившись на Терпа: – Какое может быть устройство, вы о чём?! Поступил приказ прочесать лес – мы и вылетели. Терп задумчиво посмотрел на Лиса: – Так, я сам не вполне понимаю, ну да ладно. Он хотел продолжить расспросы дальше, но тут произошло нечто неожиданное. Так называемый «наркотик правды» Творцов нисколько не сковывал свободу действия человека, заставляя лишь давать точные ответы на поставленные конкретные вопросы. Поэтому сейчас офицер, окончательно придя в приличное физическое состояние, чему в немалой степени способствовал стимулятор, введённый Терпом, решил проявить активность. Лис и его спутники не выставляли напоказ оружие, только Монра держала в руке маленький лучемёт, похожий на некую разновидность авторучки и вряд ли производивший на несведущего человека серьёзное впечатление. Исходя из этого, милиционер решил, что противники не вооружены, а если и вооружены, то не успеют быстро достать оружие. Увидев также, что в предполагаемой банде один член – женщина, и посему, по его мнению, не может представлять серьёзной опасности, лейтенант вскочил и ударом ноги отпихнул Терпа. Лис бросился на него, но омоновец, издав резкий крик, профессионально ударил ногой в голову с разворотом на месте. В последнее мгновение Лис, вспоминая уроки восточных единоборств, полученные когда-то в школе карате и позже на грани Азии, успел поставить блок, но, тем не менее, поскользнулся и от удара упал. Лейтенант, совершенно не обращая внимания на Монру, бросился к вертолёту, где оставались автоматы. Пренебрежение Монрой как противником стало для него фатальным. Чуть вспыхнул почти невидимый в ярком дневном свете луч миниатюрного лучемёта, и офицер упал с аккуратной дыркой в спине. Всё произошло очень быстро, так что Лис и Терп едва успели вскочить на ноги. Монра виновато развела руками: – Забыла переключить на оглушающие удары… – Больше мы тут ничего не узнаем, – с сожалением констатировал Терп. Немного подумав, они перетащили лейтенанта и пилота в кабину вертолёта и там оставили. Остальных погибших трогать не стали. Посмотрев вокруг на мягкую землю, изрытую их ногами, Лис покачал головой: – Наследили мы порядочно. Терп развёл руками, повторно осмотрел кабину вертолёта, но не нашёл ничего, что могло бы его заинтересовать. – Полагаю, – подытожил Терп, – этим людям дали приказ находиться где-то неподалёку, поэтому они и появились столь быстро. Создаётся впечатление, что с нами рассчитывали разделаться как с детьми. – Ты думаешь, их послал Он? – спросил Лис, косясь на продолжающий капать из бака керосин. Терп поймал его взгляд: – Даже не сомневаюсь! Пошли-ка отсюда. Лис облегчённо вздохнул: подобное опасное соседство давно уже не давало ему покоя. – Может быть, заберём автомат? – предложила Монра. – Я не стал бы так поступать, – сказал Терп. – Это даст Ему лишний повод натравить на нас власти, если будет сообщено, что при гибели вертолёта похищено оружие. Пока же нас вроде никто не видел. Полагаю, официальные лица, непосредственно пославшие вертолёт, даже не догадываются об истинной цели миссии. Быстрым шагом они двинулись прочь от места их первой, но, видимо, не последней стычки на Земле. У Лиса на душе скребли кошки. Он понимал, что выбора им не оставили, что они фактически защищали свои жизни, и так далее. Но Лису, несмотря ни на что было ужасно жаль людей, почти наверняка не знавших истиной цели полёта и предполагавших, что ловят бандитов. Радуйся, посоветовал Лису внутренний голос, стремившийся примирить хозяина с ситуацией, что это они лежат сейчас в разбитом вертолёте, а не ты под сосной с пулей в башке. Но всё равно ему было неприятно, что первые же часы на Земле начались с убийств, причём, по большому счёту, явно не тех, кого следовало бы прикончить. Тем не менее, многое в данной ситуации осталось непонятным и не укладывающимся в логическую схему, которую Лис, так или иначе, пытался выстроить. Хотя бы то, что, судя по рассказам Терпа и тех Творцов, с кем Лис успел пообщаться, они периодически выбирались на Землю, и никто на них сразу же по прибытию не нападал. Правда, ещё Эльот упоминал, что Творцы очень часто погибали на Земле, потому она и получила прозвище «запретный мир», но Лису показалось, что при должной конспирации всё оказывалось не так уж страшно, и Творцы несколько преувеличивали опасность. Однако, вполне возможно, что когда-то давно, Творцов кто-то на Земле действительно уничтожал, а затем ситуация изменилась. Они ведь все живут уже очень долго, несколько тысяч лет, кто-то мог и забыть о том, что происходило давным-давно. Кого-то, кто помнил о событиях, когда Земля по праву могла называться «запретным миром», уже не осталось в живых или же они укрылись в своих мирах за многими гранями пространства. Просто для того, чтобы сделать вывод или обобщение у самого Терпа, не говоря уже о Лисе, маловато информации. Возможно, что-то изменилось или менялось неоднократно в ходе всей истории пребывания Творцов на Земле. Но сейчас факт был на лицо: их попытались взять практически немедленно после появления на Земле, а прошли они через секретную, по словам Терпа, точку перехода! Сама подобная попытка, помимо всего прочего, означала, что неизвестные противники располагали огромными возможностями и смогли даже выслать вертолёт – значит, получается, косвенно могли привлечь к делу официальные власти. Но, всё-таки, почему же ранее сам Терп неоднократно путешествовал из своего мира на Землю, не подвергаясь подобным нападениям? Может быть, он просто попал, так сказать, на период или эпоху по меркам людей, когда «фактор истребления Творцов» на Земле не действовал или действовал в сильно ослабленном варианте. Вопрос – почему? И почему сейчас что-то изменилось? Лис начал сомневаться, что при таком начале их миссия имеет какие-то шансы на успех, однако пути назад всё равно уже не оставалось. Они ввязались в драку, и переиграть ситуацию теперь невозможно. Неизвестных нельзя попросить: «Дяденьки, мы больше не будем. Давайте жить дружно». Да и сами «дяденьки» явно переговоров не желали. Двигаться теперь можно только вперёд и, увы, похоже, через трупы. Через много трупов. Ещё на фоне вроде бы ясности с нападением Лису резало память упоминание о птицефабрике, никак не встраивавшееся в общую картину произошедшего и не позволявшее принять её как абсолютно верную. Хотя, какое ещё можно дать объяснение случившемуся? Совпадение? Но очень уж оно странное!. Продолжая размышлять, Лис брёл по дороге. Примерно через километр он оглянулся. Столб дыма не поднимался над деревьями, значит, вертолёт не загорелся, и это было хорошо, поскольку не привлекало внимания посторонних или не очень посторонних. Вскоре группа достигла места, куда и вёл всех Терп. Просека шла вправо под уклон, и вдалеке просматривалось, что она через какие-то культурные посадки типа огородов доходит до шоссейной дороги, за которой поблёскивала гладь воды. Лис вспомнил это место, хотя за прошедшие годы тут сильно поднялась поросль молодых деревьев. Вода за шоссе была прудом, раскинувшимся по течению речки с тем же названием, что и расположенный поблизости городок. Маленький отряд прошёл мимо деревянной геодезической вышки, которую Лис тоже прекрасно помнил. Много лет назад он, его сысертская подруга и ещё две парочки несколько раз устраивали здесь выезд на шашлыки. Лис и Галя тогда забрались на верхнюю площадку вышки и там занимались любовью, после чего их примеру стали следовать остальные: место для таких утех, признаться, было необычное и очень волнующее, а, самое главное, надёжно скрытое от взглядов снизу. Одна из девушек очень боялась взбираться по узким лестницам, шедшим между уровнями вышки, и громко взвизгивала, каждый раз, когда соскальзывала нога со ступеньки. Её друг взбирался следом, подталкивая за интимные части тела, стимулируя, таким образом, новые возгласы девушки. Когда они поравнялись с вышкой, Лис чуть замедлил шаг. Основание постройки утонуло в раздавшихся кустах и высоченной поросли иван-чая, а само деревянное сооружение здорово прогнило. Многие брёвна уже стали даже на глаз трухлявыми, а некоторые укосины упали и валялись, заросшие травой. Как ни как, и пятнадцать лет тому назад вышка была уже довольно старой. Посадки, замеченные Лисом издали, представляли собой грядки картошки, огороженные жердями. Раньше картошку здесь никто не сажал. Хотя Лис сильно отвык от вида земного неба и дневного освещения, он прикинул, что, судя по солнцу, сейчас должно быть около восьми утра. Надо узнать точное местное время при первой же возможности, подумал Лис, и обязательно обзавестись часами: во Дворце не нашлось наручных часов, полностью имитировавших земные, не вызывая любопытства случайных свидетелей, а Земля являлась местом, где знание точного времени совершенно необходимо. Они свернули немного в сторону, прошли по нетронутой просекой опушке леса, и здесь среди густой мелкой поросли сосёнок Терп наконец остановился. Лис вопросительно посмотрел на него. – Раз всё так началось, – Терп ткнул пальцем через плечо, имея в виду инцидент с вертолётом, – нам глупо вылезать втроём на шоссе. Предлагаю разделиться. Вы с Монрой доберётесь до Сысерти, чтобы запутать следы, если нас всё-таки выискивают. Ты ведь бывал там?… Ну и отлично! Ловите машину или на автовокзале садитесь на автобус, и спокойно поезжайте в Екатеринбург. Я же остановлю транспорт прямо тут на шоссе. У меня в городе две квартиры, о которых, полагаю, знать никто никак не может. Там и встречаемся. – О точке перехода тоже никто вроде бы знать не мог, – как бы, между прочим, заметил Лис. Терп покачал головой: – Это другое дело. Тут можно ещё как-то допустить, что о переходе узнают: есть возможность контролировать резонансные возмущения пространства и всякое такое. А кто будет обращать внимание, что какой-то гражданин – а я являюсь гражданином России, всё официально, с документами – владеет собственными квартирами? Таких людей здесь сейчас сотни тысяч! Кроме того, я шёл и думал вот о чём. Судя по тому, что рассказали люди в вертолёте, остаётся вероятность, как это не грустно и смешно, что нападение на нас оказалось чистым совпадением. Возможно, они на самом деле преследовали банду – тут сейчас это тоже не редкость. Таким образом, не исключено, что о нас и правда не знает никто из тех, кого мы опасаемся. Лис согласился: – Я, между прочим, тоже подумал: при чём тут птицефабрика? Может быть, мы зря людей грохнули! – Как ни печально, возможно, что зря, – подтвердил Терп. – Но не сбей мы вертолёт, сами валялись бы сейчас продырявленные или сидели в наручниках, в лучшем случае. С другой стороны, может быть, легенда с птицефабрикой и бандитами лишь ширма для исполнителей: им же должны были поставить какую-то реальную задачу. Но, в общем, существует такая дурацкая поговорка: всё, что ни делается – к лучшему. Таким образом, возможно, нам и бояться-то нечего. Но, имейте в виду: если этот вертолёт действительно разыскивал банду, то на дорогах появятся усиленные посты милиции. А это плохо, так как, раз нас с вертолёта приняли за банду, то могут принять и на земле. И поэтому тоже надо разделиться. Терп подробно объяснил Лису, где расположено его городское жилье, назвал номера телефонов и места, где спрятал ключи от входных дверей, после чего, пожелав удачи, направился через кусты к шоссе. Лис и Монра присели в зарослях на опушке недалеко от дороги, поглядывая сквозь ветви за тем, как их друг взбирается по насыпи. Творец остановился у обочины и стал ждать. Прошло минут десять, прежде чем появилась первая легковая машина, напомнившая Лису «Волгу» ГАЗ-24, хотя и сильно изменённой внешности: весь передок, фары и решётка радиатора были иными. И всё-таки Лису казалось, что это какая-то модификация известной ему марки. Терп махнул рукой, а когда автомобиль остановился, перебросился несколькими словами с водителем. Ответ, судя по всему, последовал положительный, потому что Творец спокойно забрался внутрь, и машина укатила. Лис и Монра подождали с полчаса. Лиса удивило, что на шоссе оставалось довольно тихо. Но потом он сообразил, в чём, судя по всему, дело. Ещё во время его пребывания на Земле тут началось строительство новой магистрали Свердловск-Челябинск. Теперь, похоже, новая трасса давно действовала, и основной поток транспорта шёл стороной. Только этим Лис и мог объяснить тишину, царившую на старом тракте. Раньше даже в такие утренние часы здесь было куда оживлённее. Сейчас же за время, что они выжидали после отъезда Терпа, по дороге проехало всего четыре машины, и лишь одну, УАЗик, Лис узнал, но три другие были ему незнакомы. Один легковой автомобиль – небольшой, класса «жигулей», но не имевший ничего общего с ними с сильно скошенным задним стеклом без привычного выступа багажника – промчался очень быстро, и Лис не успел его толком рассмотреть. Вторым прошёл какой-то небольшой грузовичок с зализанным передком и синим тентом на кузове, а третья машина и вовсе оказалась здоровенным иностранным джипом. Подобные машины Лис ранее видел только на картинках, но эта имела более обтекаемые и плавные формы. Джин ехал спокойно и вальяжно, и Лис даже успел прочитать надпись «Land Cruiser», сделанную латинским шрифтом на корме машины рядом с запасным колесом. Вокруг всё оставалось спокойно, поэтому, решив, что выждали они вполне достаточно, Лис и Монра двинулись вперёд и, обойдя небольшую ложбинку, залитую дождевой водой, так же как и Терп, поднялись на шоссе. Направо километрах в трёх уже виднелись постройки Сысерти, куда им следовало добраться на первом этапе. Со стороны Екатеринбурга послышался шум мотора, и вскоре из-за поворота вылетел автомобиль – знакомая Лису вазовская «четвёрка» ярко-красного цвета. Но «голосовать» явно не стоило: весь салон заполняли какими-то коробки, и задок автомобиля сильно просел. Монра потянула воздух и поморщилась: теперь уже пресловутыми выхлопными газами пахло весьма ощутимо. Облака окончательно растащило, и на солнце стало даже жарко для такого раннего часа – немного подумав, Монра сняла ветровку. Чтобы не стоять на обочине, они пошли в сторону городка. Несмотря на то, что по старому шоссе движение было куда менее интенсивным, чем помнил Лис, по мере того как солнце вставало выше, на дороге делалось всё оживлённее. Через пару минут сзади вновь донёсся рокот мотора. Приближавшаяся сейчас машина выглядела подобием той малолитражки, что Лис уже видел получасом ранее, но имела кузов типа «седан». На решётке радиатора красовался знакомый вазовский значок. Машина была выкрашена в симпатичный, как бы отливающий перламутром, серебристо-зеленоватый цвет, а в салоне сидел один водитель. Лис решительно поднял руку. Судя по всему, шофёр не собирался останавливаться, но, уже почти поравнявшись с пешеходами, передумал и резко затормозил. Машина зацепила правыми колёсами обочину, и не будь земля смочена ночным дождём, поднялась бы туча пыли. Водитель крепкий молодой парень лет двадцати пяти, постриженный почти «под ноль», наклонился, рассматривая путников через опущенное стекло правой передней двери. На мощной шее, вылезая из-под чёрной в светлых разводах рубашки, красовалась толстая золотая цепь. – До автовокзала в Сысерти докинешь? – спросил Лис. – Скока? – поинтересовался парень, с неподдельным интересом разглядывая Монру, стоявшую чуть в стороне. – А скока надо? – в тон ответил Лис. Парень чуть подумал: – Двадцать пять «косарей» устроит? – Это как – старыми? Лис переспросил просто для уверенности: Терп объяснил масштабы цен и рассказал, что в России как раз с начала этого земного года происходит замена старых денег на новые по номиналу один к тысяче. Парень заржал, продолжая откровенно пялиться на грудь Монры, выпиравшую из-под свитерка: – Ну, можешь новыми дать! – Едем! – Лис распахнул заднюю дверь, посадил Монру, после чего сам плюхнулся рядом с водителем. Парень явно предпочёл бы, чтобы рядом с ним села женщина, но деваться было некуда, и он, возможно, от досады, рванул машину так, что взвизгнули шины. Глава 2 До окраины городка, застроенной в массе своей одноэтажными деревенскими домиками, они домчались меньше, чем за минуту. Только одна машина попалась им на встречу – какая-то белая иномарка. Лис едва успел окинуть взглядом окрестности, которые он в той или иной степени, в общем-то, узнавал. Вид на подъезде к Сысерти изменился, но не столь уж разительно. Конечно, некоторые перемены присутствовали налицо. Прежде всего, кое-где подросли деревья, кое-где они оказались вырублены, но, надо отдать должное, не слишком сильно – можно было ожидать и худшего. Будка поста ГАИ у самого знака въезда в городок исчезла, но слева за рядами улочек также как и раньше, знакомо дыбились трубы и краны завода «Гидромаш». Мало изменился и вид строений на окраине. Единственное, что удивило Лиса, так это то, что возле одних ворот стоял явно иностранный легковой автомобиль. В целом же общее впечатление узнаваемости настолько сильно резануло память, что на мгновение Лису показалось, будто он никуда и не отлучался с Земли. Лис скользнул взглядом по салону машины, в которой сейчас сидел. Сомнений быть не могло, автомобиль производства ВАЗа, о чём свидетельствовал, например, значок на большой кнопке звукового сигнала, но раньше Лис не видел ничего подобного. Не будь знакомого логотипа, Лис, до этого вообще не сидевший в иномарках, решил бы, что машина не советсткая. В верхней части панели располагалось некое устройство, сверкающее разноцветными огоньками. Вероятно, устройство являлось магнитолой, но она имела настолько мало общего с магнитолой «Урал», добытой в своё время Лисом по большому блату через знакомую продавщицу в отделе радиотоваров, что сейчас он даже подался вперёд, чтобы рассмотреть незнакомое название «Alpina». Водитель по-своему истолковал любопытство пассажира: – Вещь сильная: по сто ватт на канал! И в подтверждение этих слов парень коснулся какой-то пупки, установленной на рулевой колонке. Рявкнуло так, что Лис поморщился – звуки неслись не только сзади, но и из динамиков, врезанных в обивку передних дверей. Несмотря на оглушающую громкость, нельзя было не признать, что качество воспроизведения действительно хорошее. Да и сама музыка не оказалась в принципе противной, и в другое время Лис даже с интересом послушал бы, насколько продвинулась культура за время его отсутствия, но сейчас голову занимали совсем другие мысли. – Слушай, – попросил он водителя, – всё, конечно, здорово, но сделай потише, пожалуйста! Так ведь оглохнуть можно! Парень довольно засмеялся и убавил звук. Они проехали мимо знакомого Лису первого магазина на въезде в Сысерть, откуда уже рукой подать оставалось до автовокзала. Возле магазина расположились несколько киосков с витринами, ломившимися от разноцветных пакетов и бутылок. Пятнадцать лет назад здесь стоял лишь грязный овощной ларёк, а в самом магазине было, что называется, шаром покати. Сейчас на стёклах каждой из двух витрин красовались большие красно-белые надписи «Coca-Cola», немыслимые в советские времена и, тем более, здесь. Напротив этого очень старого заведения в первом этаже двухэтажного жилого дома появился новый магазин под показавшейся Лису странной вывеской «Зеркальный», отделанный определённо в западном стиле. На его открытой двери виднелась большая яркая наклейка «Sprite». Что это значило, Лис не знал. Возможно, там торговали зеркалами одноимённой фирмы? Автомобиль лихо свернул на небольшую площадь и остановился перед автовокзалом, здание которого существенно не изменилось. Лис достал деньги, изготовленные Терпом по соответствующим образцам купюр, произвольно выбрав номера и серии банкнот. – Я уверен, что сойдёт, – заметил тогда Терп, – тем более, что они практически настоящие. Вот только номера могут где-то подвести, но вероятность такого прокола ничтожная. Лис отсчитал двадцать пять рублей и протянул водителю: – Спасибо за доставку! Они с Монрой вышли из машины и остановились, оглядываясь вокруг. Лис вспомнил, где находится вход в отделение касс автовокзала, и направился туда. Водитель начал разворачиваться, чтобы выехать с площадки. Когда автомобиль сделал почти круг и вновь поравнялся с парочкой, парень притормозил, высовываясь через опущенное стекло. – А вам чё, в Свердловск? – поинтересовался он. Лис машинально отметил про себя, что парень назвал город по-старому. – А что такое? – ответил Лис вопросом на вопрос. – Да ничего. – Водитель продолжал настолько явно пялиться на Монру, что это уже начинало раздражать. – Могу подвезти и до Свердловска. Я всё равно хотел туда смотаться попозже. А могу и сейчас, так что смотрите… – Не надо! – отрезал Лис. – У нас тут дела. – Слушай, а ты не из группы случайно? У нас тут недавно группа из Свердловска выступала, ты вроде похож на одного парня оттуда. Лис догадался, что речь идёт о музыкальном ансамбле, и, наверное, на подобную мысль водителя навели его слишком длинные волосы. – Нет, не из группы! – ответил Лис, поворачиваясь, чтобы уйти. Парень открыл, было, рот, возможно намереваясь начать выяснять какие дела у них могут быть в Сысерти. Вероятно, он стал бы интересоваться, не имеют ли они тут общих знакомых, но Лис прервал подобные поползновения в зародыше, коротко бросив «Пока!», и зашагал с Монрой к зданию автовокзала. – Почему он говорит «Свердловск», – спросила Монра. – Терп сказал, что город, куда нам надо, называется Екатеринбург. – Наверное, называет по старой привычке, – поразительно точно угадал Лис. – Может быть, стоило поехать с ним? Мы бы уже были в пути, а так нам надо садиться в этот, как ты его называешь, автобус, рассчитанный на много людей сразу. – Монра кивнула на обшарпанный «Икарус», стоявший у здания автовокзала. – Мне кажется, что в аппарате аборигена комфортнее ехать. – Давай-ка переходить на русский язык. Говорящие на иностранном языке в таком месте как Сысерть, будут привлекать повышенное внимание. Да и в Екатеринбурге, тоже. Монра перед их отправкой на Землю прошла ускоренный курс русского, включавший около двадцати тысяч слов и выражений, так что могла изъясняться не хуже, если не лучше многих, кто считал этот язык родным, хотя значение многих слов ей было не всегда ясно. – Аппарат называется автомобилем или просто машиной, – уточнил Лис и добавил: – Уверен, что с этим типом мы бы поехали не сразу. Он же предлагал свои услуги затем, чтобы попытаться познакомиться с тобой поближе и, возможно, «снять». То есть, в конце концов, затащить в постель. Жлоб так на тебя пялился, и только не говори, что ты не заметила, не поверю. Явно рассчитывал, что произведёт на тебя впечатление своим автомобилем, и, чем чёрт не шутит, отобьет, может быть. – Ну и что, что пялился? – хмыкнула Монра. – Уж не ревнуешь ли ты? К нему?! Глупо, Лис, мы ведь могли просто использовать этого аборигена для собственного удобства. – Повторяю, вряд ли бы он повёз нас сразу. Даже не сомневаюсь, что начал бы оттягивать время отъезда под любыми предлогами, навязывал бы знакомство, а нам лишние знакомые ни к чему. Мы сами будем выбирать знакомых, а не они нас! – резко сказал Лис. – Ну ладно, ладно, чего ты волнуешься! – засмеялась Монра. – Неужели думаешь, что у него могли быть хоть какие-то шансы? Лис покачал головой: – Дело не только в нём. У нас, похоже, могут быть непредвиденные проблемы, если все местные мужики будут так пялиться на тебя. Надо будет подобрать тебе какую-то одежду, скрывающую фигуру, что ли. Хотя… – Он махнул рукой. – На тебя хоть покрывало надень, всё равно видно. – Что я могу поделать! – снова засмеялась Монра. – Неужели тут, на твоей родине, все женщины такие страхолюдины? – Вообще-то, совсем нет, – ответил Лис. – В своё время мне казалось, что здесь красивых девчонок хватает, но ты – дело особенное. Тебя можно хоть сейчас в Голливуд или на конкурс красоты: сходу бы получила везде первые роли и места. – Что такое Голливуд? – спросила Монра. Лис вкратце объяснил, и, поскольку они уже подходили к самому зданию автовокзала, возле которого стояли и сидели на скамейках люди, попросил задавать пока меньше вопросов. У кассы толпилось несколько человек, и Лис пристроился к очереди. Потрёпанный мужчина в потрёпанной куртке с надписью «Chicago Black Hawkes», которому Лис задал дежурный вопрос, кто последний, ответив, как-то странно посмотрел на него. Видимо, сам Лис сильно отвык от русского языка, поскольку за пятнадцать лет практически ничего, кроме матерных слов в слух на нём не произносил. Лис припомнил, что в местах, подобным Сысерти, кассиры обычно не слишком торопятся, и не ошибся: стоять пришлось довольно долго. С шестью человеками полная женщина в цветастом платье, сидевшая за перегородкой, разбиралась минут двадцать. Пока они переминались с ноги на ногу, Лис огляделся вокруг и чуть не заскрипел зубами от раздражения: все мужчины «детородного возраста», находившиеся в кассовом зале, так или иначе обратили внимание на Монру, и даже несколько присутствовавших молодых женщины косили глазами на его подругу. Больше всего Лису не понравились три шпанистого вида почти наголо обритых парня, попивавших пиво из бутылок с незнакомыми, но русскими этикетками. Лису не терпелось поскорее убраться подальше из этих мест, поскольку после такого неожиданного нападения в самом начале вступления на земную территорию (Лис про себя усмехнулся некоторой тавтологии собственной мысли) он постоянно ждал неприятностей. К сожалению, когда, наконец, он наклонился к окошку, выяснилось, что билеты есть только на автобус, отходящий лишь через полтора часа. – Чего вы хотите, суббота же, – буркнула кассирша. – Ага, – кивнул Лис, а про себя подумал, что хорошо бы ещё выяснить точный день и месяц: Терп упустил из виду сообщить эти сведения, а сам Лис не спросил в суматохе. И только спустя несколько мгновений, Лис сообразил, что дата штампуется на билетах. – Что будем делать? – поинтересовалась Монра. Лис пожал плечами: – Ну а что делать? Возьмём то, что есть, а пока сходим перекусим. Тут не так далеко, между прочим, была вполне приличная блинная. Немного осмотримся. Монра даже обрадовалась: она, как и Лис, тоже проголодалась. Купив билеты, они вышли на улицу. Погода разгулялась окончательно: большинство облаков исчезло, и голубое небо Земли раскинулось над Сысертью и, казалось, над всем этим миром. Кивнув на киоски с яркими витринами, стоявшие справа от здания автовокзала, Лис предложил Монре подойти и взглянуть на то, чем торгуют. Лис отвык от земных товаров, точнее – от их внешнего вида и оформления. Все предметы, которыми он пользовался во Дворце, и пища, производимая там, несмотря на иной раз практически полное соответствие многим земным аналогам, не имели какой бы то ни было упаковки и этикеток в торговом понимании. То же самое, естественно, относилось и к товарам, производимым на гранях планеты, поскольку самый высокий уровень товарного производства там соответствовал максимум эпохе раннего средневековья. Живя в Советском Союзе Лис, конечно, как и большинство граждан этой страны, не был избалован обилием товаров и яркими этикетками. Сейчас перед ним раскинулась витрина, немыслимая в прежние времена не то что в захолустной Сысерти, но даже в Москве. Чего тут только не было! Рядами выстроились многочисленные виды прохладительных напитков, пива, вин, кондитерских изделий, сигарет, зажигалок, жевательной резинки и даже презервативов с томными красотками в зазывающих позах на пакетиках. А чтобы догадаться о содержимом некоторых упаковок даже требовалось время. – Надо же! – пробормотал он, разглядывая дешёвое и не очень великолепие. – Изменения-то в стране, действительно, грандиозные! Единственное, что немного разочаровало Лиса – то, что подавляющее число этикеток за небольшим исключением показались ему импортными. Это вносило какие-то смутные сомнения в общее впечатление о достигнутом процветании, во всяком случае, как понимал Лис. Он, разумеется, рад был увидеть изобилие товаров по сравнению с убожеством советской торговли времён своей юности, но предпочёл бы лицезреть разнообразные и красиво оформленные вещи и продукты, выпущенные в родной стране. Чтобы освежиться, Лис купил по бутылочке светлого пива, называвшегося «Holsten». Насколько он помнил по прочитанному когда-то, это была хорошая датская марка. Тут его удивил ещё один факт: пиво со всеми датскими регалиями оказалось всё-таки разлито на заводе в Калуге, о чём и сообщала этикетка. В одном из трёх киосков продавались газеты. Печатная продукция могла поведать о том, что сейчас происходит в стране, чтобы лучше понять изменения, случившиеся в отсутствие Лиса. Правда, из-за пестроты обложек и множества никак не связанных с полиграфией товаров Лис сначала принял данную торговую точку тоже за киоск, торговавший напитками и сластями. Киоск назывался «Роспечать», но в нём продавались не одни газеты, а и всякие мелочи, и также книги, поразившие Лиса. Тут были такие обложки! Они могли поспорить только с немногими печатными штучками западного производства, изредка виденными Лисом в советские времена. Полуголые и голые особы женского пола соседствовали с драконообразными тварями и оскаленными бандитскими рожами, размахивающими пистолетами и совершенно невообразимыми орудиями убийства, с которых обильно капала кровь. Всё это буднично-спокойно располагалось на фоне газет – и каких: с цветными фотографиями выставлявших напоказ сиськи и разводящих ноги обнажённых девиц. По мнению Лиса, подобное было уж слишком, тем более, в провинции. – Я, определённо, попал в весьма переломный период истории родной страны, – пробормотал Лис, задумчиво рассматривая шедевры полиграфии. Монра, стоя рядом с ним, сделала неопределённый жест плечом и скривила губы. – Ладно, идём, – сказал Лис, – но я обязательно накуплю этих газеток. – С голыми бабами? – участливо поинтересовалась Монра по-русски. – Нет, про голых баб я и так знаю достаточно. Мне нужно то, что несёт более существенную информацию. Стоявший неподалёку автобус запустил двигатель, и вдоль заасфальтированной площади потянуло удушливым смрадом дизельного выхлопа, просто отвратительного в жаркий летний день. Монра скривилась, да и Лису, отвыкшему от подобных ароматов за пятнадцать лет, тоже резануло обоняние. – Вот-вот, – покивал он, – начинается. Представляю, что будет в большом городе. Пойдём отсюда. Попивая пиво, они двинулись по тенистой улочке в сторону, где, как помнил Лис, располагалась закусочная. Оглянувшись, Лис заметил, что трое стриженых парней вышли из здания автовокзала и стоят, зыркая в их сторону, смачно поплёвывая, продолжая прихлёбывать из бутылок и о чём-то переговариваясь. Лису очень не хотелось, чтобы парни увязались за ними. Судя по внешнему виду, ничего хорошего ждать от общения с ними не приходилось, а устраивать драку не стоило. Он не сомневался, что справится с парнями даже без применения оружия, но любая стычка – это лишнее привлечение внимания милиции или ещё кого. К счастью, опасения его не оправдались, и парни так и остались стоять на углу у киосков, провожая парочку неприятными взглядами. Очевидно, их намерения не пошли дальше созерцания удаляющегося зада Монры, и Лис удовлетворённо вздохнул. Минут через десять, дойдя до более широкой асфальтированной улицы, идущей в пересекающем направлении, Лис повернул направо. Здесь в торце первого же дома располагался магазин под уже виденной вывеской «Зеркальный». Лис непроизвольно пожал плечами, недоумевая. В этот момент у обочины дороги за редкой шеренгой кривовато росших тополей притормозила машина. Возможно, Лис и не обратил бы на неё внимания, если бы это был какой-нибудь знакомый автомобиль советской марки. Но это была белая «Toyota Carina Е» – Лис хорошо мог разглядеть шильдик на торце багажника, поскольку машина встала чуть впереди по ходу их движения. Лис задержал взгляд на автомобиле. Ему показалось, что трое мужчин, сидевших внутри разглядывали его и Монру. – Ты чего? – спросила Монра, почувствовав напряжение друга. – Эта машина мне не нравится, – процедил Лис сквозь зубы. – Но не обращай внимания, идём, как шли. Пока автомобиль оставался в поле зрения, Лис следил за ним краем глаза. Одновременно он нащупал в боковом кармане куртки лучемёт-авторучку. Когда они прошли несколько шагов, сзади заурчал двигатель. Лис напрягся, готовый выхватить оружие, но автомобиль не спеша отъехал от обочины, покатил по улице и удалился, свернув в один из боковых проездов примерно через квартал. – Ты заметил нечто подозрительное? – спросила Монра. – После такого бурного утра мне почти всё кажется подозрительным, – вздохнул Лис. – Надеюсь, я буду и дальше только ошибаться в этих подозрениях. Метров через сто он снова свернул направо, и они оказались на улочке с небольшим базарчиком, где местные жители торговали плодами с приусадебных участков и вообще, чем придётся. Так же здесь стял самый крупный по тем временам универмаг в Сысерти. Универмаг остался, на месте осталась и сама блинная, к названию которой теперь имелось непонятное дополнение «ООО», а вот место базарчика пустовало. Правда на тротуаре напротив маленького скверика, стояли два переносных навеса из цветной синтетической ткани и с прилавками, где сейчас продавались фрукты. Лис чуть не обомлел: там лежали бананы, апельсины и даже ананасы – и ни одного человека рядом, кроме самих продавщиц! Ну кто мог в начале восьмидесятых годов представить подобное в Сысерти, если даже в Москве у прилавка с таким товаром колыхалась бы неврастеничная очередь! На той же стороне, что и блинная, в торце хрущёвской пятиэтажки на высоком крыльце красовался вход в некий магазин «Альянс», торговавший, как утверждала вывеска, теле-видео-аудиоаппаратурой и бытовой техникой. – Так как ты насчёт того, чтобы перекусить? – спросил Лис. – Положительно, – подтвердила Монра. – Посмотрим, чем на твоей родине кормят. Лис покосился на фруктовые ларьки: – Мне это сейчас уже и самому интересно проверить. В помещении блинной так же, как и помнил Лис, стояло шесть-семь столиков, однако вместо масляной краски по стенам шли панели из лакированной рейки. То, что можно было назвать стойкой бара, тоже оделось в дерево и, судя по замызганности, уже давно. Основные изменения, к которым Лис начал привыкать, состояли в содержимом полок бара. Такой набор напитков и сигарет, в большинстве своём импортных, во времена оные можно было вообразить только в сказке, или заграничном кино. Несмотря на достаточно ранний час, в блинной уже сидели посетители – четверо молодых мужчин, все коротко стриженые и вполне мускулистые… Одеты они были в свободные рубашки, а один в чёрную майку с чрезвычайно узкой грудной и спинной частью. Кроме того, на одном красовались короткие штанах до колен. Лиса это весьма удивило, поскольку ранее в Сысерти увидеть взрослого человека в шортах даже в жаркий день было практически невозможно. У того, что носил майку, на плече намалёвана татуировка: голова девушки, на фоне перекрещенных розы и меча. У того, что носил шорты, на пальцах руки Лис заметил два вытатуированных синих перстня, соседствовавших с одним золотым. Мужики, само собой, сразу же положили глаза на Монру. Лис прикинул, как сесть, чтобы четвёрка оставалась в поле зрения, и подошёл к стойке, рассматривая содержимое бара, предварительно поставив сумку на пол у столика в углу рядом с выходом. Из-за занавески, отделявшей заднее подсобное помещение, вышла женщина в белом фартуке и весьма дружелюбно посмотрела на Лиса, одновременно охватив быстрым взглядом зал и вновь занятый столик. – Кушать будете, – то ли спросила, то ли сделала заключение женщина. – За тем и пришли, – улыбнулся Лис и попытался скаламбурить: – Что у вас есть поесть? – Вот меню, посмотрите, – хозяйка зала протянула Лису тонкую пластиковую папочку. – Блинчики, как всегда: с мясом, с капустой, с творогом, с грибами, простые. Пельменчики можно отварить, домашние. Лис поблагодарил и, взяв меню, вернулся к столику. Монра, закинув ногу на ногу, рассматривала стыки стен и потолка. Глядя на неё со стороны, можно было подумать, что она одна в этом небольшом зале и совершенно не замечает жадных взглядов, бросаемых в её сторону четвёркой за столиком у окна. На предложение Лиса выбрать блюдо Монра усмехнулась и пожала плечами: она смутно помнила какие-то деликатесы, которые ела с Терпом сто лет тому назад во Франции, но тут… Лис порекомендовал взять порцию блинчиков с мясом и порцию простых блинов со сметаной, но, увидев в меню красную икру, рекомендовал, конечно, блины с икрой. Монра согласилась, Лис сделал заказ на блюда и взял по пятьдесят граммов армянского коньяка «Арарат». В ассортименте присутствовали разные водки, иноземные виски и ликёры, но Лис предпочёл проверенный армянский напиток, навевавший ему особые воспоминания. К выпивке Лис взял по шоколадному батончику “Bounty” в показавшейся очень красивой голубой упаковке. За столом у мужиков звякнуло стекло, и Лис искоса взглянул: там разливали что-то из бутылки с надписью «Smirnoff» – судя по бесцветности напитка, водку. Лис тоже поднял стаканчик с коньяком и понюхал. Запах неожиданно удивил: в нём присутствовал совсем иной, чем ожидаемый, аромат. Возможно, обоняние изменилось за годы, проведённые в мире Терпа, а, возможно, он просто отвык от запаха коньяка? Хотя, нет, ведь коньяк был в многочисленных кладовых Дворца, и Лис его неоднократно пробовал… Логично оставалось предположить, что напиток – совсем не «Арарат», знакомый ему. – Ну, ладно, – сказал Лис и пошутил: – За успех нашего, казалось бы безнадёжного дела. Они чокнулись, выпили и скривились одновременно. Лис удивлённо поднял брови, разглядывая пустую посуду. – Это что, самый приличный здесь напиток? – почти обиженно спросила Монра. – У твоих друзей-предателей, у гномов, и то было лучше. – Не знаю, – Лис поставил стакан на стол. – Мне сразу показалось, что запах не такой, как я помню, ну а вкус совсем уж противный. – Ты сказал, что это знаменитый крепкий напиток, но налита какая-то дрянь, – подытожила Монра. – М-да, странно… – протянул Лис. – Пиво-то было хорошее. К счастью батончик, которым они закусили, оказался вполне качественным. Лис покачал головой, и встретился глазами с одним из членов компании, сидевшей в блинной. Мужик как раз что-то говорил своим друзьям, насмешливо кивая в сторону парочки. Лис пристально посмотрел на кивавшего: он не любил, когда кто-то обсуждал его вот так – издали и не слышно. Мужик, поймав взгляд Лис, упёрся в него с ухмылкой, не понравившейся Лису. Вообще, вся эта компания нравились много меньше, чем ребята возле автовокзала. Но и у тех и у других было нечто общее во взгляде и в манере держаться: некая, казалось, демонстрация вседозволенности и оценивающая наглость. Пустой и в то же время цепкий, пронизывающий взгляд напоминал глаза змеи, блестящие не как глаза живого существа, а словно отполированное чёрное стекло. «Не знаю», – подумал Лис, – «или я слишком предвзят к родному миру, или мне просто кажется, но что-то слишком много с самого начала попадается явных ублюдков». Мужик всё-таки не выдержал взгляда Лиса и, кривя губы, начал смотреть в сторону, продолжая что-то говорить собутыльникам. Детина в майке повернулся и тоже посмотрел на Лиса. Лис не стал соревноваться в гляделки с этим типом, а лишь скользнув глазами, отвернулся с усталым демонстративным безразличием. Для Монры всё не осталось незамеченным. – Что ты там нашёл интересного? – спросила она. – Да эти хмыри: сидят, нас разглядывают и, судя по всему, активно обсуждают. Тебя, скорее всего. Монра усмехнулась, презрительно покосилась на компанию: – Да ну их к дьяволу! Когда нам подадут еду? Словно услышав эти слова, женщина в белом халате вынырнула из-за занавески и начала выставлять на стойку бара тарелки – здесь не подавали за стол. – Ваши блинчики и икра! – позвала женщина. – Выпивку ещё будете брать? – Будем! – заверил Лис. Забрав со стойки бара тарелки, он повернулся к мужикам и спросил: – Ребята, не откажите в любезности: который час? Компания как-то дёрнулась и, казалось, напряглась – они, похоже, не ожидали, что Лис вообще может обратиться к ним с каким-то вопросом. Тот, что в майке, медленно как бы вразвалку снова обернулся к Лису и провёл по нему взглядом снизу вверх, водя при этом языком за нижней губой, словно прочищая зубы от остатков закуски. Лис постарался изобразить на лице дружелюбие и продолжал смотреть прямо на мужика. Обладатель чёрной майки, не меняя выражения лица, скосил глаза на левое запястье, где красовалось что-то хромированное. Выждав паузу и, снова вскинув глаза на Лиса, а скорее на Монру, выдавил из себя: – Без двадцати одиннадцать… – Спасибо большое, – сладко поблагодарил Лис. Он вернулся к стойке и снова осмотрел выставленные напитки. Решив больше с коньяками не связываться, Лис выбрал виски «Long John» и заказал две порции по сто грамм. Барменша-повариха хлопнула ресницами и сообщила: – Виски у нас дорогое… – Это ничего, – заверил её Лис. – Не самый страшный факт! Они выпили по глотку, и Монра одобрила: – Вот, совсем другое дело! Затем они принялись за еду. Лис хотел показать Монре, как правильно есть блины с икрой, на что та сообщила, что кое-что вспоминает: ей когда-то в Париже уже приходилось пробовать нечто подобное. Мимоходом Лис взглянул в окно – по улице как раз медленно проезжала белая «Тойота». Это показалось Лису подозрительным, но он решил, что всё-таки Сысерть – городишко маленький, поэтому увидеть здесь в течение короткого промежутка времени одну и ту же машину не является необычным фактом. Он уже расправлялся с порцией блинчиков с мясом, когда рядом с их столиком шаркнули ноги. Лис поднял глаза. Мужик или точнее парень в шортах стоял рядом и, видимо, пытался галантно улыбаться. – Разрешите? – спросил он, косясь на Монру. Не дожидаясь ответа, парень выдвинул свободный стул и уселся. Лис отправил в рот кусок блинчика, подобрал алюминиевой вилкой мясные крошки в тарелке и внимательно посмотрел на парня. Он понял, что его провоцируют. Желательно было выйти из данной ситуации без конфликтов, поскольку они с Монрой меньше всего нуждались сейчас в шумихе и привлечении внимания к своим персонам. Но, к сожалению, Лис видел, что парень находится уже на такой стадии опьянения, и, самое главное, на такой ступени развития, что договориться по-хорошему вряд ли удастся. Лис улыбнулся: – Ну вот, вы уже сами сели… – И без всякого на то разрешения! – В голосе Монры звучало полное презрение. – Почему бы вам не убраться назад за свой стол? Лис бросил быстрый взгляд на Монру, давая понять, что не стоит накалять обстановку и похлопал её по руке. – Мы просто хотим спокойно позавтракать, – мягко сообщил он. – Мы на неприятности не нарываемся. Рожа парня расплылась в самодовольной ухмылке. Смотрел он теперь только на Монру, как будто Лиса не существовало вовсе. – Голуба! – Парень просто цвёл, показывая пару золотых зубов впереди. – Чувак у тебя не тот, не тот! Заказывать тебе икру под такое говно! Я видел, что вы сперва взяли: этот коньяк чурки из всякой параши гонят. В общем, давай, подседай к нам, мы тебя не обидим. Ты тёлка высший класс, а мы ребята не последние и здесь, и в Свердловске, между прочим. Мы тебе не то, что пойло хорошее, мы тебе марафету кайфового подтянем… Чувак твой пусть канает, мы же против него ничего не имеем, в натуре… Сдерживаться оставалось просто невозможно. Не поворачивая головы, он бросил быстрый взгляд на столик, где осталась троица. Мужчины глазели на развитие событий, забавляясь, готовые подключиться в любую секунду. Барменши за стойкой не было: очевидно, она не хотела выступать свидетелем. «Ну, так даже лучше», – подумал Лис. – Слушай, – негромко чеканя слова, осведомился он, – ты в кого такой наглец? Тебя, что, вообще не учили, как надо разговаривать с людьми? Парень не удостоил Лиса вниманием, лишь покосившись на него глазом, и снова уставился на Монру. – А чувак у тебя непонятливый, нарывается. – Он протянул руку и хотел взял ладонь Монры, собираясь её погладить. – Сказали же ему: пускай отсюда канает и… Обладатель шортов не успел закончить фразу – Монра сделала резкое движение. Хорошо поставленный точный прямой удар в переносицу опрокинул парня вместе со стулом. Удар был настолько хорошо выполнен, что парень, свалившись набок, больше не двигался. – Классно сделано, но, возможно, ты поторопилась, – быстро заметил Лис, не в силах, тем не менее, сдержать усмешку над распростёртым на полу пьяным хамом, полагавшим, что все вокруг должны плясать под его музыку. – Ты чё, падла!? – заорали за соседним столиком. Бугай в майке вскочил, что-то щёлкнуло. Лис увидел в его руке нож с длинным выкидным лезвием. Остальные двое тоже поднялись и медленно перемещались, обходя Лиса и Монру с краёв. – Ты на кого, блядь, руку поднял? – Бугай двинулся на Лиса, будучи уверенным, что ударил его собутыльника именно он, а не женщина. Лис понял, что уйти «без шуму и пыли» снова не удастся. – Зря вы, ребята, к нам прицепились, – демонстративно вздохнул Лис, вытаскивая из кармана маленький лучемёт. Детина скользнул быстрым взглядом по чему-то, напоминавшему авторучку, ожидая увидеть, как минимум, нож. То, что Лис вытащил из кармана, его совершенно не испугало. – Да я тебя, падла, сейчас раком поставлю, петух ты, ё…ный… – начал бугай, надвигаясь на Лиса. Лис, продолжая с ненавистью усмехаться, перевёл оружие на оглушающие удары так называемого «твёрдого света» и наставительно предупредил: – А ругаться нехорошо: надо уметь себя вести в общественных местах. – Ты счас мне, пидар, полопочешь… – начал бугай. – Сосать будешь вместе с тёлкой своей, козёл… – Ну-ну, размечтался, – хмыкнул Лис и выстрелил. Луч ударил детину в лоб, и он, отлетев назад, рухнул на столик, за которым только что сидел. Зазвенело битое стекло, на пол посыпалась посуда, сметаемая уже бесчувственным телом. Дружки громилы на мгновение застыли, как вкопанные. Лис, не дожидаясь продолжения, свалил обоих выстрелами в солнечное сплетение и дополнительно оглушил импульсами в голову. Стало очень тихо, настолько, что слышно было, как стекает на пол пролитая на столе водка. – Надеюсь, шейные позвонки у него выдержали удар, – Лис сплюнул на детину в майке. – А, впрочем, какая уже разница? – Меня это тоже не волнует, – ответила Монра, поднимая сумку с пола и оглядываясь по сторонам. – Похоже, мы уже позавтракали? За стойкой бара кто-то шевельнулся, и Лис даже вздрогнул от пронзительного вопля: – Помогите, убили!!! – завизжала повариха-барменша, выскочив через проход из подсобного помещения; по-видимому, она знала всю компанию. – Не ори! – грозно приказал Лис. – Они первые начали. Заткнись, не поднимай шума, тебя мы не тронем. Он лихорадочно соображал, что делать в подобной ситуации. Весь его многолетний опыт в мире Граней сейчас не вполне годился. Здесь шла совершенно другая жизнь, действовали иные законы, иная мораль. В любой момент в помещение могли войти новые посетители с улицы, знакомые барменши, да мало ли кто? Если просто убежать, то барменша наверняка сейчас же вызовет милицию, а это означало уже прямое преследование со стороны властей, которое сильно усложнит ситуацию, особенно, считая, что их уже ищет таинственный «Он», хозяйничающий на Земле. – А-а-а! Убили!.. – вопила барменша, выскакивая из-за стойки: секундное замешательство Лиса придало ей дополнительную смелость. – Уби-или! Крик оборвался: Монра заткнула женщине рот выстрелом из такого же как у Лиса лучемёта, тоже установленного на оглушающую мощность. – В безоружных женщин ты, конечно, стрелять не можешь, – язвительно заметила Монра. – Поменьше сарказма, пошли отсюда, – Лис потянул подругу за руку. Они выскочили из блинной и зашагали прочь. Метров через сто Лис обернулся. Белая иномарка остановилась напротив входа в закусочную, и из неё вышли двое. Лис дёрнул Монру в промежуток между двумя панельными домами и через дворы вывел на соседнюю улицу. – Чёрт возьми! – выругался он. – Здесь и скрыться-то трудно: Сысерть – просто большая деревня. – Понимаю, – кивнула Монра. – Маленький населённый пункт, всё на виду. Пройдём к тому месту, где мы будем садиться на автобус? – Если нас будут искать, то абсолютно точно именно там в первую очередь. Идём в другую сторону! Лис направился к центру городка, плохо представляя, что теперь будет делать. Ситуация в блинной скоро обнаружится, а отделение милиции, насколько он помнил, недалеко за углом, если только оно не перекочевало куда-то за прошедшие годы. Значит, окажутся задействованы и официальные стражи порядка. И хотя оглушённые придут в себя не скоро, чтобы давать показания, но начнутся опросы возможных свидетелей, например, продавцов фруктов, которые могли заметить, как парочка заходила в блинную и выходили из неё. Да и машина, остановившаяся у закусочной, Лису совсем не нравилась. Сзади заурчал мотор, и Лис резко обернулся, но по улице ехала обыкновенная вазовская «шестёрка» красного цвета. Они прошли уже метров четыреста, никто их не преследовал. Становилось жарко – и не только от палящего солнца, но и от волнения. Чуть в стороне в проулке Лис увидел водопроводную колонку и обрадовался. Он объяснил Монре, что это такое и предложил попить простой воды и умыться. Монра с явным удовольствием подставила ладони под тугую, почти ледяную струю. Лис уже заканчивал плескать себе на лицо, когда рядом скрипнули тормоза. Он отфыркнулся и поднял глаза. Метрах в десяти у обочины остановилась уже знакомая белая «Тойота». В машине по-прежнему сидело три человека. Передняя правая дверца открылась, и наружу выбрался мужчина в светлом летнем пиджаке. Тяжёлое грубоватое лицо излучало безмятежность и олимпийское спокойствие. Мужчина немного лениво взглянул по сторонам, не выпуская, однако, Лиса и Монру из поля зрения. Лис тоже быстро дёрнул глазами вправо-влево. В Сысерти и так, как правило, по улицам не гуляла масса прохожих, а тут, в начале проулка, было совсем пусто, лишь вдалеке у ворот одного из домиков пожилой мужчина возился со стареньким «Запорожцем». Мужчина дружелюбно улыбнулся Лису и махнул рукой. – Ребята! – Он сделал шаг к ним, всё так же широко улыбаясь. – Улицу не могу найти. Подскажите, у меня тут адрес записан… Мужчина держал какую-то бумажку, разворачивая её пальцами одной руки, а второй делая зовущее движение, как бы приглашая Лиса и Монру приблизиться и посмотреть на листок. Возможно, в иной ситуации Лис и купился бы на открытую улыбку и такую естественную, казалось бы, просьбу подойти и посмотреть на каракули, намалёванные кем-то на бумажке, чтобы рассказать, где эта улица, где этот дом, особенно, знай он – где. Но сейчас ему стало понятно, что мужчине необходимо подманить их как можно ближе к машине. Зрение, улучшенное в медицинских лабораториях Дворца и наблюдательность, отточенная на равнинах и в лесах мира Терпа, не подвели Лиса: когда мужчина выбирался из «Тойоты», под лёгким летним пиджаком мотнулась кобура с пистолетом. Глава 3 Лис не знал, поняла ли Монра что-либо в этой ситуации, но надеялся на сообразительность подруги, которую та уже не раз проявляла. Он быстро выхватил из кармана маленький лучемёт и направил оружие на мужчину. – Сядь в машину, – приказал негромко Лис, – и валите отсюда! Мужчина немного опешил, но также как и бугай в блинной не понял назначение небольшого и совсем не страшного на вид предмета. – Я просто хотел… – Мужчина улыбнулся уже натянуто и сделал ещё шаг по направлению к Лису. – В машину, я сказал! – В голосе Лиса зазвучала такая угроза, что мужчина всё же остановился. Он как бы в растерянности взглянул в сторону, но этот манёвр не обманул Лиса: тут был явный расчёт на то, что и он невольно посмотрит в том же направлении и потеряет очень ценную сейчас секунду-другую. Правая рука мужчины медленно и небрежно начала скользить к кобуре, висевшей под пиджаком. Лис нажал на кнопку, активирующую оружие. Мужчину швырнуло о борт машины. Он приложился так, что на поверхности задней дверцы, там, где ударилась голова, образовалась вмятина. Бесчувственное тело скатилось в канаву под уклон и осталось лежать в высокой траве, растущей у небольшой лужицы, куда подтекала вода из колонки. Лис приготовился выстрелить в тех, кто был в машине, справедливо ожидая, что они могут вмешаться. Монра рядом с ним уже сориентировалась и тоже изготовилась к стрельбе, но машина неожиданно резко, с пробуксовкой, рванула с места и умчалась по проулку, пугая разгуливающих кое-где кур. Лис оглянулся по сторонам: на их счастье никого из случайных прохожих в непосредственной близи не было. Мужичонка, возившийся с «Запорожцем» метрах в трёхстах от колонки, озирался, привлечённый резко промчавшимся автомобилем, но явно не понимал, что случилось. Он помотал головой, сплюнул и снова занялся своим драндулетом. Тело, упавшее в глубокую канаву, похоже, никто не заметил. Лис быстро подскочил к лежавшему в углублении мужчине и вывернул карманы. Вспоминая детективные фильмы, виденные в своё время на Земле, и стараясь не оставлять отпечатков пальцев, он исследовал и кобуру с пистолетом: Пистолет был обычным пистолетом Макарова, но с навёрнутым глушителем. Карманы неизвестного оказались практически пустыми, не считая мятого носового платка, маленькой связки ключей и бумажника. Поскольку рассматривать содержимое бумажника времени не оставалось, Лис сунул трофей в карман, и они быстро удалились с места происшествия. Пройдя по узкому непроезжему проулку, имевшему скорее статус тропинки между убогими покосившимися заборами, они очутились на улице, выходившей к небольшой площади перед местным колхозным, как его когда-то называли, рынком, хотя колхозные продукты на нём практически никогда не были представлены. В основном здесь торговали частники, продававшие произраставшее и выкармливаемое на личном подворье. Возле рынка почти всегда царило значительное оживление, и здесь даже имелись шансы на какое-то время затеряться среди народа. Пройдя немного по улице, поднимавшейся в горку, они миновали самый крупный в Сысерти ресторан и очутились у входа в местный парк, расположенный на берегу пруда. В парке среди нескольких незатейливых аттракционов Лис увидел небольшое летнее кафе, расположенное так, что с улицы многие столики закрывались кустами. Он усадил Монру за один из столиков, не просматривавшийся из-за декоративного заборчика парка, и заказал пива у молоденькой продавщицы, выполняющей одновременно и обязанности официантки. Времени было в обрез, но им требовалось успокоиться и подумать, как действовать дальше. Миловидная девушка протёрла столик, поставила заказанное пиво в высоких запотевших пластиковых стаканах и ушла, стрельнув любопытным взглядом по парочке. Лис подождал, пока она отойдёт, и вытащил трофейный бумажник. Прежде всего, Лиса привлекло водительское удостоверение, выданное на имя Замарова Олега Николаевича 1958 года рождения. Удостоверение было точно такое же, как и в сумке Ингвара Яновича, маленькое с цветной фотографией. Кроме водительских прав из документов нашлось также удостоверение частного охранника от охранной фирмы «Магна» и разрешение на ношение оружия – пистолета Макарова, а также небольшая пластиковая карточка на имя того же Замарова от Мосбизнесбанка с трёхцветным флажком, на котором стояла надпись латинскими буквами «Visa». Поразмыслив, Лис сообразил, что это, очевидно, так называемая банковская кредитная карточка. «Вот, в России и такие появились», – подумал он. Удостоверение частного охранника позволило ему вздохнуть облегчённо: оглушённый мужчина не являлся сотрудником каких-либо государственных органов – МВД или, не дай бог, КГБ. Ещё в бумажнике оказались наличные деньги на сумму около полутора тысяч рублей «новыми» и небольшой листок бумаги с номерами телефонов, против которых стояли какие-то непонятные пометки и инициалы. – Информации не много, – констатировал Лис, сложив всё, кроме листка с телефонами, обратно в бумажник. – Этот список мы постараемся проверить позже. Монра, внимательно следившая за манипуляциями Лиса и успевавшая посматривать по сторонам, сказала: – У меня, знаешь ли, ощущение, что нам нужно как можно скорее убраться отсюда. – Наши ощущение поразительно совпадают! – хмыкнул Лис. – Я думаю о том же, но автобус отпадает: там мы будем как в западне. Однако просто топать по улицам туда, – Лис махнул рукой на выезд из городка, – нам тоже нежелательно, сама понимаешь: мы слишком заметные здесь. Он стукнул с досады кулаком по столу: – Перемудрили мы, планируя наш отъезд. Надо было просто ловить попутную машину на шоссе вдогонку за Терпом: уже бы в Свердловске были. – В Екатеринбурге, кажется, – поправила Монра. – Ну да, – машинально кивнул Лис. – А если поймать эту самую машину где-нибудь тут, на улицах? – Здесь маленький городишко, тут никто, может, и не повезёт до Сверд… до Екатеринбурга. Вот чёрт! – усмехнулся он. – Раньше я сам всегда говорил, что город должен называться Екатеринбургом, поскольку это было историческое название, а сейчас – не могу привыкнуть! – Ничего, ещё успеешь привыкнуть. Если дадут… – мрачно пошутила Монра. – Да уж… Но, может быть, ты права: попробуем поймать кого-то, кто согласиться увезти нас отсюда – мы же можем заплатить. Я думаю, стоит поговорить с водителями возле рынка: там много машин, возможно, и найдём кого-нибудь. Ведь чем дольше мы сидим тут, тем вероятнее, что в блинной поднялся шум. Да и эти на «Тойоте», наверное, уже сообщили своим о наших нестандартных средствах самообороны. Хотел бы я знать, кто они? Не думаю, что и частные охранники ищут простых бандитов. Вот в этот раз на нас, похоже, точно вышли именно те, кого мы опасаемся. – Может, хватит рассуждать, пойдём искать транспорт? – предложила Монра. – Да, – согласился Лис, – только сделаем так: я иду впереди, а ты метрах в пятидесяти сзади. Если кто-то нас ищет, то наверняка ищут двоих – мужчину и женщину. Слабоватый трюк, конечно, но может сработать, и нас, по крайней мере, не сразу заметят. Я пойду, а ты через полминуты за мной! Лис вышел из парка и, не спеша, двинулся к базарной площади. Метров через пятьдесят у низкой ограды он как бы невзначай обернулся: Монра как на прогулке шла через парк, лениво посматривая по сторонам. По мере того, как субботний день приближался к своему пику, оживление в районе рынка так же достигало максимума. У обочин уже стояло изрядное число автомобилей, а движение на улице стало куда более оживлённым, чем во времена, которые помнил Лис. Среди машин мелькало много знакомых «жигулей» и новых «лад» такого же типа, что и машина, доставившая Лиса и Монру в Сысерть. Некоторые из подобных автомобилей были обычными «седанами», но большинство имели укороченный сильно скошенный задок с пятой дверью. Все они, судя по надписям на задних дверях и крышках багажников, назывались «Лада-Спутник». По типу кузова Лис назвал бы их «универсалами» как и знакомые ему модели ВАЗ-2102 и 2104, но наклон задка был гораздо слишком уж пологим. Привлекши на помощь познания в английском, он вспомнил, что такие машины называются ещё «хэтчбэками» – «люк сзади». Кроме этих Лис заметил несколько совершенно иных моделей тоже с вазовскими эмблемами на решётка радиатора, но уже с совершенно иными формами кузова. На крышке багажника стояла надпись «лада 110», поэтому, несмотря на достаточно тревожную ситуацию, Лис не мог не потратить пары минут на изучение автомобиля, который остановился неподалёку. Машина красивого бирюзового цвета сперва показалась Лису самой настоящей иномаркой, и он уже готов был сказать про себя что-то вроде «Ну вот, научились, кажется, делать, как надо!». Но, подойдя поближе, Лис увидел плохо подогнанные стыки кузовных панелей, кривовато посаженные задние фонари и отстающие уплотнители дверных стёкол – и всё это, несмотря на то, что по состоянию краски машина явно недавно сошла с конвейера. Изучив машину сбоку, Лис пришёл к выводу, что заднее крыло непомерно высокое, а колёсная арка низкая, и это придаёт всей задней части автомобиля тяжеловесный и неуклюжий вид. Разглядывая автомобиль, Лис успевал бросать косые взгляды на Монру. Та ленивой походкой двигалась вслед на условленной дистанции, а после того, как Лис задержался, рассматривая автомобиль, Монра тоже приостановилась и стала глазеть по сторонам, небрежно перебрасывая сумку с одного плеча на другое. Она медленно двинулась вдоль лотков, во множестве стоявших вдоль улицы, как бы изучая их содержимое. У одного прилавка Монра задержалась. Какой-то кавказец, торговавший бананами, явно выращенными не на берегах Терека, настойчиво начал совать ей целую гроздь, но Монра ухмыльнулась с таким презрением, что даже у столь нахрапистой личности, как южный продавец, не достало наглости продолжить домогательства. Вернувшийся владелец заинтересовавшей Лиса машины подозрительно покосился на человека, пялившегося на его сокровище. Лис поинтересовался, не довезёт ли хозяин до Сверд…, то есть до Екатеринбурга, разумеется, за хорошую плату. Мужчина немного странно посмотрел на Лиса, категорически и как-то нервно отказался, сел в машину и укатил. Походив минут двадцать взад-вперёд, Лис понял, что найти шофёра, согласного везти их за пятьдесят километров, не так-то просто. Основной контингент водителей легковушек здесь составляли либо дачники, приехавшие прикупить провизию, либо местные жители, озабоченные собственными проблемами. Только один раз, услышав его разговор с владельцем сильно потрёпанной «тройки», услуги предложил парень на пикапе «Иж», но у него имелось только одно место в кабине. Водитель развёл руками, несмотря на два «стольника», обещанных Лисом: – Извини, друг, да хоть тысячу дай: второго-то пассажира я куда дену? У меня в кузове товар будет, туда никак не влезешь. Однако разговор с этим шофёром навёл Лиса на мысль поискать не легковое, а попутное грузовое средство передвижения. Не так комфортно, конечно, зато, возможно, менее заметно. Потом он вспомнил о возможных милицейских постах на дороге и решил, что это также не самый лучший вариант: в связи с поиском некой банды грузовые машины будут обыскивать наверняка ещё внимательнее, чем легковые. Честно говоря, Лис уже начинал нервничать. Ему хотелось как можно быстрее оказаться в большом городе, где можно намного легче, чем в маленькой Сысерти, раствориться в массе людей. Бродя по улице от машины к машине, он чувствовал себя открытым всем любопытным взглядам. Если преследователь или преследователи оказались настолько могущественными и осведомлёнными об их перемещениях, что почти сразу же после прохода в мир Земли послали для уничтожения маленькой группы вертолёт, а потом выследили их и в Сысерти, то с минуты на минуту можно было ждать новых неприятностей. Тем более, Лис и Монра нисколько не желая того, успели «наследить» в блинной, давая повод вмешаться и легальным правоохранительным организациям. Кроме того, Лис чувствовал, что за прошедшие тут на Земле пятнадцать лет многое изменилось, и он далеко не всё понимает и не всегда умеет адекватно себя вести, не привлекая лишнего внимания. Мир Земли стал ему в такой степени незнакомым, что на планете Граней он чувствовал бы себя сейчас куда более уверенно. Поэтому хотелось поскорее вновь оказаться рядом с Терпом, который был в курсе основных событий на Земле и мог подсказать, как лучше действовать в той или другой ситуации. Вообще им с Монрой уже давно полагалось бы быть в Сверд…, то есть, дьявол, в Екатеринбурге. Столько времени потеряли! Тут Лис вспомнил про необходимость обзавестись часами. Прямо напротив рынка располагался магазин «Промтовары», существовавший тут много лет, и всё ещё действовавший. Лис показал знаками Монре, чтобы она следовала за ним, и вошёл в магазин. Разнообразие товаров, в основном импортных, в торговом зале уже не удивило. Лис высмотрел прилавок с часами, и, выбрав пару электронных «Casio», показавшихся ему практичными и удобными, расплатился у кассы. Настроить часы пришлось с помощью продавца (молодого парня, чего никогда не наблюдалось тут раньше – за прилавком в былые годы работали только женщины), и вручил одни Монре. – Теперь мы можем назначать друг другу свидания и быть уверенными, что придём вовремя! – пошутил он. – Лучше бы нам поскорее отсюда уехать, – вздохнув, сказала Монра. Лис кивнул: ему не нравилось, что их пребывание в Сысерти затягивалось, показываться на автовокзале теперь не стоило, а уехать быстро на «частнике» всё не получалось. Прикидывая, как же лучше действовать теперь, они довольно рассеянно рассматривали товары на полках и прилавках, посматривая через большое стекло витрины на улицу. Несмотря ни на что, большого выбора, казалось, не оставалось, и следовали попробовать и далее найти машину, водитель которой согласился бы довезти до Екатеринбурга. Лис собирался уже вернуться к продолжению бесед с водителями на площади, когда заметил медленно проехавшую по улице знакомую белую «Тойоту». В машине сидели двое. Лис спокойно, чтобы не привлекать внимания, встал в дверях и посмотрел, куда направилась машина. «Тойота» проехала вниз по улице метров сто пятьдесят и остановилась у обочины. Водитель вышел из неё, и Лис сделал шаг назад в магазин, но человек просто подошёл к уличному киоску и купил сигареты. Лис думал, что «Тойота» сразу же тронется, но неизвестные не торопились уезжать. Они курили, сидя в машине, и, очевидно, совещались – Лис видел струйки дыма, периодически выпускавшиеся из окон. И тут он принял неожиданное решение. Возможно, получасом ранее, Лис, убедившись, что люди в автомобиле их не видят, схватил бы Монру за руку и потащил прятаться в узенькие переулки. Но нервное напряжение достигло такого предела, когда, на счастье, у Лиса на подсознательном уровне включалась мощная интуиция действия. Он не мог дальше терпеть неизвестность, не мог просто убегать, не зная толком, от кого бежит, тем более, когда был уверен, что бежать приходится не от КГБ – самой страшной, по его мнению, силой в данной ситуации. Такой неизвестности следовало положить конец, а сделать это сейчас можно было лишь резкой, стремительной атакой. Когда не располагаешь мощью для ведения размеренного планомерного наступления, многое может дать быстрый решительный бросок, острый, как укол шпагой. Или встретишь быструю смерть, или добьёшься результата. Поэтому Лис сказал: – У меня появилась сумасшедшая идея… Монра вопросительно посмотрела на него и окинула взглядом улицу, прикидывая, куда можно дать дёру. – Предлагаю покататься с нашими преследователями… – выпалил Лис. – Ты с ума сошёл! – Монра вытаращила глаза. – Ещё не совсем, но эта неизвестность сводит меня с ума! Слушай, сейчас они нас явно не заметили. Предоставь всё мне. Я пойду один, и если, не дай бог, что-то не выйдет, у тебя есть адрес обоих квартир Трепа в Екатеринбурге. Постарайся, во что бы то ни стало, добраться туда, а пока встань вон за тем киоском и следи. Если мой план не сработает, действуй дальше по обстановке, тебя учить не надо. Если всё будет нормально после того, как я сяду в машину, я махну рукой из окна. Тогда быстро подходи и садись тоже. Ну, с богом! И, не давая Монре сказать ни слова возражения, Лис быстро двинулся к белому автомобилю. Азартное возбуждение охотника вновь каждую клетку тела – так ему надоело быть дичью, роль которой он играл в последнее время слишком часто. «Я из вас выбью всё!» – зло подумал Лис, стараясь как можно более небрежно и вместе с тем быстро передвигать ноги по неровному сысертскому тротуару. Когда до автомобиля, стоявшего у обочины, оставалось всего несколько метров, Лис точно понял, что сидящие в машине его не видят. Люди о чём-то спорили, не обращая внимания на происходившее вокруг, но Лис ошибся, решив, что в машине они одни: там находился и третий человек, отрешённо откинувшийся на заднем сиденье – тот, которого уже подобрали из канавы. За несколько секунд Лис рассмотрел этих людей лучше, чем в момент стычки у водопроводной колонки. Этим двоим тоже было на вид лет по сорок, сорок пять. Крепкие, хорошо сложённые мужчины, с такими надо действовать быстро, чтобы не позволить действовать им. Лис вытащил свой миниатюрный лучемёт, рывком распахнул заднюю дверь (благо, она оказалась незапертой) и уселся на сиденье рядом с уже знакомым господином Замаровым, совершенно не реагировавшим на происходящее после лучевого удара и последовавшего бодания головой бока машины. – Всем сидеть тихо! – решительно скомандовал Лис и, не мужчинам опомнится, опустил кнопки дверей водителя и пассажира, чтобы те не могли в случае чего быстро выскочить из салона. – Привет, парни! Для водителя и пребывавшего в сознании пассажира появление незнакомца оказалось настолько неожиданным, что на мгновение оба лишились дара речи. Но чувствовалось, что в себя такие люди приходят быстро. Сидевший впереди справа помедлил секунду-другую, и небрежно выбросил левой рукой окурок сигареты в приоткрытое окно, пытаясь отвлечь этим движением внимание Лиса, а правую начал медленно вести за пазуху. – Не дури, приятель! – Лис легонько ткнул в спину человека лучемётом. – Руки на переднюю панель! А водитель – на руль! – Вы по ка-акому праву садитесь в чужую машину! – повышая голос и растягивая слова, начал пассажир, продолжая медленно двигать кисть к висевшей под мышкой кобуре. – Я тебя предупреждал, дурак! – с сожалением промолвил Лис и послал импульс пассажиру в затылок. Он немного не рассчитал мощность на малой дистанции внутри салона. Мужчину толкнуло так, что он припечатался к лобовому стеклу, чуть не выбив его частью черепа, по которой оно получило своё название, и обмяк в кресле. Водитель, оказавшийся более покладистым, уже держа руки на руле, испуганно вскрикнул: – Вы что, с ума сошли! Кто вы, почему…? – Пока я желаю узнать, чего надо вам? – перебил Лис. – И не ори, я зря не убиваю. Ты уже, наверное, убедился, что товарищ Замаров, жив. Жив и этот придурок, оклемается часа через три, только лёгкое сотрясение получит. Он быстро осмотрелся, но никто на улице не обратил внимания на маленький инцидент внутри автомобиля. Высунув руку наружу, Лис сделал условленный знак. После того, как Монра уселась рядом, он приказал ей не спускать глаз с водителя, а сам забрал оружие у обоих мужчин. Он также вытащил пистолет у бесчувственного Замарова, но вернул в карман пиджака взятый ранее бумажник. – Как видишь, мы даже не грабители, – заметил Лис, показав бумажник водителю. Разрядив пистолеты, Лис вытер отпечатки пальцев платком Замарова, свалил оружие в карман на спинке одного из передних сидений и приказал: – Теперь поехали! – Куда? – нервно спросил водитель. – Пока прямо! Выезжай на тракт и дуй в сторону Екатеринбурга. По дороге будешь отвечать на вопросы. – Какие вопросы, что вам надо, ребята? Я не понимаю, если вам машина нужна… – Всё ты понимаешь! – оборвал Лис, – Поехал, кому сказано! Водитель завёл мотор и тронул машину. – Ребята! – снова просительно начал он. – У меня ведь семья… – Да никто тебя трогать не собирается! Расскажешь, что знаешь – и отпустим! Но без глупостей, если хочешь назад к семье, – предупредил Лис. Машина подъехала к выезду на старый тракт Свердловск – Челябинск и свернула налево. – Первый вопрос, – с расстановкой начал Лис, – кто вас послал следить за нами? – Ребята, по-моему, вы меня с кем-то спутали, – с облегчением, выглядевшим, впрочем, достаточно наигранным, сказал водитель. – Вы сели не в ту тачку. Вы на каких-то «крутых», наверное, работаете? На разборки кого-то вытаскиваете? А мы просто приехали сюда в гости и искали дом… Лис не совсем понял, что означают в данном контексте слова «крутых» и «разборки», но мягко похлопал мужчину по плечу: – Много говоришь, и всё не по существу. В гости приехали, значит, с «пушками» под мышками? И с глушителями каждая? Не завидую тем, к кому вы в гости собрались. Водитель чуть сник, но тут же снова начал вворачивать свою «легенду»: – Мы частные охранники, работаем в серьёзной фирме, поэтому с оружием. Если наш босс узнает, что вы на нас напали, он вас из-под земли достанет. Я не хочу пугать, но, ей богу, не шучу. Отпустите меня и, так и быть, я не буду ему докладывать. Вот только ребята могут доложить… Придётся вам денег нам дать, как бы компенсацию, значит. – Посмотри, как он о нас заботится, – усмехнулся Лис. – Да ещё денег с нас получить желает! Ну, в общем, так, повторяю: не мели языком зря, отвечай точно на вопросы. Попытаешься по дороге выкинуть какой-нибудь номер, например, заорать, начнёшь тормозить, где не нужно или что-то такое – пеняй на себя! Этой штукой, – Лис ткнул в плечо водителя лучемётом, – можно и не оглушить, а просто убить. Если у меня не останется другого выхода, я так и сделаю. Ты понял? – Понял… – Водитель покосился на лучемёт. – Будь начеку, – посоветовал Лис Монре на языке Творцов, – не сомневаюсь, он прикидывается, что напуган, а сам будет ждать момента. Парни они крепкие и, судя по всему, бывалые. Монра кивнула. – Вы что, иностранцы? – искренне удивился водитель. Лис снова наклонился вперёд и сдавил ему плечо: – Ужас, ну и дурак же ты! Сказано же: помолчи, не открывай рот, пока тебя не спросят. Не твоего ума дело, хоть кто мы – иностранцы, пришельцы, черти, дьяволы. А мы пока посмотрим, кто вы такие. С анкетными данными вашего приятеля мы познакомились, теперь ваши узнать пора… С этими словами Лис покопался в карманах переднего пассажира, а затем, стараясь не мешать вести машину, обшарил пиджак водителя и занялся изучением найденного. По документам оба числились охранниками той же фирмы «Магна». Водителя и пассажира звали Артём Иванович Смирнов и Александр Михайлович Шкурко, 1959 и 1956 года соответственно. У обоих кроме водительских прав и удостоверений охранников имелись и паспорта. Шкурко был прописан в городе Каменск-Уральский, а Смирнов в Екатеринбурге на улице Ясной. Других любопытных вещей в карманах не нашлось, кроме заинтересовавшей Лиса продолговатой коробочки с коротким стержнем на одном из торцов, жидкокристаллическим дисплеем и кнопками – видимо, устройство связи. – Неплохая рация, – негромко себе под нос сказал Лис, взвешивая маленькую коробочку на ладони. Водитель удивлённо посмотрел на него: – Это же телефон, «сотик»… – М-да? – протянул Лис и вспомнил про так называемые сотовые телефоны: в начале восьмидесятых он читал о системах сотовой связи разрабатываемых в странах Европы и в Америке. Значит, и это в России появилось. На обратной стороне устройства виднелась длинная цепочка цифр, написанных несмываемой ручкой разными группами по две и по три. – Это номер телефона? – спросил Лис. Водитель снова покосился на него: – Да, но через восьмёрку надо набирать. Вы его можете, конечно, забрать, но учтите, что, когда узнают о пропаже, номер заблокируют. – Понимаю, – заверил Лис, засовывая телефон в карман, – и снова говорю: отвечай только тогда, когда я тебя спрашиваю. Поменьше комментируй, умник. Водитель замолчал. Они как раз выезжали из Сысерти – кончались последние домики. Лис снова ехал тем же маршрутом, что попал сюда, и впереди снова лежала неизвестность. Если только водитель не прояснит ситуацию, а он, похоже, парень достаточно крепкий и артистичный, из него так просто много не выбьешь. Где-то нужно будет остановиться, ведь не в городе же его допрашивать, а на дороге не удобно… – Метров через двести повернёшь налево, – сказал Лис. – Там будет съезд с дороги в карьер. – Ты хочешь устроить допрос по полной программе? – снова спросила Монра языке Творцов. Лис кивнул. – Может быть, лучше не тратить время: допросим по дороге. Нам же нужно быстрее попасть к Терпу. – По дороге может возникнуть масса непредвиденных обстоятельств, те же посты милиции могут быть, а я хочу не просто быстрее попасть в город, но и узнать как можно больше. На ходу это всё-таки не то, согласись, нужна более спокойная обстановка. – Ты собираешься сделать укол ПП? – Естественно! Он наверняка постарается что-то скрыть или недосказать, а «выбивать» из него признания действительно нет времени. Да я и не очень люблю такие забавы, признаюсь. Особенность «препарата правды», имевшегося у Творцов, позволяла не вгонять получившего инъекцию в состояние наркотического опьянения, а просто лишать способности не ответить или солгать на поставленные вопросы. Правда, следовало задавать эти вопросы правильно: если человека, находящегося под действие ПП, не спросить о чём-то конкретно, то он может и промолчать по этому поводу. Машина свернула с шоссе и закачалась на грунтовке, ведущей в котлован, начинавшийся недалеко за плотной стеной соснового леса, полностью скрывавшего его из виду с шоссе. Формой карьер походил на не слишком правильный круг со средним диаметром не более трёхсот метров и не был постоянно действующим. Здесь при необходимости брали крупный песок для строительных нужд района. По тишине, царившей сейчас в котловане, Лис понял, что такое положение дел сохранилось. Водитель притормозил перед большой лужей, занимавшей почти всю середину проезда: – Куда ехать-то? – Вперёд! – приказал Лис. – Объезжай лужу проедешь подальше вглубь карьера и встанешь, где место поровнее. В основном дно карьера было ровным и плотным, так что машина легко проходила везде. Здесь, правда, имелось великое множество луж, которые после дождей сохранялись очень долго, но их ничего не стоило объехать. В более глубоких ямах, скопились целые озерца воды, где росли даже камыши. Машина медленно двигалась по дороге, накатанной через карьер грузовиками. Лис приказал водителю свернуть за большую кучу пней, сдвинутую бульдозером на край огромной лужи, и встать за корягами на почти ровной площадке, упиравшейся в обрыв с торчащими корнями сосен. Попросив Монру не спускать глаз с водителя, Лис вытащил бесчувственных горе-сыщиков из машины. Осмотрев багажник, он нашёл кусок верёвки и связал незадачливых охранников. Пистолеты и обоймы Лис выбросил в стоячее озерцо. Взяв из сумки устройство для инъекций, Лис приказал водителю выходить из машины, снять пиджак и закатать рукав рубашки. Мужчина подозрительно покосился на иньектор: – Я не хочу, чтобы вы меня кололи… – Он замотал головой. – Я и так отвечу обо всём, что знаю, честное слово! Лис вздохнул: – Слушай, Артём Иванович, не смеши меня со своим честным словом! И не заставляй применять силу: поверь, ты будешь чувствовать себя паршиво – взгляни на своих друзей. А так я просто сделаю тебе укол, и мы сможем получить правдивые ответы, не прибегая к пыткам. Может быть, ты мазохист и предпочёл бы издевательства, но у нас нет времени доставлять тебе такое удовольствие. Давай!.. Монра для большей убедительности приставила лучемёт к голове водителя, и Артём Иванович нехотя подчинился. Начав подгибать рукав рубашки, он на секунду замешкался и бросил быстрый взгляд по сторонам. – Не глупи, Тёма, – почти ласково посоветовал Лис, – тем более, раз семья тебя ждёт. Не глупи! Через пятнадцать минут Лис и Монра узнали всё, а, точнее, поняли, что они почти ничего не узнали. Все трое действительно числились частными охранниками в так называемом обществе с ограниченной ответственностью «Магна». Охраняли же они не само это общество, а работали на его владельца, некоего Фахрутдинова Марата Валерьевича, державшего их, как и ещё троих парней, для специальных поручений. Как полагал Смирнов, Фахрутдинов работал не сам по себе, а действовал от лица кого-то другого, но кого конкретно Смирнов не знал – просто он несколько раз слышал, как Фахрутдинову звонили и приказывали сделать то-то и то-то, значит, над ним стоял некто более главный. Так произошло и на этот раз: приказали задержать людей, мужчину и женщину по писанию похожих на Лиса и Монру. То, что преследователи нашли их так быстро, тоже объяснилось просто: Фахрутдинов и четверо его людей как раз пребывали в коттедже в паре километров от Сысерти. Поступил телефонный звонок от неведомого охраннику лица, и босс приказал Смирнову, Шкурко и Замарову немедленно выехать и найти Лиса и Монру. Один человек остался с Фахрутдиновым в доме. Лис спросил, живёт ли в коттедже ещё кто-то – оказалось, что нет. В принципе, Фахрутдинов был женат, но жена и дети здесь никогда не бывали, для семьи у Фахрутдинова имелась вторая дача в другой стороне от города на озере Балтым. Сейчас же его домочадцы вообще находились на отдыхе в Испании. – Вам приказали нас убрать? – спросила Монра. – Нет-нет, – замотал головой Смирнов, – мы должны были под любым предлогом или силой заставить вас поехать с нами. В крайнем случае, сказали стрелять по ногам. А если бы как-то не получилось, то хотя бы проследить, куда вы направитесь. – И на кого же работает твой босс? – Я не знаю, это не наше дело. Марат Валерьевич нам платил, а лишних вопросов он не любит. Правда, Шкурко слышал, как Марат Валерьевич называл звонившего ему человека Михаилом Петровичем. Больше я ничего не знаю. – Сколько босс вам платил? – Две тысячи баксов, плюс бесплатная кормёжка и одежда, кроме того, все рабочие расходы, автомобиль в нашем распоряжении, премии иногда. – М-да, неплохо, – задумчиво сказал Лис, даже по отрывочной информации, полученной от Терпа, и по уже виденным ценам понимавший, что такая зарплата для нынешней России – более чем высокая. Он подробно записал адреса Фахрутдинова и офиса фирмы «Магна» в Екатеринбурге, а также все телефоны, которые знал Смирнов. Номера на бумажке, найденной Лисом в кармане Замарова, оказались телефонами для связи с другими людьми Фахрутдинова и некоторыми нужными для работы инстанциями, с которыми у шефа был контакт. Смирнов не слышали про вертолёт, и, насколько мог судить, и Фахрутдинов ничего не знал. Это свидетельствовало, что, либо Фахрутдинов тоже был исполнителем не слишком высокого уровня, либо… Лис пока не мог предположить иного варианта. Везение в данной ситуации определённо состояло в том, что Смирнов и Шкурко после инцидента с Замаровым пока ничего не успели доложить боссу, убоявшись его гнева за провал в, казалось бы, простой ситуации. Забрав из канавы своего коллегу, они повертелись немного по Сысерти, прикидывая, нельзя ли вообще скрыть случившееся. Сказать, что просто никого не нашли, было нетрудно, но только вот чем объяснить боссу состояние Замарова? Когда Лис захватил охранников врасплох, они как раз обсуждали возможные отмазки, куря сигарету за сигаретой. Лис призадумался. Монра в ожидании тоже молча смотрела на него. – В общем, так, – решил, наконец, Лис. – Когда увидишь своего шефа… – Вы меня отпустите? – с плохо скрываемой надеждой спросил Смирнов. – Сказал же, что отпустим. – А я бы никого из них не отпускала, – негромко заметила Монра на языке Творцов. – Я хочу постараться доказать, что мы никому не хотим делать плохо, и, может быть, удастся как-то договориться, – ответил Лис. – Ведь уже ясно, что это не шаровики, а, возможно, кто-то из ваших. Кто знает?… Монра пожала плечами. – Ну, а ты скажешь боссу, – продолжал Лис по-русски, – чтобы он связался с тем, кто им командует, с этим Михаилом Петровичем… – Я не могу говорить боссу про Михаила Петровича! Я вообще случайно знаю это имя, и Марату Валерьевичу такое не понравится… – Хорошо, не упоминай имён! Просто передай, что люди, которых хотел выследить твой босс, желают говорить с его хозяином, именно с хозяином, а не с ним самим! Больше ни от тебя, ни от твоего Фахрутдинова ничего не требуется. Но это – потом, когда увидишь босса лично. Пока же Лис приказал Смирнову вызвать шефа по радиотелефону и доложить, что разыскиваемые заметили слежку и ушли в лес. Шкурко и Замаров по легенде Лиса отправились преследовать беглецов. Фахрутдинов несколько растерялся от такого сообщения. План Лиса потянуть время полностью удавался, поскольку, судя по поведению Фахрутдинова, ему теперь явно требовалось доложить о подобном повороте событий тому, кто им командовал. Приказав Смирнову жать вызова, Марат Валерьевич отключился. – Ну, вот и прекрасно, – подытожил Лис. – А теперь повезёшь нас в Екатеринбург. Он переключил иньектор на усыпляющие уколы и вкатил связанным Шкурко и Замарову по дозе снотворного, чтобы они тихо просидели в карьере как можно дольше. Когда машина выезжала на шоссе, Монра сказала Лису на своём языке: – Я всё-таки поражаюсь, как быстро этот Он или Они нас выследили. Откуда там быстро могло появиться описание нашей внешности? И почему речь шла только о нас двоих. – Это меня тоже волнует, – Лис потёр подбородок. – И именно поэтому я начинаю тревожится за Терпа. Глава 4 Несмотря на опасности, которые в нынешнем положении могли подстерегать их на каждом шагу, Лис с любопытством разглядывал окрестности, проносившиеся за стёклами машины. И дело было не только во внимании, требуемого к окружающему. Как ни пытался Лис все эти годы сам себе доказывать, что на Землю его не тянуло, сейчас он живо интересовался изменениями, произошедшими здесь за пятнадцать лет. Возможно, интерес был намного меньше, если бы волею обстоятельств Лиса сейчас забросило в районы планеты, где до этого он никогда не бывал. Но на родине, там, где провёл часть детства и юность, желание понять, что нового появилось за время его отсутствия, оказалось огромным. Правда, неких «глобальных» перемен, внутренне ожидаемых Лисом во всём (особенно после поразившего изобилия товаров на прилавках в Сысерти), он не увидел. Хотя деревня Кашино, через которую они проехали, обросла массой новых домов и коттеджей, и особенно вдоль тракта в сторону Екатеринбурга, но такое не являлось на взгляд Лиса принципиальной переменой. Качество асфальтового покрытия дороги за эти годы не изменилось в лучшую сторону. Лису даже показалось, что дефектов, заделанных наспех, сейчас было больше, но он мог и ошибаться. Кое-где от шоссе в сторону отходили новые дорожки и проезды с твёрдым покрытием, ведущие к дачным массивам, но это не меняло общей картины: главная магистраль не стала ни шире, ни ровнее. Качественное изменение опять же из сферы потребительского рынка бросилось Лису в глаза рядом с заправкой на въезде в деревню. Заметив сквозь деревья на изгибе дороги знакомый, так сказать, по прошлой жизни силуэт заправочной станции, Лис с интересом стал смотреть на приближающуюся АЗС и окончательно убедился, что проблем с бензином на ней явно нет. Как, наверное, и на всех остальных заправках страны – собственно, Лис начал догадываться об этом ещё в той же Сысерти. В последние годы его пребывания на Земле заправка горючим, так же как и многое другое в стране Советов вошла в категорию добывания дефицитных тваров. Сам Лис покупал бензин у знакомой девицы, работавшей на заправочной станции, расположенной практически за городом, и брал запас литров по сто-сто пятьдесят, набивая машину канистрами. Сейчас у знакомой ему заправки Лис увидел большой щит с информацией о наличии бензина и ценах на него. Против всех табличек – и «д/т», и «АИ-76», и «АИ-92», и даже «АИ-95» красовались слова «Есть»! И лишь у одной из колонок стоял автомобиль – здоровенный и какой-то нахальный импортный джип. Объехав большой стационарный пост ГАИ на развязке с новым шоссе Екатеринбург-Челябинск, машина вновь свернула на старый челябинский тракт. Ранее, пока водитель находился под воздействием «наркотика правды», Лис узнал, какой путь в город является оптимальным с точки зрения возможности встречи с постами автоинспекции. По словам Смирнова, получалось, что лучше всего было двигаться именно по старой дороге через городок Арамиль и птицефабрику: там теперь практически не располагалось ни одного стационарного поста ГАИ. Когда автомобиль уже мчался по старому тракту, в кабине запел сигнал вызова на аппарате, установленном между передними сиденьями. Взглянув для уверенности на часы и убедившись, что препарат точно уже не действует и Смирнов снова способен лгать, Лис приказал ответить, включив имевшуюся громкую связь. Это, как и ожидалось, оказался Фахрутдинов. – Ну, как, Артём? – поинтересовался он. – Ребята вернулись? У Фахрутдинова был густой несколько развязный голоса с тембрами человека, имеющего некоторое количество подчинённых. Лис сделал Смирнову рукой отрицательный знак. – Да рано ещё, Марат Валерьевич, – довольно естественно, по мнению Лиса, ответил Смирнов. – Те от них оторвались прилично, а из «Макара» да тем более с глушителем издали не достанешь. – Так-так, – сказал Фахрутдинов и чем-то смачно захрустел. – Вы только смотрите, не пристрелите их, придурки, только по ногам! Они мне живые нужны, поняли? Я же вам говорил! Без премии, блин, оставлю! – Да мы поняли, Марат Валерьевич, всё будет в ажуре, – бодро заверил Смирнов, а красноречия ему добавлял лучемёт, нажимавший на печень. – Ну, вот и хорошо, – промурлыкал Фахрутдинов. – Сделаете всё, как надо, я устрою тут пикничок оторваться, девок хороших приглашу. Если заслужите. – Спасибо, Марат Валерьевич, – подобострастно поблагодарил Смирнов. – Всё, работайте! – Фахрутдинов отключился. С минуту Лис сидел молча. Машина продолжала катиться по шоссе. «Что-то не вяжется», подумал Лис, но никак не мог понять – что. Вертолёт и Фахрутдинов, Фахрутдинов и вертолёт… Нет, судя по тому, что рассказал Смирнов, и то, как сейчас разговаривал Фахрутдинов, он не мог быть человеком, вызывавшим вертолёт. Может быть, вертолёт вызывал босс Фахрутдинова? Но тогда почему, имея возможности бросать на уничтожение троих людей вертолёты, он сейчас банально приказывает выслеживать их простым и не очень далёким охранникам какой-то частной фирмы? Ребята крепкие, но до великих профессионалов им явно далеко. Лис обернулся к Монре, сидевшую на заднем сидении. Она поняла его немой вопрос и пожала плечами, демонстрируя, что тоже теряется в догадках. – Останови машину! – вдруг приказал Лис. – Зачем? – насторожился водитель. – Ну и нудный же ты! Сказано – останови! – А где остановить-то? – Господи! – покачал головой Лис. – Не понимаю, как ты работал у своего босса? Тоже ему без конца вопросы задавал? Да у обочины и останавливайся! Тут до Лиса дошло, что Смирнов просто-напросто боится. – Ты не бойся, – заверил он мужчину. – Я же сказал, что ни один волос не упадёт с твоей головы, если ты не дашь нам повода. Водитель машинально кивнул, притормозил и остановился, съехав с асфальтового покрытия на отсыпанную мелким гравием обочину. Лис достал сотовый телефон и несколько секунд смотрел на панель с кнопками, соображая, как включается аппарат. На удивление, кое в чём система перекликалась с панелями управления, знакомыми ему по Дворцу, но сообразить как звонить он сразу не мог и протянул аппарат Смирнову: – Ну-ка, набери мне номер в городе… – Лис достал записку Терпа и продиктовал телефон первой квартиры, следя за тем, как водитель обращается с телефоном. Смирнов сделал всё как приказал Лис, и протянул ему трубку. Телефон не отвечал. Лис переглянулся с Монрой и уже сам, повторяя действия водителя, набрал второй номер. На этот раз трубку сняли после третьего гудка. – Слушаю! – Мужской голос произносил слова коротко и чётко. – Говорите! Лис на мгновение задержал дыхание: это был не Терп! – Простите, – медленно начал он, – ваш номер…? – И назвал номер телефона второй конспиративной квартиры. Казалось, вопрос о номере несколько озадачил человека на том конце радиотелефонной линии, и чеканность в голосе пропала. – Э-э… да, да, этот, – первое мгновение как-то неуверенно, а затем поспешно ответил незнакомец. – Вам кого позвать? – Иванова, – быстро попросил Лис первое, что пришло на ум, – Сергея Ивановича. – Вышел он! – На сей раз мужчина сориентировался уже быстрее. – Позже будет. Что передать? – Передайте: звонил Петров, еду к Сидорову, – ответил Лис и нажал кнопку сброса. – У Терпа на второй квартире засада, – сообщил он Монре на языке Творцов. – Сам он либо в плену, либо скрывается. Одно ясно: нам там появляться сейчас нельзя. – Ты думаешь, что он не попался все эти годы, а теперь вот так глупо дал себя взять? – удивилась Монра. Лис пожал плечами: – Кто знает, что изменилось? Теперь я даже не знаю, что нам-то делать… – Но если Терп жив и не в плену, нам нужно подумать, как с ним связаться, – сказала Монра. – А если он в плену, – продолжил Лис, – нам нужно придумать, как его вытащить. И даже если он мёртв, нам всё равно нужно разобраться с теми, кто его убил! – Ты сумасшедший! – Монра покачала головой. – Я же вижу: ты на Земле давно не был и во многом не ориентируешься. Тут даже появились незнакомые тебе средства связи – я заметила: ты даже не сразу понял, как номер набирать. Даже Терп лучше знаком с положением дел. – Естественно! – согласился Лис, – Но что же ты предлагаешь? У нас опять получается старый разговор. Ты же прекрасно понимаешь, что обратной дороги уже нет. Ну спрячемся мы в одном из ваших миров – нас рано или поздно найдут. Не хочу я провести остаток жизни зверем, скрывающимся от охотников, да и ты, полагаю, тоже. – Охотником, разумеется, быть лучше, – невесело усмехнулась Монра, – даже если тебе просто думается, что охотник ты. Но есть ли у тебя какой-то план действий? – Никакого чёткого плана пока нет, – Лис развёл руками. – У нас недостаток информации, поэтому нужно собрать её как можно больше, пока нас не обложили со всех сторон, и ещё остаётся свобода манёвра. Значит так: меняем направление движения, нужно тряхнуть его босса, – Лис кивнул на водителя: – И выбить всё, что тот знает, а там посмотрим. – Где же ты собираешься его тряхнуть? – удивилась Монра. – Сунуться прямо к нему в дом? – А почему бы и нет? Он нас не ждёт, а из того, что рассказал шофёр, ясно, что Фахрутдинов тоже не главная фигура, но уже может кое-что знать, существенное для нас. Наш подопечный, – Лис снова кивнул на Смирнова, – никогда не видел людей главнее, чем его босс, значит, в дом Фахрутдинова они не приезжают. Сейчас этот тип там только с одним охранником. Вот мы с ними и разберёмся. – Ну а потом? – Потом – суп с котом! – Что?! – удивилась Монра. – Ты всё шутишь? – Да! Я имею в виду: далее будем действовать в зависимости от того, что узнаем. А сейчас я другого варианта не вижу. Ехать в Екатеринбург? Но что делать там, с чего начать? Единственная зацепка – квартиры Терпа, но там засада, во всяком случае, на одной точно. Нам туда, скорее всего, тоже придётся сунуться, но для начала надо узнать побольше от Фахрутдинова. Ну, как, ты согласна с таким планом? Монра думала несколько секунд. – Что ж, действительно, иного пути не видно, – наконец сказала она. – Я уже заразилась твоей методикой: нас там не ждут, точнее, ждут, но не думают, что мы знаем о том, что они знают, что мы знаем… – Монра усмехнулась. – Так можно попробовать и на квартиру налететь неожиданно. Может, начать прямо оттуда? Лис посмотрел на подругу вполоборота: – Ты начинаешь шутить, и мне это нравится, значит, шансов у нас будет больше. Но если серьёзно, я думаю, что там, на квартире уже могут догадываться, что мы знаем о засаде: я ведь туда звонил. В общем-то, мысль, конечно, тоже неплохая. Хотя я не думаю, что Терпа будут держать именно там, значит, кого-то из крупных боссов там явно не будет, а люди в засаде на квартире, безусловно, такие же пешки как наш водитель. Фахрутдинов же, как никак, рангом выше и знает больше. Давай начнём с него. Лис приказал Смирнову связаться с боссом и выдать следующую версию: женщина уже схвачена, а мужчину, раненого в ногу, Шкурко возьмёт с минуты на минуту. Фахрутдинов несказанно обрадовался и подтвердил распоряжение тащить обоих к нему в коттедж, как только операция будет полностью завершена. Когда водитель, сказав «Есть!» и дал отбой, Лис хлопнул Смирнова по плечу: – Ну, вот! Теперь тебе вообще не надо будет ничего придумывать боссу. – Я вас не понял, – неуверенно сказал водитель, – вы чего хотите? – Хочу, чтобы ты нас доставил прямиком к своему боссу. Он один в коттедже? – С ним оставался Серёга Уваров, наш четвёртый. Больше, вроде, никого не ждали. – Вот и прекрасно! Смотри, коли врёшь: человек я не злой, как ты уже убедился, но обманешь – первым тебя положу, из принципа. Эта штука, повторяю, – Лис помахал лучемётом перед носом Смирнова, – не только оглушает, но и прожигает насквозь. В общем, разворачивайся, и поехали к твоему боссу! На обратном пути Лис подробно расспросил о подъезде к коттеджу Фахрутдинова, о том, как открываются ворота (он был уверен, что ворота есть, и не ошибся), кто их открывает и где бывает сам хозяин дома, когда во двор въезжает машина. Узнал Лис и про общее расположение участка, про высоту забора и тому подобные вещи. Коттедж Фахрутдинова стоял не в самой Сысерти, а по дороге к посёлку Асбест в группе из пары десятков домов. Участок, принадлежащий Фахрутдинову, имел площадь в двадцать соток, его окружал высокий забор. В довершение всего, усадьба очень удачно располагалась самой крайней, и остальные дома находились достаточно далеко. Они мчались назад, и уже когда снова проехали Кашино, Лис сообразил: – Завернёшь ещё раз на карьер за своими друзьями, – приказал он Смирнову и добавил для Монры: – Теперь, думаю, их стоит забрать с собой. Вдруг кто-нибудь наткнётся в лесу на них, и раньше времени поднимется шум. – Ребята, – несколько смущённо спросил Смирнов, – а что вы мне такое вкололи? Я ведь всё помню, что говорил, и я бы вам многое просто так не рассказал, а тут вы меня спрашиваете, я не хочу говорить, но… не могу не ответить. И наврать ничего не могу… Было видно, что эта проблема мучает его с самого начала допроса, но спросить он решился лишь сейчас. Лис засмеялся: – Армянский коньяк мы тебе ввели внутримышечно! Расслабляет и способствует общению. Устраивает такое объяснение? Водитель растерянно хмыкнул, но больше задавать вопросов не стал и молчал до самого карьера. Замарова и Шкурко нашли там же, где и оставили – за сравнительно короткое время никто сюда не наведался. Лис с помощью Смирнова под пристальным наблюдением Монры затолкали тела в просторный багажник «Тойоты». – Твоим коллегам будет не очень удобно, – сообщил Лис охраннику, – но придётся потерпеть. Тем более они пока ничего не чувствуют. Будем считать, им повезло: в том, что нас ждёт впереди, они активно участвовать не будут, и больше не пострадают. Смирнов невесело пожал плечами. Было видно, что его больше заботит собственная судьба: он оставался в сознании, и пострадать боялся. Кроме того, его, безусловно, тяготила необходимость потом, когда всё, так или иначе, закончится, объясняться со своим патроном. Получалось, что он чуть ли не добровольно выполнил все требования людей, которых его послали выследить и схватить. – А ты, друг, послушай сюда, – сказал Лис, искоса следивший за написанными на лице водителя переживаниями. – Если ты служил у босса подручным для разного рода тёмных делишек, то знал, на что идёшь. И если ты сейчас думаешь о своей семье, то, повторяю, веди себя тихо и делай то, что мы тебе будем говорить. Попытаешься как-то предупредить патрона или четвёртого охранника, пеняй на себя! Будешь благоразумен – семья тебя не потеряет. – О, боги! – воскликнула Монра. – Нашёл с кем объясняться. Как же ты сам много говоришь! – В конце концов, я рассчитываю на то, что он поймёт, и не наделает глупостей в неподходящий момент. Он же человек, хочет жить, поэтому должен мыслить, пока существует, как говорится. Он ещё раз объяснил Смирнову, что от него потребуется и в довершение всего, достав из сумки более мощный лучемёт наподобие того, каким его в своё время стращал Ингвар Янович, продемонстрировал действие оружия на средних размеров сосёнке, росшей на краю карьера метрах в сорока от того места, где они стояли. Перерезанный в нескольких местах за секунду ствол дерева рухнул с обрыва. Водитель вытаращил глаза, и, когда упавшая последней крона с шуршанием сползла вниз, взмолился: – У меня… м-м… только есть одна просьба. Мне с шефом потом всё равно будет объясняться сложно. Вы не могли бы мне как-то морду обработать? Конечно, лучше бы не так, как у Сашки, – Смирнов кивнул на багажник, где покоился Шкурко, на лице которого расплывался один громадный синяк, – но что-нибудь убедительное? А то, сами понимаете, меня обвинят в помощи вам. Фахрутдинов такое не простит… – Устроим, – заверил Лис, – обещаю. Проехав через Сысерть от тракта несколько кварталов направо, они свернули на вполне приличную асфальтовую дорогу, ведущую к Асбесту. Миновав кладбище и красивый сосновый бор с купальней на берегу речки, машина через пару минут подъехала к новому посёлку из коттеджей, почти все, как один, построенных из облицовочного красного кирпича. – Дом Фахрутдинова последний, – информировал водитель. – Делай, как договорились, – Лис погрозил пальцем и приготовил лучемёт. «Тойота» свернула на отдельный проезд, ведущий наискосок к последнему дому. Смирнов по приказанию Лиса подрулил так, чтобы телекамера, установленная на левом столбе ворот, хорошо показывала только его самого на водительском месте и, опустив стекло, помахал в объектив рукой. Через несколько секунд массивные деревянные ворота, перехваченные металлическими полосами, медленно распахнулись, пропуская машину во двор. Лис присвистнул: участок и дом Фахрутдинова, которые было невозможно разглядеть из-за забора, больше похожего на крепостную стену, впечатляли. Не то, чтобы Лис не видел подобного – в мире Терпа и в самом Дворце ему приходилось встречать куда более завораживающую роскошь. Но для страны с названием СССР или Россия, да ещё не в Москве, а на Урале, подобная усадьба казалась чем-то из ряда вон выходящим. От ворот в глубину двора вела широкая асфальтированная дорожка. Справа от неё вдоль забора тянулись какие-то хозяйственные постройки, включавшие гараж, куда мог въехать не один автомобиль. Слева метрах в десяти находился самый настоящий бассейн, оформленный как бассейны, которые на Земле Лис видел только в зарубежных фильмах. Возле бассейна даже стояли шезлонги и торчали два пляжных зонтика. Площадка за бассейном щетинилась кустами малины и смородины, но больше каких-либо огородных посадок видно не было – все свободные площади покрывала ровно подстриженная трава. Вдоль забора по периметру участка росли сосны, оставшиеся на этом месте от естественного леса. Кое-где виднелись молодые ёлочки и берёзки. Асфальтовая дорожка заканчивалась просторной площадкой, где легко мог развернуться КамАЗ. К площадке небольшим водопадом под навесом спускались ступени крыльца. Коттедж из красного гладкого кирпича имел три этажа, включая цокольный, облицованный светлыми пластиковыми панелями. Крыльцо поднималось на обширную застеклённую веранду, над которой нависал большой балкон-лоджия, украшенный по краям лепным орнаментом. Лис мысленно вздохнул: пятнадцать лет назад такие дома попадались лишь на картинках в импортных журналах, а теперь, судя по тому, что он уже видел, их стало много. С крыльца к машине спускался крепкий коротко стриженый мужчина в пиджачке, на лице играла кривая усмешка. Солнце очень удачно светило ему в глаза, а поскольку стёкла в «Тойоте» были слегка тонированы, мужчина не сразу мог чётко разглядеть, кто сидит в машине. Но через приспущенное стекло со стороны водителя он видел Смирнова, ничего не подозревал и оставался спокоен. По всей видимости, это и был четвёртый охранник Уваров. Как заранее приказал Лис, Смирнов махнул рукой и спросил: – Где шеф? Охранник скабрёзно ухмыльнулся и показал рукой куда-то в дом: – С Маринкой… Нервничал очень, весь испсиховался, что вы этих ещё не взяли. А как ты позвонил и сказал, что всё в ажуре, сразу Маринку за жопу – и дерёт её сейчас наверху. Нервное напряжение снимает, стало быть. Приказал, приедете, мужика с бабой запереть в чулане – и можете отдыхать. Уваров подошёл вплотную к машине и наклонился к окошку водителя, заглядывая в салон. То, что он увидел, сильно его озадачило. – А ребята где…? – охранник на мгновение растерялся. Соображал он чуть дольше, чем требовалось. Монра выстрелила, и оглушённый Уваров кувыркнулся на дорожку, не успев даже потянуться за пистолетом. – Так где Фахрутдинов? – Лис дёрнул водителя за плечо. – Ну, шеф обычно… пилит тёлок на втором этаже. У него там спальня, оборудованная как надо. – «Пилить тёлок» – это значит «совершать половой акт с женщиной»? – спросила Монра; в словаре, выученном ею под гипнозом во Дворце, таких идиом не было. Смирнов нервно хихикнул. – Ты попала в точку, – усмехнулся Лис. – Окна спальни куда выходят? – На другую сторону, на лес. – Водитель показал за угол здания. – Хорошо, – удовлетворённо вздохнул Лис, – всё замечательно. Но почему ты не сказал, что тут ещё есть какая-то Марина? – Она же девка, она не в счёт, – пожал плечами Смирнов. – У Фахрутдинова вроде как домохозяйка: готовит, если надо, убирает. Она официально секретарём числится в фирме. – Ну-ну, – покачал головой Лис. – Российский, стало быть, помещик Фахрутдинов. Поместье у него, домоуправительница… Марина-то – чёрт с ней, а каких-нибудь дворецких с автоматами, слуг и прочих у него здесь точно нет? – Нет-нет, больше никого, – замотал головой Смирнов. – Шеф вообще довольно скрытно живёт, я же рассказал. Не верите – вколите мне ещё раз вашей штуки. – Понравилось, что ли? – подмигнул Лис. – Только у нас сейчас и времени, чтобы тебе уколы ставить. А вот ты, Артём, помнится, хотел алиби заработать? – Лис повернул регулятор на маленьком лучемёте, снижая мощность. – Что? – Смирнов вскинул глаза. – Сам же хотел, а я обещал! Так что не обижайся, синячина в половину хари тебе обеспечена. Шею напряги! – посоветовал Лис и выпустил импульс «твёрдого света» в лоб водителю. – Я – наверх, займусь их боссом, – сказал он Монре. – А ты забери у охранника оружие. – Хорошо, я их для верности дополнительно обездвижу и уберу с глаз. – Монра уже вытаскивала иньектор, устанавливая регулятор на усыпляющий укол. Лис послал ей воздушный поцелуй и, выскочив из машины, быстро взбежал по ступенькам, выложенным какими-то очень красивыми керамическими плитками. С веранды вело две двери: одна была затворена, а через другую виднелся коридор и лестница наверх. Лис толкнул закрытую дверь. Там оказалась другая лестница, но ведущая вниз, должно быть в какие-то подсобные помещения. Лёгкий запах влажного нагретого дерева подсказал, что там находится и сауна. Держа наготове лучемёт, Лис двинулся по коридору к лестнице на второй этаж. Он опасался, что деревянные ступеньки заскрипят, но массивные полированные доски были настолько хорошо встроены в металлический каркас с коваными завитушками, что ни одна не издавала даже намёка на посторонний звук. На втором этаже Лис попал в обширный холл, украшенный двумя большими пальмами в каменных вазонах. На стенах висело несколько разномастных картин. Вдоль широкого окна, выходившего на сторону, откуда они подъезжали к участку, громоздился широченный диван чёрной кожи и два таких же объёмных кресла с низким столиком, где лежали цветные журналы и стояли раскрытые нарды. В углу поблёскивал громадный телевизор с экраном, больше которого Лис видел только экраны во Дворце Терпа. Хотя, разумеется, принципы воспроизведения изображения у Творцов основывались не на электронно-лучевых трубках или плазменных панелях, а на структурах особых полей. Из холла в глубь этажа вёл коридор, там на стене горели бра и виднелись двери в комнаты. Прикинув, с какой стороны должно располагаться помещение, где Фахрутдинов выпускал пар со своей секретаршей, Лис двинулся туда. Все двери оставались плотно закрытыми, но, несмотря на хорошую звукоизоляцию, вступив в коридор, Лис чётко определил, где же расположилась парочка: из-за одной двери неслись приглушённые женские стоны и вскрикивания. Лис аккуратно нажал на золочёную ручку в виде львиной лапы, и красивая то ли под дуб, то ли на самом деле дубовая дверь приоткрылась. Крики зазвучали в полную силу. Стали слышны также звучные шлепки одного голого тела о другое: секретарша Марина отрабатывала зарплату. Лис невольно ухмыльнулся, поскольку даже в его время секретарш часто называли секретутками, и осторожно заглянул в спальню. Он ожидал увидеть действие, происходящее на кровати, но ошибся. Кровать в комнате имелась, и какая! Огромная, шириной, наверное, метра три, под красивым кружевным пологом, поддерживаемым тонкими резными колоннами. На кровати поверх изумительного шёлкового покрывала цвета морской волны и рядом на полу, полностью устланном ковром, в беспорядке валялась разнообразная одежда: брюки, светлая рубашка, бледно-фиолетовое женское платье, трусики, лифчик, носки, туфли. Раздевались явно поспешно и страстно. На одной из больших прикроватных тумбочек Лис заметил какую-то красивую бутылку, два пузатых бокала на низкой ножке и пепельницу, со множеством окурков. Сладковатый дымок, плывший по комнате, навёл Лиса на мысль, что это анаша или что-то подобное. Но в данный момент кровать – сексодром, как назвал бы в студенческие годы подобное лёжбище Лис, была пуста. Крики и шлепки доносились со стороны правее кровати. Стволом лучемёта Лис потихоньку толкнул дверь, идеально – беззвучно повернувшуюся на петлях. У большого окна, выходившего, как и уверял Смирнов, на лес, стоял голый мужчина среднего роста. На талии у него выступали мощненькие жировые складки, в коротких темных волосах на затылке поблёскивала начинающаяся лысинка. Мужчина энергично двигал бёдрами, отчего его упитанные, слегка поросшие тёмным волосом ягодицы подрагивали в напряжении. Соотнеся сказанное охранником, с тем, что он наблюдает, Лис заключил, что это и есть Фахрутдинов. Перед мужчиной в необычном устройстве на канате, спускающемся с крюка, вбитого в потолок, находилась особа женского пола. Устройство представляло собой сплетение верёвок и лубков, в которых покоились растянутые в стороны ноги и руки девушки. Голова запрокинулась назад, так что длинные светлые с завитком волосы касались пола. Широкая лента поддерживала спину, и девушка как бы висела в неком подобии люльки или гинекологического кресла. Мужчина, прочно упираясь ногами в пол, энергично дёргал люльку, обхватив ладонями ляжки партнёрши и сладострастно хакая каждый раз, когда соприкосновение его бёдер и промежности девушки издавало шлёпающий звук. Лис машинально отметил, что девушка весьма привлекательна и очень пластична, судя по тому, как она растянута на этой установке. Длинные, загорелые широко раскинутые ноги имели хорошую длину и пропорции. Крупные, но тугие и тоже загорелые груди при каждом толчке дёргались взад-вперёд. Больше в комнате никого не было. Лис хотел сразу же начать действовать, но неожиданно передумал, решив, что лучше дать Фахрутдтнову закончить. «После сего акта, – подумал Лис, – он помягче будет, в прямом и переносном смысле». Помимо воли, Лис и сам почувствовал, что его собственное существо тоже напрягается. Он потихоньку опустился на пол за полуоткрытой дверью и стал ждать, одновременно следя и за коридором. Примерно через пару минут криков и стонов девушки и хриплого придыхания мужчины, тот глухо зарычал, заскрипев зубами, и Лис понял, что наступает стадия оргазма. Девушка вскрикнула, срывающимся голосом: – Только не в меня, Марик, не в меня! Мне нельзя сегодня! Шлепки слились в пулемётную серию ударов. – Поздно, детка, поздно! Поздно, поздно… А-а-а-ах! Мужчина закричал, кончая. Девушка тоже издала протяжный надсадный крик, и на несколько секунд в комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь шумным дыханием и тихим, как скулёж, стоном. Лис ощутил, что даже у него в штанах стало мокро. – Ну, Марик, ну зачем? – выдохнула, наконец, девушка. – Мне же нельзя!.. Раздался лёгкий хлюпающий звук, видимо, Фахрутдинов расстыковался. – Уф, Маринка, надо было сразу сказать! Говоришь в последний момент, тормозной путь не учитываешь! Даже тачку не всегда вовремя остановишь, а тут!.. – Ну, я же снова залечу! – Залетишь – решим проблему!.. А, кстати, тут ещё осталось капелька, доешь, а? – заржал мужчина. – На-ка, вот! Раздались чмокающие звуки, и снова мужчина замычал от удовольствия. – Ну, Маринка, ты молодец, умница! У меня сегодня ва-аще настроение хорошее, мой шеф меня на руках носить будет, а я – тебя, и не только на руках… Да, не туда я спустил. Ну, да ладно, беги. подмойся, проспринцуйся, может и «бортоваться» не придётся! А если что – не ссы! Марат Валерьевич, как всегда, за всё заплатит! Лис подумал, что Маринка сейчас выбежит из комнаты куда-то в ванную, и бесшумным движением поднялся на ноги, отступая в коридор, но лёгкие шаги протопали по спальне, хлопнула другая дверь, и раздался приглушённый плеск бегущей воды. Он покачал головой, одобрительно оттопырив губу: в спальне располагался вход в отдельную ванную комнату. Всё, как надо, не намного хуже, чем во Дворце. Слышно было, как Фахрутдинов прошёлся взад-вперёд, насвистывая какой-то мотивчик, что-то легонько стукнуло, звякнуло стекло, щёлкнула зажигалка. Лис выглянул из-за двери. По-прежнему голый Фахрутдинов стоял у окна с сигаретой и бокалом в руках. Он затянулся, выпустил дым и потёр запястьем правой руки живот. Смакуя, отхлебнул из бокала, проглотил и вальяжно произнёс вслух: – Кайф! Всё классно! – Для кого как! – усмехнулся Лис, резко открывая дверь. Глава 5 Фахрутдинов резко обернулся, едва не выронив бокал, и замер, уставившись на Лиса. Он был мужчиной лет сорока двух – сорока трёх, среднего роста, с заметно выпирающим животиком. – Ты… кто такой? – удивлённо выдавил он. – Тот, кого ловили ваши люди. Облажались они, здорово облажались. Фахрутдинов выглядел растерянным только первые несколько секунд. Он внимательно посмотрел Лису в глаза, как бы раздумывая о чём-то, бросил быстрый взгляд по сторонам и на то, что неизвестный, ввалившийся в комнату, держал в руке. Фахрутдинов не мог не видеть, что перед ним, несомненно, физически очень крепкий человек, но вот странное оружие с глухим тупым торцом ствола впечатления явно не произвело. Поэтому хозяин коттеджа, решил, похоже, что противник блефует, и в руках у него нечто вроде пугача. Поэтому владелец коттеджа немного успокоился. Неизвестно, как он объяснял отсутствие охранников и слышанные по телефону доклады, но Лис сообразил, что в спальне спрятано какое-то серьёзное средство защиты. – Полагаю, хотите о чём-то поговорить? – спросил Фахрутдинов, делая неопределённое движение руками, в которых по-прежнему держал сигарету и бокал, и нисколько не стесняясь своей наготы. – Приятно, как говорится, иметь дело с понимающим человеком, – кивнул Лис. – У нас к вам несколько вопросов, получив ответы на которые, мы просто удалимся, не причиняя никому вреда. – Одеться позволите? – Фахрутдинов показал глазами вниз на своё мужское достоинство. – Разумеется, – снова кивнул Лис. – С мужчинами мне приятнее разговаривать, когда они одеты. Фахрутдинов криво ухмыльнулся и плавно, расслабленно, двинулся к тумбочке. Он спокойно задавил сигарету в пепельнице, одновременно ставя бокал. Рука дрогнула, и бокал упал на ковёр. Бокал не разбился, и Фахрутдинов спокойно начал нагибаться, чтобы его поднять, но в середине плавного наклона вдруг резко выдвинул верхний ящик и сунул туда руку, однако больше ничего сделать не успел. Лис был хорошо знаком с такого рода приёмами и хитростям. Проведя много времени в мире, где схватки происходили с применением холодного оружия, в которых особо важно следить за малейшим движением противника, он не «покупался» на отвлечение внимания падающим или брошенным предметом, который непосредственно не мог причинить ему вреда. Он выстрелили дважды, и импульсы ударили хозяина дома по внутреннему сгибу правого колена и в поясницу в район почек. Фахрутдинова швырнуло на пол, и он сдавленно вскрикнул, давя локтём так и не поднятый бокал. За дверью в ванной по-прежнему шумела вода, и вряд ли девушка услышала крик. Лис подошёл к тумбочке и обнаружил в ящике старого знакомого: пистолет ТТ. Разрядив оружие, Лис бросил его обратно, а обойму сунул в карман. Тут же он заметил наручники, вокруг которых была обёрнута цепочка с ключиком. «Очень удачно», – решил Лис. Фахрутдинов, кривясь от боли, сел, опираясь на кровать. Дверь в коридор не скрипела, но Лис чутьём охотника почувствовал, что она открывается. Это оказалась Монра, осторожно ступавшая с лучемётом наготове. Она остановилась, осматриваясь по сторонам. На плече у неё висели обе сумки. – Женщина в ванной? – поинтересовалась Монра. Лис кивнул: – Она меня пока не видела. Ты справилась одна? – Почему нет? – усмехнулась Монра. – Затолкала всех в сарайчик и заперла на замок, который там лежал. А хозяин – что, пытался сопротивляться? Лис рассказал, как было дело, и попросил Монру разобраться с мывшейся в ванной Мариной, разъяснив, чтобы та сидела тихо и тогда никто её не тронет. Однако именно в этот момент дверь в санузел отворилась. Любовница Фахрутдинова оценила обстановку мгновенно: коротко взвизгнув, она попыталась снова закрыться в ванной. Лис вышиб задвижку и выволок визжащую Марину. Ему пришлось отвесить ей пару лёгких затрещин, чтобы заставить замолчать. Девушка отползла в уголок у тумбочки и замерла, испуганно пытаясь завернуться в лёгкий короткий халатик. Непроизвольно Лис не мог лишний раз не оценить её ножки и подумать, что во все времена хороших девок покупали за деньги. Посмотрев на кровь, которую Фахрутдинов размазывал рукой по локтю, вытаскивая попавшие осколки стекла, Лис заглянул в ванную и, не найдя аптечки, взял баллончик с дезодорантом. Кроме того, он выбрал на вешалке подходящий халат. Он обработал порез Фахрутдинова, и, оторвав полосу от простыни, перевязал рану, а затем помог чертыхающемуся хозяину дома облачиться. Вынув из тумбочки наручники, Лис защёлкнул их на запястьях Марата Валерьевича. – Давай вытащим его в холл, – предложил Лис Монре. – Там очень удобный диван и кресла, там и побеседуем. – А с ней что делать? – Монра показала стволом лучемёта на девушку. Лис посмотрел на вполне надёжную решётку на окне. – Сиди здесь! – Он погрозил Марине пальцем. – Не шуми, мы тебя не тронем. Более того, никто не собирается убивать твоего… – Лис не мог удержаться, чтобы не усмехнуться, – шефа. Мы зададим ему кое-какие вопросы, а потом уедем. Поняла? Девушка, хлопая вытаращенными глазами, несколько раз быстро кивнула. – Молодец! – похвалил Лис. Вдвоём с Монрой они подняли мужчину под руки, и только хотели вывести его из спальной, как Марина вскочила и бросилась к двери в коридор. Лис и Монра отпустили Фахрутдинова одновременно, но Лис сделал движение догнать девушку, а Монра, опередив его, выстрелила из лучемёта. Удар пришёлся Марине в спину, девушку швырнуло на дверной косяк, и она сползла на пол, оставшись лежать неподвижно. Лис вздохнул и подошёл к Марине. Девушка тихонько стонала, уткнув лицо в ковёр. – Тебе же говорили вести себя тихо, – с сожалением пробормотал Лис. Он поднял девушку и отнёс на кровать. Монра с усмешкой наблюдала за действиями Лиса. – Любишь женщин, – сказала она. – Погоришь на этом когда-нибудь. – Люблю, – согласился Лис, – но тебя больше всех, даже сравнивать нечего. Теперь, похоже, ревнуешь ты? – Ещё чего! – фыркнула Монра, не спуская глаз с сидевшего на полу Фахрутдинова. Лис молча улыбнулся, снова оторвал от простыни пару широких полос и, скрутив из них подобие верёвок, связал Марине руки и ноги. Не дожидаясь помощи Монры, он рывком поднял Фахрутдинова, который сильно хромал, и вывел в холл второго этажа. В объёмном кожаном кресле хозяин дома начал приходить себя после шока, злобно уставившись на Лиса. – Имейте в виду, вы не с тем связались. Вам это так с рук не сойдёт! Да я вас урою… – Уважаемый Марат Валерьевич! – Лис опустился на диван напротив Фахрутдинова. – Давайте внесём ясность: если бы вы не натравили на нас своих шакалов, то мы никогда ваш вшивый коттедж вниманием не почтили. Так что сидите спокойно и отвечайте на вопросы, которые мы будем задавать. Я уже знаю, что вы ловили нас по указанию вашего босса. Поэтому меня на самом деле интересует эта личность, а не вы. – Херню ты несёшь, парень! – Фахрутдинов, казалось, полностью овладел собой. – Никто вас не ловил! Если бы я хотел вас замочить, то ты бы и к дому моему не подошёл, блин… – Ну, вот, и на брудершафт выпили, – усмехнулся Лис. – Теперь послушай ты, друг ситный, блин, коли тебе больше нравится на «ты». Твои охранники рассказали нам всё, что знали, а теперь расскажешь ты… – Не трать время зря. – Монра уже вынимала из сумки иньектор. – Он добровольно ничего не расскажет или обязательно наврёт. Она подошла к креслу и хотела сделать укол, но Фахрутдинов плечом оттолкнул руку Монры: – Охерели! Думаете, я дам колоть себя всяким говном?! – Никуда не денешься, дашь! – заверил его Лис. – В данный момент тебя уже не спрашивают, но поверь на слово, что это абсолютно безвредно. Лис сделал знак Монре, но мужчина снова оттолкнул инъектор и хотел вскочить с кресла с криком «Да ну вас на……». Тут же он получил удар по голени и рухнул на мягкие кожаные подушки. Лис покачал стволом лучемёта: – До тебя как-то плохо доходит. Твои люди были куда более сговорчивые, хотя тоже не все – можешь ими гордиться. Надо тебе, видимо, что-нибудь наглядно показать. Лис переставил лучемёт на малую режущую мощность и оглядел холл, ища взглядом, на чём можно продемонстрировать действие оружия. Прицелившись в одну из дверей, выходивших, которую мог наблюдать со своего места и Фахрутдинов, Лис полоснул по ней крест-накрест. От лучевого удара дверь распахнулась, часть её осталась висеть на петлях, а остальные куски рухнул на пол. Края дерева, где прошёл луч, задымились, но не вспыхнули, как и хотел Лис: он совсем не собирался устраивать пожар, чтобы потом самому же и тушить пламя. Фахрутдинов выпучил глаза на кривившемся от боли лице: зрелище его впечатлило. Однако Марат Влерьевич был прагматиком: – Нахера дом портить… – проскрипел сквозь зубы хозяин коттеджа. – Чтобы до тебя лучше дошло! – пояснил Лис, и Монра сделала укол. Фахрутдинов откинулся на спинку кресла и сжался, поскольку ожидал введения чего-то ужасного с неприятными ощущениями и последствиями. Возможно, даже опасался яда. Монра убрала иньектор и тоже села на диван. Лис посмотрел на часы: пару минут лучше подождать для начала эффективного действия препарата. А вообще им уже давно нужно было быть в Свердловске… то есть, в Екатеринбурге. Хотя, как знать, если Терп попал в ловушку, то и они оказались бы в ней, не подвернись люди Фахрутдинова. А если Терп пока жив, то, вполне возможно, что Лис и Монра – его единственная надежда на освобождение. – Расслабься, – посоветовал Лис Фахрутдинову, – ничего страшного не произойдёт. Фахрутдинов несколько секунд смотрел на него, а потом спросил хрипловатым голосом: – Вы что с Мариной сделали? Убили, в рот вас …? Лис переглянулся с Монрой и усмехнулся: – Насчёт рта, особенно Марининого, тебе, конечно, виднее… Но ты, видимо, не полная сволочь, раз проявляешь заботу о ком-то, это отрадно. Сам посуди, зачем нам убивать твою подстилку? Вообще вели бы вы все себя спокойно, сидели бы с нами сейчас тут оба. Ну, ладно, хватит о грустном. У тебя выпить найдётся что-нибудь? Не может не быть в таком доме. Фахрутдинов кивнул на пару тёмно-коричневых шкафов в углу холла: – Вон там всё есть. Лис посоветовал Монре не спускать глаз с хозяина, а сам подошёл к шкафам, один из которых оказался холодильником со множеством отделений и богатым выбором напитков. Лис взял три бокала из буфета рядом с холодильником, бутылку джина «Гордонз» и тоник. Вернувшись к столу, он наполнил бокалы себе и Монре и вопросительно посмотрел на Фахрутдинова: – Тебе налить? – Налить, на хер, – зло проворчал Фахрутдинов. – Только лучше налей мне виски, а не джин. Бутылка не в холодильнике, а там. – Фахрутдинов указал на буфет. – Прямо на хер и налить? – подмигнул Лис. Фахрутдинов мгновение смотрел на Лиса, на лице его тоже появилась кривая усмешка. – Ладно уж, поухаживаю за тобой, – вздохнул Лис, снова вставая с дивана. Фахрутдинов залпом выпил налитое виски и попросил ещё. Лис не возражал: алкоголь нисколько не снижал действие «препарата правды», даже наоборот. Сам он и Монра с удовольствием припали к холодному джину с тоником, поскольку день был очень жарким в прямом и переносном смысле. Лис сделал себе и Монре по второй порции, и посмотрел на часы – давно пора начинать задавать вопросы. Результаты допроса их в достаточной степени разочаровали: они смогли продвинуться вперёд не намного дальше, чем после беседы с охранником Смирновым. Босс Фахрутдинова Михаил Петрович оставался и для своего подчинённого во многом тайной за семью печатями. Рассказ Фахрутдинова изобиловал многими второстепенными терминами, непонятными Лису, но он не отвлекался на уточнение их значения, отметив про себя, что при первой возможности нужно будет как-то существенно обновить багаж знаний о земном мире. Лису удалось выяснить следующее. Шесть лет тому назад Фахрутдинов, тогда сотрудник Свердловского Горного института, промышлял продажей дешёвой контрабандной европейской водки, которую покупал в Москве у оптовиков и грузовиком гнал в Екатеринбург. Дело давало неплохой «навар», но слишком со многими приходилось делиться. Однажды в Москве Фахрутдинова крупно «кинули» – едва жив остался и еле наскрёб денег на обратный билет. В аэропорту он случайно познакомился с человеком, представившимся как Михаил Петрович и тоже по счастливой случайности летевшим в Екатеринбург. Выслушав сетования Фахрутдинова, Михаил Петрович предложил поработать на него за хорошую плату. Фахрутдинов, которому грозила скорая встреча с кредиторами, согласился и не пожалел, хотя временами приходилось выполнять и грязную работу. Правда, сетовать было грех, собственно «мокрые» дела случались крайне редко, а оплата и получаемые блага оказались настолько высокими, что Фахрутдинов и не помышлял задавать лишние вопросы Михаилу Петровичу, с которым после встречи в аэропорту за все эти годы он виделся «живьём» всего-то несколько раз. По заданию Михаила Петровича была открыта фирма «Магна», которая для прикрытия в небольших объёмах занималась торговлей компьютерной техникой. Фахрутдинов официально числился президентом фирмы, но торговые дела вёл наёмный исполнительный директор. В обязанности Марата Валерьевича и людей, числившихся как охранники фирмы, входило постоянное ожидание вызова от Михаила Петровича и выполнение любого приказа. Из слов Фахрутдинова следовало, что самыми неприятными за это время были три дела, и все сводились к устранению определённых персон. Что удивило Лиса, люди эти – какие-то политики и бизнесмены – вряд ли являлись Творцами, как он сначала подозревал. Однако вполне возможно, Фахрутдинов просто не знал, кем эти личности были на самом деле. Во всяком случае, сам термин «Творцы» Фахрутдинов, без сомнения, слышал впервые. Поскольку какие-либо приказы вообще поступали редко, работа Фахрутдинова состояла, как правило и в основном, изв довольно приятного проведения времени и периодических проверках работы исполнительного директора фирмы: видимость официальной деятельности следовало поддерживать, это тоже был приказ. Ни разу за все годы Фахрутдинова не тревожили правоохранительные органы. Один раз случилась небольшая проблема с налоговой инспекцией, но там всё решила солидная взятка, и последующие регулярные подношения сделали взаимоотношения с налоговиками не более, чем формальностью. «Крышей» фирмы, чтобы не тревожили бандиты, была милиция. Как показалось Лису из очень общих слов Фахрутдинова, в настоящий момент государственные учреждения России, будь то МВД или ГНИ, коррумпированы абсолютно. Хотя подобные слухи были не новы и во времена его «постоянной» жизни в земном мире, судя по рассказу Марата Валерьевича, сейчас в госаппарате эти процессы приняли поистине грандиозные масштабы сверху донизу и практически явно и открыто. Коттедж, в котором они сейчас находились, естественно, приобретался и достраивался на деньги Михаила Петровича. Семья Фахрутдинова сюда не показывалась: таков был приказ босса, и жена с детьми даже не знали о существовании данной резиденции. Ещё до знакомства с Михаилом Петровичем Фахрутдинов владел домом на озере Балтым, и его семейство летом обитало там. На всякий случай Лис запомнил адреса городской квартиры и дачи Фахрутдинова. В этот раз Фахрутдинов получил описание Лиса и Монры и приказ задержать указанных людей в районе Сысерти. Как указал Михаил Петрович, парочка могла оказаться на дороге (район был указан именно тот, где все трое и вышли на тракт), или же, возможно, в Сысерти. Проездив по тракту, люди Фахрутдинова никого не нашли, и повернули в Сысерть прочесать улицы. Лис понял, что на шоссе они разминулись с троицей в белой «Тойоте» совсем чуть-чуть. Про вертолёт Фархрутдинов не знал ничего. Из этого следовало, что его босс либо хотел использовать несколько каналов для уничтожения проникшего на Землю отряда, либо… В общем, это пока оставалось неясно. Нет-нет, стоп, в который раз оборвал сам себя Лис, с вертолётом как-то совершенно не вяжется! Люди из вертолёта были сотрудниками милиции и упоминали о «трёх преступниках», а у Фахрутдинова имелся конкретный приказ взять двоих – мужчину и женщину. Получается, что он не знал, что нас трое? Но это вообще уже ни с чем не согласуется!.. – Значит, вам ничего не говорили насчёт нашего друга? – ещё раз уточнил Лис. – Я же говорю: нам приказали отловить мужчину и женщину, – Фахрутдинов кивнул на Монру. – Ни о ком третьем и речи не было! Лис взял стакан, налили в этот раз немного виски и залпом выпил, после чего посмотрел на Монру. По озадаченному взгляду, которым та ответила, он понял, что и подруга теряется в догадках. Пока информация, накопленная ими на Земле, совершенно не ложилась в чёткую схему, а отсутствие таковой не позволяло планировать дальнейшие действия. Тем не менее, два момента очевидны: необходимо выяснять, что произошло с Терпом, и какое к этому имеет отношение босс Фахрутдинова. Для связи со своим боссом Фахрутдинову служили только три телефонных номера. Если пресловутого Михаила Петровича не удастся вызвать на переговоры, то задача сильно усложнится. Фахрутдинов снова попросил выпить. Задумчиво глядя на льющуюся в бокал жидкость, он невесело усмехнулся, уже слегка захмелев. – Удивительная, блин, штука, – сказал Марат Валерьевич, держа бокал скованными руками. – Я вроде бы себя прекрасно контролирую, но, это же абзац просто: я не могу вам соврать. Понимаю, что говорю вещи, за которые мне шеф голову снимет и яйца отрежет – и не могу не рассказать! Это абзац какой-то… – снова повторил он, сокрушенно качая пока ещё не снятой головой. Лис скривил губы: – Снова ты, Марик, материться начал. Но ты уж прости нас. Боссу расскажешь о том, что реально произошло – можешь смело приврать про своё героическое сопротивление. Надеюсь, он поймёт, что иначе ты не мог. Кроме того, хочу тебя попросить передать ему просьбу: ответить на наш звонок и поговорить с нами. Телефоны его мы теперь знаем, и сами ему позвоним. А твоя задача предварительно попросить, чтобы нас выслушал, это и тебе будет на пользу, поскольку, надеюсь, тогда он лучше поймёт, что ты сделал всё, что мог. Когда ты с ним свяжешься часов эдак…, – Лис прикинул, сколько проспит Фахрутдинов после инъекции снотворного, – через семь-восемь, то и передашь мою просьбу. Идёт? Фахрутдинов удручённо пожал плечами: – Что мне остаётся? – Верно, – согласился Лис, – поэтому так и сделай. А я перед тем, как звонить твоему шефу, позвоню тебе. Давай вообще сделаем так: ты, якобы, телефонов нам не давал, а связь будет через тебя. Ты будешь в лучшем свете выглядеть – видишь, как я о тебе забочусь. Им нужна была машина, поскольку ловить попутку Лис уже опасался: вдруг босс Фахрутдинова успеет понять, что у его слуги что-то не так, раньше, чем они уберутся подальше? Брать же машину Фахрутдинова ему представлялось опасно, поскольку погореть можно при любой проверке на посту ГАИ. Однако эта проблема разрешилась неожиданно просто. Вспомнив, что просматривая документы людей Фахрутдинова, он видел у каждого очень странные бланки доверенностей, где без всякого нотариального заверения говорилось о том, что господин Фахрутдинов Марат Валерьевич доверяет управление принадлежащим ему автомобилем «Тойота Карина-Е», государственный номер такой-то, господину такому-то, являющемуся сотрудником фирмы «Магна», Лис задал хозяину коттеджа несколько вопросов. Выяснилось, что выдача подобной доверенности теперь не требовала нотариального оформления, и владелец автомобиля мог выписать её сам на стандартном бланке любому лицу, указав все необходимые данные. В гараже коттеджа стояли ещё две машины – джип «Гранд-Чероки» и ВАЗ-2109. Лису очень хотелось покататься на джипе, но, понимая, что простая «девятка», естественно меньше привлекает внимание гаишников, чем иномарки, Лис выбрал отечественную машину. Тем более, Фахрутдинов не жаловался на вазовскую малолитражку: машинка по его словам попалась на редкость удачная и не капризничала. Поскольку его старые права на управление автомобилем были пока также действительны, Лис тут же заставил хозяина найти чистый бланк доверенности. Лис самостоятельно заполнил все строки и дал Фахрутдинову поставить подпись, закрыв часть листка со своим именем и данными водительского удостоверения. Закончив составлять бумагу, Лис улыбнулся и развёл руками: – Ну, Марик, давай прощаться! В глазах Фахрутдинова мелькнул испуг. – Нет-нет, – поспешно успокоил его Лис, – не бойся! Ты просто поспишь часиков восемь, убивать тебя мы и не помышляем, ты нам нужен. Положим вон там на кроватку рядом с Маринкой. Очухаешься – трахнешь её разок снова – в стрессовых ситуациях очень помогает! – Издеваешься! – проворчал Фахрутдинов. – Да ну, что ты! – сказал Лис, и, обернувшись на Монру, которая разглядывала двор коттеджа через окно, доверительно подмигнул: – Девка у тебя ничего, классная секретарша! Глава 6 – Ну, и что же теперь? – спросила Монра. Лис отвернулся от раскрытого настежь окна и, покачиваясь на носках, несколько секунд смотрел на Монру. Та, совершенно голая, сидела на диване и потягивала из стакана ледяной яблочный сок. День только начинался, но термометр, укреплённый на сливе подоконника, показывал плюс двадцать два в тени. В довершение всего, как и предполагал Лис, городской воздух даже уже утром густо насытился вонью сгоревшего бензина и солярки. Если бы не почти постоянный ветерок, дышать было совсем невозможно. Шёл второй день, как Лис и Монра приехали в Екатеринбург. Покинув Сысерть, Лис, не дожидаясь возникновения новых нештатных ситуаций, свернул в знакомый карьер для того, чтобы с помощью походного набора изменить внешность. Монра стала брюнеткой, а Лис, наоборот, довольно светлым шатеном. Кроме того, они несколько изменили черты лица, создав хоть какие-то затруднения для опознания. Поскольку у них благодаря предусмотрительности Терпа имелись заранее заготовленные бланки паспортов и водительских прав, с различными вариантами фотографий, проблем с документами не должно было возникнуть. До города они добрались без приключений, хотя на самом въезде в Арамиль, фактически пригород Екатеринбурга, наткнулись на усиленный пост ГАИ – три автомобиля и восемь человек, все в бронежилетах и с автоматами. В одной машине Лис заметил торчащую на заднем сидении трубу – лёгкий гранатомёт. У обочины уже стояло два легковых автомобиля, которые проверяли милиционеры. Лис испугался облавы, направленной конкретно на них, но деться было некуда, и они остановились. Опасаясь обыска он и Монра переложили лучемёты-авторучки подобнее. После предъявления документов первым делом милиционеры потребовали открыть багажник, но дальнейшие опасения оказались напрасными – личные вещи обыскивать не стали. Изучив права Лиса и документы на автомобиль, стражи порядка остались удовлетворены, и вежливо пожелали счастливо пути, порекомендовав никого не подсаживать на дороге. Лис небрежно поинтересовался, что случилось. Молодой сержант, возвращавший Лису права и техпаспорт с доверенностью, бросил взгляд на стоявшего в сторонке капитана, и сказал вполголоса: – Да бандиты тут где-то могут ошиваться, то ли два, то ли три мужика и женщина. Кассу взяли, и на птицефабрике в Кашино два трупа. Увидите подозрительных на дороге – сразу сообщайте нашим сотрудникам. – Сволочи! – совершенно искренне выругался Лис и добавил: – Спасибо за предупреждение! – Знаешь, – сообщил он Монре, – я практически уверен, что на самом деле ищут каких-то бандитов. Тогда получается, вертолёт искал их, а не нас, и мы зря убили четверых людей. Монра покачала головой: – Говори прямо: их убила я! Ведь это я сбила вертолёт, и последнего добила я. Но даже если случилось такое совпадение, и искали не нас, то в тот-то момент именно нас пытались задержать! Что бы они сделали, если бы нас взяли, обыскали и увидели наше снаряжение? Отпустили бы с миром? Сам понимаешь – нет! – Чёрт его знает, конечно… Ну ладно, сейчас самое главное, что мы пока на свободе, нас никто не преследует, и должны выручать Терпа. Знаешь, я подумал вот о чём: хоть мы успешно проехали этот пост, полагаю, нам лучше избавиться от данной машины – вдруг Фахрутдинова знают, кто-то увидит в машине посторонних, или в коттедже очухаются раньше и заявят, что автомобиль угнали? И хотя у нас есть пока достаточно времени, пока они там проснутся, думаю, лучше избавиться от машины поскорее. Надо будет оставить её где-нибудь у самого города. Хорошее место для осуществления задуманного подвернулось, когда Лис проезжал мимо аэропорта. Зарулив на стоянку перед главным зданием, он припарковал «девятку», сунул техпаспорт и ключи под резиновый коврик на полу за водительским сиденьем и запер машину через задние двери, опустив кнопки на предварительно закрытых передних. Они с Монрой прошли через сам аэровокзал, чтобы возможному случайному или неслучайному наблюдателю не показалось странным, что люди, приехав на машине, покидают её и сразу направляются к стоянке такси. Внутри здания аэропорта Лис слегка обалдел, увидев надписи о вылете рейсов на Кипр, в Гамбург, Будапешт и в какие-то Хургаду и Анталию. Он даже не знал, что такое Анталия и Хургада, и где такие места находятся. Бросалось в глаза, что в аэропорту много, но не битком народа – а вот в начале восьмидесятых годов в летнее время здесь кишели толпы, яблоку было негде упасть. Да и вообще невозможно было и помыслить о том, что подобные рейсы в те времена могли улетать за границу отсюда, из так называемого «закрытого» города. Но Лис обалдел уже лишь слегка: он начинал воспринимать все перемены, как нечто вполне естественное. В целом, если не считать огромного выбора разных напитков и сластей в киосках, обилия рекламных щитов и входных дверей, приводимых в движение фотоэлементами, здание по сравнению с тем как его помнил Лис, перестроили незначительно. Они прошли через холл и снова вышли на площадь через другой выход, располагавшийся ближе к стоянке такси, где, впрочем, полно имелось и частников, промышляющих извозом. Лис несколько секунд разглядывал лица водителей, все как один, смотревших в сторону, откуда должны подойти пассажиры очередного прибывшего рейса. Выбрав мужика, выражение лица которого показалось ему приятнее других, он сторговался с ним отвезти их в город. По пути Лис завёл разговор о гостиницах, изображая приезжего, не очень хорошо знакомого со столицей Урала: когда-то бывал, но уже многое забыл. Выяснилось, что гостиниц в Екатеринбурге принципиально больше не стало, но появилось несколько очень дорогих. Правда, все эти гостиницы были сравнительно небольшими, так что любой проживающий оказывался там, как говорится, на виду. – А вы надолго сюда? – поинтересовался водитель. – На неделю, на две, – пожал плечами Лис, импровизируя на ходу, – как получится: надо поработать в местном музее. Может, даже, и задержимся. – Археологи! – почему-то сделал вывод водитель, и Лис не стал возражать. – Ну, а если недели на две, тогда вам проще, может быть, квартиру снять. Точно дешевле выйдет, чем в гостинице. Щас же в гостиницах дерут – будь здоров, самый паршивый номер без душа рублей триста-четыреста в сутки, а квартиру можно подобрать вполне приличную, с нормальной мебелью. Газеты посмотрите – найдёте что-нибудь, да и у вокзала есть бюро. – В каких у вас газетах такое печатают? – осведомился Лис. – Ну, в этих – «Из рук в руки», «Быстрый Курьер», «Двойной экспресс», есть и специальные, где про жильё пишут. В киоске продавец подскажет. Лис поблагодарил и попросил высадить их в районе площадь 1905-го года. Вот здесь было сильно заметно, насколько изменилась жизнь в городе: вокруг везде кипела торговля, казалось, продают все и всё. Вокруг раскинулось море рекламы – как неподвижной, так и каких-то вращающихся кубов и даже светящее огромное табло. Вся обочина площади со стороны имевшегося тут сквера, а также большая часть выложенного брусчаткой открытого пространства за сохранившейся трибуной с памятником Ленину была заставлена автомобилями. Лис с интересом вглядывался в лица, мелькавшие в толпе. По сравнению с временами пятнадцатилетней давности народ в массе был одет значительно лучше и разнообразнее, встречалось гораздо больше разноцветной одежды самого различного стиля и очень часто даже красивой. Однако здесь, в самом центре города, он заметил стайки каких-то грязноватых ребятишек, воровато шнырявших среди ларьков и прохожих, а также увидел несколько великовозрастных оборванцев разного пола, когда-то называвшихся бомжами, высматривающих по газонам и урнам пустые бутылки и длинные окурски. Встретить их в таком количестве за столь короткий промежуток времени в годы «развитого социализма» на центральной площади города было просто невозможно. Как правило, всех бродяг тогда насильственно свозили в ЛТП, так называемые лечебно-трудовые профилактории. Лис всегда считал, что подобные действия не демократичны, но, с другой стороны, нормальный гражданин оставался как-то ограждён от возможности оказаться рядом с грязным, вшивым, пропахшим мочой «братом по разуму». Бросились Лису в глаза и личности совершенно иного типа – как правило, крепкие молодые и не очень, мужчины, все, как правило, коротко стриженные, почти все плотненькие и сытенькие. Все, как на подбор со странными сумочками в руках: то ли очень миниатюрные портфельчики, то ли гипертрофированные кошельки. Сумочки носились либо подмышками, либо на кожаных ремешках, надетых на запястье, либо за портфельную ручку. Почти у всех этих мужчин обязательным атрибутом служили толстые золотые цепи на шее и перстни на пальцах, которые во времена Лиса очень любили официанты, работники пивных ларьков и жулики разных мастей. Возможно, что сейчас в большинстве своём это были как раз жулики, поскольку Лис просто не мог представить необходимости в таком количестве официантов и даже «пивников». Люди эти высаживались, как правило, из хороших автомобилей и уверенной деловой походкой куда-то направлялись, глядя, казалось, сквозь всех, идущих им навстречу. Они почему-то не понравились Лису. У всех, даже очень разных на физиономии и одетых иной раз абсолютно по-разному, имелось нечто, роднящее их друг с другом, как цыплят из инкубатора. Возможно, подобное впечатление создавал одинаковый стиль стрижки, но, самое главное, конечно, взгляд – жёсткий, оценивающий и самоуверенный. Кроме того, Лис заметил группки молодых людей, топчущихся у всех центральных промтоварных магазинов и через каждые несколько секунд повторяющих в пространство, как заведённые: «Золото, доллары, сотовые телефоны покупаю, дорого!» Ясно было, как божий день, что данные молодцы – скупщики валюты и краденого. Тайной, покрытой мраком, осталось то, почему их не брали на месте. Если бы ситуация сейчас оказалась иной, Лис с удовольствием потратил бы пару часов и, несмотря на бензиновую вонь, погулял по центру родного когда-то города, вспоминая былое, оценивая перемены и сравнивая. Но требовалось поскорее найти место для ночлега, поскольку в большом современном городе не рекомендовалось спать на улице даже в тёплую погоду. А дальше необходимо выяснять, что случилось с Терпом. Лис нашёл газетный киоск и приобрёл все рекомендованные газеты. Они прошли в сквер возле школы № 9, судя по всему, школой и оставшейся, и присев на свободную лавку, начали изучать варианты. Лис выбрал несколько подходящих объявлений, и тут же начал звонить по пока работавшему трофейному сотовому телефону. Вызвонив кое-какие варианты, они поймали машину и поехали смотреть первую подобранную квартиру. Оказалось, что Лис ещё неплохо помнит названия местных улиц, это сильно помогало, поскольку он не хотел даже совершенно случайным людям, водителям подвозивших их машин, называть конкретные адреса. Каждый раз Лис отпускал машину за пару кварталов до нужного места, и дальше они шли пешком, хотя Монра жаловалась на жару и неприятные запахи. Основная проблема состояла в том, что в большинстве случаев, несмотря на объявления о помесячной оплате в газете, владельцы хотели сдать квартиру на довольно длительный период времени и, соответственно, получить гонорар или существенную его часть вперёд. Очень часто указанные телефоны и адреса оказывались агентствами по сдаче жилья внаём, а общение с таковыми затягивало процесс. Лис же не хотел просто так выбрасывать деньги, хотя по счастливой случайности основная сумма денег, осталась у них, а не у Терпа. Худо-бедно, капитал составлял пять тысяч долларов США и тридцать тысяч рублей – сумма, вроде бы, значительная, но кто мог знать, какие в ближайшем будущем возникнут расходы? Наконец, уже почти в семь вечера, нашёлся вариант, подходивший во всех отношениях – однокомнатная квартира в относительно новом доме недалеко от местного зоопарка. Тут стояла приличная мебель, лежало действительно чистое бельё, был холодильник, телевизор и телефон. И, самое главное, хозяйка соглашалась на оплату помесячно. Очень понравилось Лису мощная входная железная дверь, запиравшаяся изнутри не только на замки, но и на засов: такую дверь невозможно открыть, не разбудив жильцов. В трёх квартирах, осмотренных ранее, двери засовов не имели, хотя тоже были железными. Вообще, походив по подъездам, Лис обратил внимание, что большинство квартир отгородились от лестничных площадок подобными дверями. Это тоже являлось одной из перемен в жизни, свидетельствовавшим о большем уровне опасения граждан за сохранность своего жилья. Лис выдал хозяйке, приятной женщине средних лет, оговоренную плату и щедро добавил тысячу сверху. – Если вы не будете нас слишком беспокоить, то когда мы съедем, я оставлю вот здесь, – Он показал под телевизор, – дополнительно две тысячи. Я их оставлю, даже если мы уедем через неделю, а не через месяц. Но, может быть, мы и задержимся, пока не знаю. Тогда оплата, если что, пойдёт дополнительно. Хозяйка ушла, они приняли душ, смывая пот и пыль, оседавшую на телах в течение жаркого дня, и Лис не мог удержаться, чтобы не заняться с Монрой любовью. Впрочем, «спарринг-партнёр» нисколько не возражала. Это, естественно, пробудило голод, и они сходили в магазин за продуктами, накупив всяких вкусных вещей, о которых во времена оные в Свердловске Лис не мог и помыслить, и которые теперь лежали буквально на каждом шагу – только плати! Когда трапеза завершилась, и остатки еды убрали в холодильник, Лис сказал: – А вот теперь я проведу осторожную разведку. Монра вопросительно посмотрела на него. Лис пояснил, что он хочет проехаться по городу и оценить обстановку на квартирах Терпа. – Ты оставишь меня одну?! – Не хотелось бы так поступать, но лучше я поеду один. Я уверен, что так привлеку меньше внимания. – А что же мне тут делать? – Посмотри телевизор, полистай газеты. Постарайся больше узнать о местных особенностях, одним словом. Я не рекомендую тебе гулять по улицам: ты в любом виде привлекаешь внимание мужчин, и я ревную. – Лис засмеялся. – Будет звонить телефон, не отвечай, считай звонки. Я, если потребуется, буду звонить так: дам два звонка – потом отбой. Потом снова наберу, выжду два звонка – дам отбой. Сразу же наберу в третий раз – тогда отвечай, значит, это звоню я. Если кто-то придёт, ни под каким предлогом не открывай дверь, ответь, что не хочешь никого видеть, а лучше просто молчи. Будут ломиться – применяй оружие и уходи через окно с помощью гравипояса. Встретимся, м-м, у главного корпуса политехнического института, запомни – он сокращённо называется УПИ. Поймаешь такси, такие жёлтые машины с черными шашечками, ты их сегодня уже видела не раз, или просто легковую машину и попросишь отвезти туда. Будь там недалеко от памятника, стоящего напротив здания – я тебя найду. Запасное место встречи – в сквере, где мы сидели и смотрели газеты. Надеюсь, всё понятно? Монра внимательно посмотрела на Лиса: – Я понимаю, ты твёрдо решил отправиться на разведку один? – Да, – кивнул Лис, – не обижайся, но так будет лучше. Я сделаю всё возможное, чтобы не ввязаться ни в какие истории, просто осмотрюсь. Мне, прежде всего, хочется попытаться понять, что случилось с Терпом. Может быть, я получу хоть какие-то намёки, где он сейчас, и тому подобное. Нам это необходимо знать. – Как ты узнаешь подобное, ни во что не ввязываясь? – вздохнула Монра. Лис лишь пожал плечами. Чтобы не тратить время на разговоры, он, не глядя, вынул из сумки запасную обойму к лучемёту и выскочил за дверь. Пешком он прошёл до главного проспекта города – проспекта Ленина. Впрочем, Лис знал, что историческое название улицы было именно Главный проспект, с большой буквы. Сейчас же, судя по табличкам на домах, несмотря на возвращение городу его исконного названия, улица сохранила имя «вождя мирового пролетариата». Правда, ещё днём, когда они с Монрой шли по проспекту, Лис заметил местами на стенах зданий сделанные через трафарет простой чёрной краской надписи «Главный проспект». Лис несколько подивился нелогичности такого положения дел, но вспомнил стихи Тютчева о том, что «умом Россию не понять». Постулат этот лишний раз подтверждался. Часы показывали уже начало первого, но как обычно в середине лета на Урале ночи как таковой пока почти не было: над городом висели светлые сумерки. Напротив оперного театра Лис поймал машину и отправился проверить первый адрес, тот, где не ответил телефон, когда он звонил из машины Фахрутдинова. Он сильно сомневался, что квартира может остаться «не засвеченной», поскольку если те, кто захватил Терпа, узнали про одну квартиру, то наверняка узнают и про вторую. Лис не сомневался, что «наркотик правды» или что-то подобное есть не только у хозяина мира Граней. Эта квартира находилась на улице Сулимова, и ехать пришлось недолго. Ещё в машине Лис, вытащил сотовый телефон и набрал номер. После первого гудка раздался лёгкий щелчок, и громкость последующих сигналов стала чуть ниже. Лис вспомнил, что такие же звуки слышались, когда он звонил первый раз и сюда, и на другую квартиру. Не понятно, что такое может означать: то ли телефоны прослушиваются, то ли так теперь тут работают телефонные станции. Как и в первый раз, в квартире никто не снял трубку. Лис тихонько хмыкнул и убрал телефон в карман. Он сожалел, что не знает почти ничего об организации сотовой связи. В частности, его беспокоило, можно ли засечь местонахождение владельца мобильного аппарата. Если это легко сделать, то телефон следовало бы выбросить. Поразмыслив, Лис решил, что подобное вряд ли возможно, по крайней мере, пока он не разговаривает по телефону: ведь это была просто миниатюрная радиостанция, а если передатчик не излучает сигнал, то и засечь его невозможно. Наличие же мобильного телефона давало большие удобства, и Лис не спешил расстаться с таким полезным устройством. Правда, он помнил слова Смирнова, что при пропаже аппарата и заявлении хозяина телефон отключат, так что скоро аппарат всё равно вот-вот должен был стать бесполезным. Улица Сулимова сильно изменилась по сравнению с тем, как её помнил Лис. Появилось много новых типовых многоэтажных зданий и магазинов, но самое главное изменилось хорошо знакомое ему убогое пересечение с улицей Уральской: перекрёсток расширили и снесли все деревянные хибары, ранее корёжившиеся вокруг. Заметив нумерацию домов, Лис стал прикидывать, где расположен нужный адрес, благо на многих домах висели освещённые адресные указатели. Интересовавший его дом он увидел почти сразу – тот был большой и стоял, изгибаясь под тупым углом. Попросив водителя развернуться и проехать немного назад, Лис остановил машину у ярко освещённого киоска, расплатился и вышел. На улице, не считая света у ларьков, горело не так много фонарей. От мрака спасала светлая уральская, почти белая ночь. Лис дождался пока машина скрылась вдали, купил в киоске сигареты, больше в качестве отвлекающего манёвра, чем из желания курить, и не спеша двинулся в сторону нужного дома. Девятиэтажное здание, какие строили и пятнадцать лет назад, было самым обычным, разве что стояло углом. Подъезды дома выходили на улицу, прямо к нескольким ларькам, расположившимся напротив. Лис повернул за дом в некоторое подобие двора. Несмотря на теплый вечер, народу вокруг практически не было. Лишь в песочнице напротив дома примостились несколько юных личностей обоих полов лет по пятнадцать-шестнадцать. В общем-то, они и не особо шумели – только изредка долетал негромкий гогот. В отсветах света из окон дома поблёскивали бутылки – ребята пили пиво или что-то ещё. Лис, как бы невзначай, бросил несколько взглядов на окна и прикинул, как же и на каком этаже может быть расположена квартира Терпа: расположение квартир на площадках таких домов он хорошо помнил. Совершенно индифферентно Лис прошёл вдоль здания, свернул по ходу дорожки и, обогнув дом, снова вышел на тротуар вдоль проезжей части улицы. Стоило как-то прозондировать почву, прежде чем соваться в подъезд. Навстречу Лису протопали трое пацанов лет по двенадцать-тринадцать, все коротко стриженные. Судя по прогулкам в столь поздний час, ребята – отчаянные. Лис проводил их взглядом и медленно пошёл следом. Мальчишки, громко разговаривая и толкаясь, дошли до ближайшего киоска и остановились у освещённой витрины, разглядывая товары. Лис закурил сигарету и неторопливо приблизился. У него созрела первая часть плана разведки. – Ты козёл, Саня! – как раз высказывал самый бойкий мальчишка одному из друзей, белобрысенькому и невысокому, в замызганной футболке с какой-то полустёртой надписью латинскими буквами. – «Марс» твой говно. Ты пробовал «Пикник-Найт»? Вот это самый крутой батончик! – А мне, например, больше всего нравится «Клекс», – заявил третий пацан, сплюнув на тротуар, видимо, от избытка во рту слюны. – Только его здесь нет. – Чо там твой «Клекс»! – настаивал бойкий. – Я ел – ничего особенного. Даже «Сникерс» лучше. – Не-а, Антон, ты чо! «Сникерс» – он, эта, такой… «Клекс» всё равно лучше! Лис подошёл и встал за спинами ребят. Он уже узнал на Земле достаточно и понимал, что речь идёт о шоколадках. Мальчишки бросили на незнакомого мужика безучастные взгляды и продолжали обмениваться мнениями по поводу достоинств тех или иных кондитерских шедевров. Лис громко вздохнул: – Да, «Клекса» тут нет. Мальчишки уставились на него. – Ну? – подмигнул Лис. – Какие батончики будете? Мальчишки недоверчиво смотрели, не шутит ли дяденька. – Может, взять вам по этому самому «Пикнику», «Пикнику Найт»? Или по простому «Пикнику»? А, может, по «Сникерсу» или «Лайону»? Выбирайте! – Вы, чо, прикалываетесь? – наконец спросил тот, которого звали Антоном. – Да нет, я серьёзно. Я сам был пацаном когда-то, и мне тоже хотелось сладкого, – заверил Лис. – Выбирайте! Мальчишки загалдели, перебивая друг друга, и долго не могли сделать выбор и определиться. – В общем, так! – заключил Лис, кладя конец базару. – Всем по «Пикнику» и по «Сникерсу». И запить чего-нибудь, идёт? Лис купил мальчишкам батончики и по банке «Фанты». Себе он взял маленькую бутылочку пива «Холстен», понравившееся ему ещё в Сысерти. Довольные пацаны зашуршали обёртками, запшикали открываемые баночки. Лис хлебнул пива и посмотрел на ребят. – Мальчишки, как вы смотрите на то, чтобы чуть-чуть подзаработать живых денег? – А сколько? – мгновенно сориентировался бойкий Антон. – Скажем, стольник на каждого? – А что надо делать? Если воровать, то мы – пас, дядя. На криминал не пойдём. Лис засмеялся: – Криминал исключается, сам не занимаюсь. Работа простая, но требует внимания. Я объясню, что нужно делать. – Ну, раз без криминала, – солидно кивнул Антон, – то говорите. Лис объяснил ребятам, что он от них хотел. Один должен подойти к нужной квартире и, если там кто-то ответит на звонок, позвать Колю – имя Лис выбрал совершенно произвольно. В случае чего, надо было назвать номер именно этой квартиры, но номер дома указать неправильно: будет выглядеть, что мальчик ошибся. Вряд ли, конечно, кому-то может показаться естественным, что ребёнок шляется по ночам, но делать нечего. Лис сильно рассчитывал на то, что кто бы ни сидел в засаде в квартире Терпа, ребёнку они ничего не сделают. Друзья Антона должны стоять «на стрёме» – один площадкой выше, другой площадкой ниже, и обратить внимание, не выглянет ли кто-нибудь из квартир там. – Ну, действуйте! Я жду вас вон там, – Лис показал на группу деревьев на другой стороне улицы, откуда его никак не могли увидеть из дома. На всё вам пятнадцать минут максимум. Мальчишки отправились на задание, а Лис пересёк улицу и устроился под деревьями, прислонившись к одному из них. Он снова вытащил сигарету и закурил, посматривая на часы. Когда ребята вернулись, лидер Антон покачал головой: – Никого там нет, тишина. Но дверь здоровая железная: вы её вряд ли откроете… – Да откуда ты взял, что я собираюсь дверь открывать? – перебил Лис. – Я не собираюсь грабить эту квартиру. Никто не выходил на других площадках? – Я внизу стоял, – сообщил Саня, – в одной квартире там замок щёлкнул, но никто не вышел. Дверь не открывалась. – Угу, – кивнул Лис: щелчок замка мог быть, конечно, и простым совпадением, но вряд ли. Он выяснил, где расположена квартира, в которой щелкнул замок и, выдав пацанам обещанный гонорар, отпустил их, оставшись стоять под деревом. Когда мальчишки скрылись вдали, Лис двинулся к дому. У подъезда по-прежнему было пусто. Он оглянулся по сторонам, переложил лучемёт-авторучку в нагрудный карман рубашки и вошёл в дом. Квартира располагалась на пятом этаже, на площадке тихо, и ничего подозрительного. Лис внимательно осмотрел нужную дверь, не приближаясь к ней вплотную. Обрывок провода, похожего на кабель телевизионной антенны, торчал над дверью. Вроде бы обычный кабель, но такой вполне мог оказаться тоннелем для тонкого световода, так что сидящие на его другом конце могли наблюдать, что происходит перед дверью. Лис не проинструктировать ребят на предмет выявления подобных объектов, но вряд ли стоило так рисковать и подставлять пацанов: если бы они начали тут проверять и щупать всё, то устроившие засаду могли их заподозрить и схватить. Он сам должен проверить всё до конца. Лис секунду-другую прислушивался, но ничего не услышал и нажал кнопку звонка. Мелодичная приглушённая трель донеслась из-за бронированной двери, не вызвав никаких иных звуков в квартире. Чуть подождав, Лис снова надавил кнопку, и тогда на нижней площадке щелкнул замок, и чуть скрипнула дверь. По звуку Лис определил, что открылась именно та дверь, о которой упоминал Саня. По цементному полу раздались звуки шагов. Правой рукой Лис вытащил лучемёт-авторучку и встал вполоборота к лестнице, чтобы видеть того, кто поднимался снизу. Левую руку он продолжал держать у кнопки звонка. На промежуточной площадке показалась крепкая фигура в футболке и тренировочных штанах. В одной руке мужчина держал газету сложенную пополам. По тому, как пальцы прижимали бумагу, Лис понял, что под газетой скрывается нечто. Поигрывая «авторучкой», Лис не двигался и продолжал спокойно смотреть на мужчину. Вряд ли тот был один, но больше шагов пока не раздавалось. Мужчина поставил ногу на первую ступеньку лестничного марша, ведущего вверх, и остановился. Несколько секунд он разглядывал гостя и, наконец, выдавил из себя: – Ты к кому, парень? Лис почесал нос кончиком лучемёта и скривил губу: – Уж точно не к вам – вы же не здесь живёте. Вот и топайте к себе домой! Мужчина. явно не понимая, что в руках Лис держит оружие, только покачал головой: – За словом в карман, стало быть не лезешь… А, может статься, что и к нам. Нет там никого, – Он кивнул на дверь квартиры Терпа. – Заходи сюда, с нами побеседуешь. – О чём мне с вами беседовать?! Кстати, откуда вы знаете, что там никого нет? Вам за квартирой приглядывать, что ли, поручили? – Поручили, поручили, – ухмыльнулся мужчина, и по брошенному косому взгляду вниз, Лису стало понятно, что его догадки верны, и там стоит ещё кто-то. – Давай-ка, иди сюда сам. Лис отметил, что разговаривал мужчина негромко – не хотел привлекать внимание соседей. – Следили, стало быть? – в тон заметил Лис. – А ты думал, ты один такой умник? – Мужчина состроил подобие улыбочки. – Пацанов на разведку посылал, да? Он был совершенно уверен, что Лис полностью у них в руках. Скорее всего, засада сидела и в самой квартире Терпа. Возможно, они также сняли квартиру где-то этажом выше, чтобы «дичь» оказалась в капкане. Если это так, прорваться будет трудно, и Лис сильно надеялся на то, что неизвестные охотники вряд ли рассчитывают, что кто-то станет прорываться на крышу. Как бы в подтверждение своих догадок Лис услышал лёгкое шуршание за железной дверью, перед которой стоял. Натренированный слух охотника не подвёл: кто-то осторожно открывал замки. На всякий случай Лис мягко отступил в сторону, дабы не оказаться сбитым с ног резким ударом дверью. – А не собираюсь я с вами беседовать, – нарочно громко сказал он, чтобы по возможности те за дверью не думали, что он слышит их присутствие. – Пойдёшь, милый, – с убийственной лаской произнёс мужчина, левой рукой убирая газету и открывая пистолет с глушителем. Это был самый обычный пистолет, и Лис облегчённо вздохнул про себя, поскольку ему не хотелось увидеть лучевое оружие. Мужчина просто показал пистолет Лису, не наводя ствол на него. Видимо, считал, что простой демонстрации силы пока достаточно. Это подтверждало догадки, что Некто на Земле действует через подставных лиц, не знающих, на кого они в действительности работают и с кем могут столкнуться. А, как любое незнание возможностей противника, такое положение дел давало им с Монрой кое-какие шансы, поскольку люди, уже пытавшиеся взять их и окружившие сейчас его, не понимают, кто им может противостоять. – А если не пойду? – тоже ухмыляясь, спросил Лис, одновременно продолжая прислушиваться к возне за дверью, чтобы не упустить момент. – А я тебя слегка подстрелю, и никто не даже услышит. Советую идти целым, – предупредил мужчина, становясь серьёзным. – А зачем я тебе целый, ты что, шаровик? – доверительно прищурился Лис. – Кто? – не понял мужчина. – Какой ещё шаровик? Ты мне мозги не пудри, давай, иди сюда. – Да, делать нечего… – начал Лис, разводя руками и как бы изображая полное бессилие. Когда рука с «авторучкой» оказалась направленной на мужчину, Лис нажал на спуск. Удар луча пришёлся в грудь чуть ниже шеи – мужчину швырнуло на стену, а пистолет загремел по ступеням вниз. Приглашавший Лиса в гости захрипел и сполз на пол. С нижней площадки раздалось сдавленное восклицание и ругань. Дверь за спиной Лис резко распахнулась, но он был к этому готов. Не успела металлическая створка пройти середину своего движения, Лис резко ударил ногой, не давая возможности новому нападающему выпрыгнуть из-за неё. Открывавший дверь не ожидал такого и не удержал створку от обратного хода. Он вскрикнул, отлетел назад в квартиру и, судя по шуму, даже упал. Очевидно, удар пришёлся по лбу, а, возможно, и разбил в смятку нос. Но у Лиса не оставалось времени рассматривать повреждения, нанесённые противнику. Из квартиры на нижней площадке уже выскакивали люди, и Лис побежал вверх. Он пробежал почти четыре пролёта, когда первый из преследователей почти достал его. Не оборачиваясь, Лис выстрелил из лучемёта и очень удачно: множественный шум падения подсказал, что все споткнулись об отброшенное назад тело. К счастью, никто в него не выстрелил, и это лишний раз подтверждало строгость приказа брать живым или, по крайней мере, не привлекать внимания окружающих. Когда он достиг последнего девятого этажа, ему пришлось остановиться, чтобы осмотреться. Погоня отставала этажа на два. По приглушённым звукам разговоров Лис прикинул, что там находится, как минимум, человека четыре. Они не спешили, так как полагали, что Лису некуда ускользнуть. Его взяли бы без вопросов, если бы не лучемёт: металлическая дверца типа люка, ведущая на крышу дома, была заперта. Вдобавок, замок оказался не навесным, а врезанным в саму дверцу. Лис на секунду замер и прислушался: нигде не раздавалось звуков открываемых дверей, никто не выглянул на шум в подъезде. Жильцы предпочитали отсиживаться за стальными дверями, хотя, вполне возможно, уже вызвали милицию, встреча с которой также никоим образом не входила в планы Лиса. Снизу начали осторожно подниматься. Лис переключил лучемёт на режущий режим и, забравшись на лесенку, ведущую к люку, занялся замком. Будь у него пистолет, пытаться сломать замок пулями было бы просто опасно в таком ограниченном пространстве. Секунд через пять кусок металла, раскалённый докрасна, вывалился и ударился о пол, а Лис очутился на крыше. Лис вернул крышку люка на место и наспех заварил пару железных выступов. Едва он успел всё закончить, как по металлической лесенке кто-то уже взбирался. Лис отпрыгнул в сторону от вырезанного отверстия размером примерно с пачку сигарет, чтобы его не заметили, и присел рядом с коробом люка. – Сука, – донеслось снизу, – замок же стоял, а сейчас вырезан! Что за штука у этого пидара? – Миша, мать твою! Ты не рассуждай, ты дверь ломай! – закричал другой голос. – Ну да, мы высунемся, а он нас завалит, как Вовку! – Но люк всё же осторожно толкнули. – Да она, блядь, заварена, что ли? Как же так, сука?… – Быстро двое на улицу! Выбежит из какого-то подъезда – догнать! По ногам стреляйте. Хозяин башку оторвёт, если упустим. Вот же, мать твою! – Слушай, жильцы наверняка ментов вызвали: нашумели мы, – сказал человек, продолжавший стоять на лесенке у люка. Лис усмехнулся и, переключив лучемёт на ударное действие, осторожно приподнялся и выстрелил в отверстие в спину уже спускавшегося по лесенке мужчины. Но ничего не произошло: заряд лучемёта иссяк, пока вырезался замок и заваривалась дверь. Окончательное разочарование постигло Лиса, когда он пошарил по карманам в поисках новой энергетической обоймы. Собираясь на «прогулку» и наугад шаря рукой в сумке с инвентарём, он спутал зарядный блок к минилучемёту и патрон к гравитационному поясу. Его план рушился. Лис надеялся вывести из строя всех преследователей, а потом, прихватив одного, допросить с применением «препарата правды» прямо на улице где-нибудь в укромном месте, благо была ночь. Сейчас же он остался безоружным, если не считать ножа и баллончика с усыпляющим газом, но это явно не те средства, которые стоило пытаться применять против нескольких мужчин с пистолетами. Вдали действительно послышался звук милицейской сирены. Лис подбежал к краю крыши и посмотрел вниз – вдалеке виднелся мигающий синий проблесковый маячок патрульной машины. Скорее всего, звук сирены услышали и его преследователи. Ситуация грозила полностью выйти из-под контроля. Так бы стоило отсидеться на крыше, но вызванный наряд вполне мог попытаться осмотреть подъезд, где произошла драка, увидеть заваренный люк с вырезанным замком и заинтересоваться ситуацией вплотную. Вполне возможно, они станут осматривать и крышу здания. Он не знал, заперты ли люки в остальные подъезды, а времени проверять не оставалось: милиция будет у дома гораздо раньше. Лис не посмотрел, есть ли на доме пожарная лестница, но и она бы не подошла: заметь милиционеры человека, спускающегося с крыши – точно начнут преследовать, а он практически безоружен. Впрочем, имей он оружие, устраивать баталии с правоохранительными органами в планы всё равно не входило. Правда, выход существовал. У него не было гравитационного пояса, но имелся сам гравипатрон, а Лис в общих чертах знал принцип его действия. Когда патрон вставляли в устройство, называвшееся гравитационным поясом, он мог выделять энергию, равномерно распределявшуюся вокруг тела при надевании этого пояса. Но энергию патрона можно высвобождать и без пояса, просто поворачивая колпачок на торце на определённый угол. Таким образом, человек, имевший соответствующие навыки, вполне мог рискнуть спуститься вниз с большой высоты. Лис подошёл к краю крыши со стороны, противоположной подъездам. В темноте расстояния кажутся меньше, но он знал, что высота подобного дома составляла около тридцати метров. Главное – не переборщить с установкой разряда патрона: поворачивать колпачок приходилось на глаз. В принципе Лис боялся не рухнуть камнем вниз, а того, что будет опускаться очень медленно и может быть замечен, или того, что мощность окажется велика, и его потащит вверх, в ночное небо, где в темноте регулировать небольшой, вырывающийся из рук патрон будет просто опасно. Мысленно перекрестившись, он чуть-чуть повернул торец патрона, крепко сжимая цилиндрик в ладони, и почувствовал, как тело теряет вес. Лис подпрыгнул и плавно, словно воздушный шарик, опустился на крышу. Получилось! С противоположной стороны дома заскрипели тормоза патрульной машины, и Лис прыгнул вниз, постаравшись выбрать место в стороне от росших на газоне деревьев. Падение вышло чуть более быстрым, чем он рассчитывал, и Лис сильно ударился о землю, к счастью, оказавшуюся здесь не слишком жесткой. Тихо чертыхаясь и отряхиваясь, он увидел, что его всё-таки засекли: прямо напротив места приземления метрах в трёх в нише стены рядом со слегка приподнятой над землёй лоджией квартиры первого этажа, стояли парень и девушка. Девушка в задранной юбке прижалась лицом к стене, а парень резкими частыми толчками брал её сзади. В смысле, конечно, девушку. Когда Лис вдруг свалился рядом, парень растерянно обернулся к нему, на мгновение остановившись. Девушка, прижавшись щекой к шершавой бетонной стене, тихонько мурлыкала и, похоже, ничего и не видела. – Извини, приятель! – понимающе улыбнулся Лис, осторожно возвращая головку патрона в нулевое положение. – Я ухожу, ухожу! Он, слегка прихрамывая, пробрался между деревьями и некоторое время шёл, тёмными дворами, хотя был почти на сто процентов уверен, что милиционеры какое-то время потратят в подъезде дома, выясняя причины вызова, и не будут разъезжать по окрестностям. Только отойдя более, чем на квартал от места событий, Лис вышел к проезжей части улицы. Заметив огни приближающегося автомобиля, он присмотрелся и, увидев одного водителя, поднял руку. Расположившись на заднем сидении, он назвал место в паре кварталов от дома, где ждала Монра, и только тут позволил себе расслабиться и перевести дух. Спросив у водителя разрешение, Лис приспустил стекло и закурил, сейчас уже по потребности. Следовало признать: он чуть не попался, а новой информации практически не получил. Глава 7 – Ну так и что ты планируешь теперь предпринять? – Монра повторила вопрос. Лис отвёл взгляд от прелестей подруги и снова посмотрел за окно. Закрыв глаза, можно было представить, что он много лет тому назад стоит тёплым утром у окна в своей квартире: с улицы доносился почти такой же набирающий темп шум большого города. Правда, тогда так не воняло выхлопными газами, но, вполне может статься, нос просто отвык от подобных запахов. Хотя, следует признать: машин стало на несколько порядков больше. «Странно», – подумал Лис, – «а меня даже пока не слишком тянет взглянуть на дом, где я когда-то жил. Зайти, узнать под каким-нибудь предлогом, кто сейчас живёт в квартире. С другой стороны, вдруг кто-то из соседей меня вспомнит, узнает – как тогда объяснять? Да только и нет времени сейчас разглядывать старые дома, а мемориальной доски там всё равно нет…». – Давай обобщим всё, что мы имеем и знаем, – сказал он, отрываясь от воспоминаний. Лис подошёл к столу, где стояла чашка с кипятком, вытащил пакетик за верёвочку («Липтон», о котором пятнадцать лет назад мог лишь читать в зарубежных романах) и положил на блюдце. Отхлебнув горячего чая, Лис снова посмотрел на Монру и решил продолжить разговор. – Самое главное, пропал Терп. Мало того, что я успел к нему привязаться, – при этих словах Монра едва заметно улыбнулась, – так ведь он фактически являлся нашим проводником по современной Земле. Я, конечно, разберусь, что тут нового, но на это нужно время, а те, кто охотился за Терпом, будут охотиться и за нами. Главное, Терп лучше нас понимал ситуацию именно с этим или с этими таинственными «Некто»… Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/boris-dolingo/kruglye-grani-zemli/?lfrom=390579938) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.