Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Дело о зарытых часах

$ 149.00
Дело о зарытых часах
Об авторе:Автобиография
Тип:Книга
Цена:149.00 руб.
Издательство:Эксмо
Год издания:2008
Просмотры:  9
Скачать ознакомительный фрагмент
Дело о зарытых часах Эрл Стенли Гарднер Перри Мейсон #22 Главные черты адвоката Перри Мейсона – эрудиция, глубокие аналитические способности, воля к победе, умение держать удар, бульдожья хватка, преданность клиенту… Эти качества ему не отказывают никогда – ни на отдыхе в отеле «Палм-Спринг», ни на судебном процессе по делу его верной помощницы Деллы Стрит, ни во время расследования преступления, совершенного много лет назад, ни даже когда его и Деллу пытаются отравить… Эрл Стенли Гарднер Дело о зарытых часах Глава 1 Двухместная машина с урчанием поднималась вверх по извилистому шоссе. Черные глаза Адели Блейн, обычно такие выразительные, сейчас не отрывались от дороги – бесчисленные повороты требовали полного внимания. Мисс Блейн было двадцать пять, но как говорила ее сестра Милисент: «Нашей Адели никогда не дашь ее лет. Либо она лет на пять моложе, либо на двадцать старше». Сидя рядом с ней, Гарлей Раймонд вынужден был держаться за ручку дверцы, чтобы при крутых поворотах балансировать телом в нужную сторону. В госпитале с большим трудом восстановили подвижность суставов. «Какое-то время движения будут скованны, – предупредили Раймонда, – локоть еще поболит. Но как можно больше двигайте рукой, развивайте мышцы. Только берегите локоть от ударов». Он и берег, а сейчас, на такой дороге, тем более. В сотне футов ниже шоссе сверкал горный поток, прыгая с одетых пеной скал, чтобы исчезнуть, наполнив каньон грохотом, и словно посылал сияющие улыбки нависшим над ним скалам. Дорога прошла через подвесной мост и начала крутой подъем, уже по ту сторону каньона, к поросшему соснами плато. Дальше, левее, пылающее солнце Калифорнии превращало гранит в сверкающий хрусталь, отчего тени под горами казались разлитыми чернилами. Дорога петляла по плато, где стройные сосны одуряюще дышали смолой. Правее, в долине, жаркое марево походило на расплавленную бронзу, выплеснутую в кремово-розовую опоку из высохших берегов. – Устали? – спросил Гарлей. – Нет. Немного обеспокоена, и только. Впереди возник новый поворот, и разговор прервался сам собой. Затем, на коротком участке прямой дороги, Адели удалось взглянуть на Раймонда. – А вот вы устали, – заметила она. – Чуть ли не в первый день возвращения из госпиталя я потащила вас в папин домик… А перед этим вы еще беседовали в клубе! Гарлей спокойно ответил: – Нет, я совсем не устал. Наоборот. Понимаете, я почти забыл, что на земле существуют такие вот места, теперь будто рождаюсь заново. – А беседа в клубе… утомила вас? – Меня – нет. Вот слушателей… Он рассмеялся, стараясь поменьше отвлекать девушку. – Гарлей, вы прекрасно поняли, что я имела в виду. – Понял, понял… – Что же вы рассказывали? – Ничего из того, чего они ожидали. Я поведал им о войне как о тяжелой работе, без фанфар и оркестров… Через некоторое время Адель внезапно спросила: – Вы собираетесь работать у моего отца? – Он звонил и сказал, чтобы я заглянул к нему, когда будет время. У него ощущение, будто я не знаю, чем заняться. – Ему нужен человек вроде вас, кому он мог бы довериться… Не такой, как… – Джек Хардисти, да?.. Разве так ничего хорошего и не вышло? – Не будем на эту тему, – резко сказала девушка. И добавила мягче: – Конечно, ничего хорошего получиться и не могло, но мне бы не хотелось это обсуждать. – О’кей. Адель Блейн искоса взглянула на спутника. Безразличие в его голосе было ей в новинку. Еще год назад она разбиралась во всех его настроениях, а сейчас он ее удивлял. Словно они смотрели в разные концы телескопа: все важное для нее казалось ему незаметными пустяками. Начался новый обрывистый каньон. На вершине подъема Адель резко свернула влево и повела машину дальше, где на вершине треугольника плато примостился домик, такой же естественный здесь, как любая сосна. Одноэтажное строение с широким порталом, протянувшимся вдоль всего фасада, – цель пути. Балюстрада сделана из тонких ошкуренных бревен. Стены сложены из более прочного материала, но солнце и ветер состарили его и придали ему коричневато-зеленые цвета, так гармонирующие с общим тоном вокруг. – Ничего? – спросила Адель. Гарлей равнодушно кивнул, а девушка вдруг испугалась, что ему скучно, но сразу уловила выражение его глаз. – Я много думал о таком месте, – медленно сказал он. – Это, как мне кажется, олицетворение спокойствия, единственно нужное человеку… Дефицит в наши дни… Долго мы тут пробудем? – Не очень. – Я могу быть чем-нибудь полезен? – Нет, нет, всякие домашние дела… А вы побудьте на солнышке и отдыхайте. Адель наблюдала, как гость вылезает из машины, оберегая локоть. – Не заблудитесь? В ручье вкусная вода… Освежитесь. Она вошла в хижину, открыла все окна, чтобы проветрить помещение. Гарлей нашел ключ с хрустальной водой. Тут же висел ковшик, высеченный из гранита. Напившись, он побрел к залитому солнцем кусочку плато у подножия скалы. Оттуда был виден через каньон пологий откос, уже заполняющийся пурпурными тенями заката. Стояло полное безветрие, даже сосны не шептались. Окружающие горы поражали переходами цветов всех оттенков, взрываясь кое-где остроконечными зубцами. Гарлей сделал себе подушку из сосновых игл и, опустив на нее голову, закрыл глаза. Он почувствовал внезапное утомление человека, изнуренного болезнью. Тик, тик, тик… Тиканье?! Гарлей открыл глаза. Что это?.. Или он уже начал видеть сон? Нет… Тик, тик, тик… Черт, и тут нет тишины!.. Его часы не в состоянии так громко тикать… Похоже, звуки идут из-под земли, прямо под его ухом. Раздраженно хмурясь, Гарлей отполз, сунул под голову свернутое пальто. Тиканье пропало, а с ним и сонливость. Гарлей лежал под кружевом сосновых ветвей, над ним синело небо. Он все очень четко видел и всему завидовал. Хотелось стать сосновой иголкой, чтобы лежать вот так и лежать, не думая ни о чем. Это у него получилось, и в конце концов он заснул. Проснувшись, Гарлей вздрогнул. Он увидел стройные ноги сидевшей рядом девушки. Адель улыбнулась улыбкой сестры милосердия. – Полегчало? – Небо свидетель, да! Который час? – Около шести. – Господи, значит, я дрых часа два? – Ну, не страшно. Часок, наверное. Вы сразу же легли, как мы расстались? – Да. Будто кто-то вынул затычку из моей души, вся она, сила моего духа, испарилась. Зато теперь – будто выиграл миллион!.. Вы готовы ехать обратно? – Угу. Если вы готовы. – Я полон сил. Гарлей сел и встряхнул пальто. – А зачем тут часовой механизм? – Какой? Где? – Какой – не знаю. Здесь. Наверное, что-то регулирует. Я даже откатился в сторону. Мешало. Гарлей посмотрел на девушку и расхохотался. – Вы думаете, я был в психиатричке? Адель посмеялась тоже, но не слишком естественно. Немного удивленный Гарлей показал на кучу иголок: – Послушайте сами. Вон там. Девушка приложила ухо к указанной точке, явно больше из вежливости, чем из любопытства. Гарлей с удовольствием наблюдал, как на смену недоверчивому выражению на ее лице все яснее проступает удивление. – Это я и имел в виду, если позволите, – с достоинством произнес он. – Но это же часы?! – воскликнула Адель. Разрыв кучу сосновых игл, она вытащила небольшую, лакированную жестянку. Гарлей поднял крышку. Там, заложенный со всех сторон деревянными пробками, бойко тикал прелестный будильник. Гарлей сразу узнал работу первоклассного часовщика. Гарлей сверился по своим часам. – Отстают на двадцать пять минут, – сказал он. – Такая отличная марка! Не должны бы… Но взгляните, как неглубоко они закопаны! Крышка почти на одном уровне с землей, только чуть присыпана хвоей. – Что за ненормальное желание закапывать часы! – воскликнула Адель. До них донесся шум машины, поднимающейся в гору. – Похоже, едут сюда, – сказал Гарлей. – Давайте-ка положим часы обратно, откуда взяли, и выйдем навстречу машине. Кто знает… – Действуйте, – кратко сказала Адель. Через минуту часы покоились на прежнем месте, в своей ямке, под хвоей и мхом. Заросли кустов скрывали их. Машина повернула к плато и выехала на залитую вечерним солнцем прогалину. Это был мощный закрытый автомобиль синего цвета. – Это же машина Джека! – воскликнула Адель. Машина резко затормозила перед домиком, дверца раскрылась, и оттуда вылез Джек Хардисти. Раймонд двинулся к нему, но Адель осталась на месте. – Не надо! – шепнула она. – Подождем… Хардисти нагнулся и достал из машины садовую лопату. Он уже шел к подножию скалы, но на полпути остановился, заметив в зарослях две фигуры. Парочка замерла в нерешительности, а затем повела себя как ни в чем не бывало, вполне естественно, но чересчур суетливо. – Выйдем, как будто мы его не заметили! – шепотом скомандовала Адель. Раймонд заметил, как Хардисти воровато спрятал лопату обратно в машину. Адель удивленно ахнула, будто только что увидела Джека и машину. – Что такое? Здесь машина? Это Джек? По мнению Гарлея, сцена удалась девушке примерно так же, как какой-нибудь самонадеянной школьнице Джульетта на выпускном вечере. Пришлось ей подыгрывать – Гарлей состроил мину влюбленного, застигнутого врасплох. Хардисти двинулся им навстречу. Он был узкоплеч и узколиц, но изящен – благодаря искусству дорогого портного. На крупном носу элегантно сидели очки. С ненатуральным энтузиазмом он пожал руку Раймонду. – Вернулся наш герой?.. Как вы себя чувствуете, Гарлей?.. Хэлло, Адель! Природа обделила Хардисти способностью проявлять сильные чувства, которых к тому же он не испытывал и сам это знал. Раймонду трудно было заставить себя ответить с той же «сердечностью». Адель Блейн держалась настороженно, первый бурный момент встречи сменился тихим ручейком вежливого разговора. Наконец Хардисти попросил: – С вашего позволения, Адель, я хотел бы подняться к домику. Неделю тому назад я приезжал сюда и потерял свой любимый охотничий нож. – Неделю? – с сомнением протянула Адель. – Я думала, тут лет сто никто не был и не открывал окон! – Я, конечно, этим не занимался. Приехал на пару часов отдохнуть. Такой тут мир и покой, а это помогает принимать всякие решения… – Это ваше дело, – с достоинством заявила Адель. – А мы уже собирались обратно. Я привела все в порядок. Завтра приезжает папа… Вы готовы, Гарлей? Раймонд с готовностью кивнул, глядя то на девушку, то на нового гостя. – Надеюсь, вы отыщете свой нож, – сказал он, направляясь к месту, где осталась машина. Хардисти стал предельно внимательным и еще добавил своей «душевности». – Спасибо, старина!.. Как ваша рука?.. Не очень беспокоит?.. Не переоценивайте своих сил, берегите себя! Не старайтесь разорваться на части!.. Не перенапрягайтесь, дружище. Только достигнув прямого участка дороги на Конвейл, Адель дала выход своим чувствам: – Я ненавижу его! – Он был бы приятным, если бы не прилагал усилий казаться приятным… Запало бедняге в голову, что он обязательно должен нравиться людям! Вот и паясничает, а похож на тряпичного болвана, играющего в стриптиз… – Даже не в этом дело. Он надменный к тому же! И опять дело не в этом, бог с ним! У него явный комплекс неполноценности, можно только посочувствовать… Вся беда в том, что он сделал с моим отцом! Гарлей не успел задать вопроса, девушка продолжала: – В его банке недостача свыше десяти тысяч долларов. Вы должны знать: только благодаря папиным деньгам и влиянию он вообще туда попал… – Боюсь, я немного отстал от жизни, – извиняющимся тоном проговорил Гарлей. – Не много потеряли! – запальчиво сказала Адель. – Жизнь ужасна! Папа основал в Роксбери банк, устроил Джеку место на пять тысяч, и все только потому, что он – муж моей сестры Милисент! Гарлей дипломатично молчал, не вмешиваясь в эмоциональный монолог. – Этот подонок читает книги о выдающихся личностях и черпает оттуда свои манеры, словечки, поведение… Он прячет свою полуголодную, хнычущую душонку за этой маской. Разыгрывает этакую сильную личность… Наверное, это я – сильная личность, если у меня хватает терпения не говорить ему в лицо то, что я о нем думаю! – О недостаче известно? – негромко спросил Гарлей. – Только руководству. Причем папа гарантировал: никаких потерь от Джека банк не понесет, так что они вопить не станут. Я тоже думаю, папа все уладит – опять-таки ради Милисент, не стоило даже заговаривать об этом. Так, вырвалось случайно… забудьте все, Гарлей. – Я уже забыл, – улыбнулся спутник. Девушка горько подумала, что еще год назад он принял бы ее мучения всерьез, а сейчас просто согласился выбросить все из головы. – Как никогда папе сейчас нужен верный человек… – И Адель вспомнила, что уже говорила об этом. Но Гарлей ее как бы не слышал. Или не пожелал придавать значения ее словам, или не отнес их на свой адрес… Во всяком случае, мысли его текли совсем в другом направлении. Это стало ясно, когда он спросил: – Зачем Джек зарыл часы в землю? – Вы думаете, это он?.. – У него была лопата, которую он спрятал, увидев нас. И шел к тому самому месту. – Как странно, я тоже на него подумала, но ничего не могла понять. Я… Ой!.. Смотрите! Машина Милисент! Адель замахала рукой несущимся на них огням. Встречная машина замедлила ход и остановилась. Глаза Милисент внимательно глядели на них через стекла очков без оправы. Раймонд подумал: напрасно она отказалась от карьеры операционной сестры, пройдя полный курс… Видимо, ищущая натура не удовлетворилась бездумным существованием дочери богача… И вот – замужество, на этом все замкнулось. Сначала, казалось, счастье бесконечно, а затем оно увяло, не успев расцвести. Не слишком выразительное лицо Милисент сейчас будто совсем одеревенело. – Хэлло! – тускло произнесла она. – Ездили в домик? Хэлло, Гарлей! Едва узнала, как ваши дела? Раймонд вылез из машины, чтобы поздороваться с Милисент. В ее однотонном голосе все же было больше душевности, чем во всех излияниях Джека… – Рада видеть. Слышала, вас серьезно ранило. Как сейчас? – Здоров как бык. Тоже рад вас видеть, Милисент. – Убирала в домике? – задала она вопрос Адели, а когда та кивнула, спросила: – Вы там… я хочу сказать… Вы не видели… – Да, – подтвердила сестра, читая ее мысли, – приехал как раз в ту минуту, когда мы уезжали. Милисент явно переживала. Ей не хотелось так сразу бросать Гарлея, но не терпелось помчаться к Джеку. – Как хорошо, что мы встретились, – пробормотала она, включая зажигание. – Надеюсь, будем часто видеться… Старая дружба, одним словом… – Одним словом, кати! – сказала насмешливо сестра, и дверца захлопнулась. Адель растерянно посмотрела вслед сорвавшейся с места машине, затем села поудобнее и включила зажигание. Под шум мотора девушка что-то пробормотала себе под нос, не слишком лестное для сестры. – Она знает о растрате? – спросил Гарлей. – Надеюсь, нет… Этого еще не хватало! – Тогда почему она была как на иголках? Так спешила к своему Джеку? – Семейные неполадки… Помимо всего прочего… Ах, не будем говорить о Джеке… Принесла его нелегкая на этот крохотный островок покоя… Кстати, где вы остановились, Гарлей? – В отеле. Адель включила третью скорость, и они понеслись не хуже Милисент. А ведь на горной дороге стоило бы подумать и о покрышках… И хотя спидометр показывал всего пятьдесят пять миль, езда походила на бешеную. Адель Блейн вдруг рассмеялась: – Простите, но я вспомнила о назначенной на вечер встрече. Боюсь, опаздываю… С вами всегда одно и то же, Гарлей… Вы заставляете меня обо всем забывать. А ведь солнце почти село… Глава 2 Гарлей Раймонд принял душ, с удовольствием растянулся на мягкой постели и сразу же вынужденно признал: резервы его энергии ограниченны. Вражеские пули, пожалуй, отняли у него куда больше сил, чем он предполагал. Резко зазвонил телефон. По тому, как он болезненно вздрогнул, Гарлей понял: и нервы его могли бы быть покрепче. Местная телефонистка сообщила, что в вестибюле его дожидается мистер Винсент Блейн. – Блейн? – удивился Гарлей. – Скажите ему, будьте добры… Скажите: я сейчас спущусь вниз. А если он торопится, то попросите его подняться сюда. Гарлей натянул рубашку и брюки и принялся зашнуровывать туфли, когда в дверь осторожно постучали. Нет, на улице он не узнал бы Винсента Блейна, хотя не виделись они немногим больше года… И суть даже не в том, что отец Адели и Милисент постарел, хотя постарел он разительно… У него был несвойственный ему обеспокоенный вид. Они сели. Мистер Блейн по-прежнему был обворожителен в обращении, причем совершенно искренне. Участлив и сердечен без покровительства и снисходительности, поэтому на него никто не обижался. И Гарлей понимал: хотя старик явился к нему по чрезвычайно важному делу и находится в напряжении, он не заговорит о деле до тех пор, пока не выполнит всех человеческих правил, обязательных при встрече с пострадавшим и только-только выздоравливающим человеком. Поэтому Гарлей отвел его извинения, скороговоркой сообщив о своем здоровье необычайно оптимистично, пожаловался на свою «лень» и прямо приступил к делу: – Не могу ли я быть вам чем-нибудь полезен? В проницательном взгляде мистера Блейна мелькнула напряженность. – Это чертовски любезно, что вы мне предлагаете помощь… Я сам не знаю… Видите ли, немного волнуюсь из-за Адели. Ведь вы ездили вместе? – Да. И вместе вернулись в город. – Ее еще нет дома. – Она мне сказала о важном свидании, о котором чуть не забыла, – успокоил Гарлей. – Мы так неслись, что я серьезно беспокоился о покрышках… А сейчас вот прилег… Блейн пустился в извинения, но Гарлей рассмеялся: – Я как раз готовился заняться перевариванием той огромной порции здоровья, которую почерпнул в вашем горном домике… Вот где чистый рай! Блейн механически кивнул, занятый, вероятно, какими-то далекими мыслями. Внезапно он бросил быстрый взгляд на Гарлея: – Вам не улыбается пробыть там несколько дней? – В домике? – Ну да. – А вас это не стеснит?.. Я слышал, у вас там с кем-то намечена встреча… – Проведу ее дома. Я бы хотел, чтобы вы там пожили. Конечно, придется самому заботиться о пище. Гарлей широко улыбнулся: – Если вы говорите серьезно, то я ничего лучшего и не желал бы. – Сегодня вы там ничего не видели? Блейн тщетно пытался скрыть свою заинтересованность. – Видел. Вашего зятя. Коротко подстриженные усы старика выразительно шевельнулись, как если бы он удержал ругательство. – Ничего особенного в его поведении не заметили? – Его манеры показались обычными. – Да, да, я понимаю, – хлопушка, вообразившая себя дальнобойным орудием… Слушайте, Гарлей. Мне нужно, чтобы вы кое-что сделали для меня. Вам прилично заплатят, а позже мы договоримся о чем-то постоянном. Пока же я прошу вас немедленно отправиться в домик. Прямо сейчас. И следить за всем, что там происходит. – Заметив его колебания, старик добавил: – Можете не сомневаться, любая компенсация… – Да нет. Дело вовсе не в этом. Я просто не могу представить себе, каковы мои функции. – Что же, придется объяснить. Скажу вам то, чего не знает жена Джека, Милисент. У него в банке недостача в десять тысяч долларов. Возможно, Адель поделилась с вами, она это знает… Не хочу скрывать и скажу то, чего и она не знает. Я и пальцем не шевельну, чтобы погасить скандал. Черт с ним. Лично я не считаю членом семьи этого негодяя… Он пробрался в нашу семью, сбив ловким ударом Милисент с ног… На нее, бедняжку, местные парни не клевали. А шикарных охотников за приданым ей встретить не пришлось, этот обскакал всех. Я его видел насквозь, и то иной раз обманывался – уж такими влюбленными глазами он смотрел на свою добычу! А дочь прямо светилась от счастья. И уж конечно, никого бы не стала слушать… Ладно. Вам это неинтересно. Перехожу к сути дела… Я сказал Хардисти, что не намерен его покрывать. Но был непоследователен. Знаете, как он проучил меня за то, что я сразу же не отправил его в тюрьму?.. Вам и в голову не придет. Он забрал остальные деньги из банка, все! Около девяноста тысяч долларов, о чем и сообщил мне по телефону… Шантажист! Он заявил, если мне жаль такой суммы, то пусть я не пожалею десяти тысяч. А ему, мол, сидеть в тюрьме приличней не за такую ерунду, а за хороший куш… И будет на что жить потом, после тюрьмы, когда его никто не примет на работу… Ну не скот? – Скот, – кратко согласился Гарлей. – И я уверен, он отправился в мой домик в поисках тайника для украденного… Ну а коли так, то при известном везении это место можно будет отыскать… а? Вместо ответа, Гарлей Раймонд стал надевать пальто. – Я готов, мистер Блейн. Поехали. – Подкрепитесь сначала. Пойдите в ресторан и поужинайте как следует. Мне все равно не освободиться раньше чем через час-полтора… Было бы хорошо, чтобы вы примерно через этот промежуток времени ждали меня в холле… Честное слово, мой мальчик, огромную тяжесть вы снимаете с моей души! Глава 3 Поздним вечером домик казался отрезанным от всего мира. Тишина заставляла человека вспомнить, что у него есть душа, и он начинал вслушиваться в неясный ритм внутри себя. Звезды висели прямо над верхушками сосен. Гарлею казалось, что выйди он на веранду да прицелься из мелкокалиберной винтовки – и все они упадут к его ногам, как елочные игрушки. Вечер был неприятно холодный, с той особой пронизывающей сыростью, характерной для горных мест, леденящей и заставляющей думать о кресле перед горящим камином, и больше ни о чем. Как только мистер Блейн уехал, Гарлей сразу же растопил печку. Сухие сосновые полешки весело трещали, и его охватила волна тепла – только сейчас он почувствовал, как промерз. Взяв в передней комнате одеяло, Гарлей устроил себе уютную постель на хорошей, пружинистой кушетке и вернулся к теплу очага. Но очарование огня нарушилось каким-то посторонним шорохом. Гарлею почудились чьи-то шаги. Свет он еще не зажигал, юркнув в холодную кухню, плотно закрыл дверь туда, где мерцала горящая печка… Правда, его мог выдать дымок из трубы… Запоры надежны. Он прижался лицом к окну. На веранде, несомненно, кто-то был, с кошачьей легкостью двигался от одного окна к другому, пытаясь заглянуть внутрь. Чтобы глаза привыкли к темноте, Гарлей на секунду зажмурился. Когда он снова открыл их, незнакомец показался ему рельефней. К тому же щелочка света из той комнаты, где топилась печка, сквозь неплотную драпировку слабой полоской перерезала чужое лицо, будто фосфоресцирующим карандашом. Гарлею надоела игра в прятки, и он уже решил выйти, как вдруг услышал: – Эй! Есть кто в доме? Голос тут же поглотила мертвая тишина. Гарлей подошел к двери, но не открыл ее. – Кто там? – Произошел несчастный случай. – Где? – На дороге. Внизу. – Вы ранены? – Нет, но мне нужна помощь. Гарлей распахнул дверь. Стоявший перед ним человек был молод. Губы капризно очерчены, но взгляд прямой и твердый, невысокого роста, худощавый, но мускулистый, с быстрыми движениями и, очевидно, хорошей реакцией. – Я не знал, что здесь живут, пошел наугад. Извините. – Я здесь «живу» от силы полчаса, – сказал Гарлей и тут же добавил: – Вы, как видно, лучше меня знакомы с местностью? Молодой человек поклонился: – Ваш ближайший сосед. Мой домик в полумиле отсюда. Гарлей протянул руку: – Гарлей Раймонд. – А я – Бертон Страг. Писатель, с вашего позволения. Мы с сестрой арендовали брихемовский домик. – Кажется, я его видел… Не войдете? – Лучше, если вы сами выйдете. Там под откос свалилась машина. Я было отправился к Роду Витону, а по дороге мне что-то мелькнуло в вашем домике. Я даже удивился. Вот уже несколько месяцев тут не было живой души. – Кто тот человек, о котором вы упомянули? – Родней Витон, художник. По его милости мы тут и оказались. Он приобрел здешнюю хижину, сманил нас… Ну а вы не против пойти поинтересоваться той машиной? – Это не очень далеко? – спросил Гарлей и пояснил: – Видите ли, я так называемый выздоравливающий… Страг взглянул на него с невольным восхищением: – Фронт? – Да. – Проклятье! Я так рвался, не пустили. Туберкулез. Пока живешь себе потихонечку – ничего… Но под пулями вряд ли это возможно… Пожалуй, вам лучше не ходить, если у вас еще не все о’кей. Авария произошла примерно в четверти мили отсюда. – Выходит, где-то возле… – Да. Там, где развилка. Кто-то гнал на большой скорости и не заметил поворота. Голубая громадина… Вряд ли уцелели люди, но хотелось бы удостовериться. Чтобы поднять машину, надо вызвать парней. Вот почему я… – Иду, – сказал Гарлей, всеми силами подавляя волнение. «Голубая громадина» могла оказаться машиной Хардисти. – Вы думаете, водителя придавило? – Всякое может быть. А может, и уцелел, сам удрал за помощью. Во всяком случае, там осталась моя сестра. Если понадобится, она успокоит, что помощь близка. Идите, а я забегу за Витоном, и мы догоним вас. – Договорились. Оденусь, проверю печку и пойду. Гарлей вернулся, помешал в печке, закрыл заслонку и надел пальто, застегнувшись на все пуговицы. Затем положил в карман фонарик и вышел, заперев дверь на ключ… Стало заметно холоднее и темнее. По дороге Гарлею приходилось несколько раз пускать в ход фонарик. Он был так поглощен тем, как бы не попасть в какую-нибудь яму, что незаметно для себя быстро достиг того места, где дорога пересекалась с главным шоссе. Да, если машина выскочила сюда на полном ходу, то ей ничего не стоило загреметь с обрыва. Раймонд снова включил фонарик, ища следы колес. Они казались достаточно четкими. Если их ищешь. А когда они ехали сюда с Блейном, оба не думали ни о каких следах и ничего, разумеется, не заметили. – Эй! – откуда-то снизу, из темноты, донесся до него женский голос. – Хэлло! – отозвался Гарлей. – Это мисс Страг? – Да. Тут он увидел ее. Она стояла на крутом склоне, держась за сосну. – Не вздумайте спускаться здесь. Пройдите вперед по дороге еще немного, там есть плоский каменный выступ… и будьте осторожны. – Скоро должны подойти ваш брат и его приятель, за которым он пошел. Я из домика мистера Блейна, вверх по дороге… Далеко машина от вас? – Прямо подо мной. Похоже, она пустая. Гарлей прошел еще немного и обнаружил подобие каменного мостика, по которому спустилась девушка. Она оказалась высокой и стройной. Больше он ничего не увидел – не будешь ведь направлять фонарик в лицо. Во всяком случае, судя по небрежному тону, она знала себе цену. Гарлей представился. Она назвала себя Лолой. И он почувствовал на себе тот вопросительный взгляд, которым во время войны встречают каждого мужчину в штатском. Неожиданно она проговорила: – Ах да! Вы же из госпиталя. Я читала о вас в конвейлской газете. Гарлей перевел разговор на упавшую с обрыва машину. Она лежала колесами вверх, кузов застрял между большими валунами. Это, безусловно, была машина Хардисти. – Я не слышала даже слабого шума. Если водитель там, его уже нет в живых… Поговорим лучше о вас. На протяжении последующих десяти минут Гарлей подвергся весьма искусному подробному допросу. Наконец до них донесся с шоссе шум машины. Хлопнула дверца, и кто-то спрыгнул на шоссе. – Это ты, Берт? – Да. – Все привез? – И топор, и фонарь, и веревку. Только не Рода. У него на дверях записка, что он в городе. – Обойдемся. – Тебя нашел мистер Раймонд? – Я здесь! – отозвался Гарлей. – Тогда, думаю, мы справимся… Обвяжу веревкой машину… Минутку! Вроде бы кто-то едет. Блеснули фары приближающейся машины. Лучи отразились на соснах и перерезали дорогу, упираясь в черную бездну, обозначавшую каньон. Завизжали тормоза. Голос Берта позвал: – Не могли бы вы… нам помочь! Тут внизу машина… Взрыв густого мужского смеха, хлопанье дверцы. Затем – бас: – Черт, как официально! – Это Род. Возвращается из города, – пояснила Лола Гарлею. Теперь уже раздался певучий голосок: – Добрый вечер, Берт. – Хэлло, Мирна! – Поднимать наверх мы ее не станем, – заявил Род, – просто удостоверимся, что в ней никого нет, а потом – до свидания. Берт, давай топор, я свалю вон то дерево, воспользуемся им как рычагом. Можно подумать, Витон всю жизнь занимался подобными операциями. Показалось, что гигант срубил дерево тремя-четырьмя взмахами. Приятно было смотреть на него. Он обрубил ветви, получив в итоге великанский шест… Неторопливо, без суеты и криков, он продолжал командовать: – Ну-ка, Раймонд, нажмите на противоположный конец. Просто сядьте на него. Поберегите раненую руку. Берт и Лола, отойдите подальше… Раз, два – взяли! Со стоном и скрежетом машина приподнималась. Витон закрепил ее в таком положении между валунами и сказал: – Теперь сбавьте давление. Изменим угол поворота… О’кей. Еще раз – взяли! И снова машина немного переместилась. – Отлично! – сказал Витон. – Теперь она хорошо просматривается… Стекла кабины затянулись паутиной трещин. Внутри никого не было. – Пустота, – объявил Витон, – но все-таки надо хорошенько проверить. Пучок света обшарил кабину. Пусто. – Нет ли там лопаты? – вдруг спросил Гарлей. Все удивленно переглянулись. Он поспешил объяснить: – Мне кажется, я знаю эту машину. Если это та, что сегодня была у домика мистера Блейна, то возле сиденья должна быть лопата. – Ясно… Нет, никакой лопаты я не вижу, – после паузы сообщил Витон. Лола с облегчением рассмеялась: – Что ж, мы свой гражданский долг выполнили. Остался последний трюк: благополучно подняться отсюда. При помощи веревки они все довольно легко совершили опасное восхождение по отвесному склону. Только Гарлей остался внизу. – Знаете, я что-то не очень доверяю своей руке… Лучше обойду! – крикнул он. – Ерунда! – не послушал его Витон. – Обвяжитесь морским узлом, и вам будет достаточно одной руки. Признаться, и одной руке Гарлея нечего было делать: с такой легкостью и силой тащил его наверх Родней Витон. На шоссе Раймонд был представлен Мирне Пейсон, владелице ранчо. Одного взгляда на широко расставленные смеющиеся глаза Мирны, на алые полные губы хватило Гарлею, чтобы понять, почему рядом с ней мужчины забывают обо всем на свете. Ее поразительно белая, матовая кожа доказывала, что достижения косметики приняты ею на вооружение, а портниха немало потрудилась, чтобы одежда подчеркивала и преподносила все прелести фигуры. Мужчины обычно замечают окончательный эффект, но женщины понимают: это искусство и опыт… Гарлей узнал, что двухместная крытая машина старой марки принадлежала Роду. Он подобрал свою соседку для поездки в город «ради экономии резины и бензина». Пусть уж покрышки «летят» у одной машины, чем у двух… Лола молчала, она не одобряла таких соображений. Впрочем, Гарлей почувствовал себя таким усталым и разбитым, что им овладело глубокое безразличие к взаимоотношениям этих людей. – Разрешите откланяться, – вяло сказал он, – у меня был утомительный день. – Мы довезем вас! – торопливо предложил Берт. – Не беспокойтесь… – Вот еще! – твердо сказала Лола. – Садитесь. Она заняла середину переднего сиденья, Гарлей сел рядом, а Берт втиснулся за руль. Мгновение казалось, что Родней Витон пребывает в некой растерянности, желая что-то сказать Лоле… Но Мирна окликнула его: – Скорей, Род. Нам надо убрать с дороги свою машину, чтобы они могли проехать! – Ближайший телефон в трех милях отсюда по дороге, – задержал Берт Рода. – Я должен отвезти Гарлея, а вы, может быть, доберетесь до автомата и известите полицию об аварии. Род размышлял несколько секунд, затем произнес: – Пожалуй, это необходимо. Я извещу шерифа. Спокойной ночи! Машины разъехались. Гарлей был доволен молчанием, установившимся в машине. Все его существо молило о покое… Они остановились перед домиком, и Берт выразил надежду, что теперь с Раймондом можно будет встречаться. Лола сказала что-то в этом же духе. Раймонд понимал, Берт не отказался бы сейчас от пары стаканчиков в тепле, но не нашел в себе сил пригласить к себе новых знакомых. Поднявшись на крыльцо, Гарлей с отчаянием подумал, какой же он стал развалиной. Надо было пойти посмотреть на зарытые в землю часы, но сил осталось только на то, чтобы раздеться и вытянуться на приготовленной постели. Заснул он мгновенно. Глава 4 Проснулся Гарлей за час до рассвета от нестерпимого холода. Навалив на себя еще несколько одеял, он стал смотреть в широкое окно на светлеющее небо… Выбирал какую-нибудь звезду и забавлялся тем, как постепенно она стирается полосой света. Он ей приказывал задержаться, но звезды исчезали бесследно, и уже через секунду он не мог найти место, где только что светилась яркая точечка. Выбравшись на веранду, Гарлей вдохнул свежего горного воздуха и почувствовал острый голод. Он разжег сразу две керосинки, сварил крепкий кофе, зажарил яичницу с беконом, несколько тостов, открыл баночку паштета. Завтракая, Гарлей думал о зарытых часах. Пока грелась вода для мытья посуды, он вышел наружу, постоял на веранде и прогулочным шагом, с наслаждением вдыхая аромат сосен, пошел по устланной иглами тропинке. Нужное ему место он нашел сразу и разгреб хвою и мох… Будильник весело тикал… Гарлей взглянул на свои часы. Разница по-прежнему равнялась точно двадцати пяти минутам. Он снова закопал часы, стараясь сохранить прежний порядок, и вернулся в домик. Вода нагрелась, но нигде не было видно посудных полотенец. Гарлей вспомнил, как мистер Блейн говорил ему, что все нужное он найдет в комоде, и направился в спальню, отметив, что эта комната, обращенная на север, еще хранит ночной холод. Он не успел дойти до кедрового комода, как заметил на кровати чью-то фигуру. Кто это? Может быть, пока он отсутствовал, приехала Адель?.. Или Милисент?.. Любая могла открыть дверь своим ключом и улечься спать, не подозревая о его прибытии сюда. Гарлей с неудовольствием подумал о всевозможных глупейших недоразумениях. Он не знал, что теперь делать… Удалиться как можно тише, окликнуть спящего? Человек лежал спиной к двери, укрытый с головой. Гарлей решил не затягивать выяснение ситуации. – Доброе утро! Человек не пошевелился. Гарлей повысил голос: – Я не хотел бы вас беспокоить, но желал бы выяснить, кто вы? Царило мертвое молчание, очень странное, не похожее на молчание спящего человека. Гарлей шагнул вперед и положил руку на то место, где у человека предполагалось плечо… Оно было ледяным. Гарлей сдернул одеяло. Это был Джек Хардисти. Он, вне всякого сомнения, умер несколько часов назад. Глава 5 Перри Мейсон шагал по коридору к своему кабинету, насвистывая какую-то мелодию. Шагал с характерной для него ритмичностью навстречу неожиданностям нового дня, которые не замедлят объявиться, и не особенно торопился. Открыв личным ключом кабинет, он первым делом увидел широкую улыбку на лице Деллы Стрит, сидевшей за разборкой свежей почты. – Привет!.. Что в отношении прибыльных дел, моя министерша финансов? Делла шутливо поклонилась: – Доллары ждут вас, милорд! – Намечается новое дело? – Мейсон сразу стал серьезным. – Во всяком случае – новый клиент. – Где он? – Ну, он явно не из тех, кто будет ждать в приемной. Некий мистер Винсент Блейн, банкир и владелец универмага в Конвейле. Три раза прорывался к вам по междугороднему. Сначала не желал ни с кем разговаривать, кроме вас. Потом снизошел до разговора с вашей секретаршей. Мейсон повесил шляпу в шкаф, вытянул из пачки сигарету и только после этого заявил, закуривая: – Мне он не нравится. – Вы его знаете? – Понятия не имею. Думаю, это толстобрюхий задавака. Что он хочет от нас? – Вчера ночью в горном домике убили его зятя. Частые затяжки сигаретой говорили о том, что Мейсон заинтересовался. – Кого подозревают? – спросил он. – Никого. – Так какого дьявола я им нужен?.. Я же не сыщик, а адвокат. Пускай назовут убийцу, и я подумаю, как его оправдать. – Полагаю, вопрос тут в каких-то семейных тайнах. Поэтому мистер Блейн и не хотел говорить подробно. Обе дочери вчера были в этой хижине, да и он тоже… Ну, в конце концов, у него есть деньги. – Нудное внутрисемейное дело. Ни уму ни сердцу. Пусть разбираются сами, – вздохнул разочарованно адвокат. Делла Стрит с улыбкой заглянула в свою записную книжку. – В нем есть один оживляющий аспект. – Да?.. Слушай, Делла, когда я тебя отучу испытывать мое терпение? – Просто я приберегла самое вкусное на десерт. – Прекрасно, подавай мне его. – Зарытые в землю часы! Неподалеку от места убийства. Миниатюрный будильник, очень хорошей работы, идущий с аккуратным отставанием ровно на двадцать пять минут. Он в лакированном футляре, закреплен деревянными пробками в определенном положении. Мейсон сосредоточенно надел шляпу. – Собирайся, – сказал он. – Часы мне нравятся. Поехали. Глава 6 В Конвейле Мейсону сказали: помощник шерифа, коронер – представитель управления по насильственным смертям, сам Винсент Блейн и некий Раймонд Гарлей, обнаруживший тело, несколько минут назад отправились на место преступления, и если он поднажмет, то их догонит. Мейсон, разумеется, «поднажал» и подъехал к домику как раз в тот момент, когда небольшая группа людей уже собиралась покинуть северную спальню, где лежал труп, в том положении, в каком его нашел Раймонд. Адвокат бегло взглянул на помощника шерифа. Это был Джеймсон, знакомый Мейсона, поэтому не могло возникнуть никакого недоразумения. И действительно, адвоката тотчас же ввели в состав группы, чему он был обязан не только своей репутацией, но и огромным влиянием мистера Блейна. И вот – северная спальня, промозглая от ночного холода. Бревенчатые стены, простая мебель, небрежно брошенная одежда, башмаки, сунутые под кровать, а на кровати неподвижная ледяная фигура небольшого человечка, который при жизни так отчаянно хотел играть роль волевой, магнетической личности. Смерть все поставила на свои места. Труп был ничтожен и невзрачен. Мейсон быстро, но подробно осмотрел комнату. – Ничего не трогайте, – предупредил помощник шерифа. – Не беспокойтесь, – успокоил адвокат, цепкими глазами стараясь охватить все детали комнаты. – Несомненно, он спокойно разделся и улегся спать, – сказал представитель коронера, – и был убит в постели. – Пока несомненно только то, что он мертв, – сказал помощник шерифа, – и это убийство. Я должен запереть помещение до приезда специалистов из Лос-Анджелеса. А потом взглянем на закопанные часы, хотя я не знаю, что это нам даст. Он запер дверь спальни. Все вышли из домика, радуясь теплу и свету. Откос гранитной скалы сверкал на солнце. Гарлей подошел к знакомому месту, разгреб сосновые иглы и мох. Потом выпрямился с недоуменным выражением лица. – Я убежден, это то самое место, я тут был дважды. Но теперь… Помощник шерифа был настроен скептически. – Не похоже, чтобы здесь когда-либо вообще было что-то зарыто. – Не поискать ли поглубже? – озабоченно сказал мистер Блейн. Гарлей покачал головой: – Нет, крышка футляра была почти на уровне земли. Чуть присыпана… Он прилег головой на это место. – Вот так я устроился поспать на солнышке, и часы прямо затикали мне в ухо. А теперь ничего не слышно! Помощник шерифа разбросал хвою носком ботинка. – По-моему, с прошлой зимы тут ничего не копали. Вы, говорите, прилегли… может, вам это приснилось? – Я держал их в руках, вынимал из футляра! – вспыхнул Раймонд. – Это может подтвердить мисс Адель Блейн. Мы их нашли, когда она пришла сюда за мной! – Я не хотел обидеть вас, – успокоил Джеймсон, – но и поверить, понимаете, трудно. Такая чепуха. Вы и сегодня их тут обнаружили? – Да. – После того как нашли тело? – Нет, после мне было не до часов. – Значит, до того, как обнаружили в домике Хардисти? – Да, конечно. У помощника шерифа был вид человека, не желающего ввязываться в хлопотливые и непонятные дела. – Ну, значит, это не Хардисти взял их. Следовательно, ни к нему, ни к убийству они не имеют никакого отношения. Поговорим о его машине. Вы не представляете себе, как она попала в каньон? – Нет. – На следующий вопрос можете не отвечать, задаю его просто так, больше никто у вас об этом не спросит… Ваш ответ я приму за окончательный, Раймонд, будьте внимательны. – Благодарю за доверие. – Кто-то разогнал машину Хардисти под уклон, потом выскочил, а она рухнула на дно каньона. Это были не вы? Раймонд даже не обиделся. – Нет, разумеется. – Еще один вопрос. – Пожалуйста. – Почему мистер Блейн попросил вас пожить в его домике? – Наверное, хотел, чтобы за домиком присматривали. – Так, мистер Блейн? Тот не успел раскрыть рта, как Гарлей добавил: – Лично мне кажется, это простое великодушие со стороны мистера Блейна. Я расхваливал его домик, и он решил, что я сумею здесь поправиться после госпиталя. И придал приглашению вид задания, чтобы я не чувствовал себя обязанным. Мистер Блейн признательно улыбнулся. Затем обратился к помощнику шерифа: – Пока вы тут выясняете всякие детали с Раймондом, я хотел бы поговорить с мистером Мейсоном. Помощник шерифа милостиво кивнул. Подчиняясь жесту мистера Блейна, Мейсон и Делла Стрит отошли подальше, чтобы их не услышали. – Мистер Мейсон, – начал Винсент Блейн, – спасибо, что вы приехали. У меня сразу отлегло от души. Я очень в вас верю. – Благодарите закопанные часы, – усмехнулся Мейсон. – У вас есть какие-нибудь данные о них? – Только рассказ Гарлея, подтвержденный Аделью. Часы были, можете не сомневаться. – Именно в том месте? – Место мистер Раймонд мог перепутать. – Ол райт, это терпит. Выложите сейчас все, что вы от меня хотите. И поскорее. Винсент Блейн заговорил с такой поспешностью, что слова его сливались в одно какое-то междометие, из которого, впрочем, можно было понять и историю замужества Милисент, и все ничтожество задурившего ей голову Джека, и как старик узнал о его воровстве, граничившем с бандитизмом, когда он, шантажируя тестя, забрал из банка вообще всю наличность. Если, мол, Блейн не покроет его первую недостачу в десять тысяч долларов, то наутро в банке не будет уже девяноста тысяч… – И что же вы предприняли? – прервал его Мейсон. – Ничего. Я был связан по рукам и ногам, я за него два раза ручался, дал письменную гарантию… Идиот! – Ясно. Продолжайте. – Адель вчера приехала сюда с мистером Раймондом. Они всегда дружили. Пока они были здесь, прикатил Джек. Он не сразу их увидел… А заметив, почему-то спрятал длинную лопату, которую перед этим, как видел Гарлей, вынимал из машины… Потом они уехали, Гарлей и Адель, а Джек остался. На шоссе они встретили мчавшуюся сюда Милисент, она с ними недолго поговорила и понеслась дальше. Только спросила: в домике ли Джек… Адели это не понравилось. Она отвезла Гарлея в отель, а сама вернулась. – За Милисент? – Да. Она боялась. – Нашла ее? – Да. Здесь – внизу, на шоссе. – Что она там делала? – Валялась в истерическом припадке. – Где был в это время ее муж? – Никто не знает. В домике она не была… Не хотела, чтобы он услышал, как она подъезжает. Пошла пешком, но не дошла, нервы не выдержали. Все это она рассказала Адели. И еще сказала, что выбросила револьвер, который был у нее в сумочке, за парапет шоссе. – Зачем? – Она больше себе не доверяла. – Боялась, что убьет? Или его, или себя? – Не уточнял. – А Адель не постаралась узнать? – Не думаю. Я не спрашивал. По-моему, когда женщина не доверяет себе, она сама не знает, на что способна. – Револьвер ее собственный? – Я сам ей его дал. Она вечно оставалась одна, ее муж – эта шлюха в мужском образе – гонялся по ночам за каждой юбкой. – Ол райт. Итак, она выбросила оружие… Что было дальше? – Адель взяла с нее слово вернуться в Конвейл и остаться у нее. – Так и вышло? – Нет. – Что же случилось? – Мы не знаем. Они ехали – каждая в своей машине, но в городе, в потоке машин, Адель ее потеряла. Было темно, слепили фары… – Она не знает адреса? – Просто не приехала, и все. Больше ее никто не видел. – Кому Адель все это рассказала? – Только мне. Мы хотим… Мейсон прервал его: – Сейчас к нам присоединится Джеймсон… Кто-нибудь знает, что Милисент исчезла? – Пока никто. – Когда это может всплыть? – Некоторое время мы протянем. Адель скажет знакомым, что приютила Милисент, потрясенную трагедией, у себя, ее нельзя беспокоить. – Хуже придумать вы не могли? – То есть? – Самое нелепое, когда любители берутся подтасовывать факты. Ничего хорошего из вашего засекречивания не получится. Спорить нам некогда, сюда идут. Отведите помощника шерифа в сторону и заявите ему об исчезновении вашей дочери. – Как?! – У Блейна сперло дыхание. – Но это как раз то, что я хотел поручить вам… Как замять эту историю? – Такое дело не замять. Нет ничего опаснее в данном случае что-то скрывать, поверьте мне. Вас уличат, начнете выкручиваться, а тогда все белое покажется черным. – Я думаю о Милисент. – Нет, простите, теперь я о ней думаю, а ваше дело – слушать меня. Посвятите в исчезновение дочери Джеймсона под строжайшим секретом, чтобы ни одной душе… – Ну что ж, раз вы так советуете. – Только так. Где Адель? – Дома. – Она знает, что вы обратились ко мне? – Да. – Прелестно. Где тут ближайший телефон? – Вверх по дороге, в небольшом поселке, мили три. – Заговорите помощника шерифа с таким же пылом, как меня чуть не заговорили, а как только сумеете выбраться, следуйте в «Конвейл-отель». Я буду вас ждать. К ним решительно шагал Джеймсон. Мейсон сказал, почти не шевеля губами: – Загоните его в угол, мистер Блейн! Дайте мне форы минут двадцать – двадцать пять. Винсент Блейн шагнул навстречу помощнику шерифа: – Уделите мне несколько минут, мистер Джеймсон. Строго конфиденциально. – Ну что ж, мистер Блейн, слушаю вас. Когда они отошли в сторону, Мейсон сказал Делле: – Прогуляемся? Они пошли по окружной дорожке к задней стене хижины, где оказались в высохшем русле горного ручья, вне поля зрения присутствующих, а затем поднялись по склону до того места, где Мейсон оставил свою машину. – Садись, но не включай мотора. Не надо, чтобы они слышали. Иглы – скользкие, и я легко подтолкну машину до уклона, где она пойдет сама. Здесь, очевидно, так принято. Когда скажу – включишь мотор, а я впрыгну. Так они все и проделали, а через некоторое время мотор завел свою урчащую песню. – Быстро в поселок, к телефону! – Беречь резину не придется? – Приходится беречь репутацию, – серьезно сказал Мейсон. Три мили скверной горной дороги они преодолели за три минуты. Телефон оказался в магазине. Мейсон вызвал резиденцию Блейнов и попросил к телефону Адель. – Хэлло? – Говорит Перри Мейсон. Вы обо мне слышали? – Да… Разумеется. – Ол райт. Детали не упоминайте. Ваш отец поделился со мной вашей версией. – Понятно. – Ничего вам не понятно. Это опасно! – Почему? – Поймете позже. Я попрошу вас кое-что сделать. – Что? – Уехать куда-нибудь, где не будет знакомых. Исчезнуть. И побыстрее. – И надолго? – Пока я не разрешу вам вернуться. – А как вы меня найдете? – Через свою секретаршу. Мисс Делла Стрит будет зарегистрирована в «Конвейл-отеле». Позвоните и загляните к ней сегодня часов в пять. По телефону не называйте никаких имен. Она тоже никого не упомянет. Если горизонт очистится, она даст вам знать. После пяти звоните ей регулярно, через равные промежутки времени. Все ясно? – Да, мистер Мейсон. – Постарайтесь не называть имен. Начинайте собираться и никому ничего не говорите. Следите, чтобы за вами не было «хвоста». – Простите? – Уж эти дилетанты! Чтобы за вами никто не следил. – Поняла. Спасибо. Мейсон повесил трубку, снова снял и вызвал свою контору в Лос-Анджелесе. Разговор длился не более трех минут. Мейсон открыл дверцу кабины, помахивая долларовой бумажкой. Человек у прилавка посмотрел на него. – Я говорю с Лос-Анджелесом. Нужна дополнительная оплата. Разменяйте, будьте добры. Моя контора у аппарата… Когда они вышли, Делла поинтересовалась: зачем понадобилась мелочь, когда можно попросить телефонистку записать разговор на их текущий счет. Адвокат снисходительно улыбнулся: – А вдруг кому-нибудь до зарезу понадобится узнать, с кем я говорил отсюда? Любезный продавец ему и доложит: я говорил со своей конторой в Лос-Анджелесе, он запомнил. – Но ведь это ваш второй разговор? – А вот этого он наверняка не запомнил. Поехали дальше. Глава 7 В «Конвейл-отеле» Мейсон торопливо проинструктировал Деллу: – Перед тем как свернуть с шоссе, я заметил надпись «Округ Кери». Проверьте точные границы этого округа по отношению к горному домику. Потом сразу же обратно сюда, держать оборону. – Считайте, я уже вернулась, это не потребует много времени. Девушка исчезла, адвокат устроился в удобном кресле холла и стал поджидать мистера Блейна. Через полчаса, изнывая от бесплодного ожидания, он вошел в телефонную будку и заказал персональный разговор с Полом Дрейком, главой частного сыскного агентства в Лос-Анджелесе. – Пол? Это Мейсон. Тут у некоего мистера Блейна в горном домике вчера пристукнули зятя, Джека Хардисти. Джеймсон, местный помощник шерифа, которому поручено дело, ведет себя корректно. Но из Лос-Анджелеса вот-вот должны приехать более опытные работники, которые могут повести себя жестко. Я бы не прочь получить кое-какую информацию до их появления. – Что ты подразумеваешь под «кое-какую»? – Время смерти, улики, мотивы, возможность алиби… Затем тебе надлежит установить местонахождение Милисент Хардисти, вдовы убитого. – Хорошенькое «кое-какую»… Последнее задание – особенно. – Да. – Здесь мне разрешается домыслить? – И совершенно самостоятельно. Не исключена афера. – Короче говоря, искать в обычных местах не стоит? – Вот именно. И не принимай на веру всякую информацию. Я в «Конвейл-отеле». Понял? – Стой… А не мог твой клиент, мистер Блейн, сам пристукнуть своего обожаемого зятя? – Полиция так не думает. – А ты? – А я всегда думаю, что ничего невозможного на свете нет. Мейсон повесил трубку. Не выдержав ожидания, снова позвонил в резиденцию Блейна. – Говорит Марта Стивенс, экономка… Кого вам нужно, сэр? – ответил женский голос. – Мисс Адель дома? – Нет, сэр. – Я жду в отеле мистера Блейна. Очевидно, он задерживается. Он вам не звонил? – Нет, сэр. – А миссис Хардисти дома? – Да, сэр, но у меня строжайшее предписание не тревожить ее. Ей дали снотворное. Улыбнувшись, Мейсон сказал: – Очень хорошо. Скажите, а больше ее никто не спрашивал? – Спрашивали, сэр. – Кто? – Разные люди. Все незнакомые голоса. Раз пять-шесть. Никто себя не назвал. – Мужчины? Женщины? – И те и другие, сэр. – Прекрасно. Если вы узнаете что-то о мистере Блейне, позвоните мне в «Конвейл-отель». Адвокат выходил из кабины, когда входная дверь с грохотом распахнулась и в холл вбежала группа людей во главе с мистером Блейном. Джеймсон держался около него. Лицо Блейна просветлело, когда он увидел адвоката. Взволнованный и растерянный, он бросился к нему. Мейсон заговорил самым будничным тоном: – Похоже, мы все больше и больше обрастаем людьми, мистер Блейн! В глазах бизнесмена явно читался отчаянный призыв о помощи. – Это свидетели… Мисс Страг, ее брат и мистер Витон. Все они живут по соседству. – И что-то у всех какой-то взъерошенный вид, – добродушно заметил Мейсон. – Не пойти ли нам в мою комнату, где можно отдохнуть и чего-нибудь выпить? Помощник шерифа вздохнул: – Боюсь, у нас нет на это времени, мистер Мейсон. Мистер Блейн занял весьма странную позицию… – Например? – Мисс Страг нашла оружие, из которого был сделан выстрел в мистера Хардисти… С ней был мистер Витон. Мейсон поклонился Лоле Страг: – Примите мои поздравления. В вас пропадает детектив высокого класса. И где же вы нашли оружие? – Его зарыли в сосновые иглы по другую сторону скалы, возле которой, как уверял мистер Раймонд, были спрятаны часы. – Оставим детали, – поспешно вмешался Джеймсон. – Важно одно: это оружие связано с Милисент Хардисти. – Вот как? Каким образом? Без приглашения заговорил Родней Витон: – Конечно, джентльмены, я мог бы присягнуть, что у Милисент в руке был пистолет. Я вчера ехал по этой дороге, а она стояла на обочине. В руке у нее было что-то черное. И она вдруг отвела руку назад и бросила это что-то в каньон. А лицо было искаженное, и, по-моему, она меня даже не узнала, хотя я притормозил и снял шляпу. – Когда это было? – спросил Мейсон. – Где-то около шести. До темноты. Мы тут, в горах, не слишком следим за временем. Частенько я вообще забываю заводить свои часы, и тогда сам черт не разберет, который час. Так что ничего не скажу относительно точного времени, а то эти законники – знаю я их – слопают меня с потрохами. Не обижайтесь, сэр. – Ни капельки, – подмигнул Мейсон, – вы рассуждаете весьма разумно. – Все это пустые разговоры, – сердито сказал помощник шерифа. – Я должен поговорить с самой миссис Хардисти. А мистер Блейн ведет себя так, будто его дочь и впрямь виновна! – Ничего похожего! – рассердился бизнесмен. – Зачем вы бросились звать Перри Мейсона?.. Я не вчера родился и знаю, в каких случаях кидаются к нему. – Вы мне льстите, – улыбнулся Мейсон. – Я тоже не вчера явился на свет, но тоже не знаю, о чем вы так темпераментно говорите. – Я вовсе не стремлюсь выскакивать со своими предположениями, – пробурчал Джеймсон. – Моя миссия заканчивается. Должны приехать более опытные люди из управления… Да, вот и они. Дверь распахнулась, в холл вошли двое мужчин, двигаясь вперед с целеустремленностью торпедного катера. Мейсон обратился к помощнику шерифа: – Несомненно, вы собираетесь обрисовать ситуацию этим господам. А я пока побеседую с моим клиентом. Он взял мистера Блейна под руку, отвел в сторону и сказал: – Ну вот и расплата за ложь. У старика дрожали губы. – Я не мог сказать, что она скрылась. Это ее револьвер, я его узнал. – Что вы им сказали? – Только то, что ничего не скажу, пока не посоветуюсь с вами. – А вы действительно не знаете, где ваша дочь? – Нет, нет! – Пусть они отправляются к вам домой, и будем действовать смотря по обстоятельствам. Я вас не оставлю. Когда они увидят спальню с несмятой постелью, с них слетит весь лоск, и они вам зададут жару. Не забывайте обо мне. – Спасибо. Лишь бы они не обрушились на Адель. – Не обрушатся. – Откуда такая уверенность? – А для чего вы взяли адвоката? Выше голову, мистер Блейн! Вон они идут к нам. Офицеры из Лос-Анджелеса оказались людьми весьма крутого нрава. Им чужда была почтительность, проявляемая к мистеру Блейну местной властью. – Что за новость, почему вы заявили Джеймсону, что мы не можем с ней поговорить, пока вы не посоветуетесь с Мейсоном?! Адвокат вмешался, хотя ни один из офицеров не повернул к нему головы: – Произошло недоразумение. Мистер Блейн просто очень волнуется за свою дочь, которая сильно потрясена совсем другим делом, не имеющим отношения к этому. – А мы считаем, все имеет отношение к этому делу! Джеймсон торопливо сказал: – Я все объясню этим офицерам, мистер Блейн, все, о чем вы мне рассказали. И мы постараемся, чтобы это не попало в газеты… И снова вмешался Мейсон, с изысканной вежливостью обращаясь к отвернувшимся офицерам: – Вы сами понимаете, в каком затруднительном положении мистер Блейн… – Как бы ему не оказаться в еще более затруднительном положении! Где она? – грубо перебили его. Винсент Блейн колебался, глядя на адвоката. – Скажите им, мистер Блейн, – усмехнулся Мейсон. – Она у меня дома. Приняла снотворное и спит… Офицеры повернулись к Джеймсону: – Вы знаете, где это? – Да. – Прекрасно! Поехали. Они вышли, не взглянув на оставшихся. – Ваша машина здесь? – спросил Мейсон. – Да. – Хорошо. Нужно не дать им приехать первыми. В машине Мейсон откинулся на подушки. Только у самого дома – красивого особняка – он предупредил: – Не забудьте как можно естественней удивиться, когда ее не окажется в спальне. Они провели офицеров в дом. – Я пойду к дочери… – начал мистер Блейн. – Черта с два! – заявил офицер из управления. – Мы приехали не со светским визитом. Нам нужно поговорить с миссис Хардисти именно до того, как ее кто-то подготовит. – Я настаиваю, – с достоинством произнес мистер Блейн, – на своем присутствии во время разговора… – Это допрос, мистер, а не игрушки с интервью! – Тем более… – Я, поверенный миссис Хардисти, должен присутствовать тоже, – заявил Мейсон. – Не стану терять время на споры с вами. Да я и не собираюсь ее в чем-либо ущемлять. Но одно обязательно: говорить буду я один. Если она ответит на все мои вопросы удовлетворительно, ол райт. Если же вы начнете ее каким-то образом поправлять и направлять, я это приму во внимание, делая доклад прокурору. Пошли. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/erl-gardner/delo-o-zarytyh-chasah/?lfrom=390579938) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.