Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Ивасик-Телесик. Неизвестные подробности знакомой истории Светлана Медофф Неординарная стихотворная трактовка украинской народной сказки с первых строк берет за душу и до самого конца не отпускает, заставляя сопереживать героям. Если ваше дитя требует самых настоящих страшных историй, то она здесь. «В ней зависть, месть, проклятие, убийство, колдовство», однако автор щадит детскую психику: не дает главному герою хладнокровно сунуть в печь дочку ведьмы, а обставляет ее смерть как трагическую случайность. Зато все остальные ужасы в наличии: Змея и ее гости съедают Аленку, грызут и пилят дерево, на котором прячется Ивасик, пролетающие гуси не откликаются на его мольбы – и наконец счастливый исход: последний гусик спасает мальчика и приносит его домой. Хотя и здесь, в лучших традициях хоррора, гусь едва не становится жертвой несправедливого рока, но теперь уже Ивасик платит ему добром. Садись поближе, солнышко, Ведь это сказка страшная! В ней зависть, месть, проклятие, Убийство, колдовство, Но ты не бойся. Наш герой — Веселый и находчивый, И в сказке обязательно Добро накажет зло. Часть первая Во времена далекие Вокруг большого озера Селились люди добрые, Кормила их земля. Беды село не ведало, Пока в лесу за озером Не поселилась женщина По прозвищу Змея. Ночами ведьма черная В село ходила, крадучись, Таскала на съедение Овечек, кур, гусей. Ее боялись до смерти, Ходили байки страшные, Что ведьма порчу делает И жарит малышей. Шепнет слова заветные — Замки все открываются, И живность полусонная Не квохчет, не рычит. Возьмет потолще курочку, Яичком не побрезгует, А петуха надутого, Что в ступоре сидит, По клюву щелкнет весело: «Что беспокоит? Горлышко? Чего молчим? Контузия? Оглох ли? Паралич?» Потом гусей пощупает, Возьмет самого жирного… Овечку кучерявую Пожарить и постричь Уводит на веревочке. «Пока, шашлык», – похлопает Барана бестолкового По морде ошарашенной… Два слова, взмах руки — И псы, обычно злющие, На спину тут же валятся, Подставив пузо мягкое, И даже мужики, Кто из дому выскакивал, Почувствовав неладное… Или женою посланный Добро свое спасать, Так падал как подкошенный. Змея ногой потрогает И переступит весело: «Не спится? Надо спать!» Однажды смелых семеро, Кто с ружьями, кто с вилами, Облаву ей устроили: Теперь ты не уйдешь! Но ведь она, проклятая, Их издали почуяла, Вороной перекинулась. Колдунья – что возьмешь. Еще в гадюку черную! Да! Превращалась запросто. Средь бела дня удобнее Так незаметной быть. Подсматривать, подслушивать, О чем судачат кумушки, И тем, кто проклинал ее, Больнее отомстить. Глядишь – там мор у кроликов, Там вишня вся осыпалась, Там огород повытоптан, Будто Мамай прошел, Вода в колодце горькая, Коровушка не доится, В постель ребенок писяет, И муж к другой ушел… Петровна, баба хитрая, Была не лыком шитая И вечером с молитвою Весь обходила дом. Свечой церковной истово Крестила дверь и брызгала Курятник, двор и Тузика Святой водой притом. Гадюка подколодная Петровну ненавидела И обходила дом ее Обычно стороной, Ведь все заклятья без толку, Сто раз колдунья в бешенстве Рвала на себе волосы И билась головой. Ей хоть бы что, конечно же, А на воротах – вмятины, И краска вся облупилась, У кошки нервный тик, Собака заикается, Зато Петровне весело: Скотина вся целехонька И жив-здоров старик. Такое поведение В селе никто не жаловал, Ведь шутки плохи с ведьмою И месть ее страшна. Петровна не была отнюдь Упрямой или глупою, Но тридцать лет без малого Велась эта вражда. Часть вторая Петровну при рождении Крестили Василиною, Но с детства Веселиною Прозвали все ее. За то, что хохотала, как Смешинку проглотила, А уж пошутит весело — Смеялось все село. Из школы шла с подружками — Все узнавали издали. А на гуляньях смех ее Слыхали даже те, Что жили через озеро, В селе соседнем Липовом, А некоторые думали, Что даже на Луне. Пусть не была красавицей, Всем Веселина нравилась, И хоть боялись парубки Остаться с гарбузом, К ней постоянно сватались Богатые и ладные, Но кашу гарбузовую Все кушали потом. Подружки и родители Покою не давали ей: «Ведь неспроста кобенишься! Скажи, кто сердцу мил? Гляди, одна останешься!» Она смеялась: «Батюшка, Неужто тыквы кончились? Что ж мало посадил?» Конечно, не бывает так, Чтобы никто не нравился, Но приходилось девушке Любовь свою скрывать. Ей не хотелось жалости: Узнают, что надежды нет — И станут, как над мертвою, Над нею причитать. Жизнь показала: зря она Не слушала родителей. А может, правду баяли: Не изменить свой рок. Есть смысл в народной мудрости — Так на роду написано, Когда родиться каждому И умереть свой срок. Так Веселина смело шла На встречу с этим будущим И верила: в конце концов Все будет хорошо! Ведь разобраться: родственны Слова «судьба» и «суженый», С судьбой шутить бессмысленно И спорить с ней смешно. Так вот, судьбой печальною И дружбой ее детскою, Мечтой ее несбыточной Был парубок Андрей. Он жил в лесу, у озера, На самой на околице, Где мастерскую выстроил Подальше от людей. Андрей работал с деревом И чудеса выделывал: Резную мебель всякую, Лошадок для детей, Салазки, сани на зиму, Посуду и наличники, Коньки на крышу, лавочки — Понятно, без гвоздей. А уж какие чудные Свистульки он вырезывал! Нальешь воды – затёхкает, Ну чистый соловей! Бывало, прямо очередь Выстраивалась шумная За новою игрушкою До самых до дверей. «Но это все безделицы, - Любил он приговаривать, - Чтоб только время зимнее Нескучно скоротать». С весны до поздней осени Он занимался лодками И знал одни лишь праздники — Их на воду спускать. Однажды шел он по лесу, Искал стройнее дерево, Нашел, срубил и вытащил На просеку сушить. Когда навес устраивал, Чтоб солнце не испортило, Змея его увидела И принялась следить, Как ладно он работает, И даже не заметила, Что день к закату клонится, Что спать ложится солнышко В багровых облаках, Вокруг нее плаун-трава Почти по пояс выросла, А сердце в грудь колотится, Как иволга в силках. Очнулась – он заканчивал, Рубашку снял с терновника, Она себе промолвила: «А ну-ка, отомри! Моим он будет завтра же!» И все стояла, думала, Покуда таял на небе Последний луч зари. Совпало замечательно: На небе полнолуние, И день Луны пятнадцатый — Под символом змеи — У магов и астрологов Гекаты днем считается, Когда богиня магии Вершит дела свои. Туда Змея направилась, Где три дороги сходятся, Три свечки в землю вставила: На север, юг, восток, Лицом к востоку крикнула Три раза имя милое — И вихрь пронесся по лесу, И взвыл в чащобе волк, В деревне детки малые Проснулись и заплакали, Ягнята в кучу сбились и Сплелась в узлы трава, Когда, взметнувши юбками, Змея крутнулась молнией Три раза в леву сторону И медленно ушла. С тех пор пропал наш молодец. Пропал для света белого. Друзей, подруг, родителей Почти не замечал. Работал он по-прежнему, Заказы в срок заканчивал, Но на вопросы – да и нет — Как зомби, отвечал. Лишь только берег озера Окутывали сумерки, Вставал и, как сомнамбула, Он шел к Гадюке в плен. И так два года канули, Пока простая девушка Колдуньи наваждение Не превратила в тлен. В конце зимы готовились Все Масленицу праздновать. Пекли блины и думали Жечь чучело Зимы. Вдруг Веселине вздумалось — Почти что бессознательно — Придать этому чучелу Подобие Змеи. Она была искусницей И сколько себя помнила, С солёным тестом крученым Ей нравилось играть. Ее игрушки милые Большим и малым нравились, И дед даже на ярмарку Возил их продавать. Короче, вышло здорово. Она вложила в чучело Не только вдохновение И теста два ведра: Из глаз – слезинки горькие, Из горла – ком отчаянья, Из сердца – луч надежды и Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/svetlana-medoff/ivasik-telesik-neizvestnye-podrobnosti-znakomoy-istorii/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО