Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Ткань реальности Валерий Юрьевич Сергеев Всё существующее – это проекция иного мира, отраженная в вашей действительности. Отражения вашего мира проецируются на другие миры, развивающиеся самостоятельно. Нельзя на них закрыть глаза и делать вид, что их не существует. Действительно, параллельны ли параллельные миры? И что ждет нас всех за тем краем, за тем неизбежным рубежом? Когда встанешь на развилке мироздания, какой путь выберешь? Приобретешь ли, поймёшь ли, потеряешь ли? Ткань реальности Пробуждение Господи! Дай возможность ещё отдохнуть немного. И кому это в голову пришла мысль будить человека среди ночи? Толкают в спину, в бок. Ну вот, за ноги схватили! Ничего, разберусь с шутниками. Сделаю вид, будто не слышу и не чувствую,… Может, отстанут? Вчера был тяжёлый день. Устал. На работе что-то случилось. Какая-то неприятность. Нет, надо отдохнуть. Ещё посплю немного. Кажется, отстали. Не тревожат больше. Спать. Спать. Спать. Опять будят. Ну, зачем же так сильно? Сам проснусь, а сейчас чувствую себя уставшим и больным. Подождите немного, высплюсь и встану, нечего на меня кричать. А что они кричат? Давай-давай! Вставай-вставай! Ну, это уже слишком. Куда потащили? Что это? Верёвка? На шею верёвку накинули и начинают душить? Надо сопротивляться, не сдаваться! Почему темно, холодно, мокро? Что ещё? Кажется, меня хотят утопить. Бросают в воду. Работаю руками и ногами. Не сдаюсь, не теряю самообладания. Запутался в верёвке. Кто-то помог освободиться. Теперь вверх. Не хватает воздуха. Чувствую, что задыхаюсь. Головой ударяюсь обо что-то твёрдое. Лёд. Кругом лёд. Холода не чувствую. Река, меня бросили в реку. Вижу свет. Яркое пятно Скорее. Лёд тонкий. Ломается под руками и голова оказывается на поверхности. Яркий свет ослепляет. Хватаю воздух большими глотками и слышу собственный голос. Кричу. Что кричу? Кричу: Помогите! Спасите! Чьи-то руки подхватывают и вытаскивают из воды. Теряю сознание. Очнулся ночью. Пошевелил руками, ногами. Чувствую, шевелятся, но что-то мешает. Опять верёвки? Связан? Да. Руки вдоль тела. Нет, не верёвки, рубашка смирительная. Где я? В психиатрической больнице? Лекарствами пахнет, кровью, мочой и ещё чем-то, хорошим, приятным. Аромат тонкий, еле уловимый, отличается от всего остального. Стараюсь успокоиться и всё обдумать. Над головой прозрачная полусфера. Синеватый лунный свет проблесками разбегается по её поверхности. Краем глаза вижу прозрачные, розовые трубки, воткнутые в руки, по которым капельками пробегает какая-то жидкость. Стараюсь вспомнить, что случилось в последнее время. Воспоминаний много, но все отрывочные, не складываются в общую картину. Взрыв, пожар, паника, темнота. Белый яркий свет, опять темнота, опять свет. Сколько это продолжается? Какой сегодня день? Связывать перестали. Могу свободно двигать руками и ногами. Пытаюсь вставать, но пока не получается. Здорово меня зацепило. По-прежнему плохо вижу. Близорукость, а очков не дают. Всё смутно, расплывчато. Ночью вижу лучше. В голове одни вопросы и ни одного ответа. Куда-то несут, везут, кормят из трубочки с мундштуком. Питательная жидкость вытекает медленно. Приходится высасывать из большого баллона и выдавливать руками. Очень утомительно. После каждой кормёжки засыпаю надолго. Успокаивает приятный аромат, который, то появляется, то исчезает. Меняется, варьируется, появляются новые компоненты. Наверно цветы жена приносит. Голос слышу. Мягкий, ласковый, успокаивающий, убаюкивающий. Что-то говорит, наверно рассказывает, как день провела, куда ходила, что делала. Наверно, слов разобрать не могу. Как же её зовут? Постепенно сознание проясняется, воспоминания складываться в единую картину, приобретают смысл. Очень чётко вспомнил бабушку Изольду и деда Якова. Она немка с Поволжья. Её родителей перед какой-то войной в Сибирь выслали, где она и познакомилась с дедушкой. Резковата в движениях и голосе. Целый день тараторила со мной только по-немецки. А дед Яков, каждый вечер, после работы, втолковывал свой родной Иврит. Отец математик, преподавал в Университете. Мать украинка, добрая и ласковая. Хорошо пела. Даже по телевизору показывали. А вот самого близкого и дорогого мне человека, свою жену, не могу вспомнить. Всплывает некий, безликий образ с ласковыми руками. Ничего ещё немного и вспомню. Бабушка – Сибирь. Конечно! Новосибирск! Город, в котором живу, или жил. Школа, 1 класс, цветы. Много цветов. Французская школа, элитная. Воспоминания приходят и уходят, наплывают и растворяются в призрачной дымке. Что же случилось? Болен? Надо выздоравливать. Надо тренировать своё тело. Накачивать мышцы. Работаю ногами, руками. Переворачиваюсь на живот. Отжимаюсь. Три раза, четыре. Стараюсь с каждым разом увеличивать нагрузки. Чувствую, что кто-то наблюдает за мной и что мои занятия кому-то очень не нравятся. На руки надевают варежки-мешочки и завязывают так, что не могу руками ничего взять. Ноги связывают эластичной лентой, лишая подвижности. Очень чётко слышу человеческую речь, но язык не понятен. Попробовал спросить: «Где я? Что со мной?» Язык плохо подчинялся. Наверно результат травмы. Да с таким произношением меня могут и не понять. Вообще-то иностранные языки мне хорошо давались. В доме разговаривали на такой тарабарщине, что стороннему слушателю не понять. Чувствую присутствие людей, пытаюсь заговорить. Задаю вопросы, по-русски, по-английски, по-французски, по-немецки, по-украински, на иврите и даже по-латыни. В ответ, на все мои старания слышу громкий, раскатистый смех. Плакал от обиды и беспомощности. В такие моменты меня зачем-то поднимали в воздух и бросали из стороны в сторону. Ужасное состояние. Всё переворачивалось внутри, подступал комок к горлу, тошнило. Надо взять себя в руки и не плакать. Научиться сдерживать эмоции. Днём спокойно лежал, подольше спал, думал, вспоминал. Физкультурой заниматься только по ночам. Казалось, в реанимации нахожусь, но не лечат. Может, им донор требуется, на органы? И готовят меня к операции? Пичкают растворами всякими, чтобы не шевелился и не поранился? Возможно и то и другое. Вскоре понял, нахожусь в просторной клетке. Прутья металлические, в человеческий рост, закручены круглыми, как мяч, гайками. Через такую ограду не перелезть. Вот бы прут вытащить и попытаться сбежать! Слаб ещё и зрение подводит. Не вижу похитителей своих. По приметам разным, они огромны. Невольно мысль приходит об их внеземном происхождении. Может инопланетяне похитили. Сначала изучат, а потом съедят. Никто не знает, что у них на уме? Наступает ночь и всё затихает. Исследую то, до чего могу дотянуться или доползти. Учусь вставать и ходить. Ноги окрепли, не заплетаются. В руках уверенность появилась и чёткость движений. Всё явно шло на поправку. Только зрение подводило, восстанавливалось медленно. Хорошо бы очки найти. Однажды, изучая клетку, наткнулся на плохо закрученную гайку, шаталась и была не достаточно плотно привёрнута. Постепенно раскачивая, удалось открутить на пол оборота. В следующую ночь ещё на оборот. Появилась надежда на освобождение. Хотелось добыть достоверную информацию о своём положении. Главное, где нахожусь, и что со мной хотят сделать. Почему язык, на котором говорят знаком, но не понятен. Пока притворяюсь больным и немощным, ничего не сделают, а со здоровым? Опасно демонстрировать свои успехи и достижения. Нужна информация. Днём лежал, думал, вспоминал и погружался в размышления. Вспомнилась учёба в Физмат школе. Писали курсовую, по аэродинамике, в которой не правильно вывел алгоритм статистического давления воздуха на крыло, за это получил тройку, обидно. Учёба в Университете, первые работы по баллистике, первое выступление на Учёном совете с теоретическим обоснованием распада микрочастиц при соединении со сверхлёгкими изотопами. Мои работы печатались в типографии Академии Наук. Вспоминал Новосибирский Академгородок. В нём жил и учился. Были и другие воспоминания, плохо стыкующиеся с Новосибирской жизнью. Гарвард? Неужели и там учился? А может, работал? Помню квартиру в Бове, под Парижем, лицо женщины по имени Вилотта, её дочь Азучену, а может это и моя дочь? Вспомнил друзей в Тернье и Ла-Фере, шумный отдых в компании весёлых молодых людей в ПА-де-Кале, лекции в Германии в Эрфурте, Галле, Магдебурге. Читал лекции или присутствовал? Опять в голове всё перепуталось. На четвёртую или пятую ночь открутил гайку, скрепляющую один из прутьев клетки. Она круглая и тяжёлая. Осторожно положил на мягкий пол и принялся отодвигать металлический прут. К моей радости он легко отошёл в сторону, образовав щель, в которую свободно могло пройти моё тело. Теперь определим высоту, на которой установлена моя тюрьма. Просунул в гайку конец простыни, с обратной стороны завязал узел и опустил на землю. Свободный конец простыни привязал к соседнему пруту. Что бы легче потом было подниматься. Гайка с лёгким стуком коснулась земли и простынь натянулась как струна. Если считать свой рост метр восемьдесят, то до земли было около трёх с половиной метра. Не знаю, сколько времени ушло на приготовления, но очень устал. Разумнее было бы отложить путешествие до следующей ночи, но любопытство взяло верх над осторожностью и начал спуск. Спустившись примерно на метр, обнаружил ступеньку, точнее перекладину из такого же металла, что и решётка. Можно сесть передохнуть. Сердце отчаянно колотилось в груди. К горлу подкатил комок страха. Отступать поздно, над головой небо посветлело, а внизу чёрная мгла. Переборов страх продолжил спуск, крепко цепляюсь за простынь. Эх, надо было узлов навязать, чтобы руки не скользили. Наконец ноги коснулись чего-то твёрдого. Присев на корточки, не отпуская импровизированную верёвку, потрогал землю рукой. Всё доступное пространство вокруг было покрыто каким-то ровным пластиком. На небе появились первые лучики розового рассвета. Пора назад. Надо спешить, пока не вернулись тюремщики. Восхождение оказалось значительно легче спуска. Выпрямившись во весь рост, дотянулся до перекладины. Мышцы достаточно окрепли и без труда подтянувшись, уселся на перекладину, встав на неё ногами, свободно проник на свою площадку. Затащил простынь, отвязал гайку, поставил на место отведённый в сторону прут и завернул гайку наполовину. И как раз вовремя. Моя голова коснулась подушки, и в этот момент раздался скрежет, предупреждающий о том, что рядом с клеткой возникает страж. Образ существа очень походил на человеческий, только раз в десять крупнее. Теперь, зная расстояние до земли, мог довольно точно определить его размеры. Существа, которые приходили и разглядывали меня, были от 6 до 8 метров в высоту. Из-за плохого зрения не мог рассмотреть их в деталях, охватить полностью, как единый образ. Когда такое существо наклонялось ко мне достаточно близко, очень чётко вырисовывались зубы, которые оголялись в страшной улыбке смерти. Моя спина всегда покрывалась потом. Ко мне протягивались щупальца рук и тыкали, то в бок, то в щёку, а иногда голова наклонялась так близко, что смрадное дыхание изо рта обволакивало всего, заставляя задыхаться. Влажный язык касался моей кожи. Они пробовали меня на вкус. Наверно ждали, когда созрею. Нервы не выдерживали, и начинал кричать от ужаса. Тогда опять поднимали в воздух и бросали из стоны в сторону, пока тошнота не перекрывала горло, и не перехватывало дыхание. Крик прекращался и меня, в полуобморочном состоянии, возвращали в клетку. Лёжа на спине, ещё долго не мог избавиться от икоты. Среди всех этих существ было одно, которому инстинктивно доверял и не боялся. Его щупальца ласковые, голос нежный, пение протяжное, как у мамы. Кормила питательным раствором. Вкусно конечно, но хотелось жареного бифштекса и кружечку баварского пива. Несколько ночей подряд спускался из своей клетки, на ощупь, изучал окружающее пространство. Объёмная картина никак не складывалась. Не с чем сравнить. То, что ощущал руками, было несоизмеримо со всем моим жизненным опытом. Единственный вывод, который напрашивался, это громадная пещера с отвесными стенами и искусственным освещением. Ночные походы прекратил до лучших времён. Однообразные дни пролетали один за другим. Существа, заходившие ко мне в пещеру, уже не казались страшными и безобразными. Стал различать знакомые интонации, отдельные слова и даже понимать их смысл. Те, кто окружал меня, были люди, только очень большие. Вспомнил сказку, про Гулливера, побывавшего и в стране великанов и в стране лилипутов. Однажды проснувшись, лежал и смотрел вверх. Первый лучик восходящего солнца проник через отверстие в стене и осветил свод пещеры. Если это пещера, то она должна иметь свод. Меня заинтересовали какие-то узоры, там наверху. Чем сильнее напрягал зрение, тем отчётливее они становились, а, став чёткими и освещёнными, сложились в мозаичную картину, до боли знакомую. Женщина с младенцем на руках, в окружении ангелов паривших в небе с луками и стрелами. Перевёл взгляд на стены, они тоже расписаны библейскими сюжетами. На противоположной стене нарисован седой благообразный старик, опирающийся на посох с ягнёнком у ног, справа человек, распятый на кресте с терновым венцом на голове. Как будто кто-то навёл резкость в глазах. Всё стало ясно, понятно, красочно. Различил сотни оттенков настенной живописи. Свершилось. Вместе с прозрением открылась какая-то дверца в памяти. Вспомнил! Меня зовут Пётр, в школе Петя, во Франции Пьер, в Германии Питер. Да! Работал в институте, где звали Пётр Леонидович. Какой институт? Чем занимался? Это ещё предстояло вспомнить и осмыслить. Чем дольше вглядывался в окружающий мир, тем сильнее он менялся в моих глазах. Менялось и восприятие. Это не пещера, это комната и не очень большая. Клетка, казавшаяся такой громадной, стала маленькой. Пока никого нет, надо встать и внимательно осмотреться. Поднялся легко. То, что воспринимал как клетку, оказалось детской кроваткой, верхняя планка которой едва доставала до груди. За каких-то несколько дней, всё уменьшилось, а может, это я вырос? Пришло осознание того, что стал ребёнком. Для этого должно быть какое-то объяснение. Послышались шаги. Надо лечь. Дверь открылась с лёгким скрипом. Когда-то этот звук казался зловещим скрежетом. Говорили двое. Нежный голос принадлежал женщине, которая считала меня своим сыном. Она обращалась к доктору. О чём говорила, было понятно. Она взволновано рассказывала, как её Пьеро быстро набирает вес, мало двигается, целыми днями лежит и у него возможно дефект со слухом, потому, что не реагирует, когда к нему обращаются, не реагирует на игрушки и погремушки, которыми машут перед лицом. Не знаю никакого Пьеро, и это меня не касается. – Не волнуйтесь сеньора, успокойтесь, всё проверим, посмотрим. Слух резануло не то, что сказал доктор, а как сказал! Совершенно непроизвольно дёрнулся и уставился на доктора. Слова были произнесены на чисто французском языке. – Ну, вот сеньора! А говорите, не реагирует ни на что. Уже по-итальянски произнёс доктор. Вон как глазищами рыскает. Поводил перед носом молоточком. Достал статоскоп, послушал. Дышите. Не дышите. Наверно по привычке, на французском. Я дышал, не дышал, дышал, не дышал. – Ну-с, молодой человек давай послушаем спинку. Продолжал доктор. Повернулся и лёг на живот. – Дышите. Не дышите. Дышите. Не дышите. – Сеньора! Все Ваши страхи совершенно не обоснованы. Ваш ребёнок прекрасно себя чувствует и абсолютно здоров. Действительно крупный ребёнок. Не держите его в кроватке, дайте возможность ползать, учите ходить. Займитесь обучением, ещё не поздно, уделите больше внимания. Уверяю Вас, будет прекрасно играть со всеми вашими игрушками. Ни в коем случае не связывайте ножки и ручки, иначе он никогда не научится ходить. (по-итальянски) – Ну-с, молодой человек, давай встанем и попробуем поползать. (по-французски) Встал, посмотрел на доктора, прошёлся по кроватки. – Что вы, сеньора, его год назад надо было учить ползать. Он ходить уже должен. Бегать! А вы ему ножки связываете. Безобразие, безответственность! – Доктор! Но ему всего четыре месяца! Доктор внимательно, и с некоторым удивлением рассматривал меня, мне хотелось о многом расспросить этого милого старичка. Уже открыл рот, что бы задать вопрос, но заметил, как доктор побледнел, а протянутые ко мне руки задрожали. Он попятился и затараторил, съедая окончания и целые слова. – Сеньора! Сеньора! Не волнуйтесь… всё хорошо… всё в полном порядке… Денег не надо… Я всё сказал. У вас замечательный… удивительный… Всего доброго… До свидания. Раннее развитие, бывает. Пусть ходит, гуляет. Не ограничивайте его в своих действиях. Подольше с ним разговаривайте. Хорошо, что новая мама не знает французского. Иначе её беспокойство было бы гораздо выше. Тут я понял, что бы выжить, надо быть предельно осторожным. Не пугать взрослых и вести себя соответственно возраста, но как это сделать? Мама, буду называть её так, вернулась в комнату и встала около моей кроватки. Её глаза полные доброты смотрели удивлённо и озабочено. Я протянул к ней руки. Она заплакала, вынула меня из кроватки и поставила на пол. Вот ещё новость. Сырость развела. Потихоньку освободился от её объятий. Отошёл на пару шагов назад и стал медленно обходить её по кругу. Меня влекла открытая дверь. Точно знал бежать нельзя, поймают сразу. Всё надо делать медленно. Подошёл к двери и остановился на пороге. Коридор, широкий. Справа две двери, покрашены светлой краской с резьбой по дереву. Подошёл ближе. Цапля на одной ноге, не то в луже, не то в болоте. Иду дальше. Левая дверь притягивает как магнит. Даже ладошки зачесались от нетерпения. Как сказать, как дать понять, что хочу попасть в эту непривлекательную с виду дверь и при этом не напугать маму. Так. Какое слово обычно первым говорят дети. Неожиданно вспомнил своих детей, у меня их трое. Старший сын Олег, первым произнёс слово «трактор», дочь Аля сказала «дай», дочь Светлана вообще без меня начала говорить. Я на стажировке был, в Германии. Когда вернулся, болтала без остановки на двух языках сразу. Ох, как не вовремя нахлынули воспоминания. Раз уж они посетили мою голову, то теперь никуда не денутся. Успокоился, взял себя в руки и подошёл к этой женщине. Может и не к месту, но скажу слово «мама». Посмотрел в её глаза и чётко произнёс «МАМА» и показал пальцем на дверь. По-моему с бедной женщиной чуть обморок не случился. Она упала передо мной на колени и опять начала слюнявить мне лицо. Из её глаз текли крупные слёзы. Я стоял и терпел. Когда первый шквал эмоций прошёл, вновь повторил слово «МАМА» и показал на дверь. Всё повторилось. Нет, так не пойдёт. Надо что-то другое. А говорить вообще ничего нельзя. Когда мама успокоилась, я отошёл, вытер рукавом лицо и подошёл к двери. Стал толкать её руками, потом плечом. Наверно со стороны это выглядело достаточно красноречиво. Видно и мама успокоилась. Вздохнула и спокойно произнесла: – Подожди здесь. Схожу за ключом. Вернулась быстро, открыла замок, толкнула, и дверь со скипом открылась. В лицо пахнуло застоявшимся воздухом, запахом кожи и старой типографской краской. Это библиотека. Давно немытые окна пропускали совсем мало света. Щелчок выключателя и под потолком вспыхнула такая же тусклая лампочка. Света не прибавилось, но высветился большой портрет молодой, красивой женщины в платье вышитой серебром и золотом, с большим стоячим кружевным воротником. Волосы, уложенные в два или три кольца на затылке, только подчёркивали её молодость и красоту, а пыль, покрывавшая картину, мерцала в свете лампочки, придавая ей оттенок таинственной искристости. Поддавшись неожиданному чувству, совершенно непроизвольно я показал на картину и сказал: «мама» и испугался, что опять начнётся истерика, но ничего не произошло. Раздался негромкий смех. Женщина взяла меня за руку подвела к картине и произнесла: – Нет, это не твоя мама. Это твоя пра-пра-бабушка, графиня Нинетта Лучини. И повела дальше. –А это твой пра-пра-дедушка, генерал Марио Скараотти. Портретов много. Останавливались у каждого, и обо всех получал достаточно полную информацию. Если что-то было не понятно. Сложные речевые обороты или термины. Слегка сжимал мамину руку, и она не спрашивая, начинала повторять рассказ, используя более простые выражения. Не дёргался, не вырывался, внимательно слушал и разглядывал своих предков, а мама внимательно разглядывала меня, не прерывая рассказа. Узнал, что отношусь к древнейшему, некогда могущественному клану-роду Скараотти. В котором были, и свои герои, и свои предатели. Истории интересные, но не впечатлили. Показалось странным, при обилии стольких портретов, в галерее отсутствовал портрет моего отца. Закончив рассказ, она отпустила руку, и замолчала. Почувствовав свободу, стал медленно обходить стеллажи с рядами книг, выискивая знакомые названия. В основном книги на итальянском, но попадались французские и немецкие. Открыл одну. Буквы знакомые, а смысла не понимаю. Искал какой-нибудь самоучитель. На одной из полок нашёл книгу с картинками, похожую на букварь. Пролистав пол книги, нашёл предложения из 2 – 3 слов. Мама стояла в дверях и наблюдала. Подошёл, открыл книгу с тремя словами и попытался произнести, по картинке смысл понятен: «Начни утро с молитвы», не получилось. Произнести на другом языке, не рискнул. – Хочешь научиться говорить? Я кивнул. – Читать и писать? Ещё раз кивнул. – Ты понял то, о чём я тебе рассказывала? Произнести слово «понятно» или «понял» длинно. Может не получиться, а вот слово «да» вполне получится. – Да! Произнёс и кивнул головой. Долгая пауза. Вроде хочет что-то спросить и не решается. Надо как-то подбодрить и не сломать хрупкую нить возникшего взаимопонимания. Отвернуться, уйти нельзя. Молчать и ждать, тоже. Может она уйти. Результат будет непредсказуемый. Без друга, без союзника не обойтись. Что-то надо предпринять. Решаюсь. Прикасаюсь к её руке, беру за кончики пальцев и подношу её руку к своим губам. Вижу широкую улыбку. Кажется, получилось. – Ответь ещё на один вопрос… Ты, вообще-то, человек? Теперь я улыбаюсь, говорю ДА, целую руку и киваю головой. Это всё, на что я пока способен. – Хорошо. Будем заниматься. А сейчас съезжу в город, куплю учебники. Продолжая смотреть в её глаза, подношу палец к своим губам. Жест понятный любому. Мама уходит, и я остаюсь один в пустом коридоре. Посмотрим что в белых комнатах. Подошёл к большим двухстворчатым дверям с витражами из цветного стекла, с изображением павлинов, распустивших великолепные хвосты, перья украшены многогранными камнями кварца. Нижняя часть покрыта мелкой резьбой по дереву с изображением виноградной лозы и различных экзотических фруктов. Сквозь стекло просматривались громадные столы и ровные ряды резных стульев. Дальше можно не смотреть. Повернул назад по направлению к своей комнате. Вот дверь с одноногим аистом в болоте. Надавливаю на ручку и открываю. Передо мной просторная светлая комната пол и стены отделаны тесненным кафелем с лёгким золотистым рисунком. Справа джакузи и прозрачная душевая кабина, слева раковина и туалет. Над раковиной зеркало. Захотелось взглянуть на своё отражение. Каким стал? Как выгляжу? Нет, слишком высоко. Возможно в столовой, или как там его, в банкетном зале есть зеркало? Но возвращаться не хочется. Слишком много впечатлений за один день. Надо всё обмозговать, да и кушать пора. Пойду в свою комнату, она рядом. Вхожу. Что-то изменилось. Исчезла кровать-клетка. Вместо неё кровать-диванчик. Хотя нет, это раздвинутое кресло. Тоже удобно. На подоконнике свежие цветы. В противоположном углу на пушистом ковре громадная куча мягких игрушек и большая пустая коробка. Немного левее журнальный столик, инкрустированный под шахматную доску. На столике поднос с баночками детского питания. Рядом со столиком застыла пожилая женщина со скрещёнными на груди руками и молча смотрела на меня. Я знал её. Она приходила чаще других, кормила меня с ложечки, давала соску с бутылочкой молока, меняла подгузники и молча уходила. И так изо дня в день. С минуту смотрели друг на друга, и тут впервые услышал её скрипучий голос: – Сеньор Пьеро Мариани, пора кушать! В голосе, не прозвучало ни каких эмоций. Просто пора кушать. И всё. Подошёл к столику, залез на стульчик и стал рассматривать картинки на баночках. На всех были изображены фрукты. На одной из них увидел нечто знакомое. Яблоки и ещё что-то. Показал пальцем на банку. Изваяние шевельнулось и сняло с баночки крышку и вновь застыло в прежней позе. Значит, сегодня меня кормить не будут. Придётся самому осваивать новую технологию. Ложка привычно легла в руку, и процесс пошёл, очень быстро, а ведь в этой жизни самостоятельно ел впервые. Вторую баночку выбрал с яркой этикеткой и какими-то фиолетовыми ягодами. Вкусно. Бутылочка молока с соской стояла рядом. Мне показалось, что сосать молоко через соску это уже неприлично. Стакана не было. Соску снял, перелил молоко в пустую банку и выпил. На себя пролил совсем чуть-чуть. Встал и вышел из-за стола. Изваяние вновь шевельнулось, вытерло капельки, взяло поднос и исчезло. Тоже мне, мать Тереза. Остался один. И так, что же сегодня произошло? Что бы размышлять было удобнее, взобрался на кровать и удобно устроился на мягкой подушке. Ещё утром был ребёнком, внушающим серьёзные опасения по поводу здоровья и психики. Доктор часть сомнений развеял, по крайней мере, по поводу здоровья. Моя мама, в чём я уже почти не сомневался, сердцем поняла, не разумом, что и за психическое состояние можно не волноваться. Меня зовут: Пьеро Мариани Скараотти, а маму: Мариани Мангариус Скараотти. Мы последние представители древнейшего, вымирающего рода Италии. От прежнего величия остался само разрушавшийся замок. Воспоминания из прошлой жизни Так. Что ещё? Вновь нахлынули воспоминания. Вспомнил детей. Их трое: Аркадий, Аля и Светлана. Аркадию сейчас 30 лет. Юбилей праздновали, а через неделю состоялся мой эксперимент, подтверждающий открытие новых элементарных частиц на ускорители «Такомак» в Институте Ядерной Физики. Во время эксперимента что-то произошло. Что? Был взрыв? Да! Был взрыв! И Пожар, большой пожар. Наверное, пол института сгорело. Пострадал ускоритель. Помню. Были жертвы. Помню. А ведь я находился непосредственно в месте взрыва. Там излучение, очень велико. Должно быть, моё теперешнее положение результат побочного явления этого излучения. Пока не понятно, но похоже сущность того профессора, то есть меня, или его – мои воспоминания, в момент смерти перенеслись в тело новорождённого младенца за тысячи верст от места трагедии. Возможно ли это? Не знаю, но сдается мне, что нашлось хоть какое-то объяснение. В том, что профессор, то есть, тот я погиб, я не сомневался. Возможно, не сразу умер. Может, какое-то время, в коме находился, потому, что помню, как рушились перекрытия, горел пол под ногами. Помню, как кто-то выносит меня из этого хаоса. Мысленному взору открывается картина трагедии. Но вижу горящее здание со стороны, возможно из окна или балкона соседнего здания. Подъезжают пожарные и приступают к тушению. Из пламени выносят и выводят людей. Всё это продолжается довольно долго, часов восемь или десять. Внизу снуют автомашины, кричат люди, слышится треск и шипение остывающего металла. Постепенно всё затихает и успокаивается. Солнце касается горизонта, и вечерние сумерки медленно обволакивают городок. На душе покой и умиротворение. Совершенно не волнуют только что произошедшие события, свидетелем которых был, не волнуют люди, пострадавшие в огне, о них просто не думаю. Сознание заполняют размышления о бытие и смысле жизни. Жизнь искра на фоне бесконечности, искра которую и в расчёт можно не брать. Есть она или нет. Для вселенной это совершенно безразлично. Не покидает чувство покоя. И вдруг, из состояния умиротворённой эйфории выводит внезапная боль. Резкая пронизывающая, костлявая. Скручивает тело в спираль, и сдавливает голову железным обручем. В глазах темнеет, теряю сознание. Очнулся в полной темноте. Всё тело сковывает боль. Шевелю рукой, пробую дотянуться до глаз. Повязка. Поэтому и темно. В воздухе ощущался приятный запах цветов. Не огородных, не домашних, а свежих полевых, с ароматом свежего сена и сочных трав. Захотелось взглянуть на них. С трудом повернул голову и почувствовал свет. Нет, не увидел, а именно почувствовал. Вроде как повязка не плотно наложена и сквозь неё проникает белое свечение и силуэт букета на тумбочке рядом с кроватью с мелкими цветочками. Большой букет в стеклянной банке. Отвернул голову, свечение исчезло. Исчезли воспоминания. Всё исчезло. Прозрение Разбудил скрипучий голос: – Сеньор Пьеро Мариани, пора кушать! Открыл глаза. С потолка на меня смотрели ангелы со стрелами и женщина с младенцем. Чем-то эта настенная живопись меня раздражала. Женщина усмехалась, а ангелы издевательски улыбались. Человек на кресте всё время подглядывал за мной, одним глазом. Поднялся, сел на кровать. Рубашка порвана в двух местах, а шортики готовы разорваться в любую минуту. Так плотно они сидели. На стуле возле кровати лежала новая одежда. Под стулом тапочки. Возле столика с баночками детского питания молча стояло знакомое изваяние. Не обращая на неё внимания, переоделся. Одежда оказалась немного великовата, зато походила на взрослую. Прошёл мимо няни к двери и вошёл в туалет. Отойдя к стене, напротив умывальника смог разглядеть в зеркале свой лоб, глаза и кончик носа. Умылся под краном в джакузи и вернулся в комнату. Поза няни не изменилась, хотя старая одежда исчезла. Кровать тщательно заправлена. В сервировке стола тоже произошли изменения. Вместе с баночками стоял стакан, а молоко было налито в кувшин с широким горлышком. На двух баночках из шести красовались морды животных, рядом с ложкой тонкий ломтик ярко жёлтого хлеба, или чего-то очень похожего на него. На этот раз съел всё. Жёлтый пластик действительно оказался хлебом, только кукурузным. После завтрака решил просмотреть игрушки в углу комнаты. Брал по одной и сбрасывал в пустую коробку. Это были резиновые зайчики, плюшевые мишки, полосатые зебры, львы, лошади, морские свинки, Микки-Маусы, погремушки и прочая дребедень. Пока складывал, подспудно прикидывал, сколько мне лет. Реально четыре или даже пять, так мама сказала, биологически. По собственному ощущению, как бы со стороны наверно лет 10. А вот сам себя ощущаю на 30, не меньше. Попробую подсчитать реально. Так. Сыну 30, женился в 19 лет, рано конечно, стало быть, мне, примерно, 50 лет и 7 месяцев, прибавим пять месяцев этой жизни, получается 51год «общей жизни», а выгляжу ребёнком. Чертовщина какая-то получается. Всю жизнь был материалистом, ни в какие реинкарнации и переселения душ не верил. И в потустороннюю жизнь тоже. Должно же быть какое-то научное объяснение. Ведь помню себя на больничной койке, помню врачей, их разговоры около палаты, их обсуждения какого-то футбольного матча. Странно! Все мои воспоминания обрываются на больничной койке. Значит, всё-таки умер! Тот я – первый. А что? Возможно, будет и второй и третий? Уже ничему не удивлюсь. Вошла Мариани, в руках большая стопка книг. Хотя и решил называть её мамой, произносил с трудом. Нужно время, что бы привыкнуть. Первое, что бросилось в глаза, цветные карандаши, шариковая ручка и тетрадка. Очень хорошо, наиглавнейшее приобретение. Решил записывать свои воспоминания, но не знал как. Сели друг против друга. Сам выбрал книгу, Букварь, только современный и с яркими картинками. Открыл выбранную страницу и показывал пальцем на надпись. Мама-Мариани произносила, я повторял. Повторял несколько раз, пока не добивался приблизительно правильного произношения. Потом следующую картинку. Если изученные слова повторялись, их пропускали. Правильно произносить было очень сложно, потому, что у меня начали резаться зубки, язык цеплялся за острые кончики, и звук получался шепелявым, с присвистом. Пока произносились слова, в тетрадке их записывал. Произношение отличалось от написания. Буквы получались кривые, но очень скоро всё выровнялось, сработала моторная память. Иногда Мариани указывала на не правильные буквосочетания, исправлял и больше ошибок не повторял. За два часа непрерывной работы были изучены все принесённые книги. Теперь мог задавать вопросы, но из массы интересующих, задал один: – Почему в доме нет зеркал? Ответ был простым. – Маленькие дети не должны видеть своё отражение. Могут испугаться и стать заиками. При твоём рождении все зеркала убрали. – Зеркала можно вернуть. И ещё, у меня есть просьба. Можно ли в библиотеке навести порядок? – Хорошо, этим займутся сегодня же. Завтра будет блистать чистотой. Что-нибудь ещё? – Пока всё, ещё не готов задавать серьёзные вопросы. Нужно поработать над грамматикой и дикцией. На этом и расстались. Оставшись один, начал с записи своих ранних воспоминаний. Что-то мне подсказывало, что могу потерять их в любой момент. В качестве языка выбрал русскую стенографию. Посторонние примут за детские каракули, и не привлекут внимания. Пару дней ушло на записи. Предстояло не только вспомнить и записать, но переосмыслить произошедшие. Когда все воспоминания были записаны, а новых не возникало, занялся самообразованием. Узнал, что год сейчас – 2001.Авария и пожар в институте был в 1987 год. Получилось 14 лет потерянного времени. Мне пять месяцев от рождения, а выгляжу, как пятилетний. С каждым днём чувствую новый прилив сил, много ем и росту как на дрожжах. Пожалуй, спрячу я свою тетрадку где-нибудь в библиотеке, до лучших времён. Повседневность Сегодня 7 января 2003 года, день моего второго рождения. Исполнилось 2 года. Вырос значительно, выгляжу лет на 15. Темп взросления и возмужания ускоряется. Столь быстрое развитие стало беспокоить, не только меня, но докторов не приглашали. За полтора года ни разу не вспомнил о тетрадке, спрятанной в библиотеке. С этого дня решил записывать наиболее важные события. Всё прошедшее время не вспоминал о прошлой жизни. Не возникали и не беспокоили воспоминания. Изредка во сне промелькнёт что-нибудь, а утром забудется. Сегодня, в Рождественскую ночь, а родился я именно в Рождество, приснился сон. Красочный, яркий, не правдоподобный, но очень реальный. Стою у большого странного, кабалистического креста, состоящего из пентаграмм, змей и указующих перстов, с витиеватыми надписями на раскинутой перекладине. На левой: «Приобретешь», на правой: «Поймёшь», прямо: «Потеряешь». Слева солнышко яркое светит, дорожка широкая, среди разнотравья вперёд бежит и теряется в саду цветущих деревьев. Справа луна полная, степь в колосьях золотистых, и церковь деревянная, чистенькая, ухоженная. Тропинка узенькая, ровненькая, к крыльцу ведёт. Прямо тропка кривая, сорняками заросшая, под горку сбегает и в тумане теряется. Там небо тёмное, тучами затянутое, дождь моросит, траву пригибает. Ни звука, ни ветерка, ни птички. Долго стоял, дорогу выбирал. Решил крест обойти, с обратной стороны на него взглянуть. Обошёл, повернулся и сделал шаг назад, что бы крест обозреть, поскользнулся на траве мокрой, упал на спину и стремительно вниз покатился. Так и въехал в густой туман. Долго ещё крутило и кидало, пока в воду не упал. Вода застоявшаяся, тиной пахнет. Встал. Воды по колено. В тумане светлячки болотные вспыхивают. В какую бы сторону не пошёл, нет земли. Кругом вода хлюпает, да пузыри лопаются. Долго ходил, из сил выбился. Нащупал кочку и прилёг отдохнуть. Что дальше случилось, не знаю. Кто-то будить стал, за ноги хватать, а дальше Пробуждение началось. Достал тетрадку, т.е. Дневник, что бы записать сон, показавшийся мне вещим. Слежу за своим ростом и весом, пришёл к ужасному выводу, моё взросление, а точнее старение ускоряется. Сейчас взрослею в месяц на один год. Это что же получается? Через пару лет мне будет около 40, а ещё через два стану стариком? Надо что-то срочно предпринимать. Нужны врачи, нужен консилиум и желательно неофициальный. У меня растёт борода и усы. Мне лет 18-19, наверно! Не знаю, как свой возраст считать. Попросил Мариани меня учёным показать.т Осматривали два «светилы», от медицины. Ничего утешительного не предрекли. Диагноз: Прогерия – заболевание, характеризующееся преждевременным старением при карликовом росте; обусловлено патологией среднего мозга и эндокринных желез. Преждевременное старение. Но по их прогнозам процесс должен резко замедлиться, потому что протекает не по правилам известным науке и рост у меня совсем не карликовый, кости крепкие и сила есть. Буду надеяться, что так и случится. Нашлись и лекарства замедляющие рост и развитие. Сегодня, вроде праздник какой-то. Не могу вспомнить.7 июня 2003 года. Мне исполнилось два с половиной года. Уже месяц, как глотаю таблетки, горстями. Результата не ощущаю. Старею на глазах. На вид около 30 лет. Все прошедшее время проводил в библиотеке, пересмотрел и перечитал практически всё. Изучая и просматривая материалы по молекулярной физики, химии, гидродинамики, с удивлением обнаружил, что знания, которые были когда-то государственной тайной, изучаются в общеобразовательной школе. Новые тематические и технические разработки, прорывы в фундаментальной науке намного опередили мои собственные познания. Новые технологии оказались не по зубам. Ищу применение знаний и способностей в новых условиях. В новой жизни. Вчера Мариани подарила компьютер, а Рафаэль, сын садовника, показал, как им пользоваться. Не думал, что в природе существуют такие удивительные вещи. Ничего подобного раньше не видел. Больше в библиотеке делать нечего. 7 января. Вновь День рождения. Три года. Сегодня вновь приснился сон. Вижу себя, того, прошлого, на операционном столе. Один из хирургов копается в моей грудной клетке. Что-то отрезает и сшивает. В окровавленном лотке вижу собственные глаза, а на лице, вместо глаз глубокие ямы. За спиной кто-то нашёптывает что-то успокаивающее. Хочется вырваться от сюда, улететь туда, где меня ждут, но чьи-то руки не пускают, подталкивают к умирающему телу. Не хочу, отпусти! Хочу вырваться и просыпаюсь. *** В замке, кроме меня и матери, живут ещё шесть человек: Повар с женой-помощницей, старик садовник с сыном механиком, он же шофёр по совместительству и двое пожилых, сестер, служанки. Все чем-то заняты, на меня никто не обращает внимания. Мне кажется, что побаиваются. Рафаэль, единственный, кто хорошо относится. Частенько бродим по окрестностям, или развалинам замка. В заброшенных комнатах и залах попадаются интересные находки. О которых расскажу как-нибудь. А вообще, увлёкся торгами на биржах. При помощи компьютера, оказалось лёгким и прибыльным занятием. Доходы перечисляю на счёт Мариани. Она довольна, оставила работу и с головой окунулась в реставрацию и восстановление замка. Стало шумно и многолюдно. Снуют рабочие, шумят автомашины и строительные механизмы. Стараюсь реже сталкиваться с чужими людьми. Всё, что мне нужно заказываю по Интернету. Пару раз ездил с Рафаэлем в город. Шумно. Не понравилось. *** 7 июня 2004 года. Мне по ощущениям, примерно, 42 года.Видения стали посещать не только ночью, но и днём. Могли возникнуть спонтанно, в любое время. И чем они ярче, тем хуже себя ощущаю в этой реальности. Сегодня, гуляя по развалинам часовни, провалился в яму и сильно ударился головой. Очнулся в каком-то склепе. Долго лежал на каменном полу и вспоминал, как попал сюда? В помещении темно, и, тем не менее, всё видно. Даже то, чего видеть не возможно. За стеной другая комната и узкий коридор. Попробовал мысленно пройти по нему. Получилось. С трудом пробираюсь по подземным переходам, заглядываю в разные углы и пустоты. В одном из углублений вижу несколько скелетов в неестественных позах. Наверно, мучились перед смертью. Повсюду пыль и обвалившиеся куски породы. Чем глубже проникаю в пещеру, тем больше человеческих костей. Вдоль стен кованые сундуки, ящики. Рассыпаны драгоценности, золото, разнообразное старинное оружие, доспехи. Много всевозможных изделий из драгоценных металлов и камней. Чем дальше пытаюсь пройти, тем слабее становится моё восприятие. Детали расплываются, сливаются, превращаясь в не преодолимую преграду. Внезапно видение исчезает. Вновь в пустом тёмном подвале. Странное видение. Возможно из прошлого. Вновь напрягаю зрение и проникаю за стену в пещеру, только на этот раз не могу проникнуть дальше двух-трёх шагов. Устал, перенапрягся. Отдохну немного. Нет! Это не видение, эта вновь открывшаяся способность видеть сквозь стены, дар божий, неизвестно откуда взявшийся. Где-то сверху пробивается слабый свет, до слуха доносился голос Рафаэля. Он нашёл меня и пытается помочь выбраться наружу. Принёс доску и протянул мне. Напоследок осматриваю помещение и замечаю под слоем мусора что-то похожее на металлическую коробку. Раскапываю и извлекаю книгу в очень странном переплёте, похожем на резину. В руках она потеплела, затвердела и даже покрылась золотыми вензелями. Странная находка, прихватил с собой и выбрался на поверхность. Хорошо, что Рафаэль не задаёт лишних вопросов. Возможность видеть сквозь стены настолько поразила, что некоторое время не выходил из комнаты, а занимался экспериментами. Достаточно закрыть глаза и сосредоточиться на интересующем объекте, проявляется реальная картинка, в реальном времени. Находясь в комнате, мог видеть всё. Мысленно пройти сквозь стену, заглянуть в любую комнату, подслушать чужие разговоры, прочитать раскрытую газету. Могу даже заглянуть вовнутрь человека. Жаль, что не имею медицинского образования, а то смог бы определить и болезнь. Чем ближе объект, тем чётче его изображение, тем больше мелких деталей разгляжу. Чем дальше, тем их меньше, они как бы, тают в тумане и хуже основное изображение. Когда выхожу во двор или в парк, слабее становятся возможности, зато всегда ясно вижу свою комнату и всё, что в ней происходит. Вот служанки занимаются уборкой. Одна вытирает пыль, другая пылесосит ковры. В реальной жизни их практически не вижу. Всё умудряются сделать во время моего отсутствия. Когда мне что-нибудь нужно, одна из них всегда оказывается рядом. Талант какой-то. И не такие они старые, как мне казалось когда-то. Им около 40. Чистенькие и миловидные. Сейчас я выгляжу старше их. Направляюсь к часовне, к месту, где когда-то провалился, но там мои способности совсем ослабели, а, спустившись в яму, исчезли совсем. До замка около километра. Подхожу к замку, возвращаются и способности наблюдать скрытые от других предметы, события, обстоятельства. Мир расширяется, становится ярче, красочнее, разнообразнее. Разглядываю птиц в полёте и на далёком дереве. Бурундуков и зверьков разных, в своих норках, зайцев в лесу. Могу даже гусеницу на ветке рассмотреть. И чем ближе подхожу к своей комнате, тем ярче и отчётливее рассматриваемые картинки. В самой комнате, могу мысленно заглянуть за многие километры. Что в ней такого? Что упустил? Надо более внимательно осмотреть своё жилище. Прошло два месяца, постарел на два года. Сейчас мне 45. Появилась седина, боли в спине, первые заметные морщины. О своей болезни прочитал всё, что только возможно. Вывод один. Болезнь прогрессирует, и остановить её не возможно! После такого диагноза жизнь стала не интересной. Накатывают периоды депрессии и меланхолии. Бороться с которыми чрезвычайно сложно. Останавливает от необдуманного шага любопытство. Слежу за собой, как бы со стороны, стараясь разгадать тайну своего второго рождения. Я существую, и это реальность существует, а наука утверждает, что такое не возможно. Ещё в 1987 году физик Роберт Джан и психолог Бренда Дюнн, сотрудники Принстонского университета, заявили, что после десяти лет упорных экспериментов, проводимых в Исследовательской лаборатории по аномальным явлениям, им удалось собрать неоспоримые доказательства того, что сознание может психически взаимодействовать с физической реальностью. Значит такое возможно? Одна из причин отрицания этого факта, заключается в том, что наука не всегда объективна (о чем ранее даже, и подумать не могли). Мы всегда смотрели на ученых с чувством восхищения, и у нас не возникало ни малейшего сомнения в достоверности их теоретических построений и практических выводов. Мы забыли, что ученые – такие же люди, как и мы, и подвержены влиянию тех же общественных, мировоззренческих и религиозных предрассудков. На основе всех известных мне научных работ в этой области, занялся разработкой физики сознания, с помощью которой можно будет исследовать и другие уровни существования. Разгадка находится где-то на уровне квантовой теории. Я всегда чувствовал, что мир гораздо богаче, чем его обычно представляют. Продолжаю исследовательские работы. После долгих поисков нашёл причину резкого прояснения сознания именно в своей комнате. Причиной оказалась книга, принесённая из разрушившегося подвала. В первый день, разглядывая её, ничего не понял, ни её значения, ни какого-либо смысла. Написана на языке, подобия, которому нет в современной лингвистической науке. Пролистал от корки до корки и положил на полку, не найдя в ней ничего интересного. Первое, случайное перемещение В этот день, всё было иначе. Встал посередине комнаты, протянул вперёд руку, закрыл глаза и сосредоточился на соседней комнате. Это была ванна. Мысленно обошёл её. Все предметы были видны чётко и ясно. Остановился напротив зеркала и в отражении увидел самого себя, в комнате, с протянутой вперёд рукой, но только со спины. Стал приближаться и вошёл в зеркало. По всему телу пробежала мелкая дрожь. Продолжал приближаться. Моё изображение стояло неподвижно, а пальцы вытянутой руки почти касались книжной полки, на которой лежала загадочная книга. Ещё мгновение и мой взгляд вошёл в моё отражение. Комната озарилась ярким светом, посыпались искры, зарокотал гром, и всё погрузилось во тьму. Не знаю, сколько прошло времени, когда сознание вернулось, обнаружил себя лежащим на полу. Пахло горелым и неприятным. «Короткое замыкание». За окном глубокая ночь. Небо затянуто тучами, сквозь которые не видно ни звёзд, ни луны. В руке держу книгу. Золочёная обложка горячая и жжёт руку, но бросить не решаюсь. Напротив, прижал к груди, будто в ней заключалось моё спасение. С трудом поднялся. Чувство опасности не проходило. Тело пробивал мистический озноб. Хотел включить свет, но понял, не обязательно. Глаза видят в темноте всё до мельчайших деталей. Огляделся, комната изменилась. Исчез компьютер, любимый диван, вместо него огромная кровать с балдахином. Стол стал массивным, деревянным. Всё же решил включить свет, но не нашёл выключателя. Поднял голову и не увидел люстры. Зато к стенам были привинчены колбы с маслом с плавающими фитилями. Подошёл к двери и выглянул в коридор. На стенах портреты величественных вельмож. Некоторые из них были когда-то в библиотеке. Пол, потолок, двери, всё было другое. Спустился в холл. Стены украшены лепниной с позолотой. На окнах плотные шторы, на полах ковры. Вдоль стен рыцарские доспехи. В нише, напротив входной двери большое зеркало. Оно слегка фосфоресцировало. С опаской приблизился и заглянул в его глубину. Увидел противоположную стену и молчаливых рыцарей вдоль стен. Моего отражения в зеркале не оказалось. Подошёл вплотную, но себя не увидел. Пощупал влажное стекло, видел свою руку, но не видел её отражения. Это обескураживало. Стоило осмотреть весь замок. Захожу подряд во все комнаты. Столовая, банкетный зал, продовольственный склад, кухня, ещё зал, спальня прислуги, прохожу мимо спящих. Следующая дверь закрыта изнутри. Давлю на неё сильнее и рука медленно, как сквозь тесто проходит через толстое дерево. Отдёргиваю руку, но не вижу следов проникновения. Наваливаюсь плечом и прохожу сквозь дверь. Это понравилось. Следующую дверь преодолеваю тем же способом. Больше не пытался открывать, а прохожу сквозь них и с каждым разом всё меньше ощущаю сопротивление. Попробовал пройти сквозь стену. Получилось. В одном из залов задержался, разглядывая женские наряды, развешенные на стоячих вешалках. На них столько драгоценностей, камней и золотых украшений, что весить платье должно не менее тридцати килограмм, а, судя по талии и плечам, предназначались хрупкой женщине. Разглядывая доисторическую красоту, не заметил, как в комнату вошли две служанки и направились прямо ко мне. Прятаться поздно, вот и остался стоять. Женщины, в спальных рубашках, шли ровно, глядя перед собой. Приблизились ко мне вплотную и прошли сквозь меня, не почувствовав и не заметив. Постояв с минуту, решил произвести эксперимент. Подошёл к одному из платьев и попытался оторвать один из бриллиантов. С первой попытки не получилось. Пальцы сомкнулись внутри кристалла. Со второй получилось. Если сжимать не слишком сильно, то можно и оторвать. Таким образом, снял пять крупных камней и положил в карман. Только сейчас заметил, что вся моя одежда прожжёна и закопчёна. Книга, которую держал в руке, стесняла движение, но расстаться с ней было невозможно. Камни, которые снял с платья, не интересовали меня как драгоценности. Хотел проверить, что с ними случиться, когда пройду сквозь дверь или стену? Поднимаюсь на верхний этаж и выхожу на смотровую площадку. Пейзаж, представший предо мной, не сильно отличался от современного. Осмотрел замок со стороны. Можно сказать, облетел окрестности новым зрением. Часовня цела и невредима, замок не разрушен. На месте нынешнего парка множество деревянных строений. Конюшни, казармы, амбары. На сторожевых башнях замечаю часовых в полном вооружении. Вся территория замка обнесена крепостной стеной, вдоль которой разъезжают конники с зажжёнными факелами. Решаю во двор спуститься, и сквозь крепостную стену пройти, к видневшемуся невдалеке водопаду. В моё время он отсутствует. Стена широкая, около пяти метров. Навалившись спиной на каменную кладку, стал давить, со всей присущей мне силе. Стена поддалась. Медленно впуская меня в свою плоть. Не хочет сдаваться, сопротивляется. Через пару минут начинаю испытывать панический страх, не могу по-настоящему оттолкнуться. Стоит опереться чуть сильнее, и рука проваливается, теряя опору. Начинаю терять ориентацию. Страх остаться в стене навечно, сковывает движение. Начал задыхаться, чувствую, как по спине стекают капельки пота. Спасла книга. Стал упираться книгой, в стену. Движение заметно убыстрилось. Через минуту выбрался в свободное пространство. Это тоннель, метр шириной и два высотой. Колени дрожали от напряжения, присел на корточки отдохнуть и перевести дух. Где-то в конце коридора показался свет факела, в мою сторону бежал человек в доспехах. Разойтись невозможно, а зайти в стену не было сил. Выпрямившись, прижался к стене и ждал развязки. Но ничего не произошло. Воин пробежал сквозь меня, ничего не заметив, при этом обдав запахом давно немытого тела. Невольно возник вопрос: «Кто я сейчас? Что случится, если прикоснусь к этому воину?» Немного отдохнув, проверил карман с драгоценными камнями. Удивительно, камни на месте. Не потерялись и благополучно преодолели стену вместе со мной. Преодолевать стену второй раз, не хотелось. Пошёл по коридору искать дверь. Метров через двадцать вошёл в караульное помещение. Двое воинов стоя подрёмывали возле бойницы. Подойдя к одному, вытянул руку и дотронулся до плеча. Почувствовал холод металла. Толкнул тихонько. Воин качнулся и завертел головой. Вскоре успокоился и прикрыл глаза. Второй раз толкнул сильно. Очень сильно. Воин не удержался на ногах и упал. Поднявшись, бросился на своего товарища, с кулаками и между ними завязалась драка. Через минуту остановились и стали выяснять отношения, кто, кого, и за что. Осмотревшись, увидел холщовую сумку с лепёшками. Голода не чувствовал. Мне понадобилась сумка. Книгу носить в руке неудобно. Опять толкнул одного, и потом другого. Объяснения кончились, драка возобновилась. Воины схватились за мечи. Ходили кругами и ругались. Я для них не существовал. Пересёк комнату, поднял сумку и надел на себя. Драка моментально прекратилась. Оба воина уставились в мою сторону. Трудно сказать, что они видели. Меня, сумку или вообще ничего? Не стал испытывать судьбу, просто шагнул через амбразуру на улицу. Оглянувшись, увидел, что воины по-прежнему смотрят в сторону, где лежала их провизия. Понаблюдав пару секунд, направился к водопаду. Книга заняла своё новое место. Из-за поворота выехал конный наряд с факелами. Собаки, бежавшие рядом, подняли лай и бросились в мою сторону. Они прыгали на меня, и каждый раз пролетали мимо. Эти твари наверняка учуяли. Не обращая на них внимания, направился в нужную мне сторону и вскоре вышел на тропинку. Собаки отстали и вернулись к своим хозяевам. Наступало утро, вершины гор засветились розовым светом. Водопад не большой, но красивый. Подставил руки под струйки воды. Почувствовал прохладу и свежесть. Сложил ладошки лодочкой, что бы набрать воды, но когда поднёс их к лицу, воды в ладошках не было. Руки были совершенно сухими. Ещё раз подставил ладошки под струйки воды и увидел, она свободно протекает сквозь них. Отошёл, сел на траву, задумался. Опять вопросы и нет ответов. Место, в котором находился, хорошо знакомо. Часто приходил посидеть на лужайке, именно сюда, где сейчас небольшое озеро. Справа от водопада отвесная скала с множеством отверстий, в которых птицы гнёзда вьют. Подумав немного, решил, часть камешков положить в одно из таких гнёзд. Выбрал три самых крупных, завернул в тряпочку, и протолкнул в понравившееся мне отверстие. Что делать дальше? Самое разумное вернуться туда, откуда началось это приключение, и как можно быстрее попасть в свою комнату. Обратная дорога заняла минут двадцать. Шёл прямо, стараясь не отвлекаться, но при каждом столкновении непроизвольно вздрагивал и прибавлял шаг. В комнате, на кровати спал мужчина. Не удивился. Я гость не прошенный, а не хозяин. Сел отдохнуть на мягкий стул, около стола. По моим подсчётам пробыл на ногах около шести часов. Побаливала спина, тело просило отдыха. Снял сумку, достал лепёшку и попытался откусить. Не получилось. Буд-то воздух кусаю. Положил сумку с книгой на стол и откинулся на мягкую спинку. В этот момент между книгой и рукой проскочил мощный электрический разряд. С потолка посыпались искры, раздался гром, молния расколола стену на две половины и в просвете показались звёзды. Они закружились в бешеном танце и, в следующее мгновение, всё погрузилось во тьму. Исчезли звёзды, исчезла комната, исчез воздух, исчезло всё. Возвращение Возвращение в действительность, если это можно так назвать, произошло легко. Открыл глаза. Стою посередине комнаты с протянутой рукой. Пальцы почти касаются полки, на которой лежит книга. Беру в руки, осторожно, с опаской. Обложка холодная как лёд, покрыта инеем. Кладу перед собой на стол и наблюдаю, как таят блестящие кристаллики. Холщёвая сумка, в которой она лежала, исчезла. Компьютер на месте, книги, мебель, всё на своих местах. В комнате ничего не изменилось. Настенные часы показывают время начала моего эксперимента. Похоже, здесь оно остановилось. Краткое мгновение в море бесконечности. Подхожу к зеркалу и вижу своё отражение. Одежда в лохмотьях с дырами в разных местах. Лицо и руки грязные, волосы скомканы и растрёпаны. Кто-то стучит в дверь. Открываю. В комнату входит служанка, кладёт на диван новенький костюм, нижнее бельё и чистое полотенце. Уходит молча, даже не взглянув в мою сторону. Пойду мыться. Снимаю порванную одежду и тут вспоминаю, что в кармане брюк должны быть алмазы. Интересно, где они сейчас? Осторожно ощупываю одежду. В правом пусто. В левом что-то твёрдое. Опускаю руку и достаю два камня, которые вспыхивают на солнце разноцветными бликами. Некоторое время разглядываю их. Любуюсь их внутренней красотой и совершенством формы и бережно опускаю на стол, рядом с книгой. Нехотя отвожу взгляд и направляюсь в ванную комнату. На этот раз с водой всё в порядке. Она настоящая. Приятно вот так лежать в тёплой ванне и спокойно анализировать то, что со мной произошло. А происходило ли, вообще, что-либо? Может, это было очередное видение? Иногда они очень реальны. После ванны, постоял немного под душем, растёрся полотенцем, оделся и вошёл в свою комнату. Порванной и грязной одежды не было. Стол чист. Волшебная книга на полке. Алмазов не было. И так. Всё это мне привиделось? Нигде не был и ни чего не приносил. Никакого времени не терял. Настенные часы это подтверждают. Сначала всё запишем. Где мой дневник? Ах! Да. Он в правом ящике стола. Открываю и… два ярких переливающихся бриллианта, буквально ослепляют. Значит всё-таки, что-то произошло? Это не может быть просто видением! Камни реальны. Их можно взять в руки, поднести к глазам, полюбоваться игрой красок и внутренней чистотой преломляющихся линий. Камни явно из прошлого. Кто или что было в том, ещё не разрушенном замке? Моё физическое тело или дух, образ моего сознания? Кто был более реален, те люди, которые проходили сквозь меня и ничего не замечали, или я, человек, который мог воздействовать на них, толкнуть, ударить, забрать их вещи, а возможно и убить? Как можно лишить жизни человека, который давно умер? Сколько вопросов и ни одного ответа! Мысли продолжали роиться в моей голове пчелиным ульем. Надо бы сходить к тому месту, где когда-то был водопад, если найду спрятанные камни, это станет неопровержимым доказательством моего посещения прошлого. Книгу, на всякий случай, захвачу с собой. В ней ключ ко многим загадкам. Летопись Седьмого числа исполниться 4 года, а чувствую себя пятидесятилетним стариком с проблемным здоровьем. Пошаливает сердце, скачет давление. Волосы отрастают с такой быстротой, что стричься приходится каждый день. Сегодня наступит новый 2005 год. Понемногу подвожу итог своей скоротечной жизни. Сколько мне осталось? Год или два? Открываются грандиозные перспективы и колоссальные возможности, а время неумолимо отщипывает остатки жизни. Давно осознал тот факт, что мой прототип, мой двойник, моя первая сущность умерла ещё тогда, в 1987 году, в России, в Новосибирске. А эти пять или шесть лет подарены мне, то ли Богом, то ли Дьяволом. Даны, не то в награду, не то в наказание. За это время прочитал об этом замке всё, что смог найти. О его прошлом и его истории. Но основное время посвящал функциональным проблемам строения материи и мироздания. Ещё многое оставалось не ясным и не понятным, но кое-что укладывалось в математические формулы, подтверждающие возможность перехода волновых образований в материальное вещество. Не совсем понятен принцип управления передвижением во времени, но и в этом прорисовываются границы предсказуемых реальностей. Фундаментальная работа на годы, а сейчас важно изучить механизм передвижения, а не его теоретическое обоснование. Пусть другие изучают, формулируют, обосновывают, спорят, доказывают, опровергают. Только не я. Хватит! Для меня настало время конкретных экспериментов. Может в этом принцип бессмертия. Если оно вообще существует. Очень интересует способ воспроизводства и передачи знаний, навыков, а главное памяти, от одних объектов, в другие. Как передаётся накопленный жизненный опыт умершего к вновь родившемуся человеку? Информационное поле остаётся стабильным в течение 40 дней, иногда дольше. За это время информация переписывается и где-то хранится, потом передаётся с большим временным разрывом. Возможно, происходит это на более высоком уровне бытия сознания, в полях стабилизирующих и предотвращающих распад свободных нейронов? А то, что это возможно, уже не вызывает сомнений. Покрайней мере, для меня. Вот, существую и помню всё, или почти всё, о своей прошлой жизни. Примеров такого перевоплощения тысячи, документально зарегистрированных. К сожалению, эти знания исчезают к пяти – шести годам развития ребёнка, или прячутся где-то в глубинах сознания, и достать их оттуда сложно, и главное нужно ли? Для меня наступает критический возраст. Пятый год. Разрешу и этот вопрос, если смогу сознательно управлять даром, который во мне проявился. 15 января 2005 года. Пошёл к тому месту, где спрятал драгоценные каменья. Долго искал нужное мне гнездо. Внутреннее зрение не помогало. Стоило только, сосредоточится на спрятанных камнях, как моё сознание оказывалось в комнате, и взгляд упирался в ящик стола, где лежали оставшиеся алмазы. Надо было взять их с собой. Они как-то связаны друг с другом своей энергетикой. Мысленно приближаюсь к ящику и заглядываю внутрь. Алмазы дрожат, прижавшись к боковой стенке. Чувствую, как они необходимы сейчас, сию минуту, но возвращаться за ними не хочу. Попробую как-то прикоснуться к ним? Хотя бы мысленно. Что бы усилить действие, достал книгу из сумки, прижал её к груди, закрыл глаза, вытянул руку и стал тянуться к алмазам. Всё окружающее перестало существовать. Стою посередине комнаты и тянусь рукой к столу. Трудно понять, где на самом деле нахожусь. Около скалы, в лесу, или в комнате. Настолько всё реально. Кончики пальцев касаются деревянной столешницы. Как когда-то, начинаю давить на неё, но ничего не происходит. Рука не проникает сквозь дерево. Тогда пробую тянуть за ручку, ящик медленно выдвигается. В образовавшуюся щель просовываю руку и приближаюсь к алмазам. Рука ощущает лёгкое покалывание. Они отрываются от стенки и буквально прилипают к ладони. Сжимаю кулак и стараюсь успокоиться. Открываю глаза. Та же поляна, деревья, листва колышется под порывами слабого ветерка. По телу пробегает лёгкая дрожь. Подношу ладонь к лицу и разжимаю пальцы. Два алмаза засверкали на солнце. Чувствую усталость, воодушевление, восхищение, гордость и нарастающее чувство собственного могущества. Что-то во мне изменилось. А может, Мир изменился? Спрятанные алмазы нахожу без труда. Почему-то не в том месте. И главное, одного камня не хватает. Самого большого кристалла, с синим свечением. Беру, что осталось и возвращаюсь домой. Иду не спеша. Начинает одолевать одышка. Приходится останавливаться, что бы перевести дыхание и отдышаться. Годы берут своё. Проходя через двор, встречаюсь с Мариани. Она подходит, смотрит в глаза и гладит по голове. – Тебе плохо? Может позвать доктора? – Не надо. Время для меня летит слишком быстро. С этим ничего не поделаешь. Никто не знает, почему так происходит и как с этим бороться. Вот возьми. В лесу нашёл! Высыпаю в подставленную ладонь четыре бриллианта и продолжаю путь. По пути, периферийным зрением исследую все закоулки замурованного тайника. В подземелье лежат сокровища, которые впервые увидел, провалившись в яму. По сравнению со мной, граф Монте-Кристо просто бедняк. Достать их не составит труда. Вот только, нужно ли? Это большой вопрос. Вечером зашла Мариани с книгой – летописью в руках и показала главу, в которой описывалось пророческое событие, случившееся во времена бракосочетания лорда Визалия Скараотти с графиней Вилоттой Туринской: «В ночь на седьмой день, после венчания лорда Скараотти младшего и графини Туринской по замку ходило привидение, внося смуту в сторожевые порядки и конные дозоры. Пугало слуг и собак, а наутро седьмого дня из гардеробной комнаты, со свадебного платья графини исчезли пять родовых, фамильных бриллианта. Допрос с пристрастием, послушниц имевших доступ к гардеробу графини, результатов не дал. Данное событие было истолковано местным оракулом, как предзнаменование несчастья, которое наступит через пять лет и семь дней». Дальше шло описание исчезнувших камней. Не трудно догадаться, что это были именно те камни, которые вернул Мариани. В летописи упоминалось ещё два случая присутствия приведений, без каких-либо трагических последствий.А вот предсказание оракула сбылось. Объединённые отряды наёмников, бандитов, грабителей и пиратов разрушили и разграбили Замок. Мало кому удалось избежать гибели. Но главных сокровищ так никто и не нашёл. До наших дней дошла легенда, об их существовании. Вилотта Туринская была прабабушкой в десятом поколении для Мариани. В летописи была точная дата событий: 25 мая 1748 года от Рождества Христова, а 1ого июня 1752 года начался штурм замка Скараотти. Я читал, она сидела рядом, смотрела. Закончив чтение, обратился к Марианне: – Вы что-то хотели спросить? Уважаемая графиня. – Да, конечно. Всё это очень странно и не понятно. Сердцем понимаю, вы мой сын, и я люблю вас, но вы такой большой и взрослый. И такой умный. Мне всегда не по себе, в вашем присутствии. Я не понимаю, что происходит? – К сожалению, я сам ничего не понимаю. Только предполагаю. Вы верите в Бога? – Да, конечно. – И я верю. Уже верю. Произошло что-то странное. Во время рождения в меня, по-видимому, случайно, попала информация от другого человека. Вы верите в реинкарнацию? – Не знаю. Никогда не задумывалась. Наверно нет. И вера наша не предполагает такого. – Вот и я не знаю. Скажите. Почему в галерее нет портрета моего отца? – Потому, что вы не Скараотти. Вы знаете, сколько мне лет? Двадцать два года. Я студентка художественного университета. Без пяти минут бакалавр искусств. Весной заканчиваю университет. Мои родители, моя бабушка и две сестры, пять лет, как погибли в авиакатастрофе. Они отдыхали на Корсике, при возвращении их самолёт упал в море. Все погибли. Ни кого не нашли. Даже самолёт. На родовом кладбище их склепы пусты. В наследство остался этот замок, квартира в Анконе и небольшой обувной завод. Который кстати, вскоре обанкротился, и я осталась без средств. На втором курсе у меня случился роман с одним художником. Когда он узнал, про беременность, бросил и улетел во Флоренцию. Больше о нём ничего не слышала. Квартиру пришлось продать и переселиться в замок. До города Анкона 70 километров, езжу на лекции, на машине. Здесь остались только самые верные и преданные люди. Кстати, служанки, потомки тех самых послушниц, о которых прочитал в летописи. По преданию являются моими родственниками. Я и отношусь к ним по-родственному. Если бы не твоя помощь, пришлось бы распрощаться и с замком. А сейчас, благодаря тебе, я богата. Вот восстанавливаю замок. Открою Отель или пансионат. Думаю, получится. – Обязательно получится. Единственный совет и личная просьба. Там у развалин старой часовни, сад сделай с аллеями, беседками, витыми скамейками и фонтанами. Не проводи раскопок на этом месте. Кладбище всё-таки. Не стоит беспокоить останки предков. Пусть красивый сад-парк станет для мертвых упокоением их душ, а живым на радость. Рядом же горная речка? Силы её течения должно хватить для функционирования фонтанов. Вот я тут набросал чертежи и примерную смету. Просмотри, что можно еще сделать, ты же дизайнер,… и не затягивай. Мне, по-видимому, осталось не долго, хочу своими глазами увидеть. Да, и часовню можно восстановить, я где-то в библиотеке видел гравюру с её изображением. Денег от продажи алмазов должно с лихвой хватить, еще и останется. – «! Обязательно сделаю…» Она опустила глаза. Было заметно, как она смутилась, но так и не смогла выговорит – «сын»… Книга – механизм перемещений Четыре месяца самообразования, экспериментов, расчетов, и восемь лет потраченной биологической жизни. Разглядываю книгу, перелистываю страницы, и чем пристальнее, тем больше загадочного обнаруживаю. То цвет страниц изменится, то иероглифы появятся, то шрифт, то смысл написанного станет ясным и понятным, то тарабарщина сплошная. С ней происходят внутренние метаморфозы. Как будто она под меня настраивается. Когда вместо знаков стали появляться переключатели, понял, что это не произведение искусств, а прибор, механизм, предназначенный для каких-то вполне определённых действий, замаскированный под нечто понятное и естественное для человека им обладающего. Из детских сказок вспомнил про Алладина и его волшебную лампу. Потрёшь, скажешь волшебное слово, и желание исполнится. Кому-то в виде флейты или зеркальца предстанет. Шаману бубном или талисманом. Вещью простой, в глаза не бросающейся. Фантазировать долго можно. Мне в виде книги досталась. У окружающих любопытства не вызывает. Не книга, а навигатор. Большие возможности заложены. До них умом докопаться можно. Пробовал голосом управлять, произносил текст похожий на заклинания, можно мысленно, и даже на расстоянии. Точнее получалось, когда в самой книге настройки произведёшь. Многое ещё узнать предстоит. Само не раскроется. Умом, трудом, экспериментами докопаться можно. Лишь бы время хватило. Старею быстро. Для проверки своей теории набираю 25 мая 1748 года и пытаюсь повторить путешествие. Книгу с собой беру. В ванну захожу и перед зеркалом встаю. Закрываю глаза, сосредотачиваюсь и вхожу в зеркало. Нет грома, нет молний. Всё тихо и спокойно. В начале подумал, ничего не произошло, но, осмотревшись, понял, комната другая. Нет кафеля на стенах, нет джакузи и зеркало не то, хотя и похоже. Прошёл сквозь дверь и в коридор вышел. Да был здесь. Те же портреты, тот же интерьер. Что бы в этом убедиться, нужно точно определить время: Число, месяц, год. Хорошо бы найти оракула, писаря или кого там, кто занимается местной бухгалтерией. Вряд ли найду календари, развешанные по стенам. Скорее всего, это должен быть кто-то из священнослужителей. Иду к часовне. Рядом скит и монастырь. Иду спокойно, не спеша. Пересекаю двор. Собаки что-то чуют и бегут следом. Проникаю в часовню и начинаю обходить помещения расположенные под ней. В одном замечаю свет масляного фитиля. Подхожу ближе и вижу склонившегося инока над летописью. Он заканчивал описание украденных бриллиантов, тщательно выводит последние буквы. Стою и размышляю, как узнать точную дату? Инок полушепотом перечитывает и комментирует написанное. Из его слов понял, что с момента исчезновения драгоценностей прошло ровно четырнадцать дней. Что и подтвердилось его последней подписанной датой: «июнь, число 8-ое, год 1748 от Рождества Христова». Больше здесь делать нечего. Инок отвёл взгляд от летописи, поднял глаза и устремил свой взгляд на меня: – Кто здесь? Спросил он. И потянул руку в мою сторону. Это стало настолько неожиданным, что я дёрнулся и уронил стоявший рядом кувшин. Инок закричал и выбежал из комнаты. Началась суматоха, раздались крики и топот ног. Не стал искушать судьбу и дожидаться развязки. Просто шагнул сквозь стену в монастырский сад. Метод «научного тыка» Не понял, откуда взялась погрешность в 14 дней. По логике этого не должно быть. По-видимому, за 200 лет, что-то изменилось в летоисчислении или сам ошибся в пересчёте на лунный календарь. Будет время, проверю. Сейчас убегать пора. В замке тоже суматоха, а сталкиваться с кем-либо не хотелось. Похоже, что меня видят не только собаки, но и люди тоже. Вбежал в гостиную в зеркале напротив увидел своё расплывчатое отражение. В прошлый раз оно отсутствовало. С лестницы спускались вооружённые люди и, похоже, тоже заметили. Не раздумывая, шагнул в зеркало, около которого находился. Оглянувшись, увидел воинов из прошлого. Один из них, копьём в меня ткнул. Зеркало треснуло, но не разбилось, только пара осколочков отскочило. Отхожу от зеркала, и воины исчезают. Опять в современной гостиной, оказываюсь. Одна из служанок по широкой дуге обошла меня и поднялась по лестнице. Похоже, никто меня больше не видел. Возвращаюсь в свою комнату, достаю «Летопись», смотрю, что написано в ней: «8 числа, июня месяца, лета 1748 от Рождества Христова, в замке объявилось приведение, которое прошествовало от часовни до гостиной и скрылось в зеркале. Большое количество народа тому свидетели были, видели его и даже преследовали. Остановившись в зеркале, оно скорчило рожу пренебрежительную, богопротивную. Дозорный Икониани ткнул в него пикой. Приведение испугалось и сгинуло.» До путешествия, такой записи не было. Осталась другая проблема, из-за которой и решился посетить прошлое. В «Летописи» отсутствовало несколько страниц, описывающих события предшествующие войне между кланами и штурму замка. Наверно, моё появление не случайно и как-то связано с теми событиями. Миссия такая, пробелы в истории восполнить! Первые попытки показали, что кратковременными посещениями, прошлого не узнаешь. Следует принять какой-то образ, переместиться, войти в доверие к лорду Скараотти и провести там достаточно много времени, может несколько лет, и вернуться. Как показали опыты перемещений, пока находишься в прошлом, в настоящем время останавливается. Таким образом, и свою жизнь продлить смогу. Придумал себе легенду странствующего пилигрима-путешественника и стал готовиться к путешествию. Начал с того, что с помощью Мариани и служанок, используя старинные гравюры и рисунки, мне изготовили соответствующий времени костюм. Постирали пару раз с хлоркой и поваляли в пыли, для придания поношенного вида. Сшили дорожный мешок, для книги. Но новое путешествие пришлось отложить, что бы провести ещё пару экспериментов. Никто не знал о моих планах, ведь я ни с кем не советоваться. Все вопросы пришлось решать самому. Два месяца сплошных экспериментов. Не было времени записывать. Книга оказалась значительно сложнее, чем вообще можно было предположить. Это даже не книга. Прибор, который можно сравнить с пультом управления телевизором или более сложным механизмом. Методом «научного тыка» овладел многими функциями. Могу, например, отправится в прошлое из любой точки, до которой смогу дойти или доехать в автомашине. Возвращение происходит в тоже место. Так было и в начале экспериментов. Могу, не выходя из комнаты, мысленно перенестись практически в любую точку на земле, и заглянуть в прошлое. Прихватить, что-нибудь не очень тяжёлое. Зависит от расстояния и от силы собственного энергетического заряда. При благоприятных условиях, могу принести, примерно, половину собственного веса. Это может быть оригинал чего-либо, а может оказаться и точная копия, на молекулярном уровне. Зависит, от её влияния на развитие истории. При определённой настройке появляюсь в виде приведения, полупрозрачным, или совершенно не видимым, или видимым, твёрдым, осязаемым, ни чем не отличающимся от окружающих. Вполне материальным. Могу пожимать руки, разговаривать, задавать вопросы и получать ответы. Работать, думать, творить. И всё же, в путешествие я отправляюсь не сам, а мой фонтом, иная сущность, ну, или если хотите – живая энергия. Её существование давно известно и она достаточно хорошо была описана в индийских священных писаниях более пяти тысяч лет назад. Называют эту живую энергию «праной». Или в китайских трактатах в районе третьего тысячелетия до н. э. – энергия «ци». А Каббала?! Еврейская мистическая философия, восходящая к шестому веку до н. э., называет этот жизненный принцип – «нефеш» и учит, что тело каждого человека окружает радужный пузырь. Однако в обычных условиях энергетическое поле человека могут увидеть лишь те, кто специально развил эту способность. Иногда люди рождаются с нею, иногда она приходит спонтанно в определенный момент жизни, как это было со мной, а иногда развивается в результате определенной практики – как правило, духовного характера. Я, когда впервые увидел необычное облако света вокруг собственной руки, подумал – дым, и резко дернул рукой вверх, посмотреть, не загорелся ли рукав. Рукав был целехонек, и тут дошло, все мое тело окружает тот самый свет, который излучает тело каждого человека. Научился подключаться к органам чувств, других людей. Читать их мысли, видеть их глазами, а в исключительных случаях и управлять ими. Не всегда и очень не стабильно, но при, соответствующей тренировки, должно получиться. Сколько бы ни пробыл в путешествии, возвращение происходит в то же мгновение, в которое отправился. Получается, что тело никуда не исчезает из настоящего и в это время не стареет. Это именно то, что мне нужно. Может именно так смогу продолжить своё существование. А вот, сколько бы, не пытался переместиться из настоящего в прошлое, или из будущего в настоящее так, что бы встретиться с самим собой, ныне живущим, ничего не получалось. Должно быть, нельзя находиться в одно и тоже время в двух местах. Недавно отправился назад, в прошлое, всего на несколько минут, библиотеку посетить, вышло время, и образ мой рассыпался и книгу потерял. Очнулся на полу, в своей комнате, потом книгу нашёл. Хорошо, что рядом. В другой раз на пару часов в прошлое отправился, к чёрным скалам, километров за пять, не больше и пешком назад возвращался. Рафаэля встретил, он на фазанов охотился. Поболтали немного, он мне дал одного, чтоб домой отнёс и разошлись. А удивительно то, что не дошёл до замка, время закончилось, настоящее время наступило, догнал я его, не рассчитал немного. Рассыпался и очнулся у себя. Пошёл книгу искать. Нашёл, и фазана нашёл, но вот Рафаэль, напрочь не помнил, ни нашей встречи, ни подаренного фазана. Утверждал, что двух добыл, двух и на кухню принёс. Откуда третий взялся? По возвращении в реальное время, все, с кем встречался и разговаривал, только что, в прошлом, пять минут назад, не помнили моего посещения. Не могу пока дать научного объяснения, но как видно, природа не терпит парадоксов. Не могу встретиться сам с собой и что-либо передать или сообщить, а хотелось бы, кое-что исправить. Не рискую больше рассыпаться, и с близкими по времени расстояниями эксперименты прекратил. Да и книгу боюсь потерять. Без неё, рискую закончить свой земной путь гораздо раньше отведённого мне срока. Интересно, что случится, если там, меня убьют в прошлом? Что станет с моим телом и книгой? А если я убью кого-нибудь? Кое-что можно проверить. Начал с курицы. Во дворе их много бегает. Поймал одну и пометил её чернилами. Выждал три дня, и вернулся в прошлое, убил помеченную курицу, тушку на кухню отнёс, а голову с меткой с собой забрал. Вернувшись в настоящее время, увидел её во дворе, целой и невредимой. Бегала, с точно такой же меткой, как и та, у меня в комнате. Экспериментировать на собственном теле и подставлять себя под убийство, даже в прошлом, не решился. Слишком много неизвестных составляющих. В прошлой жизни остались белые пятна, которые хотелось прояснить. Например: что произошло за 14 лет потерянного времени, и как я умер? Возможно, соединив временную цепочку, смогу разобраться и в самой системе? С книгой-механизмом приобрёл опыт обращения. Научился мысленно настраивать. Своё путешествие в прошлое решил ещё отложить. Очень хотел в своём будущем побывать. В России, в Новосибирске. Увидеть знаковых, родственников. Хоть одним глазком, со стороны. Перемещение в Новосибирск Со всей тщательностью рассчитал время и место появления в России. За несколько часов до аварии. Увидеть всё своими глазами и только потом делать вывод. Настроился на 1987 год, апрель месяц, число пятнадцатое. Точнее не знал. Сейчас мне примерно 55 лет. Соответствующая одежда, причёска, обувь не должны вызвать каких-либо подозрений. Место для перемещения, редко посещаемое, лес рядом с железнодорожной станцией «Обское море». Перемещение прошло без осложнений. Подошёл к платформе, подождал подхода электрички и, пристроившись к небольшой группе приезжих, направился в Академгородок. На меня никто внимания не обращал. Подойдя к автобусной остановке, вдруг понял, что не всё продумал. Отсутствие документов меня не волновало, вот отсутствие денег! Не могу же перемещаться только пешком. Можно конечно переключиться на невидимость, войти в банк, там стать видимым, украсть деньги, опять стать невидимым и уйти. Сложно и глупо. Поймают, и воспользоваться деньгами не успею. Может в какой-нибудь организации, небольшую сумму, на текущие расходы позаимствовать? А ещё надо пристанище найти. В кармане несколько драгоценных камешков. Возможно, смогу где-нибудь пристроить? А пока придётся пешком походить. Иду по Морскому проспекту, места знакомые разглядываю. Захожу в кафе «Улыбка». Народу мало, ассортимент скудный. В продовольственном магазине, полки голые. Нищета в глаза бросается. Вот и подумал. Куда тут со своими камешками сунусь? Милиция загребёт, как миленького. Светиться ни к чему. Пошёл к дому, в котором когда-то жил. Коттедж на Золотодолинской, рядом. Прохожу мимо «Стола заказов» – спецраспеделитель продуктов питания. Отсюда продукты профессорам и отдельным учёным доставляли, паёк продовольственный. Жил и не думал о таких мелочах. Одна наука на уме. А вот и коттедж. Вернее половина маленького двухэтажного домика. У ворот «Волга» стоит. Воспоминания нахлынули. Себя вспомнил, жену, детей. Поравнялся с машиной и в этот момент из дома выходит… Это я выхожу, тот прежний. Прятаться поздно, ещё мгновение и мы почти столкнулись. Говорю: – Здравствуйте Пётр Леонидович! – Мы знакомы? – Да! Встречались на одной из конференций. Я профессор, (на мгновение замялся и назвал первую, всплывшую в памяти фамилию профессора ботаники) Симаков из Москвы. Вот, в гости к родственникам приехал, гуляю, а как ваши успехи? Как эксперимент с определением массы уникального «аномалона», так, кажется, называется элементарная частица, над которой вы работаете? – Не думал, что ботаники интересуются теоретическими изысканиями элементарных частиц. Эксперимент только предстоит. А сейчас простите, тороплюсь. Рад был познакомиться. Мой прежний Я, сел в машину и уехал, бросив прощальный взгляд на меня, полный подозрительности. И в самом деле, получилось глупо. Мог ли ботаник быть так глубоко осведомлён о том, что ещё в 1930-х годах Паули предположил существование частицы, не обладающей массой, названной впоследствии нейтрино. Но встреча оказалась интересной и полезной. Я помнил свои прежние привычки читать свежие газеты на работе. Вот и сейчас, тот прежний Я нес в руке газету «Правда» от 15 апреля. Ещё 12 дней до катастрофы. В этой реальности мне делать нечего. Надо перенестись на 12 дней вперёд, лучше на 11 дней. Иду в лес, спустившись в долину, нахожу уединённое место, на берегу ручья, перенастраиваюсь и благополучно переношусь в 26 апреля. Переключаюсь на невидимость и лечу в институт. Нахожу укромное место, на сборке кабельных блоков, жду и наблюдаю. Ночь прошла спокойно. С утра начинаются штатные приготовления. Наблюдаю за бывшими знакомыми, друзьями, товарищами по работе. Непроизвольно сканирую мысли, и многие из них мне не нравятся. Открываются такие тёмные черты, о которых раньше даже не догадывался. Ничего не предвещает катастрофы. Запущен ускоритель, происходит разгон элементарных частиц. Самописцы регистрируют появление элементарных частиц амоналона и в этот момент, моя энергетическая оболочка вытягивается и соединяется с энергетическим полем силового кабеля, на котором сижу. Короткое замыкание и тут же взрыв трансформатора. Разливается трансформаторное масло и начинается пожар. Меня поражает страшная мысль о том, что причиной аварии был я сам. Это моё энергетическое поле вызвало сбой в работе ускорителя и как последствие взрыв. Вижу себя, того Пётра Леонидовича, лежащего в комнате, придавленного оборвавшейся трубой. Персонал в панике покидает помещение. Ещё пара минут, и горящее масло захлестнёт лежащего. Помощи ждать неоткуда. Бросаюсь на помощь, но понимаю, что в этом состоянии ничем не смогу помочь. Мысленно переключаюсь на видимость. Отбрасываю трубу, поднимаю Петра Леонидовича и тащу к выходу. На улице подбегают люди, принимают раненого и укладывают на носилки. Я ретируюсь в здание. Мимо бегут пожарные. Один останавливается, пытается помочь. Объясняю, что всё в порядке и выберусь сам. Оставшись один, переключаюсь, на прежний набор, и улетаю из здания. Устроившись на противоположном здании, наблюдаю за происходящим. «Где-то уже это видел» – подумал я. Видел горевший экспериментальный корпус. Видел машины, пожарных, растаскивающих шланги, людей, выходящих из здания. Слышал крики, треск и шипение остывающего металла. Всё это было, давно, когда-то. Где мой профессор? С трудом, оторвавшись от созерцания, мысленно устремляюсь на поиски Петра Леонидовича. Такое чувство, что он где-то здесь, совсем рядом. Но ведь этого не может быть. Его отвезла скорая помощь. Нахожу в хирургическом отделении местной больницы, на операционном столе. Подключены искусственные лёгкие и сердце. Бригада врачей колдует над телом. Не чувствую присутствия и не вижу энергетики. Тело привезли, а оболочка осталась там, в институте. Возвращаюсь и начинаю поиск. Через какое-то время замечаю свечение между рам противоположного окна. Вот он. Надо уговорить вернуться в своё тело. Но попытки обратить на себя внимание ни к чему не приводят. Не могу схватить, не могу толкнуть. Вижу, как понемногу рассыпается его энергетическая оболочка. Надо переключиться на полупрозрачность. Стану заметнее и сильнее. Устроившись рядышком, переключаюсь. Его энергетика прилипает ко мне. Так соединившись, устремляемся в больницу, зависаем над телом. Вижу, врачи готовы отключить и сердце и лёгкие. Собираю всю волю и силу и вталкиваю энергетическую оболочку в тело Петра Леонидовича, оно вздрагивает и поднимает руку. Врачи с новой энергией принимаются за реанимацию. Чувствую крайнею усталость. Эмоциональную, физическую и духовную одновременно. Как видно и приведениям нужен отдых. Поднимаюсь на чердак этого же здания, забираюсь в самый тёмный угол и пытаюсь расслабиться, успокоиться и восстановиться. Не знаю, сколько прошло, прежде чем почувствовал себя немного лучше. Попробовал воспользоваться дистанционным зрением, что бы отыскать профессора. Очень быстро настроился на частоту его биополя и наши мысли соединились. То, что я почувствовал, мне не понравилось. Боль, страдание, не желание кого-либо видеть, да, кстати, ничего и не видел, глаза забинтованы. Повязка. Приятный запах цветов. За стенкой в полголоса разговаривают санитары. Сначала обсуждают футбольный матч, потом больных. Разговор идёт обо мне, точнее о профессоре в котором сейчас нахожусь. –Не жилец! Нет. Может и протянет ещё пару дней. Четвёртые сутки в коме. Со стороны разглядываю персональную палату, на тумбочке цветы полевые, по обе стороны капельницы, на лице маска кислородная. В голове ни одной мысли. Наверно прав санитар. Не выживет профессор. Надо набраться терпения и ждать не вмешиваясь. Значит, после аварии прошло четыре дня, (это время провёл на чердаке) да плюс мои сутки. Итого пять. Надо ненадолго вернуться в своё время и восстановить силы. Чувство усталости не проходит. Отключаю дистанционное зрение и снова в тёмном углу. Осматриваю себя и вижу, что свечение моего тела стало вполовину слабее. Достаю книгу, настраиваю на возвращение. Ещё мгновение и в замке, за своим столом, с книгой в руках. Есть хочется, пойду на кухню. Чем меньше остаётся тёмных пятен в моей биографии, тем яснее становится механизм работы этой удивительной книги. Открываются ячейки в памяти. Значение кабалистических знаков и иероглифов становится понятнее. Сам себе задаю вопрос: Почему раньше не замечал таких простых и понятных вещей? Например: Что бы изменить свою прозрачность, не обязательно набирать числовой набор из страниц, достаточно повернуть соответствующий рисунок на нужный градус, мысленно. Как-то в комнате, встал перед зеркалом и занялся прозрачностью. Поворачивал рисунок и наблюдал свои изменения. Всё, что находилось в моём энергетическом поле, постепенно теряло очертания и исчезало. В различных стадиях брал предметы со стола, перекладывал, пробовал управлять предметами на расстоянии, в библиотеке, на кухне, в лесу, в подземелье, у развалин часовни. Принёс из пещеры мешочек золотых монет и ларец с разными драгоценностями, для Мариани. Всё это повторял и в настоящем времени и в прошлом. Однажды зайдя к себе в комнату, отправился в прошлое всего на час. Если из комнаты не выходить и время догонит, ничего страшного не произойдёт. Не рассыплешься и не исчезнешь. В этот раз, увлёкшись упражнениями, не заметил, как в комнату вошла служанка с пакетом свежего постельного белья. Увидев меня полупрозрачного, схватилась за сердце и упала без чувств. Приостановил желание спешить на помощь. До конца эксперимента оставалось несколько минут. Решил ничего не предпринимать. Сидел и ждал, чем всё закончится. Секунд за 30 секунд до окончания, тело служанки начало таять и в последнюю секунду исчезло, а я оказался в той позе, в которой начал своё перемещение. Убедившись, что нахожусь в реальном времени, пошёл искать служанку. Нашёл в прачечной, она собирала для меня постельное бельё. Естественно ничего не помнила и ранее в комнату не входила. Я принял от неё пакет с бельём и вернулся к себе. На полу лежал точно такой же, с точно таким же бельём. Третье путешествие в прошлое Пятый год моей второй жизни. Встречаю Рождество и День рождения в больничной палате. Инсульт. Серьёзный и обширный. Вот до чего эксперименты доводят. Вроде 5 лет исполнилось, а в историю болезни 70 вписали. Наверно так и есть. Говорят, с того света вытащили. Мариани внучкой назвалась, каждый день приезжает. Обнадёжили, кризис прошёл. Скоро выпишут. Лежу без книги, конечно, но уже многое и без неё могу. Вот бумагу из ординаторской утащил, а у врача ручку шариковую и всё, не вставая с постели. Что-то совсем расклеился, а главного ещё не узнал. Не смыкается цепочка причинно-следственной связи. Лежу и размышляю: «Как сокровища Лорда Скараотти в пещеру попали?» Не знал он о её существовании. Сокровища в подвалах замка хранил. В летописи сказано, что разбойники после штурма, ничего не нашли. Пещера эта не имеет выхода на поверхность. В «Летописи» эти страницы отсутствуют. Самому узнать надо. Наверно хватит путешествие к Скараотти откладывать. Вот только выясню, если здоровье позволит, что со мной, после похорон профессора, произошло?…и сразу к Скараотти. Вернулся в Замок больным, чувствую, не хватит здоровья в Россию слетать. Сначала с замком разберусь, а там видно будет. Привык к этой жизни и прежняя, на второй план отошла, вспоминать не хочется, не волнует. Да и эта тяготить стала. Вот допишу страничку и спрячу дневник в пещеру, надёжнее места не найти. Чувствую, последнее путешествие предпринимаю. Достаю одежду пилигрима, примеряю, одеваюсь. Сапоги жмут. Ноги опухать стали. Сбросил их и кроссовки надел. Дату и координаты по книге настроил, надёжнее – 13 апреля 1752 года. До штурма полтора месяца. Проверяю, настраиваюсь на полянку возле водопада, и старт! Мгновенье и перед лицом рыба плавает и не одна. Здоровенная форель проплыла через грудь и спряталась в водорослях. Так точно настроил координаты, что очутился на дне озера. Воды не чувствовал, но знал, что ощущения придут, как только переключусь на видимость. Стал выбираться. Перелетел на полянку, переключился на видимость, осмотрелся. Вроде в порядке всё. Теперь в таком виде существовать буду. Долго. Пощупал себя, ничего не болит, сила в руках имеется. На здоровье не жалуюсь. Даже радостно стало! Что сейчас, вечер или раннее утро? Подожду с полчасика, солнышко подскажет. А пока проверю бриллианты. В своём будущем их забрал, но здесь они должны быть. Проверил, на месте, но спрятаны они плохо. Переложил в другую расщелину и прикрыл крупным камнем. Размышляя о парадоксах, надумал, для эксперимента, захватить пару камешков с собой при возвращении. Они как? Исчезнут или скопируются? Ведь в будущем они уже проданы. Выждал ещё пару часов, солнышко над лесом поднялось. Пора. Вышел на дорогу и направился к замку. Теперь про полёты забыть надо. Включил зрение периферическое, в пещеру заглянул. Пустая, нет никаких сокровищ, и входа нет. Не разрыт даже. Мысленно подвалы осмотрел. Они всевозможным скарбом заполнены, драгоценностями, золотыми изделиями, медной и железной утварью, оружием, мехами и нежной тканью. Если не вмешаюсь и не уговорю Лорда перенести сокровища, через полтора месяца их разграбят. История измениться. Может и для этого, мне вторая жизнь подарена. Терять уже нечего, вмешаться должен! На дороге люди встречаться стали, и пешие и конные и в повозках. Воины и женщины мимо проходят, удивлённо поглядывают. Наверно, с костюмом что-то перемудрил. Прохожу ворота и направляюсь к центральному входу. У дверей два стражника. Подхожу ближе. Агрессивности не проявляют, но смотрят с подозрением. Обращаюсь к одному: – Доложи лорду Скараотти Винченсо, его желает видеть путешественник Пьеро Мариани, с важными сведениями. Стражники стали совещаться, и тут понял, как сильно их язык, от моего отличается. Один из охранников ушёл, остальные с любопытством разглядывали. Минут через пять вернулся и жестом пригласил следовать за ним. Вошли в знакомое мне помещение. В гостиной зеркало треснутое. Пожилой человек, знакомый по портрету, не такой гладкий и респектабельный, но узнать можно. Он не высказал и грамма удивления. Холодные, не мигающие глаза, некоторое время разглядывали одежду и несколько дольше задержались на кроссовках. Жестом предложил громоздкое деревянное кресло, напротив, и произнёс: – Ты кто? – Путешественник, странник, предсказатель, оракул. – Что нужно? – Мне ничего. Это я нужен тебе. Звёзды предсказывают серьёзные испытания. Я обязан предупредить, что бы дать возможность приготовиться к ним и достойно противостоять. – Что предсказывают звёзды? – Войну. И очень скоро. Она начнётся штурмом замка утром первого июня, через полтора месяца. В штурме будут участвовать команды двух кораблей, отряд лесных разбойников и полк правительственных войск, ещё и не большой отряд наёмников. Обшей численностью более 1000 человек. Они хорошо вооружены и переполнены яростью и жаждой наживы. – Ты врёшь оракул! Я знаю людей, о которых ты говоришь. Они верны мне и не посмеют предать своего хозяина. – Зачем мне врать? Какая от этого выгода? – Вот это я и хочу выяснить! – И это ещё не всё. Среди твоих защитников есть предатели и заговорщики. Я помогу выявить их. – Вот. Одна из твоих выгод, внести раскол в мои ряды. – Верить надо в лучшее, а готовиться к худшему. Разве так уж всё спокойно и хорошо в твоём королевстве? Разглядывая собеседника, старался настроиться на его биополе, а когда удалось, стал сканировать мысли и образы. То, что узнавал, не предвещало мне ничего хорошего. Он мне не верил. Он никому не верил. – Что предлагаешь? – Нужно сделать так, что бы при любом раскладе событий, нападавшим ничего не досталось. Все ценности должны быть спрятаны так, чтобы их никто не нашёл. Представь себе, что замок взят штурмом и вся эта свора попадает сюда, и ничего не находит! Они передерутся из-за мелочей и союз распадется. Сами себе такой урон нанесут, что долго не смогут оправиться, и навсегда перестанут быть для тебя угрозой. – Так что? Предлагаешь богатство спрятать, а Замок без боя сдать? – Правильно наполовину. Богатство спрятать, а замок защищать до последней возможности. – Красивая сказка. Совершенно неосуществимая. Вот и вторая твоя выгода. Убедить меня вывести золото за пределы замка, где оно станет лёгкой добычей тех же разбойников. – Я сказал спрятать, а не вывести. Есть разница? – Здесь нет такого места, которое не было бы известно противнику. – А вот в этом ты ошибаешься. Я здесь для того, что бы указать тебе такое место. Сделаешь скрытно и секретно, всё получится. – Где же оно находится? – Нужны шесть человек, самых надёжных и сильных. Они прокопают трёхметровый тоннель в надёжное убежище, о котором никто не знает. Потом перенесут туда всё, что пожелаешь. Чем больше спрячешь, тем лучше. – Сколько это три метра? Единицы измерения, так же отличались от общепринятых в ХХ веке. Пришлось показать на собственном поясе. Он был ровно три метра. – Что-то мне подсказывает, что ты знаешь, о чём говоришь. Но сначала покажи, где копать. – Прогуляемся до часовни. – Сначала переоденься, а то всех ворон распугаешь. Где только нашёл такую дурацкую одежду. Ничего срамнее не видел. Он позвонил в колокольчик. Вошёл слуга. Дал распоряжение принести мне достойное облачение. Переодевшись, вышли из замка и не спеша, направились к часовне, а потом по тропинке к старой полуразрушенной башне. Когда-то, тоже часовне была. По дороге давал советы, где установить пушки, где расположить лучников и в какие места заложить бочки с порохом. (Всё это вычитал в летописи) Объяснил, что замок отстоять не удастся и когда противник преодолеет крепостную стену. Взорвать её. Под обломками погибнет много народу. А это главное. Лорд Винченсо слушал внимательно, а для себя решил, что отпускать меня живым из замка нельзя. Вот так, за разговорами, подошли к скале за разрушенной часовней. Новая, построенная лет пять назад, красовалась на противоположной стороне скалы. Показываю место, где копать. Объясняю, через два метра, (пришлось снять пояс и завязать узелок, объясняя расстояние), обнаружится каменная глыба. Её нужно откопать. Она закрывает вход. На месте раскопки следует построить сарай, якобы для хранения пороха. Он потом пригодится. Хорошая маскировка. Землю не выносить, а складывать по обе стороны от входа. Потом, когда всё будет закончено, закопать яму. Работу следует провести быстро и скрытно. Использовать самых надёжных людей. Выставить охрану, чтобы никто не приблизился к этому месту. Всё время слежу за мыслями. Решает, когда меня убивать. Сейчас или позже. Теперь надумал назначить меня, чуть ли не командующим, своей армией. Пришлось прейди на помощь его размышлениям. Предложил лично заняться раскопками и подготовкой замка к обороне. – Вот и займись. Дам людей, выполнят все твои приказания. А сейчас возвращаемся. Пора ужинать. Странное это чувство, голод. По всем предыдущим путешествиям его не было. А когда пытался что-нибудь съесть, ничего не получалось. Никогда жажды не чувствовал, разумеется, и в туалет не ходил. Не слышал биения собственного сердца, и не задумывался об этом. Не помню, дышал или нет? Сейчас всё наоборот. Чувствовал и жажду, и голод, и усталость. Пошёл на ужин со смешанным чувством страха и голода. Отказаться нельзя. Ладно, что-нибудь придумаю. Трапезная, по-нашему столовая или банкетный зал, (всё едино, как не назови), освещена множеством свечей и газовых рожков. Стол дубовый, длиннющий, накрыт яствами всякими, народу собралось человек пятьдесят, а могли и все сто поместиться. Кувшины, подносы, блюда со свининой, бараниной, дичью. От одного вида под ложечкой засосало и слюнки потекли. Лорд Скараотти, меня по правую руку посадил. По левую сын, Лозарий, а дальше начальники и приближённые разные. С величайшей осторожностью откусил кусочек баранины, разжевал и проглотил. Всё получилось. Не могу дать этому объяснения. Пока не могу. Есть, и пить продолжал с величайшей осторожностью, больше для вида. Очень мало. Прислушивался к разговорам, сканировал мысли. Через полчаса знал об окружающих больше, чем они сами о себе знали. Кто о чём думает, что делает и главное о чём замышляет. Застолье продолжалось около двух часов. Все стали расходиться, и меня отвели на отдых в ту самую комнату, в мою комнату. Удивительное совпадение. Двое часовых остались за дверью. Может, охраняли, а может и сторожили. Наверно и то и другое. Оставшись один, хотел назад, в своё время возвратиться, отдохнуть несколько дней, сил набраться и в эту же ночь вернуться. Однако у меня не получилось. Никак сосредоточиться не мог, и книга была какая-то холодная, не восприимчивая. Вроде, как заряд энергии в ней закончился, батарейки сели, разрядилась. Отложил в сторону, прилёг на кровать и уснул мгновенно. Утро тёплое, солнечное. Чувствую себя отдохнувшим и бодрым. Оглядевшись, вижу на пастели нечто странное. Приблизившись, разглядел, это та пища, которую съел за ужином. Свежая, не тронутая процессами пищеварения, мелкими кусочками лежала аккуратной горкой. Когда уснул, она вывалилась из меня, как совершенно не нужная вещь. Собрал всё и выбросил в керамическую чашу, стоявшую рядом с кроватью. Прошёл в соседнюю комнату, умылся и в коридор вышел. Прошёл мимо часовых, спустился в холл. Там ожидали моего появления несколько военачальников. Среди них и Лозарий, главный заговорщик и предатель. Вчерашний ужин не прошёл даром. Знал всех присутствующих, имена, положение в обществе и их возможности. На лицах и в мыслях читалось снисходительное любопытство. Они получили соответствующие распоряжения и ждали первых приказов. Лозарий, с двумя приближёнными, держался обособленно и не скрывал своего раздражения, и даже ненависти. Я поприветствовал всех по их обычаю: опустив правую руку вниз с поклоном, прикоснувшись ладонью к своей ноге ниже колена. Присутствующие с улыбкой, удовлетворенные таким началом, повторили жест приветственный. Все, кроме Лозария. Я сделал вид, что не заметил. Прошёл в комнату рядом с входом. Она предназначалась для караула, но ей никто не пользовался. Приказал принести перо, чернила, бумагу. Вызвал двух архитекторов и двух строительных инженеров, причём вызывал конкретных людей по именам. Чётко знал, кому и что можно поручить. Через полчаса передо мной были все чертежи, выкладки и расчеты. Вызывал кузнецов и плотников, давал им конкретные задания: изготовить вот такие колёса, вот такие тележки, вот такие носилки, такие крючки, такие скобы, заступы, лопаты и т.д. Ещё через час большинство населения замка было занято делом. Задача ставилась простая. Расчистить ров, углубить его и заполнить водой из речки с водопадом. Для этого взорвём часть скалы и перекроем русло. Пока основная масса населения будет работать на строительстве рва, маленькая группа надёжных людей откопает вход в пещеру, перенесёт сокровища. Во время обеда состоялась долгая беседа с лордом Скараотти старшим. Мой план, со всеми подробностями и хитростями был одобрен. Рассказал и о заговоре, и роли в нём его сына Лозария. И честно признался, что не знаю, кого можно привлечь к раскопкам входа и переноске сокровищ. На что Скараотти ответил, что сам подберёт людей. Вечером, в своей комнате повторил попытку перенестись в будущее, в своё время, и опять неудача. Книга оставалась холодной и невосприимчивой. Ни одна попытка не удалась. Да и куда стремлюсь? В своё прошлое или в своё будущее? Вспомнил, что как-то попробовал заглянуть в 3000 год. Настроил книгу, сосредоточился, и… странный зеленоватый туман заволок сознание, а рука вмиг примерзла к обложке. Дальше провал в памяти и бесконечный полёт через бездну. Очнулся постаревшим, лет на десять, так ничего и не увидев. После этого инсульт и схватил. Видимо, нельзя попасть в то время, которое еще не наступило. Сейчас происходит, примерно, то же самое. И с моим телом происходили необычные метаморфозы. Недели через две почувствовал, что сердце прихватывает, а однажды, зацепившись за ветку, поранил руку, и кровь выступила. Пища, которую принимаю, больше не вываливается, а выходит естественным путём. Всё больше превращаюсь в обыкновенного человека, и болячки человеческие приставать стали. Этого никак не ожидал. Наверно будущее, в котором был, для меня уже никогда не наступит, и вернуться в него Всевышний не разрешит. Во сне стали проступать детские воспоминания, но совсем не те. Не российские и не французские, и не итальянские, а какие-то более древние, местные, связанные со мной, теперешним. Вспоминалась дорога, по которой шёл к замку. Корабль, на котором приплыл. Скромное жилище, в котором, вроде бы, жил. Но ведь этого ничего не было! Это была не моя жизнь! По-видимому, нейрофизиологические процессы, протекающие в мозгу, становятся причиной того, что мы воспринимаем эмоции как внутреннюю реальность, а, например, пение птиц и лай собак как реальность внешнюю, и мозг не всегда может отличить внешнюю реальность от внутренней, смешавшись, они становятся единственной реальностью для человека. Реальность это то, что мы видим, ощущаем, чувствуем. Наверно это можно назвать чудом, но чудеса противоречат не Природе, а тому, что мы о ней знаем. Прошло три недели. Строительство набрало обороты. Большинство работало за стенами замка. Другие внутри. Разобрали все каменные лестницы на крепостную стену и построили лёгкие, деревянные. Их верёвками легко уронить можно. Для того, чтобы взобравшиеся на стену, спуститься не могли. Пусть прыгают или по верёвкам спускаются, если с собой принесут. В самом замке окна мешками с песком закрывали, и для ружейников бойницы делали. Два отряда ушли для закупки пороха и оружия. За скалой построили сарай. Раскопки закончили. Плиту от скалы отрубили, теперь поднимают. Очень быстро избавился от акцента, который так рассмешил охранников в первый день моего пребывания. Появились новые привычки, жесты, которых раньше не было, да и не могло быть! Рассматривая себя в зеркало, обратил внимание на то, что изменились черты лица. Не узнаю себя. А ещё с каждым днём всё хуже со здоровьем становится. Трудно ходить стало, очень ноги болят. Появилась одышка. К концу четвёртой недели вообще расхворался. По моим чертежам изготовили стул с колёсами и два человека возят по территории. Через двадцать дней пришёл обоз с порохом и продуктами. Две трети рва готовы, оставалось работы на неделю, не больше. Мои распоряжения выполняются без промедления, быстро и качественно. Подготовку взрывных работ поручил Лозарию. Этот с радостью взорвал бы не только стены, но и сам замок. Был уверен, работу выполнит на совесть, и не ошибся. Велико желание завладеть положением, золотом и сокровищами. Как же он радовался, когда пещеру нашли. Ведь теперь ему золотом делиться ни с кем не придётся. Он свой план придумал, как от своих людей избавиться. Злодей-тарантул. Уже считал себя всемогущим владыкой. Пятая неделя заканчивалась, до штурма, совсем немного времени оставалось. Всё это время, почти не видел лорда старшего, хотя точно знал, наблюдает за мной и в курсе всего, что делается в крепости. Общался через посыльного. Умение читать мысли не исчезло, без особого труда мог спокойно просканировать любого, даже на расстоянии, любого, но не Лорда старшего. Он что-то понял и как-то защитился. Не приближался ко мне, с головы стальной шлем не снимал. Хотя металл и не был для меня препятствием, на этот раз не мог подобраться к его мыслям. В очередной раз, рассматривая чертежи возводимых укреплений, обратил внимание на нарисованный на карте ров. Сам чертил. В одном месте перо наткнулось на выступающий ноготь над линейкой, на чертеже образовалась небольшая выемка. На которую, даже внимания не обратил, и тут вспомнил современный план территории замка. Ручей, стекавший с гор, проходил по части только что вырытого рва и стекал в долину именно в этом месте, там, где так неожиданно перо наткнулось на мой палец. Стало смешно и немного жутковато. Это значит, что изучал когда-то свои собственные чертежи? Это я изменил русло реки и уничтожил водопад? Или это другой, чьи воспоминания о детстве просыпаются в моём сознании, и чей облик начинает приобретать моё тело? Через посыльного добился личной встречи с лордом Скараотти. Объяснил, что всё готово и пещеру закрывать можно, если прятать больше нечего. В этот день пришёл второй обоз с оружием. Сопровождающие сообщили, что лес вокруг заполнен вооруженными людьми. Очень сложно пробраться в замок. Несколько человек погибли, в мелких стычках. Практически все защитники продолжали работать, возводили укрепления, заканчивали копать ров. Лозарий с громадным энтузиастом закладывал заряды пороха в крепостные стены, посмеиваясь над моей глупостью. Заряды он соединил по-своему. При взрыве одного, сработают и остальные. Намеревался взорвать стену до начала штурма. Об этом я доложил Лорду старшему. Менять ничего не стали. Дополнительную охрану к запалам выставили. С наступлением темноты из замка тайно вывели женщин и детей. Всех лишних отправили из замка. Никто не станет беженцев трогать. Не с ними воевать пришли. В замке меньше народу, нападающим легче. Не знаю, как умудрялся Скараотти прятать от меня свои мысли, но вдруг они открылись мне во всём своём коварстве. Прочел его планы и свою судьбу. Перевозил сокровища сын Лозарий с его личным отрядом. Всё продумал, до мелочей. Когда последнее перенесут и его отряд займётся раскладкой и сортировкой там в пещере, он закроет вход, засыплет яму и взорвёт остатки старой часовни, одновременно со скалой, которая перекроет русло реки. Мою персону тоже замурует, там же, в отдельном склепе. Это меня не очень пугало. Вернуться в другую реальность не могу. Книга не работает. Оставаться в этой, нет никакого смысла, стар и немощен. Вспомнил, как отрубил голову курице в прошлом, и она оказалась живой в настоящем времени. Утешал себя тем, что и со мной это произойдёт. Вот и проверю ещё одну гипотезу. Всё-таки надежда покидает последней. Приготовил книгу, и стал ждать естественной для себя развязки. Миссию выполнил. Заточение в темницу Всё так и произошло. За мной пришли, посадили в коляску и повезли в пещеру. Уже к часовне подъехали, как из неё Лозарий выскакивает, лицо дикое, ужасом перекошенное, руки к груди прижал, не просто кричит, воет волком и бежит по двору к замку. Сопровождающие меня оставили и за ним побежали. Через полчаса вернулись, и дальше к пещере повезли, а сами, случившееся обсуждают. Говорят, Лозарий жену убил и голову ей отрубил. Своим зрением заглянул в часовню. Действительно, на кровати Вилотта Туринская без головы лежит. Вся комната кровью залита. Думаю, Скараотти не простит Лозария. Вилотта любимицей была. Привезли, помогли до приступочка дойти. Посадили в небольшую нишу, приковали правую руку к стене короткой цепью. Забрали сумку с книгой. Проход заложили камнями и ушли. Молча и без объяснений. Тихо и обыденно. Сидя на небольшом каменном уступе, размышлял о происшедшем. Раньше времени как-то не хватало поразмыслить в спокойной обстановке. Всё закончилось. Теперь можно и отдохнуть. Оглядел своё последнее пристанище. Свет не нужен, вижу всё и с закрытыми глазами. Обычному человеку воздуха в этом склепе хватит примерно на час или полтора. А я нормальный человек? Сосредоточился и стал изучать собственные внутренности. Не силён в медицине, но кое-что знаю. Вот скелет, вполне сформировавшийся. А это сердце, которое качает кровь в никуда. Желудок без кишечника и лёгкие, которые дышат, просто дышат, ничего, никого и ни чем не снабжают. Последнее время мучила одышка. А что если попробовать не дышать? Остановить дыхание. Свободной рукой зажимаю нос и рот. Наблюдаю за лёгкими. Колышутся. Но ведь не дышу! Минуту, две, пять… Надоело колыхаться, и они остановились. Убираю руку от лица. Одышка исчезла. Не дышу и не падаю в обморок. Продолжаю наблюдать за своими лёгкими. Они начинаю исчезать, растворятся в общей массе. Попробую остановить сердце. Оно молотит неизвестно зачем, в холостую, да ещё и болит. Сосредотачиваюсь на сердце и пытаюсь мысленно взять его в руку и остановить. И что же вижу? Моя свободная, левая, костлявая, рука тянется к сердцу! Вот пальцы скелета касаются сердца… сжимаю. Больно. Отпускаю, боль проходит. А если вынуть его? Осторожно прикасаюсь и извлекаю наружу. Получилось. В моей руке бьётся моё собственное сердце. Незабываемое зрелище. Исчезает и сердечная боль. Осторожно кладу на каменный пол. Оно продолжает биться и постепенно испаряется. Посмотрим что с ногами. Сильно болели. Разглядываю суставы. Скрипят без смазки. Это скелет виноват. Что ещё? Желудок и пищевод? Не желает удаляться. Нет печени, нет почек. Больше ничего нет. Ладно. Времени у меня достаточно. Что-нибудь придумаю. Интересно, что происходит на поверхности? Сначала загляну в соседние помещения. Ничего особенного. Ходят, носят, складывают. Выглядываю наружу. Ночь. Разгружают и носят молча, тихо. Надо успокоиться, отдохнуть, набраться сил и подумать, как мне освободиться. Хорошо бы найти книгу, хотя и не знаю, чем она сможет помочь? Посидим, подождём. Сейчас, время стало понятием абстрактным. Из состояния размышления вывело сотрясение почвы под ногами. С потолка посыпались камни, земля продолжала дрожать, как при землетрясении. Меня сбросило с уступа и швырнуло в угол. Поднявшись на ноги, взглянул на то место, где только что находился. На уступе сидел скелет, покрытый лохмотьями и прикованный к стене короткой цепью. Я был свободен, а раз так, то делать мне здесь нечего. Осторожно приблизился к замурованной стене и прошёл сквозь неё. Ещё чувствовалась плотность моего тела, которая потихоньку исчезала. По проходам пещеры метались люди. Крик, стенания, проклятия, паника. Несколько тел было раздавлено обвалившейся породой. Ловушка захлопнулась. Лозарий со своим отрядом стал обладателем громадных сокровищ. Он этого хотел, и желание исполнилось. Вот отчего в пещере было так много костей. Теперь мне здесь делать нечего. Пойду в конец пещеры, там участок скалы самый тонкий выберусь. Первые сантиметры прохожу легко, но, погрузившись полностью, понимаю, что застрял. Виртуальным зрением вижу, осталось 30-40 сантиметров и свобода. Нет опоры. Чувствую себя, как в густом киселе. Перспектива застрять надолго не нравится. Пробую плыть, как в воде. Продвигаюсь, хотя и медленно. Вот руки уже высовываются из скалы, и голова освободилась. Как сильны человеческие рефлексы. Сердца нет, а мне кажется, что оно учащённо бьётся. Нет лёгких, а воздух глотаю, громадными глотками. Смотрю вниз, боюсь упасть и разбиться. С трудом вытаскиваю ступни из скалы и не падаю. Мир подо мной перевернулся. Иду по ровному, к вершине. Там хороший обзор. Всё-таки отдых нужен. Не физический, психологический. Подметил ещё одну странность. Больше не отношу себя к человечеству. Не считаю себя человеком. Тогда кто? Не ангел, это точно. Ещё недавно подготавливая взрывы, обрек сотни людей на гибель, ни одна клеточка в мозгу не шевельнулась от сострадания. Спасал чужое богатство, к которому безразличен, и которое мне совершенно ни к чему. Утром начался штурм. Сейчас сидя на вершине, спокойно наблюдаю, как гибнут люди в страшном сражении. Солнце к зениту подошло и в этот момент крепостную стену взрывают. Короткое замешательство и сражение возобновляется с новой силой. Здорово получилось. Уже день кончается, солнышко за горизонт прячется. Горит часть замка. Взорван пороховой склад. Кругом трупы. Море трупов, которые меня совершенно не волнуют. Сижу и думаю, что делать дальше? И всё же, надо найти книгу. Начну поиски от входа. Перемещаюсь легко и свободно к основанию старой часовни. Она разрушена. Вокруг около десяти трупов. Последние свидетели унесли с собой тайну пещеры. Обхожу всех. Вот те, которые замуровывали меня в склепе, но ни сумки ни книги. Помыслим логически. В ХХ1 веке нашёл её в подвале монастыря или часовни. Искать надо там. Как-то она попала туда? Направляюсь к развалинам и спускаюсь в подвалы. Брожу сквозь завалы и стены в поисках того помещения, куда когда-то провалился, или провалюсь. Наконец нахожу, то, что искал. Вот она, книга и сумка. Пытаюсь взять в руки. Не получается. Но чувствую внутри подобие тепла. Несколько чёрных страничек издают слабое свечение. Изучив знаки и письмена, убеждаюсь, что можно набрать 2006 год и февраль месяц. Странички перемещаются медленно, с трудом меняют своё положение, но выстраиваются в нужном мне порядке. Сосредотачиваюсь. Прямого перемещения не происходит. Нужно зеркало которое усилит эффект транспозиции. Ближайшее в новой часовне. Выбираюсь на поверхность. С неба спускаются десятки тонких световых нитей за душами убитых. Навстречу устремляются прозрачные образы людей, которые превращаются в шары и соединяются со светящимися нитями. Опускаются новые нити и подхватывают новые светящиеся шары. Их так много и так красиво. Может и мне улететь с ними? Выхожу на открытую поляну и протягиваю руки к светлым нитям. Но они обходят стороной, подхватывают другие шарики. Передо мной вход в часовню. Рядом, сквозь стену проходит белая фигура, в сад, и не обращая внимания на происходящее, устремляется в глубь двора. Вдруг всё замирает и застывает. Остановились молнии, застыли шары. Мир погрузился в тишину, и только неведомо откуда взявшееся приведение продолжает идти. Время остановилось в момент жесточайшей битвы. Трупы воинов повсюду. Кровь, отрубленные головы, руки… Воины с застывшими, озлобленными лицами замерли в неестественных позах. Произошло всё так неожиданно, неестественно. Осматриваюсь. Заходящее солнце освещает розовым светом верхнюю часть замка. Часть крыши разрушена, а над ней клубы застывшего дыма. Из окон первого этажа вырвались языки пламени и застыли в безмолвии. Вид замка напоминает картину, нарисованную широкими мазками масляной краски, в натуральную величину. Периферийное зрение перестало работать. Чтобы не происходило, а нужно спешить в часовню, к зеркалу. Прохожу сквозь дверь и застываю на пороге. На полу лежит изуродованное тело лорда Скараотти. Не успел сбежать. Пытали, предпочёл умереть, но не сказал, где спрятал золото. А вот то, что было рядом, повергло в шок. К металлическому кругу прилипло несколько душ, среди них душа Лорда, с ужасной гримасой на лице, зеркало разбито. Устремляюсь в замок. Подлетая, замечаю, как меняется окружающее пространство. Воины оживают, души возобновили движение к световым линиям, пока ещё медленно, но скоро, очень скоро всё возродится и бой продолжится. Пролетаю холл и влетаю в трапезную, и чуть не сталкиваюсь с тем самым приведением, убегавшим из часовни. Оно спешило к зеркалу, а группа воинов копьями пыталось остановить. Но двигались они ещё очень медленно, и это «Нечто» успело скрыться в треснутом зеркале. Вижу и себя в отражении, вернее то, во что превратился. Шар с мельчайшими искорками в середине. Вернее два шара одновременно, в каждой из расколотой части. Нет, не рискну. У меня в спальне есть. Скорее туда. Вот знакомая комната, вот зеркало. Оно цело. Устремляюсь в него. На мгновение комната раскалывается на части. Сверкает молния. Звёзды яркие и большие начинают вращаться вокруг. Такое уже случалось при экстремальных возвращениях. Всё стихает. Комната приобретает нормальный вид, но какой-то перевёрнутый. Встало всё с ног на голову. Люди по потолку ходят. Моя кровать прилипла и не падает, а у меня под ногами картина мозаичная. Женщина с младенцем на руках, в окружении ангелов, на стене благообразный старик на голове стоит и распятого Христа, кто-то перевернул. Похороны Пьеро Мариани Не сразу понимаю, что приплюснут к потолку. Над моей головой стол, компьютер, кровать и кто-то лежит на ней. Когда шок, после перемещения проходит и восстанавливается нормальная координация, вижу того, кем был когда-то, Пьеро Мариани. Он мёртв. Комната пуста. Зеркало занавешено тёмной вуалью. Надо взглянуть на себя со стороны. В ванной есть, взгляну там. Перемещаюсь в соседнюю комнату и встаю перед зеркалом. Ничего. Ни шара, ни дымки. Совершенно, прозрачен и невидим. Понятно, почему не мог вернуться. Пока находился в прошлом. Моё тело умерло. Посмотрим, что будет дальше. Впервые присутствую на собственных похоронах. Захоронение прошло скромно, быстро, без слёз. Насколько помню, у меня не было даже свидетельства о рождении. Похоронили в том самом месте, где находился вход в пещеру. Если бы яму копали на десяток сантиметров левее, наткнулись бы на камень закрывающий вход. В моё отсутствие здесь был разбит парк, работал фонтан, ровные аллейки и лавочки по бокам. Пригодились мои чертежи. Надгробием стала большая круглая, отполированная до блеска, плита, ставшая продолжением парковой дорожки. На ней установили чугунные скамейки. Теперь каждый отдыхающий мог посидеть на моей могиле и полюбоваться природой. Ни надписи, ни даты. Вроде и не жил никогда этот человек. А может, так и было? Внизу в пещере мой скелет, над входом в пещеру моё тело, где-то в России ещё одно, покоится на кладбище. Что-то многовато для одного человека. И что дальше? Всё происходившее, почему-то не трогало. Наступило умиротворённое успокоение. Всё ждал, вот появится тоннель с чистым белым светом впереди, и кто-то позовёт меня в мир иной. Но ничего не происходило. Бродил по замку, пугал собак и кошек, нашёл приют в одной из уцелевших башен, под крышей. Вот так и существуют неприкаянные приведения, в старинных замках. Стала меланхолия овладевать и безразличие ко всему. Уйти из замка не удается. В другую реальность проскользнуть не выходит. Во все зеркала нырял, безрезультатно. Было бы тело, шику бы на лбу набил. Сталкивался и с другими, подобными, существами, но они меня не хотели замечать, общения не получалось. Некоторые напоминали силуэты людей, но пустые какие-то, без единой мысли. Иногда посещаю бывший водопад. Это мой предел удаления от замка, Там спокойно, умиротворённо. Но стоит только забыться, задуматься, как какая-то сила всегда возвращает меня к одному и тому же месту, туда, где когда-то была часовня. Там книга. Может она притягивает? Не даёт вырваться из заколдованного круга? Спускался к ней. Холодная, мёртвая. Однажды, посещая библиотеку, обнаружил нечто странное. Интересно, как раньше не замечал – потайная комната с мощным источником нефизической энергии. Она так и манила, так и притягивала, но стоило мне только двинуться в ту сторону, всё моё сознание затмил синий свет… время исчезло… Освобождение из плена Как будто пелена с глаз спала. Огляделся, комнатка маленькая, ни дверей, ни окон. Кристалл синим светом светится. К металлическому кругу с проводами прикрепленный. Он разбудил меня и немного сознание прояснил. Так и просится, возьми в руки. Взял! Энергия его по телу разлилась, зрение периферическое в полную силу включилось, меланхолия отступила, солнышко увидел, проснулся какой-то интерес к жизни. Вроде не всё в этой жизни выполнил. Что-то не доделал. За стеной библиотека. Из комнатки вышел, осмотрелся. Это раньше библиотека была. Сейчас музей просторный. Книги старинные под стеклом, статуэтки, утварь с инвентарными номерами и аннотациями, портреты на стенах, а вот и портрет Мариани Мангариус Скараотти. Пожилая, но всё ещё красивая женщина. Моего портрета здесь не было. Интерес к жизни проснулся. Понял, что давно брожу по замку, себя не осознавая, и в комнатку эту случайно забрёл, а может, огонёк притянул, или круг железный с проводами. В нём явно энергия какая-то есть. Притягивает. Её и здесь ощущаю. Впервые о времени подумал. Какой год? Какой век? Кто я теперь? Сконцентрировался, в воздух поднялся, по залу полетал, освоился, на улицу сквозь стену вылетел. Вижу замок восстановлен полностью. Стены пластиком современным отделаны, а ведь по ночам бродил и не замечал. Нашёл календарь электронный на стене. Читаю: 13 августа, 2030 год, понедельник. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=43594196&lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 5.99 руб.