Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Спасибо, французский Елизавета Версан Шесть месяцев назад Эмили даже подумать не могла, что человек, которого она так долго презирала, станет ей ближе, чем кто-либо был когда-то. Кто бы мог подумать, что у судьбы скверное чувство юмора, и невинная пара французского приведёт к ряду ошибок, итог которых – три разбитых сердца? 1 – Звони мне каждые выходные, – строго наказала мама, когда я, обняв её и братьев, запрыгнула в вагон и помахала им на прощанье рукой. – Обязательно, мам. Не позволяй Теду много сидеть за компьютером. Как доберусь, «скину» смс. – Хорошо, милая. Удачи! Она крикнула что-то ещё, но я уже ничего не услышала из-за шума тронувшегося поезда. Перрон вместе со стоящей на нём мамой и братьями стремительно удалялся. Бросив на них последний взгляд, я протолкнулась из тамбура в вагон. Как и всегда бывает перед первым сентября, он был переполнен. Оставалось только одно крайнее место. «Что ж, придётся потерпеть три с половиной часа», – мысленно вздохнула я и, более-менее удобно расположившись на сиденье, погрузилась в мир музыки. Что я люблю в долгой дороге, так это размытые пейзажи и хорошую атмосферу для размышлений. Когда тебе девятнадцать, и ты претендуешь на блестящую карьеру в сфере графического дизайна, весь твой мир сужается до эскизов, бессонных ночей в мастерской, изучения толстенных учебников и пары-тройки таких же «повёрнутых» друзей. Кстати, о волнующей сознание парней внешности и фигуре, как правило, тоже приходится забыть. По крайней мере, в моем случае это так. Но меня никогда не напрягал вопрос об отношениях. Мне всегда казалось, что отношения ради отношений – прерогатива закомплексованных девушек, неспособных выдержать и пяти минут в одиночестве. Я же с гордостью носила звание «странной ботанички», намеренно избегающей места массового скопления людей и людей в целом. Мне хватало моего скромного круга приближённых, в который входили родственники и двое друзей – Луи Хантер и Роуз Коллинз. Именно поэтому мысль о том, что уже через четыре часа мне предстояло знакомство с новой соседкой, приводила меня в настоящий ужас. Дело в том, что на первом курсе моим соседом был Луи, и честно признаться, у меня сперва сложилось не лучшее мнение об этом парне. Так получилось, что в администрации напутали с документами: его по ошибке приняли за девушку и подселили ко мне. В силу того, что я человек замкнутый и немного консервативный, это сильно шокировало меня. Но после того, как мы с ним пообщались с глазу на глаз, моё мнение в корне изменилось. – Слушай, Эмили, – сказал он, когда в администрации студгородка с виноватым видом сообщили, что свободных комнат не осталось и нам, как минимум, неделю придётся жить вместе, пока всё не утрясётся. – Я даже не посмотрю в твою сторону, потому что я, ну… помолвлен со своей кузиной. Через год Роуз поступит сюда, так что… Я уже рискнул слишком многим, чтобы просто быть с ней, понимаешь? Она всё для меня, поэтому тебе просто не о чём беспокоится. Это откровение оказало такое сильное воздействие на меня, что я даже не нашлась, что ответить. Так мы с ним, в общем, и подружились. Следом в мою жизнь ворвалось «сумасшедшее нечто», прилагавшееся к Луи, так что целый год я терпела их обоих, и до сих пор удивляюсь, как ещё не свихнулась. Но теперь Роуз тоже поступила в наш колледж, и, разумеется, эти двое будут жить вместе (понятия не имею, как Хантеру удалось договориться с комендантом). Хотя в этом есть один гигантский плюс: они больше не будут оккупировать нашу комнату, потому что, честное слово, своей сопливо-сказочной романтикой они отравляют мою чёрную жизнь скептика и циника. Точнее сказать, отравляли. Ибо теперь я тоже вроде как нашла своё счастье и совершенно очевидно перестала быть страшной брюзгой. Кстати, о моём счастье. Во-первых, он коренной американец. У него большие карие глаза, чуть взлохмаченные чёрные волосы, которые на момент нашего знакомства были скромным ёжиком, бесчисленное количество родинок, добрейшее сердце и мозг вундеркинда. И зовут его – барабанная дробь – Дэйв О’Коннор. Он заметил меня на одном из международных фестивалей в феврале прошлого года, на котором мы оба работали волонтёрами. Он увидел меня в последний день на закрытии и через куратора нашей группы узнал мой e-mail. Так, в общем-то, мы и начали общаться. После нескольких месяцев общения по Интернету Дэйв приехал ко мне в Брэдфорд на летние каникулы, и мы провели прекрасные три недели вместе. Он учится в Калифорнийском университете, и я решила попробовать подать заявку на прохождение практики там следующим летом, ну а пока мы планируем поездку в Канаду к его дяде на Рождество. Он мой первый парень со времен школы. Да, собственно, вообще первый парень, и мне нравится в нём больше всего то, что он уважает это и не торопится. Я никогда не любила заглядывать далеко в будущее, но иногда мне кажется, что он вполне может стать для меня тем самым «однажды и навсегда», о котором я и мечтала. Но есть одна вещь, которая смущает меня. Когда я смотрю на Луи и Роуз, отчётливо вижу их счастливое совместное будущее. Это классический пример родственных душ. Всё их взаимодействие друг с другом окутано какой-то особенной магией. Они просто гармония в чистом виде. Всё дело в их отношении друг к другу – бережном, пронизанном пониманием, принятием и, самое главное, любовью. Они едины в своей любви, и поэтому я завидовала им. Завидовала, потому что моя грудная клетка не взрывалась неистовым фейерверком при взгляде на Дэйва. В смысле, он нравился мне, меня тянуло к нему, но что-то внутри меня твердило, что этого не достаточно. Что однажды мне захочется большего, и это обернётся болью для нас обоих. Предвестие грядущей неизбежной катастрофы тяжелым грузом давило на плечи и сбивало рабочий настрой. Омрачало начало года ещё и то, что уже в начале октября состоится просмотр, а я к нему была, мягко говоря, не готова. Просмотр – важное мероприятие в жизни колледжа. По сути, это мини-выставка, на которой студенты демонстрируют работы, выполненные в течение лета. Я же всё это время потратила на бессмысленное лежание в кровати в объятиях своего парня и бесконечные разговоры с ним. Нет, вы только не подумайте, что я сожалела об этом. Просто за моё расточительство меня ждали бесконечные трудовые будни в мастерской и бессонные ночи над учебниками. И это только начало года. А в декабре нужно готовиться к рождественскому мюзиклу, который окончательно выжимает из всех студентов соки. Что уж говорить о весенней выставке, семестровых экзаменах и наработках по диплому, который предстоит защитить в следующем году. Но ладно, отставить драму. На самом деле всё было не так уж и плохо, ибо главное правило любого студента гласит: пережил первые две недели – переживешь и весь семестр. *** – Матерь божья, кого я вижу! Роузи, ты только посмотри, такое чувство, будто она спит в солярии, хотя я точно знаю, что эта леди вылезла из своей берлоги максимум два раза за всё лето и то глубокой ночью! Собственно, вот он, наглядный пример ужасной невоспитанности Хантера. Скажите мне, пожалуйста, какой нормальный человек будет орать через всю парковку студенческого городка, привлекая к себе внимание огромного количества студентов? Впрочем, ответ содержится в самом вопросе: нормальный человек, разумеется, этого делать не станет. Но Луи Хантер – ненормальный, поэтому он и его чудо бросились с дикими воплями ко мне, заставляя меня краснеть и закрываться капюшоном от пристальных взглядов прохожих. – Я вас ненавижу, – процедила я сквозь зубы, пытаясь выпутаться из цепких объятий. – Всё такая же грубая, – с улыбкой сказал Луи, отстраняясь, и потрепал меня по щеке. – Я скучал по этому. – Как прошло лето, Эмми? Вот на кого совершенно невозможно сердиться, так это на Коллинз. Её ямочки обезоруживают и превращают в умиляющуюся лужицу любого, кто решается заговорить с ней. – Лучше, чем все предыдущие, вместе взятые, если честно. – О, это связано с твоим горячим американцем? – на лице Хантера появилась нахальная усмешка. – Вы уже успели испытать все прелести любви? «Господи, убейте его кто-нибудь, – мысленно взмолилась я. – Ну или меня, потому что я действительно устала краснеть из-за этого идиота». – Луи! – Роуз легонько шлёпнула своего жениха по губам. «Ну хоть у кого-то есть здравый смысл». – Хэй, за что? – недоумённо вскрикнул «потерпевший». – Что я такого сказал? – Ты её смущаешь, разве непонятно?! – Спасибо, Роузи. – О, прекрасно! Ты всегда встаёшь на её сторону. В конце концов, с кем из нас ты встречаешься? – С тобой, – на лице Коллинз расцвела нежная улыбка. – И кроме тебя мне никто не нужен, но ты не прав. – Интересно, в чём? – В том, что ты постоянно ставишь меня в неловкое положение! – не выдержала я и, поправив съехавшую с плеча сумку, направилась в сторону общежития. – Фу, какая грубая. Пойдем, любовь моя, навестим эту злюку часов через пять, когда она снова будет вести себя, как человек. Я только закатила глаза и, не сбавляя хода, продолжила путь к своей цели. Кстати, можете быть уверены, что эти двое сейчас стоят и целуются там, наплевав на все приличия. Хотя я сомневаюсь, что они когда-нибудь о них слышали. Наш студгородок располагается прямо за колледжем и включает в себя несколько строений. Первое – административный корпус. В нём проходит распределение по общежитиям, оформляются все необходимые документы и решаются иные технические вопросы. Там же проживает и персонал, обслуживающий городок. Два других здания, находящиеся в центре студгородка и условно делящие его на две части, – столовая и спортивный комплекс, включающий в себя тренажёрный зал, бассейн, теннисный корт и футбольное поле. В западной части – общежития для иностранных студентов, обучающихся по программе обмена, и тех, кто проходит стажировку в нашем колледже. Здания трёхэтажные и отделены друг от друга небольшим сквером. И, наконец, две пятиэтажки, соединённые общим подвалом, в котором располагаются душевые и прачечная. Одно из них, а именно второй корпус, и есть моё место обитания. К несчастью, понятия «лифт» для нашего общежития не существует, поэтому мне пришлось тащиться с сумками на пятый этаж. В процессе подъёма я всерьёз задумалась над тем, чтобы вновь заняться фитнесом. Но, как и всегда, эта мысль мимолётна, и надолго в моём мозгу не задержалась. Угадайте, кому несказанно «повезло» и кто будет жить в самом дальнем блоке? Добравшись всё-таки до своей новой комнаты, я заметила, что дверь не заперта, а это означало, что моя соседка уже там. – Привет, – как можно дружелюбнее сказала я, сбрасывая сумки на пол и закрывая за собой дверь. Стоило только мне поднять взгляд на две фигуры, тусовавшиеся у окна, как я тут же поняла, что весь мой предстоящий год летит к чёртям. Всё потому, что на подоконнике сидел Уильям Купер, а рядом с ним его сводная сестра Изабель Бёрнс. Чтоб вы понимали, эти двое – самые известные личности колледжа. Изабель – солистка в местной музыкальной группе, которая, кстати, успела прославиться и за пределами колледжа. Плюс ко всему, будучи студенткой отделения журналистики, она является ди-джеем на нашем радио и комментатором спортивных соревнований. Короче говоря, не мне, скромной улитке, просидевшей все свои девятнадцать лет в раковине, с ней тягаться. Говорить о Купере и вовсе нет смысла. У него сказочно богатый папаша, блестящее образование и, как обычно бывает в дурацких комедиях, капитанская повязка футбольного клуба при колледже. Как вы понимаете, такие «звёзды» не водятся с плебеями. Они – завсегдатаи самых крутых вечеринок, у них дорогие шмотки, толпы падающих к ногам поклонниц и обожателей, и, разумеется, они на дух не переваривают тихушниц, вроде меня. Только вот в отличие от своих «коллег», раболепно глядящих на Купера и его блондинистую сестрёнку (она хотя бы бывает более снисходительной к простым смертным), я веду с ними открытую полемику. Потому что ещё в школе насмотрелась на таких моральных инвалидов, гнобящих всех, кто хоть немного отличается от других, и мириться с этим не собираюсь. В общем, с Уильямом у нас взаимная антипатия, а с Бёрнс – холодный нейтралитет. – Твою ж кокосину! – выругался Купер и закатил глаза. – А другую соседку тебе не могли подобрать? Отец мог бы уладить этот вопрос. Я сжала кулаки от злости, но ничего не сказала и спокойно прошла к свободной кровати, на которой лежали скрученный матрац, одеяло и подушка. – Не думаю, что это худший вариант, – отозвалась Изабель. – В конце концов, она дружит с Хантером. «Ой, ну спасибо, уважила». – И что с того? Они просто были соседями. И посмотри, через год он уже смылся. – Только потому, что захотел жить со своей девушкой, – справедливо заметила блондинка. – Ой, да любой бы и секунды не продержался с Хикс на одном квадратном сантиметре. И вот тут моему терпению пришёл конец. – Ну так и проваливай отсюда, если ты не можешь! – проорала я, сжимая кулаки так, что ногти впились в кожу. – С фига ли небоскрёб упал? – невозмутимо ответил Купер, прожигая меня презрительным взглядом. – Эмили, во-первых, он мой брат, и у нас абсолютно равные права на эту комнату, если ты не забыла. А во-вторых, Уилл, попридержи язык. Я не хочу начинать первый день с драки. Мы оба вылупились на Бёрнс, будто она только что вылила на нас ведро холодной воды. Я ничего не понимала: с одной стороны, она на меня наехала, с другой – заступилась. – Совсем рехнулась? – первым опомнился Купер и сразу же включил единственно знакомую ему защитную реакцию – нападение. – Я повторяю, Уилл, мне не нужны проблемы. Если не можешь держать эмоции при себе, иди и выплёскивай их в другом месте, не в этой комнате. – Ладно, – процедил сквозь зубы шатен и, одарив меня презрительным взглядом, быстрым шагом направился к двери. Как только дверь захлопнулась за Купером, я шумно выдохнула и непонимающе уставилась на блондинку. Я ждала чего угодно, но точно не её улыбки. – Расслабься, – она приветливо протянула мне руку, и я с большим опозданием пожала её, потому что никак не могла поверить в реальность происходящего. – С ним всегда сложно. Но он не такой мерзкий, каким хочет казаться. – Сомневаюсь, – промямлила я и принялась разбирать свои вещи. *** Я уже задремала, когда в дверь настойчиво постучали. Изабель, которая сидела до этого за столом и что-то писала, открыла дверь, за что я была ей несказанно благодарна, поскольку мне всегда сложно прийти в себя после сна. – О, привет, – услышала я знакомый голос Хантера и, испустив раздражённый стон, накрыла лицо подушкой: только этих идиотов мне сейчас не хватало. – Ага. На удивление Луи прошёл в комнату один. – Где ты потерял Роуз? – поинтересовалась я, когда парень нагло плюхнулся на мою кровать. – Она отдыхает. До меня не сразу дошёл смысл этой, казалось бы, безобидной фразы, но как только я увидела этот хитрый прищур, всё сразу стало понятно. – Фу, вы ужасные. – Вовсе нет. Кто из нас троих и ужасен, так это ты. – Это ещё почему? – нахмурилась я. – Ну это же не я умудрился в первые часы пребывания здесь рассердить самого Уильяма Купера, – усмехнулся Луи. У меня отвисла челюсть. Изабель захохотала, откинувшись на спинку стула, и покачала головой. – Это действительно было эпично, Лу. Мне кажется, всё закончилось бы несчастным случаем, не вмешайся я вовремя. Теперь уже смеялся Хантер, в то время как я сверлила их обоих свирепым взглядом. – Он сам виноват, – попыталась защититься я. – И, вообще, ты-то откуда всё знаешь? – Купер орал о том, что убьёт тебя, на весь этаж, так что трудно было не услышать. Я удивлённо вскинула брови: Уильям орал обо мне на всё общежитие? Это что-то новенькое. – А чему ты удивляешься? У вас вроде как взаимная нелюбовь с самого первого курса, хотя я совершенно не понимаю почему. Кстати, да. Почему? – Хантер откинулся на спинку кровати, изображая невероятную заинтересованность. – Потому что он придурок, который только и делает, что самоутверждается за счёт чужих слабостей. – Ты не права, – снова подала голос Бёрнс. – Я не надеюсь, что ты поймёшь, но просто не стоит делать вывод о человеке, не зная его достаточно хорошо. Мне казалось, ты умная девушка и не станешь верить предрассудкам. – А он пытается понять меня или других людей, когда обходится с ними, как с отбросами? Нет никакого оправдания его свинскому поведению, что бы ты мне там ни говорила! – Ты не можешь знать, что стоит за всем этим, Эмили. Но просто будь выше всего этого, если считаешь себя умнее его. – А, по-моему, вам просто надо перепихнуться, – совершенно спокойно заявил Луи, так, что я чуть не поперхнулась воздухом от возмущения. Изабель вновь засмеялась. – Ага, или они с таким же успехом могли бы задушить друг друга. Я, кстати, склоняюсь ко второму варианту. – Определённо, – согласился Хантер. Я же просто запустила в него подушкой и упала на кровать, закрыв лицо руками. – Это просто кошмарный день, и… Ох, чёрт, мне же нужно позвонить Дэйву! – О, – многозначительно протянул Луи. – Как это мило. Разговорчики со своим парнем, который находится за океаном, и ты довольствуешься пятью минутами и коротким «люблю-целую» в конце. Ах, как же я… Моё полотенце, валявшееся на прикроватной тумбочке, очень точно прилетело в физиономию шатена. Бёрнс усмехнулась и проводила меня до двери нечитаемым взглядом. Что бы это могло значить? *** – Привет, малыш, – знакомый голос на другом конце провода непроизвольно заставил меня широко улыбнуться. – Привет. Рада, наконец, тебя слышать. – О, я тоже очень соскучился. Как прошёл первый день? Твоя соседка, надеюсь, адекватная? – О-о-о, – многозначительно протянула я. – Приёмная дочка Джеффа Купера. Дэйв присвистнул, изображая удивление, потому что на самом деле он, конечно же, понятия не имел, о ком я говорю. – Её мама отхватила вроде как одного из самых завидных холостяков в Англии, так что… – Ну теперь-то понятно. Значит, она по всем законам жанра жуткая стерва? Я рассмеялась и покачала головой, но потом вспомнила, что он не может меня видеть. – Нет, кажется, Изабель очень даже милая девушка. Чего не скажешь о её сводном братце. – Да? А что с ним не так? – Да всё, – раздражённо фыркнула я. – Это смешно, но мы поцапались с ним, едва я переступила порог комнаты. Какой же он всё-таки мерзкий. Дэйв рассмеялся, и я вместе с ним. Его смех такой заразительный и по-домашнему уютный, что у меня сразу же пропало желание переживать по этому поводу. – Ты ведь можешь в любой момент двинуть ему, если что. Но я думаю, что просто не стоит обращать внимания на всяких козлов. – Согласна, – кивнула я. – Как прошёл твой день? – Чудесно. Потому что мне, в отличие от тебя, повезло с соседями, и мы отлично провели время, играя в пантомимы. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/elizaveta-versan-19300048/spasibo-francuzskiy/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
СКАЧАТЬ БЕСПЛАТНО