Сетевая библиотекаСетевая библиотека
Тау Мара. Контролер Владимир Кощеев Тау Мара #2 Когда ничего не помнишь, а из всего имущества – только поврежденный нейроинтерфейс, самое время поселиться на краю цивилизации. Если повезет – вспомнишь прошлое и познаешь радости мирной жизни, а нет – окажешься посреди лавины порожденных вирусом «БиоТек» мутантов, обезумевших от голода и безнаказанности рейдеров и пытающихся поддерживать порядок киборгов.И если Каратель сгинул в пламени, уничтожившем бункер Очкарика, может быть, настало время появиться Контролеру?В оформлении обложки использована иллюстрация DarkGeometryStudios "Advance super soldier" с сайтаshutterstock. Пролог Из выпуска StarNews: «…корпорация «БиоТек» выражает соболезнования семьям погибших. Мы понимаем, что деньги никоим образом не заменят вам потерянных братьев, отцов и сыновей, но это – наш способ выразить наши соболезнования…» «Напоминаем, три года назад адмирал Максвелл, герой трех галактических корпоративных войн, вывел свой флагман на орбиту изолированной колонии Тау Мара. После чего бесследно исчез. Получивший приказ провести расследование исчезновения флагман «Святой Иосиф», под командованием адмирала Заринского, в данный момент срочно укомплектовывается. «Мы понимаем, пройдет время, прежде чем мы окажемся на месте пропажи Максвелла и его людей, но надежда есть всегда», – заявил адмирал Заринский на пресс-конференции» Часть I. Глава 1 С глухим чмоканьем топор вошел в колоду. Половинки полена покачнулись и рухнули в пожухлую траву. Я отпустил гладкое топорище и прихлопнул севшего на плечо комара, привычно ощутив под пальцами грубые полосы шрамов. Дернув ручку, выругался – инструмент зашел на два пальца, плотно засев в старом пне. Пришлось расшатывать понемногу, не спеша. Выдернув освобожденное лезвие, подобрал первую часть чурки и установил на колоде. Взмах, удар. Со щелчком разлетелась древесина. Щепки брызнули в стороны, присоединившись к собратьям, по щиколотку наваленным под ногами. Вздохнув, закончил со второй половиной и подобрал нарубленные дрова – на сегодня хватит. Пять минут, чтобы разложить поленницу под деревянную кровлю сарая, повесил топор на вбитые в стену гвозди и протопал к старой бочке с дождевой водой. Отфыркиваясь, ополоснулся, смывая пот и налипшие чешуйки коры. Дверь небольшого лесного домика хлопнула, выпуская женщину в простом домашнем халате. Ей немного за тридцать, в пламени рыжих волос прослеживалась первая седина, лицо отмечено парочкой шрамов – один перечертил левую глазницу, второй надорвал тонкие губы. – Закончил? – хрипловатый голос приятно пощекотал слух. Не знаю, где бы я был, если бы не Марта. Когда меня притащили в эту забытую богом деревню, я был в бреду. Не знаю, как так получилось, но доктор смогла поставить меня на ноги. Долгие полгода реабилитации, пока учился заново двигаться, она была рядом. Малик говорил, когда я выбрался из шахты, смог перебить два десятка рейдеров, вот только после – рухнул без движения. Бывшие рабы притащили меня сюда, в Олл-Три. Марта решила, что всему виной разрывы не до конца восстановившихся мышц. И, надо признать, походило на правду, потому что боль была ужасной. А еще тяжелее было осознавать себя беспомощным куском мяса, не способным даже поссать без посторонней помощи. Я кивнул. Говорить все еще сложно – голосовые связки приходилось тренировать, как и все тело. Так что пока мой максимум – тридцать-сорок слов в сутки. Иначе глотка адски болит, в ней словно застряло битое стекло, при каждом неосторожном звуке разрезающее мышцы изнутри. Доктор подошла ближе и внимательно всмотрелась мне в лицо. Единственная, кто не кривился при виде испещренного чудовищными рытвинами обугленного человека. Сам я, впервые увидев отражение в зеркале, даже сказать ничего не смог – за шрамами и сочащимися гноем ранами не представлял, как выглядел раньше. Что за человеком я был? Хрен его знает. Женщина ласково погладила меня по плечам, я обнял ее в ответ. Вот такая вот, мать его, любовь. Мое молчаливое присутствие в жизни доктора помогло вдове справится с горем, а мне – давало возможность бороться за жизнь. Порою накатывала тоска и чувство безысходности, и только близость Марты помогала держать себя в руках. Оглядев двор, я повел доктора внутрь. Все больше холодает, осеннее небо вот-вот принесет снежные тучи. И мир снова замрет, превратившись в бесконечную череду похожих друг на друга дней. В этот раз я хотя бы ходить могу, прошлые зимы хотелось выть от безделья и бессилья. Сложенный из кирпичей широкий камин щелкал тающими щепками. Пыхтел, наполняя комнату вкусным ароматом мяса, вместительный котел. Несколько светильников, расставленные по помещению, создавали ощущение уюта и покоя. Стоило нам зайти в дом, Марта упорхнула возиться с готовкой. Я же размял пальцы, похрустев суставами, и, сев в плетеное кресло, взялся за деревянные дощечки – местные дети играли такими, изображая сражения, я же восстанавливал моторику. Получалось не очень хорошо, но здесь, на самом краю мира, ничего другого не было. Временами доктор обещала купить у очередного каравана нормальное оборудование, вот только платить ей было нечем. Это с деревенскими можно рассчитаться продуктами или услугами врача. Караванщикам Альянса и, уж тем более, «Стальных сердец», нахрен не сдались услуги деревенского доктора. Им требовались гильзы и кредиты, но те было просто негде достать, если не хочешь, конечно, расстаться с патронами, которых и так не хватает. Мутанты Олл-Три не беспокоили. По словам Марты, слишком далеко от очагов поражения, но я подозревал, дело в усиленных разъездах боевых киборгов, старательно зачищающих Тау Мару от всех, кто не слишком напоминает человека. К счастью, мою обожженную рожу они за мутацию не воспринимали. А вот рейдером ничего не мешало периодически потрепать нервы мирному населению. И если бы не купленные у Альянса еще до моего появления турели, приходилось бы не сладко. Другое дело – боеприпасы кончались, купить новые толком не на что, и новое появление бандитов, готовящихся пережидать зиму по своим норам, не за горами. – Ужин готов, – нависнув так, что тяжелая грудь легла мне на плечи, шепотом сообщила Марта, и мягко поцеловала мою обезображенную лысину. – Пойдем есть? Отложив импровизированный тренажер, я кивнул, и последовал за женщиной в кухню. Грубо сколоченный стол – моя гордость – покрывала пожелтевшая и украшенная множеством пятен скатерть. Марта шутила, что эта расползающаяся тряпка – все ее наследство от родителей, так что не так много приданого она мне может дать. В такие моменты глаза моей спасительницы мутнели, а я стискивал зубы и сжимал кулаки. Любили ли мы друг друга? Да хер его знает, но эта женщина сделала для меня невероятное. Без нее я точно отбросил бы свои закопченные копыта, так что как только смогу нормально двигаться, сразу же найду способ хоть как-то отплатить за ее доброту. В очередной раз пообещав себе, что буду форсировать восстановление всеми возможными способами, улыбнулся сидящей напротив Марте и взялся за деревянную ложку. * * * Обняв слабо улыбающуюся во сне женщину, осторожно выбрался из постели. Прохладный пол ожог ступни, стрельнувшая в коленях боль заставила дернуть покореженной щекой. Света из окна, занавешенного тонкой тканью, хватало с лихвой, чтобы не споткнуться о стоящий посреди комнаты стул. Оперевшись на его спинку, я медленно, стараясь не шуметь, двинулся к ванной. Прикрыв за собой дверь, щелкнул переключателем, зажигая свет. Однажды, вот так же ночью, обнаружил, что прекрасно вижу почти в полной темноте. Но говорить об этом никому не стал. И так в деревне ходят слухи, что Марта приютила мутанта. Хорошо хоть в лицо не говорят, но как только смогу – сразу же припомню всем слишком говорливым, что порой молчание может спасти здоровье. Почему я такой злобный? Откуда-то из темноты памяти всплывали не воспоминания, а ярость. Слепая и беспощадная, она требовала карать и мстить, беспощадно уничтожая всех, кто этого заслуживает. И с каждым днем бороться с рвущейся наружу ненавистью становилось все сложнее. Я не боялся навредить Марте, но вот некоторые жители Олл-Три явно заслуживали показательной порки. Взглянув на себя в маленькое зеркало. Что за зверь скрывается за этими шрамами? Урод в отражении смотрел на меня с отвращением. Не знаю, как у доктора хватило духа не только сидеть рядом со мной, но и спать вместе. Пожалуй, она видит во мне кого-то, кто лучше, чем я есть… Скривившись, провел рукой по лысой голове. Когда сойдут последние шрамы, возможно, на ней снова появятся волосы. Может, к тому времени я уже вспомню, кем был. Поразительно высокая регенерация, по словам Марты, в скором времени полностью восстановит мое тело. Но она ничего не говорила о памяти, просто не зная, вернется ли она. Да и хотел ли я вспомнить, что за чудовище спряталось под коркой страшных шрамов? Даже сейчас, глядя на себя в зеркало, чувствовал, как отвратителен тот, кем я был. Доктор не знала, а я не спешил делиться мыслями, что лучше бы память не возвращалась никогда. Здесь, на отшибе Олл-Три, я могу прожить спокойную мирную жизнь. Жизнь, в которой у меня будет семья, может быть, будут дети. Простая жизнь деревенского жителя, со своими мелкими тревогами и заботами. С добродушно улыбающимися при встрече соседями, небольшим хозяйством и горсткой подрастающих детишек, что в свое время займут наше с Мартой место. Я уверен, прошлый я был бесконечно одинок и озлоблен на весь мир. Каждый раз глядя в зеркало, чувствую на себе холодный взгляд, требующий крови. Крови и страданий. Ополоснув лицо холодной водой из жестяного умывальника, потянулся за висящим на стене полотенцем, но замер с протянутой рукой, не отрывая взгляда от отражения. Затянутый в красную боевую броню солдат смотрел на меня с презрением и отвращением. Глаз не было видно, но кожей чувствовалось – он меня ненавидит. Я моргнул, и видение пропало. Ледяная рука страха прошлась от поясницы к голове, заставляя сжаться и стиснуть зубы. Что это? Память? Сумасшествие? Вцепившись в полотенце, словно оно могло спасти, с силой зажмурил глаза. Потому что рука была закована в красные металл костюма. – Модифицированная экспериментальная боевая броня класса «Рейнджер» Марк 54, – всплыл в голове холодный женский голос. Сжав ткань в пальцах, я судорожно принялся стирать воду с лица. Хотелось содрать кожу и кричать, ужас и страх потерять рассудок схватил липкими пальцами за сердце. Я словно завис в паутине, и чем дольше пытался придти в себя, тем сильнее запутывался. Перед глазами мелькали какие-то лица, лес, огромный робот, тут же растаявший, как свеча. И в конце – изуродованная чудовищным огнем женщина, вплавленная в землю так, что уцелела лишь рука и голова. – Забери мой чип, – тот же голос, но уже полный страданий, прозвучал из ее рта. От резкой боли и злости сердце забилось неожиданно мощно, разламывая изнутри ребра, рвясь наружу. Ухватившись за грудь, я скривился от обессиливающих ударов, попытался уцепиться за раковину, но пальцы соскользнули, и я оказался на полу, с трудом вырывая каждый вздох и обезоруживающей боли. – О черт! Ты в порядке? Передо мной показались женские ноги. Похоже, разбудил Марту грохотом. Мир снова потемнел, в ушах грохот, будто стою на дне реки. – Идем, – подхватив меня под руку, доктор двинулась к спальне. Борясь с накатывающим беспамятством, краем сознания уловил идущего рядом со мной солдата в красной броне. На этот раз шлема не было, на меня холодно смотрел молодой парень с жестоким выражением лица. – Мирная жизнь, значит? – моим голосом усмехнулся боец, вскидывая в руках энергоружье. – Херня это полная. Не может быть у нас мирной жизни. Все, что мы умеем – это убивать! Он обернулся к хлопочущей вокруг меня Марте и, хмыкнув, потер подбородок прикладом. – Надо же, она совсем не похожа на Алису. Что ты сделал с моим телом? Но я не ответил, просто отключился. Выполняется диагностика. Обнаружены значительные повреждения. Время отладки – неизвестно. Обнаружена деградация нейронных связей. Нарушение когнитивных функций – в пределах нормы. Запуск процесса восстановления нейроинтерфейса. Запуск процесса разблокирования воспоминаний. До полной синхронизации – неизвестно. Принудительное пробуждение. Я распахнул глаза и рот, втягивая прохладный ночной воздух. Марта отстранилась, позволяя мне сесть на кровати. В ее взгляде мелькала неуверенность и страх. Внимательно осмотревшись вокруг, я убедился, что прошло не так много времени. Взяв женщину за руку, успокаивающе сжал и погладил. Она на мгновенье позволила себе прижаться ко мне, шепча, как я напугал. И тут же стала натирать меня ветошью. Я провел рукой по подбородку, стирая кровь, и тяжело вздохнул. – Кажется, схожу с ума, – сообщил я, наблюдая странное неестественное свечение на предметах. Даже Марту окружало сияние, словно кто-то обрисовал доктора зеленым карандашом. Она улыбнулась и, отдав мне тряпку, отошла к аптечке. Шурша лекарствами, пару раз оглянулась, убеждаясь, что не падаю в новый обморок, и вытащила несколько ампул со шприцем. – Сомневаюсь. Просто последствия удара, – произнесла она, подходя ближе. Я взглянул на выбранные лекарства. Седативное. Пожалуй, действительно стоит расслабиться, пока совсем крыша не поехала от того, что вижу какую-то херню вокруг. И голоса, чертовы голоса в голове. Похоже, это все же случилось, и я окончательно тронулся. С этой мыслью я и отключился, погрузившись в сон без сновидений. * * * – Ну как ты себя чувствуешь? – спросила Марта, когда мы встретились следующим утром на пороге спальни. Я кивнул и молча обнял доктора. Не говорить же ей, что до сих пор вижу зеленый контур вокруг ее тела. Очевидно, это последствия скорее психические. А раз так – крыша у меня потекла знатно. К чему расстраивать и без того волнующуюся женщину? – Ты меня вчера здорово перепугал, – сообщила она, отстраняясь. – Я не знаю, что с тобой происходит. Все мои знания говорят, что ты вообще очень быстро оправился после тех страшных ран, но что если… – она отвернулась, закусывая губу, в глазах застыли слезы. Погладив пальцем щеку Марты, я улыбнулся. – Идем завтракать, сегодня должен быть караван, – негромко прохрипел, прижимая к себе за талию. – Случилось да случилось. Кивнув, она выскользнула из объятий и поспешила на кухню. Я проводил ее взглядом и направился в ванную. Наскоро ополоснув изуродованное лицо, старался не смотреть в зеркало – не хотелось снова встретить ночного гостя в красной броне. Впрочем, повесив полотенце на место, все же не удержался и окинул взглядом отражение. Ничего необычного – все тот же урод смотрел затравленными глазами, что и все эти два года. Пройдя на кухню, сел за коряво сколоченный стол. Нужно бы переделать, такая мебель никуда не годится. Погладив скатерть, дождался, пока Марта накроет и, поймав ее за руку, усадил женщину к себе на колени. Подцепив немного каши с мясом, кивнул ей, принимаясь кормить своего доктора с ложки. Она усмехнулась, но все же открыла рот, позволяя за собой поухаживать. Давая ей время прожевать, набрал новую порцию и хмыкнул. Вдруг понял, что когда-то давным-давно точно так же кормил с рук другую женщину. Точнее, девушку. Память, похоже, возвращается. Может быть, из воспоминаний пришла та самая Алиса, которую упомянул мой вчерашний гость? Хорошо, что по моему лицу не сильно-то прочитаешь эмоции, Марта не заметила моего состояния. А я продолжал молча кормить доктора, периодически поглаживая ноги на своих коленях. Как-то незаметно завтрак перешел в страстный поцелуй. Почувствовав в себе силу, подхватил женщину под бедра и усадил на столешницу. Марта ойкнула, скромно улыбаясь, но я уже раздвинул ей ноги, и, обняв, притянул к себе. Вот вроде бы я израненный и обессиленный, но с сексом особых проблем как-то с самого начала не возникало. И сейчас я нагло пользовался этим обстоятельством, заставляя женщину в моих руках стонать в голос и просить продолжать. Откуда я знаю, как ублажать женщин? Раньше меня этот вопрос совершенно не волновал, а теперь перед глазами снова и снова вставало лицо девушки из воспоминаний. Но закончить нам не дали. В какой-то момент стол не выдержал такого надругательства над собой и, издав прощальный скрип, рухнул. Я успел подхватить доктора и даже неожиданно быстро развернулся так, чтобы самому оказаться снизу. Под лопатку воткнулась заноза, заставив меня зашипеть. – Ты в порядке? – сквозь смех, поинтересовалась Марта, тут же попытавшаяся встать на ноги. Но я не выпускал ее из рук, судорожно вдыхая запах разгоряченного женского тела. И чем дольше, тем сильнее возникало чувство неправильности. Не с доктором я должен быть. – Сделаю новый, – вместо ответа сообщил я, выдавив улыбку. Что за херня? Почему не могу выбросить из головы мысль, что со мной не та и сам я не там, где должен быть. Почему не могу просто жить? Глаза на мгновенье застила кровавая пелена ярости. Уняв злость, я все же позволил доктору встать на ноги и заодно поднялся сам. Марта осмотрела спину и, дернув щепку, продемонстрировала мне десятисантиметровый кусок древесины. – Нужно обработать, – чмокнув меня в щеку, улыбающаяся женщина ушла за аптечкой. Я же провел рукой по ране, стирая выступившую кровь. Под пальцами осталась ровная мышца. Никаких следов повреждений, даже корка сросшейся бугром кожи на месте ожогового шрама осыпалась на пол, как труха. Перетирая в руке оставшуюся белую взвесь, я хмыкнул. Потерев лицо, буквально счесал мозолистыми ладонями уродливые шрамы. Не до конца, но уже не так торчащие бугры разгладились. Не веря в происходящее, продолжил срывать с себя слой старой кожи. Мое внимание привлек шум рухнувшей аптечки. Резко обернувшись, я улыбнулся. Марта застыла в проходе, распахнув рот. Да, если бы сам увидел, как человек, подобно змее, скидывает старую чешую, тоже бы выпал в шок, наверное. – Невероятно, – выдохнула она, беря себя в руки. – Присядь, я хочу тебя осмотреть. Послушавшись, я вернулся в излюбленное кресло. Доктор же распахнула аптечку, достала несколько приборов и бросилась ко мне. Манжет тонометра обхватил бицепс, холодные стетоскоп прижался к груди. Последним на палец лег датчик для измерения состава крови. Легкий укол встроенной иглы я даже не заметил. – Дыши глубже, – строго велела мне Марта, прислушиваясь к работе сердца. Спустя минут десять всевозможных тестов, мой врач задумчиво закусила губу, разглядывая меня сверху донизу. Я тоже не удержался от осмотра. Рисунок белой кожи на местах бывших шрамов делал меня похожим на дикаря, раскрасившего тело для какой-нибудь священной охоты. Откуда, черт возьми, я знаю такие вещи? – Мне нужно будет взять у тебя анализы, – тревоги в голосе Марты больше, чем хотелось бы. Ну да, одно дело – слушать со стороны, что ты спишь с мутантом, совсем другое – убедиться своими глазами. Не хочу ее разубеждать, да и не похоже, что так уж далеки от правды подобные мысли. Даже моим поврежденным мозгам ясно – человеческая регенерация на такое не способна. – Я не прикоснусь к тебе больше, если ты не захочешь, – боли в горле тоже нет, словно обрел способность говорить спустя долгие два года вынужденного молчания. Она лишь покачала головой в ответ, все еще озадаченно рассматривая мою голую грудь. Да, мышцы усохли, но сейчас, когда старая кожа слетела, и слепому заметно – до инцидента я явно был в отличной форме. – Сходим к каравану? – спрашивает она. Я кивнул. Не впервой, да и намерение переговорить с приезжим доктором отчетливо читается в глазах приютившей меня женщины. Мир и покой, которым мы предавались в объятиях друг друга, рухнул вместе с опавшими на пол застарелыми шрамами. И самое чертовски отвратительное – я не чувствую ничего. Словно и не было двух лет в объятиях смущающейся, как девчонка, женщины. Чем дольше пытаюсь разобраться в себе, тем жестче ударяет мысль – где-то там, быть может, на другой стороне материка, есть та, кого я на самом деле хочу видеть рядом с собой. Моя Алиса. * * * – Я двадцать пять лет делаю лучший виски на Тау Маре, Гарри. Мне нужно всего пять вещей: оружие, патроны, гильзы, бензин и женщины. А тут заявляешься ты со своими вонючими карточками. Твои железноголовые друзья хоть понимают, что мне нечего с ними делать? Понимают, что без гильз Олл-Три превратится в долбанный могильник? Его собеседник, сидящий ко мне спиной, молчал, опустив голову. – Мой дед основал эту деревню, Гарри. И он положил жизнь, чтобы сообщить всей Тау Маре – надежда выжить есть. Потому что пока есть Олл-Три, пока караваны привозят эти бутылки, кошмарное сегодня можно пережить. Цивилизация не рухнула. А теперь что? Я поправил край капюшона, скрывающего шрамы на лице, продолжая прислушиваться к разговору. Хозяин деревни, где меня приютила Марта, сверлил глазами караванщика, сжимая в руках бокал с темно-янтарной жидкостью. – Я сейчас соберу жителей деревни и объявлю им, что вместо гильз, из которых мы бы сделали патроны, ты привез пластиковые карточки. И мы с тобой посмотрим, переживешь ли ты сегодняшний день, или тебя разорвут матери, вынужденные покинуть Олл-Три потому, что иначе их детям грозит смерть, голод и рабство, – тихо проговорил он, убирая руки под столешницу. В заведении «У Дэна» мгновенно стало нечем дышать. Несколько деревенских ощутимо напряглись. По помещению разнеслось множество характерных щелчков – люди взводили оружие. Я обвел зал взглядом. Десятка охраны, прикатившая в Олл-Три, конечно, вооружена и знает, с какой стороны браться за пистолет. Но и местные, привыкшие вести бесконечную войну с рейдерами, тоже умели за себя постоять. И если начнется бой, не факт, что караван сможет вернуться. – Ты же не хочешь развязать войну, Джеймс? – пораженно выдохнул Гарри, поднимаясь из-за стола. – Если мой караван исчезнет, кто станет тебя поддерживать, а? Кто доберется в твою глушь, чтобы закупить твое хваленое бухло? Надежда, говоришь? Надежда – это вооруженные отряды «Стальных сердец», отстреливающие рейдеров и мутантов, а виски – это просто виски. Народ вокруг все больше напрягался. Я буквально кожей чувствовал, они готовы начать перестрелку. И уже не важно, спасутся или нет. Если сейчас Олл-Три лишится оружия, уже через месяц здесь будут править бал банды разномастных отщепенцев. Не став дожидаться финала, я поднялся со своего стула и бросил пару гильз на стол. В напряженной тишине бара этот звон прозвучал подобно грому. На мне тут же скрестились глаза присутствующих. – Джеймс, можно тебя на пару слов? – хрипло произнес я, двигаясь к столу переговорщиков. Хозяин «У Дэна» и Олл-Три кивнул, давая знак своим громилам пропустить меня к ним. Гарри, так и застывший с побелевшими от напряжения костяшками худых пальцев, мазнул по мне взглядом – его внимание словно поток холодного льда скользнуло по моим плечам и затерялось в складках низко натянутого капюшона. – Говори, Кар, – встав из-за стола, велел Джеймс. Я указал в угол, где пустовал небольшой столик. – Поговорим там, нечего ему, – кивок в сторону караванщика, – слушать наши разговоры. Откуда во мне проснулась такая уверенность? Хрен его знает. Но я чувствовал, что поступаю правильно. И в этот раз мы оба, я настоящий и я прошлый, были согласны действовать. Если останусь сидеть, сложа руки, так и не отплачу Марте за помощь. Да что там, если не вмешаюсь, она, скорее всего, не проживет дольше пары месяцев. Как и вся деревня. – Рассказывай, – велел грузный мужчина, опускаясь на стул, лицом к залу. – Отпусти его вместе с караваном, – с ходу ответил я. – Ничего не продавай, ничего не бери. Просто пусть уходит. – С чего вдруг? – Потому что зло должно быть наказано, – дернул щекой я. – И есть способ решить этот вопрос. Если кто-то и сможет найти потерявшийся караван, он с легкостью узнает, что дело – в рейдерах, а не в Олл-Три. Вся деревня тебя поддерживает, и никто даже не подумает, что смерть Гарри связана с тобой. Джеймс с минуту разглядывал мое лицо. – Когда Малик притащил тебя, я сразу понял, что мы приютили чудовище, – медленно растягивая слова, тихо проговорил он. – Но с чего ты уверен, что справишься с целым караваном? Я пожал плечами. – Ты в любом случае ничего не потеряешь, Джеймс. Торговать с остальным миром больше нельзя. Пока сообщение о гильзах дойдет до остального континента, пока соберется новый караван, пока он приедет – здесь будут лишь трупы и пожарище. Я видел, как рейдеры расправляются со своими жертвами, Джеймс, и проще пустить собственному ребенку пулю в лоб, чем отдавать его на расправу этим ублюдкам. Он нахмурил брови. – Тебе нужны люди? – Все, что мне нужно – твоя трофейная броня, Джеймс. Что-то подсказывает, что меня попробуют остановить. Как только закончу, она вернется на место. Такая действительно имелась, стояла экспонатом в доме Джеймса, как напоминание, откуда и с чего все началось. Когда дед нынешнего хозяина Олл-Три пришел в эти места, он был единственным выжившим из отряда рейнджеров. Избавляться от такой полезной вещи – глупо. И этот костюм уже не раз спасал жителей за три поколения семьи винокуров. – Умеешь с ней обращаться? – Умею. Но хорошо бы батарея была заряжена. – Если кто-то узнает… – Единственное, чем ты рискуешь, Джеймс – что я вот так возьму и скроюсь в ночи с твоим наследством от основателя деревни. Но я не собираюсь уходить. Мне здесь нравится. – У меня есть код для ее ликвидации, Кар. Если через трое суток ты не вернешься, твоя броня сгорит вместе с тобой внутри. Я усмехнулся, откидывая капюшон с головы. – По-твоему похоже, будто я этого не знаю? Все, жди меня на закате. И, встав из-за стола, я молча покинул бар. Лишь выйдя на свежий воздух, тряхнул головой, заранее прикидывая, с какого перепуга я полез в разборки местных. И почему на самом деле не хочу отсюда уходить. Война Олл-Три за выживание, не моя война. Но оставаться в стороне я, похоже, тоже не могу. А раз так – нужно постараться собрать как можно больше перед неизбежной схваткой с рейдерами. И караван Гарри станет первым пунктом подготовки. Глава 2 Ближе к вечеру появились первые сомнения. Мало ли что взбрело в мои поврежденные мозги, Джеймс-то здравомыслящий, почему с такой легкостью согласился? Отказываться от своей же идеи я, естественно, не стал. Бездействовать сейчас – еще большая глупость, чем нападение на караван. Зайдя в дом доктора, первым делом прихватил одно из двух старых ружей. Когда еще не мог ходить, но уже вполне уверенно сидел на постели, не один день провел за его уходом. Оставшийся Марте от погибшего в рейдерском налете мужа обрез я решил не брать – пусть у доктора будет возможность отбиться, если что пойдет не так. Мой план основан на неподкрепленной ни чем уверенности, что справлюсь с десятком вооруженных опытных бойцов. Но смогу ли я пережить это столкновение – полностью зависит от реального состояния брони, медленно ржавевшей почти 50 лет в семье хозяев Олл-Три. Что случится, если план не выгорит, я старался не думать. В очередной раз проверив готовность ружья, провел пальцем по выбитой на корпусе надписи. Охотничий карабин «Раш». Калибр: 7,62. Прицельная дальность: 350. Состояние: удовлетворительное. Чертыхнувшись про себя, захватил ремень с патронташем на 14 зарядов. Я-то думал, глюки прошли, но проклятый голос вернулся. – Ты решил уйти с караваном, – тихий голос за спиной заставил резко обернуться. Марта не спрашивала, лишь устало глядела на меня, привалившись плечом к дверному косяку. Женщина обхватила себя руками и поджала губы. – Нет. Не пройдет и трех суток, как ты снова меня увидишь, – улыбнулся я, подходя к ней ближе. Запах домашней еды и свежих трав мягко коснулся носа. Доктор печально улыбнулась, поправляя мой воротник. От ее рук все еще пахло успокаивающими травами. – В прошлый раз, когда мне это обещали, я стала вдовой, Кар. Не делай меня ею дважды, хорошо? Молча обняв ее, я двинулся к выходу. Оглядываться не стал, на душе и так было неприятно. Впрочем, стоило пересечь территорию доктора, выйдя на тропинку в деревню, мысли о Марте выветрились вместе с дуновением прохладного осеннего воздуха. Вместо них, широко и бодро шагая, задумался о предстоящем бое. Итак, что мы имеем? Караван Гарри уйдет из Олл-Три по единственной труднопроходимой дороге. Места здесь пустынные, даже старых заправок не попадается, так что добираются торговцы с помощью тягловых волов. Эти громадные твари крайне выносливы, но тупы и медлительны, так что у меня будет приличный запас времени, так как тащить груженые подводы – не то же самое, что топать налегке. Потому я и просил Джеймса, чтобы никто ничего не покупал. Я не настолько окреп, чтобы тащиться через дремучий лес сутками напролет. А так – будет небольшая фора. Добравшись до частокола, окружающего Олл-Три, миновал пост охраны. Знакомые лица, но я не знаю их имен. Я вообще, если честно, кроме Марты, толком здесь никого не знаю. Даже Джеймс мне известен лишь потому, что пару раз приходил к доктору, чтобы обсудить судьбу незнакомца. Меня никто не выгонял, но и относились не особо приветливо. В каждом взгляде и мимолетно брошенном слове местных всем нутром чувствовал отчуждение. Я был для них неизвестной фигурой на доске, и привыкшие к постоянной угрозе жители Олл-Три, не испытывали ко мне теплых чувств. К слову, это взаимно. Пройдя по единственной улице вдоль двухэтажных деревянных домов, свернул к крыльцу местного главы. Джеймс уже сидел в кресле-качалке, потягивая свой виски. Ноги мужчины скрывал клетчатый плед, но я прекрасно разглядел смотрящий в мою сторону ствол ружья. Поправив патронташ, я кивнул толстяку. Он нехотя поднялся со своего места, и махнул рукой на дверь. Толкнув створку, я тут же попал в типичное деревенское жилище. Несмотря на власть и, по местным меркам, высокий достаток, жил Джеймс не богаче остальных. Тяжелая поступь за спиной сопровождала меня, пока я не дошел до гостиной. Броня действительно стояла, как чертов экспонат – под прямоугольным куском цельнолитого стекла. Где только такое взяли? – Прежде чем я пущу тебя к костюму, я хочу знать, что ты собираешься делать, Кар, – тихо выговорил Джеймс, подходя ближе к броне. Я еще раз внимательно осмотрелся. Стекло уходило под пол, сам доспех висит на манекене, установленном на широкий деревянный квадрат. Выходит, экспонат охраняется. Вероятнее всего, проведено напряжение, чтобы излишне дерзкий воришка расплатился за наглость остановкой сердца. – Я решу проблему оружия, Джеймс, – пожав плечами, ответил я. – Пока в Олл-Три проблемы с боеприпасами, нет никакой надежды дожить до следующего каравана. – Но если ты их перебьешь, – тяжело вздохнул он, потирая усталое лицо. – Как другие узнают, что нам нужно? Впервые за два года жизни в деревне я заметил, насколько старый здесь глава. Перед другими он всегда строил из себя непоколебимого и бодрого, но сейчас стало слишком заметно, как вымотан мужчина, перешагнувший черту пожилого возраста. Ему же лет 50, наверное! – Я не сказал, что я буду воевать с караваном, Джеймс, – покачал я головой. – Я сказал, что решу проблему оружия. Это разные вещи, ты не находишь? Он задумался на долгую минуту, пока я прикидывал, как в случае необходимости отключить ловушку. Наконец, он кивнул и потребовал, чтобы я отвернулся. Ага, значит, система управляется где-то здесь же. Прикрыв глаза, я отвернулся и прислушался. Перед глазами возникло схематичное отображение гостиной, какой запомнил мой поврежденный мозг. Скрип половицы – раз, другой. Судя по звуку, Джеймс отходит к той стене. Так, скорректируем движение. Панель управления обнаружена. Я вздрогнул, нервно дернув шеей. Позвонки хрустнули. Чертов голос, нельзя же так пугать! Активировать текстовое отображение информации? Сделав несколько глубоких вдохов, я переварил новости. Итак, это не глюки, это какая-то херня в моей башке. Смарт? В таком случае он точно должен мне подчинятся! Тестовое сообщение. Подтвердите верное отображение данных. Буквы горели по нижнему левому углу зрения. Спокойно выдохнув, я мысленно подтвердил правильность фразы. Теперь станет полегче. Так, что там у нас есть за команды для НейроСмартов? Статус? Информация заблокирована. Кластер, отвечающий за идентификацию, поврежден. Ведется работа по восстановлению функциональности нейроинтерфейса. Идентификатор оператора – неизвестно. Текущее состояние нейросвязей оператора: Прицельная стрельба: 4,9. Стрельба от бедра: 2,9. Скрытное передвижение: 4. Атлетика: 4. Ментальное подавление: 2. А не киборг ли я часом? Разглядывая невнятные характеристики, скорее согласился бы именно с таким выводом. А что, вполне годится – я вылез из бункера «БиоТек», очень быстро восстановился… Вот только Марта меня с ног до головы – от кожи до костей – всего уже изучила. Она бы точнее не пропустила стальные кости или синтетические легкие. Или что там у них во внутренностях? Возможна симуляция строения киборга. Какая модель киборга имеется в виду? И такое есть! Черт, как не вовремя, тут же надо пару дней потратить, чтобы во всем разобраться, а не тащиться в ночь за караваном, чтобы развязать почти безнадежный бой. – Готово, – голос Джеймса вырвал меня из горячечного метания. Обернувшись, я увидел, что стекло действительно стоит отдельно. Это насколько же я ушел в себя, что пропустил момент, когда он его убирал. Нужно взять себя в руки. Спокойствие, Кар, спокойствие. Когда-то, наверное, она была золотой. Теперь же часть краски слезла, обнажая выбеленный временем сплав. Множество неглубоких царапин, но при такой защите, чтобы их оставить – нужно очень постараться. На шлеме, груди и плече – следы от пуль. В общем, не знаю, каким был дед Джеймса, но в перестрелках он однозначно поучаствовал не мало. Наследник же немного помялся, словно я вот-вот начну высказываться о состоянии брони. Но вместо этого я взял шлем обеими руками и надел его на голову. Широкое ведро тут же сжалось, сдавив мне голову, и в этот же момент я понял, что подобное уже случалось. Установлено соединение с системой управления средней боевой брони класса «Воин». Выполняется калибровка. – А вот и еще один позывной в нашей группе! Рядовой Паника! – радостно вопил суровый голос в накатившем воспоминании. Дождавшись, пока шлем примет нужную форму, я быстро сбросил лишнюю одежду, оставшись в тонкой майке и штанах. Поочередно надевая каждый элемент костюма, словно узнавал себя заново. Все, что было до этого момента – сон. Прошлый я, которого не помню, выздоравливающий Кар, найденный работорговцами в бункере – это лишь иллюзии. Только тот я, что надел сейчас броню, на самом деле существую. Только так правильно и естественно. Сжав перед глазами пальцы в металлических перчатках, глубоко и с наслаждение вдохнул воздух через фильтры черной маски. И тут же перевел нейроинтерфейс обратно на голосовой режим – не стоит отвлекаться на чтение, когда в каждую секунду может начаться сражение за жизнь. – Если честно, впервые вижу, как ее одевают, – едва слышно сообщил Джеймс. Проводится дополнительная калибровка. – Батарея? – даже мой голос звучал, как родной, как и должен звучать. – Заряжена. Еще три здесь, – он указал мне на столик, где действительно застыли в ожидании три небольших прямоугольника. Батарея класса АА. Уровень заряда – 100%. Вот теперь и повоевать можно! Я подхватил запас, обвязал патронташ вокруг пояса, закинул ружье на плечо. Джеймс продолжал присматривать за мной, будто что-то еще мог исправить. Вот только что он мне сделает, если решу поступить иначе? Код ликвидации обнаружен и перепрограммирован. Ай да умница! Будь у тебя губы, расцеловал бы! От накатившего чувства эйфории хотелось смеяться в голос и прыгать до потолка. Я ни разу за эти два чертовски долгих года не ощущал себя живым! А тут – всего-то и надо было одеться в броню! – Кар? – не слишком уверенно произнес винокур, нервно оглядываясь по сторонам, будто не знает, как здесь оказался. – Три дня, Джеймс, – напомнил я. – Я вернусь с горой подарков. Проглотив слова «как Санта Клаус», кивнул еще резче постаревшему толстяку и бодрым шагом пошел к задней двери – не хватало еще, чтобы кто-то меня заметил. Активировать режим стелс? Эффективность режима стелс снижена на 60%. Так, стоп, что вообще броня может? Боевая броня «Воин», комплектация Стелс режим, стандартный – оптическое поле условной невидимости. Режим отражатель, стандартный – формирование энергетического поля на поверхности брони для отражения энергетических разрядов. Режим защитный, основной усиленный – магнитное поле, снижающее кинетическую энергию. Система радиоперехвата, стандартная – взлом радиочастот, расшифровка сигналов, передача данных. Система компьютерная, стандартная – анализ и взлом компьютерных систем. Охренеть, броня действительно золотая. С этой мыслью я на пробу активировал стелс и с минуту разглядывал свою просвечивающую руку. При движении поле невидимости становилось заметным, но я-то его вижу благодаря нейроинтерфейсу, а вот для остальных, да еще и в сумерках! Ладно, пора выдвигаться. Успею еще наиграться. Теперь я был абсолютно уверен в решении разобраться с проблемами Олл-Три. По крайней мере, чувство собственной целостности стоило того, чтобы попытаться победить. * * * Нагнать медленно бредущий караван труда не составило. Я даже потратил дополнительный час, позволяя Гарри и его людям убраться подальше от деревни. Первоначально планировал просто перебить охрану и доставить груз обратно в Олл-Три. Но осунувшийся вид Джеймса подсказал иной вариант. Лесной массив, пересеченный только торговой тропой прекрасно подходил для засад. И будь я сам рейдером, непременно воспользовался бы этим природным укрытием. Здесь буквально под каждым кустом можно спрятать отряд бойцов, так что вообще удивительно, как Гарри добирается до Олл-Три, не потеряв при этом людей и товары. Следуя на небольшом отдалении от каравана, мне даже не приходилось сажать батарею стелсом – густой лес прекрасно скрывал меня от внимательных взглядов охранников. Так что я просто шел, ступая по мягкому ковру мха, поднимавшегося до колен. Мысль, зародившаяся во время сопровождения торговца, все сильнее жгла мозг. И только это сомнение заставляло продолжать топать вперед, а не выходить на сложные переговоры по добровольному освобождению Гарри от средств к существованию. И, как оказалось, я не зря тянул. Когда мы углубились в лес километров на десять, караванщик скомандовал привал. Я не сразу уловил, что изменилось, пока голос в голове не объявил: Обнаружен многочисленный противник. Расстояние: 350 метров. Зависнув на несколько секунд с поднятой ногой, я медленно опустился под укрытие кустов. Нейроинтерфейс вывел группу красных контуров на визор, просвечивая насквозь деревья и по-осеннему рыжую зелень. Подсчет окончен. Обнаружено 24 рейдера. Калибровка сенсоров. Стараясь даже не дышать, я весь обратился в слух. – …как ты и просил, Боб, – слегка дрожащий голос Гарри донесся со стороны неторопливо обустраивающегося лагеря. – Ну вот, я же говорил, что старый козел купится! – обрадовано воскликнул простуженный мужик. – А ты мялся, как целка! Что-то оглушительно грохнуло по ушам. Скривившись, я обернулся на звук – усиленные датчики уловили спрыгнувшего с одной из повозок охранника. Чертов слон! – Вот твои гильзы, Гарри. Дальше сам знаешь, что делать, – снова заговорил сиплый. – К черту все, я возвращаюсь на большую землю. Не хочу быть здесь, когда твои ублюдки захватят Олл-Три. Мне двух прошлых деревень хватило. – И правильно! – с веселым смехом заявил рейдер. – Сейчас хорошая погода, самое время ехать на юга. Говорят, в Ксежинске хорошо идет говядина. Мой тебе совет, при случае запасись. – Угу. Слушай, Боб… – неуверенно пробормотал караванщик. – Может, не стоит оно того, а? – Что такое, Гарри, страшно стало? – с презрением прошипел тот. – Скоро зима, а на обжитых территориях банды посильнее. И эти долбанные железяки за наши головы награды дают! Ты что, думаешь, я по своей воле в эту чертову глухомань залез?! Да если б мог, я б до сих пор возле Сити щупал караваны, а не тащился в жопу мира! Судя по тону, беднягу Боба очень удручал факт, что собственную задницу пришлось прятать в местных зарослях. А еще это значило, что вскоре может стать куда хуже. Зима в этих краях достаточно суровая, чтобы отморозить яйца любому слабоумному, решившемуся выйти на улицу без меховой накидки. Продолжая сидеть в своем укрытии, я прикинул шансы. Перебить такую толпу вряд ли смогу, но и бежать обратно в Олл-Три тоже не вариант. Мы ушли слишком далеко, чтобы в деревне услышали перестрелку. К тому же, я сам предупредил Джеймса, что возможна драка, иначе зачем мне броня? И в итоге, когда винокур будет ждать меня с трофейным караваном, к старику заявятся два десятка рейдеров. Но и дальше сидеть сложа руки – нельзя. Если дать Бобу с его уродами двинуться в Олл-Три, они получат преимущество, я-то леса толком не знаю, а им он что дом родной. На автомате медленно снял ружье с плеча и щелкнул предохранителем. Нужно снять главаря, остальные должны растеряться. Выиграю пару секунд, а там, глядишь, броня не подведет. Запас прочности брони и энергии в установленной батарее позволят выдержать автоматную очередь в упор. Спасибо, это ты как раз вовремя! Активировав стелс, я осторожно двинулся вперед, внимательно глядя по сторонам. Никакой тревоги, рейдеры и охранники спокойно курят, пьют и общаются. Караван явно остановился с ночевкой, да и рейдеры не спешат захватывать Олл-Три. Наверняка хотят, чтобы деревня понервничала, ослабла перед стычкой. Волы флегматично жуют солому из натянутых на огромные головы мешков. Напряженный слух уловил грохот пересыпающихся гильз – похоже, Гарри решил перепроверить своего дружка, подсчитывая барыши со своей предательской сделки. Этого мудака я, пожалуй, пристрелю вторым. Злость на продажного караванщика поднялась из глубин души. Я поймал склонившегося над хлопковым мешком торговца в прицел карабина. Перед глазами раскинулась мутная пелена, среди которой полыхали контуры рейдеров и караванщиков. Сжав зубы, я вычленил Боба. Ну же, убей эту сволочь! Я даже не успел отреагировать, когда заросший грязной бородой по рейдер выдернул кинжал из-за спины. – Умри, сволочь! – засипел Боб, вгоняя клинок сообщнику в затылок. Контур Гарри тут же погас, а главарь банды с красного сменился на зеленый. Что, вашу мать, происходит?! Лагерь словно взорвался. Охранники и рейдеры, не расстававшиеся с оружием, сцепились друг с другом. Грохнул выстрел слева, меня обдало кровью и мозгами. Едва успел отпрыгнуть в кусты, как на мое место рухнул с разнесенной на куски башкой боец Боба. Стоявший над ним охранник с дробовиком резко развернулся, ловя в прицел нового врага, но я не дал выстрелить, вскинул винтовку и спустил курок. Затылок мужика разнесло, он уткнулся лицом в траву. Я поспешил вперед, на ходу забрасывая ружье за спину. Пальцы левой руки сами сомкнулись на револьвере убитого рейдера, правой подхватил выпущенный охранником «Ангер 213». Плечо дернуло шальной пулей, я обернулся и разрядил патрон в истекающего кровью рейдера. Дальше все стало сложнее – охрана оказалась перебита почти мгновенно. Один решил скрыться в лесу, но Боб ловко швырнул кинжал, по самую рукоять вошедший беглецу в затылок. И тут в игру вступил я. Оставаясь в стелсе, обошел ближайшую повозку и, приставив дуло револьвера к голове уже деловито чистившего карманы мародера, выпустил пулю. Снова начался переполох. В мою сторону разрядили сразу несколько стволов. Пули вгрызались в борт, свистели над головой. Контуры сместились, меня хотели взять в кольцо. Пользуясь невидимостью, я отполз в ближайшие кусты, пока выжившие поливали повозку огнем. Оглянувшись, я заметил среди семи красных контуров один зеленый. Боби, почему он обозначен по-другому? Ментальное подавление: 2,1. Объект под контролем. То есть, это он по моему приказу Гарри грохнул?! А если мы попробуем так? – Все сюда, я его вижу! – сиплый голос пронесся над лагерем. Рейдеры бросились к главарю. А тот, послушный моей воле, встретил их двумя пистолетными выстрелами. – Ах ты тварь! – Боб, мы свои! – Какого хера?! Бандиты вопили, бросаясь в стороны от главаря. Я же отрубил стелс, чтобы не сжечь батарею раньше времени, и заметил, как покраснел контур рейдера. – Чо происходит, вашу мать?! – во всю глотку заорал он, вертя башкой по сторонам. – Какого хера тут случи… Договорить ему не дал подкравшийся за спиной волов подчиненный с ржавым револьвером в руке. Боб выронил пистолеты и рухнул наземь. Рейдеров: 6. – Мама, посмотри, как я могу, – выдохнул я, все еще охваченный эйфорией от произошедшего. Пока я тупо пялился на лагерь, бандиты сбились в кучу. Опасливо следя друг за другом, они с матом и проклятьями обсуждали внезапное безумие главаря. Я же ощутил резко накатившую слабость. Из меня словно все кости выдернули, превратив в желе – не броня, сейчас бы растекся лужицей в кустах. Тряхнув головой, сконцентрировал взгляд. Мужики разбились на пары и, внимательно следя друг за другом, осматривали поле боя. – Я тебе говорю, хрень какая-то, – донесся до меня нервный шепот приближающихся рейдеров. Осторожно направив ружье в сторону подходящих бандитов, я замер. – Думаешь, контролер? – не менее тревожно отозвался второй, облизывая разбитые губы. – Тут же нет мутантов, кордон «Стальные» держат серьезный. – А что это еще может быть? Взял Боба под контроль, тот и начал резню. Нахер нам было Гарри убивать? Они же двоюродные братья были. А ты сам знаешь, наш Боб за семью готов был любого урыть. А тут – нож в затылок… – Да, ты прав, херня выходит, – немного подумав, согласился второй. Они прошли в метре от меня, даже не заметив. Точнее, вообще не глядя в мою сторону. Медленно опустив ружье, я постарался двинуться за ними, но тут же замер. Обнаруженпротивник. Расстояние: 300…299…298… Оба остановились, настороженно вертя головами. – Ты это слышал? – едва различимо пробормотал первый. – Ага, тварь какая-то затаилась, – подтвердил другой, нервно взводя дробовик. И тут случилось то, чего мы ожидали меньше всего. Из кустов раздался мощный звериный рев, а следом – вылетел разъяренный огромный медведь. Распахнув лапы, он единым взмахом переломал двух взрослых мужиков, как чертовы тростиночки, и бросился к лагерю. Что за чертовщина твориться? Надо уносить ноги отсюда, пока и меня не нашел. Или хищник на кровь примчался – так я ей не меньше обляпан, чем стоянка. Дальнейшие размышления были прерваны грохотом выстрелов, яростными криками и злобным ревом. Я дождался, пока все стихнет, прежде чем начать двигаться. Конечности затекли, их нещадно покалывало, но я все же нашел в себе силы приготовиться к возможному бою. Послушав несколько минут благословенную тишину, я вышел из кустов, держа винтовку наготове. Но практически тут же отпустил нервы. Такое перенапряжение кого угодно убьет раньше срока. Медведь закончил то, чего не смог я. И благородно уступил мне трофеи, позволив себя застрелить. Лежащий прямо под ним рейдер скреб пальцами землю, пытаясь выбраться из-под тяжелой туши. Увидев меня, мужик застонал и окончательно затих. Все, отбегал свое. Хмыкнув, я еще раз осмотрел поле боя. О том, чтобы переть караван обратно в Олл-Три и речи быть не может – волы, как один, полегли под когтями лесного хищника и шальными выстрелами. А тащить на себе такой груз никакая броня не позволит. Убедившись, что выживших не осталось, я перевел дыхание и побежал в Олл-Три. Первая вылазка, можно сказать, удалась. А еще – моя способность «убеждать» окружающих получила, наконец, объяснение. Теперь понятно, почему Джеймс со мной не спорил – мое «Ментальное подавление» просто глушило его нахрен. В памяти вспыли еще несколько эпизодов, когда Марта соглашалась с моими словами и доводами. Как там сказали, контролер? Что ж, ничуть не хуже, чем набивший оскомину Кар. Так и буду теперь представляться. Глава 3 Олл-Три напоминал растревоженный улей. Кто-то суетливо бегал по деревне, кто-то таскался с ружьями наперевес, готовясь то ли к войне, то ли к охоте. Другие наскоро освобождали хозяйские склады, выкатывая пустые бочки и растаскивая их по домам. Мимо прошмыгнул мелкий пацан, тащивший на спине капающий кровью мешок – не иначе, народ потрошит общинный холодильник. Джеймс, сперва не поверивший в предательство Гарри, долго орал гневными и очень грязными словами, когда я воспроизвел записанный нейроинтерфейсом разговор. Собственно, о самой функции записи я узнал уже постфактум, когда женский голос в моем сознании предложил проиграть ее хозяину брони. Была мысль просто заставить его поверить «Ментальным подавлением», но вовремя вспомнил, как был крайне удивлен своим поступком сорвавшийся с контроля Боб. И это крайне полезный опыт – теперь буду знать, что нельзя просто взять и заставить жертву действовать. Если сам Джеймс изначально желал решить вопрос с гильзами, я просто стал фактором, перевесившим аргументы против силового решения. В случае же, когда расклад не столь радужный, я рискую получить больше проблем на голову, чем пользы. Нужно отдать винокуру должное, в себя он пришел быстро. Двое посыльных тут же снарядились в ближайшие деревни. Еще семь мужиков, вооруженные по самые гланды, поспешили к разбитому каравану. Я же сдал костюм хозяину и поспешил убраться из деревни. Попадающиеся навстречу жители обходили меня стороной. И если сперва я грешил на свою не самую привлекательную внешность, теперь почти физически ощущал их страх. Это было с одной стороны приятно, с другой – очень странно. Ведь я ничего плохого им не сделал. Так в чем, мать его, проблема? С этими мыслями я и дошел до дома Марты. Доктор встретила меня покрасневшими от слез глазами. Похоже, в мое возвращение она так и не поверила. Но куда еще мне было идти, даже если бы захотел? – Ты вернулся, – устало вздохнула она, скорее падая от нервного истощения, чем обнимая меня. Подхватив на руки пахнущую домашним уютом женщину, я дошел с ней до дома и, ногой открыв дверь, унес свою тихо всхлипывающую добычу в спальню. До самого заката единственным, что вырывалось из наших ртов, были стоны и вздохи. И если Марта так выплескивала переживания, я ставил над собой эксперимент. Каким бы раньше не был, сейчас мне хватало ума понять – я нечеловечески вынослив и силен. Словно кружащая вокруг Олл-Три банда как-то активировала скрытый во мне потенциал. Или дорвавшаяся до восстановившегося тела мутация понеслась вскачь, наверстывая упущенное время и спеша обратить меня в нечто иное, гораздо более опасное, чем обычный человек. Лишь на закате я осторожно выбрался из постели, укутав усталую женщину теплым одеялом. Пусть спит, меня же распирала жажда действия. Достаточно просидел на печи, копя силу. Пора ее выплескивать, желательно – кому-нибудь в лицо. Да так, чтобы зубы вминались внутрь. Стряхнув накатившую волну беспричинной злости, я порылся на кухне в поисках еды. Соорудив внушительный бутерброд из масла, черного хлеба и толстого ломтя копченого окорока, прихватил кружку горячего чая из местных трав, и уселся на крыльце, наслаждаясь свежим осенним ветром. Пережевывая очередной кусок, краем глаза уловил движение на тропе к дому. – Джеймс, – подсказал нейроинтерфейс. Медленно поднявшись, я запихнул остатки бутерброда в рот и помахал хозяину деревни кружкой с парующим чаем. Старик, прищурившись, кивнул мне и прибавил ходу. Я остался стоять на месте, облокотившись на перила крыльца. Никакого пиетета к винокуру я не испытывал. Скорее наоборот: он с самого начала мог воспользоваться броней, чтобы вытрясти из Гарри все необходимое, но предпочел никому не нужные переговоры. Страшно представить, что сделал бы Боб, добравшись до Марты. Только мое вмешательство спасло Олл-Три. – Привет, Кар, – кивнул он, остановившись в паре метров от крыльца. – Виделись, – кивнул я, отворачиваясь к пылающему закату. – Хотел спасибо сказать, – хмыкнул толстяк недовольно. – Но ты, похоже, в моей благодарности не нуждаешься. Я пожал плечами. – Да что там, у тебя на лице написано, считаешь себя охренеть каким героем. Вот только забываешь: ты жив лишь потому, что это я разрешил тебя оставить в моей деревне. Одно мое слово, и валялся бы в лесу. Беспомощный, бредящий. Ты бы даже не понял, когда тебя начали жрать заживо лесные звери… Я кивнул, доля правды в его словах есть. – Я отплатил за помощь, Джеймс. Ты спас мне жизнь, я спас твою деревню. Скажем так, ответили друг другу добром на добро. Он кивнул, глядя на дверь. – Марта спит? – Угу. – Вот и хорошо. Тогда могу говорить с тобой открыто. Ты же понимаешь, Кар, это не последняя банда. Зима все ближе, и, хотя «Стальные» отлавливают рейдеров где только могут, сюда их руки не дотягиваются. – Предлагаешь мне работать охранником деревни? – хмыкнул я, ставя пустую кружку на перила. – Именно, – сложив руки на груди, кивнул Джеймс. – Если откажешься, лучше уходи сам. Спокойной жизни в Олл-Три я тебе не дам. – Почему же? Я вполне способен работать иначе, чем сутками стоять в карауле. – Потому что ты – угроза моему авторитету. И либо идешь ко мне на службу, либо уходишь нахрен из моей деревни. Я покачал головой, почесав пальцем подбородок. – А как же Марта? Не боишься, что уйдет вместе со мной, и твоя любимая винокурня останется без доктора? – сухо усмехнулся я. Джеймс скривился. – Не путай жопу с пальцем, Кар. Ты еще сосунок, чтобы со мной тягаться. Хотела бы Марта уйти, давно бы уже ушла. Но она здесь мужа похоронила, обзавелась хозяйством, уважением. Она за каждого в Олл-Три трясется больше, чем я. Так что никуда она не денется. А вот ты… Я пожал плечами. На самом деле какой из меня авторитет? Меня боятся, а не уважают. И, если ставить вопрос ребром, деревенские скорее выберут Джеймса, чем мало понятного мутанта, в одиночку перебившего три десятка человек. Тут даже моим поврежденным мозгам ясно – если откажусь, лучше сразу валить из Олл-Три. А то, мало ли, решат еще пристрелить от греха подальше. – Я подумаю над твоим предложением, – кивнул я, наконец. – Думай, Кар. Завтра утром либо ты приходишь ко мне, либо исчезаешь навсегда. С этими словами толстяк развернулся и широким бодрым шагом поспешил прочь. Тоже мне, король хренов! Однако тратить время попусту нельзя. По-хорошему, нужно соглашаться. Опять же, зима не за горами, у меня ни одежды, ни припасов. Можно, разумеется, взять что-нибудь у Марты, но зачем? Я и сам, по идее, доберусь до цивилизованной части материка, а ей еще предстоит пережить холодный сезон. В Олл-Три доктора действительно любят и уважают. В отличие от меня. Однако, если останусь, вряд ли Джеймс позволит спокойно жить. У этого старика какая-то врожденная боязнь потерять власть над деревней, а с каждым моим успехом он будет все больше убеждаться, что от выскочки неплохо было бы избавиться. И тогда – рано или поздно – ему это удастся. Так зачем мучиться, если проще и безболезненнее попросту отсечь заразу? Одним резким ударом. Уже стемнело, когда я отлепился от похолодевших перил. Окружающий стоящий на отшибе у подножия гор домик доктора лес потихоньку шептался высохшей огненно-рыжей листвой. Потрескивали сухими сучьями ночные животные. Я слышал и чувствовал кипящую вокруг жизнь, все больше ощущая себя ожившим мертвецом. Мне хочется жить рядом с людьми, но места среди них мне нет. И теперь, как неприкаянный монстр Франкенштейна, я вынужден убираться прочь, скрываясь в ночных тенях. Забавно, память возвращается какими-то сегментированными обрывками. Я знаю, что за чудовище создал Виктор, но не могу сказать, откуда. Как с Санта Клаусом, точно знаю, никакого Рождества здесь не празднуют. Выходит, я не рожден на Тау Маре. Да и воспоминания… Будь я проклят, если это не космический корабль. Тогда мне тем более нечего делать в Олл-Три, нужно искать своих. – Из отправленного с орбиты штурмового взвода никто не выжил, – холодно сообщил нейроинтерфейс. – Принадлежность к конкретной корпорации не определена. Возможно, эта информация в заблокированных кластерах. Возможно, безвозвратно уничтожена. – Умеешь ты обрадовать, – зло прошипел я, толкая дверь в дом. Темнота не была мне помехой. Ступая так, чтобы ненароком не разбудить спящую хозяйку, я пробрался на кухню. Вымыв чашку, поставил ее на полку к остальным и огляделся. Буду ли я скучать по этому месту? Возможно. Выйдя из жилой части дома в кладовую, нашел старый походный рюкзак. Марте он остался в наследство от покойного мужа, доктор не раз порывалась отдать его местным, но кому он нужен? А мне – пригодится. Итак, первое – едва и вода. Пока что с этим проблем возникнуть не должно. Уж до наступления холодов я точно доберусь до какого-нибудь городка. А до тех пор нейроинтерфейс не даст пройти мимо дичи, ручей я так же найду без особых проблем. Другой вопрос – одежда и оружие. Еще раз осмотрев трофейный дробовик, отставил его в сторону. Пусть остается взамен уже взятого у Марты ружья. Пистолет с половиной барабана я тоже отложил в сторону. У меня все равно нет к нему патронов, а доктор придумает, как махнуть разряженную пушку на полезное в хозяйстве имущество. Пересчитал патроны. Не густо, нужно будет встретиться с возвращающими караван мужиками. Наверняка же согласятся обменять что-нибудь… Да какого хера? Нужно будет – внушу им, что захочу и заберу все, что приглянется. Еще и рады будут. Кто, в конце концов, все дело провернул? То-то же! Подавив очередной всплеск ослепляющей ярости, огляделся. Так, берем ружье, флягу, заворачиваем буханку хлеба. Что еще? Пачка на 12 патронов – распотрошить и забить патронташ. В итоге рюкзак даже на четверть заполнен не был. Оглянувшись в последний раз, подошел к столу. Нащупав листы старой бумаги, служащие розжигом для камина, кухонным ножом пришпилил к стене. Подобрав уголек из остывшего очага, нацарапал прощальное послание Марте. Хотя, чего там. Просто сказал, что Джеймс пригрозил мне расправой, так что я решил не подставлять добрую женщину под удар, и свалил. Заодно извинился, что не стал будить. Отряхнув пальцы, двинулся к выходу. На стене осталась записка, накарябанная кривым почти нечитаемым почерком. Прощай, добрый доктор. Спасибо тебе за все. Надеюсь, у тебя все будет хорошо. Контролер Кар. * * * Как и рассчитывал, мужики с телегами и половину еще не прошли. Я нагнал их на очередном повороте дороги и встал, сложив руки на груди, преградив путь. Меня заметили далеко не сразу, даже успел удивиться, пока не вспомнил, что в отличие от меня – они нихрена не видят. Зато идут с масляными фонарями все, еще больше себя ослепляя. Придурки, как они защищаться будут в случае опасности? Волы, одуревшие от ночной прогулки, едва тащили повозки, загруженные еще и принесенным оружием деревенских. Расслабились или до сих пор не поняли, что в лесу опасно? Кроме ламп никто даже пистолета в руке не держит. Впрочем, плевать, меня судьба Олл-Три больше не касается. – Стой! – рявкнул я, усиливая голос внушением. Ментальное подавление: 2,2. Громадные животные тут же послушно замерли. Один даже копыто наземь ставить не спешил. Народ же занервничал. Мужики расхватывали оружие, всматривались в темноту. – Фонари погасите, идиоты, – прикрикнул я совершенно нормальным, уже не хрипящим голосом. – Кто там, мать его, такой храбрый нашелся? – пропитой голос мясника из Олл-Три не узнать было невозможно. – Парни, ну-ка… Договорить я ему не дал – сконцентрировал внимание на соседнем контуре и заставил молодого парня с дробовиком в руках двинуть заросшего щетиной и салом Буча по лицу. Стук приклада о челюсть и грохот мощного тела прекрасно расслышали все. – Это Кар, – сообщил подвластный мне мальчишка. – Не бойтесь вы. – Кар? Какого хера он тут забыл? – Я же контролер, – усмехнулся я, подходя ближе. – Вот, контролирую, – с улыбкой сообщил, откидывая капюшон с головы. – Вы чего так долго? Целый день прошел, а вы даже до середины не дошли. Вас там Джеймс уже заждался. Внимание! Объект освободился от ментального подавления. Паренек тряхнул головой, избавляясь от моего воздействия и оторопело посмотрел сперва на меня, потом на лежащего с расколоченными губами мясника. Он обхватил пальцами ружье, но я усмехнулся, представляя, как все до единого охранники зажигают свои масляные лампы. Скрытное передвижение: 4,1. Восстановлены нейронные связи.Акробатика: 1. Когда грохнул выстрел, меня рядом с повозкой уже не было. Сидя на корточках за деревьями слева от дороги, я наблюдал, как все больше и больше мужиков охватывает паника. Они привыкли биться с рейдерами, защищая свои дома. Но кто из них хоть раз видел живого мутанта? Их вообще последний раз замечали в округе едва ли не в годы основания винокурни. – Что за херня, я вас спрашиваю?! – повысил голос кто-то с центральной телеги. – Джон, ты не охренел ли, а? Какого хера стрелял? – Так он… Не знаю, посмотрел на меня как-то, я Буча и вырубил. Он же, мать, мутант какой-то. – Такой же, как твоя мамаша, – сплюнул новоиспеченный начальник. – Идиот, а если б ты его положил, кто тебя штопать будет, когда опять жопу порвешь на моем заборе? Марта тебя за него кастрирует! – Да иди ты нахер, Джимми! – огрызнулся паренек. – Тогда с какого перепуга он меня заставил Буча вырубить?! Я же и замочить его мог! – Тупой ты ублюдок, – проворчал в ответ Джимми. – Кар, слышишь меня? Я не спешил отвечать, мало ли что они там придумают. – Выходи, мы тебя не тронем, – объявил он, вставая на телеге и осматриваясь по сторонам. Эх, мне бы сейчас броню, прокрался бы под стелсом за спину и внезапно проявился. Вот была бы потеха. Но, раз со мной, похоже, хотят поговорить, стоит поступить по-хорошему. – Гасите фонари, и стволы уберите, – добавив в голос привычной мужикам хрипотцы, объявил я, отступая в густую тень. Обнаружен аномально высокий рост нейронных связей.Скрытное передвижение: 4,2. Стрелять на голос никто не стал, уже хорошо. Да и потом, не думаю, что Джеймс успел сообщить о моем изгнании. Так что будем исходить из старого плана. Поговорить, забить рюкзак – и в путь. – Я на разведку собрался, – сообщил, выходя из укрытия. – Решил, раз вас нагоню, проще сразу забрать свое. На земле заворочался Буч. Мясник перевернулся, сплюнул кровь из разбитых губ и с трудом поднялся на ноги. Я встал так, чтобы меня было прекрасно видно всем и развел руками. – Ты уж извини за это, – добавив сочувствия в голос, тише проговорил я. – Забрать – забирай. Пугать так нахера? А если бы я выстрелить успел? Интересно, чем, подумал я. Уж не заткнутым ли практически в задницу револьвером, который до сих пор там же и торчит. Вслух же произнес другое. – Мне только патроны нужны, – сдернув ремень с плеча, продемонстрировал ствол. – И советую на ночь остановиться – там дальше тропа хреновая, животные копыта переломают нахрен. – Да видали мы ту дорогу, – подал голос Джимми. – Сами планировали уже вставать на ночевку. Шон, у тебя патроны на 7,62? – Ага, – отозвался с центральной повозки фермер. – Давай, Кар, разбирайся. Только учти, нам тоже что-то остаться должно, – сурово сообщил мне глава каравана, грозя пальцем, как нашкодившему мальцу. Кивнув сразу всем, я бодро протопал мимо вытирающего кровь с лопнувших губ Буча, сочувствующе похлопав его по плечу. Миновал нестройный ряд недовольных мужиков, пока не оказался, наконец, у нужной телеги. Шон, длинноволосый худой плотник в простой безрукавке, откинул передо мной свежесрезанную медвежью шкуру. Под ней как раз и лежали нужные мне патроны. Приглашающе махнув рукой, он спрыгнул наземь. Отряхнув ладони, Шон направился к деревьям, на ходу расстегивая штаны. Я же пересчитал металлические упаковки с оттиском «Альянс» на крышках. Никакой иной маркировки на них не было, так что я счел необходимым проверить. Вскрыв цинк ключом, пробежался взглядом. Патрон 7,62. Кол-во: 440 штук. – Вот вы где, мои красавцы, – прошептал я, вытряхивая картонные коробки к себе в рюкзак. Когда с первым цинком было покончено, я огляделся по сторонам, хотя и так прекрасно знал с подсказок нейроинтерфейса – за мной никто не смотрит. Какая ужасная халатность… Или мне, мать его, просто-напросто доверяют, признавая за своего? Может быть, жители Олл-Три не такие уж и плохие, как я думал еще утром. Хотя, к черту эту рефлексию! – Слово-то какое вспомнил, охренеть, – прошептал я, вскрывая второй цинк из десятка, стоящих на дне телеги. – Рефлексия, твою мать. Загрузив и третью партию коробок, я в последний раз огляделся. Что-то не так. Нейроинтерфейс не спешил подсказывать, так что пришлось самому разбираться. Сосредоточившись, приготовил ружье к бою. Закрыв глаза, глубоко вздохнул и представил, как от меня по воздуху расходятся волны тревоги. Распахнув глаза, заметил как растерянно озираются деревенские, хватаясь за оружие. Они уже успели расположиться между телег и развести костер. – Какого хера? – прошептал Джимми, настороженно оглядываясь. – Что-то не так, – сообщил я, оборачиваясь к лесу. – Посчитайтесь, кого-то одного не хватает. С этими словами я представил, что меня никто вокруг не видит. Почему сразу не додумался до такого? Не нужно таскать броню и зависеть от батареек, если ты можешь любой твари внушить, что она смотрит на пустое место. Аномальный рост нейронных связей. Ментальное подавление: 2,3…2,4…2,5. Под ногой хрустнула ветка, напоминая, что хоть меня и не могут увидеть, но услышать – запросто. Сняв «Раш» с предохранителя, осторожно двинулся в сторону леса. Пока Джимми разбирался со своими, я уже понял, что Шон так и не вернулся из кустов, куда пошел поссать минут десять назад. Внимательно вслушиваясь в ночную тишину, вычленил звуки птах, копошение во мху. Даже сглотнуть пришлось, отгоняя мысли о слишком большом количестве жизни на таком маленьком клочке. – Кар! Шон пропал! – донесся до меня крик старшего в караване. – Твою мать, Кара тоже нигде нет. Переполошились. Хорошо хоть на этот раз оружие на телегах не оставили. Подавив желание усмехнуться, сделал шаг под кроны деревьев. – Оставайтесь там, я посмотрю! – крикнул, полуобернувшись. Не хватало еще, чтобы в мою сторону стрелять с перепугу начали. А так хоть знать будут, куда меня унесло. Можно, разумеется, прямо сейчас уйти, но я еще не настолько мудак, чтобы бросать отнесшихся ко мне с пониманием людей в черт знает какой ситуации. Однако мне нравятся мои новые способности все больше! Прикрыв глаза, сосредоточился, пуская еще одну волну тревоги вокруг себя. Зверье зашумело: кто разбегаясь в стороны, кто зарываясь поглубже в норы. Десятки крохотный маленьких сердечек колошматили по моим перепонкам, создавая иллюзию первобытной музыки. Но вслед за этим наступила слабость. Чуть покачнувшись, оперся рукой на шершавый ствол, вляпавшись в свежую смолу. Анализ способности «Ментальное подавление» завершен. Отчет составлен. Сообщить результаты? Быстро однако. Конечно, рассказывай! Должен же я знать, что могу, а что – не очень. «Ментальное подавление» – непрямое воздействие на живые организмы. Расходует вырабатываемую организмом энергию. Возможное применение: 1. Считывание эмоций цели. Затраты: 1 единица энергии. 2. Внушение эмоций цели. Затраты: 5 единиц энергии. 3. Контроль организма цели. Затраты: 20 единиц энергии. 4. Волновое считывание. Радиус: 1 метр на 10 единиц энергии. 5. Волновое внушение. Радиус: 1 метр на 50 единиц энергии. 6. Волновой контроль. Радиус: 1 метр на 200 единиц энергии. С повышением уровня нейронных связей способности «Ментальное подавление» происходит частичное снижение затрат энергии. Текущий запас энергии: 100/1 000. Внимание! Уровень энергии ниже 100 приведет к физическому и ментальному истощению. Автоматизирован процесс разрыва воздействия при достижении отметки 100 единиц. – Вот умеешь ты обрадовать, – прошептал я, с трудом снова принимая вертикальное положение. Преодолевая усталость, осмотрелся вокруг. Как назло, вспомнил, что это вторая бессонная ночь. Технически, я же могу развить навык контроля до такой степени, что смогу управлять окружающими целыми сутками. Черт, мне даже не нужно уметь самостоятельно охотиться. Достаточно просто приказать нужному зверю самому придти куда укажу! От мыслей, что могу в любой момент прокормиться в зимнем лесу, меня отвлекло далекое рычание. Лес, как лес. Разрозненная память подсказала, что где-то поблизости затаился местный аналог волков. Обнаружен многочисленный противник. Расстояние: 300 метров. Подсчет окончен. Обнаружено 27 волков. И как не вовремя! Энергию-то я растратил на игры с караваном. Брони у меня нет, придется возвращаться – я сейчас даже крикнуть толком не смогу. Но зато могу кое-что другое. Вскинув ружье, я спустил курок. Грохот выстрела разлетелся по ночному лесу, эхом дробясь о стволы деревьев. Обнаружен поврежденный модуль экспериментального аппарата «Нетопырь». Время до восстановления: 72,5 часа. Затраты энергии: 342. Приступить? Потом, отмахнулся я от голоса в черепе, отступая назад к Джимми и его ребятам. Пока силы мне пригодится для защиты. Пусть я и крутой Контролер, но отбиваться от стаи хищников лучше хорошо вооруженной толпой. – Кар, что за херня там случилась? – Буч, уже устроивший баррикаду на своей телеге, приподнялся над ящиком. – Волки. Почти три десятка, – отозвался я, пробираясь к ближайшей повозке. – Шона не нашел. Народ ощутимо занервничал. Даже не пришлось врубать «Ментальное подавление», чтобы это понять. Кому понравится, что в знакомом, как собственная пятерня, лесу внезапно пропадают люди. – Волов в круг! Быстрее! – начал командовать Джимми. – Кар, сможешь их перехватить? Я сильно сомневался. Меня до чертиков пугала вероятность отключится посреди боя. Но разве могу махнуть рукой? – Попробую, но не обещаю, их для меня слишком… А вообще дайте что-нибудь тонизирующее. В меня тут же швырнули флягой. Открутив крышку, я сделал первый глоток, обжигая горло местным виски. Из глаз брызнули слезы, но я глотнул еще дважды. Энергия: 150/ 1 000. Бросив флягу под ноги, схватился за ружье и воткнул новый патрон взамен отстрелянного. Лес загорелся красными силуэтами. – Они здесь! – крикнул я, вскидывая «Раш» к плечу. Мужики бросили сгонять животных. Спешно рассредоточившись по телегам, замерли. – Нихера не вижу, – заворчал Буч. Расстояние: 70 метров. Я повторил слова НИ остальным. Заодно вспомнил, что так и называл голос в собственной башке. Все замерло. Время тянулось, как капля смолы по стволу. Народ нервничал сильнее. Мужики, тихо ругаясь, всматривались в темноту. И, естественно, ничего не видели. Расстояние: 25 метров. Снова повторил сообщение. И почти тут же стая рванула вперед, растягиваясь вдоль дороги по кромке леса. Крайние метнулись через тропу, мгновенно оказываясь по ту сторону. – Я видел! – завопил Джон, вскакивая на телеге мясника и вертя у того над головой заряженным стволом. – Сядь, твою мать! – рыкнул Буч, пригибая голову. – пока не подстрелил… Но сесть Джони не успел. Волки набросились разом. Я успел разрядить первый патрон прямо в пасть летящего на меня хищника. Сбоку, от телеги мясника раздался звук удара и всхлип. – Огонь, вашу мать! – заорал Джимми, разряжая оба пистолета по волкам. Но грохот выстрелов, как и потери, стаю не пугал. Наоборот, казалось, им плевать на нервно орущих волов, а убить хотят вооруженных людей. Обнаружено постороннее излучение. Я прострелил башку ближайшему волку и, щелкнув затвором, послал от себя волну спокойствия. Волки замешкались, потеряв еще троих, но почти сразу же снова бросились в атаку. От рычания, выстрелов и мычанья волов я уже не разбирал, что происходит вокруг. Ко мне на телегу запрыгнул огромный волчара с белым пятном на морде. Не успел я перевести ствол на него, как пальцы сами собой разжались. Звук ударившегося о днище повозки «Раша» поглотила всеобщая кутерьма, я же опустился на колени, подставляя шею вожаку. Перехват контроля. НИ схватил лобастую башку и, сжав пальцы, рывком повалил хищника на землю. Я будто со стороны наблюдал за своим телом. Удар кулаком в глазницу, вожак дернул башкой и оскалил пасть. Вторая рука давит волку горло. По куртке скользят когти зверя, НИ в последний момент отводит мое лицо из-под удара. Нащупав цинк с патронами, правая рука сжимает тяжелый контейнер, и с силой лупит зверя по башке. Оцепенение спадает. Вокруг кипит бой – оставшиеся на ногах мужики добивают последних волков. Я – теперь уже сам, снова размахиваюсь металлическим бруском. На лицо брызнуло горячей кровью, зверь подо мной заскулил. Ослабшая рука нанесла последний удар. Навалившись на вожака, в чьей голове торчит коробка с патронами, я ускользающим сознания уловил последние слова НИ. Энергия: 46/1 000. Обнаружена новая мутация. Волк-контролер. На этом я и отключился. Глава 4 – Кажется, я велел тебе убираться прочь из моей деревни, – проворчал Джеймс, окидывая меня неприязненным взглядом. Я кивнул, невозмутимо поднимая с тарелки полоску вяленой говядины. Откусив крохотный кусочек, медленно рассосал его. – Я снова спас твоих жителей, – произнес я, запивая угощение пивом. По горлу прокатилась обжигающая волна приятного холода. Вокруг собралось достаточно народа, произошедшее ночью, перепугало привыкших к отсутствию мутантов население. Голова вожака-контролера кочевала с рук на руки. Все бурно обсуждали случившееся, совершенно не обращая внимания на нас с хозяином бара. – Только не говори, будто я подтвержу твое задание по разведке, – скривился Джеймс. Я пожал плечами, равнодушно макая полоску мяса в глиняную кружку. По светло-желтой поверхности пошли волны, зашипела пена растворяющейся соли. Дождавшись окончания реакции, я вытащил размокшее угощение и с наслаждением вгрызся зубами. – А разве у нас есть выбор? – произнес, с трудом прожевав кусок. – Конечно, – кивнул он. – Просто выметайся нахрен, вот и весь выбор. Я усмехнулся. – Смотри, Джеймс, – демонстративно положив руку на щербатую столешницу, проговорил я. – У тебя есть броня, которой здесь никто пользоваться не может. Я – могу. Пока готовился к этому разговору, успел почитать предоставленную НИ инфу о костюме. Напялить его может любой дурак, никаких ограничений нет. Но вот для использования в качестве полноценной боевой брони – только обладатель военного НейроСмарта. Или военного нейроинтерфейса. Вот только во всем Олл-Три не нашлось ни одного подходящего НС. Без права доступа костюм опознавал оператора незаконным пользователем, и вместо взаимодействия старательно рубил все попытки управления. Куда делся Смарт бывшего рейнджера, основателя деревни, Джеймс не знал. Иначе сам бы не вылезал из такой полезной штуки. – Во-вторых, рейдеры никуда не делись, – согнув указательный палец, продолжил я. – Скоро к стенам придут новые банды. И дополнительный стрелок тебе однозначно понадобится. Мы на краю ойкумены, Джеймс, помощи просить не у кого. А что мне помешает присоединиться к ним? Он нахмурился, опуская тяжелые кулаки на стол. – Марта. – Будем откровенны, мне достаточно избавиться от тебя и просто пригласить рейдеров. Мирно и тихо мы пересидим зиму. Кто-то из них, вероятно, вольется в состав жителей. Ведь здесь есть плодородные поля, производство виски и достаточное поголовье скота, чтобы прокормиться. – И что же я до сих пор жив тогда? – хмыкнул Джеймс, приподняв уголки губ. – Уж не потому ли, что боишься, придется драться со всей деревней? Ты не забывай, Кар, я здесь – власть и закон. Свергни меня, и кто встанет во главе? Я пожал плечами, загибая безымянный палец. – В-третьих, я очень сомневаюсь, что этот волк, – кивнул в сторону отрубленной башки, так и продолжавшей ходить с рук на руки, – единственный мутант в округе. А где животные, там и люди. Хоть ты и живешь в этой глухомани всю жизнь, но должен понимать, раз «Стальные» пропустили хищника на твою территорию, где-то здесь обязательно найдется обезумевший мутант. – Он уже передо мной, – кивнул хозяин заведения. – В-четвертых, тела Шона так и не нашли, – я загнул мизинец. – Значит, кто-то или что-то помогло ему исчезнуть. И это всего в пяти километрах от деревни. Как ты с этой проблемой справишься без специалиста по исчезновению и контролю разума? Джеймс покосился на мой оттопыренный средний палец. – Вот, что я тебе скажу, Кар. Ты много о себе возомнил. И, если понадобится, я твои пальцы по фалангам отрезать буду. И никакая мутация меня не остановит, – он сжал челюсти, отчего на лице проступили желваки. – Но до тех пор, пока ты будешь мне полезен, я согласен, чтобы ты жил в Олл-Три. Но, как бы там ни было, ты не станешь подрывать мой авторитет. Я улыбнулся как можно добродушнее. С моим все еще не восстановившимся лицом выглядеть должно жутко – проверял перед зеркалом. – Рад, что мы смогли придти к разумному компромиссу. Кстати, об этом. Часть своей доли с каравана Гарри я забрал, остальное – двадцать процентов, доставите к Марте. – А не оборзел ли ты в конец?! – покраснев от злости, он хлопнул ладонью по столешнице. – Десять и не больше! Я пожал плечами. – Я же тогда сам все заберу, Джеймс. Не надо строить из себя жадного засранца, мы оба понимаем – без меня от твоего конвоя, отправленного за брошенными телегами, вообще бы никого не осталось. Когда я их встретил, идиоты даже стволы на повозках побросали. – И за это я с них спрошу, – с готовностью кивнул винокур. – Но это – мои проблемы. И они совершенно не стоят двадцати процентов добычи. Там одного только зерна почти шестьдесят килограмм! И куда ты собираешься его девать? Я пожал плечами. – Впереди зима, а деревенские, как всегда, не особо щедры. Мне же придется заботиться о том, чтобы Марта не мучилась от голода. Так что не так уж много я и прошу. – У Марты прекрасные теплицы, я сам их заказывал в Ксежинске, – отмахнулся Джеймс. – Так что историю о бедном голодающем медике оставь для сопливых девчонок. Вот уж кто не нуждается в дополнительных мешках провизии, так это твоя Марта. – Я согласен обменять всю свою долю добычи на одну вещь, – развел руками я. – Все равно никому в Олл-Три толку с нее не будет. Он весь подобрался, разом становясь властным мудаком, каким его знает каждый в деревне и за ее пределами. Кулаки сжались на столешнице, словно толстяк вот-вот пустит их в дело. – Я не отдам тебе броню. Пожав плечами, я пригубил пива. Подсоленный напиток был намного приятнее, чем обычно. Интересно, какие еще гурманские замашки у меня появятся теперь, когда память начинает восстанавливаться? – Сам подумай, Джеймс. При случае опасности я могу и не успеть добраться до твоего дома. И костюм достанется тем, кто захватит деревню. А вот если броня будет всегда в зоне моей досягаемости, мы сможем быть полезны друг другу. Ментальное подавление: 2,6. – В таком случае мне проще переселить вас с Мартой в саму деревню, – чуть охладив пыл, заявил он. – Но она вряд ли согласится, я столько раз уже предлагал ей. Я попробовал усилить влияние, но кроме падения отметки энергии еще на 5 единиц, ничего не изменилось. Джеймс нахмурился, барабаня пальцами по столешнице. Народ вокруг рассосался по своим делам. В отличие от остальных дней, сегодня работы хватало всем. Впрочем, это не надолго. – Зачем ты предлагал ей переехать в деревню? – спросил я, когда за последним местным хлопнула дверь. Но винокур лишь ухмыльнулся, пришлось снова надавить на него и повторить вопрос. – Она красивая женщина, Кар, – тяжело заявил Джеймс, откидываясь на спинку стула. – А я люблю красивых женщин. Таких и рядом держать приятно, и дети симпатичнее. Ну, как-то так я и предполагал. Отключив «Ментальное подавление» я едва успел увернуться от летящего в морду кулака. – Еще раз на меня надавишь, я твою башку размозжу! – прорычал толстяк, подскочив с места. Черт, совсем из головы вылетело! Он же не хотел говорить, мать его. Нужно быть аккуратнее. Новый удар я пропустил, поднырнув под огромный кулак, и сам двинул Джеймсу в челюсть. Винокур сразу поник, глаза закатились и он всей тушей рухнул на деревянный пол. В воздух взметнулась пыль, в бар тут же заглянула любопытная морда Джимми. – Эй, мужики! – крикнул начальник конвоя. – Охренели? Кар, Джеймс! Что за херня? Я пожал плечами и, бросив на валяющегося винокура, тряхнул отбитым кулаком. Как в стальную плиту ударил ведь! Охренеть у этого мастодонта кости. Такому и броня никакая не нужна будет. Возможно наличие уникальной мутации. Да уж, тут иначе и быть не может. Даже смешно, где-то там, в паре тысяч километров боевые киборги отлавливают и уничтожают мутантов. А мы здесь, за пределами цивилизации – и каждый среди нас так или иначе, получил свою мутацию. И ведь Джеймс прав, именно это скопище уродов, пусть и мутировавших только внутренне, производит виски, чтобы обычные люди знали, что мир не рухнул. Цивилизацию можно восстановить. Ведь что такое виски, по своей сути? Это обработанное зерно, и для промышленного производства его требуется достаточно много. А голодный мир никогда не сможет позволить себе подобное расточительство. Но винокурня Олл-Три обеспечивает своим пойлом всю Тау Мару. – Да так, – наконец, проронил я, оборачиваясь к Джимми. – Повздорили немного. С этими словами я протянул пришедшему в себя винокуру ладонь. Он ухватился за меня и с тяжелым выдохом поднялся на ноги. Заботливо хлопнув его по плечу, я вернулся на свой стул. Пиво нагрелось и даже на запах уже не привлекало. Сунув остатки вяленого мяса в рот, я махнул Джеймсу на его место. Тяжело отдуваясь и потирая челюсть, он кивком успокоил Джимми, и только после того как мужик ушел, вернулся к столу. – Я не буду отдавать тебе броню, Кар. И двадцать процентов – слишком дохрена. Так что либо я закрываю глаза на то, что ты уже успел вытащить с повозок, либо вали нахер. Я кивнул, откидываясь на спинку, и сложил руки на коленях. С невинным видом пару раз моргнув, снова кивнул. – Тогда удачи вам отбиться от следующей напасти. Добродушно улыбнувшись, я поднялся на ноги. И тут же заревела тревога – установленная у главных ворот сирена протяжно завыла, заставив меня вспомнить, как вот так же орала сигнализация в бункере с жуками. И солдатом в белой броне. Чертыхаясь, Джеймс подскочил с места, выбегая на улицу. Я же тряхнул головой, сбрасывая воспоминания. С трудом, но удалось отделить реальность от прошлого. Атака на Олл-Три? Так быстро? Неужели действительно рейдеры пожаловали? Но, оказавшись на улице, я хмыкнул, машинально ища взглядом оружие. В деревню въезжали два броневика с эмблемой «Стальных сердец». Ну да, а у нас тут прям посреди главной улицы стоит разграбленный караван. Вот будет весело, если киборги уже нашли убитые тела караванщиков и рейдеров. Тут даже тупой бы догадался, кто кого положил. Да уж, что-то день прямо с утра как-то не задался. Сперва «Ментальное подавление» не сработало, теперь вот отстреливающие мутантов роботы пожаловали. И какой черт их дернул сюда приехать? Отряхнув руки об штаны, я медленно двинулся в сторону выхода из деревни, надеясь скрыться подальше от киборгов. Почему-то был уверен, ничего хорошего от встречи с ними меня не ждет. Но стоило дойти до переднего броневика, как в нем открылся люк, едва не задев меня толстой металлической плитой. Из машины выскочила невысокая и хрупкая молодая девушка в кожаной куртке и рваных джинсах с тяжелыми ботинками. Через плечо у нее был протянут ремень дробовика, болтающегося за спиной. Мы замерли друг напротив друга, а потом я раскинул руки в стороны и с радушной улыбкой вскрикнул: – Сколько лет, сколько зим! Добро пожаловать в Олл-Три, Алекс! * * * – Охренеть, в какую жопу мира тебя занесло! – в который раз повторила девушка, поправляя коротко обрезанные волосы. Я поставил перед ней стакан и бутылку виски. На столе уже томилась пара мисок, откуда торчали хрупкие кости. Аппетит у нас обоих разыгрался нешуточный. Даже и не знаю, у Алекс-то организм молодой и требует топлива. Я же скорее на нервной почве брюхо набивал. Первый человек, которого я встретил из прошлой жизни. И то я очень сомневаюсь – в памяти хоть и заполнились пробелы, но почему-то крепло с каждой минутой ощущение, что я знаю какой-то ее секрет. Что-то важное, о чем меня просили молчать. Как же надоели эти дыры в башке! Ощущение, что я вот-вот все вспомню, открою дверь, за которой притаилось прошлое, а стоит напрячь мозги – и хер там, меня с размаху бьют по пальцам этой самой дверцей. – Ты бы знал, сколько мы времени потратили, чтобы тебя найти! – прихлебывая виски, сообщила Алекс, прикрыв глаза. – А сколько народу перестреляли. Эх, Каратель, что ж ты за сволочь такая уникальная? Я вздрогнул. Как-то не вязалось у меня такое прозвище с самим собой. Да, я подвержен вспышкам агрессии, порой не совсем неадекватен и страдаю тягой к извращенной справедливости, но… – Почему Каратель? – уточнил я, присаживаясь напротив девчонки. Она оторвалась от бокала, несколько секунд смотрела на меня из-под приспущенных век. Бутылка грохнула по столешнице – набрав новую порцию местного пойла, она хмыкнула. – Только не говори, что нихрена не помнишь? – залпом запрокидывая в себя виски, произнесла она. – Память у меня достаточно разрозненная, – чуть тише ответил я, пожав плечами. – Местами помню, местами – нихрена. Тебя вот увидел, и сразу понял, что мы знакомы. Причем как-то странно – я про тебя одновременно и помню, и нет. Знаю, например, что ты очень любишь выпить и подраться. Еще мне кажется, ты была не одна, но не уверен. При этих словах Алекс несколько напряглась. Бокал ударился о стол. – Была, это ты прав. Но уже довольно давно я одна. Если, конечно, не считать, что твоя странная подружка наняла меня искать своего засранца из космоса, – она всмотрелась в мое лицо. – Ну ты и уродом стал! Даже не знаю, обрадуется Алиса теперь, или нахрен тебя такого, красивого, пошлет. – Алиса? – Ага, – с готовностью кивнула Алекс. – Киборг с внешностью шлюхи, заправляющая «Стальными сердцами». Я так поняла, ты ее на Тау Мару привел. Только так до меня и не дошло, зачем. Я развел руками. Ну а что я еще мог сделать, все равно не помню же. Так что побарабанив пальцами по столешнице, потер щеку и уставился на наемницу. Перед глазами всплывали моменты, где она выглядела подростком и уже взрослой девушкой. Какого черта, мы что, так долго знакомы? – Ну вот, ты меня нашла, что дальше? – стараясь отрешиться от самоанализа, уточнил я. – Свяжусь с Алисой, она решит, что делать дальше, – равнодушно пожала плечами гостья из прошлого. – Я-то так и не знаю, какого хера ты ей внезапно понадобился спустя пять лет. Хотя искала она и раньше, там целая армия была нанята, чтобы найти тебя, – ее губы скривились в усмешке. – Вот только кто же знал, что вместо мачо нужно искать живую головешку. Я усмехнулся в ответ на такую детскую подколку. – Ладно, связывайся, – махнул рукой. – А сами киборги какого черта прикатили в Олл-Три? – Так они на патруле, – отозвалась Алекс. – Вы тут не в курсе, что ли? Я покачал головой, дожидаясь, когда же девчонка разродиться информацией. Как бы там ни было, бросать деревню не хотелось. Ну, или хотя бы Марту. С остальными еще как-то все смутно, особенно с Джеймсом. – У нас на большой земле идет самая настоящая война, – заявила девчонка, откинувшись на спинку стула. – Какой-то хитрозадый урод собрал кучку рейдеров из недобитых банд, а теперь и вовсе принимает к себе мутантов всех мастей и размеров. Я пошевелил надбровными дугами, бровей-то у меня нет. – Так и в чем проблема? У вас армия боевых киборгов под рукой… – Ха! – не дала договорить мне Алекс. – Их всего-то тысяч двадцать от силы, большинство – патрулируют улицы городов. Стрелки и рейнджеры в основном охотятся. А они, сам понимаешь, не так круты. – Бред какой-то. Зачем пускать в расход людей, когда есть фабрики по штамповке искусственных солдат. – Спросишь у Алисы, – отмахнулась Алекс. – По мне так даже лучше. Я хотя бы могу себе на патроны и виски заработать, настреляв парочку мудаков, – она щелкнула пальцами по пустому бокалу, и я налил почти до краев. Девчонка тут же схватила бокал и, уже не спеша, потягивала бесплатное пойло. Платили-то за нее киборги. У них, в отличие от Гарри, никаких проблем с обменом товара на гильзы и патроны, не было. – Короче говоря, тебя все утраивает, – подытожил, наблюдая, как наемница приканчивает виски. – Так что там с Алисой, что нужно, чтобы ты с ней связалась? Девчонка поставила пустой бокал на стол и совершенно трезвым взглядом взглянула на меня. – Скажи честно, ты знаешь, где Крайс? Память подбросила лицо мужчины с торчащими металлическими пластинами на висках. Ага, Крайс – боевой киборг. Почему-то вместо войны с людьми ходил нянькой за Алекс. Блин, надо ее разговорить, может, больше вспомнить смогу. – Только сейчас понял, о ком ты, – честно признался я. – Нет, я не знаю, где он. Черт! Да я за пятнадцать минут с тобой вспомнил больше, чем за два долбанных года в этой деревеньке! От переполнявших чувств я саданул кулаком по столешнице. Бокал и бутылка подпрыгнули, заваливаясь на бок. Едва успел поймать бухло, и поставить ровно. Алекс усмехнулась и закатала рукав куртки. НейроСмарт. А то я сам не понял. Стоило Алекс включить прибор, НИ тут же радостно затараторила в моем черепе: Установлено соединение с внутренней информационной сетью «Стальные сердца». Блокировка системы идентификации пользователя – установлена. Обновление баз данных в свободном доступе. Создание учетной записи – выполнено. Вход в систему. Перед глазами зарябила карта Тау Мары, обновляясь тысячами красных и зеленых точек. Моргнув, согнал изображение, чтобы не мешалось, вслушиваясь в слова невидимой помощницы. Обнаружена информация о группировке Мессии. Загрузка данных. Обнаружен личный файл Мессия. Загрузка данных. Обнаружен список личного состава «Стальных сердец». Загрузка данных. Внимание! Обнаружен взлом системы! – Каратель? Ты? – тот же голос, но в этот раз он звучал куда более эмоционально. У меня чуть сердце не остановилось. Столько тоски и тайной надежды в нем прозвучало. – Не молчи, ответь что-нибудь! – потребовала она, пока я переводил дыхание. В отличие от моего НИ этот голос вызывал одновременно и ноющую боль, и радость. И жар по всему телу, словно меня впихнули в печку, перепутав с дровами. От жжения во рту пересохло, я вздрогнул, вцепляясь пальцами в столешницу. – Алиса? – выдавил сдавленным горлом. Алекс подняла на меня непонимающий взгляд. – Какого хера, ты что, взломал мой Смарт?! – злобно округлила глаза девчонка. Я рывком поднялся из-за стола и в два шага выбрался на улицу. Закрыв дверь ногой, втянул сквозь стиснутые зубы слишком горячий воздух осеннего вечера. Жжение медленно отступало, я уперся спиной о стену бара и опустился по ней на корточки. – Каратель, где ты? Я не вижу тебя, – снова ввинтился мне в голову тревожный голос Алиса. – В Олл-Три. Я в Олл-Три, – отозвался я, посылая команду народу вокруг скрыться с глаз долой. Деревенские, вовсю торговавшие с киборгами, почти мгновенно вспомнили, что у них есть и другие дела. «Стальные» же провожали их взглядами, потом все как один уставились на меня, сжавшегося на крыльце заведения. – Это… Это ты? – произнес один из железных бойцов, откидывая забрало боевой брони. – Что с тобой произошло? НИ среагировал моментально, наложив проекцию девушки на мужское лицо. И пускай оно дрожало и местами сливалось с настоящей мордой киборга, видеть девушку мне было чертовски приятно. Пожав плечами, я медленно поднялся на ноги. Чертовски странное чувство. Я настолько привык быть никем, без памяти, без привычек и привязанностей. А тут… Алекс, Алиса – как привет с того света, в который не веришь, но хочешь надеяться, что все на самом деле. – Это я, Алиса. Проекция исказилась. Я не смог понять, что выражает ее лицо, но догадывался, что не все так радужно, как кажется на первый взгляд. – Я забираю тебя, – безапелляционно заявила моя собеседница. – Слишком много всего происходит, чтобы ты торчал в этой глухомани. Мне нужна твоя помощь. Черт, всей Тау Маре нужна твоя помощь! Я тряхнул головой и от души рассмеялся. – Ну да, конечно. Ты меня извини, но я всего лишь один человек. К тому же с дырявыми мозгами! Я нихрена не помню, а ты говоришь, помощь… Да я себе-то помочь никак не могу. Она замолчала всего на пару секунд, над чем-то раздумывая. – Я тебя забираю. Мои киборги доставят тебя в Ксежинск. Там мы и встретимся. Я вижу, что ты подключен через подставного пользователя, но ты никак не отмечаешься… Почему твой НИ считает меня врагом? Я развел руками. – Кто его знает? Может, у него тоже паранойя на фоне амнезии. – Понятно. В общем, с конвоем доедешь до города, мы все обсудим. Я прикажу отправляться прямо сейчас. – С чего такая спешка? – нахмурился я. Не нравится мне все это. Такое чувство, будто наступает какая-то вселенская задница для меня лично. И, что самое смешное, кажется, у меня даже нет выбора – на киборгов мое «Ментальное подавление» не действует. А отбиваться от толпы машин, способных порвать тебя голыми руками, с одним только ружьем – изощренный вид суицида. – Я не могу просто взять и уехать, Алиса, – подняв голову, сообщил я. – Я два года прожил в Олл-Три, у меня есть обязательства перед этими людьми. Наверное, даже хорошо, что мы говорим вот так, вслух. Местные хотя бы будут знать, что я как-то связан со «Стальными», да и мое выступление наверняка прекрасно слышат. – Я не понимаю, – отозвалась проекция. – Я столько сил приложила, чтобы тебя найти… Что-то случилось? – Да, случилось. Мне нужно помочь Олл-Три, чтобы они пережили зиму. – У нас нет на это времени, – пробормотала Алиса. – И ты бросишь их здесь умирать? – нарочно повышая голос, спросил я. – Вот так просто махнешь на одну из самых известных деревень Тау Мары? Странно, Алекс сказала, ты защищаешь людей. – Вот именно, Каратель! Я защищаю людей, – фыркнула Алиса. – Пока ты прохлаждался, тиская девок по сеновалам, я вырезала рейдеров и укрепляла связи между стрелками и рейнджерами. Прижимала Альянс к ногтю. А что делал ты? Прекрасно жил с какой-нибудь местной девчонкой, совершенно не думая, что будет завтра? Я даже немного опешил от ее напора. Мелькнула даже мысль, что это она здесь Контролер, а не я. Ведь прекрасно знаю, Алиса – робот, имеющую чуть более продвинутые мозги. А вон какие тирады выдает, словно на самом деле что-то чувствовать может. – Твои киборги не раз и не два заезжали в Олл-Три. И ни разу ни один из них не решил, что я тот самый Каратель, которого ты ищешь. – Я не могу контролировать каждого! – с вызовом ответила она. – Ты не представляешь, каких ресурсов требуется для простого поддержания порядка на Тау Маре. Думаешь, просто так мы только города охраняем сами? Черта с два, Каратель!.. – Да плевать! – отмахнулся я, прерывая ее пламенную речь. – Я не могу просто взять и уехать. Дверь бара скрипнула, открываясь. Алекс повела плечами, поправляя дробовик за спиной. – Чего ссоримся? Алиса, я останусь с ним. Сможешь через мой Смарт общаться. В конце концов, какая нахрен разница, где он находится, пока под моим присмотром будет? Я хмыкнул. Самоуверенная девчонка мне, взрослому мужику в няньки? Какой-то нереальный сюр! Сам за себя постоять могу. Проекция дрогнула, словно Алиса металась из стороны в сторону. – Я направляю патруль обратно, – наконец, сообщила она. – Но в следующий раз, когда они доберутся до Олл-Три, ты, Алекс, доставишь его ко мне. Если понадобится – хоть связанного и накачанного транквилизаторами. Вот как? А говорила времени нет. Это я такой убедительный, или она какой-то хитрый план переиграла? В любом случае, у меня теперь есть время решить проблемы в деревне. Стоило проекции отключиться, киборг опустил забрала брони и вернулся к своим. А я подумал, что совсем не так представлял нашу встречу. И зачем мне вообще оставаться в Олл-Три, когда можно прыгнуть в броневик и ехать под охраной в лоно цивилизации, я же сам так и хотел поступить. И суток не прошло, а я сменил решение. «Стальные» завели двигатели, оставив все припасы сложенными на земле. Даже оружие и гильзы рассовали по ящикам и мешкам. Явно Алиса руку приложила, оставив подчиненных с минимумом необходимого. – М-да. Ну, здесь хотя бы есть виски, – с улыбкой толкнула меня в плечо Алекс. – А скоро будет нечто покруче, – заверил я, наблюдая за выезжающими машинами киборгов. – Пострелять, насколько понимаю, ты не против? Девчонка лучезарно улыбнулась. Ей, кажется, вообще все тревоги ни по чем. – А есть в кого? Я кивнул, уже думая о своем. – Найдутся, уж поверь мне. Глава 5 С одной стороны странно, что местные ни сном, ни духом о новом витке войны. С другой – какая нахрен в действительности разница? Это Тау Мара, здесь постоянно кто-то с кем-то да воюет. Для Олл-Три по-настоящему важно лишь одно: чтобы продавался виски. Потому особых проблем привезенные киборгами новости не принесли. Деревня и так планировала отстреливаться от любителей легкой наживы, так что ничего, на самом деле, и не изменилось. Разве что теперь, когда патруль оставил оружие, медикаменты и зерно, делать это будет проще и веселее. Стоило отойти от бара, Алекс упылила под ручку с Джоном. После схватки с волками паренек с гордостью светил шрамами на лице, чем, похоже, и привлек подозрительно беззаботную девчонку. Оставшись в одиночестве, я подумал, почему на самом деле отказался ехать сразу. На словах, пока слушали местные, старался выглядеть героем, но на деле… Испугался я до ужаса, вот и вся правда. Мирная жизнь, о которой думал совсем недавно, нахрен мне не сдалась. С Мартой нужно прощаться сегодня же, чтобы перебраться поближе к броне. Но и выйти в большой мир после столь долгого уединения – жутко. Да, я выжил в аду, и теперь могу одним своим видом детишек пугать. Но смогу ли во второй раз? Та же Алиса, очевидно, ждет своего Карателя, но я уже не он. Не отрицаю, все нутро буквально горит, стоит только представить ее перед собой. Вот только уверенности этот факт не прибавляет. Да и с НИ нужно разобраться. Там же куча инфы заложена. Одно только «Ментальное подавление» чего стоит! Плюс, пока я здесь, у меня будет время потренироваться. Опять же – прочесать лес в поисках новых банд и мутировавших хищников. Ведь если разобраться, тот вожак с легкостью сбросил мой контроль со стаи. А что будет, когда мне попадется разумный мутант, а не тупое, в общем-то, животное? На секунду я даже представил, как волчара мог стать вожаком. Просто задавить сородичей, убедив их подчиниться. Как поступил со мной, заставив подставить горло. А я ведь и сам контролер! В общем, дел, если подумать, по гланды. И, пожалуй, стоит начать с сегодняшней ночи. Марты дома не оказалось. Приставив ружье в угол, прошел через гостиную в кухню. Обломки стола сгрудились у стены, напоминая о несдержанном обещании. Хмыкнув, открыл меню НИ и вписал туда еще один пункт. Удобная штука! Задачи Олл-Три: 1. Заставить Джеймса отдать костюм средней боевой брони класса «Воин». 2. Провести разведку леса. Найденных рейдеров и мутантов – уничтожить. 3. Заменить стол в доме Марты. Ловко он поправил мои «броня, лес, стол». Так, глядишь, и детективы писать научится. Собрав обломки, вынес их на улицу. Солнце мгновенно обрушилось на плечи, резко ударяя по глазам. Деревяшки упали мне под ноги, я дернулся, стараясь убраться прочь от вездесущего огня. Я беззвучно кричал от боли, сдирая плавящуюся кожу. В глотке все пересохло, сознание помутилось, и я упал на колени. Тяжело дыша, огляделся. Я не в пылающем бункере, я в Олл-Три. Стою на четвереньках, как дурак. Судорога свела мышцы, с трудом заставил себя выпрямиться и сесть на крыльцо. Перед глазами все еще мелькали воспоминания о капающем отовсюду расплавленном металле, но прохладный осенний ветер медленно выдувал кошмар из головы. Черт возьми, как я вообще там выжил? Как не превратился в горстку пепла, там же адские температуры были. Переведя дыхание, поднялся на ноги. Эти фрагменты, возвращающиеся в самые неподходящие моменты, порядком достали. Как я еще умом не тронулся? Подхватив негнущимися пальцами ножку от стола, протащил ее к поленнице. Ноги слушались отвратительно. Я скорее волочил их, чем шагал. Синхронизация – 3,2%. Перегрузка мозга оператора. Требуется срочный отдых. Это я даже десятой части не вспомнил. Надеюсь, ничего страшнее сгорания заживо там не найдется. Закончив с перетаскиванием стола, я вернулся в дом. Тело уже пришло в себя, хотя мышцы и ныли от усталости. Но отдохнуть еще успеем. Раскрыв рюкзак, вытащил горсть патронов. Расставив их рядком на полке, почесал подбородок. Хотя бы вернул то, что брал у Марты. – Кар? А вот и доктор. Хорошо, успел оклематься, сейчас бы только заставил волноваться. От мысли, что придется оставить добрую женщину одну, почувствовал себя сволочью. – Марта… Но она махнула рукой и, подойдя вплотную, обняла меня, прижавшись головой к моей груди. – Я знаю, что ты теперь уйдешь. Не говори ничего, – она приложила палец к моим губам. – Я все понимаю. С самого начала знала, рано или поздно, ты бы ушел. Не из той ты породы, чтобы тихо-мирно жить на одном месте. Но… – она мягко поцеловала меня. – Сегодня, в последний раз, побудь со мной. Возражать и отказываться я не стал. Подхватив ее на руки, отнес в спальню. * * * – Ты чего такой недовольный? – фыркнула Алекс, натягивая на лицо неизменную бандану с черепами. – Вдова в постели не так хороша? – Заткнись, – отозвался я, рассматривая загруженную у «Стальных сердец» карту. Нужно отдать киборгам должное: роботы засняли весь материк, пометили возвышенности, расставили знаки известных безопасных мест. Пунктирами тянулись торговые пути Альянса, отдельным цветом – свободные караванные пути. Подсвечивались зеленым зачищенные руины бывших городов. Красные зоны помечены предполагаемым составом мутантов и рейдеров, тут же записаны регулирующие границу подразделения «Стальных» и отряды ушедших на враждебную территорию людей. Осмотрев желтые, условно безопасные, окрестности Олл-Три, я тихо ругнулся. Киборги не предполагали наличие рейдеров и мутантов, но настроения деревень их не устраивали. Судя по записям, Алиса даром времени не теряла. Моя подруга усиленно превращала разрозненную колонию в одно военизированное государство. И «Стальным» отводилось в нем место законников. Олл-Три и другие, уже занятые рейдерами деревни, не спешили присоединяться к этому веселью. Наоборот, чем дальше от основной территории, тем выше проставила Алиса вероятность применения силы. И хрен бы с ним, мне, собственно, нет особой разницы. Удивляло другое – как я, мать его, э о понял по нескольким фразам, записанным на карте? – Ну, Каратель, куда двинем? – скучающим тоном спросила Алекс, скидывая с плеча дробовик. Я огляделся по сторонам. Мой НИ исправно защищает от сети Тау Мары. А вот стоящая рядом девчонка на карте отмечена синей точкой. Точно так же покрашены группы рейнджеров, стрелков и прочих людей на службе Алисы. – Двигаемся туда, – махнул рукой, определив для разведки ближайшие квадраты. – Сперва просто осмотримся, там будем думать. Равнодушно пожав плечами, Алекс первая вошла под кроны деревьев. Я в последний раз оглянулся на домик доктора. В окне мелькнула фигура Марты. Кажется, она даже помахала мне. Идти было легко. Вокруг не так плотно расселились деревья. Выцветший подсохший мох, кусочки отвалившейся коры, опавшие иголки высоких сосен – все это хрустело под ногами, источая сладковатый запах. В памяти что-то всплыло, но я не позволил еще одному приступу начаться, запихнул память куда поглубже. Алекс впереди скользила, не производя шума вообще. Я же пер, чувствуя себя неуклюжим идиотом в стеклянной комнате. Интересно, будь у девчонки НИ, во сколько бы он оценил ее «Скрытное передвижение»? Полчаса мы двигались в направлении ближайшей деревни. Интерфейс подсвечивал мелких ночных зверей, пару раз ухнула где-то неподалеку сова. Живности в лесу дохрена, но большей частью она никому не нужна. В Олл-Три разводили волов, изредка стреляли волков, защищая стадо. Но охотится здесь бесполезно: самые опасные и дорогие звери – мутировавшие медведи, запросто валили попавшегося на когти и зубы. Хотя сами они и не нападали, предпочитая шугануть человека, но встреча с рейдерами показала, что не все так гладко. Я же до сих пор не разобрался, почему зверь меня не тронул. Так что мы держали ухо востро и глядели в оба. Я уже убедился, что иногда мой верный НИ может сбоить и глючить, не замечая очевидного, так что пришлось полагаться на свои усиленные глаза и слух. – Расскажи, что помнишь, – нарушая молчание, обернулась девчонка. Я пожал плечами. – Помню, как сгорел заживо. И каким-то чудом уцелел. Хотя, кажется, потребовался не один год, чтобы я смог выбраться. Алекс вскинула левую бровь. – Так ты теперь совсем как я, – не слишком радостно хмыкнула она. – В смысле? – Ну да башка-то у тебя дырявая, – фыркнула девчонка. – Тогда забей, Кар. Полностью память не вернется никогда. – Почему? – не стал скрывать удивления я. Она развела руками, продолжая идти вперед и смотреть по сторонам. – Когда я первый раз умерла, тоже нихера не помнила. И до сих пор так и не вспомнила: ни кто я такая, ни откуда. Я промолчал. – А потом махнула рукой, – сообщила уже веселее. – Все, что я умею, это убивать. Так что на Тау Маре для меня всегда найдется место и работа. И так ли вообще важно, где я этому научилась? Оно просто есть, помогает прожить на один день больше, и я довольна. – Я бы не сказал, что ты довольна. Скорее, ты сдалась и плывешь по течению. – Ой, иди ты нахер, еще один сраный умник на мою голову! – презрительно зашипела она сквозь зубы. – Крайс тоже любил у меня в мозгах покопаться. Нянчился со мной, как с ребенком. А потом свалил нахер, бросив меня одну. Так что идите вы в жопу, хреновы умники. Себе бы сначала помогали, прежде чем к другим в душу лезть. – Извини, – пожал я плечами. – Сама тему подняла. И сколько раз ты уже умирала? Алекс некоторое время шла молча. Я ощущал ее сомнения, словно мысли слышал. Интересно, смогу ли? Энергия: 760/1 000. Объект под контролем. Девчонка резко остановилась, как вкопанная. Ствол дробовика уперся мне в грудь. – Охренел? Я усмехнулся. – Попробовать стоило. Она нахмурилась, делая вид, будто раздумывает, не пристрелить ли меня в темном лесу. Но я прекрасно считывал ее радость от встречи со мной. Похоже, сам того не ведая, я стал для нее живым напоминанием о временах, когда верный – и, похоже, любимый – киборг был рядом. – Ненавижу контролеров! Не делай так больше, – дернув ворот куртки, она показала мне висящий на шее медальон. – Подарок твоей драгоценной подружки. Не знаю, как, но эта херовина теплеет, когда кто-то пытается влезть мне в голову. Коснитесь для первичного анализа. Я взял безделушку в руку. Обычный комок оплавленного металла. Что туда можно засунуть, чтобы отслеживать «Ментальное подавление»? И почему, имея такие побрякушки, «Стальные сердца» до сих пор не истребили всех контролеров? И вообще. Вся эта история с Мессией пахнет застарелым воловьим дерьмом. Бывший рейдер собирает армию безмозглых мутантов. То есть он, как и я, контролер. Только я с трудом пару человек удерживаю, а он с толпой справляется. И почему, имея такие ресурсы, Алиса не прибила его в самом начале? Первичный анализ завершен. Сообщить результаты? Да нахрена они мне сейчас? – Пошли, что ли? – отпустив комок металла, хмыкнул я. – По крайней мере, здесь все чисто. Алекс кивнула. – Веди тогда… Каратель, – с усмешкой сказала она, заставив меня вспомнить полет в похожей на стеклянный гроб капсуле. Передернув плечами от всплывших из глубин памяти ощущений ужаса перед безграничным пространством открытого космоса, я первым зашагал в нужную сторону. До ближайшей деревни, предположительно захваченной дружками Боба, идти три дня. Но это по дороге. Через лес, с помощью карты киборгов, доберемся к завтрашнему вечеру. Алекс быстро нагнала меня. Снова изображая из себя непоседливого подростка, принялась рассказывать о своих приключениях. Я слушал ее треп в пол-уха, следя за тем, чтобы среди контуров ночного зверья не появился кто-то крупнее щенка. И через каких-то полчаса был вознагражден за усердие. Обнаружен многочисленный противник. Расстояние: 300 метров. Схватив негромко болтающую девчонку за плечо, приложил палец к губам. Указав ей в сторону еще одной волчьей стаи, снял «Раш» с предохранителя. Животные нас пока не заметили, увлеченно крутились вдалеке. Похоже, задрали крупную добычу. – Кто там? – едва различимо прошептала Алекс, поднимая ствол дробовика. – Волки, – так же тихо ответил я, продолжая всматриваться в красные контуры. – Штук двадцать. – Херня какая, – пожала плечами она. – Перебьем их да и все. – В прошлый раз среди них был контролер, – покачал головой я. Подсчет окончен. Обнаружено: 15 волков. – Пятнадцать особей, будь готова, – сообщил я. – Триста метров. Кивнув, девчонка чуть сместилась в сторону. Мы одновременно двинулись вперед. Простой отстрел лесных хищников не входил в мои изначальные планы, но после встречи с тем вожаком хотелось перестраховаться. На отметке в 162 метра стая встревожилась. Я видел, как поднял башку один контур, другой. Твари принюхивались, ощутив новую добычу. Подняв карабин к плечу, я осторожно двигался вперед, тщательно выбирая место для нового шага. Алекс все так же скользила справа. По притихшему лесу разнесся вой. Пришлось тряхнуть головой, сбивая липкую паутину инстинктивного страха. Девчонка же рядом со мной застыла, торчащее над платком лицо побледнело. С неестественным грохотом выпал из трясущихся пальцев «Ангер». Еще секунда, и Алекс просто броситься бежать в панике. Восстановлены нейронные связи. «Устойчивость к психотропному воздействию» переименована. «Защита от ментального подавления». Присвоено значение: 1,2. А с тем вожаком так нельзя было, что ли?! Волки всей толпой ринулись к нам. Поймав в прицел самого торопливого, спустил курок. Выстрел ударил по ушам. Пораженный в прыжке хищник сделал сальто назад и замер. Остальные бросились в стороны. Прицельная стрельба: 5. Я толкнул застывшую Алекс под ребро. Девчонка стряхнула оцепенение, бормоча, как ненавидит контролеров. Схватив оброненный дробовик, она мгновенно сориентировалась и пальнула в сторону дрогнувших кустов. В ответ раздался визг и шлепок – бегущий волк напоролся на ствол сосны. – Спина к спине! Я отвернулся от Алекс, щелкнул затвором и разрядил карабин в проскочивший мимо контур. Пуля вонзилась в ствол сосны. Справа на нас выпрыгнул худой как щепка зверь грязно-серого окраса. Он не стал нападать сразу, за что и поплатился. Алекс дернула курок, брызнули осколки кости, мозги и кровь. Зверь упал, не издав и звука. Я встретил нового врага прикладом, сбив тварь в прыжке. Добавил ботинком по морде, с наслаждением слыша треск костей. Новый выстрел – и опять промах. Волки кружили за деревьями, не давая взять себя на прицел. Алекс ткнулась мне в спину, отходя подальше от густых кустов. И меня тут же накрыла волна азарта. Такое упоение охотой, словно мы здесь не за свою жизнь боремся, а на увеселительную прогулку вышли. Охваченный этим чувством, я представил, как хватаю за шкирку ближайшего волка, и вытаскиваю из кустов к себе. Хищник выпрыгнул прямо под дуло и тут же расплескал мозги по кустам. Ментальное подавление: 2,7. За спиной рявкнул дробовик, и количество тварей сократилось еще на одну голову. Волков: 9. На волне успеха я схватил еще двоих, так же заставляя выйти под расстрел. Одновременно выпустив по патрону, мы с Алекс сократили счет еще на пару врагов. – Берегись! – крикнула девчонка, отпрыгивая в сторону. Мне в ногу вцепились острые зубы. Заорав от боли, я со всей силы саданул прикладом по широкой башке. Три удара, и рычащий волк с окровавленной пастью бросается в кусты. Вытянув руку ему вслед, я приказал бегущему рядом хищнику впиться собрату в ногу. Пока они возились, занятые друг другом, я вогнал пару патронов в карабин. Алекс убила еще одного, и снова прыгнула ко мне. Я же, шипя от боли, выпустил волну гнева. – Пустая, – виноватым голосом отозвалась она. Счетчик энергии крутился перед глазами, стремительно уменьшаясь. Но я уже чувствовал их страх. От оцепенения они даже сбежать не пытались, я задавил их инстинкт самосохранения. Пятерка оставшихся хищников выбралась к нам, подчиняясь моему приказу. Злость за прокушенную ногу буквально распирала. Оставшегося в кустах подранка, посмевшего вонзить в меня клыки, растерзала собственная стая. И только после этого мы с Алекс добили последнюю пятерку. Как и всегда, пришло время расплаты. Накатила необоримая слабость, и я буквально рухнул задницей на торчащий изо мха изогнутый корень. Алекс отставила свой «Ангер», вытащила из внутреннего кармана складной ножик. С такой нежностью меня даже Марта не осматривала. Распоров ткань штанов на месте укуса, Алекс, едва касаясь прохладными пальцами, обработала рану обеззараживающим аэрозолем из собственного рюкзака. Затем, также почти неощутимо задевая кожу, наложила повязку. – Жить будешь, – с улыбкой заверила девчонка. Я кивнул. – Спасибо, не думал, что в тебе умерла такая заботливая медсестра, – и окинул напарницу таким взглядом, словно представляю ее в одном халате на голое тело. – Ой, иди ты нахер, умник! – весело отмахнулась она. – Я тоже от тебя не ожидала… А вон, какие вещи творить можешь! Не забывай, я же стрелок, пусть и бывший. Нас и не такому учили. – А еще – бессмертный мутант. Даже не представляю, чему ты только могла научиться за свою долгую жизнь. Она отвела взгляд. – Вот и не представляй. Встать сможешь? Я прислушался к ощущениям. Неприятное открытие – энергия медленно, но верно утекала в никуда. Видимо, рана отнимает гораздо больше сил, чем кажется на первый взгляд. Но идти нужно, как бы ни хотелось передохнуть. – Придется. Но сперва… Алекс поднялась на ноги и потрепала меня рукой по голове. – Знаю, надо проверить, кого жрали эти доблестные звери. Кивнув, я оперся на ружье, помогая себе подняться. В ноге болезненно стрельнуло, энергия тут же просела на 10 единиц. Что ж, видимо, как контролеру мне нужно командовать боем с холма, а не соваться в гущу схватки. Эх, мне бы броню, вообще бы без проблем справились. Но чего нет, того нет. Как говорил отец, за неимением горничной, имеем дворника. Стоп, отец? Перед глазами возник образ седовласого мужчины. Безусловно, мы были похожи. Пожалуй, таким бы я был, если б не сгорел в бункере. От этой мысли не было ни жарко, ни холодно. Похоже, смирился со своей мощной привлекательностью. Зато воспоминание об отце принесло облегчение. Пусть нихера толком и не помню, но где-то далеко, на другой планете, у меня была семья. С этой мыслью я поковылял вслед за Алекс. Сперва решил, она меня все время дурила, не видя волков, пока она не свернула в сторону. До меня тут же дошло, она просто держалась направления, откуда прибежала стая. Не став строить из себя крутого следопыта, просто позвал за собой, проходя между деревьями. Под ногами хлюпнуло – то ли приближаемся к болоту, то ли ручеек рядом. Повышенная концентрация вируса «ТМ-13». Алекс вышла на крохотную полянку в пару метров диаметром вслед за мной. Оглядевшись вокруг, девчонка присвистнула и пошла к противоположному краю. Согласен, удивляться было чему. Я покрутил головой, пересчитывая растерзанные тела. Остатки облезлой одежды, зеленая жижа по кустам и траве. Да и после сообщения НИ сомневаться не приходилось. Стая волков загрызла порядка пятнадцати мутантов. Среди растащенных на запчасти конечностей я нашел пару окровавленных ножей, явно собранных на коленке. Подняв находку, осмотрел заточенный кусок стали, обмотанный алюминиевой проволокой. – Это что же получается? – присев на корточки перед тряпками, когда-то бывшими платьем, хмыкнула Алекс. – Разумные мутанты прошли сквозь кордон киборгов. И, кажется, шли они сюда, в Олл-Три, – ответил я, примеривая самодельный ножик для своей руки. – Только нахрена? Девчонка равнодушно пожала плечами, осторожно перевернула обглоданное туловище. Зелено-желтая, похожая на гной, жидкость закапала на траву и ботинки напарницы. – Если они беженцы… – Почему? Она посмотрела на меня, как на последнего идиота. – Ты посмотри, – кивнула Алекс. – Одежда обычная фермерская. Да, потертая, дырявая. Но за ней все же следили. И совсем нет оружия. Как они дошли сюда без хотя бы банального ружья? Я пожал плечами. – Не думаю, что не знали, как Джеймс относится к мутантам. Алекс кивнула. – Да, он их на дух не переносит. Даже удивительно, что тебя не прогнал нахрен. Но если им некуда было идти? Я усмехнулся, сверяясь с картой «Стальных». – Ближайшее поселение мутантов в трех днях пути. Там защищенная скалами долина, – приблизив изображение, я хмыкнул. – У тебя связь есть? Она покачала головой. – Мой Смарт сам по себе так далеко не тянется. Нужен источник помощнее. – Но… – Броневики киборгов видал? На них столько усилителей повешено, в любую точку материка бьют. Но у вас же здесь дыра, никому нахрен не нужная. Хотя у Джеймса есть такой усилитель. – Понятно, – кивнул я. Выходит, предок Джеймса не просто так свалил в такую задницу. Знал он, что сюда не дотягивается глобальная сеть. Остается вопрос, что хотел спрятать бывший рейнджер. И был ли он вообще рейнджером? Но это уже не важно – времени прошло слишком много, чтобы его секрет на самом деле был важен. Мне же придется сообщить о нашей находке. Мутанты-беженцы это точно нечто новенькое! Черт возьми, что за херня творится, что зараженные бегут от «Стальных сердец», как от огня?! – Ладно, пошли отсюда, – после недолгих раздумий кивнул я. – Может, еще что интересное встретим. И мы оставили заваленную трупами полянку за спиной. Хотя вопросов к Алисе у меня становилось все больше. Глава 6 Под ногами хлюпало. Лес все еще торчал вокруг, но даже в воздухе чувствовалось приближение болота. Собственно, похоже, именно из-за него дорога и делала громадную петлю. Судя по карте «Стальных», впереди водоем диаметром в пару километров. Кто в своем уме через него попрет, когда можно по сухому двигаться? От сырости рана болела все сильнее. И я с ужасом представлял, как придется входить в холодную застоявшуюся илистую воду. Это все равно, что сунуть руку в банку с ядовитыми пауками – каким бы везучим ты не был, один хер сдохнешь. В ночном небе отчетливо проступали темно-зеленые пары тумана, стелящегося над землей. Стволы сосен постепенно расходились в стороны, все больше открывая невзрачную картину гладкой неподвижной водяной поверхности. Сделав очередной шаг, я стиснул зубы и зашипел. Сучий волк! Чтоб его в волчьем аду заживо сожрали! Нога чертовски болела. Я уперся ладонью в осклизлый ствол и остановился. – Что такое? Шедшая впереди девчонка в два прыжка вернулась. Алекс подхватила меня под руку и, не взирая на слабые протесты, помогла сесть на землю. – Об этом я не подумала, – сообщила она, оторвав повязку на моей голени. – Что там? – На мне уже давно бы все зажило. Извини, никак не привыкну, что не у всех такая регенерация. – Да твою мать! – рыкнул я, дергая ногу на себя. Пришлось снова зашипеть, морщась от боли. Впрочем, вид рваной раны тоже не радовал. Красное мясо распухло, ныло и требовало внимания. Хоть кровь не шла, и то хорошо. – Заражение у тебя, вот что, – недовольная моим рывком, Алекс указала на торчащую наружу плоть. – Волчара не почистил зубы после съеденного мутанта, и схватил тебя. – Ты же мне всю ногу залила… Она помотала головой. – От вируса это никак не спасает. Я даже не знаю, есть ли вообще от этой дряни лекарство. Новая вспышка ослепляющей острой боли заставила меня зажмурить глаза и сжаться. Почему НИ молчал? Недостаточно ресурсов для полноценного функционирования. Восстановление начато, срок завершения – неизвестно. Уровень вирусной активности минимален. Состояние оператора в пределах нормы. Обработайте рану. – Это не вирус, – сообщил я девчонке. Алекс пожала плечами. – Тогда эта хрень – какая-то новая болезнь. Во всяком случае, такой опухоли быть не должно. Я честно посмотрел, но нового не увидел. Разорванная нога есть разорванная нога. Чертыхаясь, подтянул ее ближе, борясь с болью. – Ни хера не вижу. – Ну, так ты и не микроскоп, чтобы смотреть, – хмыкнула девчонка, скидывая рюкзак со спины. – Так, делаем привал. Попробую кое-что сделать. И почему меня это немного напрягает? С другой стороны, рану-то она обработала вполне нормально. На вид, конечно, она та еще соплячка, но я и так бы не сделал. – Давай. А следующие полчаса превратились в пытку. Потому что девчонка, орудуя кинжалом, срезала воспаленное мясо. По живому, даже без минимального обезболивающего. Закусывая короткую палку, оторванную с ветки, я старался не орать от боли. Пальцы, вцепившиеся в ствол за моей спиной, кажется, продавливали его до сердцевины. Но это, мать его, лес Тау Мары, и лучше лишний раз не привлекать ничье внимание. Мало ли, какие еще твари здесь прячутся. По всему телу струился липкий пот, я тяжело дышал, стараясь не смотреть, как Алекс отрезает кусок за куском. Стараясь не думать о том, что она делает, я перебирал в голове все доступные воспоминания, но ничего нового не всплывало. Хотя само присутствие девчонки и стимулировало процесс, сейчас явно не лучший момент, чтобы думать. – Твою мать! – Терпи, Кар, – спокойно отозвалась сосредоточенная Алекс, прижимая к истерзанной ноге раскаленный кинжал. – Сейчас немного поболит и пройдет. Вроде не маленький. Ну да, а ожоги потом зарастут. Не в первый раз. Нос уловил запах паленого мяса, и я мгновенно оказался перед горой разрубленных на части тел. Не оборачиваясь, я знал, что позади меня стоит «Дьявол» – джип стрелков. Чуть в стороне, скрестив руки на груди застыл Крайс, внимательно смотрящий за напарницей. Алекс была моложе, чем сейчас. Она опустилась на колени, держа в руках перепачканную куклу. – Мэрдок… От пощечины меня вернуло обратно. Тряхнув головой, я прислушался к себе. Ничего. Нога совершенно перестала болеть, словно ее никогда и не кусали. Бегло осмотрев поврежденный участок, заметил лишь цепочку шрамов на местах, где побывали зубы блохастой твари. – Кто такой Мэрдок? Алекс сидела ко мне спиной на торчащем из земли корне. Услышав имя, девчонка заметно напряглась и опустила плечи. Между нами горел тихий огонек костра, разведенного в небольшой яме. – Что-то вспомнил? – Гора трупов. У тебя в руках кукла, рядом был Крайс. И джип. Помню, как он вибрировал под моей задницей. – Сити, – кивнула она, поднимаясь с места. – Майло Мэрдок. Работал на стрелков. Я кивнул, в голове заметались воспоминания, обрывки разговоров. Вся эта каша вертелась калейдоскопом, пока не встала на свои места. Паззл сложился. Синхронизация – 4%. Хо-хо! Да у меня там есть собственный угол! Теперь можно будет наведаться в Сити и проверить. – Интересно, что с ним стало за эти 5 лет? – Мэрдока я нашла, – равнодушно пожала плечами Алекс, хотя по глазам я видел, что это напускное. – Когда твоя Алиса наняла меня искать тебя. Она сдала мне эту сволочь с потрохами… Ну и я прирезала паскуду. – А Сити? Что с ним? Девчонка еще с минуту рассматривала собственные пальцы, словно вспоминала, как расправлялась с Майло. Наконец, тряхнув головой, вздохнула. – Сити. Да что с ним могло случиться? Когда там организовали оборону рейнджеры с беженцами, все было нормально. А потом случились «Стальные сердца». И, в общем, город встал на сторону Альянса. Ты же наверняка слышал, что они первое время были на ножах. Я кивнул, дальше можно было не объяснять. Киборги старательно выкорчевывали всех сопротивляющихся. Об этом даже в Олл-Три знал каждый ребенок. Выходит, нет больше там никого, кто бы меня помнил? И опять же – почему Алиса на это пошла? Зачем устраивать войну, когда тут выживать надо всем вместе? Какого хрена вообще произошло за эти 5 лет? – Почему она это сделала? – все же озвучил я свою мысль. – На Тау Маре все меньше людей, а киборги, вместо того, чтобы сплотиться с ними – постоянно воюют. То с Альянсом, то еще с кем. Почему не наладить диалог? Алекс хмыкнула. – И это говорит парень, которого звали Каратель! Ты же первым готов был любого, кто косо посмотрит, пристрелить. Эх, жаль, ты не помнишь разборку в «Дыре». Ты же целую войну развязал за то, что тебя попытались оставить без гильз. На этот раз никаких воспоминаний не пришло. Да и черт с ним. Один хер, кем я был раньше, уже не вернется. Не проходят годы беспомощности бесследно. Я был жесток и скор на расправу? Что ж, это объясняет откуда во мне столько злости и ненависти. Но не отменяет того, что теперь я действую иначе. Что-то подсказывает, Каратель просто перебил бы весь караван и рейдеров сам. Но Каратель мертв. Пришло время Контролера. С этой мыслью я закрыл глаза и сам не заметил, как провалился в сон. * * * Девчонка разбудила меня толчком в плечо. Открыв глаза, тут же зажмурился. Вошедшее в зенит солнце резануло, как ножом. Время сна – 4 часа 23 минуты. Энергия: 318. Хреново. Так к деревне я подойду вообще без сил. Хотя счетчик теперь практически не менялся. Если сравнивать с моментом, когда только получил рану, конечно. Прислушавшись к ощущениям, скривился. Пускай боль и не так сильно, но все же ощущалась. Да и ожоги от ножа радости не прибавляли, напоминая о времени, когда даже с кровати встать не мог. Тяжело поднявшись, я осмотрелся. До болота оставалось несколько метров. Собственно, мы оказались на самом краю овального водоема, окруженного редкими соснами. Над гладкой темной поверхностью виднелись редкие кочки, вдалеке угадывалась пара кривых, будто закрученных в спираль, деревьев. Картина не воодушевляла. – Может, лучше обойти? – дожевывая кусок вяленого мяса, предложила Алекс, уже готовая двигаться вперед. Я пожал плечами. – И потеряем кучу времени. – Не с твоей ногой в болото соваться, – хмыкнула девчонка. – К тому же, не факт, что найдем брод. Не хотелось бы захлебнуться илом. Я еще пожить хочу, если честно. Я разделял ее опасения. К тому же, риск подхватить какую-нибудь мутировавшую дрянь не радовал. После встречи с волком-контролером теперь каждая тварь казалась подозрительной, даже птицы, всю дорогу суетящиеся в кронах сосен над головой. А болото это пиявки, лягушки, змеи и черт знает что еще. Вирус творил с людьми такое, что и в страшном сне бы не придумал. А тут – болото, в котором нихера не видно. Но делать крюк… Когда только просматривал карту, был уверен, что НИ подскажет правильный путь. Но интерфейс работает через жопу. Да и ранения я не предполагал – поверил в свою неуязвимость. С тоской вспомнив оставшуюся в Олл-Три броню, еще раз окинул карту взглядом. Быть может, не будь проблем с ногой, я бы и прошел. Но сейчас… Уверенности в собственных силах как-то поубавилось. – Как много, однако, меняет в голове один укус, – заметил я. – Обходим. Алекс кивнула и двинулась вдоль берега. Под ботинками хлюпало все меньше – мы удалялись от края, постепенно выходя на небольшую возвышенность. Деревья снова приняли нас под свои кроны. В воздухе исчезла затхлость и сырость, хотя почувствовать ее все еще не составляло труда. Спроси меня, где тут болото, ответил бы безо всякой карты. Идти было не так сложно, как ожидал после прижигания. Нога постепенно разрабатывалась, похоже, включилась моя нечеловеческая регенерация. Во всяком случае, я надеялся, что это не болевой шок. Спустя пару часов я снова сверился с картой и выругался – таким темпом нам обходить вокруг болота еще целый день. А ведь я планировал добраться к вечеру. Но лезть в тухлую воду не хотелось, так что пришлось смириться с изменением маршрута. НИ все реже подсвечивал мелких птиц и зверьков. Вообще я обратил внимание, что пропали даже контуры с предметов. То ли он перенастраивается, то ли я как-то заставил его изменить принцип работы. Избыток информации – ничуть не лучше ее полного отсутствия. Обнаружен противник. Расстояние: 300 метров. Я дернул Алекс за плечо, заставляя остановиться. Красный контур виднелся в стороне озера. И верь я в мистическую хрень вроде русалок и леших, сейчас бы сказал, на илистый берег выбрался водяной. Необходимо больше данных для анализа. – Там кто-то очень большой, – видя вопрос в глазах девчонки, сообщил я. – Метра два с половиной роста, широкий в плечах. Контур опустился на четвереньки, и я уже подумал об очередном медведи, но невидимый отсюда враг опустил голову к земле. – Кажется, нас заметили. Яростный рев прозвучал со стороны болота, заставив нас сжать в руках оружие. НИ тут же сообщил, что противник стремительно приближается. Топот и рычание были все ближе. – В стороны! – приказал я, сам смещаясь влево. – Встретим перекрестным огнем. Расстояние: 123 метра. Тварь бежала чертовски быстро. При этом не переставая рычать, она умудрялась огибать попадающиеся деревья, хотя я был готов поклясться, стоит толкнуть плечом, они будут падать. – Сейчас! – и я первым разрядил патрон в голову вылетевшей перед нами твари. Я промахнулся. Зато Алекс попала удачно – урод обернулся к ней спиной, и девчонка успела трижды разрядить дробовик. Оглушительный рев ударил по ушам, и гигант упал мордой в мох. – И это все? – усмехнулась девчонка, держа бугая на мушке. Туша даже была громадной – зарывшись в мох, тварь доходила мне до колена. Длинные руки с перепонками между когтистыми пальцами и в подмышках, широкая развитая спина и короткие ноги. Кожа серая, местами блестит чешуей. В длинных седых волосах запутались водоросли и болотная грязь. – Охренеть, – выдал я, обходя мутанта вокруг. – Откуда он такой взялся? Алекс, облокотившись на ствол сосны, сосредоточенно заправляла патроны в ружье. Подняв взгляд на меня, пожала плечами. – Гигантов много. Может быть, это особый подводный вид. – Что еще за гиганты? – Мутанты-переростки. Алиса говорит, их специально вывели уже после вируса. Да мы и сами несколько раз таких убивали. Иногда им вместо рук пришивали пушки. И вот тогда – да, справиться с ними сложнее. Этот явно случайный, дикий. Конец ознакомительного фрагмента. Текст предоставлен ООО «ЛитРес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/vladimir-koscheev-18569059/tau-mara-kontroler/?lfrom=334617187) на ЛитРес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
КУПИТЬ И СКАЧАТЬ ЗА: 139.00 руб.