Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Хроники 1-й магической войны. Книга первая. Охота на вепря Олег Шовкуненко В результате таинственного катаклизма возник межпространственный разлом, связавший Землю и Атриум (мир железного неба). Стороны, как водится, не нашли между собой общего языка, в результате чего вспыхнула жестокая кровопролитная война. Земляне в этой бойне возложили надежды на передовые технологии XXI века, Атриум – на силу мечей и древнюю магию. И уж так выходит, что закаленная сталь в сочетании с чарами искусных боевых магов частенько превосходит последние достижения земной военной науки и техники… Глава 1 Лейтенант Эдвард Мэй промокнул лицо бумажной салфеткой, скомкал ее и с нескрываемым раздражением зашвырнул в ближайший мусорный контейнер. Черт, ну и жарища! Пилот с откровенной ненавистью перевел взгляд на натужно гудящий кондиционер. Вот же, дерьмо китайское! Ведь только-только ремонтировали, и вот на тебе… Опять «сдулся», к чертовой матери! А прощелыга Паркер нихрена не чешется, хотя следить за всей бытовой машинерией комплекса его святая обязанность. Этот шулер, должно быть, как всегда просиживает штаны в арсенале, где выуживает из техников последние центы. Подумав, что до конца дежурства осталось менее двух часов и, судя по всему, ничего экстраординарного уже произойти не успеет, Мэй решил на минутку заглянуть на оружейный склад, разыскать там капрала и провести с ним задушевную воспитательно-разъяснительную беседу. От того что появился повод хорошенько отыметь этого сукиного сына, молодой офицер заметно повеселел. И дело тут вовсе не в проигранных вчера сорока долларах. Избави бог, никаких личных счетов! Просто служба есть служба. Прежде чем отправиться на поиски своей жертвы, лейтенант все же решил промочить горло. Вот только чем? Кофе? Мэй перевел взгляд на новенький, сияющий рекламой «Эспрессо» кофеавтомат. Нет, кофе сейчас – это, пожалуй, перебор. Тогда что остается? Минералка или кола. Колу лейтенант не любил. От этого символа великой Америки у него постоянно пучило живот и возникала изжога. Кстати, о такой неприятной особенности своего организма Эдвард предпочитал помалкивать. Во-первых, всегда отыщется остряк, готовый состряпать для молодого офицера какое-нибудь колкое прозвище. Что-то типа «мистер-газ» или «кола-пердо-лет». Вторая причина была куда более серьезной. Дотошные армейские медики, свято веровавшие, что пилот американских ВВС должен обладать железным здоровьем и с легкостью переваривать полфунта стальных гвоздей, аппетитно уложенных на бутерброд, могли заинтересоваться его желудком. Разумеется, Мэй в здоровье своем не сомневался, но вот только все эти гребаные процедуры… Еще, чего доброго, заставят глотать желудочный зонд. Фу, мерзость какая! Поморщившись, лейтенант постарался отогнать малоприятные ведения уж совсем малоприятной процедуры и уверенным шагом направился к холодильнику. Ладно, если не кола, то пусть будет минералка. Конечно, лучше бы пиво… Но только откуда же здесь взяться холодной запотевшей бутылке «Будвайзера»? Кто же позволит пилотам дежурной эскадрильи вот так запросто лакать живительный алкоголь? Мэй проглотил слюну, тяжело вздохнул, а затем протянул руку и взялся за ручку на одной из створок большого отливающего полированным металлом холодильника. Легкий щелчок, и стальная дверца распахнулась. От увиденного сердце молодого офицера гулко екнуло, а по спине побежали крупные мурашки. Он даже не смог выдохнуть полагающееся в таких случаях «Тревога!». Он просто стоял и смотрел, как по внутренним стенкам холодильника ползет, извивается дюжиной толстых змееподобных побегов отвратительный черный плющ, а рядом с банками и бутылками из неоткуда, из пустоты, материализуются небольшие багровые ящерицы. Казалось, будто в тварей превращаются сами огненно-красные банки «Кока-Колы», будто это яйца, которые вылежались, созрели и теперь лопаются, выпуская на свет ненавидящих, старающихся отомстить лично Эдварду бестий. Кампания безалкогольных напитков сурово мстила за нелюбовь к своей знаменитой продукции. Наваждение оборвалось, когда одна из ящериц разинула свою утыканную мелкими, но острыми, будто колючки шиповника, зубами пасть, и плюнула в Мэя снопом клубящегося оранжевого пламени. Рефлексы боевого летчика сработали безотказно, и лейтенант ловко увернулся от летящего ему прямо в лицо огня. Эта подлая атака привела Мэя в чувство, вернула его к гребаной реальности. Рука сама собой метнулась к одному из карманов летного разгрузочного спецжилета и выдернула оттуда небольшой зеленый цилиндр с крупной, хорошо различимой маркировкой «FG». Чека отлетела в сторону, и Эдвард с криком «Ах вы, твари!» зашвырнул фосфорную гранату внутрь холодильника. Вслед за этим Мэй захлопнул дверь и отпрыгнул в сторону. Как только пилот свалился за плотный ряд выстроившихся неподалеку стульев, в холодильнике полыхнуло. Взрыв распахнул стальные створки, одна из которых отлетела в дальний конец кафетерия, а другая, жалобно поскрипывая, повисла на растерзанной петле. Эдвард поднял голову и увидел пламя. Недра большого холодильного агрегата сейчас больше походили на раскаленное горнило доменной печи, в которой ярко пылал смертоносный белый фосфор. Буквально через мгновение после взрыва в коридоре послышался гулкий топот бегущих ног, и в помещение кафетерия вломились трое. Главный военный инженер Петерсон и двое морских пехотинцев из охраны базы выпученными от растерянности и удивления глазами уставились на учиненный Мэем разгром. – Что за… ? начал было Петерсон, но Эдвард не дал ему договорить. – Щит! ? заорал он. ? Щит не держит! Они прорвались! Они были там… внутри! ? задыхаясь от адреналина, пилот ткнул пальцем в сторону догорающего холодильника. От этих слов инженер стал белым как мел. Сперва он попытался что-то ответить Мэю или может спросить, да так и не сподобился. Обращаясь то ли к самому себе, то ли к прибывшим вместе с ним морпехам, Петерсон завопил: «Генераторы!», после чего стремглав кинулся прочь из комнаты. Его худая, чуть сутуловатая фигура еще виднелась в широком проеме двери, когда коридоры авиабазы Лэнгли наполнил протяжный стон сирены. С пистолетом в руке лейтенант Мэй пулей влетел в обширный авиационный ангар со сводчатым потолком. Здесь в ожидании команды на взлет замерли истребители его звена. В ангаре наблюдался нешуточный переполох. Метались техники и операторы, прямо по полу срочно протягивали дополнительные силовые кабеля, стоял непривычно громкий гул генераторов защитного поля. Сразу становилось понятным, что сейчас установки пыхтели… да какой там пыхтели, стонали на предельной мощности. Быстро оглядевшись по сторонам, Эдвард понял, что опасности нет, по крайней мере, пока. Противнику не удалось сюда прорваться. Пилот вздохнул с облегчением и убрал оружие в кобуру. Тут Мэй заметил инженер-лейтенанта Хьюго Беккера, отвечавшего за экранирование этого укрытия. Удача! Он здесь! Пилот обрадовался. Пожалуй, сейчас Беккер был одним из немногих, кто мог ориентироваться в сложившейся ситуации, а может, будучи дежурным офицером взлета, он уже успел получить настоящий боевой приказ для их звена. – Эй, Хью! ? закричал Мэй и припустил в сторону пультов контроля и управления, развернутых на тонконогих полевых столах. Услышав окрик, Беккер лишь на секунду оторвался от распечатки, которую внимательно изучал, и невидящим взглядом скользнул по приближающемуся пилоту. Этот взгляд длился всего лишь одно короткое мгновение, после которого Хьюго вновь вернулся к прерванной работе. Когда Эдвард подбежал, и уже было раскрыл рот, дабы задать как минимум дюжину роящихся у него в голове вопросов, инженер его опередил: – Не знаю, как вся база, но мы, кажется, устояли. Приборы не фиксируют наложение пространств. Так что проникновения не было. Машины чистые. ? Произнося эти слова, Беккер поглядел в сторону четырех старых, видавших виды истребителей F-22 «Раптор», друг за другом выстроившихся перед наглухо задраенными воротами длинного цилиндрического ангара. От этих слов у Мэя отлегло от сердца. Хью знает свое дело. Если он говорит «машины чистые», значит, так оно и есть. Можно не бояться, что внутрь пробралась какая-то нечисть, которая во время полета начнет жрать печатные платы, шланги и кабеля, а то и чего похуже, вполне может прогрызть стенку пилотской кабины и набросится на человека. Подумав о пилотах, Эдвард поискал глазами своих коллег. Капитан Джим Николсон был здесь. Он находился возле своей птички и вовсю напрягал механиков, требуя еще и еще раз все хорошенько проверить. Излишняя осторожность и подозрительность была характерной чертой Джима. Мэю иногда казалось, что из всех людей на Земле тот полностью доверял лишь одному человеку – самому себе. Майора Крамера по прозвищу Старик и лейтенанта Свона, он же Банзай, нигде видно не было. Эдвард подумал, что это странно. Заслышав сигнал тревоги, они должны были немедленно прибыть к своим боевым машинам. Может, просто еще не успели? Именно этот вопрос Эдвард и задал Беккеру, с которым у него сложились хорошие, почти приятельские отношения. В ответ инженер-лейтинант лишь пожал плечами: – Они мне не докладывают. А команды на взлет пока еще не поступало. Не успел он это произнести, как на пульте общей связи призывно задребезжал телефон. Не мешкая, Беккер снял трубку. – Лейтенант Беккер. Да, сэр. В порядке. Под контролем, сэр! ? после этого ответа Хью долго и внимательно слушал говорившего. ? Слушаюсь, сэр! ? наконец отчеканил он. Абонент на другом конце провода отключился, а инженер-лейтенант прежде, чем положить трубку, задумчиво повертел ее в руках. – Ну, чем огорчишь? ? поинтересовался Мэй. А то что новости не относятся к разряду приятных, Эдварду было яснее ясного. – Уцелели лишь мы и второе звено. Остальные… ? Беккер горестно покачал головой. ? Похоже, машины даже не подлежат восстановлению. Атака была стремительной и мощной. Защитные поля не выдержали. Внутри самолетов вдруг начали прорастать какие-то толстые лианы. Быстро избавиться от них не удалось, так как там кишело полным-полно всяких мелких зубастых тварей. Лианы не только повредили двигатели, но и смяли наружную обшивку самолетов, нарушили аэродинамику. Так что большую часть истребителей нашего авиакрыла теперь можно отправлять прямиком в утиль. – Вот дерьмо! ? выдохнул ошеломленный Мэй и тут же припомнил сильные, упругие, будто черные анаконды, побеги, с которыми он расправился в кафетерии. Дьявольщина, а ведь верно, он видел… Эта проклятая флора и впрямь начинала уверенно сминать прочные стальные стенки холодильного агрегата! ? Черт, что же будет теперь? ? молодой пилот вновь поднял глаза на приятеля. – А теперь вы летите двумя звеньями. Майор Крамер уже получил приказ и сейчас прибудет. Мне же поручено прикрыть вас на выходе из ангара и рулении, пока вы не доберетесь до взлетной полосы. ? Произнеся это, Беккер наконец грохнул трубку на рычаг и решительно обратился к своим людям: ? Рибера, Соммерс, перебрасывайте энергию на блоки 14 и 17, готовимся открывать ворота. Разговор был окончен, теперь каждый должен заниматься своим делом. Подумав о той работенке, что досталась лично ему, Эдвард сразу посуровел, на скулах у него заиграли желваки. Убивать, рвать на куски, стирать с лица земли всю эту нечисть! Либо мы их, либо они нас, иного варианта просто не существует! Развернувшись на каблуках, лейтенант тяжелым, свидетельствующим об уверенности и решимости шагом направился к своей боевой машине. Истребитель находился совсем близко, так как стоял третьим по счету. Чуть ниже «фонаря» пилотской кабины поблескивал свежей краской крупный рисунок: голова вепря с окровавленными клыками и коротким девизом «Посторонись, когда я иду». Несколько дней назад Мэй довел счет своих воздушных побед до полусотни голов, и согласно традиции 27-ой истребительной эскадрильи ему было разрешено обзавестись персональной эмблемой. Эдвард выбрал вепря. Враги знали, что это за зверь и, судя по всему, относились к нему с опаской. Вот тоже самое чувство должен вызывать у них и он ? лейтенант Эдвард Мэй ? один из лучших пилотов Девятой воздушной армии. – Мэй! Когда лейтенант принимал из рук техника свой звездно-полосатый пилотский шлем, его окликнули. Несмотря на стоящий вокруг шум, Эдвард узнал голос. – Слушаю, господин майор! Майор Крамер не ответил, а лишь махнул ему рукой, тем самым потребовав немедленно подойти. Вот сейчас все и выяснится, ? подумал молодой офицер, заметив, что рядом с майором стоит Свон, да и капитан Николсон тоже спешит на зов командира. – Джентльмены, ? Начал Крамер, когда все три пилота его авиазвена оказались перед ним. ? Сегодня перед нами стоит трудная задача. Со спутника засекли крупную группу тварей. Они движутся со стороны Теннеси. Как вам известно, батареи ПВО на этом направлении вчера были уничтожены. Пока не переброшены новые установки с севера, Вашингтон может надеяться только на нас. Еще вчера это самое «на нас» означало сорок два боевых самолета. А сейчас? В лучшем случае восемь! Об этом подумал не только Эдвард, точно такие же мысли отразились на лицах всех его боевых товарищей. Крамер сразу все понял. – Я не буду уговаривать вас отдать жизнь за свою страну. ? Майор сурово сверкнул глазами. ? Я просто прикажу, и вы сделаете это, как подобает солдатам. Точно так же поступлю и я сам. Поэтому разговаривать больше не о чем. По машинам, джентльмены. И да поможет нам бог! – Идем парами? ? прежде чем разойтись, уточнил Николсон. – Да, ? кивнул майор. ? Я со Своном, ты с Мэем. Держаться друг за друга, преследованием не увлекаться! ? На секунду в глазах Крамера мелькнула горькая тоска, и он уже совсем не таким уверенным тоном попросил: ? Парни, сделайте все, что умеете, и постарайтесь выжить. Когда они быстрым шагом двинулись к своим самолетам, Эдвард улучил момент и спросил у Джефри Свона: – Джеф, хоть известно кто сегодня против нас? Черные или голубые? – Идут на высоте более тридцати тысяч футов, ? ответил лейтенант и многозначительно поглядел на Мэя своими чуть раскосыми азиатскими глазами. Тем самым летчик как бы приглашал коллегу сделать вывод самостоятельно. – Значит голубые, ? Эдвард кисло ухмыльнулся. ? Ну, хоть одна хорошая новость. Глава 2 Император Ригер задумчиво глядел в распахнутое настежь окно тронного зала. Его столица, его великолепный Магруф раскинулся до самого горизонта. Конца этой мешанине крыш, башен, колоннад, арок и куполов не было видно даже отсюда, с высоты Замковой скалы, на вершине которой серой угрюмой громадой возвышался помпезный императорский дворец. От панорамы, открывшейся взгляду правителя, невольно перехватило дух. Ригер вдруг подумал, что по своей мощи, масштабности и величественности его детище вполне способно посоперничать с великой стеной Двенадцати цитаделей, а может даже и с самим Железным небом. Но если для проверки первого утверждения Ригеру пришлось бы отправиться на самый край мира, то со вторым не возникало ровным счетом никаких проблем. Все что требовалось от грозного повелителя империи Кадиф, а возможно в будущем и всего Атриума, так это просто поднять взгляд вверх. Три железных луны сегодня висели необычайно низко. С одной стороны туманные и призрачные, с другой ? реальные, таинственные и, как всегда, завораживающие. Казалось, что ближайшая из них, та самая, что удобно расположилась аккурат над Магруфом, своими рваными боками сейчас вот-вот заденет самые высокие из городских шпилей, оторвет их, отправит кувыркаться в бездонном синем небе. Словно доказательством такой возможности служили хороводы из тысяч искореженных, порванных, оплавленных обломков, которые безмолвно парили в пространстве меж тремя железными колоссами. Сияя и переливаясь в лучах полуденного солнца, обломки походили на стаи драконов, которые в незапамятные времена опрометчиво сорвались со своих гнездовий и вот уже миллионы лет обречены кружить и кружить в пустоте, тщетно пытаясь отыскать дорогу домой. Представив ту бездну лет, минувшую с момента сотворения Железного неба, император невесело покачал головой. Нет, куда ему тягаться с великими и всемогущими богами?! Они создали целую вселенную: диковинные железные луны, необъятные небеса, звезды и солнце. Их творения вечны и нерушимы, как само мироздание, они были, есть и будут. Что по сравнению со всем этим стоит всего один, пусть и очень большой, город? Пылинка! Капля в бесконечной реке времени и событий! Ригер заложил свою столицу всего около сотни лет назад, правда, как говориться, не на пустом месте. Император прекрасно помнил, что на этих самых холмах действительно находились руины каких-то очень древних, полуразрушенных святилищ, но величать их прародителями Магруфа было бы, по меньшей мере, смешно. Итак, Магруф молод, вернее он еще младенец, мирно дремлющий на сильных руках своего отца… его, Ригера, руках. Но долго ли так будет продолжаться? Не ослабеют ли эти самые руки? Не прервется ли этот сладкий сон? В мир Атриума пришла война… Странная и страшная. Она пожирает вернейших из подданных, искуснейших боевых магов, лучших бойцов. Государство слабеет, и недруги Ригера, чувствуя это, начинают шевелиться, плести свои грязные интриги. На окраинах империи уже началась смута. Бароны Огненых озер не прислали обещанных воинов. Огромный караван с податью, собранной в южных провинциях, бесследно исчез. В морях вновь появились пираты. Покончить со всем этим можно лишь сильной, облаченной в боевую латную перчатку рукой, только вот досада, рука эта пока занята. Она держит меч, обращенный против пришельцев нежданно-негаданно нагрянувших из другого мира. – Мой император! Негромкий голос прозвучал от дверей тронного зала, и любимый карликовый грифон Ригера, подарок великого мага Марцери, тут же отреагировал на него. Зверь недовольно заворочался и заклекотал, как видно протестуя против того, что его разбудили. – Мой император… ? повторил герцог Хубер уже более тихо. Конечно же, он не обратил ни малейшего внимание на грифона, потому что легко смог бы одним лишь взглядом заставить эту живую игрушку забиться в самый дальний угол. Скорее вошедший в тронный зал чиновник давал понять своему господину, что он принес последние новости. – Говори, ? император понял это и, отойдя от окна, направился к своему старому соратнику, одному из тех, кто помогал Ригеру занять трон. – Стая уже в полете, ? с почтительным поклоном сообщил канцлер. – Наш план, наша хитрость удалась? Сколько адских машин сможет им противостоять? – Сложно сказать, ? герцог пожал плечами. ? Но Братство сделало все возможное. – Все возможное… Император горько усмехнулся, вспоминая вчерашнее побоище. Тогда братья тоже утверждали, что сделали все возможное, но десятки ревущих огненных стрел взметнулись с поверхности земли и уничтожили большую часть Черной стаи. Его самой грозной и свирепой стаи! – Каково настроение всадников? Они не сробеют, не свернут? ? Ригер знал, что весть об этой потере уже разлетелась по всей армии. Герцог Хубер помрачнел, его худощавое заостренное лицо превратилось в настоящий клин. На какое-то мгновение имперский канцлер заколебался, однако быстро овладел собой: – Всадников я отбирал самолично. Это лучшие, проверенные воины вашего величества, и они прекрасно понимают, задание какой необычайной важности на них возложено. К тому же всадников поддерживает и вдохновляет личное присутствие самого великого Марцери. – Марцери… ? услышав имя мага, император покачал головой. ? Мы должны были послать кого-нибудь помоложе. Этот старый развратник может не выдержать. И тогда… Его смерть станет тяжелым ударом, как по нашей обороне, так и по равновесию во всем Атриуме. – Менее опытный маг может провалить все дело. Потоки силы с той стороны разлома столь слабы и неустойчивы, что управиться с ними под силу лишь настоящему мастеру. Малейшая ошибка способна свести на нет все наши усилия. А поиск другого Разрушителя… – Я знаю это не хуже тебя! ? рявкнул император. От грозного голоса своего хозяина грифон попятился и живо юркнул за одну из колонн, тех самых, что поддерживали высокий арочный свод. Герцог же молча склонил голову. Этим он как бы выражал согласие и одновременно просил прощение за свою непростительную несдержанность. Император благосклонно принял извинения и покорность, а затем продолжил уже вовсе не так грозно: – Ловчие, патрули, кордоны, они уже все на своих местах? – Разумеется, ваше величество, ? Хубер с достоинством кивнул. ? Все окрестности Хрустального озера оцеплены. А если учесть, что охоте будут помогать эльфы… ? герцог развел руками. ? Чужаку просто будет некуда деваться. Он попадется еще задолго до наступления сумерек. – Мне бы твою уверенность… ? скривился император. ? Все может оказаться не так просто. В бою ведь, сам знаешь, все может пойти совершенно не так, как планировалось. ? Ригер совсем не по-императорски, а скорее как простой солдат, которого донимают вездесущие клопы, яростно поскреб свою густую рыжую бороду. ? Вот что… ? затем медленно протянул он. ? Поставь усиленные заставы на всех дорогах Юльского леса. Что бы ни одна мышь не проскочила! – Будет исполнено. Герцог покорно поклонился, а про себя подумал, что, конечно же, выполнит приказ, но только с этим делом можно не особо торопиться. Все равно все начнется уже очень скоро. Может даже до того, как он покинет этот зал. Глава 3 Когда экран бортовой радиолокационной станции высветил нестройную шеренгу ярких зеленых точек, лейтенант Эдвард Мэй крепко стиснул зубы. Началось! Вот она, первая часть развеселого ковбойского родео! Как бы в подтверждение этой его мысли в наушниках прозвучала команда майора Крамера. Сегодня их Старику довелось командовать всей группой перехвата. – Внимание, до противника сорок пять миль! Джентльмены, начинаем разбирать цели. Мэю достался левый фланг атакующей орды. А, собственно говоря, какая разница? Ракетам все равно. Сказав себе это, лейтенант стал вводить данные целей в боеголовки. F-22 нес в своем брюхе шесть ракет средней дальности «Сламмер», которые требовалось истратить именно сейчас. Когда все завертится, когда начнется ближний бой, они будут полностью бесполезны, да к тому же значительно утяжелят крылатую машину, сделают ее куда менее верткой и маневренной. Ну а если, не дай бог, в бомбовый отсек угодит плазменный сноп… Нет, к черту! Пытаясь отогнать жуткое видение, Мэй бешено затряс головой. Эй, ты это чего, парень! Не о том думаешь, холера тебя забери! Мысли настоящего воина, тем более истребителя, должны быть только о победе. Так еще с детства Эдварда учил отец, бывалый военный пилот, прошедший Корею и Вьетнамский ад. Отчаянно броня себя за секундную слабость, лейтенант закончил программирование ракет. Его рука легла на кнопку пуска. Сейчас ждать команды. Первый залп всегда самый важный и результативный. Чаще всего он является полной неожиданностью для врага. Эти ублюдки просто не успевают среагировать, особенно если бить сквозь облака. Они действительно шли ниже облаков. Восемь истребителей Американских ВВС, последний рубеж обороны, те, кто должен был остановить десятки, если не сотни жутких тварей, рвущихся к сердцу одной из самых великих и гордых стран мира. Команда на пуск поступила, когда противников разделяло двадцать семь миль. Мэй с ненавистью вдавил пусковую кнопку, и пневмо-гидравлические катапульты одна за другой выбросили из брюха F-22 четыре двенадцатифутовые серебристые сигары. Летите птички! Лейтенант поглядел вслед умчавшимся вдаль ракетам и тут же представил, как они выскочат из облаков, как, полыхнув неистовыми вспышками, превратятся в стаи смертоносных осколков. Для четырех, а если повезет, даже пяти или шести чудовищ это будет последнее зрелище, которое те увидят в своей гребаной жизни. Так и произошло. На экране локатора пять точек мигнули и погасли. Хорошо, ? подумал лейтенант. ? Значит, разнесло вдрызг, в пыль! – Второй залп! ? приказ командира звена прервал это сладкое злорадство. Слушаюсь, сэр, ? прорычал про себя Мэй и отправил в полет последнюю пару «Сламмеров». – Начинаем набор высоты! ? в эфире вновь зазвучал голос майора Крамера. ? Воспользуемся их замешательством. Не успел командир договорить, как по ушам резанул отчаянный вопль Банзая: – На локаторе цель! Приближается! Буквально в тот же миг Мэй увидал ракету, которая неслась в их с Николсоном сторону. Откуда она взялась? Как наводилась? И вообще, за счет чего ухитрялась удерживаться в воздухе с явно неработающим двигателем? Разобраться со всеми этими вопросами у лейтенанта совершенно не оставалось времени. – Уклонение! ? заорал его ведущий и, повинуясь этому приказу, лейтенант с переворотом ушел влево. Ракета не пошла за ним, а кинулась вслед за капитаном. Именно кинулась! Мэй ничего не понимал. Ни одна ракета в мире не могла выделывать то, что творила эта. Серебристая стрела гналась за Николсоном, призрев все законы физики. Капитан всячески пытался увернуться, используя свое, надо сказать, немалое мастерство и пилотажные возможности самолета. Но тщетно. Расстояние до дьявольской машины смерти неумолимо сокращалось. Вот оно уже меньше сотни футов! Пятьдесят! Вот сейчас! Предвидя неминуемый взрыв, Эдвард весь сжался. Однако взрыва не последовало. Серебристая стрела вдруг удесятерила свою скорость и нанесла точный удар прямо в пилотскую кабину. Это выглядело словно выпад, выверенный удар отточенного клинка. Прозрачный фонарь брызнул осколками стекла. Даже с того немалого расстояния, которое отделяло «Раптор» Мэя от машины ведущего, он увидел, что эти осколки красны от сверкающей в лучах солнца человеческой крови. В эфире вдруг повисла гробовая тишина. Все как один пилоты были растеряны и подавлены. Гибель боевого товарища это всегда боль, но такая смерть… Николсона размазали, раздавили будто таракана. Его словно унизили, подвергли показательной казни. «Вас ждет то же самое!» ? говорил всем им неведомый и грозный некто. – Это была наша ракета, ? Свон первый нарушил молчание. – Подтверждаю. Наш «Сламмер», ? поддержал его кто-то из второго звена. ? Черт, но почему не сработал самоликвидатор после отключения двигателя?! Этот вопрос так и остался без ответа. Вместо него весь эфир затопил властный голос майора Крамера: – Внимание, парни! Полное внимание! Похоже, сегодня день сюрпризов. О том, что так оно и есть, стало понятно буквально в ту же секунду. Цели, до которых оставалось еще, как минимум, миль пятнадцать, вдруг неожиданно исчезли с экрана локатора. Исчезли моментально и, причем, все сразу. Это было столь неожиданно, столь невероятно, что Мэй опешил. Первое, что пришло в голову молодому пилоту, была версия о поломке бортовой РЛС. Черт! Черт! Черт! Ну, почему сегодня? Почему именно сейчас? Эдвард был готов завопить от злости и досады. – Я не вижу их! Экран локатора чист! Более чем встревоженный голос командира второго звена капитана Стюарта стал настоящим спасением. Фух, значит электроника в порядке. Значит это что-то другое. Надо только понять, разобраться, что именно. Понять и разобраться лейтенант не успел, так как буквально из пустоты, из чистого прозрачного воздуха в него ударил огромный сноп клубящегося оранжевого пламени. На то чтобы среагировать, у Эдварда оставались лишь доли секунды. Окажись на его месте кто-нибудь другой, и этот бедолага был бы уже покойник. Но молниеносная реакция Мэя, передавшаяся ему по наследству, чувство единения с боевой машиной спасли лейтенанта, вырвали его из лап неминуемой смерти. Эдвард резко ушел на вираж, и клокочущее пламя пронеслось где-то под самым брюхом его истребителя. Уходя из-под огня, Мэй краем глаза заметил, как вслед за пламенем в воздухе материализовалось отвратительное серебристо-голубое страшилище с огромными кожистыми крыльями. Драконы появлялись отовсюду. Они выныривали из пустоты, словно черти из преисподней. Впрочем, данное сравнение было вовсе не так уж и далеко от истины. Твари действительно пришли из другого мира, чтобы жечь и убивать, чтобы поработить все человечество. Вернее, этого желали не столько сами драконы, сколько те, кто бросал их в бой, те, кого чудовища несли на свих чешуйчатых спинах. В перекрестье прицела угодила одетая в блестящие на солнце доспехи фигура. Она восседала в седле с высокой спинкой, которое с помощью богато украшенной упряжи надежно пристегивалось к покатой спине дракона чуть впереди широко расправленных крыльев. Глаза наездника защищали крупные летные очки, очень похожие на те, что носили первые авиаторы еще на заре покорения воздушного океана. Нижнюю часть лица закрывала угловатая, напоминающая забрало рыцарского шлема дыхательная маска, матерчатый шланг от которой тянулся к укрепленному за спинкой седла баллону. При виде врага Мэй не колебался ни секунды, и тут же нажал на спуск двадцатимиллиметровой шестиствольной пушки. От корня правого крыла ударили огненные трассы, и проклятый наездник развалился на кровавые ошметки. Эдвард слегка дернул самолет вниз, и снаряды буквально перерезали дракона пополам. – Так тебе, сволочь! ? закричал лейтенант, взмывая над беспорядочно кувыркающейся теперь уже абсолютно безопасной тушей. Правда, это его ликование длилось всего лишь одно короткое мгновение. Оглядевшись по сторонам, Мэй понял, что оба их звена оказались прямо в центе огромной драконьей стаи, которая самым неведомым образом сподобилась за считанные секунды преодолеть полтора десятка миль. Надежда на то, что «Рапторы» еще издалека смогут расстрелять дюжину-полторы летучих тварей, напрочь испарилась. Теперь начнется карусель, в которой каждому самолету будет противостоять как минимум десяток крылатых бестий. Все именно так и вышло. Мир завертелся в неистовом водовороте, в котором сплелись воедино блестящая на солнце чешуя голубых драконов, рев смертоносного пламени, команды и крики пилотов, грохот авиационных пушек и хищное шипение стартующих ракет. Потеряв ведущего, Мэй был вынужден сражаться в одиночку. Вначале он, конечно же, попытался прорваться к майору Крамеру и вместе с ним и Банзаем образовать боевую тройку, но из этой затеи ничего не вышло. Всякий раз на пути у лейтенанта вставала целая армада летучих бестий. Стена огня преграждала путь, и Эдвард отворачивал, уходя на новый круг. После двух неудачных попыток Мэй понял, что именно в этом и состояла тактика их врага. Пользуясь своим численным превосходством, они разделяют боевые машины людей, не дают им действовать сообща, прикрывать друг друга. Что ж, ему ничего не оставалось, как принять условия этой гребанной игры. Лейтенант оставил попытки пробиться к своим товарищам и занялся одиночной охотой, жестоким истреблением всех тех, кто своим мерзким дыханием поганит небо его страны, его мира. К этому моменту драконы уже порядком нахаркались огнем. Их чудовищные пасти были буквально раскалены. Это хорошо, ? сказал себе Мэй. ? инфракрасные головки ракет ближнего боя теперь смогут цепко и надежно захватить цели. Буквально в ту же секунду по истребителю лейтенанта плюнула огнем здоровенная, покрытая старыми шрамами тварь. Тупой дракон сделал это без учета скорости, с которой мчался его противник, а поэтому весь сноп бушующего пламени пронесся далеко позади истребителя. – Ну, ты попал, скотина! ? прошипел взбешенный Мэй и пошел вслед за чудовищем. Хотя тварь летела невероятно быстро, но не ей было тягаться с боевым реактивным самолетом. Уже через пару секунд Эдвард догнал обидчика и захватил его в прицел. Всадник, оседлавший дракона, словно почувствовал это и заставил зверя выписывать неистовые скачки и виражи. – Это ты покажи моей подруге! ? выдохнул Эдвард и моментально отправил в полет одну из двух имеющихся на борту АIМ-9. Ракета умчалась к цели, настигла ее и полыхнула ярко-желтой вспышкой, обрамленной клубами серого дыма. Мэй видел, как шквалом осколков дракону размолотило его уродливую башку, как свалилась в беспорядочный штопор обмякшая безвольная туша и как наездник… А вот с наездником произошло нечто странное. Он вдруг исчез, растаял в воздухе, как крохотный клочок утреннего тумана на знойном полуденном солнце. Задуматься или подивиться этой чертовщине лейтенанту так и не судилось, поскольку в то же мгновение вокруг заклубилось, заклокотало ненасытное пламя. Одновременно с этим весь окружающий мир потонул в диком душераздирающем крике. Ужас отточенным лезвием полоснул по сердцу, и Эдвард на форсаже рванул машину вперед. Лейтенанту понадобилось несколько бесконечно долгих секунд, чтобы понять ? кричит вовсе не он. Воплем взорвался радио-эфир. Это его заполняет дикая предсмертная агония заживо сгорающего человека, пилота, его боевого товарища. Страх мигом отступил. Ему на смену пришла ярость. Убивать, крушить, рвать на куски эту нечисть! Выполнить этот данный самому себе приказ сейчас было проще простого. Прямо на истребитель Мэя неслась целая стена огромных голубых чудовищ. Лейтенант дал длинную очередь, перебил крыло ближайшей твари и… На этом все и закончилось. Мэй был вынужден отвернуть. Драконов оказалось слишком много, строй их был невероятно плотным. Его можно было сокрушить разве что лобовым тараном. Но нет, таран пока не входил в планы лейтенанта. Таран это самый-пресамый крайний случай. – Дьявольщина! ? выругался лейтенант, все более осознавая серьезность своего положения. Причем серьезность это было еще мягко сказано. Шестым, седьмым и восьмым чувствами опытный пилот остро ощущал новую, быстро приближающуюся опасность. Вот только что это за опасность? Откуда ее ожидать? Оглядевшись по сторонам, Мэй таки отыскал ответ на этот вопрос. Его уверенно отрезали от связанных боем товарищей и куда-то оттесняли, загоняли как волка на травле. Ну уж нет, не на того напали, ? сказал себе лейтенант, заметив небольшой просвет чистого голубого неба слева по курсу. Пожалуй, сейчас это был единственный путь. Выскочить из окружения, развернуться на просторе и вот тогда можно будет начать все сызнова. Выдавливая из двигателей полную мощность, маневрируя меж огненных протуберанцев, Эдвард помчался к спасительному порталу, вокруг которого все плотнее и плотнее смыкали кольцо летучие бестии. Он почти успел. Он сбил еще одного дракона и оставил позади, по меньшей мере, полсотни его чудовищных собратьев, когда вдруг солнце заслонила огромная тень. Откуда взялся этот гигант, Мэй так и не понял. Может, вывалился из облаков, а может, выскочил из пустоты как та тварь, которую он приговорил в самые первые мгновения боя. Но как бы там ни было, дракон оказался рядом. Сейчас они летели практически крылом к крылу. Эдвард отчетливо видел каждую чешуйку на шкуре зверя, каждый завиток на золоченой сбруе, каждую заклепку на дыхательных масках двух седоков. Да, их действительно было двое! Спереди расположился воин-наездник в дорогих доспехах, а за спиной у него восседал тощий седовласый старик в плотной коричневой рясе, сродни тем, что носили монахи францисканцы. Сквозь стекла защитных очков Эдварда буравил его алчный, голодный, будто у дикого хищника взгляд. Лейтенант, как разумом, так и всем своим естеством почуял неладное. Огромный дракон вполне мог повернуть свою страшную морду и плюнуть смертоносным плазменным сгустком, однако почему-то этого не делал. Странный старик быстрыми и умелыми движениями что-то вытворял с небольшой, около двух футов в длину, трубой. Монах, будто патроны в помповое ружье, запихивал в нее какие-то кристаллы. С каждой новой порцией неведомых самоцветов на поверхности металла все ярче и ярче разгорались странные письмена. От одного вида этих, ох каких недобрых, едко-зеленых светляков Мэю стало как-то очень и очень не по себе. Он тут же, вполне резонно, решил, что со всей этой чертовщиной следует заканчивать, и причем как можно скорей. Однако американский пилот так и не успел ничего предпринять. Неожиданно монах в коричневом выхватил из-под одежды кривой нож с массивной костяной рукояткой. Блеснуло остро отточенное лезвие, и из небольшого пореза на запястье брызнула кровь. Алые капли не только запятнали рукав монашеского балахона, но и щедро окропили то самое магическое устройство, которое старик держал в руке и упрямо направлял на истребитель Мэя. Древние руны вспыхнули, как будто впитав в себя весь свет солнца. В тот же миг из дула этой диковинной пушки вылетела извивающаяся желто-зеленая молния. Она метнулась к боевому F-22 и хлестко ударила его в борт. Грозный «Раптор» вздрогнул, по его металлокомпозитному телу побежали искорки электрических, если это конечно было электричество, разрядов. С истребителем сразу что-то произошло. Эдвард с ужасом наблюдал за тем, как пропадает связь, как один за другим гаснут приборы, как смолкает гул двигателей. Машина завалилась на крыло и стала падать. Вот и все! Отлетался! ? мелькнуло в голове у лейтенанта. ? Теперь спасайся, кто может. О том чтобы покинуть самолет прямо сейчас, не могло быть и речи. Сожгут, к чертовой матери, как только раскроется парашют. Значит надо тянуть, планировать, пока есть скорость и высота. И только у самой земли, где-то на двух тысячах футах можно будет рвануть рычаг катапульты. Приложив все свое мастерство, Мэй выровнял мертвый практически неуправляемый самолет. Стараясь поскорее покинуть место боя, он уже бросил его в крутое пике, как вдруг прямо по курсу возникли два крылатых чудовища. Они мчались навстречу истребителю. Оба дракона держали в своих когтистых лапах… Эдвард не поверил своим глазам. Сеть! Здоровенная, сотканная из диковинных золотых канатов сеть! Против невиданного доселе оружия, или чем бы там ни была эта проклятая штуковина, пилот на мертвом, практически неуправляемом самолете был полностью бессилен. В сложившейся ситуации ему оставалось лишь одно ? обреченно нестись навстречу своей неведомой и наверняка незавидной судьбе. Когда драконы разжали свои когтистые лапы, «Раптор» Мэя на полной скорости влетел в огромный, горящий в лучах солнца сачок. В тот же миг все вокруг закружилось, потемнело, послышался рев ураганного ветра, и боевой истребитель ВВС США вместе со своим пилотом провалился в жуткую мрачную воронку, разверзшуюся прямо посреди высокого голубого неба Вирджинии. Глава 4 Десятник императорской гвардии пристально поглядел на двух эльфийских девушек восседающих на спинах белых единорогов. Девчонки были явно из высокого сословия. Об этом говорило абсолютно все: их одежда, оружие, осанка и умение держаться. Одна из них, та что с огненно-рыжими волосами, которые перетягивал золотой обруч, была одета в ладно пригнанный по фигуре камзол мужского кроя и свободные штаны заправленные в высокие сапоги. На плечи юной наездницы оказался накинут короткий плащ, за спиной висели небольшой изящный лук и колчан со стрелами, а за поясом торчал красивый кинжал в инкрустированных драгоценными камнями ножнах. Вся одежда эльфийки была выдержана в коричнево-желтых тонах и расшита золотом, что в сочетании с ее волосами делало путницу похожей на знаменитый огненный цветок, тот самый, что растет в далеких горах Тарухана. Вторая девушка являла собой полную противоположность своей подруги. Копна белоснежных волос резко контрастировала с абсолютно черной одеждой. Из украшений лишь выполненная в виде летящей птицы серебряная застежка на плаще да тонкий меч с тем же затейливым витым серебром на эфесе. Однако, приглядевшись, многоопытный ветеран безошибочно определил, что этот клинок не просто красивая безделушка подобно той, что имелась у рыжей, а настоящее оружие, легкое, удобное и смертоносное. – Куда направляются благородные дамы? Старый солдат не стал рассыпаться в любезностях и поклонах. Служба есть служба, а те времена, когда он волочился за каждой юбкой, неважно холщевой или кружевной, уже давным-давно миновали. Да и юбок у этих двух юных особ не наблюдалось и в помине. Эх, все же зря их доблестный император Ригер дозволил все эти вольности. Баба должна оставаться бабой, и место ей либо на кухне, либо в огороде, либо в койке. Правда, вот в койке юбка бабе вовсе не обязательна, можно даже сказать противопоказана. Подумав об этом, десятник не смог удержаться от довольно гаденькой ухмылки. – Это наш лес, и это я должна спрашивать, по какому-такому праву вы расположились здесь и что делаете?! ? Блондинка в черном скрипнула своими жемчужными зубками. Она наверняка восприняла ухмылку старого солдафона на их с подругой счет. – Успокойтесь, достопочтенная госпожа, ? дабы не накалять атмосферу гвардеец пошел на попятную. ? Мы выполняем личный приказ императора. Ищем вражеского лазутчика, который тайными путями пробрался в наш мир. – Мы похожи на этого лазутчика? ? эльфийка своими ярко-голубыми глазами буравила начальника патруля. От возмущения у девушки зарумянились не только щеки, но и кончики ее острых, будто лисьих ушек. – Вообще-то не особо, но может так сталось, что вы заметили чего или услыхали… ? начал было гвардеец. – Разговор окончен! ? наездница в черном не пожелала дослушать десятника. ? С дороги! ? каблуками своих сапог она легонько стукнула по бокам единорога, и благородное животное рванулось вперед. Единорог пронесся всего в каком-то дюйме от десятника, но тот даже не пошевелился. Бывалый солдат сумел не выказать страха и сохранить лицо командира. Вполне вероятно, что он действительно был смелым воином, а может старый пройдоха просто прекрасно знал: единорог ? это то из немногих существ, которое никогда, ни за что и никому не причинит зла. В то время, как старший патруля провожал взглядом мчащихся меж деревьев всадниц, к нему вразвалочку подошел один из копейщиков. – Девар, рехнулся ты что ли?! ? прогудел басом копейщик, такой же старый, бывалый солдат, как и сам десятник. ? Неужто не узнал эту птичку? – Припоминаю… ? задумчиво подтвердил командир, хотя на самом деле… На самом деле он до боли в висках пытался вспомнить, где видел эту милашку в черном. На королевском празднике посвящения, где они как всегда стояли в оцеплении? На последнем турнире, том самом, где победил могучий барон Клоц? Или… Нет, прозрение почему-то напрочь отказывалось снисходить на его седую, покрытую шрамами голову. Может именно поэтому, командир в качестве продолжения разговора избрал наставительную, полезную при любых раскладах речь: – И все ж, порядок есть порядок. Мы здесь на службе и обязаны проверять всякого и каждого. ? Чуть помедлив, десятник добавил: ? Да к тому же будет девчонке урок. Нечего по лесу без охраны шастать. – Здесь ей охрана ни к чему, ? хмыкнул копейщик. ? Здесь она только пальцами щелкнет, и каждая травинка, каждая козявка малая ей на защиту станет. Она ведь все-таки ни кто-нибудь, а дочь самого короля эльфов. Девушки медленно ехали по узкой лесной тропе, которая, лениво извиваясь, взбиралась на самую вершину одного из трех Королевских холмов. Высоко над их головами полуденное жаркое солнце играло в листве исполинских деревьев. Густой полог не только погружал лес в благословенный сумрак, дарил негу и прохладу, но и надежно скрывал его многочисленных обитателей от уродливого лика дьявольских, отвратительных с точки зрения любого эльфа железных лун. В незапамятные времена их создали кровожадные боги, которым продолжают покланяться грязные хомос. Хотя истинный замысел властителей тьмы так и остался неведом, однако каждый эльф отчетливо чувствовал, что висящие в небе исполинские железные чудовища потихоньку сосут силы, вытягивают душу из всего живого. Единственным спасением, единственной реальной защитой от этой напасти оставался их великолепный, их неповторимый Великий Юльский лес. Под надежной защитой многовековых, наделенных магической силой исполинов царил покой и умиротворение, вокруг клубился легкий туман, пахло влагой и причудливыми, встречавшимися только здесь цветами. Именно так эльфийскому народу и представлялся рай, они жили в нем и не желали ничего иного. Однако именно сейчас всей этой красоты, всей благодати одна юная и очень гордая дочь леса просто не замечала. В ней кипело, клокотало не то что возмущение, а настоящее бешенство. От эльфийки исходил столь мощный поток негативной энергии, что даже таурэды ? неугомонные вездесущие древесные духи, которые обычно радостно галдели и махали своей повелительнице, теперь прятались в густых кронах, стараясь даже мельком не попасть ей на глаза. – Мерзавцы! Как только они смогли… как посмели нас остановить?! ? гневно восклицала наездница в черном. ? Где подобающее уважение?! Где почтение с их стороны?! – Тиалас, твой отец предупреждал нас, ? пыталась вразумить подругу ее рыжеволосая спутница. – Он разрешил имперцам хозяйничать возле Хрустального озера и только там! Мы же сейчас на Королевских холмах, а это почти в дне ходьбы оттуда. Что делают эти неотесанные мужланы здесь? – Мы все находимся под властью императора, ? напомнила рыжая и, прикрыв рот рукой, томно зевнула. Тем самым эльфийка давала понять, что сей разговор ей наскучил, и лучница была бы вовсе не прочь поболтать о чем-нибудь другом. Тема нашлась моментально. ? Подруга, а ты заметила того молодого гвардейца… Ну, того самого, что возился с упряжью своего коня? ? глаза рыжей блеснули. ? Красавчик какой! Между прочим, он все время на нас косился. – Арела, ты все никак не успокоишься! ? принцесса Тиалас сразу слегка расслабилась. Любовные фантазии подруги ее всегда умиляли и веселили. – А что? ? фыркнула рыжая. ? Любовь это истинное предназначение любой женщины. – Помимо любви существуют и другие, не мене важные вещи, ? не согласилась Тиалас. – Ой, это ты о платьях и драгоценностях! ? с деланным восторгом воскликнула Арела и даже захлопала в ладоши. – Дура, ? беззлобно отрезала эльфийка в черном, и слегка пришпорив своего единорога, вырвалась вперед. Тем самым дочь короля эльфов как бы попыталась занять подобающее ей по рангу место. – А-а-а, понимаю, ? юная лучница быстро нагнала спутницу. ? Долг перед лесным народом, забота о процветании государства и все такое прочее. – Я принцесса, ? напомнила Тиалас. – Сочувствую, подруга, ? Арела громко вздохнула. ? Вот выдадут тебя, в интересах королевства, за какого-то кривого и косого гномьего герцога… – Молись, чтобы не выдали, ? Тиалас не дала рыжей договорить. ? Ведь тогда я заберу тебя с собой. Ты же не только моя подруга, но еще и первая фрейлина. А раз так, то будешь обязана покорно и смиренно последовать за своей госпожой. А в гномьем царстве и тебе женишок отыщется. – О, великие духи леса! ? простонала Арела и картинно воздела глаза к небу. Словно в ответ на ее мольбу, небо отозвалось неожиданным раскатистым грохотом, а затем в и без того сумрачном лесу потемнело еще больше. – Что это? ? прошептала рыжая. В ее голосе послышался страх. Видать, эльфийка и впрямь подумала, что невольно разгневала незримых древних хранителей великого леса. – Может, гроза? ? Тиалас постаралась отыскать более простое объяснение. – Тогда ее точно наслали какие-то злые темные силы! ? Арела стала разворачивать единорога. ? Бежим! Скорее во дворец! От этого выкрикнутого в панике «Бежим!» в душе Тиалас тот час же вскипел гнев, упрямый яростный протест. Она принцесса! Она на своей земле! Вокруг Великий Юльский лес. Он ее друг и защитник, ее святое воинство. Так неужели она отступит, кинется наутек, словно трусливый заяц? Да не бывать такому! Тиалас резко вскинула руки к небу и произнесла короткое заклинание. В тот же миг кроны огромных лесных великанов над ее головой разошлись в стороны, открывая взору бездонную глубину небесного океана. Хотя ни одна из чудовищных лун и не соизволила заглянуть в открытый принцессой зеленый портал, но в данный конкретный момент это абсолютно ничего не меняло. На голубом небосводе совершенно неожиданно обнаружилось нечто совершенно иное, причем не менее жуткое и пугающее, чем исполинские, обожженные адским пламенем ребра древних обитателей Железного неба. Это был смерч, гигантский угольно-черный водоворот. К счастью жуткая мрачная воронка не приближалась. Она бесновалась высоко над поверхностью земли, и там одно за другим жадно пожирала легкие белые облачка. Смерч исполнял какой-то дикий неистовый танец. Казалось, будто это чудовищный летучий василиск пытается настичь, намертво стянуть кольцами своего огромного черного тела некую, постоянно ускользающую от него добычу. Что так оно и есть на самом деле, Тиалас поняла, когда заметила большую серую птицу. Несчастное создание билось и кувыркалось в черных путах. Как только птице удавалось освободиться, вырваться на простор, мгла бросалась за ней вдогонку, подхватывала, оплетала и упрямо влекла и влекла куда-то на восток. Это было самое настоящее истинное первородное зло, и творилось оно не где-нибудь за тридевять земель, а прямо здесь и сейчас, в исконных владениях древнего лесного народа. От негодования принцесса вся затряслась. Ни секунды не колеблясь она выдернула из ножен Фириат. Много лет назад этот клинок специально для ее матери выковал знаменитый гном-оружейник, а наделил его магической силой не кто-нибудь, а сам великий Марцери, так что в силе своего оружия Тиалас не сомневалась. Ненавистная черная магия сегодня получит достойный отпор. И возможно это будет не просто схватка, возможно это будет справедливая месть за таинственную смерть королевы эльфов. Направив меч на чудовищную черную воронку, принцесса прокричала: – Я не боюсь тебя, враг! Магическая фраза словно оживила металл. Он стал теплым, затем горячим. В меч неистовым потоком хлынула вся сила, весь гнев Тиалас. Принцесса чувствовала это. Она уже едва удерживала бешено вибрирующее, вырывающееся из рук оружие. – Именем света, рази! ? выкрикнула принцесса, и в тот же миг с острия четырехгранного лезвия сорвался ослепительно белый луч. Клинок словно удлинился, вырос до невиданных размеров и смог дотянуться до неведомого врага. Он пронзил кружащийся над лесом смерч, и тот судорожно дернулся, съежился, отпрянул. Диковинная птица выпала из хищных лап мрака и, беспорядочно кувыркаясь, понеслась к земле. Истратив все силы на борьбу, бедолага была даже не в состоянии расправить крылья и прервать свое страшное убийственное падение. Смекнув это, принцесса тут же попыталась помочь. Используя свою, в общем-то, не очень сильную магию, эльфийка постаралась изловчиться и подхватить прямо в воздухе несчастное, ни в чем не повинное существо. Однако, странное дело, у молодой чародейки ничего путного из этого не вышло. Диковинная птица упрямо продолжала нестись к земле. Причина здесь могла быть лишь одна ? Тиалас истратила всю силу на борьбу с проклятым смерчем и сейчас была слаба словно маленькая цветочная фея. – Помогай! ? в страхе закричала принцесса своей растерянной и ошарашенной подруге. ? Помогай, не то разобьется! Заклятьем удержания Арела владела в еще меньшей степени, чем Тиалас. Но ослушаться свою повелительницу рыжая не посмела. Она тут же зашептала тайные слова и протянула руки к странному существу с толстым длинным клювом. – Ничего не выходит! Она падает! ? от натуги лучница щурила глаза, ее руки тряслись и ходили ходуном. – Лучше старайся! Мы лишь замедлили ее падение! – Не могу! Она уж больно большая, больно тяжелая! – Чушь! Это всего лишь птица! Слышишь, обычная птица! Все приказы, все проклятья и увещевания, которые принцесса адресовала как своей подруге, так и самой себе, результата не дали. Они не справились, не удержали, и большой серый журавль с грохотом рухнул где-то на соседнем холме. – Что ж ты…! ? со слезами на глазах простонала белокурая Тиалас. – А сама-то ты чего? ? обессиленная Арела буквально повисла на шее своего единорога. – Это я чего?! Да я одолела целую бурю! ? принцесса указала на небо, в котором быстро таяла черная каверна. ? А тебе… А тебе следует не о нарядах да ухажерах думать, а больше практиковаться в магии. Я прикажу учителю. Пусть он гоняет тебя с рассвета и до заката. – Бурю одолел волшебный меч твоей матери, ? с обидой в голосе возмутилась рыжая, которая и впрямь до смерти испугалась, что старый беззубый горбун запрет ее в своей коморке и засадит за древние пыльные фолианты. ? А у меня такого меча нет. И способностей к волшебству тоже меньше. Я ведь не королевских кровей. Не в моих силах удержать такую большую птицу. ? Как бы в подтверждение своих слов Арела добавила: ? Слыхала, как грохнуло? Не могла это быть обычная птица! Тиалас задумалась. В словах подруги, конечно, имелся смысл. Птица и впрямь была странная. И за ней охотился кто-то из очень могущественных чародеев. Ведь простому волшебнику такое… ? эльфийка припомнила чудовищный черный смерч. ? Да, простому волшебнику такое явно не сотворить. По спине принцессы сразу пробежал легкий холодок. Это что же получается: она перешла дорогу кому-то из великих магов?! Однако страх быстро улетучился. Да, собственно говоря, Тиалас и не ведала, что такое настоящий страх. Самое ужасное, что случалось в ее жизни, это суровый взгляд отца и приказание три дня не покидать свои покои. В худшем случае этим же все закончится и сейчас. А это, прямо сказать, ничтожная плата за такое по-настоящему захватывающее, головокружительное приключение! Принцессе тут же захотелось взглянуть на упавшую птицу. Скорее всего, такие создания живут далеко за Поющими горами. Бродячие сказители, истории которых она так любила, часто рассказывали о невероятных существах из тех краев. Львы с двумя головами, крылатые змеи, говорящие собаки, бабочки и цветы размером с повозку. Все эти создания будоражили воображение девушки и зарождали мечту об увлекательном путешествии. А тут такой случай! – Поехали! ? Тиалас властно взглянула на подругу. – Куда? ? почувствовав, как вдруг преобразилась ее госпожа, та насторожилась. – Смотреть на птицу. Может она еще жива. Тогда мы постараемся ее исцелить. – А… а может лучше не надо? ? рыжая поежилась. ? Вдруг это вовсе никакая и не птица, а настоящий бешеный дракон? Такой как прошлой весной слопал сэра Гаймора из Южного Друнга. – Мы что драконов никогда не видали? ? фыркнула принцесса. ? А чтобы окончательно успокоить подругу, добавила: ? У нее клюв, крылья, хвост, все как у птицы. Так что не сомневайся. Попусту болтать дочь короля эльфов больше не собиралась. Развернув своего скакуна, она стрелой понеслась сквозь лесную чащобу. Глава 5 Мэю показалось, что сперва он умер, а вот теперь какие-то неведомые силы воскресили его, выдернули из забвения и небытия. Чернота, в которой как в могиле пребывал лейтенант, вдруг отступила. Нет, она не исчезла вовсе, она лишь трансформировалась, распавшись на множество гигантских газообразных щупалец. Эти неистовые дети мрака жадно тянулись к нему, оплетали собой теперь такое тихое и смирное тело некогда грозной боевой машины. Да, его могучий «Раптор» был мертв. Совершенно и абсолютно мертв. Осознание этого ворвалось в мозг Эдварда вместе с нереальной тишиной, которую нарушало лишь протяжное волчье подвывание забортного воздуха, да скрип привязных ремней, пытающихся противостоять неистовой болтанке. Зловещая тишина! От такой у любого пилота по коже мигом начинают ползти крупные, никак не меньше четверти дюйма, мурашки. Рука Мэя, словно живя своей собственной жизнью, пыталась снова и снова щелкать тумблерами, судорожно дергать рычаги. Но нет, все тщетно. Двигатели наотрез отказывались запускаться. Из всех приборов функционировал лишь высотомер, да и тот будто сошел с ума. Или, быть может, с ума сошел он, лейтенант Эдвард Мэй? Пилот не мог поверить своим глазам. Его самолет хотя и бился, словно пойманная в сеть рыба, но не падал. Каждый раз, когда многотонная машина устремлялась к земле, кружащие вокруг дымные плети подхватывали ее и забрасывали высоко в небо, как можно глубже в центр гигантского черного смерча. Это выглядело дико, нереально и до безумия жутко. Стихия словно играла с ним, влекла куда-то, чтобы уже где-то там, в своем далеком логове разделаться, поставить большой жирный крест на его, Мэя, жизни. Лейтенант вдруг отчетливо вспомнил, с чего начался весь этот кошмар: старик, который ударил в него зеленой молнией; драконы, метнувшие золотую сеть… Мэй обомлел. Срань господня, а ведь все это вовсе неспроста! По нему применили новое доселе неведомое оружие! Используя свои адские технологии, противник пытается заполучить самолет. Наверняка им нужна новейшая система наведения ракет, которую специально разработали для захвата биологически активных целей. Пилотов инструктировали по этому поводу. Кроме того, дьяволы в монашеских хламидах явно не откажутся и от сведений, хранящихся в голове у самого Мэя. Первым, чисто инстинктивным желанием было бежать, покинуть истребитель. Пусть этим тварям достанется лишь мертвый металл, но никак не его туго набитый важнейшей, во многом секретной информацией мозг. Эдвард уже даже потянулся к рукояти катапульты, однако вдруг отчетливо осознал, что из смерча ему не выбраться. Он либо погибнет, либо эта черная хрень захватит его и доставит туда же, куда и сам самолет. Первое чертовски неприятно, второе ни при каких обстоятельствах недопустимо. Что же тогда делать? Пожалуй, лишь одно ? покрепче стиснуть зубы и ждать, наблюдать за смерчем, а при первой же возможности попытаться выскользнуть. Сорваться в крутое пике и понестись к земле. Только обеспечив себе солидный отрыв, наконец, можно будет прыгать. Конечно же, это один шанс из сотни, но, черт побери, он все-таки существует! Только Мэй об этом подумал, как рядом что-то ярко полыхнуло, послышался грохот, и «Раптор» немилосердно тряхнуло. Буквально в следующее мгновение зловещие потоки чернильно-черного газа частично унеслись вверх, а частично поредели и распались на, в общем-то, совершенно безобидного вида облачка. Вокруг значительно посветлело. В глаза пилоту сразу бросилась нереальная глубокая синева небес. Такую он еще нигде и никогда не видал. И еще… сразу возникло какое-то странное ощущение, будто прямо над головой нависает нечто невообразимо огромное и давящее. Эта штука заслоняла собой солнце, пожирала часть его золотистого сияния. Возможно, именно так должна была выглядеть тень от невиданного черного урагана, хотя с другой стороны… Чтобы как следует осмотреться, времени у Эдварда совершенно не оставалось. С его могущественным противником, коим в данный момент являлся жуткий черный смерч, явно что-то произошло. Мэй не очень понимал что именно, но в сложившейся ситуации это было совершенно неважно. Главное ? враг отступил, ослабил свою смертельную хватку. – Вот он, тот самый шанс, ? прорычал лейтенант. ? Пора! Валим отсюда! Живо! С этими словами Эдвард резко отжал от себя рукоять управления. Далее, сманеврировав рулями высоты, лейтенант направил острый нос своего F-22 прямиком к земле. Казалось, все было сделано совершенно правильно, как по учебнику, однако уже в следующее мгновение мир вокруг неистово завертелся и закувыркался. Истребитель, будто растеряв все свои аэродинамические свойства, свалился в вертикальный беспорядочный штопор. Вывести его из этого опаснейшего положения у пилота, несмотря на все старания, отчего-то никак не получалось. Высотомер глотал высоту сотнями футов. Навстречу гибнущему самолету несся темно-зеленый пышный ковер густого леса. Он простирался от горизонта до горизонта. Тысячи акров сплошной непроходимой сельвы. Неужели заповедник Джорджа Вашингтона? Это куда ж меня, нахрен, занесло?! ? пронеслось в голове у Мэя, но он тут же позабыл о таком несущественном и совершенно несвоевременном вопросе. Основной вещью, которую сейчас лихорадочно пытался понять лейтенант, являлась ? достаточно ли он оторвался от ненавистного смерча. Достаточно, наконец, решил Эдвард и с силой потянул за рычаг катапульты. Ничего не произошло, фонарь не отстрелился, выталкивающие двигатели пилотского кресла не сработали. Но этого просто не могло быть! Система спасения на сто процентов надежна и эффективна! Ледяной, парализующей волю и тело волной на лейтенанта начала накатывать паника. Пока она еще полностью не завладела им, Мэй дотянулся и рванул вторую дублирующую скобу, ту самую, что торчала из боковой поддержки спинки, у самого его плеча. Результат оказался прежним ? катапульта вновь не сработала. Цепляясь за последнюю надежду, пилот попробовал вручную сбросить фонарь кабины. Тщетно. Тот словно прикипел к нижнему ободу и ни за что не хотел открываться. Вот тогда-то и пришел настоящий ужас. Мэй дергался в кресле и изо всех сил молотил по прозрачному поликарбонату фонаря. Эдвард неистово вопил, задыхался, но даже не подумал сорвать дыхательную маску. В этот момент он вообще не мог ничего соображать. Близость смерти, страх перед ней напрочь лишил его разума. Находясь в этом состоянии лейтенант даже не заметил, что сумасшедший штопор, в котором кувыркался его боевой самолет, вдруг неведомым образом прекратился. Машина продолжала падать, но теперь плашмя, брюхом вниз и притом как-то уж неестественно медленно. Однако как ни замедленно было это падение, оно, тем не менее, являлось самым настоящим падением. Все закончилось, когда двадцатипятитонная махина F-22 рухнула на толстые, плотно переплетенные ветви вековых деревьев. Глава 6 Две юные эльфийки осторожно пробирались меж поваленных деревьев. Своих единорогов они оставили шагов за сто от этого места. Благородные животные дрожали, упрямились и напрочь отказывались идти сквозь бурелом. Они что-то чувствовали, что-то чуждое и враждебное этому лесу, этому миру. Девушки и сами ощущали себя далеко не так уверенно, как раньше. Именно поэтому принцесса Тиалас обнажила свой меч, а ее рыжеволосая подруга наложила на тетиву лука одну из своих смертоносных стрел. И все же они шли вперед. Любопытство брало верх над робостью и осторожностью, гнало их в поисках новых головокружительных приключений. – Я же говорила, что никакая это не птица, ? тихо прошипела Арела. ? Только глянь, как тут все переломало. – Тихо ты! ? шикнула на нее Тиалас, а сама подумала: «Ладно, пусть не птица. Ну и что? Наоборот, даже еще интересней. Взаправдашняя реальная тайна! Со мной еще никогда в жизни ничего подобного не происходило!» Эльфийки прокрались еще шагов двадцать, перебрались через ствол поваленного дерева, проломились сквозь густой кустарник и лишь тогда очутились на краю небольшой прогалины, возникшей в результате падения странного существа. Именно там, поверх огромной груды обломанных ветвей, и распласталось длинное серое тело, от которого ввысь поднимались тоненькие хорошо различимые струйки то ли дыма, то ли пара. – Дракон! ? воскликнула Арела и, не задумываясь, выстрелила. Тиалас вскрикнула «Нет!», но было уже поздно. Смертоносная эльфийская стрела налету превратилась в огненную молнию и ударила в серый покатый бок. Послышался металлический скрежет, полетели искры. – Да у него железная шкура! ? ошарашено выдохнула рыжая и мигом схватилась за древко следующей стрелы. – Не шевелится, ? Тиалас жестом остановила подругу. – Думаешь, мертвый? Или затаился? – Он даже не дернулся, когда ты в него попала, ? резонно заметила принцесса. – Может шкуру не пробило, вот и не дернулся, ? предположила рыжая. ? Ждет, гадина, не шевелится. Драконы они ведь знаешь, какие хитрые и коварные! – Разуй глаза, ? фантазии подруги понемногу начинали выводить Тиалас из себя. ? Никакой это не дракон. Вон и дыра у него от твоей стрелы. И кровь начала течь. Из бока чудовища и впрямь текла кровь, правда какая-то уж очень странная: прозрачная, желтоватая и дурно пахнущая. Чутким носикам жительниц леса, привыкшим к ароматам трав и цветов, этот запах показался отвратительней, чем испражнения горгулий, которые, как известно, обитали в городах и питались на обширных городских мусорниках. – Пошли! Осмелев, принцесса махнула подруге рукой и сама двинулась вперед. Однако Фириат она все же держала наготове. Меч мог пригодиться, если страшилище вдруг очнется. Вот тут Тиалас и словила себя на мысли, что крылатый зверь не так уж и страшен. Даже наоборот было в нем что-то грациозное и стремительное. Небольшая голова и острый клюв, плечи, переходящие в широкие руки-крылья, и большой пышный птичий хвост. Великие боги сложили все эти части так ладно, что в результате получилось воистину совершенное существо. Оно действительно было создано для полета, для того чтобы долго и легко парить в небесах, кружить меж облаков, может, даже подниматься к самым Железным лунам. Почему так всегда бывает? ? вдруг подумала девушка. ? Стоит на свет появиться чуду, как на него кто-то мигом решает наложить свою грязную лапищу, завладеть тем, что по праву должно принадлежать всем, радовать и восхищать каждого, кто только устремит на него свой взгляд. И ведь, скорее всего, чудо погибнет в неволе, а может даже еще раньше, когда пленители лишь только попытаются набросить на него свою прочную петлю. Наверняка именно так все произошло и с этим бедолагой. Тиалас с болью поглядела на раны летучего гиганта. Дыры в мощной груди, переломанные крылья и растрепанный хвост, перья из которого торчали даже вверх, явно переломанные у самого основания. – Смотри, на нем клеймо! ? мысли принцессы прервал возглас Арелы. Это была правда. На голове зверя, в том месте, где она переходила в короткую мощную шею, была изображена лохматая морда вепря. Хищник грозно скалился окровавленными клыками. Прямо под рисунком виднелась надпись на непонятном языке. – Тиалас, ты ведь всегда хорошо разбиралась в геральдике, ? продолжила рыжая. ? Чей он, этот дракон? – Да не дракон это! ? принцесса ударом меча отрубила довольно толстую ветку, которая преграждала им дорогу. – Ну, виверн или гарпия. – Не виверн и не гарпия. – Вечно ты к словам придираешься! ? зашипела рыжая. – У графа Маклая, чей замок стоит на Желтых болотах, кажется, на гербе действительно был дикий кабан, ? произнесла принцесса призадумавшись. При этом царственная особа абсолютно не обратила внимания на свою несдержанную на язык верноподданную. – Так значит, этот зверь принадлежит графу? – Нет, ? Тиалас отрицательно покачала головой. ? У Маклая на гербе изображен кабан целиком, со всеми четырьмя лапами, а тут только голова. И еще надпись эта странная… Переговариваясь вполголоса, девушки подобрались достаточно близко. Неизвестное существо теперь находилось от них всего в дюжине шагов. – Какой он огромный! ? не удержалась от восклицания Арела, правда, сделала она это шепотом. Присутствие чудовища, пусть даже мертвого, все же накладывало свой отпечаток. – Да-а-а… ? в тон подруге подтвердила дочь короля эльфов. – Голова у него странная, словно серебряной чешуей покрыта, ? лучница как следует пригляделась и вдруг вскрикнула: ? Моргнул! Тиалас, он моргнул! Он живой! В то же мгновение Арела выпустила новую стрелу. На этот раз принцесса успела подбить руку подруги, и смертоносная огненная посланница пронеслась в двух локтях выше цели. Однако и этого хватило, чтобы голова зверя отреагировала, причем самым диковинным способом. Она вся окуталась коконом из тонких зелено-желтых молний, который еще больше отклонил выпущенную эльфийкой стрелу. – Заклятие! ? одновременно выдохнули обе девушки. Да, так оно и было. Голову зверя надежно защищало охранное заклятие, которому, скорее всего, было нипочем даже смертоносное оружие эльфов. И Тиалас, и Арела сразу поняли, что все это неспроста, почувствовали некую тревогу или даже угрозу. В ожидании нападения подруги напряглись и замерли. Что или кто именно угрожал юным искательницам приключений, пока было не понятно, но эта опасность не была плодом их воображения, она существовала вполне реально, она тяжелым давящим на душу наговором наползала откуда-то издалека. Словно кто-то неведомый и злобный знал об их присутствии именно в этом месте, и, даже больше того, он за ними наблюдал или выслеживал. – Давай отсюда уйдем, да поскорее, ? шепотом предложила Арела. – Давай, ? тут же согласилась принцесса и, как бы прощаясь, поглядела на крылатого зверя. Ей вдруг очень захотелось, чтобы он исцелился и тоже улетел. Но, увы, такой магией, чтобы воскрешать из мертвых, Тиалас не владела. Вообще в мире Железного неба ритуал воскрешения могли проводить всего два или три верховных мага, которые брали за это баснословные деньги. Короли отдавали четверть своих владений, чтобы воскресить кого-то из безвременно почивших родственников. Так что, само собой, никто не станет творить такую непростую ворожбу ради какого там зверя. Но тут Тиалас вспомнила возглас своей насмерть перепуганной подруги, тот самый, что прозвучал перед тем, когда та выстрелила во второй раз. Кажется, Арела прокричала: «Он моргнул! Он живой!». Может, лучнице показалось? А может… Неужели заклятие?! Неужели именно оно делает зверя недвижимым и похожим на мертвого?! Ведь недаром колдовские чары опутывают именно голову. А даже самый юный ученик мага знает, именно голова отвечает за подвижность всего остального тела. – Арела, стой! ? негромким, но властным окриком принцесса остановила подругу. ? Сейчас я попробую снять заклятие. – Зачем? ? искренне удивилась рыжая. – Попробую и все тут. Тиалас не стала объяснять свое решение, так как и сама до конца его не понимала. Она просто чувствовала, что делает то, что правильно, то, что и должна. Принцесса вложила Фириат в ножны, выудила из притороченного к поясу небольшого замшевого мешочка крупный лесной орех, сжала его в ладони и, закрыв глаза, стала взывать к духам леса. Вся магия эльфов основывалась на силе, единении с Великим Юльским лесом. Только здесь они могли творить подлинные чудеса. Окажись Тиалас с Арелой где-нибудь в предгории хребта Черепов или в пустыне Забвения, они бы ни за что не смогли помочь этой несчастной птице. Существо разбилось бы о землю, превратилось в огромную окровавленную лепешку. Когда принцесса почувствовала, что орех в ее руках буквально раскалился докрасна и сам пытается вырваться на волю, она размахнулась и со всей силы швырнула его в голову крылатого пленника. Пленяющее заклятие тут же себя проявило. Оно вновь накинуло на голову жертвы густую, хитро сплетенную сеть из хищных зеленоватых молний. Правда на этот раз просуществовала она всего лишь одно короткое мгновение. Яркая вспышка озарила прогалину, и зеленые молнии, превратившись в длинных извивающихся червей, осыпались на землю. В тот же миг голова птицы лопнула и раскололась. От нее отделился большой кусок, который задрался вверх, словно створка раковины огромной речной мидии. – Ты добила его! ? выдохнула Арела. ? Расколола череп, как барон Хокланд, когда тот угодил копьем в голову несчастному сэру Риду на турнире в Эльсоне. – Я… я… я не хотела! ? выдохнула испуганная и растерянная Тиалас. – Чего уж теперь… ? лучница махнула рукой, как бы говоря: что сделано, то сделано. Как показалось принцессе, в голосе ее подруги послышалось облегчение. Наконец-то все стало просто и определенно. Зверь, неважно добрый он был или злой, умер. Точно умер. Теперь они могут уйти, вернуться в Зеленый дворец и там с гордостью рассказывать о своем захватывающем приключении. Именно в этот момент до чутких ушей эльфийки донесся какой-то странный звук. То ли хрип, то ли стон. Тиалас насторожилась. – Ты слышала? ? она поглядела на подругу. – Смотри. Вместо ответа лучница указала на раскромсанную голову чудовища. Там среди разбитых костей обнаружился какой-то блестящий круглый предмет. На нем виднелось что-то красное. Шар то и дело покачивался из стороны в сторону. – Фу-у-у, у него мозги наружу полезли, ? наморщила свой курносый носик Арела. От слов подруги к горлу Тиалас подкатил тошнотворный ком. Она тут же закрыла ладонью рот и отвернулась в сторону. Только бы не видеть этот ужас. На девушку подействовал не столько вид крови, лопнувшего черепа и вдрызг раскромсанного мозга, сколько осознание того, что все это сотворила именно она. В отличие от принцессы ее фрейлина проявила завидную стойкость и продолжала смотреть. – Живучий он, ? прокомментировала свои наблюдения рыжая. ? Другой бы после такого… Арела не договорила, она поперхнулась своими словами и вдруг громко почти истерически заверещала: – А-а-а! Сердце принцессы гулко екнуло, а рвотные позывы мигом разогнал ледяной порыв неведомо откуда накатившего страха. Она резко обернулась к зверю, поскольку только там могло находиться то, что так напугало ее подругу. От увиденного у Тиалас подкосились ноги и перехватило дыхание. Прямо из огромной раны на голове мертвой птицы свешивалась черная, будто обугленная, рука с пятью скрюченными хищными пальцами. Это было невероятно и жутко. Очень жутко. Это было самое черное колдовство, о котором она когда-либо слыхала. Оказывается темный демон, используя свою чудовищную магию, проник в голову этого летающего гиганта и притаился там. Он скрывался до того самого момента, пока принцесса не нанесла свой удар. – Демон! ? своим криком Арела лишь подтвердила догадку Тиалас. ? Бежим! Мы не сможем устоять против него! Принцесса сделала неуверенный шаг назад, но зацепилась за одну из ветвей, в изобилии наваленных по всей округе, и упала. Верная как дружбе, так и долгу Арела бросилась к ней на помощь. – Вставай! Быстрее! ? лучница вцепилась в руку принцессы. При помощи подруги Тиалас поднялась на ноги, и они вместе понеслись прочь от этого проклятого места. Глава 7 Мэй приходил в себя очень медленно и тяжело. Болело все тело. Эту боль он начал чувствовать еще находясь в размазанной бесформенной черноте беспамятства. Теперь же, когда перед глазами появились светлые пятна и какие-то расплывчатые очертания, она стала просто невыносимой. Особенно сильно жгло в груди, и было тяжело дышать… невероятно тяжело. В начале, сквозь окутывающую сознание пелену, лейтенант слышал странные звуки, очень похожие на голоса. Это было здорово! Люди! Они помогут, обязательно помогут! Эдвард даже потянулся к ним… Или только хотел потянуться? Откуда же взяться силам на столь невероятный поступок?! Звуки вдруг оборвались, и Мэй вновь остался один, совсем один. Как и прежде, компанию пилоту составляла лишь его собственная жгучая боль. Лейтенант еще долго сидел, просто сидел в пилотском кресле. Это точно было кресло в кабине его истребителя. Теперь Эдвард смутно различал утыканную дисплеями приборную панель, рамку индикатора лобового стекла и… Что же это такое могло быть над ней? Лицо? Или даже два лица? Мэй так бы и терялся в догадках, кабы призраки, так кстати пришедшие навестить его, вдруг не заговорили. До слуха лейтенанта донесся на редкость плавный мелодичный голос. Эдвард не понял, а может в виду своей слабости просто не разобрал ни слова, но голос его поразил. Он проникал глубоко в душу, обволакивал, снимал страх и даже боль. Только бы они больше не уходили, не оставляли его одного. Ведь одному так страшно и безысходно. Понимая, что немедленно следует что-то сказать, Мэй собрал последние силы и одними губами прошептал: – По-мо-гите… Как ни слаб был голос раненого пилота, его все же услышали. Призраки затараторили между собой, а затем в лейтенанта полетело несколько ярких цветистых пятен. Похоже, это и впрямь были цветы, хотя плывшие перед глазами темные круги, как и тонированное стекло пилотского шлема, совершенно не добавляли зоркости и не позволяли сказать точно. Цветы? Если это и впрямь были цветы, то почему их бросали именно на него, словно на крышку гроба со свежепреставившимся покойником? Лейтенанту вдруг дико, безумно захотелось закричать: «Нет! Не надо! Я ведь еще живой!». Однако он не успел. Мэю помешал голос, который хотя и растянуто, но все же достаточно ясно произнес: – Уж и не знаю… С помощью этого заклятия мы разговариваем с дикими зверями. Сомневаюсь, подойдет ли оно для темного демона. – Все равно следовало попробовать. Ответ прозвучал уже немного поразборчивей, поэтому Эдвард смог кое в чем разобраться. Говорила то ли женщина, то ли подросток. – Все эти твои дурацкие идеи… ? первый голос зашептал вновь. ? И зачем мы только вернулись?! – Я не могу просто так взять и сбежать. Это покроет мое имя несмываемым позором. Если нам и впрямь потребуется, то мы сразимся с демоном. Мы будем биться плечом к плечу, рука об руку. Я принцесса Тиалас и ты графиня Арела, моя верная подруга и соратница. ? Голос говорившей окреп, в нем зазвучали металлические нотки. – Хвала духам Великого леса, сражаться нам, кажется, не придется. Та, которую звали Арела, вздохнула с облегчением. После ее слов наступила короткая пауза, в течение которой Мэй почувствовал, что его вновь принялись внимательно разглядывать. – Все-таки какой он урод, ? наконец с отвращением произнесла одна из воительниц. ? Голова как тыква и еще этот мерзкий хобот. Тыква… хобот… До Мэя с трудом доходил как сам смысл слов, так и то, к кому именно они относились. По всему выходило, что к нему. Но почему к нему? Какая к дьяволу тыква? Какой хобот?! Вдруг где-то на самом краешке сознания у Эдварда зародилась мысль, или вернее догадка. На нем ведь все еще остается пилотский шлем и дыхательная маска. Может эти женщины говорят именно о них? Странно, но разве в нашем до предела нашпигованном современными технологиями мире отыщется хотя бы один человек, который не знает, что это такое? Мэй задал себе вопрос, но не стал на него отвечать. Он вдруг испугался. Испугался того, что эти женщины уйдут. Не признают в нем человека, а потому просто возьмут и бросят здесь… одного, раненого, на произвол судьбы. Как такое может произойти, пилот не понимал, хотя… Чего только не случается на этом гребанном белом свете! Остановить незнакомок можно было только одним способом. Собрав в кулак всю свою волю, призрев боль, Мэй сал подтягивать к лицу свою правую руку. Женщины сразу же дико заверещали, послышался звон металла и удаляющийся топот ног. Что именно происходило возле кабины его искореженного истребителя, лейтенант не видел. У Эдварда просто недоставало сил, дабы повернуть голову и поглядеть туда. Сейчас все они до самой последней капли уходили на то, чтобы тянуть и тянуть вверх свою затянутую в перчатку пятерню. И он таки смог! Последним усилием даже не мышц, а скорее воли, уже практически теряя сознание, Мэй все же подцепил, а затем медленно поднял тонированное стекло своего пилотского шлема. О том, как именно развивались события дальше, судить молодой пилот был уже не в состоянии. Едва отступивший мрак вернулся вновь, ринулся в неистовую атаку. На этот раз Эдварду уже было абсолютно нечего ему противопоставить. И мгла сомкнулась, погружая лейтенанта в липкое, тягучее небытие. Глава 8 До прибежища старой Лаари оставалось совсем немного. Сейчас едва заметная глазу тропинка проведет их меж двух огромных валунов, очень похожих на драконьи яйца, потом она свернет к ручью и пересечет широкую поляну, сплошь заросшую кальмогорскими лопухами. Именно на ее южной окраине и раскинуло свои могучие ветви великое, священное для любого эльфа дерево Тирон. Принцесса перевела взгляд на здоровенного крысоволка, который понурив свою удлиненную мохнатую голову, брел рядом с ее единорогом. Заклятье повиновения держало зверя очень крепко. Настолько крепко, что матерый хищник, хотя и был жутко голоден, даже не глядел в сторону как эльфиек, так и их скакунов. Правда и двух белых единорогов тоже пришлось слегка опутать магией. Иначе они бы просто кинулись наутек, только лишь учуяв запах своего заклятого врага. Все это потребовалось, чтобы помочь ЕМУ. Тиалас поглядела на молодого мужчину, лежащего на мохнатой спине крысоволка. Хорошо, что Арела вспомнила этот древний способ. Ведь именно так Добрый лучник доставил барона Кобальта в его родовой замок, чем спас тому жизнь. Весь трюк заключался именно в том, что спина у крысоволка очень длинная и плоская. Взрослый мужчина вполне может лежать на ней вытянувшись во весь рост. А если к этому добавить невероятно мягкую и плавную походку зверя, то лучшего транспорта для перевозки тяжелораненого и не сыскать. Конечно, Тиалас не была столь глупой и наивной, чтобы приравнять спину лесного хищника к устойчивой и надежной кровати. Понимая это, юная чародейка и применила заклятия равновесия и мягкого удержания. Теперь-то уж ОН ни за что не свалится на землю. Кто такой этот самый ОН девушка не имела ни малейшего понятия. Тот рыцарь, что сидел в голове невиданной железной птицы. Что это рыцарь, Тиалас даже не сомневалась. Ведь только рыцари носят шлемы с забралами, только их доспехи украшают фамильные гербы и магические руны родовых девизов. Принцесса уже в который раз оглядела странную одежду воина. Она имела безвкусный тускло-зеленый цвет и была сделана из довольно плотной ткани. Такую, пожалуй, не прокусит даже дикая собака, но назвать ее настоящими рыцарскими доспехами, конечно же, было сложно. Эмблемы и гербы, нашитые на рукавах и груди, тоже ничего не объяснили. Тиалас никогда не видела ничего подобного. Единственное, что можно было сказать совершенно точно ? перед ней находился чужеземец. Ни у кого из жителей империи Кадиф не было таких светлых волос, никто из мужчин не стригся так странно, коротко и гладко. Правда, рассказывали, что каннибалы с северных островов брили свои головы налысо, оставляя спереди лишь длинный свисающий до самых глаз чуб. Но ведь это вовсе не то! Это совсем не похоже! Тиалас перестала думать о прическе рыцаря и сосредоточила все свое внимание на его лице. Кожа светлая, почти как и у ее родного лесного народа. Лоб высокий. Правильные, бесспорно благородные черты слегка тонковаты, однако это не делает их менее волевыми и мужественными. Глаза? Принцесса не видела глаз незнакомца, но почему-то решила, что они непременно должны оказаться голубыми и немного печальными, как у ее отца, могущественного короля Накилона. Хотя, насчет печали Тиалас, скорее всего, не права. Рыцарь ведь еще совсем не стар, чтобы грустить. Это лишь сейчас мрачная скорбная печать легла на его чело, и все потому, что бедолаге было нестерпимо больно. Эльфийка вдруг вздрогнула всем телом. Она вспомнила, как своим тонким кружевным платком стирала кровь с шершавой щеки и волевого подбородка, как промакивала выступившую на губах алую пену. На секунду у Тиалас перехватило дыхание. На нее нахлынули сразу два чувства. Одно ? сладкое и хмельное, будто эль из дикого меда, второе… А вот вторым чувством был резкий и жгучий укол под самое сердце. Разрази ее гром, они плетутся чрезвычайно медленно. Непозволительно медленно! А ведь так можно и не успеть! Живее! Тиалас тут же послала мысленный приказ, и подвластный ее воле крысоволк припустил резвой рысцой. Пришпорив своего единорога, принцесса понеслась следом. – Не так быстро! ? окликнула ее Арела. Тиалас оглянулась на скакавшую следом подругу. – Я говорю, что рыцаря может растрясти. Откроется кровотечение внутри тела, и мы не довезем его до Лаари. Арела куда меньше Тиалас разбиралась в магии, но значительно лучше принцессы ей давались премудрости врачевания. Поэтому к советам фрейлины стоило прислушаться. Тем более не следовало рисковать именно сейчас, в самом конце пути, ведь их крохотный караван находился уже на берегу ручья, то есть всего в трех полетах стрелы от того самого места, где из лесной чащобы выступало огромное, словно настоящая зеленая гора, дерево Тирон. Тиалас придержала крысоволка и внимательно следила за зверем, пока тот переходил разлившийся в этом месте ручей. Когда хищник благополучно переправил свою ношу на другой берег, в воду ступили и единороги двух эльфиек. – Старой Лаари придется щедро заплатить, ? вдруг подала голос Арела. ? Она из племени хомос, а стало быть, любит деньги. ? Не дожидаясь ответа принцессы, лучница достала свой украшенный самоцветами кинжал: ? Я могу отдать вот это. Кинжал стоит очень дорого. – Лаари живет в нашем лесу, пользуется нашей защитой и поддержкой. Очень хотелось бы посмотреть, как она откажет дочери короля эльфов, своего покровителя. ? Тиалас немного свысока поглядела на верноподданную. ? Так что спрячь свою игрушку. Произнося это, принцесса вдруг подумала, что Арела как-то уж чересчур легко пожелала расстаться со своим любимым кинжалом. Что-то раньше за ней такая щедрость не замечалась. Вдвойне странно, что эту жертву подруга пожелала принести ради незнакомца, ради того, кого вначале сама же чуть не пронзила своими огненными стрелами. Тиалас поискала ответ на свой вопрос на лице у подруги, но не нашла там ничего, кроме задумчивости и какой-то совершенно несвойственной для Арелы растерянности, словно та изо всех сил пыталась разобраться в своих мыслях и чувствах. Что именно творится сейчас с подругой, принцесса так и не успела понять. Заросли здоровенных кальмогорских лопухов неожиданно расступились, и взгляду открылась живописная поляна с невысокой изумрудно-зеленой травой, по которой, словно россыпь золотых монет, были густо раскиданы крупные желтые одуванчики. Посреди лужайки росло дерево. Толщина его была обхватов шестьдесят, а то и больше. Древний, поросший мхом и лишайниками ствол походил на исполинскую колонну, подпирающую само Железное небо. Корни напоминали гигантских морских змей. Они затейливо и немного жутковато переплетались, образовывали диковинные арки, и только лишь затем ныряли глубоко под землю, становясь частью царства духов вечности и плодородия. Меж корнями царил мрак, в котором таилась настоящая тайна. Что это именно так, принцесса знала наверняка, ведь перед эльфийками было не просто дерево, а великий Тирон. Шагах в десяти от царь-дерева стояла худощавая пожилая женщина. Она будто поджидала гостей, знала об их приходе. В отличие от большинства отшельников, пожелавших покинуть общество и поселиться в самых глухих и труднодоступных уголках мира, Лаари выглядела довольно пристойно. Никаких рваных и грязных обносков. Одежду старухе составляло длинное свободное, словно рубище, серое платье с широкими закатанными выше локтей рукавами. Неглубокий вырез на нем обнажал изборожденную морщинами шею, на которой висел большой медальон на толстом кожаном шнурке. Это был серебряный диск с тайными письменами по краям и крупным рубином в центре ? непременный атрибут Лаари, по которому ее узнавали, слава о котором разлетелась далеко за пределы Великого Юльского леса. Ровные седые волосы на затылке стягивались в длинный гладкий хвост, отчего лицо женщины было полностью открыто. Тиалас показалось, что вечно невозмутимая целительница сегодня явно взволнована. Это было видно по каменному выражению ее лица, плотно сжатым губам и гневному блеску внимательных карих глаз. Принцесса даже испугалась, что старуха и впрямь заупрямится и откажется им помочь. – Приветствую тебя, достопочтимая Лаари, ? Тиалас хотелось кричать, немедленно требовать помощи, но, сделав над собой невероятное усилие, она начала с традиционного вежливого приветствия. – И я приветствую тебя, дочь короля эльфов, ? в тон ей ответила старуха. Она даже не глянула на воина, которого притащил крысоволк. – Нам нужна помощь. Эльфийка ловко, но в то же время грациозно спрыгнула со своего единорога. Ее примеру немедленно последовала и Арела. – Многим в этом мире нужна помощь, ? неопределенно ответила старуха, продолжая упрямо не замечать несчастного раненого. – Этот рыцарь умирает, спаси его! ? принцесса больше не смогла, да и не захотела сдерживаться. – Почему я должна это делать? ? Лаари удивленно приподняла бровь. – Потому, что… ? девушка хотела сказать «я приказываю», но благоразумно передумала. ? Потому что об этом прошу тебя я, принцесса Тиалас. – Веская причина, ? старуха произнесла это как бы сама для себя, а затем добавила, вернее спросила: ? Ты знаешь кто он? – Он храбрый, благородный воин, этого мне достаточно. – Благородный? ? Целительница как бы попробовала на вкус это слово. ? О да, все они благородные, галантные, даже милые ровно до того самого момента, как им не прикажут убивать. Хотя этот… ? Наконец Лаари все же удостоила раненого взглядом. ? Этот далеко не худший экземпляр. Он всегда сражался только лишь с равными себе. Откуда старуха это взяла, Тиалас не знала, однако от последних слов целительницы у нее полегчало на душе. Похоже, Лаари проявила толику уважения к воину, а там уж не так далеко и до снисхождения, и до помощи, в которой тот так нуждался. Дабы смягчить черствое сердце целительницы, Тиалас, пожалуй, была готова даже униженно умалять, но… Но, к счастью, этого не потребовалось. Старуха вдруг поменяла свое отношение к делу. Она ловко схватила крысоволка за шкирку и поволокла в сторону огромного дерева. Матерый хищник попробовал оскалиться, зарычать, но тут же получил по ушам и притих будто беспомощный, жалкий щенок. Лаари затянула зверя под одну из арок, образованную переплетением двух толстых узловатых корней, после чего их обоих поглотила густая чернота пещеры. Целительница ушла не сказав ни слова, чем немало озадачила обеих девушек. – Что будем делать? ? Арела первой подала голос. – Войдем! ? решительно заявила Тиалас. – Как, к самой Лаари?! Вот так запросто, без приглашения?! ? в голосе рыжей послышалась неуверенность, робость, а может даже и страх. – Это мои владения. Я дочь короля эльфов! Похоже своими словами принцесса пыталась подбодрить саму себя, настроиться на решительный поступок. И ей это удалось. Эльфийка резким движением головы откинула свои наползшие на глаза роскошные белокурые волосы и быстрым уверенным шагом направилась к жилищу целительницы. Как и подобает преданной фрейлине, Арела последовала за ней. Когда подруги уже были в шаге от входа, прямо из темноты подземелья на них выскочил насмерть перепуганный крысоволк. Арела дико заверещала, а Тиалас тут же принялась творить защитное заклинание. Однако оно не потребовалось. Огромный хищный зверь затравленно зыркнул на них, отскочил в сторону, и даже не подумав оскалиться, стрелой помчался прочь, вглубь лесной чащобы. – Фух, напугал проклятый! ? выдохнула Арела. Принцесса с осуждающим вздохом поглядела на подругу и сдула с ладоней облачко легкого тумана, то бишь первую производную так и не выстроенного до конца обездвиживающего заклятия. Долетев до огромных корней великого Тирона, оно взялось на них сверкающими искорками легкой изморози. – Идем же! ? произнеся это, Тиалас пригнулась и уверенно шагнула вглубь пещеры. Глава 9 В глазах императора пылала ярость. Хотя он и не кричал, не метался по кабинету, не вымещал свою злобу на стульях, книгах, канделябрах и головах верноподданных, однако каждый из тех, кого именно сейчас угораздило оказаться в апартаментах правителя, отчетливо понимал: это еще совершенно ничего не значит. Лютый, свирепый огонь, клокотавший в груди Ригера, мог выплеснуться наружу в любое мгновение, и тогда… Поговаривали, что бывший начальник дворцовой стражи, некогда блистательный генерал Гул, который не сумел схватить вора, проникшего в императорскую сокровищницу, до сих пор еще жив и гниет где-то на торфяных разработках вблизи Желтых болот. Только вот жизни этой не могут позавидовать даже покрытые язвами и лишаями бродячие псы с городской помойки. В случае с Гулом речь шла всего лишь о воре, самом обычном воре похитившим всего каких-то полторы сотни золотых монет, ну а сейчас… Сейчас все было куда как серьезней. Сейчас дело касалось жизни и смерти самой великой империи Кадиф. – Как такое могло произойти? ? голос Ригера прорезал плотную, будто камень тишину. Задавая свой вопрос, император, прежде всего, глядел на двоих: канцлера Хубера и капитана королевской гвардии Нетерхазера. Ригер как бы предлагал им выбор. Пусть сами решают, кто первый подставит шею под отточенный клинок его гнева. Однако не решился ни первый, ни второй. Ответ прозвучал совершенно из других уст. Произнес его худой седовласый старик в длинном до пола темно-коричневом монашеском балахоне: – Ваше императорское величество, не стоит понапрасну винить ваших верных слуг и доблестных солдат. Они добросовестно и честно выполняли свой долг, свое задание. – Добросовестно? ? взревел император. ? Почему же тогда человек из мира машин не сидит в подземелье этого дворца, а спокойно разгуливает по нашей земле? – Что-то пошло не так, ? тихо произнес капитан Нетерхазер, не смея глянуть в глаза своему повелителю. ? Его железная птица упала за пределами кольца оцепления, и мы не успели… – Каждый десятый! ? император не дослушал оправданий командующего гвардией. ? Будет казнен каждый десятый из тех, кто стоял в Юльском лесу. Причем сейчас же, немедленно, и ты, капитан, тоже встанешь в строй для экзекуции. – У нас и так мало солдат, ? хмуро пробубнил герцог Хубер. ? А те, кто участвовали в облаве, это лучшие из них. – Они были лучшими, пока не зажирели и не отупели, отсиживаясь за городскими стенами. ? Ригер грохнул кулаком по крышке массивного рабочего стола, да с такой силой, что золотой письменный прибор подпрыгнул, из него вывалилось несколько перьев, а незакрытая чернильница плюнула парой больших черных капель. – Мой повелитель, для того чтобы выполнить вашу волю, придется отозвать войска из Юльского леса, ? очень спокойно и рассудительно произнес старик в коричневом. ? А это будет означать, практически полное прекращение поисков. Услыхав это самое «прекращение поисков», Ригер метнул на старика гневный испепеляющий взгляд, но затем сдержался и промолчал. Он прекрасно понимал: Марцери хоть официально и находится на службе у империи, но, как и все великие маги, фактически не подчинен чужой власти, пусть даже и такой могущественной, как власть самого императора. – За это время тот, кого мы ищем, может уйти очень далеко, ? поспешил продолжить и развить мысль мага Хубер. Канцлер сделал это по двум причинам. Во-первых, он сам начинал свою карьеру в нагруднике гвардейца, и с тех пор благоволил к этой слегка бесшабашной, но отчаянно храброй братии. Во-вторых, герцог прекрасно понимал, что стараниями благодарного Нетерхазера слух о его заступничестве непременно дойдет до ушей офицеров. А их расположение дорогого стоит. Гвардия всегда была и остается самой грозной силой в Магруфе… это если, конечно, не считать Марцери. Подумав об этом, герцог покосился на главу братства «Неистового огня». Старику было лет триста, но он все еще оставался достаточно крепок телом, что наглядно подтвердило его сегодняшнее участие в битве с летучими машинами. Что же касаемо магической силы… то здесь с Марцери могли потягаться всего два или три великих мага. Но они, увы, находились далеко, очень далеко от Магруфа. Канцлер едва успел подумать об этом, как старик произнес слова, заставившие его по-настоящему удивиться: – Человек из другого мира действительно может надежно укрыться, ведь ему помогают, причем помогают при помощи магии. – Что-о-о? Магии? ? глаза императора буквально вылезли из орбит. – Кто-то развеял созданный мной смерч, который тащил железную птицу чужака к Хрустальному озеру. Именно поэтому она и упала вдалеке от наших охотников. – Кто-то сумел развеять твои чары? ? выдавил из себя Ригер и, похоже, именно эта деталь удивила его гораздо больше, чем сам факт нападения. – Да, мой император, ? и без того хмурый Марцери стал и вовсе мрачнее ночи. ? И это мне очень не нравится. – Кто же способен на такое? ? канцлер задал вопрос, который напрашивался сам собой. – В любом случае это должен быть тот, кто очень серьезно знаком с магией. Прежде чем продолжить старик крепко задумался, чем не преминул воспользовался молчавший до этого Нетерхазер: – Кто-то старается отнять у нас Разрушителя! ? в справедливом гневе офицер попытался отыскать и крепко стиснуть рукоять своего меча, но только из этого ничего не вышло, ведь все личное оружие визитерам пришлось сдать при входе в императорские покои. – Идем дальше… ? старый маг даже не прореагировал на восклицание гвардейца. ? Чтобы разрушить заклятие шестого уровня, а именно таковым и являлся созданный мной ловчий смерч, требуется либо сотворить собственное, превосходящее по силе заклятие, либо… – Либо? ? не выдержал Ригер. – Либо воспользоваться очень мощным магическим артефактом. – Колдовство другого мага, тем более такое сильное, ты был должен… Нет, просто обязан, почувствовать! ? к императору понемногу начала возвращаться его обычная рассудительность и мудрость. – Разумеется, ? старик согласно кивнул. – И как? – Ничего похожего. – Значит артефакт, ? произнося это, Ригер вздохнул с некоторым облегчением. Ему явно не хотелось, чтобы в самом сердце государства, буквально под самыми стенами Магруфа, вдруг объявился некий неведомый маг, причем с намерениями, идущими вразрез с интересами империи. – Артефактом может воспользоваться кто угодно, ? задумчиво протянул канцлер Хубер. ? Магические предметы есть практически у всех. Даже последний нищий из квартала мусорщиков имеет какой-нибудь амулет или клеймо. Произнося последнее, герцог поморщился. Он всячески преследовал и жестоко карал братства, которые, несмотря на высочайший запрет, продолжали ставить на телах магические клейма. Делали они это совсем за смешные деньги. Так что практически каждый мог обзавестись как защитой от насморка, так и сигналом о приближении стражников. – Простым амулетом не разрушишь заклятие шестого уровня, ? покачал головой Марцери. ? Мое заклятие! После этих слов пожилой маг задумался, причем скорее мечтательно, чем озабоченно. По его тонким губам даже проскользнула легкая ухмылка. Она вовсе не казалась веселой, скорей какой-то плотоядной. Но все же это была именно ухмылка, которая совершенно не вязалась с присквернейшим настроением правителя Магруфа. – Ты должен найти этого изменника, того, кто решил нанести нам удар в спину и помочь врагу. ? Ригер не сдержался и рявкнул на мага. ? У тебя есть идеи с чего начать? – Я думаю над этим, повелитель, ? Марцери тут же вновь стал серьезным и смиренно склонил голову. – Думай, да только поживее! ? Ригер перевел взгляд на канцлера, тем самым давая понять, что следующие слова предназначаются уже именно для него: ? Войскам продолжать прочесывать лес. В этом им помогут эльфы. Человек с так называемой Земли чужой в нашем мире. Он здесь как бельмо на глазу. И у него нет шансов, если, конечно, не отыщутся преступники, которые надумают оказать ему помощь. Вот именно этой возможности вы и должны его лишить. – Ваше императорское величество, следует ли из ваших слов, что экзекуция над гвардией отменена? ? Хубер с надеждой и почтением поглядел на своего сюзерена. – Она отсрочена, ? с металлом в голосе отрезал Ригер. ? Если к завтрашнему вечеру человек не будет пойман, с палачом познакомится каждый шестой гвардеец. Капитан, передай это всем своим воинам. Если они не желают служить за деньги и славу, то пусть послужат за страх. Последняя, далеко не самая приятная фраза была адресована уже Нетерхазеру. Услышав ее, тот засопел, как разъяренный бык и гордо выпятил вперед грудь. Тем самым командующий гвардии давал понять, что если потребуется, то для выполнения приказа славные гвардейцы сравняют горы, выкорчуют леса, повернут вспять реки и осушат моря. Глава 10 В пещере старой Лаари оказалось прохладно, сухо и даже, можно сказать, уютно. Мирно потрескивал огонь в очаге. Там варилось какое-то зелье, от которого распространялся терпкий и в то же время немного сладковатый аромат. Он соперничал с запахом целебных трав. Их пучки в превеликом множестве были подвешены к потолку, а перетертые в порошок корневища хранились в разнообразных по форме и размеру банках и коробках. От всех этих запасов буквально ломились многочисленные грубо сколоченные полки и шкафы. Разумеется, помимо трав там находились и еще кое-какие другие ингредиенты целительского промысла, но Тиалас упрямо старалась их не замечать. Врачеватели хомос, как и черные ведьмы земли, в своих обрядах частенько использовали такое… к чему высокородный маг даже побрезгует прикоснуться. Принцесса прекрасно знала все это, и, тем не менее, привезла рыцаря именно сюда. У нее просто не оставалось другого выхода. Судя по всему, юноша был очень плох, и спасти его могли только знания и умения знаменитой Лаари. Оказавшись внутри пещеры Тиалас и Арела сразу устремили свои взгляды к длинному, низкому, похожему на жертвенный алтарь столу. Он был вырублен из цельной глыбы черного найта. Этот камень сам по себе обладал целительной силой, ну а в сочетании с мастерством и магическим даром настоящего колдуна позволял врачевать самые страшные раны. Так вот, как раз на столе из найта сейчас и лежал рыцарь, прилетевший на железной птице. Лаари находилась рядом. Наклонившись над раненым, она ловко освобождала его от доспехов. Принцессу абсолютно не удивило, что старуха в одиночку смогла переложить тяжелого взрослого мужчину со спины крысоволка на стол, но вот странные застежки на не менее странной гибкой броне… Откуда целительница знала, как со всем этим обходиться? – Просим простить нас, уважаемая Лаари, ? Тиалас даже еще не успела раскрыть рта, а рыжеволосая Арела уже боязливо и сбивчато тараторила извинения: ? Мы осмелились войти без вашего дозволения. Это как-то так само получилось… Мы очень виноваты… – Хватит болтать! Вы ведь уже все равно вошли! Пожилая целительница щелкнула пальцами, и прямо над столом разом вспыхнули полдюжины масляных светильников. Все они находились внутри очень странной люстры. Ее верхняя часть представляла собой отполированную до зеркального блеска бронзовую тарелку. Огоньки свечей мигом отразились в ней, и этот свет, слившись в единый мощный поток, ударил вниз, залил распростертое на черном камне тело рыцаря. Все это выглядело настоящей магией, только какой-то совсем иной, диковиной, совершенно непривычной для юных дочерей леса. Может именно поэтому обе эльфийки замерли, как вкопанные, да еще вдобавок с разинутыми от удивления ртами. – Не стойте, как деревянные колоды! Подойдите. Живо! ? старуха властно махнула им рукой. ? Кажется, мне понадобится ваша помощь. По указанию Лаари девушки заняли места по обеим сторонам угрюмого черного монолита, из которого, как обе они чувствовали, так и струилась странная, очищающая, словно вымораживающая изнутри, сила. Каждой из эльфиек была вручена склянка из толстого стекла. Ареле досталась плоская, наполненная жирной темно-бурой мазью, а Тиалас высокая и тонкая, содержащая светло-желтый порошок. – Будешь наносить мазь там, где я тебе покажу, ? Лаари подала лучнице простенькую деревянную лопатку. ? Только аккуратно! Гляди, не перемажься сама, а то потом еще и с тобой возиться. Не обратив внимания на испугано вздрогнувшую и побледневшую рыжеволосую ассистентку, целительница стала окунать свои руки в какую-то тягучую прозрачную жидкость, чаша с которой неожиданно обнаружилась неподалеку от стола. – А что делать мне? ? принцесса крепко сжала в руках сосуд с доверенным ей снадобьем. – Когда скажу, густо засыплешь раны этой смесью, ? Лаари даже не поглядела на дочь короля эльфов. – Раны?! Какие раны? ? со страхом выдохнула Тиалас. ? У него ведь нет никаких ран! – Сейчас будут, ? заверила девушку старуха и тут же приказала Ареле: ? Мажь вот здесь, здесь и сбоку, да погуще. Рыжеволосая лучница беспрекословно подчинилась и стала старательно смазывать раненого, стараясь наложить как можно больше мази на его живот и правое подреберье. Однако как эльфийка не старалась, покрыть обнаженный торс юноши полностью у нее никак не получалось. Мазь впитывалась в кожу гораздо быстрее, чем Ареле удавалось ее наносить. – Довольно, ? наконец настал момент, когда Лаари остановила свою помощницу. ? Теперь поднимите его. – Как поднять? ? одновременно выдохнули обе девушки. – Читайте заклятие полета, простое заклятие полета. Вас учат ему на самых первых уроках магии. Почему целительница сама не сотворила такое, абсолютно незатейливое волшебство, обе юные эльфийки не поняли, да и не старались понять. Они тут же послушно зашептали: «Духи земных недр, здесь и сейчас я отменяю вашу власть. Духи воздуха, я призываю вас в союзники…». Слова заклятия повторялись вновь и вновь, звучали все громче и громче. Подчиняясь им, раненый стал медленно подниматься над столом. Когда он воспарил примерно на локоть, Лаари приказала: – Хватит. Держите его так, да покрепче! Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=49653597&lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО