Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Персонаж Дмитрий Морозов Что позволит молодому выпускнику Академии расследований Евгению Круглову получить повышение в своём Управлении? Связи и знакомства? Увы, их у него нет. Упорный труд? Его хоть отбавляй. Но за год ему не поручили мало-мальски серьезного дела, доверяя лишь документацию. А может то, что по чьему-то приказу он отправляется на подконтрольную Земле планету, чтобы расследовать убийство? Придется погрузиться в новый мир. Мир, где он получит своего персонажа с неплохими характеристиками. Нужно лишь не ударить в грязь лицом. Но справится ли Евгений, не потеряв себя настоящего? Надо действовать, приказы не обсуждаются. ОБЛОЖКА.Бесплатный графический ресурс: http://www.freepik.com">Designed by Frimufilms/Freepik Пролог – Круглов! – громкий и грубый голос полковника Смертина заставил содрогнуться всех присутствующих в небольшом кабинете. – Чем занят? Я подпрыгнул так, что стул откатился на добрый метр. Остальные поступили так же, встав по стойке смирно. – Работаю, товарищ полковник! – ответил я первое, что пришло в голову. – Работаешь? Это хорошо, работать надо, – задумчиво произнес Смертин, глядя в пустоту. Но тут же, будто возвращаясь из своих мыслей в реальность, звучно скомандовал: – Зайди ко мне в три! Для тебя есть дело! – Так точно, товарищ полковник! – я еще сильнее вытянулся в струну и смотрел поверх головы своего начальника. – Ладно, работайте, бойцы, – удовлетворенный моим ответом, Смертин вышел из кабинета, бесшумно закрыв за собой дверь. *** На часах был почти час дня, а это означало одно – наступило время обеда. Мне нечасто удавалось поесть в это время. Но сегодня как-то по-особенному не хотелось тратить личный перерыв на рутинные манипуляции, которые никогда не кончатся. Тем более что сам полковник обещал какое-то дело, от чего я был в некотором волнении и никак не мог сосредоточиться. «Пойду, проветрюсь», – думал я, накидывая куртку. Я – это Евгений Круглов, чуть меньше года назад окончивший Академию и теперь добросовестно перекладывающий бумажки в документационном отделе Центрального Управления по расследованию преступлений планеты Земля, набираясь, таким образом, опыта. Опыт, как вы понимаете, никак не набирался, поскольку редкие выезды на места мелких краж или односложных афер не могли заинтересовать живой ум, требующий чего-то грандиозного. Но распределение есть распределение: следующие два года мне ничего не оставалось, как безвылазно сидеть тут и, повторюсь, перекладывать бумажки. Поэтому сетовать и протестовать было бесполезно. – Круглов! Круглов, подожди! – кричал мне вслед Витька Королёв, который попал в отдел практической криминалистики. «Вот это работа!» – всегда восхищался я, когда Виктор рассказывал об очередном запутанном убийстве, которое предстояло раскрыть. Честно, я даже втайне немного завидовал ему, но прекрасно понимал, что нужно потерпеть, а там и я рапорт подам. «И вот тогда начнется жизнь!» – не уставал я повторять себе. – Здорова, Круглый! Ты куда такой хмурый? – спросил запыхавшийся Королёв, который, с целью нагнать, в несколько шагов проскакивал целые лестничные пролеты. – Да, прогуляться и пообедать заодно. Иначе сдохну сидеть в этом душном кабинете! – натянув на лицо улыбку, ответил я приятелю. – Надо проветриваться. Это ты правильно! А мы, прикинь, даже не успеваем бывать в кабинете: то убийство, то грабеж, то нанесение тяжких! Жесть, короче. Весна пришла, и у этих, – он покрутил указательным пальцем у виска, – обострение началось. Теперь вот бегай за ними повсюду. Хорошо, хоть камеры дополнительные по городу развесили. Иначе была бы вообще труба! Из списка его положительных качеств, это я ценил особенно: в обществе Виктора Королева не надо ломать голову, чтобы как-то поддержать разговор, избегая неловкого молчания, которое, как правило, заканчивается стандартным рукопожатием и фразой «Ну, давай, до встречи». Витька мог говорить часами, причем не только о работе. Ареал его мыслей распространялся на безграничные пространства, оживленно захватывая все новые и новые области. Иногда казалось, что нет таких тем, в которых он бы не разбирался. Мы шли в сторону небольшого круглосуточного магазинчика. Виктор беспрерывно что-то рассказывал, оставляя мне возможность иногда вставлять пару слов в разговор. В остальном я просто кивал и улыбался, чего было достаточно собеседнику, рассказывающему не то о трупе какого-то животного, найденного в квартире потерпевшей, не то о трупе самой потерпевшей. Я давно потерял нить этого разговора, периодически проваливаясь в размышления о прошлых рассказах Королёва, в размышления о неизвестном деле, по которому меня вызвал к себе полковник, в размышления о моих дальнейших перспективах. – Ну давай, до встречи! – неожиданно сказал Виктор, оборвав свой рассказ и протянув руку на прощание. – Увидимся, – автоматически ответил я и крепко пожал его ладонь в ответ, удивившись, как быстро мы дошли до желаемого магазина. Пара человек в очереди, пара сотен наличными, и вот я уже сижу на скамейке в парке напротив, дожевывая кусок сухого бутерброда. Солнце в этот день как-то по-особенному светило. Апрельский денек выдался по-настоящему теплым, заставляя окончательно поверить – перезимовали. Зеленая трава уже проступила практически на каждом клоке земли, не просто намекая, а крича: «Вот она – я! Снова я! Зиму пережила! Мёрзла! Но ничего со мной не случилось, я выжила и снова расту, тянусь к небу!». Парк вперемежку был засажен плодовыми деревьями, на которых уже начиналось весеннее цветение, делавшее окружающее пространство еще более красивым. Молодые девушки, облачившись в легкие пальто и юбки, невесомо пробегали мимо, спеша по своим делам. И именно в это мгновение было так хорошо и спокойно, что я, облокотившись о спинку скамейки и подставив весенним солнечным лучам свою физиономию, умудрился задремать, одоленный чувством сытости. Недаром мой научный руководитель любил повторять: «Вся жизнь борьба. До обеда мы боремся с голодом, после обеда – со сном». В чувство привел звонок капитана, который благим матом, так как без него он обходиться не мог, костерил меня, пытаясь уточнить местоположение своего подчиненного в рабочее время. Взглянув на часы, я опешил – почти час прошёл в переваривании обеда! Подскочив, словно ужаленный, я быстрыми шагами двинулся в сторону Управления, параллельно застегивая куртку, накинутую кое-как. Мысли метались в голове. Манера общения моего начальства могла кого угодно вывести из равновесия. За столько времени я так и не смог привыкнуть, что капитан подобным образом общается со всеми подчиненными. У меня даже есть подозрения, что точно так же он общается со своей женой и детьми, но это было его дело. Пятнадцать минут ушло на дорогу, еще пять – чтобы подняться на этаж и дойти до кабинета. Когда я входил внутрь, на часах было уже без пяти три, а это говорило, что времени на выяснение отношений не оставалось – меня ждал Смертин. Бросив вещи на свой стул и даже не взглянув на только недавно оравшего в трубку руководителя, я быстрым и уверенным шагом направился в сторону кабинета, где в своем большом кресле утопал полковник. Это был невысокий поджарый загорелый мужчина за пятьдесят, который был военным до самого мозга костей. Всю свою сознательную жизнь он провел в казарме, поначалу исполняя, а после – отдавая приказы. Он прошел не то три, не то четыре горячие точки, участвовал в изгнании анархистов с одной из подконтрольных Земле планет, неожиданно захотевших власти, а теперь вот занимал видный пост в Управлении, отвечавшим в большинстве случаев за убийства. Точнее, за их раскрытие. – Товарищ полковник, вызывали! – постучавшись, я проскользнул в кабинет, не дожидаясь приглашения. Мне показалось, что Смертин спал, поскольку его голова была слегка опущена, а глаза выглядели закрытыми. Я ошибался. Он держал под столом свой смартфон, в котором было явно что-то интереснее, чем «зеленый» подчиненный. Я простоял так несколько минут, не решаясь больше ничего говорить, пока полковник сам не обратил на меня внимание. – Как настроение, Круглов? – мягко спросил он. Я очень удивился этому, так как не привык к подобному общению в этом здании. Показалось, что я не проконтролировал и приподнял правую бровь, а Смертин это заметил. Никакой реакции при этом не последовало. – Отличное, товарищ полковник! – Многому научился за этот год? – Так точно! – наглая ложь, дабы не показывать свое недовольство и не выглядеть жалобщиком. – А теперь правду, Круглов, и точнее. Многому ты научился за этот год? – Я научился расписываться в документах, разбираться в артикулах, распределять по папкам бумаги и относить их в архив, был на нескольких грабежах в качестве помощника оперативника и на нескольких допросах в качестве помощника дознавателя. Систематизировал практически всю отчетность за последние пять лет, а также проторил дорогу к кулеру с водой и нескольким неплохим заведениям в округе. – А мечтал, наверняка, о большем? – ухмыльнулся Смертин, который явно оценил попытку пошутить. – Так точно, товарищ полковник. – Ну, значит, будет тебе больше! – он ударил ладонями по столу и встал. – Через пару дней отправляешься на Центракс, там произошло убийство, надо расследовать его. Сказать, что я был в растерянности – ничего не сказать. Холодок пробежал у меня по спине, а ноги предательски стали подкашиваться. Они отправляют на другую планету человека, у которого нет никакого опыта в самостоятельном раскрытии преступлений. Тем более, преступлений, совершенных за пределами знакомой и комфортной территории. – Но почему я, товарищ полковник? Еще и один? – Почему один? С тобой полетит Булаков, а там вас встретят местные. Лететь куда-то не прельщало. Еще больше мне не нравилось лететь куда-то с капитаном Булаковым, о котором ходили разные толки в нашей конторе, среди которых были подозрения в нескольких допросах, совершенных с особым желанием, приведшим к смерти допрашиваемых. С другой стороны, это могло стать огромным опытом, дав возможность значительно подняться по карьерной лестнице. Сидеть в четырех стенах с этими заскорузлыми коллегами, апатично реагировавшими на любое изменение в жизни, угнетало и затягивало, словно болотная тина. Почему я сделал отдельный акцент на планете Центракс, спросите вы? А потому, что это планета, где не совершалось никаких преступлений с самого ее заселения. Но самое интересное не это, ибо не она одна славится подобным достижением. Самое примечательное, что на ней скрывается чуть ли не половина преступников нашей галактики. Если тебя подозревают в преступлении, или ты точно уверен, что ничего кроме тюрьмы не светит, то тебе прямиком на Центракс. Главные условия проживания на планете – вести целомудренный образ жизни и платить ежемесячный налог. Пока ты их выполняешь – ты желанный гость, как только оступишься – прямиком будешь сдан властям, которые тебя разыскивают. Этакая смесь Швейцарии и Мексики в одном флаконе. Идея создания чего-то подобного возникла у правительства Земли достаточно давно. И все, естественно, понимают, что создание дополнительного неиссякаемого источника прибыли не застаивается в умах руководства нашей планеты. Спустя пару лет всё было реализовано: найдена планета, которую привели в божеский вид, построили недешевое жилье и соответствующим образом оформили документы с указами, в соответствии с которыми достать новых переселенцев практически невозможно. За это Землю недолюбливали представители остальных планет, находящихся в составе Единой Федерации. Однако ничего не поделаешь – комар носа не мог подточить в существующем законодательстве, да и инцидентов кровопролития – единственного способа вмешаться в дела Центракса – не было. До этого случая. Он мог поставить под угрозу существования многомиллиардный источник прибыли, за которым теперь пристально наблюдали миллионы пар глаз. Глава 1. Сборы Остаток дня я провел в раздумьях. Узнать что-то большее и конкретное от полковника не удалось. Он фактически выгнал меня из кабинета, пообещав дать полный инструктаж позднее. Не то у него в тот момент была запланирована встреча, не то он просто сказал первое, что пришло в голову, лишь бы сплавить. Но факт оставался фактом. Не было дано каких-либо инструкций, и я был в полном неведении. Фактически я получил приказ сделать то, чего раньше мне делать не приходилось – расследовать убийство. До отлета в первую командировку оставалось два дня, которые обещали быть насыщенными с точки зрения ожидания и предвкушения. Открою секрет. С самого детства за мной тянулся небольшой грешок: я никогда не мог спокойно дождаться какого-либо события. Стоило кому-то пообещать рассказать какую-либо тайну, как я не мог усидеть на месте и всегда требовал объяснений здесь и сейчас. Несмотря на обстоятельства, окружающую действительность, свидетелей, или, как часто говорят, «уши». Родители и близкие друзья знали эту мою нетерпеливую особенность и иногда пользовались ею, чтобы поизмываться. Видимо, совпадение, но Смертин интуитивно давил на больное, поскольку отправил меня восвояси из своего кабинета, обещав «всё потом». К концу рабочего дня в кабинет вошел улыбающийся Булаков. – Сидите, сидите! – скомандовал он на наши попытку вскочить с места при появлении старшего по званию. – Ну что, салага, – обратился он уже ко мне, вместе полетим! Я только от Смерти вышел (в узких кругах у полковника было несколько кодовых обозначений, одно из которых – Смерть). Говорит, чтобы я приглядывал за тобой, а то маленький, вдруг потеряешься! – он грузно уселся напротив и залился неприятным хрипловатым смехом, пару раз хлопнув по столу ладонью. Я не понимал, что можно ответить этому неотесанному человеку, который вызывал отторжение у всякого, кому приходилось с ним сотрудничать. Именно поэтому я промолчал, усердно делая вид, что занят заполнением очередного отчета, периодически косо посматривая на своего нового напарника и начальника одновременно. Если судить с точки зрения профессиональных заслуг, то Булаков был одним из лучших: процент раскрываемости преступлений была одним из лучших, позволяя его отделу быть всегда на верхних строчках, дисциплина под его началом была на высоте, прочие показатели тоже не отставали. Именно поэтому его держали, и он был там, где есть сейчас. – В общем, смотри. В пятницу вылетаем, бери с собой все самое необходимое, типа щетки, там, мыла, трусов, – улыбка не сходила с его лица. – В первый раз выбираешься из кабинета? – Да, товарищ капитан. – Ну и отлично! На недельку выберешься из своих завалов, – он посмотрел на стопки бумаг на столе. – Развеюсь, – добавил я, чем допустил ошибку. – Развеешься ты в крематории, – посерьезнел он на мгновение, после чего вновь заулыбался, обнажив свои желтоватые зубы. – Так точно! – Ну ладно, пойду я. Завтра можешь уйти пораньше, с твоим договорюсь, – подмигнул он, вставая со стула. Под «моим» он подразумевал капитана Пулькина, который в эту минуту не было в кабинете. Он в очередной раз отлучился пораньше, требуя прикрытия. Это было неважно. Я был очень рад уйти пораньше в четверг, что означало появление дополнительного, пусть и маленького, выходного. Меня, однако, не оставляли мысли о деле, на которое нас отправляют. Посему я решился задать логичный вопрос: – Товарищ капитан, разрешите обратиться? – Ну, валяй, – он стоял вполоборота. – А есть какие-то подробности дела? Что расследуем, кого убили? Хотелось бы быть в курсе до приезда на место. – Эх, Круглов, если бы я знал. Меня не посвящали. А знаешь, что? – Что? – внимательно спросил я его. – Подумай лучше над тем, почему отправляют двух ничем не примечательных следователей, один из которых и не следователь пока вовсе, на дело такого масштаба, – он вновь подмигнул и направился прямиком к выходу, не сказав больше ни слова. А я задумался. Действительно: планета Центракс находится под пристальным наблюдением Единой Федерации, которая так и ждет осечки землян. А тут убийство, которое может поставить крест на существовании этой фешенебельной тюрьмы. И расследовать дело отправляют не лучших кадров, зарекомендовавших себя как минимум в пределах Федерации, а обычных специалистов, хоть Булаков был и не так плох. *** Вечер я провел в гордом одиночестве в попытках хоть как-то отвлечь себя от вихря мыслей и предположений. Отчасти у меня это удалось: вкусный чай и интересная книга сделали свое дело. Примерно во втором часу ночи я мерно посапывал в кресле, видя цветные сны. Утро четверга началось как обычно. Толкучка в общественном транспорте с потными людьми, «разбор полетов» на утренней планерке, текучка в виде писем. Однако одно отличалось: я решил-таки набраться наглости и записаться на повторный прием к Смертину, чтобы получить хоть какую-то информацию, раз уж я выбран для расследования. Вариантов развития событий было два: я попадаю под горячую руку, получаю выговор, никуда не лечу, или того хуже – буду уволен, либо полковник будет радушен, что позволит выкроить информацию и спланировать свои действия. Хлопотливость – вот вам еще один порок, которым я был награжден и владел почти в совершенстве. Примерно в три часа дня я умудрился попасть к руководителю Управления в кабинет. На этот раз помещение было ярко освещено, а сам Смертин стоял у окна, за чем-то с интересом наблюдая. Я поприветствовал руководство в соответствии с уставом и встал как вкопанный в ожидании ответной реакции. Во время ожидания мне удалось изучить фотографии, висевшие в рамках на стене. Изображено было предсказуемое: места боевой славы, совместные кадры с однополчанами, почетные снимки с руководством города и даже страны. – Ты никогда не думал, почему отправляют именно вас? – полковник, не оборачиваясь, неожиданно поставил меня в тупик своим вопросом. Второй раз меньше чем за сутки я слышал одно и то же. Вопрос, на который никто, и уж тем более я сам, не мог дать ответ. Были только беспочвенные догадки и размышления, которые ни к чему не могли привести. – Вооот, – протянул Смертин, подняв указательный палец после того, как повернулся, – я долго думал и у меня есть мысли по этому поводу. – Разрешите полюбопытствовать? – я смотрел перед собой, всё ещё не надеясь получить внятный ответ. – Ты – самый молодой в нашем отделении. Это раз. Наверняка, ты играл и до сих пор играешь в разные игрушки на компьютере? – И? – я сделал недоуменное лицо, не понимая, к чему клонит полковник. – Так вот. На планете местные запустили какую-то виртуальную фигню, которая ужас как популярна. Поэтому им, наверное, нужен человек, который разбирается во всех этих штуках. А ты, говорят, у себя в академии каким-то там чемпионом был? – Но, товарищ полковник, это было давно. Вряд ли это имеет какое-то отношение к делу. – Уж не знаю. Но мне кажется, тебя взяли из-за этого. А Булаков едет с тобой как опытный следак, который будет связывать нити с твоей помощью. Все стало еще более запутанным. При чём тут мои достижения в игровых чемпионатах? И как это может быть связано с убийством человека? – Ну что, справишься? – торжественно спросил Смертин. И, не дожидаясь ответа, продолжил: – Завтра утром вылет. На всё про всё у вас неделя, после чего я жду от вас преступника, полного доклада, ликования правительства Земли и утертого носа Федерации. – Простите, – запинаясь, я решил уточнить, – а если мы не найдем того, кто это сделал? Полковник улыбнулся и очень тихо ответил: – Я думаю, мне не надо объяснять тебе последствия, если Центральное Управление ударит лицом в грязь? Да, объяснять мне было не надо. Я прекрасно понимал, чем грозит провал. Как минимум, выговором и штрафом. Как максимум – увольнением по статье за несоответствие, невозможностью устроиться на работу и позором до конца дней. Утрировано, конечно, но когда тебе не больше двадцати пяти, то ты гипертрофируешь значение трагедии. – Но если вы справитесь, Круглов, – он продолжил тем же голосом, – то, поверь, заслуги оценят по достоинству. Тут же моя фантазия смоделировала мечтательный образ повышения, личный кабинет, службу в более интересном отделе, большую зарплату и всё то, чего желает рядовой клерк. – У тебя всё? – Смертин вернул меня в кабинет. Я, пару раз недоуменно моргнув, кивнул, после чего отдал честь и вышел. В тот день я работал недолго. Капитан Пулькин, как и обещал Булаков, отпустил меня пораньше, дав одно единственное напутствие: «Удачи, Круглов. Не подкачай». Но и это было удивительно слышать из его уст, так как среди четырех слов не затесалось ни одного матерного. Вечер прошел сумбурно и в сборах. И если с одеждой всё было более или менее понятно, так как она хранилась в одном единственном шкафу, то с мелочевкой было сложнее. Я очень долго искал чехол от зубной щетки. Нашел. Положил в него щетку. Потом понял, что утром надо чем-то чистить зубы. Вытащил щетку и поставил ее в стаканчик на место, сложив рядом чехол, чтобы не забыть. Предполагая, что жить мы будем гостинице, я не стал брать мыло с шампунем. Часы, валюта, телефон, записная книжка, ручка, очки. Вроде, всё. Была примерно полночь. Я посмотрел на собранный чемоданчик небольшого размера и понял, что Булаков меня на смех поднимет, когда увидит, что я собрался аки пенсионер на дачу. Пришлось вычленять из всего самое необходимое, упаковывая это в небольшую дорожную сумку. Около двух часов ночи, вымотанный, я бросил это неблагодарное занятие и уснул на диване. Всего лишь неделя. Устроил тут, понимаете ли. Глава 2. Новость – Сколько лететь до Центракса? – я вжался в кресло и вцепился в подлокотники мчащегося сквозь пространство космолета. Внешне могло показаться, что у меня крутит живот. Так оно, собственно, и было, только больше от страха, чем от съеденного накануне. Я никогда раньше не летал на подобном корабле. Тем более, на такие расстояния. Были небольшие перелеты в гости к друзьям к ближайшим планетам в зоне досягаемости небольших крейсеров. Но если сравнивать масштабы кораблей, то тут я был в восторге и замешательстве одновременно. В полете даже немного звенело в ушах от создаваемого давления по всему телу. – Часов десять, думаю. Не меньше, – Булаков спокойно допивал уже пятую по счету чашку кофе, не отрываясь от какой-то развлекательной передачи на экране телевизора в подголовнике переднего кресла. Десять часов! Нужно продержаться всего десять часов, и мы снова будем стоять на земле. Ну как на земле – на том, из чего состоит Центракс. По информации в Едином справочнике, содержащем большинство основ и данных Федерации, преимущественной составляющей Центракса была галактическая пыль, сдобренная всякими металлическими примесями. Так что не исключено, что мы летели в какие-то шахты. Или на вулкан. Мне кажется, что во время полета я переделал всё: почитал, посмотрел кино, даже поспал. Столько часов в замкнутом пространстве сводили с ума, так как для меня такое было впервой. Конструктивные особенности космического корабля не подразумевали иллюминаторов с открывающимися видами. Максимум – монитор перед глазами и бесплатные простейшие напитки, включенные в стоимость билета. Летели мы экономом. Большего ЦУ нам не выделило. Успешно пройдя скачок, все расслабились и разбрелись по салону в поисках досуга. «Уважаемые пассажиры! Через десять минут Шаттл EVSA-501 совершит посадку на планете Центракс. Пожалуйста, займите свои места и пристегните ремни». Этот приятный женский голос разбудил меня. Помню, что я тогда очень удивился. Обычно капитанами кораблей назначаются мужчины. А тут голос был женский, причем, весьма приятный, что удивляло вдвойне. Я подумал про невероятное равноправие в галактических масштабах: доверить такие расстояния и класс космического судна женскому полу. Нет, что вы, я не сексист, но есть ряд профессий, которые по гендерному признаку, на мой взгляд, лучше разделять. И управление гиперпространственным шаттлом в их числе. Примерно через пару минут наш корабль неплохо тряхнуло, чем напугало пассажиров. Скорее всего, мы вошли в атмосферу планеты. Но и тут командир корабля успокаивающим голосом разложила информацию по полкам, заверив, что всё в порядке. Всё и вправду было в порядке. Иллюминаторы раскрылись, и я с трудом разглядел отрывшуюся действительность, свысока никак не отличимую от земной. Разве что многоэтажек практически не наблюдалось. Почувствовав удар колес о твердую поверхность и сильное замедление, которые свидетельствовали об успешном приземлении, пассажиры окончательно расслабились. У трапа нас встретил мужчина средних лет, облаченный во все черное. – Круглов Евгений и Булаков Михаил? – услышали мы, как только дошли к основанию лестницы. Он точно знал, как мы выглядим, не выискивая лица из многочисленного количества гостей планеты, и потому обратился напрямую. – Да, мы, – грубо ответил капитан. Я в ответ лишь кивнул. – Прошу в машину, я провожу вас к месту вашего проживания. – Не надо, – скомандовал Булаков. Отвези нас сразу на место преступления, а после – в местное управление. Сразу к делу! – Как скажете, – почтенно пробубнил наш провожатый и забрал багаж. Мы уселись в роскошный автомобиль, который передвигался на воздушных подушках. Интерьер, если позволите так выразиться, выглядел по-королевски, создавая ощущение и видимость сытой жизни вкупе с технологическим превосходством. На Земле я лишь несколько раз встречал подобные автомобили. А тут в принципе не было другого транспорта. Всю дорогу мы провели в тишине, наслаждаясь пейзажем. Путь пролегал по скоростному шоссе, вдоль которого то и дело мелькали дома из красного, желтого, белого кирпича, утопавшие в густой зелени деревьев и кустарников. Меня не покидали мысли о том, что беглые преступники неплохо устроились, скрываясь от преследования. Не каждый, конечно, мог себе позволить остановиться на Центраксе. Но тот, кто мог, жил припеваючи. Единственное, что смущало – отсутствие хоть кого-то на улице. Город, куда мы прилетели, выглядел неестественно пустынным. Будто предвосхищая вопрос, Гревс заговорил: – Сейчас жара, поэтому все дома. Еще и за рейтингами следят. – За какими рейтингами? – поинтересовался я. – У нас есть виртуальный мир, своего рода – игра. Запущена была полгода назад. Сегодня там турниры, вот все и следят за рейтингами игроков. – Турниры? – Не беспокойтесь, никто не пострадает. Играют искусственно созданные персонажи. Каждого еще нужно прокачать, чтобы попасть на оный. – Прокачать? Роботы, что ли? – недоуменно подал голос уже капитан, все это время вникавший в нашу беседу. Я слегка снисходительно посмотрел на него, понимая, что будет сложно, если тут как-то замешана виртуальная реальность. Было очевидно, что Булаков никогда не был связан с игровым миром, поэтому вряд ли у него сразу получится уловить суть. – Развивать, товарищ капитан. Покупать ему дополнительную броню, оружие, ускорители, – параллельно жестикулировал я, увидев его непонимающий взгляд. – Простите. Ускорители, или бафф – временное усиление или какое-то заклинание. В общем, чтобы игрок мгновенно становился сильнее, быстрее или умнее. – Так. И как он его должен использовать? Пить или есть? – Капитан, давайте я вам всё покажу на примере, когда мы увидим эту игру. Мы же увидим игру, Гревс? – я посмотрел уже на водителя в зеркало заднего вида. – Д-д-а. Только нужно доехать до какого-нибудь трансляционного экрана, – неуверенно ответил он. – А когда мы до него доберемся? – я продолжал давить, почувствовав со стороны капитана некоторую вседозволенность. Мне слегка льстило, что в данном случае я в чем-то превосходил напарника. Он даже не обратил внимания на мое панибратское отношение к нему, продолжая слушать диалог и с интересом узнавать что-то новое. – Примерно через пару минут мы приедем к месту преступления. Там и будут экраны. В доме хозяина. – Отлично! – я удовлетворенно откинулся на сиденье и продолжил пялиться в окно. Как и обещал Гревс, через пару минут мы свернули с трассы на небольшую улочку, по которой проехали мимо нескольких домов, остановившись напротив типичного двухэтажного особняка. Крыша жилища была покрыта необычной красной черепицей, на пике которой красовался флигель в виде неизвестного для меня существа. Не то дракон, не то курица. Видимо, местная живность. Строение в полной мере соответствовало требованиям зажиточного гражданина Земли, желавшего владеть загородным пентхаусом, куда бы он наведывался по выходным отдохнуть от городской суеты. – Улица Сметная, дом 42А. Мы приехали. Капитан первым вышел из машины и, не дожидаясь инструкций провожатого, направился прямиком к воротам. Я не стал его догонять, предпочтя уточнить некоторые подробности у Гревса. – Скажи мне, пожалуйста, Гревс, а сами хозяева сейчас дома? – Хозяин этого дома проживает один. И он сейчас внутри. – Неужели, он настолько увлечен, что не может выйти и встретить представителей закона? – удивленно спросил я у него, глядя на пустующую аллею перед воротами. Гревс посмотрел с некоторым недоумением, после чего выдал то, о чем я даже не подумал: – Он и есть жертва. Потому и не может выйти. На лице водителя не отражалось никакого отвращения или страха. Будто в доме сейчас не было трупа, который лежал там уже несколько дней, будто планета не дискредитировала себя и сейчас не находится на грани аннулирования под пристальным наблюдением Единой Федерации, будто все ее обитатели не могут отправиться прямиком в места не столь отдаленные. Немного погодя ко мне все-таки вернулся дар речи. – Отлично! Пойдем внутрь! Булаков, вон, уже ломится! Глава 3. Первый опыт Дом был действительно большой и красивый. Я никогда не понимал, зачем нужно такое жилище, если твоя семья не состоит как минимум из десяти человек. Но у богатых свои причуды. Входная дверь была опечатана. Аккуратно сорвав пломбу, мы вошли внутрь и очутились в большом холле, который был украшен дорогим мрамором. Кто вообще сейчас использует мрамор? Вправо и влево через арочные проходы уходили коридоры, через которые можно было попасть в гостиную и каминный зал, где хозяин дома любил релаксировать после каждодневного ничегонеделания. А прямо посередине комнаты располагалась широкая лестница, украшенная позолоченными перилами и ведшая на второй этаж. – Где и когда был обнаружен труп? – пробасил Булаков. – Господин Брегль сейчас у себя в игровом пункте на втором этаже. Насколько мне известно, пять дней назад его обнаружили уборочные машины, которые вышли по своему графику. – Они ничего не трогали? – Я не знаю. Меня не посвящали в суть дела. Я лишь водитель в местном управлении и знаю только то, что дозволено знать. – Пять дней человек находится в своем доме, и никто не позаботился даже перевезти его тело в морг? – я вновь был весьма возмущен подобного рода отношением к делу. – Он же протух там за эти дни! Я увидел недоуменное выражение на лице Гревса, будто я сейчас задал вопрос о цвете и свежести его нижнего белья. Но он, сумев совладать с собой, через мгновение выдал: – Хозяин этого дома – криазон. С ним ничего не случилось за эти дни. Поверьте, – его зрачки даже немного расширились. Нам ничего не дало его объяснение. По крайней мере, мне, поскольку капитан спокойно и уверенно пошел наверх. Я последовал его примеру, в надежде прояснить ситуацию и уже в дальнейшем отталкиваться от фактов. Мы поднялись, повернули налево, прошли вдоль коридора, оклеенного чем-то бежевым и приятным глазу. На всем пути нам встречались весьма интересные картины, висевшие с особенным вкусом. В итоге мы уперлись в дверь, которая вела в игровой пункт. Она тоже была опечатана, что вновь не помешало нам попасть внутрь. Игровой пункт, или другими словами – обычная комната, напичканная кучей экранов, процессоров и охлаждающих емкостей, выглядела весьма необычно и в то же время – заурядно, оправдывая своё название. Типичная комната богатого геймера. Все мониторы были включены, и на каждом из них транслировалось одно и то же сражение гигантов, молотивших друг друга. Я видел увороты, различные заклинания, обманные маневры. Всё было как в играх, которые я видел много раз. Мы проигнорировали зрелище, поскольку все наше внимание привлекло кресло, стоящее перед самым большим монитором в центре комнаты. Из-за полутьмы не сразу удалось разглядеть, но подойдя ближе, я застыл. В большом игровом кресле сидел двухметровый синий гигант, из всего тела которого торчало нечто похожее на сосульки. Я готов был поклясться, что он немного подтаял, так как отражал свет от экранов. Однако, в общем и целом, он неплохо сохранился для пятидневного трупа. Устанавливать причину смерти было необязательно – прямо из центра головы в области человеческого темечка торчал тонкий нож с красной гравированной рукояткой. Из раны просочилось несколько капель голубоватой жидкости, вероятно, крови. Глаза жертвы были закатаны таким образом, что зрачок был едва виден, а белок отливал синевой. – Что, Круглов, застыл? Первый раз видишь инопланетянина? Я кивнул. – Вот из-за того, что наша планета слишком изолирована, вы не видите тех, с кем приходится иметь дело! Зато, какое начало карьеры! – он хрипло усмехнулся, натягивая белые силиконовые перчатки. – Как здесь включить свет? Гревс дважды хлопнул в ладоши, и помещение озарилось ярким светом, от чего пришлось прищуриться. Как только глаза привыкли к освещению, мы взглядом стали рыскать по углам в поисках улик и зацепок. Господин Брегль буквально-таки отливал, отражая потоки ламп, и в действительности оказался намного светлее. Вся его правая рука была облачена в металлическую перчатку, прикованную к креслу, от которой тянулась небольшая гибкая пластиковая трубка, уходившая куда-то в основание. Видимо, последние секунды жизни вызвали сильный мышечный спазм, от чего конечности криазона были неестественно скрючены. – Что у него на руке? – спросил Булаков, фотографируя приспособление. – Это переместитель. Благодаря нему можно попасть в игру. Связующее звено между мозгом игрока и сервером игры, – не отрываясь от экрана, ответил Гревс, который с куда большим интересом наблюдал за сражением. Периодически он даже подергивался в моменты, когда отдельный бугай пропускал сильный удар или заклинание. Возможно, схватки были сопряжены с тотализатором, что только подзадоривало интерес публики. Эту мысль я отметил в записной книжке. Как и то, что жертва не сопротивлялась, позволив убийце войти в дом, незаметно подкрасться сзади и нанести удар такой силы. – С ним кто-нибудь еще был в день убийства? Знакомые, родственники друзья? – спросил Булаков. – Я заметил камеры по всему дому. Что по ним? – Я не знаю, – повторил сказанное ранее Гревс, уже отвлекшись от экрана и посмотрев на капитана. – Ладно, узнаю все в местном Управлении. Круглов, вытягивай! – он уставился на меня, после чего взглядом намекнул на кинжал в голове. – Заберем орудие убийства. Я с ужасом посмотрел на напарника. Вытаскивать ножи из голов мне еще не доводилось, поэтому я немного стушевался. – Да ладно тебе, Круглов, не ссы. Я буду голову держать, а ты тяни. Ножичек-то плотно в черепушке засел, хрен достанешь один. Переступая через свою брезгливость и отвращение, я подошел к креслу со спины и собрался уже схватиться за нож, чтобы вытянуть его. Но резкий крик Булакова заставил отпрянуть. – Куда без перчаток! Тебя чему вообще учили в Академии?! Действительно, опростоволосился, как первокурсник. Вмиг исправив оплошность, я с куда меньшей брезгливостью и большей внимательностью взялся за дело. Кинжал плотно засел в голове жертвы, так что пришлось приложить не только усилия, но и сноровку, чтобы вытянуть его. Примерно через пять минут он уже был в плотно закупоренном пакете, а я снимал покрывшиеся голубой слизью перчатки, попахивающие чем-то неприятным. – Ну, давай! Даваай! – голосом ярого болельщика закричал Гревс, который все это время не отводил глаз от экрана. Удивительно, как сильно может захватить азарт, перебив все остальные чувства, в том числе и самосохранения. – Гревс, мы закончили! – скомандовал капитан, но не удостоился вниманием нашего провожатого, который продолжал следить за сражением. Я, к слову, тоже принялся наблюдать. Эти схватки мне напомнили годы обучения в Академии, когда я еще жил в общежитии, а не в казенном жилье. Мы тогда частенько собирались компаниями в самой большой комнате, чтобы сразиться в приставку. Я никогда не понимал этих бродилок, сражений, прокачки персонажа. Мне больше по душе была скорость, которая заставляла не только концентрироваться, но и почувствовать себя свободным. К сожалению, только пара человек разделяла мою страсть. С ними-то мы и вышли сначала на академические, потом на районные, городские и региональные соревнования, занимая там достаточно высокие места. Думаете, я был звездой и кумиром? Нет. Виртуальные гонки собирали максимум три с половиной зрителя, которым, мне кажется, было просто скучно дома. Потому они и наблюдали за нашими потугами. А вот такие сражения, которые сейчас были передо мной на экране, были популярны, собирая на международном уровне чуть ли не стадионы. К сожалению, я не особенно следил за ними, зная лишь общие принципы и правила. – Почему их трое? – спросил я Гревса. – Сейчас, подождите! – отмахнулся он, чем вызвал во мне некоторую злость и раздражение. Я, конечно, не злопамятный, но память у меня хорошая, поэтому я еще припомню ему эту отмашку при удобном случае. Один из троих дерущихся на поле битвы погиб, оставив после себя амуницию и крестик на физиономии в правом верхнем углу рейтингового списка. Гревс повернулся ко мне и почти плачущим голосом сказал: – Простите. Меня захватил азарт. Я поставил на него почти всю зарплату, а теперь вот… Мне даже стало его жаль, но это чувство исчезло под влиянием предыдущего. – Знаешь, Гревс, как минимум – неуважение отмахиваться от человека, задавшего тебе вопрос. Как максимум, с учетом обстоятельств – преступление! – пытался я поставить его на место. – Ну, вы же задали вопрос по сражению, а не по убийству, – опустив глаза в пол, нашелся мой собеседник, чем поставил меня в тупик. Капитан, все это время с улыбкой наблюдавший за диалогом, наконец, вставил свое слово: – Улики мы собрали, все сфотографировали. Поехали в Управление, надо узнать подробности и отправить сюда кого-нибудь, чтобы вынесли тело. – Тела никуда не выносят, – оживился Гревс и посмотрел на Булакова. Встретив его вопрошающий взгляд, он добавил: – Их сжигают вместе с имуществом, которое было у покойного. – То есть, как это, сжигают? – Завтра в три часа дня дом будет подвержен локальному купольному уничтожению, а на его месте отстроят другой по эскизам нового жильца, который прилетает на следующей неделе. – Вот как? Тогда быстрее поехали в Управление! Глава 4. Знакомство Путь до Управления расследований планеты Центракс был неблизким. Мы добирались закоулками примерно сорок минут, пока не уперлись в серое невысокое, но массивное здание, стоявшее на пустыре и окруженное невысокой живой изгородью. Тогда я вновь подумал о нецелесообразности наличия такого строения, если, по логике, преступлений тут происходить не должно. «Задам как-нибудь этот вопрос при удобном случае», – подумал я. – Вот мы и приехали, – пробубнил Гревс, который припарковался прямо у входа. – Дальше я с вами не пойду. На проходной в курсе, что вы прибудете, поэтому вас пропустят без проблем, – обернулся он. – Ваши вещи я отвезу к вам домой. Как только я понадоблюсь – позвоните, – он протянул визитку. «Раурус Гревс К. Ломун. Управление по расследованию преступлений. Планета Центракс. +326314756714» Мы вышли из машины, поднялись по высоким ступеням и вошли через главный вход, двери которого были раскрыты нараспашку. Как и обещал Гревс, нас действительно ждали, поскольку лишь бегло просмотрели документы и пропустили внутрь, указав расположение кабинета руководителя управления. Лифт достаточно быстро довез нас до последнего этажа. На что я обратил внимание, так это на то, что по пути нам встречались разные люди: афроамериканцы, белые, азиаты, у каждого из которых было грустное выражение лица. Даже Булаков сделал акцент на том, что ходят они все как в воду опущенные, что весьма странно. Один – возможное допущение, два – случайность, все – какая-то аномалия. Прояснилась ситуация достаточно быстро, благодаря подслушанному разговору между сотрудниками, мерно беседовавшими в коридоре. Как оказалось, ребята на этой планете действительно массово делают крупные ставки на бои, получая свою порцию адреналина. Видимо, многие поставили не на того. – А! Господа Булаков и Круглов с Земли! – радостно воскликнул начальник Управления, к которому мы едва успели заглянуть в кабинет. – Очень приятно! Проходите. Присаживайтесь, – подскочил он со своего стула, приглашая сесть на диванчик в углу кабинета. – Чай? Кофе? – Я бы от кофе не отказался, – сказал Булаков. – А я бы от подробностей преступления, – добавил я. Бросив на меня неодобрительный взгляд, начальник Управления, капитан Олдвиг нажал на кнопку на своем столе и попросил секретаря принести три чашки кофе. – Вот все, что у нас есть, – он бросил на журнальный столик у дивана тонкую папку с несколькими листами. А сам уселся в компактное кресло, стоявшее напротив, закинув ногу на ногу. – И это все? – с явным презрением Булаков пролистал несколько страниц. – Да, больше ничего нарыть не удалось. Погибший Джерумус М. Брегль – бежавший научный сотрудник с планеты Крион, на которой, как вы понимаете, обитает раса криазонов, – последние слова он слегка протянул, напомнив мне мою учительницу по литературе, общавшуюся с учениками как с умственно отсталыми. – По одной версии, его обвинили в убийстве коллеги, от которого зависела какая-то там разработка, по другой – он сам украл эту разработку и бежал, чтобы не дать завершить ее исполнение. Как бы то ни было, сами понимаете, нам не интересно, почему он тут. Самое главное для нас – деньги и порядочность. А деньги он платил хорошие и всегда вовремя. Уж не знаю, откуда он их брал, если был простым ученым, но нареканий к нему не было. И порядочности было тоже не занимать. Ученые, – он жеманно взмахнул рукой. – Круг общения? Друзья? Родственники? Подруга, в конце концов? – Нет. Погибший вел замкнутый образ жизни с момента, как прилетел к нам. – Вы хотели сказать, убитый. Давно он здесь? – Три месяца уже прошло. Говорят, он неплохо продвинулся в виртуальном мире, но в схватках никогда не участвовал, предпочитая лишь изучать вселенную. Так что взять с него было нечего. – А могу я взглянуть на его персонажа? – я вклинился в разговор. – Только оценить визуально. Доступ к персонажу блокируется, как только владелец умирает. – А кто создатель игры? – задал я неожиданный для меня самого вопрос. – Ну, я имею в виду, с кем можно связаться, чтобы получить этот доступ? Немного замешкавшись, видимо, тщательно продумывая свой ответ, Олдвиг заговорил: – Ну, есть общая почта, по которой можно связаться, телефон техподдержки, службы продажи кресел и аккаунтов. – Вы не поняли. Кто создатель? Кто владелец игры? – Ну, это… правительство, – запинаясь, ответил он. – Правительство Центракса запустило игру, чтобы развлекать своих жителей? – удивленно недоумевал Булаков. – Да. Но только не Центракса. – В смысле? – голос капитана становился громче. – Земли. *** – Вот сволочи, – бесился Булаков, когда мы переступили порог дома. – Хитрые сволочи, Круглов, хи-тры-е! – указательным пальцем он тыкал куда-то в потолок. – Мало того, что преступников скрывают, и бабки с этого имеют хорошие. Так они еще и самолично подоить решили и без того кормящую корову. Нет, чтобы сторонняя организация занималась. Молодцы! Но все равно сволочи! – Согласен, товарищ капитан. – Да хватит тебе – "товарищ", "капитан". Егор Васильич я, ты ж в курсе. Так что прекращай. – Как скажете, товарищ… Егор Васильевич. Взглянув на меня в момент этой запинки, он устало улыбнулся, взял свою сумку и, неожиданно успокоившись, молча пошёл на второй этаж выбирать комнату. На неделю пребывания на планете для проживания нам выделили двухэтажный дом. Не такой, конечно, роскошный, как у жертвы, но вполне себе приятный. Обставлен он был простейшей мебелью, похожей на мебель из всем известного землянам шведского магазина. В холодильнике на кухне был полный набор продуктов, а журнальный стол был завален свежей прессой. Я понимал, что на двух следователях сэкономили неспроста: наверняка, как только мы улетим, от этого дома останутся одни воспоминания, и его постигнет участь каждого из опустевших домов планеты. Но мне было все равно, важно лишь найти преступника. Ноги гудели от усталости. Незаметно для себя мы в общей сложности потратили почти весь день на дорогу, ознакомление, сбор улик, общение с местными правоохранителями и прочее. Стрелка на часах указывала на половину четвертого дня. Пока Булаков обустраивался у себя в комнате, я не преминул возможностью перекусить парой бутербродов, запить все это молоком, которое оказалось на удивление вкусным, и вытянуться на мягком диване в гостиной, чтобы хоть как-то приглушить тяжесть в конечностях. Дремота не заставила себя долго ждать. Выдернул меня из сонного состояния Егор Васильевич, который уже бодро вошел и скомандовал: – Подъем, сонное царство! Преступник не спит! В одной руке у него была чашка кофе, в другой – такой же бутерброд, какие отправились в меня полчаса назад. Капитан не стал заморачиваться с поиском других продуктов в холодильник, увидев те, что лежали ближе остальных. – С чего начнем, Круглов? – Нужно сделать запрос руководству игры, чтобы нам открыли доступ к персонажу, и мы могли войти, – я сел, продирая глаза. – Уже! – сквозь чавканье пытался внятно говорить мой напарник. – Я хочу посмотреть, – встрепенулся я, – а также познакомиться с самой игрой. – Вот это ты правильно рассуждаешь. Давай! Там наверху такой же командный пункт с мониторами, как у жмурика был. А мне пока надо кое-куда съездить. – Может, с вами? – Не-а, – помотал он головой, – не трать время. Я через несколько часов буду. Я поднялся с дивана, дошел до холодильника, налил себе еще молока и сделал бутерброд. Ну что, посмотрим, кто ты такой – мистер Брегль. Глава 5. Онлайн Игра – виртуальная ролевая игра. В этот момент на ум мне пришло несколько творений Близардов, которые создали легендарные вещи в этом жанре. Каждый зарегистрированный игрок имел своего персонажа и был вправе распоряжаться им по своему усмотрению. Хочешь быстрого развития? Пожалуйста! Играй круглосуточно или вкладывай деньги. Без последнего, как я понял, там не обойтись. Особенно после достижения определенного уровня, иначе придется пахать в минус. Хочешь сохранять нейтралитет? Тоже велкам, только не жалуйся потом, что тебя обокрал какой-нибудь авантюрист в погоне за легкой наживой. Вот поэтому каждый уважающий себя игрок имел оружие, которое мало-мальски могло отпугнуть врагов и обеспечить защиту. Вопрос в другом: насколько эффективное и мощное оружие вкупе с умениями были в твоем распоряжении. Были в этой игре и торговцы, и неигровые персонажи, и прислуга. Да-да, некоторым было куда более комфортно пресмыкаться и служить, нежели добиваться и развиваться. Это из какого-то раздела психологии, который мы изучали в Академии, только я уже и не помнил из какого. Ну и куда же без ботов, которые весьма органично вписывались в картину. В общем, весьма интересная затея в полной виртуальной реальности, где можно делать, что угодно, и тебе за это ничего не будет. Уже после были созданы бои, от которых тут все фанатели, и которые с завидным постоянством опустошали кошельки болельщиков в тотализаторе. Я почему-то был уверен, что и тут все было схвачено, и победа или поражение кого-либо из бойцов зависели от общей суммы средств, которые были поставлены на кон. Само собой, это были всего лишь мои предположения. Но беспочвенны ли они? Еще тогда я осознал, что руководство Земли убило двух зайцев одновременно, запустив эту виртуальную реальность. Согласитесь, если вы серийный убийца или патологический вор, то очень сложно отказаться от всего в один момент. Тем более, когда получаешь убежище на планете, карающей за твоё преступное хобби. Именно поэтому и запустили нечто подобное, одновременно удовлетворяя жажду крови и пополняя бюджет. Одна лишь проблема нарушала идиллию – труп живого существа, который уже не мог продолжить играть с последней точки сохранения. Каждый раз, когда я пытался получить какие-либо дополнительные сведения о персонаже или локации, я получал запрет. Вам отказано в доступе. Информацию может получить только зарегистрированный пользователь. Естественно, кнопки «Зарегистрироваться» или «Авторизоваться» нигде не было, что еще больше раздражало. В бессмысленном мыкании по одним и тем же доступным полям меню я провел много времени, досконально изучив персонажа. Был он, к слову, весьма заурядным, если сравнивать с теми бойцами, кого я уже видел. Броня и оружие пятого уровня, несколько эликсиров и изученных заклинаний, какие-то непонятные мне предметы, выбрав которые я получал приевшееся «Заблокировано». Оставалось только ждать, поскольку Булаков, надеюсь, уже направил запрос на получение доступа. Только тогда я мог получить разгадку. Были и другие пути продолжить расследование, однако посмотрев на часы, я понял, что никто здесь уже не будет мне помогать. Про восстановление видеозаписей с камер наблюдения, выдачу ордера на диалог с соседями убитого и прочими возможными свидетелями не могло быть и речи. Все потому, что они привыкли работать по строгому регламенту, который не нарушается ни при каких обстоятельствах. Как я это понял? Недовольство начальника местного управления, когда вместо традиционного кофе, с которого начиналась любая беседа, я потребовал у него подробности дела. Крик в одном из кабинетов, мимо которого мы проходили, где сотрудница отказывалась перерабатывать лишние пару минут своего обеда. Пунктуальность Гревса, который не хотел проводить с нами дополнительные несколько минут. Некоторая расслабленность местных немного удивляла и раздражала. «Эх, к нам на Землю бы их сейчас, взвыли бы белугой» – мечтательно подумал я и откинулся в кресле, поняв тщетность усилий. Завтра утром я сделаю все, что задумал. А пока можно расслабиться. – Ну что, нарыл что-нибудь? – оторвал меня от моих размышлений капитан, который бесшумно поднялся на второй этаж и сейчас стоял в дверях. – Никак нет, Егор Васильич! – я подскочил и тяжело боролся с желанием обратиться по званию. – Собирайся. Поехали. – Куда? – Как куда? Ты же хочешь попасть в игру, чтобы подробности разузнать? – спросил он удивленным тоном. – С Земли ответ пришел! С разрешением. Теперь вот поедем в отдел продаж, где тебе кресло выдадут. Индивидуальное, – он протянул последнее слово, подчеркивая его значимость. – Так время же уже позднее, никто не работает. – Для нас теперь все работают, Круглов, стоит только захотеть, – подмигнул Булаков. Когда мы вышли из дома, уже давно стемнело. Но ночь не была похожа ни на одну из ночей, которые я видел на Земле. Темное небесное покрывало было ясным и усеяно ярчайшими звездами, до которых, казалось, можно дотянуться, стоит лишь забраться на какой-нибудь высокий холм. Слева и справа на небе я видел два полумесяца, которые зеркально отражались друг от друга. Воздух был пропитан озоном, будто совсем недавно прошел сильный летний дождь, оставивший после себя свежесть. Из-за этого дышалось невообразимо легко, даже чувствовалось легкое покалывание в носу. Где-то вдалеке слышался треск сверчка, или того, кем он мог быть здесь. И, самое главное, было пустынно, ни души. Выйдя со двора и дойдя до дороги, мы остановились. Булаков закурил в ожидании чего-то. Где-то через минуту я понял, чего он ждал: вдалеке показался силуэт автомобиля, освещавшего себе дорогу желтым светом фар и бесшумно двигавшемся нам навстречу. Через минуту я увидел за рулем авто нашего старого знакомого. Гревс был, как всегда, одет с иголочки. Пригласив нас внутрь, он очень быстро повел машину в направлении, ведомом только ему. Хорошо ведомом, так как, проехав по каким-то дворам и срезая путь по небольшим улочкам, уже через двадцать минут мы остановились у белого здания, напоминавшего ракету, готовившуюся к запуску. Только конец ее был тупым, заканчиваясь вертолетной площадкой. Вокруг здание не поддерживали опоры, как это бывало с летательными аппаратами прошлого поколения. Всё вокруг так же выглядело пустынным. Но и немудрено, рабочий день давно закончился. Ни в одном из окон, кроме верхнего этажа, не горел свет. Заурядный сюжет фильма ужасов или триллера, где на последнем этаже восседает босс или чокнутый профессор, фанатично штампующий монстров в пробирке. В принципе, так оно и было, только с небольшой прозаичной поправкой. Половина здания сдавалась различным сторонним организациям, чтобы фирма, владеющая этим чудом инженерной мысли и производящая игровые кресла, могла хоть как-то существовать. Еще год назад она процветала, бизнес рос, пока росла потребность в их продукции. Но в какой-то момент, достигнув пика, бизнес пошел на спад, ибо игра была ограничена только одной планетой, на которой проживало определенное количество игроков, не планирующих менять старые добротные кресла на новые, пусть и чуть более продвинутые. Экономика, хорошо зарекомендовавшая себя на Земле, когда новая модель чего-либо выходит каждый год и сметается покупателями взамен старой, на этой планете не сработала. Потребительский спрос тут был слишком ограничен. Именно поэтому кресельных дел мастера остались восседать там, куда проще было добраться с первого этажа – на верхнем этаже, куда вел собственный лифт. Поднявшись, мы попали в какое-то будущее, где каждый сантиметр пространства намекал, что эта часть здания существует в следующем веке, но при этом готово вас принять к себе. Белейшие стены из неизвестного мне материала создавали причудливые изгибы, напоминая борт космического корабля. Все твои движения сопровождались комментариями и подсказками приятного женского голоса, всюду следовавшего за нами. Потеряться в лабиринтах туннелей, каждый из которых имел свое кодовое обозначение, было сложно, ибо Серена (так назвала себя голосовой помощник) привела нас прямиком в отдел исследований и разработок. – Вы пришли в место своего назначения. Кресло игрока ждет вас, Круглов Евгений с планеты Земля. Оно откалибровано под ваши мозговые импульсы, в него введены протоколы нерезидента, оно готово к использованию. Можете присаживаться, – мягко скомандовала Серена. Мы с капитаном переглянулись. Больше в помещении не было никого, каждый процесс, каждое движение было автоматизировано, сводя к минимуму труд человека или кого угодно, следовательно, уменьшая вероятность ошибки. Я снял с себя пальто и оглянулся в поисках вешалки. Только я подумал отдать его капитану, поскольку ни одного крючка или стула в комнате не было, как в белой лакированной стене образовался проем, откуда появилась металлическая рука, аккуратно взявшая у меня верхнюю одежду и спрятавшая ее где-то в глубине. – Ни хрена себе сервис, – пробасил Булаков, который также снял куртку. Операция с рукой повторилась. – Давай, Круглов, садись. Я следить за тобой буду, так как ничего не понимаю в этих ваших штучках. Булаков был хорошим следователем, но не самым выдающимся пользователем техники. Поэтому, возможно, меня отправили с ним. Я с легкостью запрыгнул в белое игровое кресло, устроил поудобнее свой зад, сложил руки на подлокотниках и откинул голову, упершись в подголовник. Капитан стоял рядом и смотрел на меня в ожидании следующего шага. Я замер, не зная, что произойдет дальше. А дальше мне в шейный позвонок воткнулась тонкая игла, через которую в тело прыснула какая-то жидкость, в результате чего меня практически парализовало. Я даже не мог закричать от резкой боли, успев лишь сжать подлокотник и немного скорчить лицо. Булаков заметил мои страдания и кинулся освобождать напарника, но голос Серены остановил его: Не стоит его трогать. Он в процессе синхронизации с игрой. Нам нужна его ДНК и микрокапля мозговой жидкости. Сейчас боль пройдет и процесс запустится. И правда, спустя несколько секунд боль прекратилась, а я ощутил прилив теплоты и расслабленности по всему телу. Тут же мои конечности окутали металлические обода, создав что-то вроде перчаток и поножей. Глаза стали закрываться, а сам я почувствовал, как отправляюсь в сладкое и дремучее путешествие в царство Морфея. Я уснул. Но ненадолго. Секунд на десять, как мне сказал капитан. Ровно до момента, пока его голос не пробудил меня, но уже в другом мире: – Круглов! Круглов, проснись! Ты онлайн! Глава 6. Тридцать шесть часов Я завис в воздухе. Я чувствовал, что сейчас неподвижно парю над землей. Я ощущал свое тело: отдохнувшее, свежее, полное сил и энергии. Открыв глаза, я увидел перед собой зеленую поляну, которая простиралась во все стороны вплоть до подножия гор, окружавших меня со всех сторон. В лицо мне дул прохладный теплый ветер, который едва касался моих волос, заставляя средней длины локоны приходить в плавные движения, повинуясь потоку воздуха. Я выставил перед собой руки: ладони были облачены в черные перчатки с дырами в области костяшек. Осмотрев себя с ног до головы, я увидел черную обтягивающую водолазку и черные не менее обтягивающие штаны. На ногах красовались ботинки похожие на обувку легкого пехотинца: удобная кожаная обувь, явно предназначавшаяся для бега, приятно облегала. «Стоп, почему у меня волосы?» – я схватился за голову, на которой красовалась шевелюра длины чуть больше средней. За все годы обучения и службы я не позволял себе стрижку, отличную от полубокса, как называл ее мой парикмахер. А тут у меня аккуратно стриженные и уложенные волосы молодого стиляги. Тот, кто создавал моего персонажа, явно черпал воображение из глянцевых журналов. «А мне даже нравится» – я продолжать наслаждаться своим новым внешним видом и процессом парения в воздухе. – Круглов, ты как? – послышался голос Егора Васильича в голове. – Я тебя вижу, Круглов. Ты тут, на экране как в игрушке. А сам вон лежишь и храпишь, – с насмешкой сказал мой напарник. – Что дальше, товарищ капитан? – привычку никак не выбить из человека. Введите имя персонажа. Перед глазами примерно в трех метрах от меня возник небольшой экран, на котором было незаполненное поле. А под ним красовалась кириллица, призывавшая обозвать моего персонажа в игре. Соблазн был огромен. Ведь я мог обозваться по-разному: «Великий Шерлок», «Всемогущий следователь», «Лучший сыщик» и прочая лабудень, которая под натиском различных обстоятельств приходит в неокрепший ум при запуске очередной бродилки. Но быстро совладав с этим чувством, я банально ввел свое имя. Фамилия, к сожалению, не уместилась, так как доступно было лишь десять символов. Здравствуйте, уважаемый Евгений. Добро пожаловать в игру. Настройки откалиброваны под ваш запрос. Вам доступен базовый уровень исследователя. Допуск ко всем игрокам – открыт. Допуск ко всем локациям игрока Брегль – открыт. – Здорово. Как теперь на землю спуститься? – почему-то сказал я вслух, надеясь просто получить ответ в виде надписи. Все желания осуществимы. Не успел я закончить предложение, как невесомость закончилась. Вместо инструкции, я неожиданно для себя рухнул плашмя, и, как заправский паркурщик на полусогнутых сделал оборот и спружинил, встав в полный рост. Обувь и одежду я не ощущал – настолько удобной она была, не стесняя движения. Усталости тоже никакой не было, а жажда первопроходца двигала вперед. Меня не покидали мысли о том, что я, возможно, первый человек в игре, который одновременно не является резидентом Центракса и преступником. Необычно было ощущать себя значительно не похожим на всех остальных. Но не было страха, только интерес и авантюризм. Вам доступен импульсный пистолет второго уровня. Справа на бедре возникла кобура, в которой красовалось черное оружие. Матовая рукоять пистолета была анатомически подстроена под ладонь своего владельца. Я был уверен, стоит мне взять оружие в руки, как оно ляжет в руке как влитое, будто делали его специально для меня. Но делать этого не хотелось. Вам доступен боевой кинжал «Рабинок». Вам доступно удаленное хранилище. На вашем счете 1000 золотых. Уровень 1. Прогресс 0 из 100. Здоровье 500. Сила 27. Разум 42. Ловкость 26. Восстановление 3. Это базовые навыки, доступные вашему персонажу. С развитием персонажа доступные умения и навыки будут расширяться. Все подсказки вы можете получить, вызвав информационное меню. Удачи. Огромный для меня список данных мелькал перед глазами в попытках вызвать приступ эпилепсии. К счастью, я не был подвержен этому пороку, посему с достоинством выдержал и даже умудрился что-то запомнить. Сначала меня заботил способ вызова информационного меню. Джойстика у меня нет, клавиатуры – тем более. Как это делалось, когда ты управляешь персонажем, будучи в самом персонаже непонятно. Но все оказалось проще, чем я думал. Нужно было просто подумать, как перед тобой всплывал полупрозрачный экран, на котором емко отражалось то, что только что мелькало перед глазами. Здесь я мог увидеть всё интересующее и даже больше. Хоть список был достаточно скудным. Азарт и желание прокачаться, чтобы узнать, чего можно добиться, завладели мной, но тут же были остановлены голосом капитана, напомнившим о первоочередной цели моего пребывания тут. – Круглов, ты долго будешь стоять? Тут время идет, у тебя час остался. – Какое время? – удивленно среагировал я. – Слушай, как тебя там, – капитан, видимо, обращался к Серене, – что за отсчет времени идет? Оставшееся время пребывания Евгения Круглова в игре. Срок его пребывания ограничен лицензией, оплаченной заказчиком, – услышал я голос нашей провожатой, чуть вдалеке. «Значит, я не могу тут находиться столько, сколько мне заблагорассудится» – расстроился я. Эти жмоты, зарабатывая в час столько, сколько я не заработаю за всю жизнь, поскупились оплатить мне неограниченное время, выделив лишь час для первичного ознакомления. Оставалось непонятным, зачем всё это затевалось, если ставятся подобные ограничения. – Серена, что включает моя лицензия? – разговаривал я уже с нашей помощницей. Подключение к игре два раза в сутки по три часа с перерывом девять часов. Желаете узнать подробности лицензии? – Ну давай. Срок действия лицензии – шесть дней. Доступ санкционирован только из здания SKU. Каждое подключение сопровождается полной записью происходящего с уточнением подробностей и последующим рапортом. По окончании срока действия лицензии персонаж Евгений подлежит деактивации и отправке в Архивный док. Срок хранения персонажа в доке – один год. У меня было всего шесть дней по шесть часов. То есть, тридцать шесть часов на то, чтобы узнать все подробности игры, узнать возможных свидетелей или подозреваемых, разобраться в ситуации и остаться невредимым. «Охренеть», – подумал я и глубоко вздохнул. Капитан Булаков, видимо, более болезненно осознал всю сложность ситуации, так как уже его вздох оглушил меня. – Тридцать шесть часов, Женек, слышал? – Слышал-слышал, – немного погодя ответил я. Вызвав меню, я хотел узнать единственное место, которое мне теперь и пока было известно – Архивные доки, где, вероятно, хранились в памяти подробности о действиях нашего покойника в игре. – Серена, построй путь до Архивных доков. Чтобы попасть в Архивные доки, вам необходимо переместиться в локацию Транзия. Расстояние до пространственной норы – три километра. Желаете вывести маршрут на основной экран? Судя по всему, подсказок и помощи я мог ждать только от информационного помощника, встроенного в моего персонажа. Я отказался от маршрута и карты, предпочтя только стрелку с направлением. Так было намного привычнее и не отвлекало. «Ну что, всего лишь маленький шаг для человека…», – родилось в голове, после чего я уверенно двинулся туда, куда указывал мой новоявленный навигатор. Глава 7. Локация Шел ли я эти три километра? Нет, я бежал! Это был самый настоящий бег. Но, что самое удивительное, я его не чувствовал. Ни одышки, ни тяжести в ногах, хотя практики тяжелой физподготовки у меня не было давным-давно. Но все получалось как-то легко и естественно. И от того, что было легко, мне нравилось находиться здесь все больше. Свежий воздух, заливной луг, на котором колосилась трава одинаковой длины как под копирку, легкость во всем теле. Похоже, создатели игры перенесли маленький рай, который создали на Центраксе, ещё и в виртуальную реальность, чтобы богачам было максимально комфортно. До Пространственной норы осталось пятьсот метров. Судя по навигатору, она была как раз за этим огромным каменным выступом у подножия. Стоило только свернуть. Пробежав до этого три километра и даже не запыхавшись, я, не останавливаясь, смело забежал за выступ, торчащий из земли, надеясь увидеть какой-нибудь заурядный проход, типа двери. Если отталкиваться от слова «нора», то это могла быть даже дыра в земле. Но такого я не ожидал. Удар в грудь! Настолько сильный удар, что я отлетел на добрых пять или шесть метров, не успев сгруппироваться и, тем более, не ожидая чего-то подобного. Всё помутнело, а видимое пространство вокруг пульсировало слегка красным, будто сердце выскакивало наружу. Вам нанесен урон 100. Перед глазами всплыло меню, которое ласково сказало, что я помимо всего прочего еще и оглушен. Смешанные чувства охватили меня. В ушах звенело, голова была будто чужая. Но к моему удивлению все быстро вернулось на круги своя, а показатели здоровья постепенно начали восстанавливаться. Пульсация прекратилось, звон сходил на нет. Я прекрасно понимал, что будь я в реальной жизни, то от такого удара вряд ли бы оправился, а моя грудь добралась бы до спины, отправляя меня на тот свет. Родственники уже бы бронировали место на кладбище, оплакивая моё искалеченное тельце. К счастью, это не был реальный мир. Я поднялся на ноги и обернулся, чтобы увидеть своего обидчика. Передо мной стояла двухметровая детина, облаченная в нечто среднее между нарядом неандертальца и воином феодальной эпохи. Набедренная повязка из шкуры животного сильно контрастировала с кожаными латами коричневого цвета. Огромное лицо, выбритое клоками, скалилось в мою сторону. В руках этот древний человек держал массивную дубинку, выточенную из цельного и очень плотного куска дерева. Как я понял, что оно плотное? Спросите у моих мозгов, которые чуть не расплескались, пока я кувыркался от неожиданной встречи с этим орудием. – Плата! – пробасило существо. Пошлинник локации Транзия. Уровень 5. Здоровье 2200. – Плата! – уже более настойчиво и грубо выкрикнул этот жлоб, перекидывая свою палку из руки в руку. Рефлексы сотрудника правоохранительных органов не заставили себя долго ждать. Выхватив пистолет, я несколько раз выстрелил в противника. Подобного оружия я никогда не держал в руках. Оно не стреляло классическими пулями, как было привычно. Из ствола вылетали голубоватые сгустки не то энергии, не то воздуха, влачащие за собой небольшой шлейф. Пошлинник умело уклонялся, но пару раз я все-таки попал. Вы нанесли урон 25 Вы нанесли урон 23 «Всего-то?» – подумал я удивленно, отпрыгнув в сторону, с целью увернуться от ударов своего противника, который со своей дубиной был эффективен в ближнем бою. Я еще раз посмотрел на пистолет. Импульсный пистолет второго уровня. Урон 20-35. Критический урон х4. Вероятность критического урона 25% Вновь оценив состояние противника, я с ещё большим удивлением обнаружил, что его две двести остались неизменными. У амбала была чудовищная регенерация, не то, что у меня. Как стало понятно, «Восстановление» – это количество здоровья, восстанавливающегося в секунду. Мне, чтобы восстановить сто показателей, требовалось больше тридцати секунд. – Круглов, ты охренел? – орал Булаков. – Ты десять минут в игре, а уже с кем-то там сцепился! Мне теперь даже поссать не отойти? Следить за тобой надо? – не унимался капитан. – Но он первый начал! – оправдывался я, как нашкодивший ученик третьего класса, продолжая стрелять и уворачиваться. – Плати пошлину и не выпендривайся! – Кааак? Он теперь меня убить хочет! – кувырок, выстрел, снова кувырок и бежать. – Серена, как с ним заговорить? – орал Булаков. – Вызвать меню диалога, – спокойным бездушным голосом посоветовала наша помощница, которой явно было все равно на складывающуюся ситуацию. – Легко сказать! – орал я. Но тут же осекся, так как перед глазами всплыло то самое меню. Желаете оплатить пошлину за проход между локациями? (Внимание! Пошлина будет увеличена в связи с конфликтом): 1. Согласиться на оплату – 150 золотых 2. Отказаться от оплаты. «Охренеть, сто пятьдесят золотых просто за то, чтобы пройти куда-то там» – пронеслось в голове. Хотя деньги всё равно были не мои. Справиться с пошлинником я не смогу, а двигаться надо. Я согласился, после чего заметил разительные изменения в поведении оппонента. Он встал как вкопанный и отпустил дубинку. В это же мгновение за ним появился маленький серый шар, наполненный жидкостью. Мне он напомнил шарик ртути, который разлетался в разные стороны, когда разбиваешь градусник. Помню, пару раз в детстве я допускал подобную неосторожность, после чего с мокрой ваткой залазил во все злачные щели в полах квартиры, чтобы достать эту отраву. Кто-то сказал, что ртуть в открытом виде жуть как опасна. И с тех пор градусники в руках детей стали великой фобией всех родителей. Маму и папу эта напасть не обошла стороной. Вследствие чего они всегда бережно относились к градусникам, а после очередного разбитого мною прибора приобрели электронный. Скажу откровенно, я никогда не слышал о случаях отравления от разбитого градусника. Но сейчас эта субстанция передо мной постепенно росла, становясь все больше в объемах. Достигнув размера баскетбольного мяча, расширение прекратилось, а меню снова напомнило о себе. Доступ открыт. Пространственная нора готова к использованию. Со счета списано 150 золотых. Я усмехнулся, сравнив классическое понятие норы и то, что видел в эту минуту. – Что дальше, Егор Васильич? – Откуда я знаю. Подойди к этой хрени. Посмотрим, что дальше. Легко ему говорить – подойди, и посмотрим. Он там, а я здесь. Глубоко вздохнув, я несмело направился навстречу неизведанному. Пошлинник никак не отреагировал на меня, когда я проходил мимо. Оплата прошла, и гневный запал защищать проход всеми силами пропал. Я обратил внимание на то, что продумана до мелочей была не только визуализация, но и запахи – от него ужасно воняло потом и экскрементами. Видимо, такая работа требовала жертв и была не самой чистоплотной. Подойдя ближе к переливающейся матовыми бликами сфере, я протянул к ней руку. Единственное логичное действие, пришедшее в мою голову. Не успев ничего сообразить, я заметил только яркую вспышку, после которой в глазах появились всем известные зайчики, когда насмотришься на процесс сварки. Это быстро прошло, как и сменился пейзаж. Теперь я был в промышленном районе века эдак девятнадцатого. Массивные строения из красного кирпича давили отовсюду, заставляя почувствовать себя маленьким существом в этом мире гигантов. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/dmitriy-morozov-18842101/personazh/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 69.90 руб.