Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Дело рисковой вдовы

$ 149.00
Дело рисковой вдовы
Об авторе:Автобиография
Тип:Книга
Цена:156.45 руб.
Издательство:Эксмо
Год издания:2009
Просмотры:  5
Скачать ознакомительный фрагмент
Дело рисковой вдовы
Эрл Стенли Гарднер


Перри Мейсон #10
Знаменитый адвокат Перри Мейсон и его друг детектив Пол Дрейк берутся за дело весьма сомнительного толка — по поручению пожилой вдовы они должны любыми законными или незаконными способами изъять у владельца казино долговые расписки ее внучки. Ситуация осложняется тем, что казино расположено на корабле, болтающемся в море за пределами двенадцатимильной зоны...
Эрл Стенли Гарднер

Дело рисковой вдовы
Глава 1


Седовласая женщина сидела в кожаном кресле в кабинете известного адвоката по уголовным делам Перри Мейсона.

Серые глаза Мейсона смотрели на посетительницу с тем любопытством, которое вызывал у него каждый новый клиент. Она спокойно выдержала его взгляд и ответила на заданный вопрос:

– Я никого не убивала, но только не думайте, что я из тех добропорядочных старушек, которые все вечера проводят с вязанием у камина. Это совсем не так – я упрямая старая ведьма.

– Порой, – улыбнулся адвокат, – за внешностью человека, подверженного страстям, в действительности скрывается…

– Вдова, – продолжила посетительница, заметив, что он замолчал, подбирая точное слово. – Можно даже добавить – рисковая вдова. Я была в суде, когда слушалось дело о собаке, которая выла, вы произвели на меня впечатление тем, как бились за свою подзащитную. В каком-то смысле я тоже боец, только воюю сама за себя.

Перехватив взгляд адвоката, Делла Стрит, его доверенная секретарша, спросила у посетительницы:

– Не могли бы вы продиктовать ваше полное имя, возраст и домашний адрес.

– Матильда Бейсон, – представилась пожилая дама. – Проживаю на Бэйджвуд Драйв, девятнадцать девяносто. Возраст вас не касается.

Мейсон усмехнулся и спросил:

– Давно вы предпочитаете сигары?

– С того самого времени, – заявила она, сверкнув глазами, – как махнула рукой на ерунду, именуемую добропорядочным образом жизни.

– И давно это произошло? – полюбопытствовал адвокат.

– Когда умер мой муж, я получила возможность увидеть, какие трусливые ханжи меня окружают. Собственно, это все не имеет значения.

– Всегда хочется узнать побольше о человеке, чтобы лучше понять его, – пояснил Мейсон. – Пожалуйста, продолжайте. Вы отвергли традиционный образ вдовы?

– Да. И с каждым днем веду себя все рискованнее и раскованнее. Родственники со стороны мужа заверяют, что я – их позор, но мне плевать! Сейчас много говорят и пишут о людях, которые боятся смерти. По-моему, они гораздо лучше тех, кто боится жизни. Мои родственники как раз из этой породы – живут лишь по привычке и абсолютно ничего не могут. Они утверждают, что Сильвия сбилась с пути только из-за меня, и…

– Кто такая Сильвия? – перебил Мейсон.

– Моя внучка.

– Она замужем?

– Да. За Фрэнком Оксманом. И у них есть дочурка – Вирджиния, ей шесть лет.

– То есть вы – прабабушка?

– Да, – подтвердила она довольно и выпустила струйку дыма. – Я – прабабушка.

– Расскажите поподробнее о родственниках вашего покойного мужа, – попросил Мейсон. – Вы с ними, как я понял, не в ладах?

– Да нет, собственно. Я ведь раньше была такой же, как они. Просто в один прекрасный день я взбунтовалась, вот и все.

– Из-за чего же, если не секрет?

– Неужели это так важно? – спросила она, нахмурившись. – Я просто решила возместить себе долгие, пустые, скучные годы. Я воспитана в самых жестких пуританских традициях – с детства вокруг меня никто не хотел, да и не умел, по настоящему насладиться жизнью. В отрочестве они думают лишь о том, как подготовить себя к достойной зрелости, а повзрослев – как бы побольше заработать, чтобы обеспечить старость. А в старости единственной заботой становится примирение с Богом, и они замаливают грехи, которые не совершали. Я была одной из них и даже не помышляла о другой жизни. А потом умер мой муж, и мне достались по страховке кое-какие средства. Я выгодно инвестировала их, стала довольно обеспеченной и независимой и решила попутешествовать, посмотреть на мир. И поняла, как много теряла – я даже не подозревала о прелести жизни. Мне ведь тогда было уже за шестьдесят, но, как оказалось, по-настоящему я никогда и не жила. Так что теперь я пью виски, курю сигары, ругаюсь площадной бранью и вообще делаю все, что захочется. Чтобы удовлетворять все мои прихоти, денег у меня вполне достаточно.

– И теперь вам потребовались услуги адвоката? – спросил Мейсон.

– Да, – кивнула миссис Бейсон, став внезапно серьезной.

– У вас возникли проблемы?

– Пока нет.

– Но предполагаете, что будут?

Посетительница задумчиво поджала губы, мизинцем ловко стряхнула пепел с сигары и, наконец, произнесла:

– Собираюсь этого не допустить.

– Хорошо, – сказал адвокат. – Каких именно услуг вы от меня хотите?

– Вам известен господин по имени Сэм Грэйб?

– Нет. Кто он такой?

– Содержатель игорного дома. У него есть партнер – некий Чарли Дункан. Они вместе содержат корабль, бросивший якорь за пределами двенадцатимильной зоны. Судно переоборудовано под казино и носит гордое название «Рог изобилия».

– Чем вам насолил мистер Грэйб?

– Он может сильно навредить Сильвии.

– Как именно?

– Он имеет ее долговые расписки.

– На какую сумму?

– Семь с половиной тысяч долларов.

– Каким образом он их получил?

– Она играла на них в его заведении.

– И вы желаете, чтобы я принес их вам, не заплатив ни цента?

– Нет, конечно, – вспыхнула миссис Бейсон. – Я хочу, чтобы вы полностью рассчитались за долги Сильвии. Но ни центом больше. Я готова платить долги, но шантажисту – никогда.

Мейсон удивленно посмотрел на миссис Бейсон.

– Вы хотите сказать, – переспросил адвокат, – что мистер Грэйб может не отдать эти расписки по номинальной стоимости? Но он не имеет права поступить иначе. Ведь это…

– Не торопитесь с выводами, молодой человек, – перебила она. – Вы не знаете этого человека, а рассказать вам я могу очень немного. Грэйбу стало известно, что Фрэнк Оксман, муж Сильвии, вполне вероятно, заплатит за эти расписки больше, чем они стоят на самом деле.

– Почему? – спросил адвокат.

– Это доказательства.

– Доказательства чего?

– Того, что Сильвия одержима страстью к игре, и на этом основании ей нельзя доверять деньги.

– Зачем мистеру Оксману такие доказательства?

– Мне не хотелось бы сообщать вам больше того, что я уже сказала. Все, что я прошу, это чтобы вы принесли мне эти расписки. Вы получите деньги на их оплату. Если нужно будет оплатить некоторый процент – что ж, оплатите, только не очень много. Терпеть не могу шантажистов.

– Отнюдь не требуется адвокат для таких услуг, – заметил Мейсон. – Отдайте деньги внучке и скажите чтобы она отправилась в «Рог изобилия» и сама выкупила расписки. Им придется отдать документы, если она захочет вернуть долг.

– В мои намерения не входит настолько облегчить ей это дело, – покачала головой миссис Бейсон. – Мне хотелось бы хорошенько проучить Сильвию. Поэтому я прошу именно вас выкупить эти расписки и немедленно передать их лично мне. Меня не касается, каким образом они окажутся у вас.

– Вряд ли это дело подходит для адвоката, – заметил Мейсон, – это работа для детектива. С подобным поручением лучше обратиться в «Детективное Агентство Дрейка», которое обычно оказывает мне подобные услуги. Пол Дрейк – опытный и надежный детектив.

– Мне не нужен детектив, – жестко сказала посетительница. – Мне нужны именно вы.

– Но я все равно обращусь к Дрейку. Подобную работу всегда выполняют для меня он и его люди.

– Меня не касаетесь, к кому вы обратитесь, – заявила миссис Бейсон. – Это вам решать. Только не думайте, что это дело будет легкой прогулкой. Сэмуэль Грэйб безжалостен, как стальной капкан, и не знает, что такое совесть.

Мейсон пожал плечами.

– Не думайте, что я делаю из мухи слона, – сказала миссис Бейсон. – Я выдам вам деньги на расписки и две с половиной тысячи долларов аванса, а если вы достигнете успеха, заплачу еще столько же. Естественно, все расходы будут возмещены. Но мое имя не должно фигурировать в этом деле. По-моему, это будет справедливо, не правда ли?

Адвокат с любопытством наблюдал за посетительницей.

– Могу ли я позвонить мистеру Грэйбу и заявить, что являюсь доверенным лицом Сильвии? – спросил он.

– Ни в коем случае! Грэйб обязательно обратится к Сильвии, а я не хочу, чтобы она об этом узнала.

– Насколько я понял, миссис Бейсон, вам нежелательно, чтобы Грэйбу стало известно, что вы – заинтересованное лицо?

– Именно так, господин адвокат. Что до остального – действуйте, как посчитаете нужным. Только не подавайте вида, что вы готовы платить процент, иначе он будет кормить вас обещаниями, а сам тем временем свяжется с Фрэнком Оксманом и натравит вас друг на друга. Как видите, дело совсем не простое. Но я не сомневаюсь, что если кто и сможет справиться с этими прохвостами, то только вы.

– А вы не думаете, что Грэйб уже связался с мистером Оксманом?

– Пока еще нет.

Какое-то время Мейсон изучал рисунок ковра на полу кабинета, потом поднял глаза и улыбнулся:

– Что ж, я согласен.

Миссис Бейсон достала из сумочки пачку стодолларовых купюр.

– Вот деньги, которые вы заплатите за расписки. Остальные – на покрытие накладных расходов. Нет, нет, расписка мне не нужна, – сделала она недовольный жест, заметив, что Делла Стрит собирается заполнять квитанцию. – Репутация мистера Мейсона хорошо известна. – Она лукаво улыбнулась: – К счастью, вы не сможете сказать того же обо мне, господин адвокат. До свидания!
Глава 2


Засунув пальцы в проймы жилета, Мейсон в ожидании расхаживал из угла в угол. Наконец раздался долгожданный условный стук в дверь, ведущую в кабинет непосредственно из коридора – один громкий удар, четыре тихих и вновь два громких.

Делла Стрит встала и открыла дверь.

– Привет, красотка, – дружески улыбнулся секретарше высокий худощавый мужчина с выпученными глазами и несколько вытянутым лицом.

– Привет, Пол, проходи, – сказал Мейсон.

– Ради Бога, Перри, – усмехнулся Дрейк, закрывая за собой дверь, – не говори, что ты взялся за новое дело!

– Но ведь старое закончено, – пожал плечами Мейсон. – Не сидеть же вообще без дела. У тебя есть смокинг?

– Ага, – усмехнулся детектив. – В моей инвентарной книге он значится средством конспирации. К чему ты это спросил?

– Тебе известен человек по имени Сэмуэль Грэйб?

– Ты говоришь об одном из содержателей игорного дома?

– Да.

– Слышал о нем, но лично не знаком. Он содержит игорный дом на корабле «Рог изобилия». Судно стоит на якоре за пределами двенадцатимильной зоны. Полиция периодически пытается взяться за Грэйба, но даже запреты, время от времени налагаемые на количество отплывающих к «Рогу Изобилия» катеров, абсолютно ни к чему не привели.

– Что тебе известно о нем, Пол?

– Крепок, как сталь, и равнодушнее камня. Он неплохо поставил дело и, говорят, недурно зарабатывает. Если хочешь, могу навести о нем справки.

– Не стоит. Дело вот в чем: одна замужняя дама по имени Сильвия Оксман выдала Грэйбу несколько долговых расписок на общую сумму семь с половиной тысяч. Сейчас у миссис Оксман нет денег, чтобы выкупить их, а ее супруг готов выложить за них кругленькую сумму, лишь бы заполучить эти документы. Вот все, что известно мне, и, соответственно, все, что следует знать тебе.

– Если Грэйб решил перепродать расписки мужу, – заметил Дрейк, – то, насколько я понимаю, не в наших силах остановить его.

– Если смотреть на это исключительно с точки зрения закона, Пол, – усмехнулся Мейсон, – то ты, разумеется, прав.

– Догадываюсь, что у тебя уже есть какой-то совершенно безумный план, Перри, – сказал Дрейк. – И если мы его осуществим, дело кончится одним из двух: или нам очень повезет и мы сумеем избежать тюрьмы, или же не повезет, и в таком случае мы перейдем на содержание государства, а то и вообще станем покойниками. Уволь меня, пожалуйста, Перри. Я не играю в такие игры.

– Послушай, Пол, – терпеливо сказал Мейсон. – Ведь нет ничего противозаконного в том, чтобы человек под любым именем, какое ему понравится, положил в банк некую сумму денег, если, естественно, в этом нет никакого мошенничества. Так вот, я прошу тебя всего лишь поехать в какой-нибудь банк, где тебя не знают, и сделать там вклад на тысячу долларов с регистрационной подписью на имя Фрэнка Оксмана.

– Для чего тебе это надо? – подозрительно спросил Дрейк.

– После этого, – продолжил адвокат, – мы с тобой отправимся в «Рог изобилия», и ты проиграешь пару сотен. Выпишешь чек на пятьсот долларов и попросишь крупье принять его. Крупье, разумеется, пошлет чек Грэйбу, чтобы получить у него разрешение. Грэйб сразу решит, что у него на борту Фрэнк Оксман и что ему выпал прекрасный шанс с выгодой продать расписки. Он пригласит тебя в кабинет, начнет расспрашивать. Можешь сделать вид, что опасаешься, как бы не попасть в западню. Потом станешь отрицать, что ты тот самый Фрэнк Оксман, за которого он тебя принимает, но сделать это нужно таким образом, чтобы Грэйб не усомнился, что ты лжешь. И тогда он предложит нам перекупить у него расписки Сильвии Оксман. Но ты притворишься, Пол, что это тебя не слишком интересует. Можешь предложить ему долларов пятьсот сверх номинала, на худой конец, тысячу, предупредив, что это твой предел.

– Секундочку, – перебил Дрейк, – а разве это не весьма двусмысленная ситуация?

– Боже мой, Пол, я все время буду рядом. Ладно, черт с тобой, я сам буду с ним разговаривать, твое дело только сыграть роль.

– Мне это все равно не нравится, – упрямо сказал Дрейк.

– А пятьсот долларов тебе нравятся?

– Ага.

– В таком случае, мы отправимся в половине шестого. Поедем на моей машине.

– Ты уверен, что мы не вляпаемся в неприятности? – стоял на своем Дрейк.

– Это наша работа, Пол. Иногда приходится играть с огнем.

– Для тебя это становится уже не исключением, а правилом, – вздохнул Дрейк, поднялся с кресла и вышел из кабинета.
Глава 3


Над отелем на набережной полыхали неоновые огни, бросая яркий отсвет на мостовую и жемчугом рассыпаясь по дрожащей зыби воды. В дальнем углу пристани какой-то мужчина торговал билетами на экскурсию на небольшом катере. Перри Мейсон и Пол Дрейк, оба в вечерних костюмах, сбежали по трапу к покачивающемуся на волнах суденышку, где уже находилось десятка полтора пассажиров. Они уселись на скамье, человек на мостике дал свисток, взревел мотор, и катер сорвался с места.

– Сто лет не получал подобного удовольствия! – крикнул Мейсон на ухо Дрейку.

Детектив сидел, нахмурившись, на лице его было унылое выражение человека, не сомневающегося, что его ждут всевозможные неприятности, которым он не в силах противостоять.

Катер мчался стремительно, и путешествие оказалось непродолжительным. Неожиданно из темноты ночи возникли огни «Рога изобилия». Катер описал большой круг, наконец мотор заглох и матрос, стоявший на сходнях корабля, бросил веревку, которую поймали на суденышке. Матрос без особого интереса посмотрел на пассажиров катера и крикнул:

– Поднимайтесь!

Прибывшие не преминули извлечь массу удовольствия из подъема на борт. Дамы в черных платьях подобрали юбки выше колен, две девушки в спортивных костюмах перепрыгнули на сходни без посторонней помощи и резво побежали по ним вверх. Мейсон и Дрейк поднялись на палубу последними. Пройдя вдоль борта, они вошли в ярко освещенный зал, наполненный светом и гулом голосов.

– Слушай, Пол, – сказал Мейсон, ни на минуту не забывая о деле. – Я тут пока осмотрюсь, а ты иди к рулетке и постарайся привлечь к себе внимание, делая рискованные ставки.

Дрейк стал проталкиваться сквозь толпу к зеленому столу с рулеткой, а Мейсон двинулся по залу, внимательно приглядываясь к публике. Между делом адвокат поставил несколько долларов на одном из игровых столов и проиграл.

Кто-то потянул его за локоть. Обернувшись, Мейсон увидел довольного Дрейка, который весело сообщил:

– Я выиграл триста долларов, Перри. Что теперь делать? Может быть, рискнуть и сорвать крупный куш?

– Перестань нести глупости, Пол. Иди к другому столу и снова делай ставки. Постарайся больше не выигрывать. Как только проиграешь все фишки, выпиши чек на имя Фрэнка Оксмана и спроси крупье, примет ли он его. Я подойду к тебе в этот момент, а дальше будет видно.

Дрейк направился к ближайшему игорному столу. Мейсон спокойно смотрел на него. Через четверть часа Дрейк попал в полосу невезения и начал проигрывать. Тогда детектив повысил ставки, его фишки были небрежно разбросаны по столу. Крупье с интересом наблюдал за Дрейком. Именно такие, потерявшие голову от проигрыша игроки приносили заведению наибольший доход. Когда гора фишек перед детективом иссякла, он лихорадочно стал выворачивать карманы и набрал немного бумажек и серебра. Через несколько минут он проиграл все до цента. Тогда, отойдя немного в сторону, Дрейк извлек из кармана чековую книжку, нацарапал на одном из бланков с пометкой «к оплате» цифру пятьсот и подписался: Фрэнк Оксман. Он протянул чек крупье.

– Вы примете чек? – спросил Дрейк.

Крупье посмотрел на протянутую бумажку. Дрейк перехватил взгляд Мейсона и кивнул. Крупье сделал знак мужчине в смокинге, тот подошел. Крупье что-то сказал ему на ухо, мужчина кивнул, взял чек и удалился.

– Я жду ответа, – поторопил детектив.

– Подождите минуточку, мистер Оксман, – уклончиво сказал крупье и вернулся к своим обязанностям.

Мейсон подошел к Дрейку. Несколько минут они перебрасывались ничего не значащими фразами, потом к ним подошел тот мужчина, который унес с собой чек.

– Не согласитесь ли вы пройти со мной, мистер Оксман? – спросил он.

Детектив, словно в нерешительности, шагнул за ним.

– Подождите, – сказал Мейсон, – я иду с вами. – Заметив недовольный взгляд мужчины в смокинге, адвокат объяснил: – Я сопровождаю этого господина, мы приехали вместе. Показывайте дорогу.

Мужчина повел их через зал к коридору, у входа в который стоял охранник в голубой форме, карман у него был выразительно оттопырен. На пиджаке у него красовался серебряный значок: «Дежурный офицер». Их провожатый кивнул охраннику и сказал Мейсону и Дрейку:

– Проходите, пожалуйста.

Они оказались в узком коридоре, миновали поворот в дальнем конце увидели массивную дверь красного дерева. За дверью оказалась неплохо обставленная просторная приемная и еще одна такая же массивная дверь. Они остановились перед ней и тотчас же в двери приоткрылся глазок, потом щелкнул замок и мужской голос сказал:

– Заходите.

Мужчина в смокинге распахнул дверь перед Мейсоном и Дрейком. Они перешагнули порог и очутились в роскошно обставленной комнате. Полный мужчина невысокого роста с масляным выражением лица скривил толстые губы в подобии приветливой улыбки. Глаза его казались совершенно белесыми, словно крахмальный воротничок рубашки, и столь же жесткими и безжизненными.

– Мистер Грэйб, – представил провожатый хозяина кабинета и, выйдя, плотно прикрыл за собой дверь. Мейсон услышал, как щелкнул пружинный замок.

– Простите, – сказал Грэйб, подойдя к двери, и потянул какой-то рычаг, отчего все задвижки и засовы одновременно вошли в свои гнезда. Потом он прошел через комнату, и уселся во вращающееся кресло перед огромным столом, покрытым толстым стеклом. На столе не было ни единой бумажки, если не считать только что выписанного Дрейком чека, который лежал на раскрытой кожаной папке.

– Кто из вас мистер Оксман? – спросил он.

Детектив беспомощно оглянулся на Мейсона. Мейсон выступил вперед и произнес:

– Мое имя Перри Мейсон.

– Рад познакомиться, мистер Мейсон, – сказал Грэйб, кивнув, и перевел взгляд белесых глаз на Дрейка: – Вы хотели, чтобы вам разменяли чек наличными, мистер Оксман, а в таких случаях принято задавать несколько вопросов. Вы впервые у нас в гостях?

Дрейк утвердительно кивнул.

– Вы с кем-нибудь знакомы здесь?

– Нет.

– Не будете ли вы так добры назвать свой адрес, род занятий и номер телефона, служебный и домашний?

– Я думаю, мистер Грэйб, – неожиданно сказал Мейсон, – что мы могли бы избавить вас от подобного беспокойства!

– Каким же это образом, мистер Мейсон? – поинтересовался Грэйб бесстрастным тоном.

– Я адвокат этого господина.

Грэйб скрестил на животе руки – крупные бриллианты сверкнули на толстых коротких пальцах. Он помолчал и переспросил задумчиво:

– Адвокат?

Мейсон кивнул, придвинувшись ближе к столу.

– И каким же образом вы думаете избавить меня от беспокойства наводить справки? – спросил Грэйб всем тем же бесстрастным голосом.

Мейсон широко улыбнулся и, неожиданно сделав шаг вперед, протянул руку и схватил лежащий на столе чек.

– Вам не придется его разменивать, – сказал адвокат.

Грэйб выпрямился в кресле. Бриллианты на толстой руке блеснули, когда он сделал непроизвольный жест, пытаясь вырвать чек у Мейсона. Но он тут же опомнился и снова опустился в кресло.

– В чем дело? – спросил он.

– Мой клиент – не очень опытный игрок, он слишком много проигрывает, – объяснил Мейсон. – Сегодня вечером он по чистой случайности выиграл немного денег, вошел в раж и проиграл все, что у него было с собой. Но теперь он уже пришел в себя. Ему не нужно денег, потому что он не собирается больше играть.

Грэйб уставился на Мейсона холодным взглядом.

– Полагаю, что это маленькое дельце, – сказал он медленно, – касается только мистера Оксмана и меня.

– Лучше разорвите его, – сказал Мейсон, протягивая чек детективу.

Дрейк послушно порвал чек на мелкие кусочки и засунул обрывки в карман. Грэйб поднялся на ноги. Мейсон быстро встал таким образом, чтобы оказаться между ним и Дрейком.

– Мой клиент совершил ошибку, выдав вам этот чек, – жестко сказал он.

– Вы имеете в виду, что в банке у него нет суммы, которая могла бы покрыть этот чек? – подозрительно спросил Грэйб.

– Разумеется, есть, – ответил Мейсон. – Можете завтра же позвонить в банк, если это вас так интересует. Дело в том, что я вовсе не желаю, чтобы чек моего клиента оказался разменянным на фишки. Мы приехали сюда не играть.

Грэйб с минуту внимательно переводил взгляд с Мейсона на Дрейка, затем опустился в кресло и небрежным движением руки указал на стулья.

– Прошу садиться, господа, – сказал он. – Я хочу поговорить с вами.

Дрейк вопросительно взглянул на Мейсона, тот кивнул и устроился на стуле слева от Грэйба. Дрейк осторожно примостился на стуле поодаль. Грэйб сидел очень прямо, опираясь кончиками пальцев о край стола.

– С этим чеком все было в порядке? – наконец спросил он.

– Гарантирую вам состоятельность чеков этого джентльмена на любую сумму, на которую ему вздумается их выписать, – рассмеялся адвокат.

– Именно с этой подписью и именно на этот банк?

– Как, впрочем, и с любой другой подписью, – небрежно добавил Мейсон.

Грэйб какое-то время внимательно изучал Дрейка, который явно чувствовал себя не в своей тарелке, потом перевел взгляд на словно высеченное из гранита лицо адвоката.

– Так ваше имя Мейсон, и вы адвокат?

Мейсон утвердительно кивнул. Грэйб секунду подумал, потом спросил, словно только что сообразил:

– Вы случайно не тот самый Перри Мейсон?

Тот снова кивнул. Грэйб развернулся в своем вращающемся кресле и оперся локтями о стол.

– Это меняет дело. Господа, у меня к вам деловой разговор.

– Деловой? – поднял брови Мейсон.

– Да, – кивнул Грэйб и повернулся к детективу. – Если вы приехали сюда не для игры, то для чего же, мистер Оксман?

Дрейк уже было хотел что-то ответить, но поперхнулся и посмотрел на Мейсона.

– Позвольте говорить мне, – тут же вмешался адвокат. – Я не хотел бы никакого недопонимания между нами, мистер Грэйб. Вы не знаете этого человека. Он выдал вам чек, подписанный именем Фрэнк Оксман. Этот чек надежен, как золото, но ведь он не означает, что этот человек действительно Фрэнк Оксман. Он свидетельствует только о том, что у него есть счет, оформленный на это имя. И если вы хоть раз где-либо обмолвитесь, что Фрэнк Оксман выиграл или проиграл в вашем заведении хоть цент, то у вас могут возникнуть серьезные неприятности. Мой клиент приехал к вам и в самом деле не для игры – просто из любопытства, взглянуть, что у вас здесь творится.

– В таком случае, вы тем самым подтверждаете, что он не Фрэнк Оксман? – спросил Грэйб.

– Вовсе нет, – любезно улыбнулся Мейсон. – Ничего подобного я не говорил.

– Следовательно, он действительно Фрэнк Оксман?

– Этого я тоже не стану утверждать.

– Вы оба явились сюда, – медленно произнес Грэйб, – чтобы собрать доказательства, я в этом нисколько не сомневаюсь. Вы хотите кое с кем побеседовать и кое-что разузнать.

– В конечном итоге, – сказал Мейсон, закуривая, – разве так уж важно, зачем мы сюда пришли?

Грэйб вспыхнул:

– Черт возьми, конечно важно!

Мейсон спокойно убрал в карман зажигалку и спросил:

– Позвольте поинтересоваться, почему именно?

– Мне нужно поговорить с вашим клиентом по одному делу, – заявил Грэйб.

– Вам совершенно не о чем говорить с моим клиентом. Начиная с этой минуты он глух и слеп.

– Хорошо. Тогда у меня есть деловой разговор к вам.

– В данный момент, – сказал Мейсон, вытянув ноги и выпуская к потолку струйку дыма, – я не настроен вести деловые разговоры. У вас неплохой кабинет, мистер Грэйб.

Грэйб рассеянно кивнул.

– Я бы хотел, чтобы вы, господа, встретились с моим компаньоном, – сказал он и, слегка переместившись в своем кресле, сделал движение, как будто нажал кнопку в полу. Секунду спустя раздался звонок, и Грэйб, отодвинув кресло сказал: – Извините. – Подойдя к двери, он отодвинул крышку глазка, потом потянул за рычаг, который сдвинул одновременно все запирающие болты и задвижки, открыл дверь и сказал дежурному офицеру: – Артур, свяжись с Чарли. Сообщи, что я прошу его немедленно прийти сюда.

Офицер с интересом посмотрел на посетителей и сказал:

– Мистер Чарльз отправился на берег звонить по телефону. Когда вернется, я ему передам.

Грэйб захлопнул дверь, снова задвинул все засовы и вернулся к столу.

– Не желаете ли выпить, джентльмены?

Адвокат отрицательно покачал головой.

– Не вижу каких-либо причин задерживать нас здесь дольше, – сказал он.

– Я попросил бы вас немного подождать.

– Чего именно?

– Вы приехали сюда, чтобы получить доказательства, – медленно произнес Грэйб.

С лица Мейсона сбежала улыбка.

– Не думаю, чтобы мне хотелось с кем-нибудь обсуждать, зачем мы сюда приехали. У вас ведь увеселительное заведение. И оно открыто для всех, кто этого пожелает.

– Не горячитесь, мистер Мейсон! – примирительно сказал Грэйб. – Не будем ссориться.

– Я и не ссорюсь. Я просто разговариваю с вами.

– Послушайте, – сказал Грэйб, и на этот раз в его голосе не было благодушия. – Мое время не менее дорого, чем ваше. Я хотел бы вам кое-что сообщить, но только в присутствии Чарли. Чарльз Дункан – мой компаньон.

Мейсон взглянул на Дрейка, тот покачал головой. Адвокат сказал:

– Не думаю, чтобы нам хотелось видеть его.

– А если бы я показал вам те доказательства, которые вы ищите? – чуть понизив голос, спросил Грэйб.

– А откуда вам известно, какие доказательства мы разыскиваем?

– Не стройте из себя дурака, мистер Мейсон, – рассмеялся Грэйб. – Ваш клиент – Фрэнк Оксман. Его жена – Сильвия Оксман. Он хочет найти доказательства, которые помогли бы ему получить развод.

Мейсон, избегая смотреть на Дрейка, ответил после минутного колебания:

– Я ничего не говорил. Говорите вы – я только слушаю…

– Я уже все сказал, – заметил Грэйб, внимательно разглядывая адвоката.

– Когда появится ваш компаньон?

– Примерно через четверть часа.

– Хорошо, четверть часа мы подождем, – решил Мейсон и поудобнее устроился на стуле. – У вас тут славное местечко.

– Мне нравится, – согласился Грэйб. – Я сам выбирал мебель.

– Там у вас подсобные помещения? – спросил Мейсон, кивая на стальную дверь.

– Да, господа, там находится наш сейф, – пояснил Грэйб.

– И вся ваша наличность в этом сейфе? – полюбопытствовал Мейсон.

Грэйб посмотрел прямо в глаза адвокату.

– Да, в сейфе вся наша наличность, – подтвердил он. – А также доказательства того, что кое-кто нам должен.

Мейсон усмехнулся:

– Вы имеете в виду долговые расписки?

– Вот именно, – сказал Грэйб.

– Вы, пожалуй, меня заинтриговали.

– Я так и знал, что вы заинтересуетесь. Нам приходится принимать собственные меры предосторожности, ведь мы в открытом море и не можем рассчитывать на помощь полиции. Впрочем, мы вроде бы все предусмотрели. В этот кабинет нельзя попасть иначе, как по коридору с крутым поворотом. В коридоре есть площадка с сигналом, под полом смонтирована проводка, так что всякий, кто входит в коридор, невольно давит своим весом на площадку, и в кабинете раздается звонок. Дверь, ведущая в кабинет, всегда заперта. И она только с виду кажется деревянной – внутри толстый стальной лист, так что взломать ее совсем не легко и это отнимет немало времени. По всему кабинету расположены сигнальные устройства, так что я могу поднять тревогу практически с любого места, едва пошевелив рукой. Добавьте ко всему этому, что поблизости всегда находится охранник, вооруженный автоматическим пистолетом сорок пятого калибра, человек проверенный и надежный. Вы, наверное, заметили его, когда входили сюда. Говоря откровенно, синяя форма и значок рассчитаны чисто на психологический эффект, но оружие у него вполне надежное. Мы никогда не забываем, что находимся в открытом море. И здесь верховное командование принадлежит мне.

– Да, вы неплохо защищены, – задумчиво произнес Мейсон. – Впрочем, – небрежно добавил он, – банки защищены ничуть не хуже, и все же время от времени их грабят.

– У нас этот номер не пройдет, – спокойно сказал Грэйб. – Мало кому известно, но раз уж вы так заинтересовались, то могу сообщить, что в дальнем углу зала есть балкон, стены которого сделаны из пуленепробиваемой стали. Там всегда стоят наготове два охранника. Они вооружены пулеметами и бомбами со слезоточивым газом.

– Конечно, это меняет дело, – согласился Мейсон.

– Так что можете за нас не беспокоиться, – улыбнулся Грэйб. – Мы… – его прервал звук зуммера. – Кто-то идет. Наверное, Чарли.

Грэйб подошел к двери, повозился с рычагами и распахнул ее. В кабинет проник шум голосов и едва слышное тарахтение удаляющегося в сторону берега катера. На пороге появился лысый мужчина лет сорока пяти в сером полосатом костюме. Широкая улыбка обнажала три золотых зуба.

– Господа, – произнес Грэйб, – позвольте представить вам моего партнера Чарльза Дункана. Чарли, это адвокат Перри Мейсон, а это…

– Если позволите, – быстро сказал Мейсон, протягивая руку, – второй джентльмен предпочтет сохранить инкогнито.

Дункан, протянувший было руку Мейсону, неподвижно застыл, улыбка исчезла с его лица. Он беспокойно перевел взгляд на своего компаньона и медленно спросил:

– Какие-нибудь проблемы, Сэм?

– Все в порядке, Чарли, – поспешил заверить Грэйб.

Дункан пожал руку адвокату.

– Рад познакомиться, мистер Мейсон, – сказал он и бросил на Дрейка холодный оценивающий взгляд.

– Проходи Чарли, садись, – предложил Грэйб. – Мы хотим поговорить об одном деле, потому я и пригласил тебя, чтобы ты тоже присутствовал.

– Мы лично ни о чем не собираемся разговаривать, – сказал Мейсон.

– Нет, нет, – проговорил Грэйб нервно, – никто вас и не просит об этом. Вы только послушайте.

– Хорошо, – согласился Мейсон. – Мы послушаем.

Все уселись, и Грэйб повернулся к Дункану.

– Чарли, – сказал он и кивнул в сторону Дрейка, – этот господин начал у нас играть. Сначала дела его шли хорошо, потом он проиграл. Тогда он попросил разменять чек, я и взглянул на подпись. Чек был подписан именем Фрэнка Оксмана.

– Это ровно ничего не значит, – оборвал его Мейсон. – Я предпочел бы, чтобы вы, господа, забыли об этом чеке.

– Я только рассказываю моему компаньону, что произошло, – сказал Грэйб. – Вы, если хотите, можете ничего не говорить.

– Хорошо, – ответил Мейсон, – я помолчу.

Лицо Дункана ничего не выражало.

– Продолжай, Сэмми, – произнес он. – Что было дальше?

– Я попросил Джимми пригласить его в мой кабинет. Мистер Мейсон явился вместе с ним, обменялся со мной парой слов, потом вдруг схватил чек и передал своему спутнику, чтобы тот порвал его, – увидев, что Дункан нахмурился, Грэйб поспешно продолжал: – Нет, нет, ты не должен сердиться, Чарли. Послушай дальше. Сначала, конечно, я и сам немного рассердился, но потом понял, что мистер Мейсон просто не хочет, чтобы стало известно о пребывании его клиента на корабле. Никто не должен знать, по его мнению, о том, что мистер Оксман играл здесь. И он не хотел, чтобы у нас оказался чек мистера Оксмана. Теперь понимаешь?

Дункан откинулся на спинку стула и стал искать в кармане сигару. Постепенно его лицо утратило бесстрастное выражение и губы привычно расползлись, обнажая золотые зубы, в заученной улыбке.

– Значит, ты решил поговорить с ними по одному делу? – поинтересовался Дункан.

Грэйб кивнул.

– Именно. Только я решил подождать тебя.

Дункан наконец выудил из кармана сигару, обрезал кончик перочинным ножом, чиркнул спичкой о подошву и сказал:

– Прекрасно, Сэмми, я готов к разговору.

– Ты будешь говорить?

– Нет, Сэмми, лучше ты.

– Сильвия Оксман у нас здесь недурно поиграла на днях, – повернулся к Мейсону Грэйб. – Мы навели о ней справки и выяснили, что ее мужа зовут Фрэнк Оксман. Нам также стало известно, что в настоящее время Фрэнк Оксман собирается начать бракоразводный процесс и ему необходимы доказательства, которые могут быть использованы для того, чтобы объявить, что Сильвии Оксман нельзя доверять ребенка и опекунство над ним, поскольку она одержима страстью к азартным играм и вследствие этого не в состоянии должны образом распоряжаться деньгами. Вы что-нибудь слышали об этом?

– Нет, – покачал головой Мейсон. – Я даже не желаю об этом знать.

– Возможно, ваш клиент пожелает.

– Предоставьте это решать моему клиенту.

– Что ж, пусть будет так. Во всяком случае, если вы поднялись к нам на борт в поисках подобных доказательств, то можете их получить. Мы не против передать их вам.

– На каких условиях?

– Об условиях нам придется договариваться особо, – сказал Грэйб, бросая быстрый взгляд на компаньона.

– Вполне вероятно, что ваши представления о доказательствах такого рода не соответствуют моим, – спокойно сказал Мейсон.

– Не беспокойтесь, с ними полный порядок, – заверил Грэйб.

– Дело лишь в том, желаете ли вы их приобрести вообще, – заметил Дункан.

– Прежде всего мы хотели бы взглянуть на них, – сказал Мейсон.

Грэйб многозначительно посмотрел на компаньона, тот кивнул головой, встал и подошел к стальной двери, ведущей в подсобное помещение. Через минуту оттуда донесся звук хлопнувшей дверцы из бронированной стали, и Дункан появился в кабинете, держа в руках три листка бумаги, которые он бросил на стол. Бриллианты на руке Грэйба сверкнули, когда он взял бумаги со стола.

– Три векселя, подписанные Сильвией Оксман, на общую сумму в семь с половиной тысяч долларов.

– Мы вовсе не рассчитывали на что-либо подобное, – поднял брови Мейсон.

– Теперь можете рассчитывать.

– Я хотел бы посмотреть их, – заявил адвокат.

Грэйб разложил расписки на столе, прижал их растопыренными пальцами и мрачно сказал:

– Можете смотреть.

– Я не могу считать это осмотром, – возразил Мейсон.

– Зато я считаю осмотром! – рявкнул Грэйб с побагровевшим от злости лицом. – Если вас это не устраивает, то катитесь к чертовой бабушке!

– Ну, ну, Сэмми, успокойся, – сказал Дункан примиряющим тоном. – В конце концов, ведь это деловое соглашение.

– С меня хватит! – в бешенстве воскликнул Грэйб. – С той самой минуты, как этот адвокат вошел сюда, я понял его. Он ведет себя так, будто он сам господь бог, а я какой-то подонок!

Дункан молча подошел к нему и протянул руку за расписками. Мгновение поколебавшись, Грэйб отступил от стола, пробормотав:

– Что ж, займись этим сам, может, у тебя выйдет лучше.

Дункан протянул одну из бумажек Мейсону.

– Вы можете осмотреть их по очереди.

Мейсон кивнул, взял протянутый листок и подошел с ним к Дрейку. Расписка была написана на стандартном бланке, который можно было получить в любом магазине. Она была выдана на сумму в две с половиной тысячи долларов, подписана именем Сильвии Оксман и датирована двумя месяцами ранее. Остальные две расписки были выданы на такие же суммы с промежутком примерно в месяц.

Вернув последнюю расписку Дункану, Мейсон спросил:

– Что вы хотите за них?

– Вы ведь адвокат, – сказал Дункан, – и понимаете все лучше меня. Если у вас на руках окажутся эти документы, то ни один суд не позволит женщине распоряжаться собственностью ребенка, раз она азартный игрок. Так что мы готовы выслушать ваши предложения.

– Предложения! – взорвался Грэйб. – Много ты от них дождешься! Нет, это мы будем ставить условия. Пусть принимают их или убираются вон!

Мейсон решительно поднялся со стула.

– Минутку, – сказал Дункан. – Давайте поговорим спокойно. Мой компаньон – довольно вспыльчивый человек, но ведь можно обо всем договориться, не так ли?

– Конечно, – кивнул Мейсон. – Должен сообщить вам, что как раз сейчас у миссис Оксман нет денег, чтобы выкупить эти расписки, и вряд ли они появятся когда-нибудь. Так что вы очень ошибаетесь, если считаете, что сделаете на мне выгодный бизнес. Дело в том, что если мы выкупим эти векселя, то это практически единственная для вас возможность выручить за них хоть что-нибудь. Никто другой вам и цента не даст за эти листочки.

– Спрячь расписки обратно в сейф, Чарли, – заявил Грэйб. – Я не желаю иметь дело с торгашами.

– А я с подонками, – небрежно бросил Мейсон.

Грэйб с проклятиями вскочил с кресла. Лицо его от бешенства покрылось пятнами. Мейсон спокойно подошел к столу и посмотрел Грэйбу прямо в глаза:

– А теперь, мистер Грэйб, послушайте, что я вам скажу. Если мне заблагорассудится, я через полчаса могу привести сюда полицию с ордером на обыск. В таком случае вы по закону будете обязаны предъявить им содержимое своего сейфа. И расписки эту будут конфискованы, поскольку вы не имеете права их принимать. В таком случае вы за них и цента не получите. А если вы их скроете, то я без всякого труда смогу передать на вас дело в суд. И не думайте, что если вы находитесь за пределами двенадцатимильной зоны, то на вас не распространяется закон Соединенных Штатов. Так что поверьте, единственная возможность для вас – передать их мне. Я предлагаю тысячу долларов сверх суммы, на которую выданы расписки, и не цента больше. Можете соглашаться на мое предложение, можете отказаться от него. Я даю вам на размышление полминуты, после чего покидаю судно.

Лицо Грэйба исказилось еще больше:

– По мне так можете убираться прямо сейчас, – прохрипел он. – Мой ответ – нет!

Дункан даже не взглянул на компаньона. Глаза его оценивающе уставились на адвоката, и взгляд этот был холодным и безжалостным, хотя губы по-прежнему улыбались.

– Успокойся, Сэмми, дай нам поговорить. Мистер Мейсон, вы ведь прекрасно понимаете, что расписки эти стоят намного больше предложенной суммы.

– По-моему, нет, – пожал плечами Мейсон.

– Я не знаю, что о себе воображает этот тип, – закричал Грэйб, – но зато мне отлично известно, что эти расписки стоят, по крайней мере, десять тысяч сверх номинала! И я не собираюсь уступать ни доллара!

Дункан откинулся на спинку стула.

– Вы видите, мистер Мейсон, что думает мой компаньон. Может, сойдемся на пяти тысячах?

– Мне плевать на вашего компаньона, – заявил адвокат. – Тысяча – мой предел. Можете оставить при себе эти расписки, но в ближайшее время миссис Оксман будет не в состоянии выкупить их у вас, и тогда можете бросить их в огонь.

– Он блефует, – сказал Грэйб.

– Заткнись, Сэмми, – проворчал Дункан. Увидев, что Грэйб снова открыл рот, собираясь протестовать, свирепо взглянул на него и закричал: – Уймись ты, чертов дурак, ведь если Фрэнк Оксман не купит эти бумажки, то тебе останется только подтереться ими!

– Их выкупит сама Сильвия. Стоит ей только намекнуть, что мы можем продать их ее мужу…

Дункан бросил на своего компаньона убийственный взгляд и снова повернулся к Мейсону.

– Послушайте, господа, вы не могли бы подождать в соседней комнате, пока я побеседую со своим компаньоном? – Подойдя к двери, он нажал на рычаг и, когда отодвинулись все задвижки и засовы, сделал Мейсону с Дрейком знак рукой: – Прошу вас посидеть в приемной. Там есть журналы, можете их посмотреть, я вас задержу не больше, чем на пять минут.

– Хорошо, – пожал плечами Мейсон, – но только пять минут и ни секундой больше. В противном случае мы уходим.

Дверь с лязганьем захлопнулась за ними, оставив по ту сторону Дункана с его фальшивой улыбкой и беснующегося от злости Грэйба. Когда они остались одни, Дрейк обратился к Мейсону:

– Может быть, стоило подкинуть еще полтысячи. Они бы согласились. Стоило уступить Грэйбу, это опасный тип.

– Да черт с ним… Впрочем, Дункан перетрусил не на шутку, когда я предупредил, что могу привести полицию с ордером на обыск. И теперь вопрос только в том, сколько ему потребуется времени, чтобы заставить Грэйба согласиться. Между ними, как я понял, далеко не все гладко. Думаю, что на этом их партнерство вообще закончится. Дункан тугодум, и все дело ведет Грэйб. Но на этот раз вышло иначе. Посуди сам, если их сотрудничеству конец, то им гораздо удобнее иметь сейчас наличными восемь с половиной тысяч, которые можно поделить, чем остаться с долговыми расписками, которые надо еще суметь погасить у того, кто их выдал, а это не так просто.

– Наверное, ты прав, – кивнул Дрейк. – Я бы и сам мог сообразить.

– Дункан тоже неплохо соображает.

Несколько минут они любовались интерьером, наконец за дверью кабинета послышались чьи-то торопливые шаги, она распахнулась, лязгнув задвижками, и на пороге появился Дункан с расписками в руке.

– Мы согласны, – сказал он Мейсону. – Платите наличными.

– А как же ваш партнер?

– Платите деньги. Расписки у меня. Остальное вас не касается…

Неожиданно открылась дверь, ведущая в коридор. Молодая женщина лет двадцати семи, одетая в темное изящное платье, облегающее стройную фигуру, скользнула по Мейсону с Дрейком равнодушным взглядом черных глаз и обратилась к Дункану:

– Мне нужен Сэм.

Дункан сложил листки и засунул их в карман. Его золотые зубы обнажились в улыбке.

– Пожалуйста, прошу вас. Сэм в кабинете, – сказал он, но не двинулся с места, по-прежнему загораживая вход в кабинет.

Она еще раз бросила на мужчин быстрый оценивающий взгляд, очутившись вплотную перед Дунканом, который все еще держался за ручку полуоткрытой двери.

– Так как же? – спросила она, улыбаясь. – Можно мне войти?

– О, пожалуйста, прошу вас, – сказал Дункан и медленно перевел взгляд на Мейсона и Дрейка. Она, проследив направление его взгляда, в третий раз посмотрела на них. Улыбка Дункана превратилась в широкую ухмылку. – Ну, конечно, – сказал он, не спуская глаз с Дрейка, – пожалуйста, проходите. – Он распахнул дверь и сказал, повысив голос: – Не разговаривайте ни о каких делах, пока я не вернусь. – Она проскользнула мимо него, и Дункан, все еще усмехаясь, захлопнул за ней дверь. – Да, господа, – сказал он. – Весьма сожалею, что ваш маленький план не удался. Я собираюсь завтра навестить своего адвоката, мистер Мейсон, и тогда посмотрим, не придется ли ему нанести визит в окружную прокуратуру. А пока что очень советую вам, господа, не забывайте «Рог изобилия». Здесь вы найдете неплохое применение своим деньгам.

– Нет, мистер Дункан, – заверил Мейсон, – мы не собираемся забывать ваше заведение.

– И мы не забудем вас, – вновь ухмыльнулся Дункан. Он проводил их по коридору до самого выхода, где стоял на страже охранник в форме, и на прощание пожелал доброго вечера. – Пожалуйста, приезжайте к нам отдохнуть, когда вам будет угодно, – сказал он со своей неизменной улыбкой и, повернувшись, пошел по коридору обратно в кабинет.

Мейсон взял Дрейка под руку и они направились к трапу, где толпились гости, усаживающиеся в катер.

– Это была Сильвия Оксман? – спросил Дрейк.

– Вероятно. И когда она ничем не показала, что знает тебя, а ты не узнал ее, Дункан понял нашу игру. Ты ведь, по их предположениям, должен быть ее мужем.

– Перри, – обеспокоенно спросил Дрейк, – а нельзя ли теперь обвинить нас в том, что мы хотели присвоить себе деньги твоей клиентки?

– Во многом это зависит от нашего везения, – мрачно сказал Мейсон. – Однако сегодня мы в проигрыше.

Дрейк ослабил галстук и пальцем провел за воротом крахмальной рубашки.

– Что ж, если меня посадят, – поморщившись сказал детектив, – то мне не хотелось бы появляться в тюрьме в таком виде. Поспешим, чтобы я успел переодеться.
Глава 4


Мейсон через стол посмотрел на миссис Бейсон и сказал:

– Я пригласил вас, потому что мне необходимо задать вам несколько вопросов.

– Может быть, сначала вы позволите сделать это мне?

– Хорошо, – согласился адвокат. – Спрашивайте.

– Вы видели Сэма Грэйба?

– Да.

– Вы добились результатов?

– Пока нет. Обстоятельства сложились неблагоприятно.

Посетительница внимательно посмотрела на адвоката.

– Вы не желаете рассказать мне, что произошло? – спросила она.

Мейсон отрицательно покачал головой.

– В таком случае, как вы собираетесь поступить дальше?

– Я хочу еще раз попытаться, – сказал Мейсон, – но на этот раз зайти с другой стороны. Однако, прежде чем я предприму дальнейшие шаги, мне необходимо узнать побольше о том, что, собственно, от меня требуется.

Миссис Бейсон открыла сумку, вынула сигару и обрезала кончик. Адвокат щелкнул зажигалкой. Она посмотрела на него сквозь клубы дыма и сказала:

– Что ж, я жду ваших вопросов.

– Что вам известно о Сэмуэле Грэйбе?

– Не слишком много. Только то, что рассказывала Сильвия. Он жестокий и бессовестный человек. Я ведь предупреждала вас, что он крепкий орешек.

– А как насчет Чарльза Дункана?

– Внучка говорит, что он не в счет.

– Кажется, вашу внучку одурачили, – заметил Мейсон.

– Ничуть не удивлена этому. Сильвия слишком молода, чтобы разбираться в людях такого сорта. Она неплохо понимает людей своего круга, но авантюристы ей не по зубам.

– Муж хочет развестись с ней?

– Да.

– Почему?

– Почему мужчины вообще разводятся?

– Вам придется быть со мной откровенной, миссис Бейсон, – покачал головой адвокат. – Что кроется за всем этим?

Посетительница с минуту молча курила, потом ответила:

– Когда Сильвии исполнится двадцать шесть лет, а это будет в следующем году, она получит половину наследства, ее дочь Вирджиния, которой шесть лет, получит вторую половину. Если только суд не решит, что Сильвия – неподходящая личность для опекунства над Вирджинией. Если так случится, то Вирджиния получит все состояние.

– И в такой ситуации, – сказал Мейсон недоверчиво, – она выдала содержателям казино долговые расписки?

Миссис Бейсон кивнула.

– Сильвия всю жизнь поступала, как ей захочется. Именно по этой причине наследство было оставлено с соответствующими условиями, а не передано непосредственно в ее руки.

– И теперь ее муж пытается раздобыть доказательства, которые помогут ему получить развод и лишить Сильвию ее доли наследства?

– Да.

– И какой в этом смысл?

– В таком случае все наследство достанется дочери, и он сам сможет распоряжаться всеми деньгами. Если он узнает о существовании этих расписок, он их раздобудет и использует, чтобы показать, и Сильвия не в состоянии распоряжаться деньгами. У него есть и другие доводы, что он имеет право на развод, но сейчас он заинтересован именно в такого рода доказательствах. Фрэнк хочет доказать, что ей нельзя доверять деньги. Вам придется действовать очень энергично, мистер Мейсон. Мне нужны эти расписки прежде, чем Сэм Грэйб узнает, какую важную роль они могут сыграть.

– Думаю, Грэйбу это известно.

– В таком случае мы побеждены с самого начала.

– Мы еще не побеждены, но теперь я начинаю понимать, зачем вам нужен адвокат. Как велико наследство?

– В общей сложности полмиллиона долларов. Если только Фрэнк Оксман добьется права опекунства над Вирджинией и наложит лапу на эти деньги, можно считать, что ребенку подписан смертный приговор.

– Не может быть, чтобы дело обстояло именно так, – сказал Мейсон.

– Он коварен и опасен, как гремучая змея.

– Но ведь он будет находиться под контролем и наблюдением судебных властей.

– Вы просто не знаете Фрэнка Оксмана, – горько рассмеялась миссис Бейсон. – Сильвия – не противник для него. Пока я жива, я буду бороться. Но ведь мне уже почти семьдесят, и я не бессмертна.

– Но послушайте, – сказал Мейсон. – Суд ведь не может лишить Сильвию прав на ее ребенка только потому, что она играет.

– Существуют и другие обстоятельства, – мрачно сказала миссис Бейсон.

– А у самого Фрэнка Оксмана имеются какие-нибудь деньги?

– Ровно столько, сколько нужно, чтобы играть на бирже. Это ведь считается респектабельным. Вот Сильвия – та играет в рулетку, и это уже неприлично. Черт бы побрал всю эту публику, они мне все опротивели своим лицемерием.

– Интересно, – сказал Мейсон, – откуда Оксман возьмет деньги, чтобы выкупить эти расписки?

– Не волнуйтесь, для таких целей люди, подобные ему, всегда найдут способ раздобыть необходимую сумму.

С минуту адвокат и миссис Бейсон смотрели друг на друга. Наконец Мейсон медленно произнес:

– У меня появилась идея. Правда, я не уверен что она сработает, но попробовать стоит. Судя по тому, что я заметил вчера вечером, Дункан и Грэйб не слишком ладят друг с другом. Я могу постараться довести их трения до того, что один из партнеров по какому-то поводу потянет другого в суд. Тогда все, что находится на корабле, будет в распоряжении суда, поскольку они компаньоны. И если дело дойдет до этого, то я могу постараться объяснить суду, что эти расписки были выданы в погашение карточного долга. Суд, в таком случае, наверняка не станет рассматривать расписки как часть имущества компаньонов. Тогда мы сможет получить их.

Миссис Бейсон наклонилась через стол.

– Послушайте, я не хочу, чтобы мое имя трепали два грязных проходимца, но если вам удастся избежать этого, то вы вольны предпринимать все, что вам вздумается, не останавливаясь перед затратами.

– В таком случае у меня возникает естественный вопрос. Почему вам так необходимы эти расписки? Не проще ли было просто дать Сильвии денег, чтобы она их выкупила? Таким образом…

Дверь в кабинет тихонько приоткрылась и Делла Стрит негромко сказала:

– В приемной Чарльз Дункан. Он говорит, что хочет видеть тебя лично, шеф, по важному делу.

Серые глаза миссис Бейсон тревожно блеснули.

– Это значит, что они уже связались с Фрэнком Оксманом, и теперь Дункан пытается вести двойную игру.

– Не думаю, – покачал головой Мейсон, – я приставил детективов к Оксману, Дункану и Грэйбу. Подобные дела, разумеется, не решаются по телефону, а личной встречи у них не было, иначе я знал бы об этом.

– Зачем он тогда явился сюда?

– Лучше всего, я думаю, спросить у него самого, – сказал Мейсон и, повернувшись к секретарше, попросил: – Делла, проводи миссис Бейсон в библиотеку и пригласи сюда мистера Дункана. Он ведь не знает вас, миссис Бейсон, не так ли?

– Нет, мы никогда раньше не встречались.

– Я думаю, Дункан сделает какое-то предложение, возможно, небезынтересное для вас.

Когда Дункан вошел в кабинет, лицо его хранило обычное любезное выражение, на нем играла приветливая улыбка, обнажающая золотые зубы.

– У вас не осталось каких-либо неприязненных чувств ко мне после вчерашнего? – спросил он.

– Никаких, – сказал Мейсон. – Присаживайтесь, пожалуйста.

Опустившись на стул, Дункан достал из кармана сигару и предложил Мейсону.

– Благодарю, я курю сигареты.

– В таком случае, видимо, кто-то из ваших клиентов забыл свою сигарницу, – сказал Дункан, кивая на портсигар, оставленный на столе миссис Бейсон.

– Это забыл мой помощник, – сказал Мейсон, нахмурившись, и, позвонив Делле, попросил передать портсигар Джексону, на что Делла понимающе кивнула с веселым огоньком в глазах.

Когда за Деллой закрылась дверь, Дункан ухмыльнулся:

– Так эта бабушка – ваша клиентка?

Мейсон удивленно поднял брови.

– Не считайте нас круглыми дураками, – рассмеялся Дункан. – Естественно, мы попытались прощупать, с чего это вы появились у нас на горизонте. Разумеется, вы представляли не Оксмана и уж конечно не Сильвию. Но у Сильвии есть бабка, которая курит сигары. А портсигар дамский.

– Спасибо за информацию, – сказал Мейсон. – Вы хотели меня видеть именно по этому поводу?

– Нет. Речь пойдет о долговых расписках.

– И что же?

– Послушайте, мистер Мейсон, я буду с вами откровенен. – Дункан положил ногу на ногу. – Мне понравилось, как вы вчера все это обтяпали. Когда мы с Сэмом стали вспоминать, как и что, то поняли, что вы нам не сказали абсолютно ничего такого, за что можно было бы зацепиться. Вы вели себя так ловко, что, в сущности, говорил только один Сэм, вы же сами ничего не утверждали. Так что мы ровным счетом ничего не можем поставить вам в вину. Если бы нашлось хоть какое-то мало-мальски уязвимое место в этой истории, мы бы не оставили вас в покое. Но это была чистая работа.

– И вы зашли, чтобы сообщить мне об этом?

– Да нет же, – сказал Дункан, покачав головой. – Я зашел чтобы подсказать вам, как вы можете получить эти расписки.

– Как же?

– Я хотел бы, чтобы вы для меня кое-что сделали. Мне нужен ловкий адвокат.

Мейсон пристально посмотрел на посетителя и сказал:

– Вот что, мистер Дункан. Я действительно интересуюсь этими расписками. Не для себя, для моего клиента. И предупреждаю вас сразу, что у адвоката не может быть двух клиентов одновременно. Поэтому я не обещаю сохранить наш разговор в тайне, а наоборот, ставлю вас в известность, что все полезное для моего клиента будет использовано для его блага, независимо от того, хотите вы этого или нет. Так вот: если вы с этим не согласны, то лучше вам встать и уйти.

– Я вас понял, – ответил Дункан. – Вы хотите сказать, что если я буду неосторожен в разговоре с вами, то могу сам вырыть себе яму.

Мейсон кивнул.

– Что ж, я всю жизнь занимался игрой, – продолжал Дункан, – и привык рисковать. Так что я все-таки хотел бы открыться вам. Вы нужны мне, и вот почему. У меня есть одно щекотливое дело, в котором может помочь только такой ловкий адвокат, как вы. Если вы согласитесь, то я позабочусь о том, чтобы эти расписки попали к вам в руки. Дело мое заключается в том, что я хочу избавиться от Сэмми. С ним стало слишком трудно ладить. Мне не нравится, как он ведет себя по отношению ко мне. Скажите, правда ли, что если в договоре компаньонов нет специально оговоренного условия, то любой из них может, если захочет, в любую минуту расторгнуть договор?

– Это верно. Но если вы хотите расторгнуть договор, то для этого вовсе не нужен ловкий адвокат, – сказал Мейсон.

– Он мне понадобится, потому что я хочу все обделать так, как задумал. Дело обстоит следующим образом: с самого начала у Грэйба было немного денег и очень много уверенности в том, что он – толковый малый и умеет хорошо вести дела. Он решил открыть игорное заведение на воде, но не так уж много существует кораблей, которые можно превратить в казино. У меня как раз был на примете человек, который имел подходящее судно. Грэйб не знал этого человека, все переговоры вел я, пользуясь дружеским отношением ко мне владельца «Рога изобилия». И он сдал нам свое судно в аренду, но при условии, что как только наше партнерство нарушится, действие договора об аренде автоматически прекращается.

– И что же? – спросил Мейсон, глядя на Дункана холодным изучающим взглядом.

– Так вот, – продолжал Дункан, – я хочу расторгнуть договор об аренде. Тогда заведение, мебель и оборудование окажутся не стоящим и ломанного медяка, поскольку негде будет все это разместить. Если устроить так, что имущество пойдет с молотка ввиду необходимости срочно освободить судно, то мебель и оборудование можно получить за десятую часть реальной стоимости. Как только все это попадет мне в руки, я немедленно возобновлю аренду и сам стану распоряжаться в заведении. Вот тогда Сэм Грэйб поймет наконец, кто из нас двоих толковее, перестанет командовать мной и действовать мне на нервы. Мне бы хотелось, чтобы вы взялись представлять меня в этом деле. Как только все кончится в мою пользу, я передам вам эти расписки бесплатно, в качестве вашего гонорара. Что вы там с ними станете делать – мне совершенно безразлично.

– Я обычно не веду такие дела, – сказал Мейсон.

– Меня это совершенно не интересует, – ответил Дункан. – Вопрос в том, согласны ли вы взяться за мое дело. Вознаграждение вам известно. Так что, по рукам или нет?

– Нет, – не колеблясь ответил адвокат.

– Почему?

– Потому что мне не нравится, как вы собираетесь поступить, мистер Дункан. Я представляю интересы противной стороны и не сражаюсь на два фронта.

– Подумайте еще раз, мистер Мейсон. Я вам предлагаю единственную возможность получить расписки. Если вы не поможете мне, то я устрою аукцион, а покупателями будут Фрэнк Оксман, Сильвия и та, которая курит сигары. Кто заплатит больше, тот и получит расписки. Мне безразлично, кто и как их использует. Мне нужны только деньги.

Мейсон покачал головой. Дункан вскочил со стула.

– А я-то считал вас сообразительным! Ну и дурак же я! Как мне выйти отсюда?

– Эта дверь ведет прямо в коридор.

Дункан бросился к двери и так хлопнул ею, что пресс-папье на столе Мейсона исполнило джигу. Мейсон поднял телефонную трубку и попросил Герти прислать к нему Деллу вместе с миссис Бейсон и соединить его с Полом Дрейком.

Едва успела отвориться дверь, ведущая в библиотеку, как зазвонил телефон. Это был Дрейк.

– Перри? Что случилось?

– Дункан только что вышел из моего кабинета.

– Ничего нового ты мне не сообщил. Двое моих парней не спускают с него глаз.

– Я хочу знать, куда он пойдет и вообще что он будет делать, – сказал Мейсон. – Что бы не произошло, пусть с него не спускают глаз.

– Не беспокойся, Перри, парни свое дело знают.

– Я просто хотел лишний раз удостовериться. Этот Дункан может оказаться важным в нашем деле. Я все тебе потом расскажу.

Мейсон положил трубку и улыбнулся вошедшей миссис Бейсон.

– Дункан приходил ко мне, чтобы предложить взяться за его дело, – сказал адвокат, не дожидаясь вопроса. – Он решил порвать с Грэйбом и собирается проделать это таким образом, чтобы оставить компаньона в дураках. Это будет схватка двух негодяев, в которой у Дункана на руках все козырные карты, и он не преминет ими воспользоваться. Теперь вы видите, что он вовсе не так безобиден, как показалось вашей внучке.

– Ясно. А зачем же он вам все это рассказал?

– Он хотел, чтобы я помог ему в этом деле. В качестве гонорара он предложил передать мне безвозмездно долговые расписки вашей внучки.

– И вы отказались?

– Да, – кивнул адвокат.

– Почему?

– Прежде всего потому, что мне не нравится Дункан. Во-вторых, мне вообще не нравятся дела такого рода. И в-третьих, мне вовсе нет нужды браться за его дело. Ведь то, что я отказался, вовсе не значит, что Дункан бросит свою затею. Он просто обратится к другому адвокату, и все пойдет своим чередом. На судне будет объявлен раздел имущества компаньонов, и расписки попадут в общую опись. Я устрою все так, чтобы оказаться на борту, когда процедура раздела будет в разгаре, а там уж, в суматохе, не будет иметь особого значения, что и как я скажу полицейским офицерам. Во всяком случае, когда все закончится, расписки будут у меня в руках.

Миссис Бейсон поднялась, стряхнула пепел с сигары и сказала с улыбкой:

– Мне нравятся ваши методы, мистер Мейсон. Я полностью вам доверяю.

Когда она вышла, Делла Стрит подошла к Мейсону и легонько дотронулась до его плеча.

– Послушай, шеф, не хотелось бы мне, чтобы ты снова ездил в «Рог изобилия». Они ведь оба опасные люди – и Грэйб, и Дункан.

Мейсон успокаивающе улыбнулся ей.

– Я ведь тоже могу быть опасным, если пожелаю, Делла. Я получу огромное удовольствие, когда поставлю Грэйба на место, а Дункану докажу, что они слегка переоценили себя.

– И что тогда?

– Когда все будет кончено, они мне сами отдадут эти расписки по номиналу или с очень незначительной приплатой.

Делла улыбнулась адвокату, он положил руку ей на талию и тоже улыбнулся.

– Самое главное, – заметила Делла Стрит, – всегда быть оптимистом.
Глава 5


Капли дождя сверкали на поднятом воротнике плаща адвоката, стоявшего в телефонной будке на набережной. Шляпа его промокла. Время от времени он бросал беспокойный взгляд на часы и все-таки вздрогнул от неожиданности, когда телефон наконец зазвонил. Нетерпеливо сняв трубку, Мейсон услышал голос Дрейка.

– Все в порядке, Перри. Дункан начал процесс. Сейчас у него на руках ордер на предъявление имущества, подлежащего разделу, и он вместе с судебным исполнителем направляется на корабль.

– Спасибо, Пол. Пусть твои оперативники по-прежнему не спускают с него глаз. Но только на корабль пусть за ним не поднимаются.

– Хорошо. Да, вот еще что. Фрэнк Оксман направляется на набережную.

– Как давно он вышел?

– С полчаса назад.

– В таком случае Оксман поднимется на судно раньше Дункана.

– Похоже на то. Но и это еще не все. Сильвия Оксман куда-то запропастилась, и мы никак не можем напасть на ее след. По счастью, один из моих парней был приставлен к ее дому. Вот он-то и заметил, что из дома вышла горничная с одной из шуб Сильвии. Он просто так, на всякий случай, пошел за девушкой. Когда он позвонил мне, я велел ему оставить в покое горничную и отправиться вслед за Сильвией, как только он выйдет на нее.

– Куда, интересно, она направляется, Пол? Сегодня чертовски сыро и холодно, так что меховое пальто может означать, что она собирается на корабль, как ты считаешь?

– Я и сам так думаю, Перри. Дело, однако, вот в чем: только что мне стало известно, что агент, который идет за горничной, лично знаком с Грэйбом и Дунканом. Как ты думаешь, это имеет какое-нибудь значение?

– Возможно. Они знают, что он детектив?

– Вряд ли. Он раньше был их третьим компаньоном, но они его выкинули. Он потерял на этом все, что имел, несколько тысяч долларов, и вынужден был искать работу. Таким образом он пришел ко мне, и я нанял его. Перри, он говорит, что Дункан опаснее Грэйба, и что оба они – негодяи, каких немного.

– Пожалуй, пусть он лучше не поднимается на корабль, чтобы не возникло лишних осложнений.

– Хорошо. Сейчас пошлю на пристань другого человека на смену Бэлграйду. Его зовут Стейплз, ты его, наверное, помнишь. Конечно, я не знаю стопроцентно, на судно ли направится Сильвия, но, во всяком случае, Стейплз будет там.

– Отлично, – сказал Мейсон. – Что еще?

– Пока все, Перри. Но послушай, мне не нравится, какой оборот принимает это дело. Ты играешь с огнем. Если Грэйбу взбредет в голову, что это ты подучил Дункана таким образом взяться за дело, то там будет очень горячо. А команда на «Роге изобилия» – крепкие ребята. К тому же ты будешь за пределами зоны, охраняемой полицией.

– Не беспокойся, Пол. Все пройдет нормально.

– Что ж, ладно. Учти, что Сильвия может оказаться на «Роге изобилия» и что Стейплз будет там, можешь на него рассчитывать. У него с собой пистолет, и он умеет им пользоваться.

– Я тоже умею, – рассмеялся Мейсон. – Но до этого дело не дойдет.

Мейсон подъехал на своем автомобиле к пирсу, где стояли катера, заглушил мотор и подошел к билетеру. Купив билет, Мейсон спустился по скользким мосткам, за ним шли еще двое пассажиров. Когда были заняты все места, билетер крикнул:

– Катер отправляется! Остальных прошу подождать следующего рейса. Всего несколько минут.

Вода казалась черной, как нефть. Ветер разносил холодные брызги, и к тому времени, когда катер коснулся борта судна, Мейсон был мокрым с ног до головы и дрожал от колода. Впрочем, остальные пассажиры, прибывшие в казино, выглядели не лучше, и вид у них был не такой оживленный, как в прошлый вечер.

Пройдя вдоль борта к бару, Мейсон уселся на высокий табурет и заказал коктейль. Приятное тепло алкоголя постепенно помогло Мейсону согреться и прийти в себя после путешествия. Приведя в порядок пальто и шляпу, адвокат поднялся с табурета и прошел в игровой зал, в котором было человек восемьдесят, целиком поглощенных игрой. Мейсон пересек зал и направился в коридор, который вел к кабинету Грэйба. У двери на этот раз не было сторожа в униформе, поэтому адвокат незамеченным направился прямо в приемную. В первую минуту ему показалось, что в приемной никого нет, но потом он заметил в углу женщину, одетую в синий костюм, красиво оттенявшийся ярко-оранжевой блузкой. Лицо ее было скрыто за развернутым журналом, которым она, казалось, была увлечена настолько, что не заметила появления Мейсона.

Адвокат подошел к двери, ведущей в кабинет Грэйба, и постучал. Никто не ответил. Женщина оторвала взгляд от журнала и сказала:

– По-видимому, там никого нет. Я стучала семь раз, но безрезультатно.

Мейсон заметил полоску света, пробивавшуюся из-под двери.

– Дверь не заперта, – заметил он. – А я считал, что она всегда на запоре.

Женщина ничего не ответила. Адвокат пересек приемную, уселся в кресло и бросил взгляд на ее профиль. Только теперь он узнал ее. Это была та женщина, которую он встретил во время прошлого посещения казино – Сильвия Оксман, чье появление сорвало их с Дрейком планы. Несколько секунд адвокат сидел молча, изучая носки своих туфель, потом повернулся к ней и спросил:

– Извините, пожалуйста, у вас назначена встреча с мистером Грэйбом?

– Нет. Просто я хочу с ним поговорить.

– А у меня с ним назначена встреча, и как раз на этот час. Дело у меня очень важное и безотлагательное. Наш разговор отнимет не больше двадцати минут. Я надеюсь, вы не будете в претензии, если я пройду прямо в кабинет и подожду мистера Грэйба там? Поверьте, дело очень важное, иначе я непременно предоставил бы вам возможность первой поговорить с ним.

– Пожалуйста, пожалуйста, – живо ответила женщина, – я с удовольствием подожду еще немного. – И она снова загородилась журналом.

Мейсон поднялся и, решительно подойдя к двери, толкнул ее.

Сэмуэль Грэйб полусидел в кресле, навалившись на письменный стол. Одно его плечо было прижато к столу, а голова неестественно вывернута. В левом виске зияла кровавая рана. Свет затемненной абажуром лампы тускло отражался в его остекленевших зрачках. Бриллианты на правой руке переливались всеми цветами радуги, другая рука была опущена под стол.

Резко повернувшись, Мейсон выскочил в приемную как раз вовремя, чтобы увидеть, как Сильвия Оксман выходит в коридор.

– Миссис Оксман! – произнес он резким тоном.

Она остановилась при звуке его голоса, задержалась на пороге, потом медленно повернулась к нему. В глазах ее читалась тревога.

– Подойдите, пожалуйста, сюда, – попросил Мейсон.

– Кто вы такой? – спросила она. – Чего вы хотите? И почему осмеливаетесь разговаривать со мной таким тоном?

Тремя прыжками Мейсон очутился рядом с ней и схватил ее за руку чуть повыше локтя.

– Взгляните сами, – произнес он.

Молодая женщина хотела вырваться и попыталась освободить руку, но Мейсон подтолкнул ее к открытой двери кабинета. Она негодующе дернула плечом и хотела что-то сказать, но тут увидела скорчившуюся за столом фигуру. Миссис Оксман открыла было рот, чтобы закричать, но Мейсон зажал ей рот ладонью.

– Поосторожнее, миссис Оксман, – предупредил он. Подождав, пока она немного придет в себя, он опустил руку и спросил: – Сколько времени вы находились в приемной до моего прихода?

– Минуту или две, – сказала молодая женщина едва слышным голосом. Вид у нее был испуганный и потрясенный, и она, словно завороженная, не в силах была отвести взгляда от стола.

– Вы можете это доказать?

– Что вы имеете в виду?

– Кто-то видел, как вы сюда входили?

– Не знаю… не думаю… Кто… вы такой? Я уже видела вас. И вам известно мое имя.

– Меня зовут Перри Мейсон. Я адвокат. Послушайте, прекратите эти глупости. Или вы сами сделали это, или…

Он внезапно оборвал свою речь, потому что взгляд его упал на несколько листков, лежавших поверх пресс-папье. Наклонившись, он быстро взял их в руки.

Сильвия Оксман задохнулась от волнения:

– Мои расписки! Я ведь приехала, чтобы их оплатить!

– Вы приехали, чтобы заплатить Грэйбу?

– Да.

– В таком случае, – мрачно сказал адвокат, – позвольте мне взглянуть на деньги. – И он протянул руку к ее сумочке.

Она отскочила, глядя на него испуганными, расширенными от ужаса, глазами.

– У вас с собой нет денег, – констатировал Мейсон.

Миссис Оксман ничего не ответила, только задышала отрывисто и часто.

– Это вы его убили?

– Нет… конечно нет! Я даже не знала, что он здесь…

– Вам известно, кто это сделал?

Она покачала головой.

– Послушайте, я попробую помочь вам, – сказал Мейсон. – Выходите через эту дверь и постарайтесь, чтобы вас никто не заметил. Присоединитесь к играющим за каким-нибудь столом. Подождите меня. Я хочу поговорить с вами и советую рассказать мне всю правду. Запомните, миссис Оксман, никакой лжи.

– Почему вы все это делаете для меня? – спросила она после некоторого колебания.

– И в самом деле – почему? – мрачно усмехнулся Мейсон. – Просто из-за дурацкой преданности интересам клиента. Я всегда стараюсь защитить их… даже если он старается провести меня.

Внезапно миссис Оксман стала совершенно спокойной, самообладание вернулось к ней.

– Благодарю, – сказала она холодно, – но ведь я не ваша клиентка.

– Если и не клиентка, то очень близки к тому, чтобы стать ею. К тому же пусть меня черти изжарят на сковороде, если я смогу поверить в то, что вы – убийца. Но вам придется кое-что объяснить мне, как впрочем и многим другим, чтобы остальные тоже поверили в вашу невиновность. А пока уходите.

– Мои расписки, – сказала она. – Если мой муж…

– Забудьте об этом, – прервал ее Мейсон, – доверьтесь мне. Я ведь вам доверяю.

Она с минуту внимательно смотрела на него, потом подошла к двери и выскользнула в приемную. Мгновение спустя звук зуммера, раздавшийся в кабинете, подсказал адвокату, что она вышла в коридор.

Мейсон вытащил из кармана бумажник, отсчитал семьдесят пять стодолларовых купюр, носком ботинка выдвинул нижний ящик стола, бросил туда деньги и таким же образом задвинул его. Потом зажал расписки между большим и указательным пальцами, щелкнул зажигалкой и поднес пламя к бумагам. Через минуту от расписок остался только пепел. Внезапно раздавшийся в тишине кабинета звук зуммера заставил Мейсона поторопиться: кто-то шел по коридору, направляясь в кабинет. Судя по тому, что за первым сигналом последовал второй, человек шел не один. Мейсон поспешно растер пепел от расписок между пальцами, а оставшиеся целыми крошечные уголки, за которые он держал листы, сунул в рот. Потом он одним прыжком очутился в приемной и захлопнул за собой дверь в кабинет, так что щелкнул пружинный замок. Обтерев испачканные ладони о брюки, адвокат уселся в кресло и развернул первый попавшийся журнал. Он успел распечатать пачку жевательной резинки, когда открылась дверь и на пороге появился Дункан в сопровождении высокого мужчины с водянистыми голубыми глазами, одетого в твидовый костюм. На обоих мужчинах были влажные от тумана плащи. Увидев Мейсона, Дункан остановился, как вкопанный.

– Что вы здесь делаете? – спросил он.

Мейсон небрежным жестом отправил резинку в рот, свернул обертку в шарик, бросил его в пепельницу и только потом ответил:

– Я дожидаюсь Сэма Грэйба, потому что мне нужно поговорить с ним. Но раз вы здесь, я готов побеседовать с вами обоими.

– Где Сэм?

– Не знаю. Я постучал, но никто не отозвался. Я решил подождать здесь. Только журналы у вас почему-то столетней давности.

– Сэм у себя, – раздраженно сказал Дункан. – Должен быть у себя. Когда в зале идет игра, один из нас всегда бывает на месте.

Мейсон пожал плечами, брови его слегка приподнялись.

– В самом деле, – сказал он. – Сюда есть еще какой-нибудь вход?

– Нет, только через эту комнату.

– Что ж, – сказал Мейсон. – Я могу пока побеседовать и с вами одним. Насколько я понимаю, вы все-таки начали свое дело?

– Разумеется, – раздраженно ответил Дункан. – Вы ведь не единственный адвокат на свете.

– Не хотите ли резинки? – вежливо предложил Мейсон.

– Нет, терпеть ее не могу.

– Как хотите, – сказал Мейсон. – Поскольку вы обратились к правосудию, то тем самым все, что находится на этом корабле, подлежит разделу в качестве имущества компаньонов.

– И что из этого?

– Но ведь долговые расписки Сильвии Оксман, – сказал Мейсон, – выданы в погашение карточного долга. Ни один суд не согласится выступать в качестве посредника по сбору карточных долгов.

– Мы здесь в открытом море, – сказал Дункан. – На нас не распространяется закон о запрещении азартных игр.
Конец ознакомительного фрагмента.


Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/erl-gardner/delo-riskovoy-vdovy/?lfrom=390579938) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.