Сетевая библиотекаСетевая библиотека

Несчастная женщина

Несчастная женщина
Несчастная женщина Антон Голубев Покушения на жизнь молодой и очаровательной Марьи продолжаются одно за другим. Она обращается частному детективу Герману за помощью. Под его подозрением все, даже самые близкие люди. Антон Голубев Несчастная женщина «Её ограбили третий раз за месяц, – думал Герман, – каждое ограбление происходило недалеко от её дома … вероятно, за ней кто-то следит. И верно, будь я грабителем, то…» – Молодой человек, вы скоро! – сказал грубый мужской голос. «Что это? – продолжал думать Герман. – Я опять задумался, я ведь в магазине сижу на стуле в примерочной и продолжаю думать о работе … если бы я был грабителем, то тоже …» В этот момент размышления Германа снова прервались возмущениями тучного мужчины, который ждал, когда освободится примерочная. – Всё выхожу, – сказал Герман, выходя из кабинки. – Что же вы так долго примеривали эти ботинки?! – возмутился мужчина. – Не ваше дело! – ответил Герман, раздражённый тем, что его прервали во время размышлений. – Моё право мерить вещи столько, сколько мне надо. И это туфли, а не ботинки! – добавил он, уже далеко уйдя от кабинки и поставив туфли, не подходящие по размеру, на своё место в магазине. После магазина Герман решил поехать в офис на работу, где ему предстояло продолжить свои размышления по делу, которое он взялся расследовать за кругленькую сумму. В офисе секретарша доложила, что Марья Викторовна, потерпевшая в этом деле, должна зайти с минуты на минуту. Герман, ничего не отвечая, вошёл в свой кабинет, где застал своего коллегу, Эдуарда Романовича, стройного высокого человека лет пятидесяти двух с редеющими светло-каштановыми волосами и бородкой, которых из года в год седина всё не касалась, с водянисто-голубыми глазами. Он сидел на диване за маленьким кофейным столиком, где пил кофе с круассаном и читал газету. – Добрый день! – сказал Эдуард Романович. – Не был бы так уверен, – ответил Герман, снимая верхнюю одежду и направляясь за свой рабочий стол. – В чём причина? – спросил Эдуард Романович, не отвлекаясь от газеты. – Заканчивайте пить кофе и давайте работать, – сказал Герман, не обращая внимания на вопрос. – Надеюсь, вы сегодня никому не грубили? – спросил Эдуард Романович, переходя с дивана на кресло. Оно стояло в противоположном углу комнаты от стола, за которым сидел Герман и перебирал бумажки. – Сейчас придёт Марья Викторовна, – продолжал Герман игнорировать вопросы. – Я знаю, – серьёзно сказал Эдуард Романович, кладя ногу на ногу. – Если не хотите отвечать, то давайте поговорим о чём-нибудь стороннем, по размышляем? – Ладно, давайте, – ответил Герман, пристально глядя в глаза своему коллеге, прожигая их своим пронзительным взглядом. – Меня вот беспокоит один человек… – Хорошо, продолжайте, – с интересом сказал Эдуард Романович, поправляя свои большие очки в роговой оправе. – Этот навязчивый человек любит задавать много не нужных вопросов… – Ах, ясно о ком вы, – сказал Эдуард Романович. – И главное дело не в том, что я с ним работаю, – продолжал Герман, – а в том, что я взял его к себе в детективное агентство на должность своего помошника… – И в чём же суть претензий? – спокойно спросил Эдуард Романович. – В том, что он не имеет юридического образования, никогда не работал следователем и не имеет никакого отношения к этой сфере деятельности! – возмущённо перечислял Герман, уже не смотря на оппонента. – Да, я не имею отношения к… – также спокойно начал говорить Эдуард Романович. – Вы психолог! – перебил Герман, слегка показывая пальцем на Эдуарда Романовича. – Верно, – сказал психолог, – я доктор психологических наук, профессор. Герман встал из-за стола и встал около окна в ожидании того, что сейчас скажет Эдуард Романович, который расслабленно сидел в кресле и таранил взглядом спину своего коллеги. – Вы сейчас ждёте, что я вам что-то скажу, не так ли? – подметил он. – Почему вы прекратили работать психологом? – спросил Герман, оборачиваясь. – Потому что сейчас на рынке труда много психологов, – немного помолчав, сказал Эдуард Романович. – Неужели вам, профессору, не нашлось работы? У вас ведь была собственная практика, – остывая спросил Герман. – Была, но я закрыл практику, перестал читать лекции в университете и всё из-за того, что поссорился с «важными» людьми, – сухо ответил он. – Никогда не ссорьтесь с влиятельными людьми. Герман ничего не говорил и просто смотрел на профессора. – Посетителей ко мне на приём не было отбоя, – продолжал Эдуард Романович. – Мой метод гипноза был лучший в городе, мне все завидовали, меня все уважали, ко мне приходили за советом и другие психологи…студентам со мной было интересно…а потом я сильно поссорился с коллегами в университете, ушёл оттуда, осталась только практика. Но связи моих бывших коллег настигнули меня и там…пришлось её закрыть… – И тогда вы пришли ко мне, – сказал Герман. – И тогда я пришёл к вам, – подтвердил Эдуард Романович. – Я вспомнил, что вы сказали, что обязаны мне и я пришёл просить о работе. – Верно, вы помогли моей сестре после того случая, – сказал Герман, ложась на диван. – Вы словно дали ей вторую жизнь. Она перестала быть застенчивой, начала общаться с людьми, а не боятся их… Я, правда, вам обязан, хоть это и ваша работа. – Да ну что вы, – сказал психолог. – Это ведь моя работа. По крайней мере была… – Ладно! – вскрикнул Герман, садясь на край дивана и хлопнув в ладоши. – Извините меня. Виноват. – Пустяки, – ответил Эдуард Романович, вставая с кресла и подходя к рабочему столу, который в кабинете был один и за которым всегда сидел Герман. – Вы, наверное, всю ночь думали о деле? – Верно, – сказал Герман, также подходя к столу и взяв синюю папку с делом в руки. Несколько минут спустя зашла секретарша и оповестила о том, что Марья Викторовна уже пришла и ожидает в приёмной. «Пригласите сюда, пожалуйста», – сказал Герман секретарше Свете, когда садился за стол. Быстрыми шагами в кабинет вошла Марья Викторовна, светловолосая женщина тридцати двух лет, которая выглядела моложе несмотря на её очки и строгий женский костюм. – Здравствуйте, – сказала она Герману в то время, как Эдуарду Романовичу, садящемуся в угол дивана, она лишь просто кивнула головой. – Здравствуйте, – сказали оба детектива. – Присаживайтесь, – сказал Герман, указывая рукой на стул перед своим столом. – Прошу рассказывайте, что случилось, есть подозрения? – Мне кажется, что я знаю, кто за этим стоит, – аккуратно, останавливаясь на каждом слове, сказала Марья Викторовна. – Правда? Расскажите же нам, – заинтересовано сказал Герман, глядя на Эдуарда Викторовича, который только больше развалился в углу дивана, положив руку на спинку дивана. – Это мой бывший муж, – твёрдо сказала она. – Мы развелись полгода назад. – Что привело вас к этому выводу? – спросил Герман. – Ещё недавно на вопрос «Вы кого-нибудь подозреваете?» вы ответили, что нет, – вставил своё слово Эдуард Романович. – Да, – сказала Марья Викторовна, оборачиваясь к психологу, – раньше я и подумать не могла, что это он, но теперь… – Что произошло? – спросил Герман. – Вчера он позвонил мне и долго угрожал, – обернулась она обратно в сторону Германа, – а потом сказал, что теперь я буду знать, как бросать его, и что худшее впереди, затем положил трубку. – с наигранным волнением промолвила Марья Викторовна. – Ясно, начнём с истоков! – быстро проговорил Герман. – Расскажите нам о ваше браке, он был счастливый? При этом вопросе Марья Викторовна немного отвела взгляд от Германа и замялась, как будто желала показать, что ей неприятно об этом говорить. – По началу, – тихо начала она, – мы жили счастливо, наверное, как и всё новобрачные, но где-то через полгода он изменился, стал меньше проводить времени со мной, больше работать, начал выпивать, потом его уволили с работы, и он целыми днями сидел дома и продолжал пить, а…иногда…иногда… – она начала хлюпать носом, —…он, даже, руки распускал. Герман достал из ящика в столе носовой платок и протянул ей, который она резко взяла и начала вытирать слёзы. – Мой опыт подсказывает, что в неудачном браке всегда виноваты две стороны, – сказал Эдуард Романович, взяв ручку с блокнотом к себе в руки. – Нет! – злобно крикнула Марья Викторовна, обращаясь к психологу: – Это неправда! – Если это неправда, так зачем повышать голос, – спокойно сказал Эдуард Романович, пристально глядя в заплаканные глаза клиентки и что-то записывая в блокнот, как будто ему не надо смотреть туда, куда пишешь. – Возможно, вам не приятно об этом говорить, но… – Возможно! – перебила она. – Вы что глухой?! Моя жизнь превратилась в ад! Муж меня изводил и бил, а теперь он меня ещё и грабит! – Ну, этого мы ещё не знаем, – заметил Герман. Она молча обратно обернулась к Герману и просто смотрела на него, роняя слезу за слезой. – Ладно, думаю, что на сегодня хватит, – промолвил Герман, давая ей ещё один платок. – Идите домой и успокойтесь. – Хорошо, хорошо, – сказала она, вставая и идя к двери. – И поздно вечером не выходите из дома. – дополнил Герман. Марья Викторовна вышла из кабинета громко захлопнув дверь, будто её сильно обидели. Эдуард Романович небрежно встал, одёрнул свой шерстяной пиджак и поплёлся к двери. – Эдуард Романович, вы куда? – спросил Герман. – Скажу Свете сделать нам кофе, – ответил он. – Я буду чай. – Хорошо. Через десять минут Герман пил свой чай, сидя в угловом кресле, а Эдуард Романович пил кофе, стоя у окна и смотря вверх. – Давайте повторим всё дело с начала? – спросил Герман. – Давайте, – согласился Эдуард Романович, оборачиваясь к коллеге. – Что мы имеем? – начал Герман. – Мы имеем Марью Викторовну Щедрину, женщину тридцати двух лет, разведённую, которую уже три раза ограбили возле её дома и которая вместо того, чтобы обратиться в полицию, обращается в частное детективное агентство. – Марью Викторовну Щедрину, – решил дополнить профессор, —женщину с не совсем уравновешенной нервной системой, хорошими актёрскими данными, склонностью к манипуляции людьми и яро ненавидящую своего бывшего мужа, что я уже заметил, и явно что-то недоговаривающую. Эдуард Романович посмотрел на Германа, который смотрел в пол и качал головой, соглашаясь с коллегой, и решил продолжать: – Только я не могу понять, почему она всё-таки не обратилась в полицию? – Этого и я не могу понять, – будто проснувшись сказал Герман. – Надо будет как-нибудь проследить за ней в вечернее время, что если грабитель нагрянет, позвоню скажу ей об этом… – А может стоит поговорить с её мужем, – неуверенно перебил профессор. – Угу, – сказал Герман набирая номер клиентки. – Посмотрите его адрес в той синей папке с её делом, она должна была указать его, когда обратилась к нам месяц назад. Эдуард Романович взял папку и начал искать в ней информацию. – Вот, есть, – сказал он, указывая пальцем в страницу и обернувшись на Германа, который, дождавшись ответа, подносил телефон к уху. – Только не говорите ей, что мы пойдём к её мужу, хорошо? Герман кивнул головой в знак согласия. – Хорошо, хорошо, – говорил он по телефону, – тогда сегодня будьте дома, а завтра вы пойдёте на вечернюю прогулку, а мы будем следить за вами. – Вы слышали? – сказал Герман, закончив говорить по телефону. – Она завтра сможет. – Да, я слышал, – сказал Эдуард Романович, одевая пальто. – Собирайтесь, мы едем к её бывшему. Герман начал одевать пальто, в то время как Эдуард Романович стоял перед зеркалом и разглядывал себя. На нём были одеты: шерстяной коричнево-серый костюм, коричневые туфли, белая рубашка, застёгнутая на все пуговицы, серый пуловер и серое расстёгнутое пальто. Герман уже оделся и готов был выдвигаться в то время, как профессор всё еще стоял перед зеркалом и причёсывал свои светло-каштановые волосы, которые иногда отдавали рыжим. – Красотка, вы скоро? – усмехаясь спросил Герман. Эдуард Романович также с усмешкой в своих голубых глазах, улыбаясь, посмотрел на Германа и вышел из кабинета, а Герман воспользовался освобождённым зеркалом, чтобы посмотреть на себя. Он всегда одевался со вкусом так и сейчас: серый приталенный пиджак и брюки, чёрные туфли, розовая рубашка с белым воротником, чёрный жилет отдающий синевой, нежно-голубой галстук и чёрное двубортное приталенное пальто. – Красотка, вы скоро? – послышался голос Эдуарда Романовича из прихожей. Спустя каких-то пятнадцать минут, когда Герман уже причесал свои чёрные волосы и насмотрелся в свои серые глаза, то оба модника уже выходили из здания к месту, где была припаркована машина Германа. Сев в машину, Эдуард Романович сказал куда ехать и машина тронулась. – Надо теперь послушать его версию их брачной жизни, – сказал профессор. – Не думаю, что она лгала, – сказал Герман. – Слёзы были, вполне, настоящие. – Слёзы может быть, а вот слова… – возразил Эдуард Романович. – Может быть, посмотрим, – сказал Герман. Тем временем уже наступил вечер, когда они подъехали к дому Щедрина. Он жил на третьем этаже пятиэтажного дома на окраине города. – Что пойдёмте, узнаем каков он? – сказал Герман, идя к подъезду. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/anton-golubev/neschastnaya-zhenschina/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 19.99 руб.