Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Дело изъеденной молью норки

$ 149.00
Дело изъеденной молью норки
Об авторе:Автобиография
Тип:Книга
Цена:156.45 руб.
Издательство:Эксмо
Год издания:2008
Просмотры:  8
Скачать ознакомительный фрагмент
Дело изъеденной молью норки
Эрл Стенли Гарднер


Перри Мейсон #40
Как бы преступники ни гордились своей изобретательностью, все их уловки бледнеют перед аналитическими способностями адвоката Перри Мейсона. Он ловко пресекает грязную игру с большими ставками.
Эрл Стенли Гарднер

Дело изъеденной молью норки
Глава 1


День был тяжелый и изматывающий. Перри Мейсон и его секретарша Делла Стрит закончили снятие показаний свидетеля под присягой. Хитрый свидетель все время уходил от существа дела, его адвокат непрерывно выступал с возражениями по чисто техническим аспектам. Потребовалось все умение Перри Мейсона, чтобы в конце концов вытянуть из него важные факты.

Адвокат и его секретарша решили поужинать в ресторане Морриса Албурга. Они выбрали закрывающуюся шторкой кабинку в самом конце зала. Опустившись на мягкое сиденье, Делла Стрит вздохнула с облегчением, посмотрела на усталое лицо Мейсона и призналась:

– Не представляю, как вам это удается. Я чувствую себя как выжатый лимон.

Моррис Албург сам решил принять заказ у такого известного посетителя.

– Напряженный день, мистер Мейсон? – поинтересовался владелец ресторана.

– Даже не хочется вспоминать, – ответил Мейсон.

– В суде с утра до вечера, как я предполагаю?

Адвокат покачал головой.

– Нет, Моррис, – начала объяснять Делла Стрит и показала на свой блокнот, в котором она стенографировала ответы свидетеля. – Снимали показания под присягой, видите, сколько страниц я исписала?

– М-да, – неопределенно ответил Албург, ничего не понимая, и обратился к посетителям: – По коктейлю?

– По двойному «Бакарди», – попросил Мейсон.

Моррис Албург передал заказ проходившей мимо официантке, а сам принялся обсуждать меню.

– Я бы предложил цыпленка или бифштекс – изумительно сегодня получились.

Владелец ресторана поднес большой и указательный пальцы к губам.

Делла Стрит рассмеялась.

– Моррис, вы пытаетесь перед нами воображать? А это откуда взялось?

– Бифштексы?

– Нет, жест.

Моррис Албург улыбнулся.

– Я видел в кино, как один владелец ресторана таким образом рекомендовал что-то своим клиентам, – признался он. – Правда, потом он принес такую дрянь… Мне стоило один раз взглянуть на мясо – и я сразу же догадался, что оно жесткое, как подошва.

– Давайте пока забудем обо всех этих жестах, – перебил Мейсон. – Нам хотелось бы два толстых бифштекса, не сильно прожаренных, картофель по-лионски, хлебец с маслом и…

Мейсон вопросительно посмотрел на Деллу Стрит.

Она кивнула.

– …и чесноком.

– Хорошо, – сказал Моррис Албург. – Сейчас все будет. Для вас – самое лучшее.

– Нежные, сочные, не сильно прожаренные, – напомнил Мейсон.

– Самые лучшие! – повторил Албург и исчез.

Зеленая штора опустилась на место.

Мейсон протянул Делле Стрит портсигар и зажег спичку. Адвокат глубоко затянулся, выпустил дым и прикрыл глаза.

– Если бы только этот старый дурак сказал правду с самого начала, вместо того чтобы ходить вокруг да около, мы закончили бы снятие показаний за пятнадцать минут.

– Однако вам в конце концов удалось вытянуть из него правду.

– Да, но только в конце концов. Словно ртуть собирал голыми руками. Я задаю ему вопрос, а он начинает бегать кругами, вертеться, поворачивать, ускользать, отвлекать внимание, вводить в заблуждение и пытаться переменить тему.

Делла Стрит засмеялась.

– А вы знаете, что задали один и тот же вопрос ровно двенадцать раз? – спросила она.

– Я не считал, – признался Мейсон. – Но нас спасла именно моя настойчивость. Я задаю вопрос, он начинает говорить совсем на другую тему, я жду, пока он закончит, затем снова задаю вопрос, он снова начинает говорить совсем на другую тему, а я опять жду, пока он закончит, затем снова задаю все тот же вопрос в точно таких же выражениях. Он использует новую тактику, чтобы только от меня отвязаться. Я делаю вид, что очень внимательно его слушаю и все понимаю. Он вдохновляется и выдает новый словесный поток. И, как только он замолкает, я снова задаю все тот же вопрос в точно таких же выражениях.

Адвокат усмехнулся, вспоминая.

– Вы его сломали, – сделала вывод Делла Стрит. – А когда он сдался, вы могли делать с ним все, что угодно.

Вернулся Моррис Албург с коктейлями в больших запотевших бокалах.

Мейсон и Делла Стрит чокнулись и молча пригубили «Бакарди».

Владелец ресторана остался стоять у выхода из кабинки, наблюдая за посетителями.

– Интересно смотреть, как вы разговариваете глазами, – заметил он.

– Мистер Мейсон устает говорить вслух, Моррис, – ответила Делла Стрит, несколько смутившись.

– Да, вы правы, адвокату приходится много выступать, – быстро ответил Моррис Албург, пытаясь как-то исправить допущенную оплошность – он понял, что затронул какой-то очень личный вопрос.

– Наши бифштексы жарятся? – поинтересовался Мейсон.

Моррис кивнул.

– Хорошие?

– Самые лучшие! – улыбнулся владелец ресторана.

Он сделал легкий поклон посетителям и вышел из кабинки. Штора упала на место.

Мейсона и Деллу Стрит никто не беспокоил, пока они не допили коктейли. Тогда снова появился Албург с подносом, на котором стояли подогретые тарелки с аппетитного вида бифштексами, картофелем, поджаренным по-лионски, и кусочками батона золотисто-коричневого цвета, только что вынутыми из тостера, намазанными маслом и посыпанными мелко нарезанными дольками чеснока.

– Кофе? – предложил Моррис Албург.

Мейсон молча поднял два пальца.

Албург кивнул, исчез и вскорости вернулся с большим кофейником, двумя чашками, сливками и сахаром.

Несколько минут он создавал видимость бурной деятельности, проверяя, наполнены ли стаканы с водой, достаточно ли масла. Казалось, что ему очень не хочется покидать клиентов. Мейсон многозначительно посмотрел на секретаршу.

– Я чего-то не понимаю, Моррис, – обратился адвокат к владельцу ресторана. – Вы показали нам радушие, приняв заказ лично, но приносить его самому было, пожалуй, ни к чему.

– У меня проблемы, – вздохнул Моррис Албург. – Наверное, они есть у всех. Теперь никто не желает работать. Ладно. Выкиньте из головы. Вы пришли сюда, чтобы забыть о проблемах. Приятного аппетита.

Зеленая штора еще раз опустилась на место.

Моррис Албург появился в следующий раз точно в момент, когда Мейсон отправил в рот последний кусочек бифштекса.

– О, у Морриса проблемы, шеф, – заметила Делла Стрит.

Мейсон поднял глаза от тарелки.

– Это просто сумасшествие, – сказал Албург.

– Вы о чем?

– Моя официантка – сумасшедшая, полностью сумасшедшая.

Внимательно наблюдавшая за Моррисом Делла Стрит улыбнулась и предупредила Мейсона:

– Мне кажется, шеф, он хочет с вами проконсультироваться как с адвокатом. Берегитесь.

– Да, вы правы, мне нужна юридическая консультация, – признался Моррис Албург. – Что делать с такой девушкой?

– Какой? – спросил Мейсон.

– Она устроилась ко мне на работу пять дней назад. Сегодня – первое число, я собирался ей заплатить и предупредил ее. У меня уже чек приготовлен. По ней сразу же видно, что ей нужны деньги. А практически сразу же после того, как вы пришли, она исчезла.

– Что вы имеете в виду – исчезла? – не понял Мейсон.

– Ушла через черный ход. И не вернулась.

– Возможно, ей нужно было попудрить нос, – предположила Делла Стрит.

– На улице? Она вышла через дверь, ведущую в узкий переулок, бросила там свой передник прямо за рестораном и скрылась. Учтите, она не взяла ни шляпу, ни пальто, а на улице, как вы сами знаете, сейчас не очень-то тепло.

– А девушка пришла на работу в пальто? – спросила Делла Стрит.

– Да. В шубе, которая осталась в шкафу. Когда-то она была шикарной. Только теперь изъедена молью.

– Молью? – переспросил удивленный Мейсон. – А что за шуба?

– Самая лучшая.

– Что вы хотите сказать, Моррис? – подбодрила его Делла Стрит.

– Очень дорогая норка, но изъеденная молью.

– Продолжайте. Выкладывайте, раз уж начали, – предложил Мейсон.

– Мне это не нравится. Я думаю, девушка скрывается от полиции.

– Почему вы так решили?

– Посудомойка следила за ней в окно, выходящее на тот переулок, что проходит за моим рестораном. Официантка бросила передник на землю, как только спустилась с крыльца, а затем побежала. На полной скорости… А я остался – с чеком за пять дней работы, норковой шубой, рестораном, полным клиентов, некоторые из которых уже начали злиться. Я считал, что она обслуживает посетителей, что все в порядке, а потом вдруг прозвучал звонок, за ним последовал второй, третий. Вы его слышали – дзин, дзин, дзин?

Делла Стрит кивнула.

– У нас так звонит повар. Это означает, что заказ готов и его можно подавать на стол. Ему уже некуда было ставить то, что попросили клиенты, которых обслуживала Дикси, вернее, у которых она приняла заказ, но не обслужила. Я думал, что она у столиков в зале. Но ее нет. И что? Еда стынет, посетители сердятся, девушка, словно антилопа, бежит по переулку. Ну и влип же я!

– И что вы сделали?

– Велел другим девушкам взять по дополнительному столику, затем сам принялся им помогать. Но что произошло? Она работает пять дней, затем несется невесть куда, будто заяц.

Мейсон отодвинул пустую тарелку. Его глаза светились. Он был явно заинтригован.

– Вы предупреждали ее, что ей выписан чек? – уточнил адвокат.

– Да. Я хотел вручить ей его полчаса назад, но она тогда оказалась занята и сказала, что заберет его позднее.

– Значит, она не планировала исчезать, – сделал вывод Мейсон, – по крайней мере тогда.

Албург пожал плечами.

– Следовательно, – продолжал Мейсон, – если она бросилась бежать, то в ресторан вошел кто-то, кто ее напугал.

– Полиция. Ее, наверное, ищут. Вы должны меня защитить, – сказал Моррис Албург.

– Кто-то из полицейских находится в ресторане?

– Не думаю… Она просто ни с того ни с сего кинулась на улицу.

– Мне хотелось бы взглянуть на шубу, Моррис.

– Шуба, – вздохнул владелец ресторана. – Вот что меня беспокоит. Что мне делать с шубой? Деньги по праву принадлежат ей. Дикси в любое время может прийти за ними. Но шуба… Она, наверное, дорогая. Кто станет за нее отвечать? Что мне делать?

– Оставьте ее где-то на хранение, – посоветовал Мейсон. – Однако давайте сначала посмотрим на нее.

Албург кивнул и снова исчез.

– Наверное, она увидела, что кто-то зашел в ресторан, может, сыщик, может… – предположила Делла Стрит.

– Подожди минутку, – перебил ее Мейсон. – Не беги впереди паровоза, Делла. Вначале нужно взглянуть на шубу.

Вернулся Албург с шубой.

– Ой, как жалко! – невольно воскликнула Делла Стрит. – Как жалко!

Албург остановился у входа в кабинку. Сразу же бросалось в глаза, что мех изъеден молью. Следы оказались в основном спереди, где ровный, гладкий, блестящий мех перемежался с проплешинами.

Подобный урон мог бы быть незаметен на менее дорогом изделии, но на такой шубе он бросался в глаза.

Делла Стрит встала из-за столика, пощупала мех, повертела шубу в руках и взглянула на ярлык.

– Боже, шеф, это из «Колтон и Колфакс»!

– Наверное, она купила ее где-то по дешевке, – заметил Албург.

– Не думаю, – возразил Мейсон. – Я считаю, что эту шубу не так сложно восстановить, например, вшить новые шкурки… Да, вот взгляните.

– Естественно, – перебила Делла Стрит. – Моль поела ее только в двух или трех местах спереди. Заменить шкурки – и шуба станет как новая. Ни в какой комиссионке ее не продали бы в таком состоянии. Они вначале отдали бы ее скорняку, а уж потом выставили бы на продажу.

– Шуба принадлежала официантке? – уточнил Мейсон.

– Или принадлежала, или она ее украла, – ответил Албург. – Возможно, шубу искали и Дикси не знала, что с ней делать, поэтому решила оставить где-то в шкафу на несколько недель, и до шубы добралась моль.

– Не исключено, что ей подарил ее какой-то приятель, а потом внезапно исчез, что навело девушку на мысль, что шуба краденая, – задумчиво сказал Мейсон. – В любом случае мы столкнулись с какой-то тайной, а я люблю тайны, Моррис.

– А я нет, – ответил владелец ресторана.

Мейсон внимательно осмотрел шубу, обращая особое внимание на боковые швы.

– Думаете, ярлык поддельный? – спросил Моррис Албург.

– Нет, настоящий, – ответил адвокат. – Конечно, его могли спороть с другой шубы и пришить на эту… Секундочку! Здесь что-то есть. Шов новый. Нитки по цвету слегка отличаются от других.

Его пальцы ощупали подкладку в том месте, где он заметил нитки другого цвета.

– Сюда определенно что-то зашито, Моррис, – сообщил адвокат.

Мейсон поднял глаза на владельца ресторана с немым вопросом.

– Вы – врач, – сказал Албург.

Мейсон внезапно стал осторожным.

– Это дело окружают странные обстоятельства, – заметил он.

– Это вы мне говорите?

– Давайте предположим, что эту шубку покупала сама девушка. Это означает, что когда-то она была достаточно богата. Затем ей внезапно пришлось уехать и оставить ее где-то. Она не могла взять ее с собой и не могла поручить кому-то уход за ней, потому что не хотела или не смела.

– А дальше? – спросила Делла Стрит.

– Через какое-то время, за которое до шубы успела добраться моль, девушка вернулась, – продолжал Мейсон. – Теперь уже удача ей не сопутствовала. Она впала в отчаяние. Она отправилась туда, где хранилась шуба. Надела ее. У официантки не оказалось денег, чтобы отдать ее скорняку на переделку, или в ремонт, или как там называется то, что производят с испорченной шубой.

– Да, денег у нее не было, – подтвердил Моррис Албург.

– Она устроилась работать к вам, – снова заговорил Мейсон. – Наверное, дела у нее шли отвратительно, иначе она нашла бы другую работу. Однако, когда она узнала, что ей выписан чек и стоит только попросить его у вас, она внезапно запаниковала и убежала, не взяв ни чека, ни шубы.

Моррис Албург прищурил глаза.

– Теперь я догадался, – сказал он. – Вы все объяснили. Это как дважды два – четыре. Она сидела в тюрьме. Может, пустила кусочек свинца в своего приятеля во время ссоры. Не исключено, что ее оправдали, но она боялась где-то появляться в шубе. Она…

– Тогда зачем было оставлять шубу на хранение? – спросила Делла Стрит.

– Она не хотела, чтобы кто-то знал, что она замешана в убийстве. Ее так и не идентифицировали… Минутку, а вдруг ее остановили пьяную за рулем? Она представилась вымышленной фамилией, чтобы никто не знал, кто она на самом деле. Ее посадили на девяносто суток. И она отсидела этот срок под вымышленной фамилией. Вот мне, например, она представилась как Дикси Дайтон. Сразу же звучит фальшиво, не так ли? Точно, она сидела в тюрьме.

Делла Стрит рассмеялась.

– С таким воображением, как у вас, Моррис, вам следовало писать романы.

– С моим воображением я жду, что полиция вот-вот нагрянет ко мне в ресторан, – уныло ответил Моррис. – Ну и влип же я – принял на работу преступницу! Если ее разыскивает полиция, то они обвинят меня в том, что я ее укрывал… Ладно, у меня есть друзья в управлении полиции.

– Не расстраивайтесь так, Моррис, – попыталась успокоить его Делла Стрит. – Вы рисуете все в черном свете. Сейчас вы уже готовы представить, что вас обвинили в убийстве и привязали к электрическому стулу или поместили в газовую камеру…

– Не надо, – перебил ее Моррис так резко, что его голос прозвучал, словно пистолетный выстрел. – Не шутите так.

На минуту воцарилось молчание, наконец Албург взял себя в руки и многозначительно кивнул:

– Да, так, наверное, и есть. Когда-то она была богата. Потом сидела. Возможно, из-за марихуаны. Да, скорее всего. Она отправилась куда-то на вечеринку, где баловались марихуаной. Полиция устроила облаву, ее забрали. Ее приговорили к шести месяцам, поэтому шуба висела в шкафу, за ней никто не следил, пока хозяйка отбывала срок. Когда Дикси вышла, до шубы уже успела добраться моль…

– Значит, когда она садилась в тюрьму, у нее были деньги, а когда вышла – все потеряла, – сделал вывод Мейсон.

– Не спрашивайте меня. Это ваша версия. Я просто добавляю недостающие моменты.

– Если она – богатая дама из высшего света, которую забрали на какой-то вечеринке за то, что она баловалась марихуаной, и она просидела в тюрьме шесть месяцев, то как так получилось, что после выхода на свободу ей пришлось работать официанткой?

– А вот теперь вы задаете вопросы в свойственной вам манере, мистер Мейсон, – заметил Моррис Албург.

– Расскажите нам поподробнее о том, как она исчезла, – попросил Мейсон. – Что конкретно произошло? Мне нужны факты, а не теории, созданные вашим воображением.

– Она просто ушла, как я уже говорил, – ответил Албург. – Я услышал звонок из кухни, потом еще и еще. Так звонит мой повар, чтобы сообщить официанткам, что заказ готов и его можно подавать на стол. Мне не нравится, когда я повторно слышу этот звонок, потому что он означает, что официантки плохо работают.

– Сколько их у вас?

– Пять девушек и один молодой человек, который обычно обслуживает кабинки. Он уже давно у меня. У него лучший участок – в кабинках дают самые большие чаевые.

– Понятно. Так что с той официанткой?

– После того как я услышал несколько звонков из кухни, я решил выяснить, в чем дело. Рядом с плитой находится полка, на которую повар выставляет готовые блюда. Она оказалась вся уставлена тарелками. Пища уже начала остывать. Я отправился обратно в зал, чтобы дать взбучку официанткам. По пути меня остановил один клиент и спросил, почему так долго не приносят заказ. Я поинтересовался, кто его обслуживает. Он ее описал. Я сразу понял, что речь идет о Дикси. Я начал ее искать, но той нигде не было. Вся накопившаяся на полке рядом с плитой еда предназначалась для столиков Дикси. Я послал одну из девушек в туалет и приказал: «Вытягивай ее оттуда. Больна, не больна, что бы там ни случилось, вытягивай». Девушка сразу же вернулась и сообщила, что Дикси там нет. И тут посудомойка мне говорит, что видела ее. Она вышла через черный ход и куда-то понеслась по переулку. Вы должны понимать мое положение. Если что-то происходит, то в первую очередь надо позаботиться о клиентах. Мы работаем для них. Я велел девушкам взять по дополнительному столику, разнести накопившиеся заказы и… вот я здесь, выплакиваю вам свои беды.

– Эта официантка подружилась с другими девушками?

– Нет. Держала язык за зубами.

– Вообще ни с кем?

– Не желала с ними общаться. Другие официантки считали, что она задирает нос. А тут еще эта норковая шуба в придачу.

– Я думаю… – начал Мейсон.

Он внезапно замолчал, когда официант, обслуживающий кабинки, отодвинул зеленую штору и похлопал Морриса Албурга по плечу.

– Простите, шеф, – обратился к Албургу молодой человек, – но у нас полиция.

– О господи! – воскликнул владелец ресторана и в отчаянии обернулся. – Тони, посади их в одну из кабинок. Я не могу допустить, чтобы клиенты видели, как меня допрашивает полиция… Я знал, что все так и будет. С самого начала знал. Мейсон, она – преступница, она…

– Все кабинки заняты, – сообщил Тони.

Албург застонал.

– Пригласите их сюда, – велел Мейсон.

– Вы не возражаете? – на лице Албурга появилась надежда.

– Раз уж вы втянули нас в это дело, то надо все выслушать до конца, – ответил адвокат.

Албург снова повернулся к официанту.

– Они в форме или в штатском? – спросил он.

– В штатском.

– Веди их сюда. Принеси еще несколько стульев, Тони. Кофе, сигары. Хорошие сигары, самые лучшие.

Официант исчез.

Албург снова обратился к Мейсону:

– Это очень мило с вашей стороны, мистер Мейсон.

– Не стоит благодарности. Если честно, я заинтересовался. Как вы думаете, что им нужно?

– Что им нужно? – переспросил Албург. – Эта дамочка. Ее норковая шубка. Здесь не может быть никаких сомнений. Если даже шуба и не краденая, то они возьмут ее в качестве доказательства. Через две недели кто-то из любовниц полицейских чинов станет в ней щеголять. Что мне делать? Я…

– Перекиньте ее через спинку моего стула, – предложила Делла Стрит. – Таким образом они решат, что шуба моя.

– Скрывать от них мне, конечно, ничего не хочется, – пробормотал себе под нос Албург, – но я также не хочу, чтобы они обнаружили у меня норковую шубу. Представляете, какие последуют заголовки в газетах: «Полиция находит украденную норковую шубу у официантки из ресторана Албурга». Все сразу же решат, что ее стащили у посетителя и…

Штору отодвинули в сторону.

– Проходите, пожалуйста, – прозвучал голос официанта.

В кабинке появились двое полицейских в штатском. Один из них показал пальцем на Албурга и сказал:

– Вот этот.

– Привет, – поздоровался второй.

– Присаживайтесь, господа, присаживайтесь, – пригласил Албург. – К сожалению, все кабинки заняты. Я сейчас тут беседовал со своим приятелем, и он предложил…

– Это же Мейсон, адвокат, – узнал один из полицейских.

– Все правильно, – подтвердил Албург. – Мистер Перри Мейсон, адвокат. Так в чем дело, господа? Чем могу быть вам полезен?

– Мисс Стрит, моя секретарша, – представил Мейсон.

Оба полицейских кивнули Делле Стрит, но ни один из них не назвал своей фамилии. Вопросы стал задавать младший по возрасту.

Официант принес стулья, кофе и сигары.

– Что-нибудь еще, господа? – спросил Албург. – Что бы вы…

– Этого достаточно, – перебил его полицейский. – Пусть принесут большой кофейник. Я пью кофе со сливками и сахаром. Мой напарник – просто черный. Ладно, Албург, выкладывайте.

– Что выкладывать?

– Сами знаете – об официантке.

– О какой официантке?

– Той, что убежала. Не заставляйте нас терять время. Что, черт побери, произошло? Вы в курсе?

– Я не понимаю, – ответил Албург. – Почему вы обращаетесь именно ко мне? Она здесь работала. Вы заметили ее, она заметила вас – и бросилась бежать.

Полицейские переглянулись.

– Что вы имеете в виду – заметила нас? – решил уточнить младший по возрасту.

– Но ведь заметила же, не так ли?

– Черт побери, нет.

– Тогда почему она убежала? – удивленно спросил Албург.

– Именно это мы и пытаемся выяснить у вас.

– Тогда откуда вы узнали, что она убежала?

– Потому что кто-то пытался заставить ее сесть в машину, припаркованную в переулке за вашим рестораном. Она не хотела этого делать. У того человека был с собой револьвер. Он дважды выстрелил в нее. Она бросилась бежать, вылетела на ближайшую улицу. Ее сбила проезжавшая машина. Водителя сбившей ее машины винить нельзя: на светофоре горел зеленый свет. А стрелявший дал задний ход и скрылся.

Моррис Албург провел рукой по лысине.

– Да будь я проклят! – воскликнул он.

– Нам нужно выяснить, что случилось. Сумочка оказалась у нее с собой. По содержимому мы поняли, что ее зовут Дикси Дайтон и она работает здесь. Ее идентифицировали как официантку, выбежавшую из переулка. Рядом с вашим черным ходом мы обнаружили передник. Посудомойка сказала, что девушка была в панике, по пути схватила сумочку, но передник сняла уже на улице… А теперь расскажите нам о ней.

Моррис Албург покачал головой:

– Я только что рассказал мистеру Мейсону все, что о ней знаю. Она устроилась ко мне работать. По ней сразу же становилось ясно, что ей нужны деньги. Я сегодня приготовил ей чек. Она…

– Вы знаете ее настоящее имя? – перебил полицейский.

– Она представилась мне как Дикси Дайтон.

– Звучит фальшиво.

– Мне тоже так показалось, – кивнул Албург, – но она так сказала, и я выписал чек на ее имя.

– А номер по системе социального страхования?

– Имеется.

– Вы можете нам его назвать?

– Я его не помню, но он записан на оборотной стороне чека.

– Мы посмотрим его позднее. Так почему она бросилась бежать?

– Понятия не имею, – вздохнул Албург.

Полицейские явно считали, что допить кофе гораздо важнее, чем немедленно выяснять все обстоятельства бегства официантки.

– Кто-нибудь видел, что ее испугало?

– Не думаю.

– Выясните.

Албург поднялся со стула и отправился в зал.

Делла Стрит обворожительно улыбнулась полицейским.

– Вы появились на месте происшествия просто мгновенно, – заметила она.

– Мы получили сигнал по рации, – объяснил один из них. – А вы как оказались замешаны в это дело?

– Мы не замешаны, – ответил Мейсон. – Мы просто заканчиваем ужин. Мы давно знаем Морриса. Он пожаловался на то, что сбежала официантка.

– А как он выяснил, что она сбежала? – поинтересовался полицейский.

– У повара накопились невостребованные заказы, еда стала остывать, а посетители выражать недовольство.

Вернулся Албург и сообщил:

– Не могу понять, что ее испугало. Вот только…

– Какой столик она обслуживала? – перебил полицейский.

– У нее было четыре столика. Она уже собиралась выйти в зал с подносом. На нем стояли три стакана и масло. В этом я уверен. Больше ничего сказать не могу.

– Три стакана? – уточнил Мейсон.

– Да.

– Это нам должно помочь, – решил один из полицейских. – Люди обычно ужинают вдвоем, вчетвером или в одиночестве. Втроем – очень нетипично. Значит, у нее за одним столиком оказалось три человека. Она уже готова была нести им заказ, но внезапно узнала их, или они узнали ее.

Албург кивнул.

– Есть трое за одним столиком?

– Все еще сидят. Однако мне не хотелось бы, чтобы вы их допрашивали.

– Почему?

– Им это очень не понравится. Им и так пришлось долго ждать заказ, и они в плохом настроении.

– Это их проблемы. Мы зададим им несколько вопросов.

– Вы можете действовать так, чтобы не привлекать особого внимания?

– Черта с два! – воскликнул один из полицейских. – Вы понимаете, о чем идет речь? Кто-то пытался убить девушку. Ее испугали люди, сидящие за этим столиком. Естественно, мы их хорошенько потрясем. Им страшно повезет, если мы решим не отвозить их в управление. Вставай, Билл.

Полицейские допили кофе и отодвинули стулья.

Албург, протестуя, последовал за ними.

Мейсон встретился взглядом с Деллой Стрит.

– Бедняжка, – вздохнула секретарша.

– Давай посмотрим, – предложил Мейсон.

– На что?

– На эту троицу.

Мейсон и Делла Стрит встали, вышли из кабинки и заняли такое место, откуда они могли видеть столик, к которому повел полицейских Моррис Албург.

Представители службы правопорядка даже не пытались проявить вежливость. Они сразу же приступили к допросу, причем в худшей полицейской манере. И все в ресторане мгновенно поняли, что этих троих почему-то трясет полиция.

За столиком сидели двое мужчин и женщина. Мужчинам давно перевалило за сорок, их спутнице еще не исполнилось и тридцати.

Полицейские не стали садиться и притворяться, что встретили знакомых. Они встали напротив компании и приступили к допросу. Они решили сразу же все выяснить, потребовав водительские права, кредитные карточки и все остальные удостоверения личности.

Все посетители ресторана с любопытством наблюдали за происходящим. Головы повернулись в одну сторону, разговоры прекратились: следили за происходящей драмой.

Мейсон слегка коснулся руки Деллы Стрит.

– Обрати внимание на мужчину, который ужинает один. Он ест бифштекс. Приглядись к нему.

– Не понимаю, кого вы имеете в виду.

– Коренастый, сидит с серьезным видом. Густые брови, жесткие черные волосы и…

– Ах да, заметила. И что?

– Видишь, как он ест?

– Как?

– Пытается проглотить кусочки мяса как можно скорее, внешне сохраняя спокойствие. Его челюсти работают очень быстро, однако нож с вилкой двигаются в ровном ритме. Он хочет в самое ближайшее время закончить ужин. Он – практически единственный во всем ресторане, кто совсем не обращает внимания на происходящее за столиком, где проводят допрос полицейские.

Делла Стрит кивнула.

– Более того, он находится не дальше, чем в десяти футах от места, где сидят те двое мужчин и женщина. Он в состоянии слышать, что там говорится, если захочет. Посмотри, посмотри, как работают его челюсти. Все делается в быстром темпе. Он не смеет допустить, чтобы кто-то заметил, что он спешит и не смеет уйти, не закончив ужин. Однако он хочет как можно скорее покинуть зал.

– Да, резво кладет все в рот, – согласилась Делла Стрит.

Они с минуту наблюдали за мужчиной.

– Что все это значит? – наконец спросила секретарша.

– Девять из десяти, что полиция погналась не за тем зайцем.

– Я тебя не понимаю.

– Давай все проанализируем, – предложил Мейсон. – Официантка убежала сразу же после того, как налила в стакан воду со льдом и приготовила три масленки. Она успела дойти до двери из кухни.

Делла Стрит кивнула.

– Значит, вполне очевидно, что из кухни она выходила, зная, что ей требуется обслужить троих людей.

– Естественно, – засмеялась Делла. – Три стакана с водой и три масленки означают трех клиентов за столиком.

– И что произошло, как ты думаешь?

– Не вижу никаких изъянов в теории полиции, – призналась Делла, нахмурившись. – Девушка получше разглядела тех троих и поняла, что знает одного или всех. Это вызвало у нее испуг, и она решила скрыться.

– А откуда она знала, что придется обслуживать троих?

– Она видела их перед тем, как отправилась за стаканами с водой.

– С какой точки она их видела?

– Ну, не представляю… Наверное… Она заметила, как они заходили в ресторан.

– Вот именно. Она не могла впервые увидеть их из кухни.

– Не исключено, что это произошло, когда она несла заказ на один из соседних столиков.

– Все ее четыре столика стоят рядом друг с другом, – возразил Мейсон. – Она находилась бы совсем рядом с тем, за которым сидят эти трое, когда подавала что-то на один из остальных.

– Значит, ты не считаешь, что она бросилась бежать потому, что лучше разглядела этих двух мужчин и женщину, выйдя из кухни.

– Так решила полиция, – заметил Мейсон, – но факты не подтверждают подобную теорию.

Делла Стрит кивнула.

– Следовательно, почему бы не предположить, что эти трое людей для нее абсолютно ничего не значат? Она впервые заметила их, когда подавала что-то на один из других своих столиков, вернулась в кухню, поставила на поднос три стакана с водой и три масленки и направилась к их столику. И именно тогда она обратила внимание на кого-то, кто только что вошел в ресторан, кого-то, кого она знала.

– Ты имеешь в виду мужчину, быстро заглатывающего бифштекс?

– Очень вероятная кандидатура. В подобной ситуации, когда девушка приходит от чего-то в ужас, бросается из ресторана через черный ход в узкий переулок, разумнее предположить, что ее напугал один мужчина, внимательно ее разглядывающий, чем группа из двух мужчин и женщины, явно озабоченных своими проблемами или решивших просто отдохнуть. В таком случае если бы этот одинокий мужчина внезапно отодвинул тарелку, оставив мясо недоеденным, он вызвал бы подозрение у полиции.

Делла Стрит кивнула.

– Опять же, если бы он стал быстро заглатывать еду, полицейские тоже решили бы его допросить.

– Ты прав, – согласилась Делла.

– Поэтому человек, появление которого привело к паническому бегству Дикси Дайтон, при виде полицейских, задающих в ресторане вопросы, постарался бы уйти как можно скорее, не делая, однако, ничего, что могло бы вызвать подозрение и привлечь к нему внимание. Следовательно, Делла, нужно понаблюдать за мужчиной, который так быстро работает челюстями. Не думаю, что он закажет десерт или вторую чашку кофе. Он наверняка взглянет на часы, словно у него назначена встреча, подзовет официантку, расплатится и не станет ждать сдачи…

– Боже, шеф, он как раз это и делает! – воскликнула Делла Стрит.

Коренастый мужчина отодвинул тарелку, взглянул на часы, быстро допил кофе, осушив чашку до последней капли, и поднял палец, чтобы привлечь внимание официантки.

Со своего места Мейсон и Делла Стрит услышали его слова:

– У меня назначена встреча. Подготовьте, пожалуйста, счет. Я не буду брать десерт. Спасибо.

– А ты в состоянии сыграть роль сыщика? – обратился Мейсон к секретарше. – Выскользни из ресторана и проследи, что он сделает, когда выйдет на улицу. Не исключено, что тебе удастся записать номер его автомашины. Если получится, сядь ему на хвост. Но только не рискуй! Скорее всего тебя ждет опасность, если он подумает, что ты за ним наблюдаешь. Однако он будет искать глазами мужчину-детектива, если у него вообще есть подозрения на этот счет, а не симпатичную женщину. Хотелось бы мне побольше разузнать об этом человеке… Конечно, нам бы лучше уйти вдвоем, но полиции определенно потребуется еще со мной переговорить перед тем, как они покинут ресторан. У них зародились какие-то подозрения. Мое появление здесь оказалось слишком уж своевременным.

– Попытаюсь, – согласилась Делла Стрит. – Вы считаете, что в дело замешано гораздо больше людей, чем нам сказал Моррис, не так ли?

– Да, – кивнул Мейсон, протягивая ей ключи от своей машины.

– А с норкой что будем делать?

Мейсон колебался.

– Если полицейские задают вопросы, то рано или поздно они услышат про шубу и захотят на нее посмотреть, – продолжала Делла Стрит.

– Пусть забирают, – решил Мейсон. – Они ведь пытаются разобраться со случившимся.

– Подумайте о Моррисе Албурге. Он надеется на нас и, конечно, не хочет, чтобы полицейские знали о шубе.

– Ладно, Делла, надевай ее, – резким тоном сказал Мейсон.

Делла Стрит быстро просунула руки в рукава и застыла у выхода из кабинки.

– Как ты считаешь, Делла, он заметил тебя?

– Сомневаюсь. Однако о нем судить сложно. Кажется, что он совсем не смотрит по сторонам, его совершенно не интересует происходящее, но создается впечатление, что он в курсе развития событий.

– Так, он готов уходить. Не рискуй, Делла. Веди себя так, словно ты – деловая женщина, решившая побаловать себя хорошим ужином, а теперь направляющаяся домой. Ты работала целый день, а вечером устроила себе отдых.

– Работающая женщина в такой шубе?

– Ее до тебя носила официантка, – напомнил Мейсон.

– И посмотри, что стало с мехом. Ладно, шеф, я пошла.

– Не забывай: никакого риска. Просто запиши номер машины. Не пытайся изображать из себя сыщицу-профессионалку. Это может быть опасно. Я пока еще не разобрался, в чем тут дело.

Делла Стрит запахнула шубу, подняла воротник и, глядя прямо перед собой, вышла из ресторана.

Мейсон остался стоять рядом с кабинкой и держать в поле зрения весь зал. Допрос троих посетителей подходил к концу, коренастый мужчина предъявил номерок в гардеробе, получил тяжелое пальто и фетровую шляпу, а затем открыл дверь на улицу.

Моррис Албург проводил полицейских обратно к кабинке Мейсона.

– А где девушка, ужинавшая вместе с вами? – поинтересовался один из них.

– Ушла домой, – ответил адвокат. – Я тоже собираюсь, Моррис. Только ждал вас, чтобы расплатиться.

– Вы поели за счет ресторана. Я вас угостил, – ответил хозяин.

– О, Моррис, – запротестовал Мейсон. – Это…

– За мой счет, – твердо ответил Албург.

Он многозначительно посмотрел на адвоката.

– И что вы там выяснили? – обратился Мейсон к полицейским.

– Черт побери, ничего не понятно. Официантка просто сбежала – и все. Те трое не имеют к ней никакого отношения.

– Кто они?

– Приехали из другого города. Я говорю про мужчин. Женщина местная. Старая история. Она работает в отделе реализации в одной из фирм в нашем городе. С ней покупатели из другого региона. Отдыхают. Вернее, пытались. Теперь, наверное, напуганы до смерти.

– А что они планировали?

– Они попросили эту девушку пригласить подругу, чтобы поразвлечься вчетвером. Она кому-то позвонила. Они стали ждать ее приятельницу, а пока решили заказать ужин. Просто убивали время. Теперь мы нагнали на них такой страх, что у мужчин осталось одно желание: поскорее вернуться в гостиницу и писать отчеты. Они так трясутся, что, кажется, с них вот-вот слетят ботинки.

– А женщина?

– С ней все в порядке. Она не знает здесь никого из официанток. Абсолютно уверена. Она хорошо рассмотрела обслуживающую их… Приятная девушка и не вчера родилась. Мы выяснили, где она работает, и, если понадобится, мы без труда ее найдем.

– Но что же так испугало официантку? – решил выяснить Албург.

– Черт побери, нам-то откуда знать? – раздраженно воскликнул полицейский. – Может, увидела на улице старого любовника, или подумала, что увидела, или ей кто-то позвонил. В любом случае мы проведем расследование. Завтра кто-то сходит в больницу, проверит, как она себя чувствует, и, если она придет в сознание, задаст ей несколько вопросов. У вас нам больше нечего делать.

Моррис Албург явно вздохнул с облегчением.

– Да, вот и я считаю, что здесь ее ничто не могло напугать. Наверное, ей кто-то позвонил… Клиенты не любят, когда появляется полиция и начинает выяснять, с кем они ужинают. Я потерял трех посетителей.

– Нам самим не очень-то приятно заниматься подобной работой, – признался полицейский. – Но ввиду того, что случилось, нам требовалось выяснить, кто они. Ладно, Албург, еще увидимся.

Полицейские покинули ресторан. Албург вытер пот со лба и повернулся к Мейсону.

– Вы видите, во что я влип? – простонал он.

– Делла отправилась раздобыть для меня кое-какую информацию, – сообщил Мейсон. – Она надела шубу. Я не знал, хотите ли вы показывать ее полицейским.

– Конечно, не хочу! Я видел, как мисс Стрит уходила. Я боюсь до смерти. Я мечтал, чтобы эти полицейские поскорее убрались. Однако мне нельзя было показывать им этого. В таком случае они решили бы, что я что-то скрываю, и остались бы здесь. Ничем бы их тогда было не выгнать. Вы – мой адвокат, мистер Мейсон.

– А что вы хотите от меня? – спросил Мейсон. – Я подумал, судя по вашему поведению, что…

– Пусть шуба остается у вас. Если кто-то сюда заявится и начнет задавать вопросы об официантке, о чеке, о чем угодно, я отошлю его к вам. Вы меня представляете. Ладно?

– Что конкретно вам требуется?

– Вы меня представляете.

– По-моему, вы никоим образом не втянуты в это дело, – заметил Мейсон. – Если вы ее не знали до того, как она устроилась к вам на работу…

– Да, да, – быстро перебил его Албург. – Возможно, вам ничего не придется делать, но в любом случае пришлите мне счет. Это устраивает вас, мистер Мейсон, и устраивает меня. Но если вдруг что-то произойдет, вы меня представляете.

– Ладно, – согласился Мейсон. – Не хотите рассказывать, настаивать не буду. Вы не обязаны этого делать.

– Не обязан делать что?

– Рассказывать мне то, что не хотите говорить.

– Но почему вы решили, что я от вас что-то утаиваю?

– Потому что я еще не услышал от вас всего, что вы знаете.

Моррис вскинул руки вверх.

– Адвокаты! Ох уж эти адвокаты! Ничего не принимают на веру. Частные детективы – вот это другое дело. Адвокатов я боюсь. Не так давно я нанимал детективов.

– Зачем вам потребовались детективы, Моррис? – спросил Мейсон.

– У меня были проблемы. У всех бывают проблемы. Тогда мне требовались детективы. Теперь нужен адвокат. Самый лучший!

– Прекрасно, – улыбнулся Мейсон, видя, как нервничает владелец ресторана. – А теперь, Моррис, раз вы меня угощаете, я, пожалуй, попрошу принести мне яблочного пирога с мороженым, пока я жду Деллу Стрит.

– Она вернется?

– Конечно. Она просто вышла, чтобы шуба оказалась за дверью ресторана, пока полицейские не начали задавать о ней вопросы.

– Я очень рад, что они наконец ушли, – признался Албург. – Они ведь могли не лишать меня клиентов. А они тут устроили… Они так потрясли тех троих, что теперь весь ресторан только и обсуждает это. Мне сейчас нужно идти обратно в зал и успокоить остальных посетителей.

– Что вы собираетесь им говорить? – спросил Мейсон.

– Да все, что угодно, кроме правды! Мне так часто приходится врать, что я уже воспринимаю это в порядке вещей. Ну, например, что те трое припарковали свою машину перед рестораном, а в нее врезался пьяный водитель. Разнес крыло в пух и прах. Полиция пыталась выяснить, кому принадлежит машина и предъявлять ли обвинение пьяному. Поэтому они потребовали водительские удостоверения.

– Что-то звучит неубедительно, – заметил Мейсон. – Я бы вам не поверил. Наверное, не поверят и ваши клиенты.

– К тому времени, как я полностью разработаю версию, поверят как миленькие.

Мейсон минут десять с беспокойством ждал в кабинке, пока не отодвинулась штора и не появилась раскрасневшаяся от морозного воздуха Делла Стрит в норковой шубе.

– Все по нулям, – сообщила она.

– Садись и рассказывай.

Делла Стрит была просто в отчаянии.

– Детектив из меня не получился, – вздохнула она.

– Так что же все-таки произошло, Делла?

– Он вышел на улицу, направился пешком по тротуару, затем внезапно остановил пустое такси и сел в него. Я притворялась, что он меня совершенно не интересует, пока машина не тронулась с места, однако я записала ее номер. Затем я сама бросилась к краю тротуара, пытаясь поймать такси.

– Тебе повезло?

– Удача была не на моей стороне. Понимаете, он прогулялся примерно с полквартала, а затем остановил такси, в поисках пассажиров курсирующее по микрорайону на малой скорости. Все произошло так, словно он распланировал свои действия с точностью до секунды.

Мейсон кивнул.

– А у меня все складывалось просто отвратительно. Из ресторана вышла какая-то компания, они тоже стали ловить такси. Выскочил швейцар со свистком. Естественно, следующее такси перехватил швейцар. Твоя же машина на стоянке.

– Значит, ты его потеряла?

– Подождите минутку. Я вам еще не все рассказала. Я бросилась на угол, чтобы иметь возможность останавливать машины, идущие в обоих направлениях. Я ждала, ждала и наконец увидела пустое такси, проезжавшее по улице, перпендикулярной той, на которой я стояла. Я ему помахала, водитель заметил меня и притормозил. Я обратилась к таксисту: «По Английской улице только что проехало такси и на перекрестке завернуло направо. Мне нужно его догнать. Я не знаю, куда двинулась машина, повернув направо, но, пожалуйста, посильнее жмите на газ. Может, у нас что-нибудь получится». Таксист бросился в погоню. Мы со скрипом тормозов завернули и понеслись по шоссе. Потом водитель поинтересовался у меня: «А вы узнаете нужную машину, если увидите ее?». Я ответила: «Да. Я записала номер – восемьсот шестьдесят три».

– И что? – спросил Мейсон, когда Делла Стрит замолчала.

Делла чуть не плакала:

– Я сидела в такси номер восемьсот шестьдесят три.

– Не может быть! – воскликнул Мейсон.

– Все правильно. Интересующий нас мужчина поймал это такси, велел ему завернуть, проехать примерно две трети квартала, расплатился и пересел в свою машину, припаркованную у края тротуара.

– Значит, он понял, что ты за ним следишь, – сделал вывод Мейсон.

– Не думаю, шеф, – покачала головой Делла Стрит. – Наверное, он просто решил принять меры предосторожности. На всякий случай. Вдруг кто-то сядет на хвост. Конечно, когда он оказался в такси, он мог видеть улицу позади себя. Именно поэтому он пошел в направлении, противоположном тому, что ему требовалось. Таким образом, следящему за ним человеку пришлось бы сесть в машину, чтобы не упустить его.

Мейсон усмехнулся:

– Надо отдать ему должное – он умен. Да и то, что ты взяла такси, за которым пыталась следить, придает делу новый любопытный оттенок.

– Терпеть не могу, когда кто-то делает из меня идиотку, – призналась Делла Стрит.

– Совсем не обязательно, что в этой ситуации идиоткой предстала ты, – заметил Мейсон. – Вот он показал себя дураком.

– Каким образом? – не поняла Делла Стрит.

– Официантка бросилась бежать потому, что кого-то испугалась. Раньше мы просто не могли знать, что именно погнало ее из ресторана – страх или что-то другое. И кто тот человек, кто мог напугать ее. А теперь мы получили ответ.

– Вы хотите сказать, что он выдал себя?

– Конечно. То, что он пошел на все эти уловки, доказывает, что как раз он-то нам и нужен.

Мейсон отодвинул штору, закрывающую кабинку, и подозвал Морриса Албурга.

– Моррис, у вас много клиентов, которые бывают здесь регулярно? – поинтересовался адвокат.

– Да. Один раз поужинав у меня, люди приходят еще и еще.

– Насколько я понимаю, мужчина с женщиной или компания из четырех человек может просто набрести на твой ресторан, потому что они ищут, где бы перекусить, или им кто-то его рекомендовал и они поехали сюда специально?

– Все правильно.

– С другой стороны, – продолжал Мейсон, – человек, ужинающий в одиночестве, скорее всего окажется постоянным клиентом?

– Вероятно.

– Вы знаете коренастого мужчину с густыми бровями, сидевшего вон за тем столиком, который сейчас не занят?

– Того мужчину? Я его заметил, но, как мне кажется, он у меня впервые.

– Вы хорошо его рассмотрели?

– Не очень. На лицо не обращал особого внимания. Я следил за его манерами. Понимаете, надо наблюдать за поведением мужчины, который в одиночестве приходит сюда поужинать. Возможно, он хочет кого-то подцепить. Если не возникает никаких проблем, то и мы ничего делать не будем. Однако если он начинает пить и приставать к женщинам, то мы предпринимаем определенные меры. Именно поэтому я всегда смотрю за одинокими мужчинами. Я взглянул на этого и увидел, что он просто пришел поесть, никого не трогает. Как бы мне хотелось, чтобы и полицейские никого не трогали!

Мейсон кивнул.

– А почему вы вдруг спросили о нем? – внезапно заинтересовался Албург.

– Пытался выяснить, кто он, – ответил Мейсон.

– Почему?

– Мне кажется, что я его где-то видел.

Моррис Албург в течение нескольких секунд внимательно изучал лицо адвоката.

– Черта с два, – сказал он наконец. – И вы, и я пытаемся обдурить друг друга. И ни у вас, ни у меня ничего не получается. Мы оба слишком хорошо знаем человеческую натуру… Ладно. Спокойной ночи.
Глава 2


Мейсон остановился у телефона-автомата в квартале от ресторана Морриса Албурга и позвонил лейтенанту Трэггу из отдела по расследованию убийств.

– Говорит Перри Мейсон, лейтенант, – представился адвокат. – Сделаете кое-что для меня?

– Черта с два.

– Почему нет?

– Потому что после этого у меня определенно возникнут лишние проблемы.

– Вы даже не спросили, о чем я прошу.

– Догадываюсь. Если бы это не было чем-то, до чего вам страшно прикоснуться шестом длиной в десять футов, вы никогда не позвонили бы…

– Минутку, минутку, – перебил его Мейсон. – Не кипятитесь. Я прошу о девушке. Ее сбил водитель, которого скорее всего винить нельзя. Девушка убегала от человека, пытавшегося засадить ее в свою машину. Свидетели утверждают, что у него был револьвер и…

– Это вы про то, что произошло за рестораном Албурга?

– Да.

– Вы ее знаете?

– Нет. Но у меня есть чувство, что девушке угрожает опасность. Я хочу следующее. Она сейчас, наверное, находится в приемном покое. Я не представляю, насколько серьезны ее травмы, однако готов оплатить отдельную палату и сиделок.

– Не может быть!

– Готов.

– С чего это вы вдруг стали филантропом?

– Пытаюсь помочь девушке.

– Почему?

– Потому что считаю, что, если ее поместят в обычную палату на общих условиях, ее ждет смерть.

– Вы не правы, Мейсон. После того как пациент оказывается в больнице…

– Знаю, знаю, – перебил его адвокат. – Мое очередное чудачество. Я идиот. У меня искаженные представления о том, что происходит. Я видел слишком много заключенных контрактов, которые оспариваются в суде. Я видел слишком много браков, закончившихся разводами. Я видел слишком много расхождений во мнениях, которые привели к убийствам… Адвокату никогда не удается послушать рассказ о счастливом браке, он никогда не сталкивается с контрактом, после выполнения которого удовлетворенными оказываются обе стороны. И в результате? Он превращается в циника… А теперь вернемся к нашим баранам. Вы поможете мне проследить, чтобы девушку перевели из приемного покоя в такую палату, где никто, совсем никто, не будет иметь к ней доступа, за исключением лечащего врача?

– Что еще? – спросил Трэгг.

– Это все.

– Почему вы хотите этого?

– Я боюсь за нее.

– Вы знаете, кто она?

– Ни разу в жизни ее не видел. Вернее, не обратил на нее внимания. В общем, не узнаю, если встречу. Я скользнул по ней глазами, когда заходил в ресторан Морриса Албурга. Я там ужинал, когда все произошло.

– Она не ваша клиентка? Вы в ней не заинтересованы профессионально?

– Я пообещал Моррису Албургу, что разберусь со всеми проблемами, которые могут возникнуть в связи с этим делом, и велел ему отсылать ко мне всех, кто…

– Ладно. Согласен. Однако я не буду это афишировать. Счет пришлю вам.

– Спасибо, – поблагодарил Мейсон и повесил трубку.

Вернувшись к машине, адвокат обратился к Делле Стрит:

– Я хотел бы попросить тебя, Делла, снять ненадолго шубу, чтобы взглянуть на то место подкладки, где она пришита нитками другого цвета. Когда я осматривал шубу, там что-то прощупывалось.

– Мне кажется, что это ватин или какой-то другой подобный материал, – высказала свое мнение Делла Стрит. – Иногда портные таким образом пытаются скрасить недостатки фигуры.

– Сомневаюсь, что мы имеем дело как раз с таким случаем. Снимай шубу, Делла. Принимаемся разгадывать норковую тайну Морриса Албурга.

Делла Стрит выполнила просьбу адвоката.

Мейсон припарковал машину, включил свет в салоне, достал из кармана перочинный нож и срезал нитки другого цвета, которыми в одном месте была пришита подкладка. Открылся внутренний карман.

Адвокат засунул два пальца в образовавшуюся дыру и вытащил небольшой кусочек картона.

– А это что такое? – недоуменно спросила Делла Стрит.

– Ломбардный билет, номер шестьдесят три восемьдесят четыре «J». Что-то заложено в ломбарде в Сиэтле и может быть востребовано в любое время в течение девяноста дней при условии уплаты предоставленных восемнадцати долларов, сбора за хранение и одного процента залоговых.

– Как скучно и неинтересно, – заметила Делла Стрит. – Бедняжке пришлось заложить семейные драгоценности, чтобы уехать из Сиэтла. Она постаралась припрятать ломбардный билет таким образом, чтобы он ни в коем случае не потерялся.

– Семейные драгоценности на восемнадцать долларов, Делла? Что-то ты плохо думаешь о семье. Давай сейчас заглянем к Дрейку и попросим Пола связаться со своим представителем в Сиэтле. Перешлем этот ломбардный билет авиапочтой и востребуем заложенную вещь. По крайней мере, получим что-то стоимостью восемнадцать долларов и информацию на несколько сотен. Тогда мы сможем продать вещь, если нам не удастся продать информацию.

– Предположим, полученная информация вас совсем не заинтересует и окажется абсолютно ненужной?

– В таком случае она останется у меня, – ответил Мейсон. – Однако к моменту ее получения мы должны выяснить значительно больше о Моррисе Албурге.
Глава 3


Мейсон открыл своим ключом дверь в кабинет и увидел, что Делла Стрит раскладывает у него на столе только что вскрытые письма, доставленные с утренней почтой.

– Привет, Делла, – поздоровался он. – Что-нибудь новенькое?

Адвокат пересек кабинет и положил шляпу на полку в шкафу.

– Звонил Моррис Албург, – сообщила секретарша.

– Что ему нужно?

– С официанткой хотел встретиться страховой агент.

– Ты имеешь в виду Дикси?

– Да. Он представляет компанию, в которой застрахована та машина, под которую попала Дикси, выбежав из переулка.

– Быстро сработали. Даже слишком быстро, – решил адвокат.

– Что ты хочешь сказать?

– Они намерены как можно скорее достигнуть соглашения, получить соответствующие документы, освобождающие от обязательств… Нет, не похоже.

– Но все именно так и представляется на первый взгляд.

Мейсон остановился у края своего стола, провел рукой по чисто выбритому подбородку, нахмурился, глядя на какие-то бумаги, на самом деле не видя их, и заметил:

– Это что-то новенькое.

– Не понимаю. Я всегда считала, что страховые компании действуют именно таким образом.

– Раньше действовали. Некоторые продолжают до сих пор, – объяснил Мейсон. – Однако большинство страховых компаний теперь следят за своей репутацией. Если против них возбуждается иск, они хотят проследить, чтобы была выплачена разумная и справедливая компенсация. Но в данном случае мы имеем девушку, выбежавшую через черный ход ресторана в переулок и бросившуюся прямо под колеса движущейся машины, которая ехала на зеленый свет.

– Я все равно не понимаю, к чему ты клонишь, – призналась Делла Стрит.

– Все очень просто. Водитель сбившей Дикси машины не мог проявить преступную халатность, только если в дело не замешаны обстоятельства, о которых мы не знаем. Он спокойно ехал по городской улице, явно не превышая допустимую скорость. На улице на светофоре горел зеленый свет. Он имел полное право двигаться дальше и, естественно, предполагал, что и все остальные водители и пешеходы будут действовать в соответствии с сигналами светофора. И тут внезапно из переулка вылетает напуганная девушка, ничего не видя перед собой, и бросается ему под колеса.

– Возможно, он был пьян.

– В отчете говорится, что он практически мгновенно затормозил. О содержании алкоголя в крови ничего не упоминается. И вдруг через несколько часов появляется человек из страховой компании, готовый урегулировать вопрос… Что ему сказал Моррис Албург?

– Посоветовал встретиться с вами, так как вы занимаетесь всеми вопросами, относящимися к делам Дикси Дайтон.

Мейсон рассмеялся.

– Наверное, этот ответ навел страхового агента на определенные размышления.

– Вы не думаете, что он появится здесь?

– Ему навряд ли захочется общаться с адвокатом. Он… Минутку, Делла. Не исключено, что это просто попытка выяснить, где находится девушка. Он хотел… Он как-то представился Моррису Албургу?

Делла Стрит кивнула:

– Джордж Файетт.

– А Моррис давно связывался с нами?

– Сразу после девяти.

Внезапно зазвонил телефон на столе Деллы Стрит. Она сняла трубку.

– Да, Герти?.. Кто?.. Минутку.

Делла Стрит закрыла рукой микрофон и обратилась к Мейсону:

– Он сидит в приемной.

– Кто?

– Джордж Файетт.

Мейсон улыбнулся.

– Сходи за ним, пожалуйста, Делла. Нельзя позволять ему изменить решение и скрыться. Хочется посмотреть, как он выглядит, и задать ему несколько вопросов.

– Я сейчас иду, Герти, – сказала Делла в трубку и положила ее на место.

Мейсон сел за стол, а Делла Стрит отправилась в приемную, чтобы пригласить Джорджа Файетта в личный кабинет адвоката.

Она вернулась практически сразу, но без посетителя.

– Что произошло? – резким тоном спросил Мейсон. – Он ушел?

Делла Стрит плотно закрыла дверь и сообщила:

– Шеф, это тот же человек.

– Что ты имеешь в виду?

– Мужчина, за которым я пыталась следить вчера вечером, он сидел один за столиком…

– Ты хочешь сказать, что именно он ждет в приемной, представляясь агентом страховой компании, в которой застрахована машина, сбившая Дикси Дайтон?

– Да.

Мейсон схватился за телефон.

– Герти, немедленно свяжись с Детективным агентством Дрейка. Мне нужен лично Пол Дрейк. Объясни мистеру Файетту, что я приму его через минуту. Скажи, что я разговариваю по междугородному телефону. Он не должен слышать, что ты говоришь в трубку. – Мейсон взглянул на часы. – Телефонные звонки отнимают много времени, Делла. Мы теряем драгоценные секунды. Контора Пола на нашем этаже, не могла бы ты…

– Минутку… Герти говорит, что Пол на проводе.

– Привет, Пол. Это Мейсон.

– Так-так-так, как дела?

– Оставим любезности, – перебил его адвокат. – Есть срочное задание.

– Что требуется?

– У меня в приемной сидит мужчина. Он представился как Джордж Файетт. Не знаю, настоящее это имя или вымышленное. Думаю, что вымышленное. Я хочу, чтобы ты установил за ним слежку. Мне необходимо выяснить, кто он на самом деле, куда направится, чем станет заниматься.

– Сколько у меня времени?

– Постараюсь задержать его подольше, но предполагаю, что максимум минут пять или десять. На вид ему лет тридцать пять, рост – пять футов и семь дюймов, весит примерно сто восемьдесят пять фунтов. Темноволосый, густые брови. С ним надо быть очень внимательным, может обмануть кого угодно. Предупреди своих людей, что он скорее всего покажется полностью погруженным в свои мысли, но на самом деле будет видеть все происходящее вокруг. Хитер, как сам дьявол.

– Знаю этот тип людей. Не волнуйся, Перри. Мы им займемся.

– Меня очень интересует номер его автомашины, – продолжал Мейсон, – его настоящее имя, ну и все остальное, естественно.

– Ладно. Значит, я могу рассчитывать на десять минут?

– Лучше на пять, Пол. Я думаю, что смогу удержать его десять минут, но не исключено, что он что-то заподозрит, что-то его не устроит и он просто повернется и уйдет.

– Я обеспечу, чтобы кто-то поехал вместе с ним вниз в лифте, но пять минут, Перри, ты должен мне гарантировать.

Мейсон повесил трубку и повернулся к Делле Стрит.

– Пожалуйста, сходи назад в приемную и попробуй задержать его еще на минутку. Мило улыбнись, сообщи, что я говорю по междугородному – только что позвонили из восточной части страны. Я сразу приму его, как только закончу разговор. Затем подойди к столу Герти и предупреди ее, что она должна ждать твоего сигнала. Когда ты кашлянешь, она может сказать, что я повесил трубку. Ты все поняла?

– Когда мне кашлянуть?

– Как только он заерзает на стуле. Продержи его столько, сколько сможешь. Нам потребуется время. Увидишь, что он занервничает, – кашляй.

– Я пошла, шеф.

Делла Стрит плотно закрыла за собой дверь в приемную.

Не успела она это сделать, как вновь распахнула ее.

– Шеф, его нет! – закричала Делла Стрит.

– Что? Когда он ушел?

– Герти говорит, что в ту секунду, когда она стала соединять тебя с Дрейком. Он встал со стула, улыбнулся ей и сказал: «Вернусь через минуту». После этого он вышел в коридор. Он…

Мейсон так резко вскочил на ноги, что вертящийся стул, на котором он сидел, отлетел к стене. Адвокат обогнул стол и бросился к двери, выходящей в коридор.

– Бежим, Делла! Сообщи Полу! Скорее!

Мейсон на спринтерской скорости понесся по коридору и посмотрел на площадку перед лифтами: она оказалась пуста.

Он нажал на все кнопки вызова.

Следовавшая за ним по пятам Делла Стрит завернула в Детективное агентство Дрейка.

Один из лифтов остановился перед адвокатом. Мейсон зашел в кабину и обратился к лифтеру:

– На первый этаж. Без остановок. Это очень важно. Поехали!

Лифтер нажал на нужную кнопку. Кабина быстро пошла вниз.

– Что случилось? – поинтересовался лифтер у адвоката.

– Пытаюсь поймать одного человека, – объяснил Мейсон.

Кабина остановилась. Двери открылись.

– В чем дело, Джим? – спросил разозленный оператор, работавший на пульте внизу. – Ты…

– Я беру всю ответственность на себя, – сказал Мейсон и бросился через холл на улицу.

Адвокат посмотрел в обе стороны, никого, походившего на интересующего его человека, не заметил, но понял, что оживленный тротуар давал прекрасную возможность скрыться и затеряться в толпе любому пешеходу.

Мейсон подбежал к краю тротуара, чтобы проверить, не отъезжает ли такси, и внезапно заметил одну машину на перекрестке, ожидавшую смену сигнала светофора. Мейсон бросился к ней, но успел пробежать только половину пути, так как зажегся зеленый свет и машина тронулась с места.

Мейсон вернулся к входу в здание. На крыльце стояли Пол Дрейк, Делла Стрит и один из людей Дрейка.

– По нулям, – сказал Мейсон. – Давайте проверим стоянки для автомашин. Делла, ты его знаешь, бери с собой оперативника Пола. Вы осмотрите стоянку, расположенную ближе к центру города, а мы с Полом направимся на ту, что напротив. Если заметите его, останавливайте.

– Каким образом? – спросила Делла Стрит.

– Как угодно. – Мейсон повернулся к человеку Дрейка. – Меня не интересует, как вы это сделаете. Притворитесь, что он наступил вам на ногу, ударил вас или что там еще придумаете. Но остановите. Скажите, что он разбил крыло вашей машины, потребуйте водительское удостоверение.

– Не церемониться, если потребуется?

– Да. Пошли, Пол.

Мейсон и Дрейк перебежали через улицу, маневрируя между движущимися машинами и не обращая особого внимания на сигнальные гудки разозленных водителей, и оказались на стоянке, расположенной прямо напротив здания, в котором находились офис Мейсона и Детективное агентство Дрейка.

– Если он на своей машине, то мы должны поймать его или здесь, или на второй стоянке. Смотри на всех, кто выезжает. Я в случае чего подам сигнал Делле.

С минуту они стояли у выезда со стоянки, потом Мейсон снова обратился к Дрейку:

– Наверное, нужно проверить за воротами. Может, он сидит в машине.

Через пять минут Мейсон признал поражение. Он пересек улицу и подошел к тому месту, где его поджидали Делла Стрит и оперативник Дрейка.

– Похоже, что мы упустили его, – вздохнул адвокат. – Я все равно не понимаю, как он мог раствориться в воздухе, но за это время…

– Такси? – спросил Дрейк.

– Я думаю, что единственная отъехавшая за это время машина была пуста, Пол. И сомневаюсь, что он успел бы в нее сесть. Я попросил лифтера не останавливаться ни на одном этаже, перебежал через холл и вылетел на улицу. Если он вышел раньше меня на… О! Ладно, пойдем поговорим с лифтерами и выясним, не знают ли они чего-нибудь.

Мейсон, Дрейк, сотрудник детективного агентства и Делла Стрит вошли в здание.

Они по очереди расспросили всех лифтеров, когда те останавливали свои кабины на первом этаже. Выслушав адвоката, четвертый, последний лифтер воскликнул:

– Боже, мистер Мейсон, я прекрасно его помню. Он не спускался вниз с вашего этажа, а поднимался наверх.

– Наверх? – удивился Мейсон.

Лифтер кивнул.

– Я помню, что с вашего этажа подали два сигнала вызова: вверх и вниз. Как только он сел ко мне в кабину, остановилась еще одна, направлявшаяся вниз. Двери открылись, но на этаже больше никого не оказалось. Наверное, он одновременно нажал обе кнопки. Конечно, подобное иногда получается непроизвольно, если человеку нужно наверх. Он механически нажимает стрелку вниз, а потом вспоминает, что ему надо наверх и…

– Только не этот человек, – заметил Мейсон. – Он точно знал, что его будут искать, и хотел поскорее смыться. Он специально нажал на обе кнопки и сел в первую остановившуюся кабину. Ему требовалось поскорее покинуть наш этаж. Пол, есть шанс, что он все еще в здании!

– Как он был одет? – спросил Дрейк.

– В черный двубортный костюм, красный с синим галстук и белую рубашку, – ответила Делла Стрит.

– Шляпа?

– Вчера был в шляпе и… Да, я уверена, что сегодня в приемной на соседнем с ним стуле лежала шляпа.

– Отправляйтесь наверх, – дал указание Мейсон. – Пол, пошли кого-нибудь из сотрудников ко мне в приемную – Герти его видела. Ее нужно пригласить сюда. Возможно, он поднялся на несколько этажей вверх, вышел из кабины и остался там, думая, что перехитрил нас. Теперь мы точно знаем, что обогнать он нас не успел бы. Подождите, я сейчас задам пару вопросов девушке, торгующей сигаретами.

– Через несколько минут к нам присоединится еще один оперативник, Перри. А насчет продавщицы сигарет ты прав.

Девушка, работавшая в киоске, торгующем сигаретами и газетами, улыбнулась мужчинам.

– Чем вызван такой ажиотаж? – спросила она.

– Пытаемся найти одного человека. Не исключено, что вы обратили на него внимание.

– Скорее всего нет, – покачала головой девушка, – если только это не постоянный покупатель. Вы понимаете, что за день передо мной проходит столько людей…

– Этот человек или все еще находится в здании, или вышел практически сразу же после меня, – объяснил Мейсон. – На нем могла быть черная фетровая шляпа или он нес ее в руке. Одет в черный двубортный костюм и белую рубашку. Красный с синим галстук. На вид лет тридцать пять, рост пять футов семь дюймов, весит около ста восьмидесяти пяти фунтов. Сразу же бросаются в глаза очень густые брови.

– Боже мой! – воскликнула девушка.

– В чем дело?

– Он вышел из лифта сразу же после того, как ваша секретарша, Пол Дрейк и еще один мужчина с ним выбежали на улицу.

– Продолжайте, – попросил Мейсон.

– Казалось, что он никуда не торопится. Он спокойным шагом направлялся к выходу, а потом внезапно повернул к моему киоску и принялся рассматривать журнал.

Мейсон и Дрейк переглянулись.

– Ты понял, что произошло, Пол? Он заметил Деллу Стрит, стоящую у края тротуара, и завернул сюда, чтобы прикрыть лицо журналом.

– Затем он купил сигару, – добавила девушка, – а когда вы с мистером Дрейком пересекли улицу, вышел из здания и повернул налево… Наверное, я обратила на него внимание только потому, что с огромным интересом наблюдала за вами: как вы неслись через холл, мистер Мейсон, а следом за вами и ваша секретарша, и мистер Дрейк, и еще один мужчина. Естественно, я начала размышлять, что могло случиться. Он…

– Вперед, Пол, – обратился Мейсон к детективу. – Делла, мы с Полом сядем в первое же такси и поедем прямо по улице в том направлении, куда завернул объект. Ты бери следующую машину и вели водителю сделать поворот направо на первом перекрестке. Покружим по близлежащим кварталам, вглядываясь в лица прохожих: не исключено, что нам удастся его догнать.

– Что случилось? Убийство? – решил выяснить Дрейк.

– Пока нет, – мрачно ответил Мейсон.

– А что предпринимать, если мы его увидим? – поинтересовался оперативник Дрейка.

– Садитесь ему на хвост. Вы поедете вместе с Деллой. Останавливать его не надо, но любым способом выясните, кто он такой.

Мейсон встал у края тротуара, и практически сразу же ему удалось поймать пустое такси. Они вместе с Дрейком прыгнули внутрь, проехали четыре квартала по улице, на которой находилось их здание, повернули направо и через квартал – на улицу, параллельную той, по которой ехали изначально.

– Ищем иголку в стоге сена, – заметил Пол Дрейк.

Мейсон кивнул, не отводя глаз от лиц пешеходов, снующих по оживленной улице.

– Не увеличивайте скорость, – приказал Мейсон водителю. – Когда доберетесь до следующей улицы, поверните налево, после пяти кварталов поедете назад. Таким образом нужно объехать весь микрорайон – по одной улице, потом по второй и по третьей.

– Вы что, из полиции? – спросил таксист.

– Не имеет значения, откуда я. Делайте, что вам сказано.

– Только без применения силы.

– Никакой силы не будет, – пообещал Мейсон. – Смотрите на дорогу и крепче держите руль.

Они медленно курсировали по окрестным улицам, пока наконец на одном из перекрестков не заметили такси, в котором находились Делла и оперативник.

– Посигнальте, – попросил Мейсон водителя. – Надо привлечь внимание сидящих вон в том такси… Прекрасно.

Когда Делла Стрит повернулась в их сторону, услышав гудок, Мейсон жестом спросил ее о результате поисков.

Она покачала головой.

Мейсон показал ей, что следует возвращаться в офис, велел таксисту поворачивать к тому месту, где он их забирал, и откинулся на сиденье.

– Вот и все, Пол, – вздохнул адвокат. – Ему удалось нас перехитрить, причем дважды. Два–ноль в его пользу.

– Кто он? – спросил Дрейк.

– Я нанимаю тебя, чтобы ты это выяснил.

– Я уже работаю?

– Да, ты уже работаешь, – кивнул адвокат.

– Не жалеть сил и средств?

– Раскручивай на полную катушку. Я устал от того, что какой-то мелкий мошенник делает из меня дурака.

– Он может оказаться совсем не мелким, – заметил Дрейк.

– Не исключено, но готов поставить десять против одного, что это мошенник. Делла расскажет тебе все, что нам известно. А дальше действуй, как посчитаешь нужным.
Глава 4


Когда Мейсон и Делла Стрит вернулись в контору, адвокат обратился к секретарше:

– Свяжись, пожалуйста, с лейтенантом Трэггом, Делла. Выясним, что ему известно. Вдруг нам удастся задать несколько вопросов напуганной официантке и, таким образом, решить хоть часть головоломки.

Делла Стрит набрала номер Управления полиции, а когда на другом конце ответили, сказала:

– Добрый день, господин лейтенант. Как дела? Это Делла Стрит… Что?.. Мистер Мейсон хотел с вами переговорить. Передаю трубку.

Делла Стрит кивнула Мейсону. Адвокат снял трубку и поздоровался с Трэггом:

– Привет, лейтенант. Как дела?

– Во что вы меня еще втянули, черт побери? – спросил Трэгг.

– Что вы имеете в виду?

– Я устроил девушку в отдельную палату с сиделкой… В следующий раз если вы захотите, чтобы я вытаскивал ваши каштаны из огня…

– Не так быстро, – перебил его Мейсон. – Что вас заело?

– Вы прекрасно знаете что, – раздраженно ответил Трэгг. – Вы отлично понимали, что, если мы сами занялись бы этим вопросом, мы устроили бы все таким образом, что ей не удалось бы смыться. Вы притворились, будто хотите, чтобы она находилась в полной безопасности, а затем разместили ее так, что ей не составило труда…

– Вы хотите сказать, что она исчезла?

– Да, черт побери.

– Трэгг, клянусь вам, что я действовал честно. Все было именно так, как я вам обрисовал.

– Да, – в голосе лейтенанта послышался сарказм. – Как и всегда, вы намеревались сотрудничать со старыми добрыми друзьями из полиции, не так ли, Мейсон?

– Трэгг, я когда-нибудь вас обманывал?

– Обманывали ли вы меня? – усмехнулся лейтенант. – Вы столько раз…

– Возможно, я в паре-тройке случаев находился по другую сторону баррикады, – признал Мейсон, – но разве я когда-нибудь просил вас о помощи и в то же время пытался вас как-то подставить?

– Ну… нет.

– И никогда не стану. Ее бегство такая же новость для меня, как и для вас. И я очень обеспокоен. Как ей это удалось?

– Никто не знает. Только что находилась в палате, а через несколько минут исчезла. По всей видимости, она притворялась спящей. Сиделка вышла из палаты за бутербродом и чашкой кофе. Медсестра, естественно, утверждает, что отсутствовала не больше пяти минут, но на самом деле, наверное, с полчаса. Пациентка не доставляла беспокойства, так что сестра скорее всего решила, что достаточно лишь время от времени к ней заглядывать.

– Насколько серьезны травмы? – поинтересовался Мейсон.

– Очевидно, просто потеряла сознание. Возможно, легкое сотрясение, несколько синяков, пара сломанных ребер, царапины. В больнице все обработали, однако врач хотел, чтобы она какое-то время оставалась под наблюдением.

– А одежда?

– Находилась в шкафу в палате. Она просто оделась и ушла.

– Деньги?

– Ни цента при ней не обнаружили. Содержимое сумочки проверили. Все у дежурного.

– Как ей удалось уйти даже без денег на такси? – удивился Мейсон.

– Меня это тоже интересует. Вы думаете, я ясновидящий? Я только говорю вам, что произошло.

– Это для меня новость, – повторил Мейсон. – А теперь, чтобы показать, что я играю по-честному, я выложу все свои карты на стол, если вы готовы слушать. Я расскажу вам все, что знаю о деле…

– Не мне, не мне, – перебил Трэгг. – У меня и так забот полон рот. Свяжитесь с транспортным отделом… Я просто пытался оказать вам услугу. И все…

– Спасибо.

– Не стоит благодарности.

– Вы не хотите, чтобы я ставил вас в известность, если события будут развиваться?

– Повторяю: я просто пытался оказать вам услугу. Меня не волнует, куда она отправилась и что делает. Что касается меня, то я думаю, она могла в любую минуту встать с постели и уйти. Только я оказался в дураках в результате… Если дело дойдет до убийства, звоните. Вы помните, что я работаю в отделе по расследованию убийств?

– Не забуду, – ответил Мейсон и повесил трубку.
Глава 5


День близился к концу, когда в дверь кабинета Мейсона раздался кодовый стук Дрейка.

Мейсон кивнул Делле Стрит, и она пошла открывать.

– Привет, Пол, – поздоровалась секретарша. – Как идет сыскная работа?

– Отлично, – улыбнулся детектив.

Дрейк вошел в кабинет и опустился на закругленную ручку огромного кожаного кресла, предназначенного для клиентов. По его позе становилось ясно, что он не намерен надолго задерживаться.

– Ты очень занят, Перри? Найдешь время меня выслушать?

Мейсон кивнул.

Делла Стрит показала на пачку неподписанных писем.

– Говори, Пол, а я пока буду подписывать. Делла, мне нужно это читать?

Она покачала головой.

– То есть прямо могу ставить подпись?

– Да.

Мейсон взял ручку.

– В этом деле есть что-то подозрительное, Перри, – начал Дрейк.

– Продолжай, Пол. Я слушаю.

– Я не знаю, что именно.

– Тогда почему ты решил, что есть?

Делла Стрит забирала подписанные листы и подкладывала Мейсону новые. Его ручка летала над бумагой. Секретарша промакивала только что сделанные подписи.

– Полиция заинтересовалась, – сообщил Дрейк.

– Этого следовало ожидать.

– Но не из того, что нам известно, Перри. Здесь какой-то более глубокий интерес.

– Каким именно аспектом заинтересовалась полиция?

– Во-первых, Перри, ты передал мне ломбардный билет, выданный в Сиэтле.

Мейсон кивнул.

– А ты знаешь, что было заложено?

Мейсон покачал головой.

– Что-то на восемнадцать долларов, – сказал адвокат. – На обратной стороне стояли эти цифры, так что я решил, что можно заплатить восемнадцать долларов плюс один процент в месяц плюс…

– Да, ты решил, что стоимость невелика, – согласился Дрейк. – А теперь я готов открыть тебе, что там находилось.

– И что же?

– Револьвер.

– Хороший?

– Тридцать восьмого калибра, системы «смит-и-вессон».

– Ты его забрал?

– Не я. Полиция.

– Какая полиция?

– Сиэтла.

– Но каким образом? Ведь ломбардный билет находился у тебя, не так ли? Я велел тебе переслать его в Сиэтл и…

– Когда вчера полиция отправилась в ресторан Албурга, они, естественно, спросили владельца ресторана, что он знает о девушке. Албург ответил, что практически ничего, лишь то, что она устроилась на работу официанткой и ей требовались деньги, тут наступило первое число и…

– Это все я слышал от него самого, – перебил Мейсон.

– Полиция провела расследование и нашла сумочку девушки, которую подобрал водитель «Скорой» и отвез в больницу. Они просто рутинно составили список содержимого.

– Люди из транспортного отдела?

– Да. Те, кто обычно занимается несчастными случаями на дорогах.

– Продолжай.

– Они обнаружили помаду, ключи, которые пока ничего не значат, пудреницу и ломбардный билет, выданный ломбардом в Сиэтле.

– Еще один?

– Еще один.

– И что они сделали?

– Послали телетайп в Сиэтл. Местная полиция отправилась в ломбард. Билет в сумочке был на кольцо с бриллиантом. Ростовщик вспомнил девушку и сообщил полиции, что она одновременно закладывала и револьвер. Полицейские решили на него взглянуть. Тут все и завертелось.

– Что именно, Пол?

– Мне не удалось узнать все детали, но в нашем городе началась бурная деятельность. Полиция ездит в разные места, предпринимает всевозможные действия. Ресторан Албурга кишит сыщиками.

– А где сам Моррис Албург?

– Это многих интересует.

Мейсон прекратил подписывать письма.

– Черт побери! – воскликнул он.

– Возможно, он отлучился по делу, – заметил Дрейк.

– Что еще, Пол?

– Албург ничего не упомянул полиции о шубе, они узнали про нее от одной из официанток. Она сообщила, что Албург передал шубу тебе, а твоя секретарша ушла в ней из ресторана.

– Наблюдательные, однако!

– Ага, – кивнул Дрейк. – Но, очевидно, там присутствует зависть, да и наверняка частенько бывают разногласия, что, как мне кажется, мы можем использовать.

– Каким образом?

– Не исключено, что Албург тебя подставил или наврал с три короба.

– Албург? Боже, Пол, я ведь все это делаю для него.

Дрейк кивнул.

Делла Стрит промокнула последнее письмо и отнесла пачку в приемную, чтобы их отправили, затем вернулась и села за свой стол.

– Фамилия одной официантки – Нолан. Мэй Нолан. У нее могли зародиться идеи, что Моррис Албург выделяет новенькую среди других.

– Он заигрывает с официантками?

– Очевидно, нет. Но не исключено, что в этом-то как раз вся проблема. Следует рассмотреть массу аспектов. Ведь за некоторыми столиками дают лучшие чаевые, за другими столько не заработаешь, и все в таком роде.

– Все основывается на старшинстве?

– Нет, на фаворитизме. По крайней мере, девушки так считают.

– И что с Мэй Нолан?

– Она сейчас сидит у меня в конторе. Я только что попросил ее подписать заявление. Я подумал, что тебе захочется с ней встретиться.

– Естественно, – кивнул Мейсон. – Если Моррис Албург пытается срезать углы, наняв меня, нам придется показать ему, что я веду только честную игру.

– Поговори с Мэй Нолан, а потом делай выводы.

– Ладно. Приведи ее.

– Я могу сходить за ней, Пол, если вы с шефом хотите что-то еще обсудить, – предложила Делла Стрит.

– У нас нет от тебя секретов, Делла, – ответил Пол Дрейк. – Я просто ленив. Мне бы очень помогло, если на этот раз ты бы поработала ногами… Она у меня в конторе. Секретарша поймет, о ком идет речь. Попроси мисс Нолан зайти сюда.

– Мне каким-либо образом представляться? – уточнила Делла Стрит. – То есть ей почему-либо не следует знать, что…

– Можешь назвать себя, – ответил Пол. – У меня, по крайней мере, нет повода скрывать, на кого я работаю.

– Представляйся, – подтвердил Мейсон.

Делла вышла из кабинета.

– У тебя при себе ломбардный билет из Сиэтла? – обратился Мейсон к детективу.

– Он у моего представителя в Сиэтле. Мой человек звонил, как только побывал в ломбарде. Ростовщик бегает кругами в панике.

– А он сам чист?

– Предполагается, что да, но что-то его здорово беспокоит. При сложившихся обстоятельствах мой парень не стал признаваться, что билет у него, после того как узнал, что полиция забрала револьвер.

Мейсон открыл портсигар.

– Сигарету, Пол? – предложил он.

– Не сейчас, – покачал головой Дрейк.

Мейсон щелкнул зажигалкой. В этот момент в коридоре послышались быстрые шаги и Делла Стрит пропустила вперед себя молодую женщину.

– Мистер Мейсон. Мисс Нолан, – представила секретарша.

– Рада встретиться с вами, мистер Мейсон.

Мэй Нолан оказалась крашеной блондинкой лет тридцати с добродушным улыбающимся лицом. Однако голубые глаза быстро и хладнокровно оценивали ситуацию.

– Присаживайтесь, – пригласил Мейсон.

– Спасибо, – вежливо поблагодарила она.

Дрейк снисходительно улыбнулся.

– Здесь нет необходимости разыгрывать спектакль, Мэй. Прямо выкладывай все мистеру Мейсону.

Женщина злобно взглянула на детектива и заявила:

– Я и не пытаюсь устраивать вам представление.

– Мне кажется, вы неправильно поняли Пола Дрейка, – заметил Мейсон. – Он имел в виду, чтобы вы сразу же переходили к делу и говорили без обиняков. Он и не думал о ваших манерах, а просто сказал, что нет необходимости ходить вокруг да около.

– О, спасибо, – улыбнулась она Мейсону, хлопая ресницами. Затем повернулась к Дрейку: – Я сегодня здорово понервничала и расстроилась. То одно, то другое мешало мне как следует выспаться. Мы работаем с шести вечера до половины первого ночи без каких-либо перерывов.

– Тяжелая работа? – спросил Мейсон.

– Иногда.

– Заполняемость ресторана хорошая?

– В общем-то, когда как. По субботам не остается ни одного свободного места. В понедельник много пустых столиков. Но, конечно, каждый день бывают часы, когда все забито – традиционное время ужина, потом, кроме субботнего вечера, все понемногу затихает. Где-то после десяти уже мало посетителей. А в субботу у нас еще один наплыв – когда заканчиваются спектакли в театрах.

– Да, нелегкий труд, – пожалела ее Делла Стрит. – И все время на ногах.

– Ты, дорогуша, еще и половины не знаешь, – ответила Мэй Нолан, поворачиваясь к Делле Стрит. – Тебе повезло с работой. Боже, я… О, не обращайте внимания. Вас не интересуют мои проблемы… В общем-то, дело не в работе, а в людях, которые тебя не ценят, пытаются обвинить в своих собственных ошибках… Например, человек заказывает ростбиф и забывает сказать, что хочет, чтобы его зажарили с кровью, а затем клянется, что говорил, а ты не обратила на это внимания, он всегда ест его только с кровью и… Ладно, что тут обсуждать…

– Я думала, что вы обычно спрашиваете посетителей, в каком виде они предпочитают блюдо, когда берете заказ, – заметила Делла Стрит.

Мэй Нолан холодно посмотрела на нее.

– Я просто использовала это как пример, дорогуша.

– Вы собирались рассказать нам кое-что о Дикси Дайтон, – напомнил Пол Дрейк.

– Правда?

– Мне так показалось.

– Не уверена, что мне следует слишком часто открывать рот по поводу и без повода. К тому же я не знаю, что буду с этого иметь.

– Возможно, ничего, – ответил Мейсон.

Она задумчиво посмотрела на него.

– Вы иногда заглядываете в наш ресторан. Мне приходилось вас обслуживать.

Мейсон кивнул.

– И вы оставляете хорошие чаевые… Однако вы, как правило, выбираете кабинки, не так ли?

– Мне хочется уединиться на время ужина. Расслабиться. Если же я сажусь за один из столиков в зале, меня обязательно кто-нибудь узнает и…

– Да, вам стоило бы послушать, что о вас говорят, когда вы у нас ужинаете. Я прекрасно понимаю, что вы чувствуете. И не осуждаю вас… Мне кажется, я обслуживала вас всего два раза за то время, что работаю у Морриса Албурга. Надеюсь, что когда-нибудь удостоюсь чести подавать в кабинки, если продержусь в ресторане достаточно долго. Но, скорее всего, я помру раньше, чем уйдет официант, у которого сейчас тот участок.

– Насколько я понимаю, вы – очень опытная официантка, знающая свое дело, – заметил Мейсон. – Если я оставил вам большие чаевые, это означает, что ваша работа показалась мне отличной.

– Спасибо на добром слове. Нечасто приходится их слышать. Как я уже вам говорила, если вы выбираете место в основном зале, люди вытягивают шеи и перешептываются. Когда я подхожу к ним брать заказ, они просят меня наклониться к ним и спрашивают: «А за тем столиком правда сидит тот самый Перри Мейсон?» Я киваю, а потом знаете, что они хотят выяснить?

– И что же? – заинтересовался Мейсон, подмигивая Полу.

– Что за женщина ужинает вместе с вами.

– И что вы им отвечаете?

– Что это их не касается.

– Вы собирались рассказать нам о Дикси, – снова напомнил Дрейк.

– Да? Я… Возможно, вы так решили, но…

Мейсон повернулся к Полу Дрейку и заметил:

– Мне кажется, Пол, что в этой истории с Дикси Дайтон есть что-то странное.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Пол Дрейк, встречаясь с адвокатом взглядом и понимая, к чему он клонит.

– Она не вписывается в общую картину. Я не могу это точно выразить. У меня также появилась мысль, что Моррис Албург пытался ее выгородить.

– Согласен с тобой, – кивнул Дрейк. – Правда, Перри, Мэй, очевидно, не хочет обсуждать этот вопрос.

– Я уже и так слишком широко открыла свой большой рот, – вставила Мэй Нолан.

Мейсон не обратил на ее слова никакого внимания и снова обратился к Полу Дрейку:

– Конечно, я давно знаю Албурга, и если он благосклонно относился к Дикси Дайтон и осыпал милостями, то можно с уверенностью сказать, что она их заслужила – я имею в виду своим трудом. Я думаю, что после того, как ты раскопаешь, чем она раньше занималась, ты выяснишь, что ей приходилось работать официанткой в самых дорогих и модных ресторанах в стране. Албург знал об этом и…

Мэй Нолан громко расхохоталась, прервав тем самым речь Мейсона.

Адвокат повернулся к ней, в удивлении приподняв брови.

– Да, сыщик из вас никакой, – заметила она, делая жест, словно сгоняя с носа муху. – Эта девушка – официантка? Ха! Вашему другу Моррису Албургу приглянулось в ней что-то совсем из другого репертуара, уж точно не то, что она показывала в рабочее время.

– Плохо работала?

– Отвратительно.

– Я чего-то не понимаю, – сказал Мейсон. Он постарался придать голосу удивленный тон. – Ведь Албург – прекрасный бизнесмен. Я всегда ценил его деловые качества.

– Прекрасный бизнесмен? Деловые качества? – переспросила она. – С чего вы взяли? Возможно, они отлично проявляются, когда он наводит порядок на кухне или устанавливает такие цены на подаваемые блюда, чтобы не потерять ни цента, но выкиньте из головы идею о том, что его деловые качества проявляются в работе с официантками. Боже мой, мне приходилось видеть, как девчонкам удавалось обводить его вокруг пальца. Просто вокруг пальца.

– Правда?

– Готова поставить свой последний доллар. Я работаю официанткой чуть ли не с рождения, мистер Мейсон, и мне еще ни разу не приходилось видеть владельца заведения, которому не могла бы навешать лапши на уши какая-нибудь смазливая шлюха.

– Вы пытаетесь сказать, что Моррис Албург руководствуется… – спросил Мейсон с недоверием в голосе.

– Чем он руководствуется? Наверное, вы плохо знаете Морриса Албурга. А эта Дикси над ним хорошо потрудилась.

– Не теряла времени?

– Насколько быстро она работала, я судить не могу, но то, что очень тщательно, – несомненно.

– Очевидно, она знала его раньше, – заметил Дрейк.

Мейсон покачал головой.

– Что вы качаете головой? – потребовала ответа Мэй Нолан. – Как вы можете об этом судить? Да, Моррис Албург знал ее… Когда она в первый раз вошла в ресторан, Албург пытался навести порядок. На него иногда находит. Требовал сделать «вот это», потом «еще вон то» и «добавить сюда», вдруг он внезапно поднял голову и увидел, что эта девушка направляется к нему. У него отвисла челюсть, глаза чуть не вылезли из орбит – словно он увидел привидение.

– Что он сказал? – поинтересовался Мейсон.

– Отступил на пару шагов назад, потом улыбнулся, по нему сразу становилось ясно, что он не представляет, что делать. Он протянул руку, направился к ней, и в этот момент Дикси устроила свой первый спектакль.

– Что вы имеете в виду?

– Она заговорила еще до того, как у него появилась возможность произнести хоть слово. «Вы хозяин этого заведения? – невинно спросила она. – Насколько я понимаю, вам требуется официантка, а я ищу работу».

– И что произошло?

– Моррис Албург взял себя в руки, выпрямился и ответил с достоинством: «Пожалуйста, пройдите в одну из кабинок в конце зала. Я присоединюсь к вам через несколько минут. Я сейчас даю указания своим официанткам, как лучше работать. Сегодня вечером ожидается много посетителей. Выберите кабинку и подождите там».

– И она направилась в конец зала?

– Снисходительно улыбнулась нам и проследовала в самую дальнюю кабинку, – сообщила Мэй Нолан.

– А дальше?

– Моррис Албург присоединился к ней и… ну, в общем, они не выходили минут десять-пятнадцать.

– А потом?

– Он вернулся в зал и представил нам Дикси. Сказал, что нанял ее на работу официанткой.

– Это произошло неделю назад?

– Да, где-то так.

– И что было дальше?

Мэй говорила рассудительно, взвешивая слова.

– Ну, ей приходилось где-то обслуживать столики, но совсем недолго и явно не в дорогом ресторане. У нее не очень-то получалось. Она, например, слишком часто бегала в кухню, не знала, как соединить два заказа, чтобы вместо двух раз сходить один. Поэтому она здорово уставала. Как только мистер Албург замечал ее усталость, он отправлял посетителей за другие столики.

– Но таким образом она ведь теряла чаевые, не так ли? – сделал вывод Мейсон.

– Да, теряла и лишалась определенной доли работы, но я считаю, что Моррис Албург каким-то образом ей это компенсировал, потому что каждый раз, когда он рассаживал посетителей за другие столики, она ему благодарно улыбалась.

– А как к этому относились остальные девушки?

– О, нам, в общем-то, было все равно. Мы готовы брать дополнительную работу из-за чаевых, но нам очень не нравилось, что, когда в ресторане было мало посетителей и появлялся кто-то из постоянных клиентов, известный тем, что оставляет хорошие чаевые, Албург немедленно отправлял его за столик Дикси. Это неправильно. Если ты хозяин подобного заведения, то тебе следует организовывать работу на справедливой основе. Хочешь иметь друзей – поддерживай с ними хорошие отношения вне работы. Нас не волнует, чем он занимается и с кем общается, если только он честен и справедлив по отношению к нам, официанткам.

– Вы обсуждали сложившееся положение между собой? – поинтересовался Мейсон.

– В общем, нет. Моррис не любит, если мы собираемся кучками. Если он замечает, что мы о чем-то разговариваем, он обязательно что-то придумает, чтобы разогнать нас в разные стороны. Поэтому мы не особенно-то общаемся друг с другом.

– Значит, вы не обсуждали это с другими девушками?

– Словами ничего не выражалось.

– Значит, здесь, не исключено, сработало ваше воображение?

– В чем?

– В том, что вы говорили мне о фаворитизме.

– Не будьте идиотом! – воскликнула она. – Я уже слишком долго живу на свете, чтобы разобраться, водит меня кто-то за нос или нет.

Мейсон достал бумажник, вынул из него хрустящую двадцатидолларовую купюру и протянул Мэй Нолан.

– Простите, мисс Нолан, что последнее время я не садился ни за один из ваших столиков. Возможно, вы примете это в качестве извинения и в счет чаевых, которые я обязательно оставил бы, если бы вы меня обслуживали.

– Вот это я называю порядочностью! – Она определенно очень обрадовалась. – Вы отличный мужик, мистер Мейсон. И помните, если вы когда-нибудь решитесь поужинать в зале и окажетесь у меня за столиком, я обслужу вас по высшему разряду. Вы, конечно, везде получаете самое лучшее, но… В общем, спасибо.

Она сложила купюру, без стеснения подняла юбку и засунула деньги за резинку чулка.

– Что-нибудь еще? – спросил Пол Дрейк.

Мэй Нолан медленно опустила юбку.

– Да, теперь все несколько по-иному. Я всегда только рада оказать услугу хорошим людям… Надеюсь, вы в курсе, что мистер Албург принес ей шубу?

– Албург? – удивился Мейсон.

– Да, – кивнула Мэй Нолан.

– Он мне даже не намекнул об этом, – заметил адвокат. – Я не могу поверить, что он…

– Он, он, – подтвердила официантка. – Он куда-то уходил, а потом вернулся с шубой.

– Откуда он ее взял?

– Мы с девушками сами задавались этим вопросом, мистер Мейсон. Кто-то высказывал предположение, что она хранилась в шкафу у него в квартире. Наверное, держал шубу для Дикси.

– И именно он принес ее в ресторан?

– Да. Он куда-то отправился, а когда вернулся, нес под мышкой сверток в оберточной бумаге. Вместе с ним он проследовал на кухню. Потом одна из девушек заглянула в комнату, где мы обычно переодеваемся и оставляем свои вещи. В мусорной корзине оказалась эта самая оберточная бумага… А Дикси проплакала весь тот вечер. Мы не могли понять почему, пока не увидели ее в этой шубе и следы, оставленные молью. Похоже на Морриса Албурга. Он держал шубу у себя, завернутой в бумагу. Ему даже не пришло в голову проложить ее нафталином. Когда-то эта шуба обошлась кому-то в кругленькую сумму. Лично я считаю, что Дикси никогда не могла ее себе позволить. Скорее всего шуба краденая.

– Вот это новость, – сказал Пол Дрейк. – Что-нибудь еще, Мэй?

Она подумала немного и заявила:

– Наверное, это все. Мне пора. Спасибо, мистер Мейсон.

Она ослепительно улыбнулась, встала, потянулась и поправила юбку.

Дрейк тоже встал и открыл ей дверь. Мэй Нолан еще раз посмотрела на Мейсона, улыбнулась, похлопала ресницами, пересекла кабинет, усиленно качая бедрами, а затем внезапно остановилась.
Конец ознакомительного фрагмента.


Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/erl-gardner/delo-izedennoy-molu-norki/?lfrom=390579938) на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.